Любовь термин: Любовь | Понятия и категории

Содержание

Как наука объясняет влюбленность и верность?

  • Дарья Прокопик
  • для ВВС Украина

Автор фото, Brooke Cagle/Unsplash

Автор книги «Наука любви и предательства» антрополог Робин Данбар считает, что людям трудно перевести в слова собственные эмоции, и мы живем, не понимая их.

В то же время поэты умеют подобрать точные высказывания для описания сложных чувств. Именно поэтому, по мнению ученого, следует читать стихи и через них пытаться понять собственные чувства.

А как можно описать романтическую любовь языком биологии?

На языке науки, любовь — это древний коктейль из нейропептидов — молекул, которыми нейроны «общаются» между собой.

С точки зрения эволюции, любовь — это поведение, способствующее появлению и сохранению чувств, которые, в свою очередь, помогают размножаться и выживать.

Исследовательница Хелен Фишер из Института имени Кинси считает, что любовь и формирование пар на длительное время возникли одновременно с прямохождением — 4 миллиона лет назад.

Наши праматери кочевали по саванне и лесам Африки и должны были носить детенышей на руках, а не на спине. Поэтому они нуждались в помощи и защите, и успешно выживали только те, кто создал пару.

Профессор Данбар также считает, что любовь возникла как способ удержания около себя защитника. Но результаты его исследований указывают, что моногамия и привязанность появились значительно позже — 1,8 млн лет назад. Тем не менее, любовь — довольно старое явление.

Влюбленность можно увидеть в мозге, чем ученые активно занимаются. Романтическая любовь активирует участки, которые задействованы в вознаграждении и зависимости, удовлетворении и счастье, привязанности и отцовстве. Любовь является поведением, ориентированным на цель — быть вместе с определенным человеком.

Поэтому, мозгу нужен естественный допинг для достижения этой цели. И делает это допамин.

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Луговые полевки — известный объект исследований верности

У луговых полевок, например, формирование пары обуславливает образование дополнительных рецепторов допамина. Их становится на 50% больше.

«Влюбленность похожа на зависимость от кокаина», — говорит Кэт Ван Кирк, клинический сексолог из США. Чем больше времени влюбленные вместе, тем сильнее чувство, а разлука вызывает отчаяние и боль.

Молекулы, которые делают нас влюбленными, это тот самый допамин — нейромедиатор вознаграждения и принятия решений. Кроме него — окситоцин, гормон привязанности, оргазма и лактации, а еще серотонин, молекула счастья и смеха, эндорфины — внутренние наркотики, которые дарят эйфорию и обезболивание, стрессовые молекулы норэпинефрин и адреналин, а также фактор роста нервов. Чем больше было окситоцина в крови любовников в начале отношений, тем дольше они длились, показал опыт.

Долговременные отношения могут давать некоторым людям такое же подкрепление и вознаграждение, как и влюбленность в их начале. Впрочем, отношения, длящиеся долго, уже не являются источником стресса — его место занимает привязанность.

«Такой чужой, и вдруг — неизбежный»

Новый человек, новые отношения — это стресс, страх и любопытство. Эволюция позаботилась о том, чтобы мы преодолевали этот страх — неофобию — и не были слишком привередливыми. Каким образом?

Во-первых, влюбленность блокирует участки мозга, вовлеченные в негативные эмоции и критические социальные оценки. Любовь действительно слепа. Во-вторых, любовь дает нам вознаграждение за попытку сближения — все эти нейромедиаторы серотонин, допамин, окситоцин — и помогает преодолевать социальное расстояние между чужими людьми.

В-третьих, стресс из-за новизны сам по себе запускает программу «Влюбленность» в мозге и теле. Гормоны кортизол и норадреналин делают людей тревожными, бессонными, с мокрыми ладонями, расширенными зрачками и рвущимся из груди сердцем, лишенными аппетита, но способными запомнить каждую деталь. Эти признаки влюбленности хорошо известны из художественной литературы.

И кроме этого, стресс вызывает выброс окситоцина у женщин — мозг хочет защититься от стресса и боли. А окситоцин — это уже молекула привязанности и доверия. Ученые даже советуют делать первые свидания не романтичнвми, а экстремальными — взять вместе урок серфинга или полезть на крышу. Волнующее занятие и случайные прикосновения рук будут способствовать окситоциновому приливу.

Музыка с романтическими словами настраивает нас на любовное настроение. В исследовании молодые одинокие женщины были более склонны к знакомствам, если они слушали фоновую лирическую музыку в ожидании эксперимента.

Прослушивание печальной музыки, часто сопровождающее влюбленность или разрыв, ученые считают полезным. Такая музыка вызывает скорее чувство ностальгии, чем печали; мозг находит утешение в воображении новых историй, мы чувствуем эмпатию и облегчение.

А вот пение-ухаживание у птиц, опять же, вознаграждает их мозг допамином так же, как любовь, шоколад, деньги и наркотики у людей.

Автор фото, João Silas/Unsplash

Действительно ли любовь — лучшее лекарство?

Любовь не лечит ото всех болезней. Но, например, утоляет боль, потому что счастливые влюбленные живут какое-то время под влиянием эндорфинов — молекул обезболивания и удовольствия.

У влюбленных в начале отношений в крови больше фактора роста нервов. Он вовлечен в формирование связей между нейронами, их восстановление и рост.

Кортизол, гормон стресса, влияет на иммунный ответ. В краткосрочной перспективе он снижает воспаление. Поэтому влюбленные танцуют под дождем и не болеют насморком. Какое-то время.

Правда ли, что мужчины любят глазами, а женщины — ушами?

Мозг мужчин лучше всего реагирует на лицо и «красоту». Красота делает мозгу хорошо, стимулируя выброс допамина.

У гетеросексуальных женщин нет подобной реакции на красоту мужчин, зато гомосексуальные женщины так же реагируют на женскую красоту.

Влюбленность и ухаживания у женщин активируют участки мозга, отвечающие за безопасность, заботу и восприятие звуковой информации. Впрочем, «влюбленный мозг» перестает на время различать красивые лица, когда выбор сделан.

Но красота и красивые слова это еще не все. Мы привязываемся к людям, чьи эмоции мы понимаем. Так мы сверяемся, имеют ли наши мозги одинаковые настройки и возможно ли понимание, совместная работа и одинаковые намерения, говорит профессор Силке Андерс из Германии.

Можно ли умереть от разбитого сердца?

Несчастная любовь приносит боль в груди. Это не метафора — у нас действительно болит сердце, а в желудке — как будто морские ежи. Такой эффект имеет измененный страданием тонус блуждающего нерва.

Автор фото, Allef Vinicius/Unsplash

Существует даже термин — «синдром разбитого сердца». Считают, что сверхвысокий уровень гормонов стресса, сопровождающий разрыв или смерть партнера, вызывает нарушение работы сердца — фибрилляцию предсердий и ослабление сердечной мышцы.

Люди в таком состоянии имеют в пять раз большую вероятность инфаркта. Датские исследователи показали, что смерть любимых повышает риск фибрилляции предсердий более чем на 40%.

Одна любовь на всю жизнь

Луговые полевки формируют стабильные пары после спаривания и уже никогда не ищут других партнеров, даже если овдовеют.

Верность «прошита» в их мозгу и генах. Ученые говорят, что нейрогормоны окситоцин и вазопрессин — главные двигатели верности у полевок. Ведь спаривание активирует гены рецепторов любовных гормонов, и мышки «настраиваются на любовь».

Но и предательство может иметь генетическое основание. Так, например, гены рецепторов вазопрессина бывают разные — что у мышей, что у людей.

Шведские исследователи обнаружили, что наличие участка RS3334 или нескольких его копий в гене рецептора вазопрессина мешает быть верными.

Мужчины с несколькими копиями часто были холостыми, никогда не имели длительных отношений, а если и женились, то брак был неидеальный. В свою очередь, женская генетическая предрасположенность к измене может быть обусловлена ​​участком AVPR1A в рецепторе окситоцина.

Любовь у Платона, Аристотеля и неоплатоников • Arzamas

Расшифровка

Любовь сегодня является одной из главных ценностей человеческой жизни, куль­туры, она в центре наших общественных проблем. Наряду с публичным успехом или, скажем, богатством, к которому мы тоже стре­мимся, любовь, как считается, наполняет смыслом личную жизнь человека. Любви ищут, от не­удо­вле­т­воренной любви страдают, любовь подвергают испытаниям и так далее. Причем у этого феномена есть выраженный гендер­ный перекос. Любовь (осо­бенно в патриархальных, традиционалистских обществах) видится как сфе­ра самоутверждения женщин. И часто для самих женщин любовь — это такая форма самореализа­ции, особенно там, где для них затруднены публич­ные каналы самоутверждения. И, соответственно, такой важнейший институт, как семья, как считается, держится на любви как на та­кой аффективной базе. Соответ­ственно, поскольку она аффективная, она рождает и напряжение, ведь любовь — это непростая страсть, непростая эмоция.

Надо сказать, что современный феми­низм, с одной стороны, пытается преодо­леть эту привязку гендера к любви; первые волны феминизма старались мини­мизировать эти разговоры, перевести сферу самоутвер­ждения женщин в пуб­личную плос­кость. Сегодня многие феминисты задумываются о том, как пере­осмыс­лить любовь, как сделать ее более свободной, как сделать роль женщины в ней более активной, но тем не ме­нее сохранить ее как важнейшую для жен­щины ценность.

Это такое введение со стороны нашей повседневной жизни, со стороны социо­логии. Из него уже ясно, что под любовью мы понимаем не половой акт, упаси господи, или даже сожительство двух и более людей, но понимаем некий нема­те­риальный аффективный довесок, в котором никогда нельзя быть до кон­­ца уверенным. Поэтому жизнь в любви (как в нашем обществе, так, в общем-то, и в обществах прошлого) — это всегда вопросы «Люблю ли я?», «Любят ли меня?». Здесь никогда нет уверенности.

Почему так? Согласитесь, что в этой нашей системе ценностей частной жизни, в ее сосредоточенности на вот этом ускользающем аффекте любви есть как ми­нимум что-то странное. И это странное сделало любовь ключевым фило­соф­ским и теологиче­ским понятием западной интеллекту­альной истории. В прин­ципе, почти все философы в этой истории соглашались, что любовь есть похвальное, даже обычно вполне разумное стремление к добру, симпатия к другому человеку, влечение вообще к какой-то обще­ственной жизни. Но почему все-таки для нас так важно избирательное стремление к одному индивиду и мы это стремление называем любовью? Ну хорошо, может быть, не к одному, может быть, к нескольким. Как пра­вило, у каждого из нас неско­лько таких индивидов в течение жизни, но тем не менее это чувство избира­тельно. В любви есть вот это индивидуальное начало, и оно тоже нуждается в некото­ром объяснении. Если симпатия к дру­гим людям — это однозначно что-то хорошее, то, как мы увидим, стремле­ние к одному человеку может быть, наоборот, разрушительным для всего остального.

Симпатия — это прекрасно, но зачем обязательно испытывать страсть? Зачем стулья ломать? И, более того, почему для этой ломки стульев выбрана прежде всего половая страсть? Почему в нашей цивилизации так проблематично и так сверхценно удовлетворение этой, конечно, очень важной, но лишь одной из физио­логи­­ческих наших потреб­ностей?

Эти вопросы, я думаю, себе задавал каждый, и, чтобы на них ответить, я вас приглашаю обратиться к интеллек­ту­альной истории, к философии и с этой точки зрения разобраться, почему же любовь стала таким центром, важным для нашей культуры.

Вообще, термин «любовь» — не един­ственное слово для обозначения самого феномена, о котором мы говорим. Это понятие на редкость богато всякими синонимами, которые его обозначают. Я бы сказал, тут десятки близких между собой слов, которые относятся к любви. В нашем языке — «любовь», «симпа­тия», «дружба», «страсть». У древ­них греков, с которых, в общем-то, начина­ется наша системная интеллектуальная история, тоже было много слов, но прежде всего они различали «эрос» и «филию». Слово «эрос» означает, как можно догадаться, прежде всего половую любовь, но как раз не обяза­тельно избирательную. Стихия эроса охватывает, в общем-то, всех. Мы знаем о боге Дионисе и о дионисий­ских празднествах. Собственно, богиня эроса — это Афродита, ей тоже были посвящены различные мистические культы. Эрос был очень важен для древних греков. Но, кроме того, у них было слово «филия», которое тоже нам хорошо знакомо, но входит в разные слова типа «филоло­гия», «философия», то есть, как ни странно, связано с наукой или с хобби (например, «фила­телия»). Но есть, скажем, и зоофилия, то есть половой аспект снова возникает. Но по-гречески «филия» — это все-таки было что-то не такое фундаментальное, тяжелое, как эрос, это более спокой­ное чувство, которое связывало людей. И было еще одно слово, которое потом приобретает значи­мость, — это слово «агапэ», которое означает, грубо говоря, более духовное, душевное отношение к другому человеку, иногда даже покло­нение вышестоя­щему.

Наш русский корень «люб» отсылает к похвале, к словесной формуле приня­тия, то есть прежде всего ты говоришь: «Я тебя люблю». Вокруг этих слов вер­тится, собственно, сам феномен, и в языке это очень видно. Не только в русском: в немецком тот же самый корень. И в то же время в использо­вании этого слова есть элемент воли. Любовь — это то, что ты выбрал. Здесь есть момент произ­вола, отсюда слово «любой». Любой — это тот, кого мы произвольно любим, предпочитаем, и, в принципе, могли бы любить кого-то другого. Вот этот мо­мент выбора, избирательности — он в рус­ском слове «любовь» есть, в отличие от некоторых других языков. Шире говоря, в нем не только похвала или покло­нение богам, но и свобода, некоторая бурная стихия, которая не призвана отчиты­ваться нам же о своих выборах, а превос­ходит свои случайные объекты. То есть, поскольку любовь выбирает любого, в общем-то, понятно, что любовь важнее, чем тот, кого мы вы­брали. Это, как мы знаем по опыту, часто действительно так.

Любовь — это с самого начала, конечно, страсть, аффект, passio, то есть пас­сивное переживание. Сама ценность вообще какой-либо страсти далеко не бес­спорна. И были в истории периоды рационализма, когда любая страсть стави­лась под вопрос как что-то, что мешает нашему разуму и свободной воле. Это и стоицизм, например, в Древней Греции; в XVII ве­ке — это классицизм (напри­мер, известная французская драма — Расина, Корнеля, где речь идет, в част­ности, об обуздании чувств). Это немецкая ситуация времен Канта или извест­ное всем викторианство XIX века. То есть вообще довольно часто люди не толь­ко любовь, но и всю излишне сильную эмоциональную жизнь стараются миними­зировать. Но это довольно сложно сделать. И при этом как раз любовь в ее очищенном, более возвышенном виде даже в эти периоды была более-менее приемлемой.

И далеко не во все периоды западная культура была столь пуританской. В начале истории философии древне­греческий философ Платон, основатель философии как дисциплины, просла­вился своим учением о сверхчувствен­ных, внечувственных истинах, о бессмертной душе, о морали, которая должна быть для человека его внутрен­ней сущностью. Поэтому в вульгарной мифологии возникло представление о некой платонической, якобы не фи­зио­­логической любви. Все слышали, наверное: «платоническая любовь». Но этот термин никакого отношения к учению Платона как раз не имеет. Потому что Платон очень много в своих «Диалогах» пишет как раз о телесной любви, половой. Не говоря уж о том, что эта практика была вообще достаточно обще­принятой. Школа Сократа и потом Платона была во многом построена на гомосексуаль­ной эротике. Конечно, сама по себе эротика была недостаточна и даже мешала постижению научной истины. Однако Платон говорит, что в какой-то момент любовь, страсть все равно необходима для того, чтобы воспарить к возвышен­ным истинам. Так, напри­мер, в диалоге Платона «Федр» Сократ и его совре­мен­­ник, крупный ритор Лисий, соревнуются в похвалах Эросу. И оказыва­ется, что Эрос двояк: один конь Эроса везет нас вниз, в сферу тяжелой материальной любви, нежности к вещам, а другой поднимает ввысь, наоборот, отталкивается от материи и подпрыгивает к небесным ярким, кристальным очертаниям мира как мира форм. Но и то и другое своего рода любовь. Без страсти, без любви, говорит Платон, ты не перейдешь в сферу бесстрастного, в сферу сугубо оче­вид­ного и разумного. В этом есть такой парадокс, то, что мы бы сегодня назвали диалектикой.

В другом диалоге Платона, «Пир», героиня Диотима рассказывает целый миф о том, как людей разделили на две половинки и эти половинки (мужчина и жен­щина, например) стремятся вновь объединиться, отсюда — любовь. То есть любовь — это страсть к восста­новлению единства, которое уже когда-то было. Это дух всеобщего единения. И за этим единением, конеч­но, стоит опять же не только половая любовь (половая любовь в данном случае — это символ), а единое как таковое, единство как метафизический принцип. И это так и останется в западной философии: любовь будет пониматься как страсть к единству. А единство — это один из высших метафизических принципов на протя­жении всей нашей интеллектуальной истории, основной метафизи­ческий принцип научного мышления вообще. Потому что, чтобы что-то по­нять, нужно это прежде всего собрать воедино. При этом любовь не только собирает воедино разрозненные части, вот эти самые половинки, но она и вы­деляет вещь или, скажем, индивида как специфический предмет, делает из про­сто вещи личность. Отсюда ее избира­тельность. Грубо говоря, где един­ство, там всегда есть и одиночество, выделе­ние, выявление. Кажется, что лю­бовь распадается на принцип просто симпа­тии и на принцип избиратель­ности, но на самом деле это две стороны феномена единства.

В чем, если обобщать, у Платона связь между страстью, аффектом, сексуаль­ностью, сексуальным порывом и философским, научным знанием, понима­нием устройства мира? Как они связаны? Притом что вроде бы как раз знание должно быть бесстрастным, должно отвлекаться от материальных движений и влечений. Связь здесь есть, и она заключается в том, что фило­софы назы­вают ученым словом «транс­цен­денция». Трансценденция — это выход за пре­делы чего-либо. Если я сижу, допустим, в кабинете, закрываю дверь, а потом откры­ваю и выхожу — у меня произошла локальная трансцен­ден­ция каби­нета. Ну, это неинтересно, поэтому так это не используется, а интереснее, когда мы трансцендируем, например, вообще нашу конечную жизнь, нашу личную, сугубо индивидуальную перспективу и выходим на что-то безличное, на что-то, что, по идее, в нашей материальной жизни не при­сут­­ст­вует. Вот это трансценденция в сильном смысле слова.

Так вот, в истинных формах вещей, в том, как мир устроен на самом деле, есть нечто принципиально не чело­веческое, нечто, более того, чуждое нам как от­дельным конечным существам, поэтому встреча с истиной пережи­вается нами столь часто как страдание или страсть; по крайней мере, как стра­дание той нашей плотской составляю­щей, которая несовместима с бесконеч­ностью. Поэтому, по Платону, мы и ле­зем из кожи вон, мы загоняем коней, страдаем, чтобы вырваться из страто­сферы наших мелких, локальных устремлений и выпрыгнуть на этот безличный уровень. Другой вопрос — возможно ли это.

Платон рассказывает нам мифы о том, как мы действительно выпрыгиваем из болота и попадаем в другой мир, настоящий, но это все-таки мифы, алле­гории какие-то. Я не уверен, что Платон действительно верил в эти сказки. Но он поставил вот такую задачу — выпрыгивание. Сейчас вроде бы мы разо­блачили сферу фан­тазий, которая была примешана к фи­ло­софии, и вроде бы мы уже не ду­маем, что есть надмирный мир бессмертных сущностей и душ. Может быть, его действительно и нет, однако все выглядит так, как будто бы он есть, вот в чем проблема. И в этом — специфика человеческого состояния: в том, что ничего нематериального нам не надо, но в то же время материаль­ного явно недостаточно. И поэтому, собственно, по крайней мере в платони­че­ской традиции, мы испытываем любовь.

Надо сказать, что Платон вводит еще одно разделение: любовь, которая дви­жется полнотой смысла и присут­ствием любимого или, например, происходит от факта встречи с люби­мым, то есть любовь избытка, любовь полноты, и любовь-нехватка, которая не знает, чего именно она ищет, и не мо­жет поэто­му удовлетвориться чисто материальным обладанием. Последняя приобретает, как мы бы сегодня сказали, несколько истери­ческий характер, и зачастую мы и на­зываем любовью вот эту страсть-нехватку — немножко тщетную, суетли­вую, беспокойную страсть. Но любовь все-таки — это еще и другое, это и ощу­щение полноты, счастья, избытка, который, с другой стороны, некуда деть, то есть он тоже рождает беспокойство, но другого рода.

Итак, любовь в классической платони­ческой версии — это, конечно, символ. Плотская любовь, половая любовь — это символ указанной трансценденции, выхода за пределы. Платон довольству­ется тем, что рисует в качестве этого запредельного бытия или запредельных вещей эйдосы  Эйдосы — бестелесные формы вещей. . Принцип еди­ного как наиболее возвышенный и недостижи­мый принцип. Но здесь заложена вот эта страсть к выходу за свои пределы — я бы сказал, к Другому. Ты транс­цен­ди­руешь себя, выходишь за свои пределы. Куда? Ты выходишь к чему-то или кому-то другому, к инаковому. И, в от­ли­­­чие от Платона, дальше в нашей интеллектуальной истории («дальше» означает, правда, «через несколько веков») именно вот эта идея и ощуще­ние другости выходят на первый план. То есть принцип трансценденции резко усиливается, и тем самым тема любви переходит из философского, метафизи­ческого плана в план религиозный.

Забегая вперед, любовь вообще, конечно, — это центральная теологема Запада и прежде всего христианства. И любовь в христианстве — это прежде всего как раз любовь к иному, к инако­вому, которым является Бог. Это доста­точно понятно, собственно, в Еванге­лиях, это есть уже в иудаизме, из кото­рого христианство выросло, и до сих пор мысль, которая более-менее теологически ориентирована, понимает любовь именно так. В частности, крупный литовско-еврейско-француз­ский философ любви Эммануэль Левинас в наши дни гово­рил о том, что самым важным для человека этическим императивом является уважение и любовь к Другому. Причем мы любим другого как лич­ность рядом с нами, уже эта личность — это что-то другое, чем мы, но через эту личность мы выходим и чувствуем что-то радикально другое. Грубо говоря, Бога. Это современная радикализация иудаистского подхода к божеству, но на самом деле христиан­ство подхватило ее и соединило эту любовь как выпрыгивание к Другому с более античными мотивами любви как единения.

Дело в том, что христианство вообще является религией синтетической. Оно объединило иудаизм в ранней его версии, религию Торы, религию, разви­вав­шуюся как минимум тысячи лет в Иудее, Израиле, и, с другой сторо­ны, как раз античную философию, насле­дующую Платону. Если узко говорить, христиан­ство — это прививка стоицизма к иудаизму. И поэтому, как я уже сказал, здесь объединяются два этих основных понимания любви, которые оба уже присут­ст­вуют у Плато­на. С одной стороны, любовь — это трансценденция, выход за пределы и любовь к Богу как к другому; соответ­ственно, любовь к ближнему как образу этого самого Бога, но в то же время любовь — это принцип симпа­тии и объеди­нения всех людей и вещей. Вслед за книгой Левит Евангелия при­зывают любить ближнего как самого себя, а апостол Павел добавляет, что все-таки Бога надо любить выше и себя, и ближнего, если вдруг кто-то в этом сомневался. Уже в иудейском Второза­конии было сказано: «Ты дол­жен любить Бога всем сердцем, всей душой и со всей силой».

Христианство нагнетает, насыщает вот эту тему любви. Поскольку христиан­ство развивалось первоначально в основ­­ном на греческом языке, то ис­пользо­валась греческая термино­логия, и по-гре­чески христиане выби­рают именно слово «агапэ» как синоним любви. Соответ­ственно, подчерки­ва­ется, что хри­стианская любовь — это совсем не эротика, и половая состав­ляю­щая не при­ветствуется, мягко говоря, в этой религии, она скорее носит с самого начала пуританский, аскетический характер.

Это варьи­руется, естественно, на протя­жении христианской истории, но, грубо говоря, это более аскетическая религия, чем, скажем, иудаизм. Тем не менее агапэ — это все равно любовь.

Христианство — это религия любви в том смысле, что оно основано, во-первых, на нисходящей, снисходя­щей, можно сказать, любви Бога к тому, что он соз­дал, и если говорить о том, что Христос — это Бог и сын Бога, то Христос — это акт любви Бога к людям. Любовь, которая в данном случае также и жалость. Христос жалеет людей, милует их, и в качестве Бога он спускается на землю. И наоборот, естественно: есть экстатическая любовь человека к Богу, особенно к Христу. Через любовь к Богу человек объеди­няется с другими верующими, вообще подсоединяется каким-то образом к космосу.

В Средние века сентиментальный арсенал христианства дополнился еще и куль­­том Мадонны, Богоматери с ее сверхчувственной, но тем не менее жен­ской красотой, с ее материнской любовью к Христу, которая становится как бы дополнением любви Бога Отца к его детям, к тварям. В Богоматери дан как бы более чувственный аспект любви, но в то же время, поскольку это любовь матери к сыну, это любовь чистая, не половая.

Тут важно, что от платоновской экста­тической страсти, от любви-желания мы приходим к любви в таком нисхо­дящем, но в то же время плотском смысле жалости и милости. Интересно, что греки саму любовь, эрос, понимали не со­всем так. Они разводили жалость и любовь. Есть известная формула Достоев­ского о том, что у нас от жало­сти до любви один шаг, — это обще­христианское понимание. У греков было не так: жалость связывалась ими с жанром трагедии. И Платон, и Ари­сто­тель говорят о том, что в траги­ческом театре описывается страсть-жалость. И Платон негодует по этому поводу, ему эта эмоция совсем не нра­вится, в отличие от эмоции любви, а Аристотель, напротив, считает, что жалость — это важная эстетическая страсть, которая позволяет нам очистить наши эмоции и переживать их в беспредметном, более интеллек­туальном смысле.

У Аристотеля есть такой термин — «катарсис», очищение. С его точки зрения, в театре жалость очищает саму себя, мы испытываем жалость, но не к кому-то конкретно, а жалость как таковую. Возникает как бы интел­лектулизированная страсть-жалость, то есть с ней происходит нечто вроде того, что происходит у Платона с любовью. Так вот, христи­анство объединяет эти две страсти, два аффекта, и создает любовь-жалость, которая идет, повторяю, снизу вверх, но одновременно и сверху вниз. Поскольку неясно, кто кого вообще больше жалеет: человек Бога, который умер на кресте, или Бог человека, который вообще смертен и несовершенен.

Мы упомянули Аристотеля — вернемся к хронологии, мы немножко его проскочили, перейдя от Платона сразу к христианству, поскольку христиан­ство выросло, конечно, из платонизма. Но в Древней Греции было много всего другого. Аристотель — непосредствен­ный наследник Платона, тоже один из самых важных и интересных философов всей нашей западной истории. Аристотель развивает мысль Платона о любви, но о любви-эросе он пишет очень мало, это ему не так интересно. Аристотель прежде всего использует слово «филия» — как я упоминал, это тоже тип любви. И до сих пор мы исполь­зуем корень «фило» в значении «любовь». Но любовь-«филия» имеет и вообще в греческом языке, и у Аристотеля прежде всего гражданское значе­ние, поэто­му этот термин у Аристотеля принято переводить как «дружбу». Аристотель пишет в трактате о поли­тике о том, что в городе, в государстве необходима дружба, необходимы сети дружеских связей, которые бы пропи­тывали, пронизывали общество.

Любовь в этом смысле — это всеобщая симпатия, она пронизывает, интегри­рует государство за счет формирования всеобщих неформальных связей. То есть, получается, там, где Платон все-таки говорит о любви к возлюблен­ным (пусть даже их много), Аристотель говорит прежде всего о любви к дру­зьям, которых больше. Можно сказать, что дружба — это такая публичная версия любви, более ослабленная, не такая страстная. Она как раз ближе к пла­то­новскому идеалу интеллек­туальной, не материальной любви, к которой еще, правда, надо воспарить каким-то образом. Как перейти от телес­ной любви к дружбе — это большой вопрос. Вы, наверное, знаете шутку Чехова о том, что если женщина вам друг, то «это» уже произошло. Платон, наверное, с этим согла­сился бы. То есть надо пройти через чувственную стадию. Аристотель перескакивает, он говорит: это не так важно, важна публичная чистая любовь-привязанность, где мы любим человека ради него самого. Он замечает (вполне здраво), что очень часто мы дружим, в общем-то, для наших эгоистических целей, особенно если мы говорим о дружбе как социальном институте. В Рос­сии сегодня дружба тоже очень популярна; наверное, без дружеских связей и сетей российское общество разрушилось бы. В этом смысле Аристотель прав. Но можно критиковать этот институт, говоря о том, что на самом деле мы про­сто дружим с людьми, чтобы получить от них какие-то блага, или мы заклю­чаем с ними подсознательно контракт: вот мы сейчас с тобой выпьем, ты мне нравишься, но за это ты мне окажешь десять услуг, а я тебе потом тоже окажу какие-то другие услуги в рамках моих возможностей. Происходит как бы такой бессознательный расчет. Но имен­но поэтому Аристотель и гово­рит, что все это будет работать только при условии того, что есть искренняя, бескорыстная любовь, привязанность к человеку ради него самого, к человеку как таковому. Здесь есть избиратель­ность: все равно мы не со всеми дру­жим. И Аристотелю даже приписывают такой странный парадоксальный афоризм: «О, друг, друзей не существу­ет». То есть именно потому, что есть все время эти бессознатель­ные расчеты, мы сомневаемся, мы делимся с другом о том, что, может быть, друзей вообще нет, но чтобы поделиться этим, нужен хотя бы один друг, чтобы поговорить. Тем не менее Аристотель считает, что каким-то образом этот институт возмо­жен и на нем держится вообще челове­че­ское общество, по крайней мере государство.

Еще одно наблюдение Аристотеля связано с тем, что, хотя дружба выво­дится им из простого эгоизма, тем не менее есть такой феномен, как «любовь к себе», — он ее называл «филаутия». В ней самой по себе нет ничего плохого, то есть она не может подменить любовь к другому, но себя самого тоже любить необ­хо­­димо. И очень часто любовь к себе и любовь к другу сочетаются, могут не кон­фликтовать друг с другом. Дружба (она же любовь) на самом деле может работать как социальный феномен только при условии, что есть вот это одно­направленное усилие, бескорыст­ный дар любви по отношению к нашему другу. Вообще, то, что у Аристотеля этот термин переводят как «дружбу», по смыслу оправданно, но именно для понимания любви он нас сбивает с толку. На самом деле Аристотель говорит о любви, а дружба — это уже наш, более поздний, более узкий термин.

Идеи Платона и Аристотеля продол­жают развиваться в учении так называе­мых неоплатоников — это еще одна ведущая философская школа в поздней Антич­ности. Они пересе­каются и влияют на христианство, но долгое время не слива­ются с хри­стианской теологией, работают отдельно. Неоплатоники переинтер­пре­тируют платоновскую любовь как религиозное обожание трансцендент­ного принципа единого. То есть там, где у Платона есть двусмысленность, символы, связанные с эротикой, нео­пла­тоники трактуют его более реши­тельно, более мистически. Платонизм становится у них своего рода религией. Но и они тоже не отбрасывают телес­ную любовь. Они выстраивают теорию об уровнях, или ипостасях, мироздания, между ними есть иерархия, и вот если единое является высшим, то телесная любовь располага­ется на низших уровнях миро­здания. Но эти уровни — как бы ступени, по кото­рым можно подниматься, поэтому (в полном согласии с учением самого Платона) если вы любите очень сильно, скажем, юношу или девушку, то это не противо­речит, а, напротив, помогает вашей любви к единому, если вы правильно понимаете эту свою страсть как сту­пень. На самом деле она вводит вас в экстаз, который гораздо выше, чем желание завладеть вот этим конкретным юношей.

То есть греческие авторы осмысляют любовь все-таки как единую стихию, в отличие от многих римских авторов, тоже поздней Античности, которые призывают разделять эти смыслы любви. Например, Сенека, крупнейший римский писатель, теоретик I века нашей эры, очень много пишет о друж­бе, рассказывает о том, как важна дружба для него как римского патри­ция, оказав­шегося, в общем-то, в какой-то момент в изоляции. Он пи­шет письма своему другу Луцилию (они опубликованы) и рассказывает о том, как он любил этого Луцилия, учит Луцилия тому, как по-настоящему дружить. Он подчер­кивает, что дружба не имеет никакого отношения к поло­вой любви, это сугубо духов­ная прак­тика, духовная связь и, как мы знаем уже от Аристотеля, она должна быть направлена на личность друга как таковую. Путать такого типа любовь-дружбу с любовью-страстью нельзя. 

Это гениально: 30 цитат неунывающего капитана Джека Воробья — Попкорн

Джек Воробей в первом фильме планировался как персонаж второго плана. Но разве есть на свете сила, способная отодвинуть капитана в сторону?!

На протяжении всех пяти фильмов он неизменно прекрасен. Это поразительное сочетание тотальной неудачливости, спонтанного везения, циничного юморка и полного нежелания предаваться печали.

Мы собрали 30 чудных цитат, за которые мы все так любим этого пирата.

Walt Disney Pictures

— Друзья, запомните этот день, когда вами чуть не был пойман Капитан Джек Воробей!

— Элизабет и так в тюрьме за то, что помогла тебе!

— Правильно, за свои ошибки рано или поздно приходится платить.

(Уилл Тернер и Джек)

— Ты спятил!

— Ой, да и слава богу, нормальный не пошёл бы на такое.

— Тебе не идет этот костюм. Тебе надо либо платье, либо ничего… Я предпочитаю ничего.

— Всем ни с места! Я обронил мозги.

— Остерегаться нужно честных людей: даже не заметишь, когда они сделают какую-нибудь глупость.

— Говорят, что они грабят города и не оставляют никого в живых.

— Совсем никого? Тогда откуда слухи берутся?

Walt Disney Pictures

— Но он как-то наткнулся на камень преткновения всех мужчин.

— Что это за камень?

— Море?

— Алгебра?

— Дихотомия добра и зла?

— Бабы.

(Джек и команда)

— Мы собираемся украсть корабль? Тот корабль?

— Реквизировать. Мы собираемся реквизировать тот корабль. Это морской термин.

(Элизабет Суон и Джек)

— Теперь ты капитан? Нынче назначают кого ни попадя!

— Ты там бывал?

— Разве я похож на того, кто бывал у источника молодости?

— Зависит от освещения.

— Ладно, беру тебя. Тебя не возьму — ты страшный.

— Так это и есть твоя тайна? Твое грандиозное приключение? Ты три дня валялся на пляже и хлебал ром?

— Добро пожаловать на Карибы, моя любовь.

(Элизабет Суон и Джек)

— Джек.. У нас все равно бы ничего не получилось.

— Повторяй себе это почаще, дорогая.

(Элизабет Суон и Джек)

Walt Disney Pictures

— Хоть кто-то спасал меня потому, что соскучился?!

— Все это видели?! Ибо я отказываюсь это повторять!

— Мой корабль бесподобен и горд. И он чуть ли ни огромен! И он… уплыл.

— Капитан, позвольте доложить о надвигающемся бунте: я готов называть пальцы и тыкать именами.

— Если ты ждал подходящего момента… то это был он.

— Ты либо безумец, либо гений.

— Это две крайности одной и той же сущности.

(Уилл Тернер и Джек)

— Убери железку, напросишься на поражение.

— Ты не победил, ты сжульничал! В честном бою я бы тебя заколол!

— Ну тогда сражаться честно явно нет резона.

(Уилл Тернер и Джек)

— Перестаньте дырявить мой корабль!

— Стоит разок умереть и приоритеты тут же меняются.

— Куда это вечно исчезает ром?

Walt Disney Pictures

— Знаете это чувство: стоишь на краю обрыва, и тянет прыгнуть вниз?… У меня его нет.

— Мистер Гиббс, бросьте мою шляпу в воздух.

— Это честь для меня. Ура!

— Несите назад.

(Джек и мистер Гиббс)

— Кто куёт эти мечи?

— Я кую! И упражняюсь в фехтовании, по три часа в день.

— Лучше найди себе девушку!

(Джек и Уилл Тернер)

— То есть, ты обманула меня, сказав правду?

— Да.

— Оригинальный ход. Надо запомнить.

(Джек и Анжелика)

— Я не ищу неприятностей!

— Какой ужасный подход к жизни.

— Знавал я одного испанца, звали его… как-то по-испански.

— Не убивайте меня! Потому что если меня убить, я же… умру…

Walt Disney Pictures

— А ну поднажмём, давай-ка, ещё!

— Всё! Хватит! Я за Кариной!

— Бросишь меня ради институтки в кружевах?!

— Да!

— Все мужики одинаковые!

(Генри Тернер и Джек)

Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Какие правила нужно соблюдать в полиамории

В полиамории этичны следующие параметры — согласие, честность, верность, отрицание собственничества, уважение, эмоциональный комфорт и безопасность, непрерывный диалог и достижение договоренностей (договора). Во всех вариантах немоногамии реализация желания вступать в сексуальные отношения более чем с одним партнером предполагает стопроцентное согласие всех участников. Если нет единодушия, происходящее нельзя назвать согласованным, консенсуальным, этичным.

В отношениях придается большое значение ясным посланиям, достижению взаимопонимания и четким договоренностям. Такая способность к договорной немоногамии, основанной на безопасности, уважении, приобретается вместе с обретением самоидентификации, автономии и зрелости каждого из партнеров.

Также предполагается эмоциональная честность и правдивость в отношении сексуальных желаний — перед собой и своим партнером. В сексе можно и даже нужно отказываться от всего, чего не хочется и что не вызывает желания. В свою очередь, когда человек решается попробовать что-нибудь новое, он должен убедиться в поддержке новых идей со стороны партнера.

Фундаментом отношений является честный диалог, в ходе которого обсуждается широкий круг вопросов, не только сексуальных. Когда есть честный диалог, связанный с обсуждением возникающих проблем, только тогда можно рассчитывать, что отношения будут стабильными. Неотреагированные эмоции, замалчивание проблем, обман (прямой или косвенный) невозможны. Они подвергают отношения риску. Напряжение может накапливаться, приводить к эмоциональным срывам, конфликтам, которые распространяются не на одного человека, а на группу любовников.

Понятие верности в полиамории приобрело новое значение. Быть верным по-новому — это значит соблюдать обязательства и договор

Умение сохранять чувствительность к себе и быть чувствительным к чувствам и желаниям партнера (-ов) называется эмоциональным интеллектом. Он требует способности понимать и выражать свои эмоции, сохранять эмоциональную устойчивость в стрессовых ситуациях, улавливать знаки в общении, которые указывают на то, в чем другие нуждаются, и адекватно на них реагировать. Полиаморные люди не признают собственнические чувства. Они склонны рассматривать метамуров — то есть дополнительных партнеров своего партнера — как благо, а не как угрозу для себя. Наличие таких партнеров, по их мнению, может подорвать доверие не в большей степени, чем наличие у них обычных друзей.

Есть такое новое понятие — «комперсия», обозначающее радость, возбуждение или интерес, который возникает, когда партнер вступает в романтические или сексуальные отношения с кем-то еще, кроме тебя. Ревность не отрицается, но считается эмоцией, с которой можно совладать. Переживание комперсии у партнера возможно, только если у него есть субъективное ощущение безопасности и уровень доверительности в отношениях настолько высок, что появление параллельной влюбленности и сексуальных отношений не воспринимается как угроза.

Понятие верности в полиамории приобрело новое значение. Оно не связано исключительно с сексом. Быть верным по-новому — это значит соблюдать обязательства и договор. Ревность, конечно, существует. Куда ж от нее деться? Но полиаморы считают, что зато можно избавиться от ее власти, от ее разрушительного воздействия, если проговорить ситуацию, рассказать все нюансы переживаний тому, к кому она относится. Человек в полиаморных отношениях все время осознан, обнажен и готов к диалогу. В полиамории не принято относиться к партнеру как к бездушному объекту, вещи, спортивному снаряду. В ней исключаются любые формы эмоционального насилия — шантаж, манипуляции, игнорирование. Как это проявляется в деталях?

Например, не принято не отвечать на сообщения и ставить в игнор, но этично написать: «Отвечу позже» или «На первый вопрос отвечу сейчас, на остальное — при встрече». Или, например, можно сказать: «На данном этапе я точно не ищу отношения, которые были бы главными — с кучей взаимной ответственности и планов. Потому что они у меня уже есть, и вторые такие же я просто не потяну». Также этично информировать нового партнера о предполагаемой частоте встреч, если есть осознанность и понимание на этот счет. Например, задавать для обсуждения такой вопрос: «Я могу встречаться с тобой раз в два месяца. Чаще не получится. Тебе это нормально?» Аналогично не принято после занятия сексом исчезнуть и снова появиться, скажем, месяца через три, не предупредив и не обговорив это заранее. Такая манера поведения партнера может вызвать у другого болезненные переживания, трактоваться как пренебрежение, односторонняя приостановка отношений.

Не все отношения, которые называют полиаморными, являются таковыми

«С каждым из партнеров выстраивается тот формат, который подходит обоим, — говорит одна из участниц закрытого полиаморного паблика. — Это постепенный процесс. Вряд ли получится уже на первом свидании сказать: „С тобой мы будем видеться раз в месяц, ходить в клуб, танцевать и пить мохито“. Но какие-то минимальные границы обговорить необходимо. Когда формат отношений выстроен, нужно дать человеку уверенность в том, что ваши с ним отношения не зависят от появления новых отношений или прекращения старых. Понятное дело, что они будут сами меняться конкретно с этим человеком со временем, но не стоит их ставить в серьезную зависимость от других отношений».

Любовь в полиамории не потребление, а уважение, дарение, обмен духовностью и переживаниями. Не все отношения, которые называют полиаморными, являются таковыми. Для того чтобы понять, насколько этично и безопасно ваше поведение в любовных и сексуальных отношениях, можно задать себе несколько вот таких вопросов.

— Осознаете ли риски свои и тех, кто вовлечен в ситуацию? Какие есть способы их минимизировать?
— Есть ли кто-то в ваших отношениях, кому нанесен вред?
— Может ли ваше привычное поведение с любовником, с любимым стать причиной болезненных переживаний?
— Какие эмоциональные риски могут возникнуть с этим конкретным партнером?
— Стоит ли вступать с ним в отношения, если он «не в теме»?

Любые отношения должны строиться на уважении и любви. В полиамории это то, что относится к категории must have. Полиаморы дарят друг другу любовь и получают в ответ больше, чем ожидают. Возможно, это одна из причин, которая делает полиаморию популярной и притягательной.

Любовь и ненависть «в одном флаконе»

Татьяна Ткачук: Приблизительно столетие назад швейцарский психиатр Блейлер, работавший в Цюрихе и писавший в соавторстве с Зигмундом Фрейдом, ввел термин «амбивалентность чувств» — то есть двойственность в отношении к человеку или явлению, одновременное его принятие и отвержение. Блейлер полагал, что если противоречивые чувства сменяют друг друга немотивированно быстро – мы имеем дело с шизофреником. А вот его коллега Фрейд считал, что любовь и ненависть одновременно – это врожденное свойство любой человеческой натуры, и лишь когда оно слишком ярко выражено, это свидетельствует о невротическом складе психики.

О том, как уживаются любовь и ненависть «в одном флаконе», сегодня говорят философ, психолог, ректор Института психоанализа и социального управления профессор Павел Семенович Гуревич и системный семейный психотерапевт, член Европейской Ассоциации психотерапевтов Ольга Березкина.

Давайте сразу начнем с того, о чем спорили Фрейд и Блейлер: на ваш взгляд, способность испытывать амбивалентные чувства – то есть, двойственные чувства – говорит о том, что человек, мягко скажем, неуравновешен, а если еще конкретнее – болен? Павел Семенович…




Павел Гуревич

Павел Гуревич: Я полагаю, что Блейлер, который больше всего работал с людьми с пограничной психикой, полагал, что сама двойственность чувств выражает расщепленность сознания, — поэтому это является свидетельством патологии. А у Фрейда совсем другая трактовка. Он считает, что это наше антропологическое свойство. Чувства животных всегда одновалентны. А вот у человека есть такая странность: в изнанке любого чувства — будь то любовь, будь то страх или бесстрашие – всегда таится противоположность этому чувству. Поэтому я присоединяюсь к точке зрения Фрейда.


Татьяна Ткачук: Вы ближе к Фрейду?


Павел Гуревич: Да. Я полагаю, что можно очень легко проследить, как каждый человек демонстрирует эту полярность чувствований.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Павел Семенович.

Ольга, каков ваш взгляд?




Ольга Березкина

Ольга Березкина: Ну, на самом деле, я тоже согласна с Фрейдом. Более того, проблема возникает не оттого, что человек демонстрирует полярные чувства, а с их осознанием. Потому что существуют некие запреты. Например: «Ты должен этого человека любить, если ты любишь». Если ты вдруг чувствуешь, что ты его вот в эту данную секунду не любишь, он тебя безумно раздражает, или еще с ним что-то такое происходит, то ты можешь себя казнить, и осознавать это очень сложно. Причем, очень часто люди, которых мы действительно любим, делают нам очень больно, но мы все равно, типа, не должны на них злиться. И это, наверное, основная проблема, которая ведет ко всяким психологическим бедам, вплоть до патологических расстройств и заболеваний.


Татьяна Ткачук: Но, в принципе, вы тоже согласны с тем, что если человек такие противоречивые чувства испытывает, ему не надо, услышав сейчас наш эфир, сразу обеспокоиться необходимостью бежать к психиатру и как-то исследовать свою психику. То есть это, в общем, нормально. Другой вопрос – как ты к этому относишься, и что с этим делать, да?


Ольга Березкина: Да. Более того, я могу поспорить с Павлом Семеновичем, потому что и животные испытывают противоречивые чувства. Вот, например, собака, которая кормит щенков, она их, с одной стороны, безумно любит и кормит, но когда они ее кусают, она говорит «гав».


Татьяна Ткачук: Да, она защищает себя. И иногда даже на третий день собаки стряхивают с себя этих несчастных малюсеньких щенков и «говорят»: «Хватит! Кормите сами, как хотите», — и уходят.


Ольга Березкина: «Хотя бы полчасика подождите».


Татьяна Ткачук: Спасибо. Павел Семенович, прошу.


Павел Гуревич: Я думаю, что, в общем, приписывание амбивалентности чувств для животных – это чисто человеческий взгляд, когда мы, по меркам человеческой психики, оцениваем поведение животных.


Татьяна Ткачук: Но так делают все «собачники», скажу вам по секрету…


Павел Гуревич: Ради Бога! Но все-таки специфика человеческих чувствований состоит в том, что всегда они имеют в своей изнанке противоположность. И на уровне здравого смысла… Я хотел бы это пояснить, ну, скажем, Катуллом, римским поэтом, V век до нашей эры: «Я ненавижу и люблю. «Почему?», – ты спросишь, быть может. Не знаю, но так чувствую я». То есть, если бы мы приписали Фрейду только одно открытие – что каждое чувство может смениться противоположным, то есть, вот есть верность, и есть предательство, есть любовь, и есть ненависть, — то тогда Фрейд был бы малоинтересен. Вот именно парадокс заключается в том, что эти два чувствования, как вы правильно сказали, «в одном флаконе» в человеке. Он любит, и в то же время – ненавидит.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Павел Семенович.

Социологи, исследуя стереотипы поведения современной женщины, в числе множества других вопросов задавали и такой вопрос: «Можно ли любить и ненавидеть одновременно?». Меня немного удивили их выводы: те женщины, кто на этот вопрос ответил «нет» — то есть, нельзя любить и ненавидеть одновременно, — продемонстрировали, по мнению социологов, косность, отсутствие гибкости во взглядах, суждениях и стереотипах поведения.

Ольга, неужели для того, чтобы тебя не сочли косным и негибким, обязательно нужно хоть чуть-чуть да хотеть задушить того, кого любишь ты любишь?


Ольга Березкина: Ну, в принципе, да, иногда бывает. Не то, что ты все время испытываешь безумную любовь и безумную ненависть, но иногда ты, действительно, испытываешь эти чувства одновременно. Вот представьте: тебя схватили в объятия и крепко-крепко и долго держат. В какой-то момент тебе хочется вздохнуть, и ты эти объятия уже должен разжать. Я имею в виду не обязательно сильные объятия, а эмоциональные, психологические. Человек с трудом выдерживает (ну, в зависимости от человека) очень близкие отношения долго, и он должен себя как-то от них, от очень близких отношений, от растворения в другом, иногда защитить.


Татьяна Ткачук: То есть, Павел Семенович, иными словами, если любовь не имеет вот такой окраски… То есть, если объятия не хочется скинуть с себя и не хочется «приправить перчиком» такую вот любовь, то это говорит о том, что, в общем, чувство более примитивное, правильно я понимаю?


Павел Гуревич: Вряд ли. Вы знаете, вот на уровне бытовой лексики мы часто слышим такие фразы: «Я так его люблю, что просто убила бы его!». Вот вам и весь фокус! То есть, одновременно эти чувства испытывает каждый человек. Он может быть славным, бесстрашным, но в душе его гнездится страх. И это так причудливо сочетается в наших человеческих чувствах, что, например, когда во французском фильме рассказывают о том, как мужчина и женщина разводятся, и их адвокаты спрашивают друг друга… Один задает вопрос: «Неужели эти люди когда-то любили друг друга?!..», — другой отвечает: «Еще как любили! Иначе откуда эта ненависть?..».

То есть, я не склонен рассматривать проявление двойственности как выражение патологии или примитивности. Другое дело, что дальше, наверное, наше изложение, наш разговор затронет тему и в невротическом варианте, когда вот эта двойственность проявляется более рельефно. Но это уже другая плоскость темы.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Павел Семенович.

И прошу вас, Ольга, вы хотели что-то добавить к тому, о чем говорил Павел Семенович.


Ольга Березкина: Я хотела бы обратить внимание еще на один аспект чувств, которые расположены на шкале «любовь – ненависть». Я это воспринимаю, действительно, как некую шкалу. Одно и то же чувство, окрашенное по-разному. Если человек кого-то очень любит и думает все время о нем, он находится с ним в близких отношениях. Если он кого-то также сильно ненавидит, то он вкладывает туда столько же эмоциональной энергии, и тоже находится в этих близких отношениях. Фактически это говорит о том, что люди безумно связаны и друг для друга очень много значат.


Татьяна Ткачук: Или один для другого? Это ведь может быть не взаимно.


Ольга Березкина: Может быть не взаимно. Но обычно настоящее чувство взаимно.


Татьяна Ткачук: Ну, мы поговорим о взаимности и невзаимности в контексте этой программы чуть позднее.

А сейчас я хотела бы задать такой вопрос. Амбивалентность чувств, ну, в самом ярком проявлении (это то, о чем сейчас говорила Ольга) – сочетание любви и ненависти – проявляется, на самом деле, в самых разных взаимоотношениях – взаимоотношениях мужчины и женщины, матери и ребенка, подростка и учителя, подростка с его друзьями.

Павел Семенович, вот права ли я, полагая, что в тех отношениях, которые мы не выбираем, которые являются данностью для нас, вот которые даются один раз и на всю жизнь, то есть я имею ввиду, конечно, пары «родитель – ребенок» – вот такие любовь и ненависть могут цвести одновременно ярче всего?


Павел Гуревич: Я думаю, что да. Потому что об этом достаточно ясно свидетельствует криминальная хроника. Самые большие преступления обычно совершаются в семье, между людьми, которые, казалось бы, повязаны самыми глубокими и нежными чувствами.


Татьяна Ткачук: Должны быть повязаны.


Павел Гуревич: Да, должны быть повязаны. Но, на самом деле, происходит быстрая смена. Но я еще раз подчеркиваю, что речь идет не о смене состояний, а о том, что каждая любовь содержит в себе початок ненависти. Это очень полезно знать каждому человеку, родственникам. Потому что иногда думают: «Если есть любовь, то исключена ненависть. Если мама нежно относится к своему ребенку, то ненависти быть не должно». Или если ребенок по определению любит своих родителей, то он не будет беседовать с киллерами… Вот недавно в какой-то передаче я слышал. Девочка заказывает киллеру убийство своих родителей, которые запрещают ей ходить на дискотеку. И при этом, когда ее спрашивают: «А как бы вы хотели, чтобы состоялась эта смерть? Вы хотите, чтобы их зарезали, удушили?», — она сказала: «Это все равно. Но чтобы было не очень больно».


Татьяна Ткачук: Да… Ну, и потом вот этот подростковый бунт, когда начинаются первые конфликты с родителями, и первые серьезные конфликты, когда подросток первый раз пишет в свой дневник, пугаясь сам этих слов: «Я ненавижу свою мать!», — это одно из самых ярких, наверное, проявлений того, о чем мы говорим.

Ольга, прошу.


Ольга Березкина: Я хочу обратить внимание на то, что эти отношения в паре «родитель – ребенок», конечно, там чувства самые сильные вначале, потому что они жизненно важны и для ребенка, и для матери, даже биологически. Но если взрослый человек говорит, что он ненавидит своих родителей, это означает, что он недостаточно зрелый. Потому что по мере взросления, после прохождения этого подросткового возраста чувства должны становиться спокойнее – человек становится более эмоционально независимым. И если он испытывает по-прежнему такие бешеные чувства к своим родителям…


Татьяна Ткачук: …значит, не произошла сепарация.


Ольга Березкина: Правильно, да. Хотя вы мне говорили, что не надо терминов употреблять (смеется)


Татьяна Ткачук: Я прошу прощения… (смеется)

Мы принимаем первые звонки. Сергей из Москвы дозвонился. Сергей, добрый день.


Слушатель: Добрый день. Я врач по специальности. И мне кажется, что конфликт возникает не из-за наличия вот этих противоположностей, а тогда, когда некий механизм взвешивания вот этих противоположностей устает, перенапрягается. Вот мне так кажется. Спасибо.


Татьяна Ткачук: «Механизм взвешивания противоположностей» — мне кажется, это близко к тому, о чем говорила Ольга в начале программы, что важен не сам конфликт чувств, а то, как мы осознаем этот конфликт.

Ольга, прошу – несколько слов.


Ольга Березкина: Что это значит – «механизм взвешивания»? Он у зрелого человека должен сформироваться, когда один и тот же человек воспринимается как плохой и как хороший. И это нормально – это один и тот же человек. Это некая психологическая работа, которую совершает каждый человек, взрослея. И у меня есть много таких случаев. Если он вдруг осознает, что он страшно не любит свою маму, а должен любить (я говорю уже о взрослых людях, со своими детьми), то люди очень часто болеют – у них плохо с сердцем становится или какая-то другая патология. Они себя, таким образом, наказывают. Если же ты понимаешь, что тебе что-то в маме не нравится, но ты все равно к ней относишься нормально, или она не та самая гадина, из-за которой у тебя не сложилась вся жизнь, а тебе 40 лет, вместо того, чтобы что-то делать, можно бесконечно… Знаете, люди почитают психоаналитические статьи сами – и теперь понимают, почему у них в жизни так все плохо, и очень сильные такие чувства испытывают.


Татьяна Ткачук: Главное – найти виноватого, а дальше уже по отношению к этому виноватому развить целый спектр негативных чувств.


Ольга Березкина: Ну да.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Ольга.

Еще звонок принимаем. Александр Иванович из Московской области, добрый день.


Слушатель: Добрый день, уважаемые господа. У вас такая передача, претендующая на серьезный научный уровень. Поэтому надо определиться. Ведь на Западе слова «любовь» нет. Там эти отношения опустили до скотского уровня и обозвали «сексом». Что вы имеете в виду под любовью и под сексом? В чем (хотя бы в двух-трех словах) их принципиальная разница? И что вы имеете в виду, когда говорите «это секс и ненависть» либо «любовь и ненависть»? Тут надо четко определиться. Потому что произошло смешение понятий. Это первое.

Второе. Пример из другой области…


Татьяна Ткачук: Александр Иванович, давайте мы на первый вопрос сразу вам ответим, а потом вы второй вопрос зададите.

Павел Семенович, можно было бы попросить нашего слушателя объяснить, что он имеет в виду под словом «Запад», потому что это очень обширное понятие. Насколько я помню, во всех языках «любовь» и «секс» называются разными словами, для этого есть разные слова.


Павел Гуревич: Безусловно.


Татьяна Ткачук: Ну, прошу – несколько слов буквально, и мы передадим слово слушателю.


Павел Гуревич: Дело в том, что, конечно, «сексуальная революция» прошла в европейских странах. Но мы сегодня видим уже некоторое противостояние этой революции. Опять в моде любовные отношения, нежные, семейные, румянец на щеках. К чему же так обобщать?..


Татьяна Ткачук: Другое дело, что, может быть, наш слушатель клонит к тому, я так думаю, что, наверное, в страсти наиболее ярко проявляется амбивалентность человеческих эмоций.


Павел Гуревич: Наверное, да.


Татьяна Ткачук: Но мы чуть позже об этом поговорим.

Александр Иванович, задавайте свой второй вопрос.


Слушатель: Это не вопрос, а комментарий. Например, Мейерхольд, великий русский режиссер, он выбирал только то, что он искренне, истинно любил – те пьесы. И работая над этой пьесой, он доводил и коллектив, и себя до изнеможения. И когда его спрашивали близкие люди: «Как дела с вашей пьесой?», — он говорил: «Эта сволочь-пьеса меня уложит в гроб». То есть, любовь и ненависть – это когда кто-то любит человека, и он хочет, чтобы этот человек был у него навечно, он хочет, чтобы это была, в конце концов, его собственность. Пример – гарем. Вот посадить его, чтобы не было страха, что это уйдет. А это, естественно, как говорится, у одного вызывает страсть, а у другого – ненависть. А по поводу того, что…


Татьяна Ткачук: Спасибо, Александр Иванович. Теперь уже мы вас прервем, потому что у нас еще один слушатель на линии. А потом мы прокомментируем ваше мнение.

Валентин из Рязани, прошу вас. Здравствуйте.


Слушатель: Здравствуйте. Первый вопрос. Может ли быть сильное чувство без эмоций, скажем, ненависть и любовь, так сказать, на уровне головы?


Татьяна Ткачук: А как это – чувство без эмоций? Это тогда уже не чувство.


Слушатель: Я поэтому и спросил. И второй вопрос. Вот если психология берется лечить психические заболевания, то по определению она может справляться, видимо, и с чувствами, если она берет на себя такие обязанности. Спасибо.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Валентин.

Ну, что касается звонка предыдущего слушателя. Я думаю, что с Мейерхольдом – это блестящий пример, который полностью комментирует то, о чем мы сейчас в студии говорим. Что касается гарема… ну, там была другая тема затронута – тема страха потерять. Мне кажется, что это чуть-чуть в другую сторону.

Теперь два вопроса. Первый вопрос – «чувство без эмоций». И второй… Немножко упустила я формулировку вопроса, но мне кажется, психиатрия занимается психическими заболеваниями, а не психология. Ольга, прошу.


Ольга Березкина: Что касается чувств и их осознания – это связано очень сильно с той средой, в которой человек рос, и как он учился свои чувства опознавать, не бояться и как к ним относиться. Многие люди так боятся чувств, любых чувств, что когда они их осознают, то им становится плохо. Им легче рассуждать. То есть такая защита, что «любовь – это тогда, когда я…», и так далее. В принципе, каждый человек пытается как-то с чувствами справиться, их осознавая. Это один из первых шагов.


Татьяна Ткачук: Но ведь еще есть такой тип людей, у которых понятия любви подменяются какими-то другими понятиями. То есть, любовь к родителям – это, прежде всего, чувство долга и какие-то обязанности по отношению к ним. Любовь к ребенку – это желание воспитать по какой-то системе. Но вот, видимо, слушатель говорил об отсутствии какого-то тепла и каких-то сильных всплесков эмоциональных.


Ольга Березкина: Может быть, и об этом он говорил. Но, в принципе, люди все равно испытывают эмоции, потому что они живые, и это – физиологический процесс. Другое дело, что они с ними делают, с этими эмоциями.

А что касается того, как они выражают свою любовь… Они могут выражать ее как угодно, даже деньгами, если они по-другому не могут. Понимаете? Или вниманием. Просто люди разные, и они по-разному выражают свою любовь. Есть такие пары, которые всю жизнь так ругаются – и это составляет смысл их любви и смысл их жизни. И при этом их разорвать невозможно. Как только они куда-то разъезжаются на час – они тут же друг к другу стремятся.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Ольга.

Павел Семенович, а как вообще амбивалентность чувств, двойственность, о которой мы сегодня говорим, связана с типом личности?


Павел Гуревич: Ну, я думаю, что, действительно, можно выделить некоторые типы личности, которые в большей степени подвержены этой двойственности. Скажем, истерический характер, безусловно. Настасья Филипповна или какой-то другой персонаж ярче выражает этот переход от одного состояния к другому. А если мы возьмем, скажем, человека мыслительного типа, то страстность его натуры выражена меньше. Вот я так понял вопрос нашего радиослушателя, что чувства могут быть без эмоций. То есть, на самом деле, если это – эмоции, то это страсть. Страсть – это то, что выделяет человека и возвышает над животным миром. Потому что это другая система ориентаций для человека, которых нет у животных.


Татьяна Ткачук: Говорят, что у дельфинов есть…


Павел Гуревич: Возможно. Властолюбие, корыстолюбие, любовь, преданность, верность, фанатизм – вот это все мир наполненных, полнокровных человеческих чувств. И если мы имеем дело с эмоциональным человеком, то, конечно, он больше подвержен демонстрации этой полярности. Истерический тип, наверное, больше подвержен этому.

Но если мы говорим о патологических состояниях, то там, конечно, прав Блейлер, который накопил достаточный эмпирический материал, когда он видел эту расщепленность.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Павел Семенович.

Еще примем один звонок. Георгий из Московской области, здравствуйте.


Слушатель: Здравствуйте. Огромное спасибо за передачу. У меня такой вопрос. Почему бы не перейти к сути – политкорректность цивилизации, которая после «рок-революции» наступила? Это было открытием для бизнес-владык, что политкорректность, воспитанная рок-Митрофанушками, она… новый лозунг: «Митрофанушки всех стран, объединяйтесь!».


Татьяна Ткачук: Георгий, готова Ольга вам отвечать.

Ольга, пожалуйста.


Ольга Березкина: Я думаю, что политкорректность – это тот способ, которым в определенных культурах скрывают негативные чувства. И если в этом покопаться, то, обычно, это такой способ культурный – скрыть негативные чувства к кому-то, это культурное явление.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Ольга.

Больше всего тема «любви — ненависти» обсуждается, как я выяснила, готовясь к этой программе, на различных интернет-форумах, а их буквально сотни. То есть, практически во всех городах России, от малых до великих, в женских и мужских (что меня удивило!) чатах, — споры кипят нешуточные. Вот несколько мнений пишущих: «Ненависть может быть к любимому в двух случаях: если любишь безответно, и если простить что-то глобальное не можешь». И тут же этому человеку возражают: «Нет, это уже не высшая любовь, потому что в ненависти всегда есть эгоизм, а высшей любви он неизвестен». «Если спутницей любви становится боль, то ненавидишь именно эту боль, а не человека, которого любишь». И последнее высказывание, мужчина пишет: «Несмотря на всю шизоидность моей натуры, не раздвоиться мне настолько, чтобы ненавидеть того, кого я хоть как-то люблю. Господа, вы путаете ненависть с раздражением, обидой, завистью – с настоящей же ненавистью любовь не совместима никак и никогда».

Ольга, прошу ваш комментарий, если какая-то реплика вас зацепила.


Ольга Березкина: На самом деле, мне понравилась последняя реплика. Потому что, действительно, вот такие очень сильные чувства – любовь и ненависть одновременно – испытывают, наверное… Все равно они сменяются, вот в этот момент одно чувство не осознается. Действительно, не очень уравновешенные люди, которые… Вот Павел Семенович сказал, что они пограничные, но у меня немножко другая терминология. Обычно эти чувства, кстати говоря, если истерическая личность, они не очень глубокие, поэтому они очень быстро сменяются.


Татьяна Ткачук: То есть, и то, и то поверхностное, получается?


Ольга Березкина: Ну, в общем, мне кажется, что в значительной степени… Конечно, люди разные, но вот истерической личности свойственно не очень… Я понимаю, что вы со мной не согласны. Но я высказываю свое мнение.


Татьяна Ткачук: Ольга, а я вот сразу Павла Семеновича спрошу. Павел Семенович, тогда, действительно, может быть, мы говорим об обиде, о зависти, о раздражении (Ольга часто сегодня это слово упоминала – «раздражает человек»), может быть, это не ненависть, на самом деле?


Павел Гуревич: Ради Бога, можно говорить о том, что любящие ссорятся, можно говорить о том, что они эгоистичны. Но я лично считаю, опираясь на собственную клиническую практику, что чем глубже любовь, тем больше в ней заложено противоположностей. Каждый любящий человек должен быть готов к тому, что его любовь может обернуться изнанкой.


Татьяна Ткачук: Павел Семенович, а вот что это значит – «любовь может обернуться изнанкой»? То есть, может обернуться, а может и не обернуться? Кто или что этот конфликт провоцирует? Это ведь внутренний конфликт личности некий…


Павел Гуревич: Да, это внутренний конфликт. Но для того, чтобы выразить существо этого конфликта, нужна конкретность. Вот о чем идет речь. В одном случае, как я уже пытался вспомнить «Демона» Лермонтова, который любит Тамару, и объясняя свои чувства – глазами, конечно, романтического поэта Лермонтова: «В любви, как в злобе, верь, Тамара, я неизменен и велик…». То есть, речь не идет о том, что «немножко любил» и «немножко ненавидел».


Татьяна Ткачук: То есть, если велик, то во всем – и в том, и в том.


Павел Гуревич: Если велик, то во всем! И чем больше чувство любви, тем больше разного рода предостережений должно быть. Когда говорят: «Я тебя безумно люблю!», — то это может немножечко и насторожить. Потому что тогда надо очень бережно…


Татьяна Ткачук: Но это же идиома. Ведь люди же не вкладывают прямой смысл в эти слова, а особенно, если чувство взаимное.


Павел Гуревич: Да, это идиома, а чувства-то реальные существуют.


Татьяна Ткачук: Ольга, прошу.


Ольга Березкина: Каждое слово, оно, действительно, отражает значительно глубже нашу психологию, чем нам кажется. Вот мы говорим, что безумно любим, то есть, действительно, теряем разум. А вообще, я слышала такое определение психиатров, что такое любовь – это невроз навязчивых состояний.


Татьяна Ткачук: Да-да, в этой студии это тоже звучало не раз…

Звонок принимаем. Алексей Петрович из Москвы. Добрый день.


Слушатель: Добрый день. Вот вы сказали очень хорошо по поводу отношений взрослых детей и родителей: «Она – гадина, из-за которой не сложилась жизнь», — а тебе 40 лет. Но эта ситуация не заканчивается этим, она развивается и дальше. То есть, стремление наказать родителей за то, что они сделали в детстве, за то, что они заставляли тебя ходить, скажем, в немецкую школу (или в английскую школу), в музыкальную школу, на спортивное плавание и так далее.


Татьяна Ткачук: Отыграться, да?


Слушатель: Да. А потом отвергается это все. Скажем, если учился в немецкой школе – немецкий язык забрасывается, учится английский язык, а к немецкому не прикасаются. К музыкальному инструменту не прикасаются.

А что касается родителей, то наказывать их можно, например, так. Раза три выбросить библиотеки или выбросить три пишущих машинки, потому что, скажем, один из родителей занимается творчеством. Вот такие моменты. И в то же самое время…


Татьяна Ткачук: Алексей Петрович, а вы нас хотите спросить что-то –это нормально или нет?


Слушатель: Я просто говорю, что вы остановились, но по моим жизненным наблюдениям, этот процесс продолжается еще в другом русле.


Татьяна Ткачук: То есть, происходит некое сведение счетов с родителями за то, что было в детстве?


Слушатель: Да, сведение счетов. И я согласен, что взросления нет. Потому что человеку 38 лет, а он продолжает играть в компьютерные игры, показывать свою ненависть к родителям, хотя одновременно и с заботой, но забота – скорее всего, показать, что они от него зависят материально.


Татьяна Ткачук: Понятно, Алексей Петрович. Я просто добавлю сюда как бы другую сторону медали. Вот очень сложные отношения родителей к выросшим детям, в которых смешивается и какое-то разочарование, потому что не все получилось, и какое-то отчаяние, потому что ребенок вырос, и вдруг тебе кажется, что ты ему не нужен уже больше совсем. Ведь это тоже очень противоречивые чувства, и они тоже могут долго длиться. Уже этому ребенку, может быть, в свою очередь, 35-40 лет, а мать (или отец) может переживать очень сложные чувства по отношению к тому, кого растил с пеленок, и который казался до какого-то момента таким понятным, теплым, родным и простым, а потом оказался совсем непростым.

Ольга, прошу… Вот такое продление на всю жизнь неких сложных эмоций…


Ольга Березкина: Я могу сказать, что я таким людям очень сочувствую. Причем, я сочувствую как родителям, так и детям. Потому что вот то, что этот… Я так представила, у меня такая фантазия есть, что это родитель рассказывает о своем ребенке или о ребенке своих знакомых. И смысл жизни обоих родителей и детей до 38 лет, он в борьбе. Они друг от друга не могут отступиться. Причем, не только ребенок, но и родители. Понимаете, они же должны жить какой-то другой жизнью. А они же его все время тюкают, наверняка, все время ему что-то говорят. Это об очень глубоких отношениях, которые патологичны сами по себе, потому что, ну, в 38 лет нельзя так друг к другу относиться. Скорее всего, этот человек никогда не заведет семью…


Татьяна Ткачук: Вот смотрите, мы все время сами себе противоречим. С одной стороны, мы уже 40 минут в студии говорим о том, что никакой патологии в этом нет, что свойственно это всем людям, что мы с этим рождаемся. Вы оба склонились к точке зрения Фрейда, а не его швейцарского коллеги. И в то же время каждый раз, когда мы рассматриваем какие-то конкретные примеры, звучат слова, что это значит, что не произошло сепарации, то есть отделения вовремя от родителей, что отношения патологические, что вам таких людей жалко…

Павел Семенович, я такой вопрос задам. Вот в паре «мать — ребенок» мать может испытывать какие-то сиюминутные гнев и раздражение по отношению к ребенку, но это всегда происходит на фоне любви и беспокойства за его судьбу, за его здоровье. В паре «мужчина — женщина» один из партнеров может испытывать и гнев, и стыд, и досаду, но на фоне зачастую обожания и преклонения перед партнером. Всегда ли одна из этих противоречивых эмоций – устойчива, и она как бы является базисной, а вторая – ситуативна, она мелькает молнией на небе и исчезает? Или же они могут быть совершенно равноправны, и обе быть базисными?


Павел Гуревич: Они не ситуативны. И если вы мне позволите, то давайте вернемся к ситуации, когда Фрейду понадобилось слово «двойственность», «амбивалентность». Имеется в виду работа «История маленького Ганса». Фрейд показывает сложный замес этих чувствований на материале 5-летнего ребенка, который желает устранить своего любимого отца и занять его место. То есть, когда вы задаете вопрос – является ли это нормой или патологией? – то, на самом деле, с одной стороны, это – норма, потому что это обычная ситуация, комплекс Эдипа, который существует во всех культурах, и это родовая судьба каждого человека…


Татьяна Ткачук: Это психоаналитик в вас сейчас заговорил…


Павел Гуревич: Да. А с другой стороны, конечно, это кажется патологией. Потому что все зависит от того, как мы рассматриваем этого ребенка. Если мы рассматриваем его руссоистски, о чем мы все время… Вот так мне как-то показалось, что у нас представлена такая благостная интонация: «Ребенок должен, родитель должен испытывать полноценные чувства». А ведь на самом деле каждый проходит через этот Эдипов комплекс. И поэтому, с другой стороны, это кажется абсолютно болезненным процессом, абсолютно патологичным. То есть, я бы это таким образом выразил: да, это антропологическая данность, да, это качество человека, но кто сказал, что человек – это идеальное существо?..


Татьяна Ткачук: Любопытный ход! Вот этого я от вас не ожидала.

Звонки примем. Олег из Москвы, добрый день.


Слушатель: Добрый день. Здесь приводился пример (кажется, в предыдущем звонке) огромной нагрузки на ребенка, и вследствие этого – недовольство родителями. Но, по-моему, это вообще частный случай любой нагрузки на человека влюбленного. Потому что если человек не просто кого-то соблазнил, а именно влюблен, то он уважает свой объект любви. И ему кажется, что он недостоин его, и что его успехи недостаточны. И таким образом, это вызывает стресс, огромную нагрузку психологическую. И в сущности, это связано не с тем, что человека любимого ты ненавидишь, а ты ненавидишь те усилия, которые, как тебе кажется, ты должен приложить, чтобы быть его достойным.


Татьяна Ткачук: Вы знаете, Олег, мне кажется, что там даже более сложный механизм. Ты ведь встаешь на цыпочки для того, чтобы быть выше, красивее, лучше, достойнее, и какое-то время ты ходишь на этих цыпочках, пока ты получаешь как бы за это, как тебе кажется, внимание своего партнера. Но на цыпочках долго ходить невозможно, и рано или поздно ты встанешь на всю стопу. И вот в этот момент ты будешь ненавидеть подспудно человека, который заставил тебя столько времени в столь уродской и в столь неестественной позе проходить.

Продолжайте вашу мысль. Извините, что прервала.


Слушатель: То есть, значит, я правильно понимаю, что, на самом деле, ненависть не к объекту, а к тем усилиям и к тем разочарованиям, возможно, которые связаны с процессом любви.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Олег. Вот на форуме (я приводила одну из цитат) человек утверждает, что это — ненависть к боли, которую любовь вызывает. В общем, примерно близко. Павел Семенович, так все-таки ненависть к объекту или к тому, что с тобой с самим происходит, когда ты находишься в состоянии любви к этому объекту?


Павел Гуревич: Нет, я все-таки продолжаю настаивать на том…


Татьяна Ткачук: Настаивать на своем.


Павел Гуревич: …что это глубинное, трудноутолимое чувство, труднонасыщаемое чувство. И тщетно искать здесь педагогический аспект. Потому что вот любил ли Алеко Земфиру? Да, конечно, любил. А открылась ли она ему в том, что она любит другого человека? Да, открылась. А зачем он ее убил? Он мог и не убивать ее.

Вот почему так бывает, что в семье, где существуют благостные отношения, на самом деле вдруг совершается бытовое преступление, люди убивают друг друга? И не потому, что это некое поверхностное чувство, а глубинное чувство, на чем я и настаиваю.


Татьяна Ткачук: Спасибо. Ольга…


Ольга Березкина: Я хочу все-таки… я начинаю уже спорить с Павлом Семеновичем. Потому что если в семье все время благостные отношения, то, значит, все конфликты и все отрицательные чувства, они вытесняются. И в какой-то момент человек не знает, что делать с собственной агрессией, со своими чувствами. И в какой-то момент они просто выходят, как платину прорывает, из-под контроля. И человек, в принципе, способен справиться и со своей любовью, и со своей ненавистью, ну, заплатив какую-то цену.


Павел Гуревич: Я не понял, а в чем спор-то? Да, конечно, чувства накапливаются и дают исход, безусловно.


Ольга Березкина: Это связано с тем, какие отношения в семье, и как в семье, где он усваивает, обращаются с чувствами.


Павел Гуревич: Конечно. Там существует особая эмпирика, существуют особые социальные условия, поэтому, может быть, ненависть к человеку – это, может быть, ненависть к боли, разочарование по поводу того, что не получилось так, как хотелось. Но это всегда органика.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Павел Семенович. Спасибо, Ольга.

И нам дозвонился Сергей из Москвы. Сергей, добрый день.


Слушатель: Здравствуйте. Хотел бы напомнить вам один физический принцип: если есть два тела (или два заряда, например), то на дальних расстояниях они притягиваются, но если мы их близко-близко сдвинем, то они будут отталкиваться, будут включены силы отталкивания. Так вот, оптимальное состояние двух тел — когда они одинаково притягиваются и одинаково отталкиваются. И для этого нужна дистанция, то есть, пространство некое, у каждого должно быть личное пространство. Это первый мой комментарий…


Татьяна Ткачук: То есть, вы против слияния полного, да?


Слушатель: Да.


Татьяна Ткачук: …которое неизбежно приведет к отторжению, к отталкиванию.


Слушатель: Конечно.


Татьяна Ткачук: Давайте второй тезис.


Слушатель: Зашла речь о великовозрастных «детях», и тут, мне кажется, вы не учитываете или забыли о специфике нашей страны. То есть, все наши перипетии советские, постсоветские, все сложности наших десятилетий, все они успешно преодолевались только семьей. И это уже у нас в генах, что ни партия, ни власть, ни государство не даст человеку того… и не даст способности выживать, кроме как семья, внутрисемейные отношения. И войну так пережили. И поэтому мои бабушка с дедушкой пестовали мою маму, и также это распространяется, например, и на наше поколение.


Татьяна Ткачук: Ну, Сергей, это очень спорный вопрос. А как же кризис традиционного понятия «семья» сегодняшний, растущее число разводов?.. С одной стороны, вы правы, конечно, а с другой стороны, все немножко сложнее, чем ваш взгляд такой.


Слушатель: Мне кажется, что как раз ушли вот эти прежние установки, и они как-то разрушаются, но если бы они, может быть, были бы более мудрыми, более гибкими, то, как в Италии, как во всех романских, латинских странах, был бы культ семьи, который помог бы и нам пережить эти времена.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Сергей. Поняла идею. Вот не думаю я, не будучи психологом все-таки сама по образованию, что даже если бы семья была крепка как никогда, то это сняло бы проблему того, о чем мы сегодня говорим. Потому что проблема-то коренится в психике конкретного человека, каждого из нас с вами. Но, тем не менее, Ольге передаю слово.

Ольга, ваш комментарий.


Ольга Березкина: Хочу сказать, что такие не выросшие «дети» есть не только у нас, а в той же Италии и в Америке есть, и так далее. И это не говорит о том, что это хорошо или плохо, то, насколько крепка семья в какой-то момент. Во-первых, надо понять, что люди имеют в виду под крепостью семьи. Она может быть внешне крепка, а внутри там могут быть всякие скандалы, и при этом они тоже очень крепкие.

Я бы хотела немножко вернуться к тому комментарию, когда притягиваются и отталкиваются…


Татьяна Ткачук: …плюсы и минусы на расстоянии и вблизи.


Ольга Березкина: Действительно, что у каждого человека есть оптимально комфортная ему в данный момент эмоциональная дистанция. И если ему эту дистанцию в данный момент пережать, ну, например, слишком близкие отношения – это зависит тоже от истории его и от особенностей его психического строения, — он не может выдерживать, он пытается вырваться. Вы же знаете, что есть безумное количество пар влюбленных, когда один убегает, а другой его преследует, а потом это может точно так же поменяться. Потому что это спектр – от любви до ненависти и от далеких расстояний до близких расстояний. Поэтому мне кажется, что и норма, и патология, она тоже лежит где-то на этом спектре. Это не дискретно.


Татьяна Ткачук: Спасибо.

Принимаем еще звонок. Любовь Николаевна из Московской области, добрый день.


Слушатель: Добрый день. Я бы хотела сказать еще вот о чем. Вот любовь и ненависть, они зависят еще и не от самого человека, а от объекта, на который это распространяется. Например, моя мама была добрым и умным человеком, и поэтому у меня никогда не было к ней никаких двойственных чувств. А также и окружающие меня люди. Если человек умный и добрый, то у меня к нему нет двойственных чувств никогда.


Татьяна Ткачук: Любовь Николаевна, спасибо вам за звонок. Я уже поняла вашу мысль. Очень важный момент, на самом деле, вы затронули.

Павел Семенович, сейчас буду вас пытать. Вот смотрите: Фрейд объяснял, что амбивалентность чувств развивается там, где мы имеем дело со сложным объектом, чьи отдельные особенности, как он писал, по-разному влияют на наши потребности и ценности. Скажем, можно любить человека за доброту и ненавидеть его за вспыльчивость. В то же время он утверждал, что в любой сильной привязанности за нежной любовью кроется враждебность, и проявляется она именно к самым любимым лицам, в тех случаях, где ее меньше всего можно было бы ожидать…

Я вот до конца не могу понять: все-таки любой ли человек может вызвать у меня вспышку любви и ненависти одновременно, или только какой-то конкретный, какого-то особого склада характера и личности, какой-то особо сложный человек? То есть, в конце концов, от него это зависит или от меня, от особенностей его психики или от моих особенностей психики?


Павел Гуревич: Мы все время говорим об одном и том же – мы говорим об антропологической природе человека, о том, каков он, этот человек. Мы пытаемся создать некоторый силуэт этого человека, у которого, действительно, существует двойственность чувств. Храбрый полководец, как писал Иосиф Бродский, который одержал массу побед, возвращается в столицу в страшном страхе. Что здесь – ситуативный страх, страх перед объектом, перед Сталиным, или это все-таки какой-то дефект его смелости? Если этот человек смелый по определению, то он должен войти в столицу тоже мужественным, а он боится. Такова природа человека.

Поэтому я каждый раз, когда мы возвращались к этому вопросу, пытался сказать о том, что Фрейд показывает, прежде всего, как мы обнаруживаем наши чувствования.


Татьяна Ткачук: Павел Семенович, извините, вот прерву вас сейчас. То есть, если вернуться к звонку слушательницы, независимо от того, какая мама – добрая, простая, заботливая, ласковая, не вызывает она сложных чувств у слушательницы. И слушательница говорит о том, что, на ее взгляд, это зависит очень от того, какие люди нас окружают. А вы все-таки считаете, что это не зависит от того, с кем мы имеем дело, а это зависит только от нас, только от нашей психики, от нашей антропологической такой особенности?


Павел Гуревич: Весь фокус в том, что когда человек говорит о том, что у него нет этой двойственности, то в ходе клинического анализа она все-таки обнаруживается.


Татьяна Ткачук: Вот тут большой вопрос: стоит ли ее обнаруживать, если сам человек ее не чувствует и не страдает от этого?


Павел Гуревич: Нет, это не увлечение психиатра, который вытаскивает эту двойственность, а это по жизни так получается. Когда мы говорим: «Испытывали ли вы ненависть к своей маме?», — «Что вы, как можно?!.. Моя мама чудная, великолепная!». А почему же совершается такое количество преступлений?.. Почему, например, — вот мы затронули тему сепарации, — французы ругают нас за то, что у нас дети живут с родителями? Они говорят: «Это доэдипальное состояние. Вы должны отделить детей. Они должны жить отдельно». К вопросу о дистанции, притяжении и отталкивании.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Павел Семенович. Ольга, прошу.


Ольга Березкина: В общем-то, в принципе, наверное, я согласна, прежде всего, с тем, что взрослые дети должны жить отдельно, если есть для этого условия. Потому что они тогда смогут сформироваться так, чтобы как-то по-своему начать свою жизнь. Не потому, что мама так считала…


Татьяна Ткачук: Это другая тема. Ольга, не уходите от темы.


Ольга Березкина: Хорошо. А что касается того, от чего зависит, вызывает у нас любовь или ненависть какой-то человек, то чаще всего это, во-первых, зависит от того, в насколько близких эмоциональных отношениях мы с ними находимся. Потому что сильные чувства вызывают у нас те люди, к которым мы по каким-то причинам (которые мы сейчас не будем рассматривать) находимся в близких эмоциональных отношениях, они для нас эмоционально очень много чего значат.


Татьяна Ткачук: И тогда не важно – простой человек или сложный сам по себе, по своему…


Ольга Березкина: Я в своей жизни ни разу простого человека не встречала. Понимаете? Другое дело, что самые сильные чувства человек испытывает, когда он маленький, и он пытается овладеть окружающим миром, окружающими чувствами. И часто у него может вызвать необоснованно, казалось бы, безумное чувство какой-то человек, который мимо него прошел и что-то сказал. Если это начать исследовать, то выяснится, что он похож на его старшего брата, который чего-то у него в детстве отобрал. Или так всегда делала тетя, которая его унижала, когда к нему приезжала в гости. А при этом это некая проекция чувств.


Татьяна Ткачук: Спасибо, Ольга.

И последний вопрос успею вам обоим задать. Конфликтные эмоции, взаимодействуя между собой, они друг друга изменяют? То есть, примитивно говоря, становится ли моя любовь меньше, хуже и слабее оттого, что иногда к ней примешивается ненависть?


Павел Гуревич: Ну, разумеется. Хотя я бы все-таки позволил себе двоякий ответ. В некоторых случаях замес ненависти усиливает любовь, а в некоторых – ослабляет это чувство.


Татьяна Ткачук: Но влияние происходит, безусловно, да?


Павел Гуревич: Безусловно.


Татьяна Ткачук: Ольга, каков ваш взгляд?


Ольга Березкина: Чувства вообще эволюционируют. Человек меняется… И то, как мы любим маму, когда нам 3 года, и то, как мы ее любим, когда нам 16 лет, и то, когда мы ее любим, когда нам 50 лет, — это разные чувства. Поэтому, естественно, что любовь и ненависть…


Татьяна Ткачук: Кстати, видимо, и пропорция любви и ненависти может меняться?


Ольга Березкина: Ну, вот мы же взяли, что есть любовь, и есть ненависть. На самом деле, если мы будем рассматривать эти чувства, то в них тоже есть куча всяких аспектов разных. Пропорции любви… Ну, нельзя сказать, что наше отношение к человеку – это смесь любви и ненависти, такой коктейль. В нем есть много чего другого.


Татьяна Ткачук: Ну, и слава Богу. У нас есть еще много эфиров впереди, чтобы о другом тоже успеть поговорить. Но, к сожалению, сегодня подошло к концу наше время.

Если чувствуешь ненависть – значит, не любишь. Если любишь – значит, не можешь ненавидеть. Это – только на первый взгляд… Почему-то многие литературные герои известных писателей в тот или иной сложный момент своей жизни размышляли именно на эту тему: как это возможно – отвращение и удовольствие одновременно? Похоже, не зря об амбивалентности наших чувств написаны целые трактаты психологами и психиатрами. Потому что, как мы выяснили еще раз сегодня в течение этой программы, простыми созданиями нас с вами никак не назовешь…

Я благодарю за участие в эфире философа, психоаналитика Павла Гурев ича и семейного психотерапевта Ольгу Березкину.


Любовь по-итальянски

Новости

Исследование: Земля нагревается из-за пандемии
Сокращение выбросов аэрозолей в атмосферу во время локдауна снизило в воздухе концентрацию взвешенных частиц, которые отражают солнечный свет. Из-за этого до планеты дошло больше тепла, и она краткосрочно нагрелась. Эффект должен исчезнуть в течение нескольких лет, пишет Phys.org.

 

 

Мнения

Редакция «Частного корреспондента»
Почему «Часкор» позеленел?

Мы долго пытались написать это редакционное заявление. Нам хотелось уместить в него 12 лет работы, 45 тысяч статей (и даже чуть больше), несколько редакций и бесконечность труда и сил. А еще – постараться объяснить нашим читателям происходящие изменения.

Виталий Куренной
Традиционные ценности и диалектика критики в обществе сингулярности

Статья Николая Патрушева по поводу российских ценностей интересна сама по себе, но также вызвала яркий отклик Григория Юдина, который разоблачает парадигму «ценностей», трактуя ее, видимо, как нечто сугубо российско-самобытное, а само понятие «ценность» характеризует как «протухшее». Попробую выразить тут свое отношение к этой интересной реплике, а заодно и прокомментировать характер того высказывания, по поводу которого она появилась.

Иван Засурский
Пора начать публиковать все дипломы и диссертации!

Открытое письмо президента Ассоциации интернет-издателей, члена Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Ивана Ивановича Засурского министру науки и высшего образования Российской Федерации Валерию Николаевичу Фалькову.

Сергей Васильев, facebook.com
Каких денег нам не хватает?

Нужны ли сейчас инвестиции в малый бизнес и что действительно требует вложений

За последние десятилетия наш рынок насытился множеством современных площадей для торговли, развлечений и сферы услуг. Если посмотреть наши цифры насыщенности торговых площадей для продуктового, одёжного, мебельного, строительного ритейла, то мы увидим, что давно уже обогнали ведущие страны мира. Причём среди наших городов по этому показателю лидирует совсем не Москва, как могло бы показаться, а Самара, Екатеринбург, Казань. Москва лишь на 3-4-ом месте.

Иван Засурский
Пост-Трамп, или Калифорния в эпоху ранней Ноосферы

Длинная и запутанная история одной поездки со слов путешественника

Сидя в моём кабинете на журфаке, Лоуренс Лессиг долго и с интересом слушал рассказ про попытки реформы авторского права — от красивой попытки Дмитрия Медведева зайти через G20, погубленной кризисом Еврозоны из-за Греции, до уже не такой красивой второй попытки Медведева зайти через G7 (даже говорить отказались). Теперь, убеждал я его, мы точно сможем — через БРИКС — главное сделать правильные предложения! Лоуренс, как ни странно, согласился. «Приезжай на Grand Re-Opening of Public Domain, — сказал он, — там все будут, вот и обсудим».

Николай Подосокорский
Виртуальная дружба

Тенденции коммуникации в Facebook

Дружба в фейсбуке – вещь относительная. Вчера человек тебе писал, что восторгается тобой и твоей «сетевой деятельностью» (не спрашивайте меня, что это такое), а сегодня пишет, что ты ватник, мерзавец, «расчехлился» и вообще «с тобой все ясно» (стоит тебе написать то, что ты реально думаешь про Крым, Украину, США или Запад).

Марат Гельман
Пособие по материализму

«О чем я думаю? Пытаюсь взрастить в себе материалиста. Но не получается»

Сегодня на пляж высыпало много людей. С точки зрения материалиста-исследователя, это было какое-то количество двуногих тел, предположим, тридцать мужчин и тридцать женщин. Высоких было больше, чем низких. Худых — больше, чем толстых. Блондинок мало. Половина — после пятидесяти, по восьмой части стариков и детей. Четверть — молодежь. Пытливый ученый, быть может, мог бы узнать объем мозга каждого из нас, цвет глаз, взял бы сорок анализов крови и как-то разделил бы всех по каким-то признакам. И даже сделал бы каждому за тысячу баксов генетический анализ.

Дмитрий Волошин, facebook.com/DAVoloshin
Теория самоневерия

О том, почему мы боимся реальных действий

Мы живем в интересное время. Время открытых дискуссий, быстрых перемещений и медленных действий. Кажется, что все есть для принятия решений. Информация, много структурированной информации, масса, и средства ее анализа. Среда, открытая полемичная среда, наработанный навык высказывать свое мнение. Люди, много толковых людей, честных и деятельных, мечтающих изменить хоть что-то, мыслящих категориями целей, уходящих за пределы жизни.

facebook.com/ivan.usachev
Немая любовь

«Мы познакомились после концерта. Я закончил работу поздно, за полночь, оборудование собирал, вышел, смотрю, сидит на улице, одинокая такая. Я её узнал — видел на сцене. Я к ней подошёл, начал разговаривать, а она мне «ыыы». Потом блокнот достала, написала своё имя, и добавила, что ехать ей некуда, с парнем поссорилась, а родители в другом городе. Ну, я её и пригласил к себе. На тот момент жена уже съехала. Так и живём вместе полгода».

Михаил Эпштейн
Симпсихоз. Душа — госпожа и рабыня

Природе известно такое явление, как симбиоз — совместное существование организмов разных видов, их биологическая взаимозависимость. Это явление во многом остается загадкой для науки, хотя было обнаружено швейцарским ученым С. Швенденером еще в 1877 г. при изучении лишайников, которые, как выяснилось, представляют собой комплексные организмы, состоящие из водоросли и гриба. Такая же сила нерасторжимости может действовать и между людьми — на психическом, а не биологическом уровне.

Лев Симкин
Человек из наградного листа

На сайте «Подвиг народа» висят наградные листы на Симкина Семена Исааковича. Моего отца. Он сам их не так давно увидел впервые. Все четыре. Последний, 1985 года, не в счет, тогда Черненко наградил всех ветеранов орденами Отечественной войны. А остальные, те, что датированы сорок третьим, сорок четвертым и сорок пятым годами, выслушал с большим интересом. Выслушал, потому что самому читать ему трудновато, шрифт мелковат. Все же девяносто.

 

Календарь

Олег Давыдов
Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс
Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Александр Головков
Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

 

Интервью

«Музыка Земли» нашей

Пианист Борис Березовский не перестает удивлять своих поклонников: то Прокофьева сыграет словно Шопена – нежно и лирично, то предстанет за роялем как деликатный и изысканный концертмейстер – это он-то, привыкший быть солистом. Теперь вот выступил в роли художественного руководителя фестиваля-конкурса «Музыка Земли», где объединил фольклор и классику. О концепции фестиваля и его участниках «Частному корреспонденту» рассказал сам Борис Березовский.

Андрей Яхимович: «Играть спинным мозгом, развивать анти-деньги»

Беседа с Андреем Яхимовичем (группа «Цемент»), одним из тех, кто создавал не только латвийский, но и советский рок, основателем Рижского рок-клуба, мудрым контркультурщиком и настоящим рижанином – как хороший кофе с черным бальзамом с интересным собеседником в Старом городе Риги. Неожиданно, обреченно весело и парадоксально.

«Каждая собака – личность»

Интервью со специалистом по поведению собак

Антуан Наджарян — известный на всю Россию специалист по поведению собак. Когда его сравнивают с кинологами, он утверждает, что его работа — нечто совсем другое, и просит не путать. Владельцы собак недаром обращаются к Наджаряну со всей страны: то, что от творит с животными, поразительно и кажется невозможным.

Юрий Арабов: «Как только я найду Бога – умру, но для меня это будет счастьем»

Юрий Арабов – один из самых успешных и известных российских сценаристов. Он работает с очень разными по мировоззрению и стилистике режиссёрами. Последние работы Арабова – «Фауст» Александра Сокурова, «Юрьев день» Кирилла Серебренникова, «Полторы комнаты» Андрея Хржановского, «Чудо» Александра Прошкина, «Орда» Андрея Прошкина. Все эти фильмы были встречены критикой и зрителями с большим интересом, все стали событиями. Трудно поверить, что эти сюжеты придуманы и написаны одним человеком. Наш корреспондент поговорила с Юрием Арабовым о его детстве и Москве 60-х годов, о героях его сценариев и религиозном поиске.

Любовь | Краткий Философский Словарь | Онлайн словари по философии

ЛЮБОВЬ — понятие, широко используемое в философии для  решения проблем онтологии,  гносеологии, антропологии, этики,  эстетики. В общепринятом смысле любовь — это чувство, которое переживают и понимают как  влечение, привязанность, страсть. Это свободное, не подвластное ни внешнему принуждению, ни  разуму проявление человеческого существа, экзистенциальное, а не рассудочно-рациональное  отношение к человеку, предмету,  знанию, деятельности, природе,  отечеству. Мы можем приближаться к пониманию любви, но выразить в полном знании то, что есть  любовь, нам не дано. Любовь  одухотворяет человека и  окружающий его мир, влечет к добру и стимулирует творчество. В  совершенных своих проявлениях она бескорыстна, поднимается до  самопожертвования, до альтруизма. Всеобъемлющей силой предстает она изначально в сознании  людей. В мифологии древнего мира любовь является одной из  первоначальных божественных сил. Силой любви порождается  космос из хаоса. И в Библии Бог  творит по любви и является в  любящем как дух Божий, как  снизошедшая на него благодать,  нравственно очищающая,  возвышающая. Понятие любви-эроса в древнегреческой философии как движущая сила становления, формирования, изменения и  жизни всего сущего. Многозначное учение о любви создает Платон. Он различает любовь плотскую,  Афродиту земную, и любовь  идеальную, духовную, Афродиту  небесную. Первая служит  удовлетворению страстей, вторая является  движущей силой познания.  Любовь-эрос — это еще и основа  нашего стремления к нравственному  совершенству, наконец — это  побудительная сила не только божьего  творения, но и человеческого влечения к творчеству прекрасного. В религиозной философии  Средневековья понятие любовь  приобретает ярко выраженную этическую окраску. Здесь любовь —  сверхприродная трансцендентная сила Божья, направляющая наше  существование к миру и согласию,  блаженству и вечности. За теологической формой выражения здесь скрыто большое гуманистическое  содержание: апология человека как  существа, предназначенного к моральному совершенству и поэтому достойного любви. Христианская теология  исповедует не только аскетическую любовь к Богу, но и бескорыстную любовь к человеку. Это  всечеловеческая любовь, которая доступна  каждому и обнимает всех.  По-христиански понимаемая любовь неотделима от самозабвения,  самопожертвования, альтруизма, выражаемого  заповедью: возлюби не только ближнего, но и врага своего. Философия Возрождения  воскрешает теорию любви Платона,  дополняя ее идеями христианского благоверия и гедонизма. Она  утверждает чувственную любовь, но  преимущественно в ее эстетической форме. Любовь — это прежде всего Божественная космическая сила, все одухотворяющая и  объединяющая в гармоническое  целое. В противоположность любви сострадающей она отстаивает любовь наслаждающую. Эпоха Просвещения  реабилитирует естественное чувство любви, определяя его как  свойство человеческой натуры. Для  просветителей любовь — отношение к тому, что доставляет  удовольствие целесообразностью и  пользой. Просветители рассуждают здраво: естественная любовь  добродетельна, если она разумна и разборчива. Сжигающая  человека любовная страсть  противоестественна, измена  противозаконна, а верность поддерживает гражданский порядок. И вот уже И.Кант приравнивает любовь к долгу. Немецкие романтики  поэтизируют любовь, но больше не к человеку,- а к человечеству.  Наконец, Л.Фейербах объявляет  любовь родовым свойством  человека, и главным образом потому, что она служит основой общения и сотрудничества. Просветители готовили идейную почву для  литературы, музыки, живописи,  которая стала открывать интимные глубины человеческой души. Вместе с тем был психоанализ З.Фрейда, в котором любовь  предстает в виде иррационального  сексуального влечения и именно в таком виде сублимируется в творческой деятельности людей. Особое место в истории  размышлений о любви занимает русская  религиозная философия XIX —  начала XX вв., которую представляют Ф. Достоевский и Л. Толстой, В.  Соловьев, В. Розанов, Н. Бердяев и др. Рассуждая о любви, они не  противопоставляют тело душе, напротив, считают, что лишь в согласии с  естественными влечениями  человеческой натуры формируется наша  полноценная культура. В. Соловьев  считал, что в любви одна половина  человеческого рода преодолевает свою односторонность, дополняя ее  другой до гармонического целого.  Любить Бога — значит любить  человека, не противляться злу насилием, проповедовал Л. Толстой. Вторя ему, Н. Бердяев писал, что в любви к человеку мы обретаем любовь к  Богу, веру в торжество истины,  добра и красоты. Человек —  зримый образ подобия Божьего.  Любовь образует личность, — так думал В. Розанов. Отдаваясь  другому, человек в любви находит собственное «Я». Еще одна мысль В. Розанова заслуживает пристального внимания. Она  отражает суть многих философских исканий в России. Любить, по мнению В. Розанова, — это жить не по формальному закону, а по совести. Красота спасет мир, — утверждал Ф. Достоевский, — потому что она пробуждает  любовь. А где любовь, там и жизнь, там грех и страдание, раскаяние и возрождение для сострадания и сочувствия ближнему. Как видим, в философии любовь — понятие, многогранно характеризующее мир человеческого  существования, помогающее осознать, как жить в согласии с этим миром, а значит, и с самим собой.

12 слов и фраз для романтических отношений

Отчасти привлекательность этой странной наречной фразы, предполагающей сальто, заключается в отсутствии логики; голова, в конце концов, обычно выше пяток. Оно происходит от несколько более логичной фразы «каблуки над головой», которая впервые была записана около 1400 года. Со временем эта фраза приобрела переносное значение, относящееся к тому, что вещи становятся «перевернутыми вверх ногами» — или превращаются в состояние замешательства или беспорядка:

К этому времени дом на пятки.… Для каждой вещи был поставлен руль.
— Александр Росс, Хеленора, или Удачливая пастушка , 1768

Вариант «по уши» начал распространяться в 1600-х годах и, похоже, произошел из-за ошибки. Тем не менее, широкое использование сделало его приемлемым и вытеснило своего предшественника. Помимо нелогичного обозначения сальто или переворачивания вверх ногами, «по уши» может означать «очень сильно», «глубоко» или «очень или глубоко влюблен», что, в свою очередь, привело к на фразы вроде «Он по уши влюблен», «Он по уши влюбился в нее» или «Она по уши влюбилась в него».«

Ведьмак на Netflix вызвал бурю похвал от фанатов. Шоу представляет собой адаптацию популярной книжной серии и видеоигры. В то время как фанаты безумно восхищаются Геральтом (Генри Кавилл), фанаты также по уши слушают его заглавную песню.
— Габриэла Сильва, Screen Rant , 24 января 2020 г.

Другие похожие фразы, которые используются для сообщения о том, что глубоко влюблен, — это «по уши и по уши» (или «по уши в долгах» из-за любви) и «по уши», оба из которых относятся к 1500-м годам — например:

Разве мы не знаем, что это должно быть совпадение — что они были безумно влюблены друг в друга с первого момента их встречи? Разве я не видел их вместе в Девоншире каждый день и весь день; и разве я не знал, что твоя сестра приехала со мной в город специально, чтобы купить свадебную одежду?
— Джейн Остин, Чувство и чувствительность , 1811

Тепло внезапно окутало девочку, так что она была влюблена по уши, но не доверяла этому, как взрослый человек.
— Дорис Лессинг, «Дом Олд Джона», 1951 г.

Топ-6 определений любви, которые должен знать каждый

У нас есть два уха и один рот по какой-то причине — эффективное общение зависит от их пропорционального использования, а это предполагает наличие хороших навыков слушания.

Рабочие места 21 века могут выглядеть не так, как до того, как COVID-19 распространился по миру, как лесной пожар, но это не значит, что вы можете снизить стандарты на работе.Во всяком случае, встречи Zoom, конференц-звонки и постоянное время, проведенное за экраном, создали более высокий уровень ожиданий в отношении этикета и общения. И это выходит за рамки простого отключения микрофона во время встречи.

Эффективное общение на рабочем месте было темой обсуждения на протяжении десятилетий, однако оно редко рассматривается или реализуется из-за недостаточной осведомленности и личной ответственности всех сторон.

Эффективное общение — это не только четкая речь или подбор подходящих слов.Все начинается с намеренного слушания и присутствия. Вот как улучшить навыки аудирования для эффективного общения на рабочем месте.

Слушайте, чтобы понимать, а не говорить

Между слушанием и слушанием есть большая разница. Слушание подразумевает намерение, целенаправленное усилие и концентрацию, тогда как слушание подразумевает просто низкоуровневое осознание того, что кто-то говорит. Слушание — это произвольная деятельность, которая позволяет человеку присутствовать в данный момент, в то время как слушание является пассивным и не требует усилий.

Какой из них вы бы предпочли, чтобы ваши коллеги использовали во время презентации всей компании? Это и ежу понятно.

Слушание может быть одним из самых мощных инструментов в вашем коммуникативном арсенале, потому что нужно слушать, чтобы понять сообщение, которое ему говорят. В результате этого более глубокого понимания общение можно упростить, поскольку существует более высокий уровень понимания, который облегчит практические последующие вопросы, беседы и решение проблем.И то, что вы что-то услышали, не означает, что вы действительно это поняли.

Мы ежедневно принимаем это как должное, но это не значит, что мы можем использовать это как оправдание.

Ваш мозг постоянно сканирует окружающую среду в поисках угроз, возможностей и ситуаций, чтобы повысить вашу способность способствовать выживанию. И все же, хотя мы уже давно пережили те времена, когда мы беспокоились о том, что нас может съесть дикая природа, нейросхема, отвечающая за эти механизмы, все еще жестко встроена в нашу психологию и нейронную обработку.

Классическим примером этого является формирование воспоминаний. Показательный пример: где вы были 3 июня 2014 года? У большинства из вас, читающих эту статью, в голове совершенно пусто, что не обязательно плохо.

Мозг слишком эффективен, чтобы запоминать каждую деталь о каждом событии, которое происходит в вашей жизни, главным образом потому, что многие события не всегда так важны. Мозгу нет — и не должно — волновать, что вы ели на обед три недели назад или какого цвета рубашку вы носили, играя в гольф в прошлом месяце.Но для тех из вас, кто помнит, где вы были 3 июня 2014 года, эта дата, вероятно, имеет какое-то значение. Может быть, это был день рождения или годовщина. Возможно, это был день рождения вашего ребенка. Это мог быть даже день, когда вы потеряли кого-то особенного в своей жизни.

Независимо от обстоятельств, мозг сильно стимулируется эмоциями и вовлечением, поэтому в таких ситуациях обычно сохраняются воспоминания. Когда эмоциональные центры мозга активируются, мозг с большей вероятностью запомнит событие.И это также верно, когда намерение и фокус применяются к слушанию разговора.

Использовать эти жестко запрограммированные примитивные способы выживания для оптимизации вашего общения на рабочем месте совсем несложно — в прямом и переносном смысле.

Преднамеренная сосредоточенность и сконцентрированные усилия окупятся в долгосрочной перспективе, потому что вы сохраните больше информации и вам будет легче вспоминать ее в будущем, благодаря чему вы будете выглядеть суперзвездой перед своими коллегами и коллегами.Пора поцеловать те дни, когда вы делаете заметки!

Эффективное общение не всегда осуществляется через слова

Хотя мы обычно ассоциируем общение со словами и вербальными утверждениями, общение может иметь все формы и формы. В эпоху конференций Zoom, в которой мы живем, стало намного сложнее использовать и понимать эти другие формы языка. И это потому, что их обычно легче увидеть, когда мы сидим лицом к лицу с человеком, с которым разговариваем.

Язык тела может сыграть значительную роль в интерпретации наших слов и общения, особенно когда происходит разрыв связи.Когда кто-то говорит вам одно, а его язык тела кричит совершенно другое, сложно отказаться от этого. Наш мозг немедленно начинает искать дополнительную информацию и неизбежно побуждает нас ответить на вопросы, которые внесут большую ясность в сложившуюся ситуацию. И вообще говоря, не сказать что-то может быть так же важно, как сказать что-то на самом деле.

Эти часто упускаемые из виду варианты невербального общения могут предоставить множество информации о намерениях, эмоциях и мотивациях.Мы делаем это неосознанно, и это происходит при каждой конфронтации, разговоре и взаимодействии, в которых мы участвуем. Магия заключается в использовании и активной интерпретации этих сигналов для улучшения ваших навыков слушания и коммуникативных навыков.

Наш мозг был разработан для интерпретации нашего мира, поэтому мы так хорошо умеем распознавать тонкие нюансы и скрытые несоответствия в наших случайных встречах. Итак, когда мы начинаем замечать противоречивые сообщения между вербальным и невербальным общением, наш мозг направляет нас по пути устранения неполадок.

Какие сообщения соответствуют этой теме с течением времени? Какие утверждения не согласуются с тем, что они на самом деле пытаются мне сказать? Как мне интерпретировать их слова и язык тела?

Предположим, мы хотим еще больше разбить вещи. В этом случае нужно понимать, что язык тела обычно является подсознательным событием, а это означает, что мы редко думаем о языке тела. Это происходит потому, что основной задачей нашего мозга является объединение слов и фраз для вербального общения, что обычно требует более высокого уровня обработки.Это не означает, что язык тела всегда будет говорить правду, но он дает подсказки, которые помогают нам взвешивать информацию, что в долгосрочной перспективе может оказаться весьма полезным.

Активный перевод языка тела может повысить ваши коммуникативные навыки. Его также можно использовать как инструмент для связи с человеком, с которым вы разговариваете. Этот процесс глубоко укоренился в нашей человеческой ткани и использует те же методы, которые используют младенцы, изучая новые навыки у своих родителей в первые годы развития.

Отражение позы или позиции человека может создать тонкую связь, облегчая ощущение друг друга. Этот процесс запускается через активацию определенных областей мозга через стимуляцию специализированных нейронов, называемых зеркальными нейронами. Эти конкретные нейроны активируются, наблюдая за тем, как человек занимается какой-либо деятельностью или задачей, облегчая обучение, постановку в очередь и понимание. Они также позволяют человеку, наблюдающему за действием, стать более эффективным при физическом выполнении действия, создавая изменения в мозге и изменяя общую структуру мозга, чтобы улучшить результат для этого выбранного действия.

Слушание с намерением может помочь вам понять своего коллегу, а в сочетании с зеркальным отображением языка тела вы можете заставить своего коллегу почувствовать, что вы двое похожи. Этот простой трюк может способствовать более тесному взаимопониманию и общению во всех аспектах разговора.

Раз и навсегда избавьтесь от всех отвлекающих факторов

Как говорит Джим Рон: «То, что легко сделать, также легко не сделать». И это основополагающий принцип, который будет применяться во всех аспектах общения.Отвлечение внимания — верный способ гарантировать непонимание или непонимание разговора, что, в свою очередь, создаст неэффективность и плохую основу для общения.

Это неудивительно, особенно в наше время, когда люди постоянно отвлекаются на социальные сети, обмен текстовыми сообщениями и бесконечную проверку своей электронной почты. Мы застряли в культурных нормах, которые похитили нашу любовь к вызывающему привыкание приливу дофамина и изменили нашу способность по-настоящему сосредоточить наши усилия на поставленной задаче.И эти отвлекающие факторы — это не просто отвлекающие факторы на то время, когда они используются. Они используют вожделенные интеллектуальные ресурсы и центральные процессы, которые во вторую очередь задерживают нашу способность вернуться на правильный путь.

Глория Марк, исследователь из Калифорнийского университета в Ирвине, обнаружила, что нашему мозгу требуется в среднем 23 минуты 15 секунд, чтобы достичь пикового состояния фокусировки после перерыва. Да, вы прочитали правильно — отвлечение внимания требует больших затрат, подвержено ошибкам и практически не приносит пользы, за исключением ударов эго, когда вы получаете новый лайк в вашем профиле в социальных сетях.

На собраниях должна быть реализована политика запрета телефона, вызовы по видеоконференции должны быть настроены в их собственном браузере без каких-либо открытых вкладок, а все обновления, уведомления и приглашения по электронной почте должны быть немедленно отключены, если это возможно, чтобы исключить все отвлекающие факторы во время встреча.

Это всего лишь несколько примеров того, как мы можем оптимизировать нашу среду, чтобы обеспечить высочайший уровень коммуникации на рабочем месте.

Действия говорят громче слов

Эффективное общение на рабочем месте не должно быть сложной задачей, но оно должно быть преднамеренным.Знание может увести нас лишь до определенного предела, но, опять же, знание чего-то очень отличается от того, чтобы претворить это в жизнь.

Так же, как езда на велосипеде: чем чаще вы это делаете, тем легче становится. Мастера-коммуникаторы — феноменальные слушатели, что позволяет им эффективно общаться на рабочем месте и в жизни. Если вы действительно хотите владеть своим общением, вы должны применить эту информацию сегодня и узнать, как улучшить свои навыки слушания.

Тщательно выбирайте слова, внимательно слушайте и, самое главное, присутствуйте в данный момент — потому что это то, что делают мастера общения, и вы тоже можете это делать!

Дополнительные советы по улучшению навыков аудирования

Кредит на фотографию: Mailchimp через unsplash.com

Любовные синонимы | Лучшие 215 синонимов к слову любовь

Склонность чувствовать, делать или говорить; склонность.

Большая любовь, преданность и уважение

Сильно любить или высоко ценить; идол

Страстная и нежная преданность

Привязанность определяется как дополнительный элемент определенного типа, который подключается к определенному типу оборудования.

(счетно) Кто-то или что-то желали.

Страсть — это сильное чувство любви или энтузиазма, особенно в контексте сексуальных отношений.

(Психоанализ) Жизненный инстинкт, основанный на либидо, сублимированных импульсах и самосохранении

(Френология) Состояние или качество любви; склонность к любви или сексуальным чувствам.

Романтическое пристрастие или интерес:

Увлечение определяется как часто кратковременное сильное влечение к кому-либо.

Быть страстно преданным

(Собственно) Изображение Купидона в виде обнаженного крылатого херувима, как на валентинке

быть очарованным

Быть страстно преданным

быть очарованным

Быть страстно преданным

Определение эмоции — это психическое состояние, которое является спонтанным и не возникает в результате сознательных усилий.

быть очарованным

быть страстно преданным

тоска — это глубокое, а иногда и грустное желание.

Действие, которым кого-то или что-то лелеют.

Особое пристрастие к чему-либо; предпочтение.

быть влюбленным в

быть страстно преданным

(минералогия) Мягкий землистый минерал белого или желтоватого цвета с восковым блеском, найденный в Лангбаншитте в Швеции.Это гидратированный силикат магнезии, напоминающий пену.

Сильная эмоция; сильная страсть

Практика сексуальных отношений без романтических отношений между партнерами или между ними.

Определение прославления — это возносить хвалу Богу или делать что-то очаровательным или лучше.

Испытывать сильную неприязнь, отвращение или ненависть к; ненавидеть; ненавидеть

Принятие определяется как внимание или внимание к чему-то или кому-то.

Смотреть на бога или поклоняться ему

Точное восприятие; верная оценка; как осознание стоящих перед нами трудностей; оценка цветов.

Состояние или качество влюбленности.

Должное внимание к чему-то, что считается важным или авторитетным:

Для удовлетворения потребностей, особенно в качестве медсестры или личного помощника.

Для увеличения эффекта или интенсивности; heighten:

Венера определяется как римская богиня красоты и любви или вторая планета от Солнца.

Чувство преданности или поклонения Богу или богу.

Мысль, мнение, суждение или отношение, обычно результат внимательного рассмотрения, но часто окрашенного эмоциями

быть очарованным

быть страстно преданным

любимым

(эвфемистический) Недавно умерший человек.

Серпообразное оружие, первоначально использовавшееся как инструмент для срезания сорняков.

Состояние увлеченности радостью, любовью и т. Д .; экстази

Дорогой; чувствовать или проявлять любовь к

(датировано) Тронутый любовью; влюблен; влюблен.

быть страстно привязанным к

быть страстно преданным

твердо держаться; лелеять:

Для хранения или накопления (денег, ценностей и т. д.) для использования в будущем; клад

(в основном Новая Англия и Верхний Южный США) Чтобы насладиться (чем-то):

Обнять руками

Чтобы выразить любовь ласками

Быть страстно преданным

Большой восторг или удовольствие

Относящееся к сексуальному желанию или имеющее тенденцию к нему.

Чтобы доставить большую радость или удовольствие

Поддерживать привязанность

Быть страстно преданным

быть очарованным

Быть страстно преданным

Определение неприязни или отвращения — это неприязнь отвращение к чему-то или кому-то, или желание избегать чего-то или кого-то.

Определение антипатии — это то, что от природы не нравится или не нравится.

Тот, кто что-то любит или предан:

Быть самим собой

Быть страстно преданным

Прижать к сердцу

Чтобы выразить любовь ласками

Нежно или нежно прикоснуться

Воспламенять любовью; очаровывать; увлечь; — с из или с перед лицом или вещью; как влюбиться в даму; быть влюбленным в книги или науку.

Человек, который кто-то очень любит или любит, особенно когда оба партнера молоды.

Человек, который любит или которого искренне любят; (своей) возлюбленной

Быть страстно преданным

Относиться к священному; прославить.

быть сумасшедшим

быть страстно преданным

канавкой

любить или получать удовольствие с энтузиазмом, часто чрезмерно

Слабость определяется как недостаток силы или недостаток характера или что-то еще, что вы не может сопротивляться.

(Неформальный) Влечение

Определение пола — это любая функция или поведение, связанное с воспроизводством.

Прикоснуться или погладить (кого-то), часто ненадлежащим образом, при сексуальных домогательствах

Определение ненависти — это чувство сильной неприязни или отвращения.

Судебная политика; характер придворного; уловка суда; суд-ремесло; ловкость.

Отличительный или характерный аромат

Падать духом

Быть страстно преданным

взять в руки

Выразить любовь ласками

заглянуть глубоко в глаза Выразить

любовь ласками

Покорение или расположение; привязанность

половые действия (часто включая половые сношения) между двумя людьми

Чувство удивления, восторга и довольного одобрения, вдохновленное чем-то прекрасным, умелым, красивым и т. д.

иметь половой акт с

(идиоматический) Торопиться; чтобы двигаться дальше.

любить

быть страстно преданным

Обряды, молитвы или другие религиозные формы, посредством которых выражается эта любовь:

Чтобы предъявить (обвинение) обвиняемому в суде:

тоскует по

Быть страстно преданным

плохо

Быть страстно преданным

(Проблема использования) Присутствуют трудности; трудный.

Презрение — это выражение чувства презрения или отвращения к чему-либо.

полюбоваться

Любовь ласками выразить

Склонность к добрым, благотворительным поступкам.

(идиоматический) для вступления в половой акт

чокнутый около

быть страстно преданным

двигать рукой или предметом (например, метлой) по (поверхности) в одном направлении. (Действия и т. Д.) Характеризуется привязанностью или происходит от нее; указание на любовь; нежный.

Подчиненный чиновник, особенно сервильный.

Определение романа — это любовная интрига, идеализированная история любви или проявление любви.

эротическая любовь

глубокое чувство сексуального желания и влечения

(сленг) Движение или поведение живым или беззаботным образом

Взрыв определяется как ударить или разбить.

Интимные сексуальные отношения или эпизод между любовниками.

Столкнуться с чем-либо:

Одержимый необоснованной страстью или влечением.

Состояние тесной связи с другим любовью или верой.

(эвфемистический) Для вступления в половой акт. [из 20 в.]

Чтобы выразить любовь ласками

Поцеловать друг друга в губы

Сделано безумно восторженным.

Чувство глубокого трепета и уважения, а часто и любви.

torch-song

Сентиментальная песня о любви, обычно та, в которой певец оплакивает безответную любовь.

половые акты (часто включая половые сношения) между двумя людьми

половые сношения с

Посадить или устроить на ложе земли

Любое дело, происшествие или вещь

Дорогой — это любимый человек.

Дорогой или любимый человек.

секс

иметь половой акт с

Сильное отвращение; сильная неприязнь; ненавистное отношение; привязанность ума, пробужденного чем-то неприятным, вредным или злым.

процветать с

быть страстно преданным

перевернуть

быть страстно преданным

выражать любовь ласками

выражать любовь ласками

оставаться рядом Чтобы выразить любовь ласками

привлечь на свою сторону

Чтобы выразить любовь ласками

нежно посмотреть на

Чтобы выразить любовь ласками

сыграть

Чтобы выразить любовь ласками

сиять до

Чтобы выразить любовь ласками

Используется не как идиома: см. сделай это.

Отказ определяется как отказ или решение не делать чего-либо.

Склонность определяется как склонность к чему-либо, например, к поведению или привычке.

Относящиеся к любви или выражения любви, особенно романтической любви:

(Философия) Рассматривается или воспринимается в собственном сознании как центр.

Любовный роман, особенно незаконный.

(Идиоматический) Для полового акта.

(сленг, эвфемизм) Заниматься сексом.

иметь половой акт с

«Трахнуть» — это жаргонное выражение, означающее «обмануть кого-то над чем-то».

иметь половой акт с

Для вступления в половой акт, при котором половой член вводится во влагалище.

Любимый человек; термин нежности.

иметь половой акт с

(эвфемизм) заниматься сексом, вступать в половые отношения с кем-то

Гладить — значит тереть, гладить или трогать что-то или кого-то с нежностью.

(Идиоматический) Заниматься сексом с

(Сленг, непереходный) Заниматься сексом.

иметь половой акт с

Исследование синонимов

  • Увлечение подразумевает глупую или необоснованную страсть или привязанность, часто преходящую. Влечение пожилого мужчины к молодой девушке
  • Вложение подразумевает связь узами привязанности, влечения, преданности и т. д.и может ощущаться как для неодушевленных вещей, так и для людей привязанностью к старой шляпе
  • Привязанность предлагает теплые, нежные чувства, обычно не такие сильные или глубокие, как те, которые подразумеваются любовь он не любит детей
  • Любовь подразумевает сильную нежность или глубокую преданность и может относиться к различным отношениям или объектам сексуальной любви, братской любви, любви к своему делу

Найдите другое слово для любви .На этой странице вы можете найти 215 синонимов, антонимов, идиоматических выражений и связанных слов для любви , например: привязанность, обожание, обожание, любовь, привязанность, желание, нежность, страсть, эрос, влюбленность и преданность.

Происхождение и значение любви по Интернет-этимологическому словарю

Древнеанглийский lufu «чувство любви; романтическое сексуальное влечение; привязанность; дружелюбие; любовь к Богу; любовь как абстракция или олицетворение», от протогерманского * lubo (источник также древневерхненемецкий liubi «радость», «немецкая Liebe» любовь; «древнескандинавский, старофризский, голландский lof; немецкий Lob» восхваление; «старосаксонский liof, старофризский liaf, голландский lief, древневерхненемецкий liob, немецкий lieb Готический liufs «милый, любимый»).Германские слова происходят от корня ПИРОГ * leubh — «забота, желание, любовь».

Ослабленное чувство «симпатия, нежность» было в древнеанглийском. Значение «любимый человек» происходит с начала 13 века. Смысл «без очков» (в теннисе и т. Д.) Равен 1742 г., исходя из понятия «игра ради любви» (1670-е годы), то есть без ставок. Фраза для любви или денег «на все» засвидетельствована с 1580-х годов. Фраза no love lost (между двумя людьми) неоднозначна и использовалась 17c. в отношении двух, которые хорошо любят друг друга (ок.1640), а также двое, не любящих друг друга (1620-е, в обычном современном понимании).

К влюбленным засвидетельствованы с начала 15 века .; быть влюбленным в (кого-то) из гр. 1500. Для заниматься любовью относится к 1570-м годам в смысле «уделить любовное внимание»; как эвфемизм для «заниматься сексом», это засвидетельствовано из c. 1950. Любовный роман «Особый опыт любви» относится к 1590-м годам. Любовная жизнь «Коллективная любовная деятельность» — это термин 1919 года, первоначально использовавшийся на психологическом жаргоне. Любовные бусы — из 1968 года. Любовный жучок , воображаемое насекомое, — из 1883 года. Любовные ручки «жир на боках» — 1967.

«Даже сейчас, — подумала она, — почти никого нет». помнит Эстебана и Пепиту, кроме меня. Только Камилла помнит своего дядю Пио и своего сына; эту женщину, свою мать. Но скоро мы умрем, и вся память об этих пятерых уйдет с земли, и нас самих на какое-то время полюбят. забыты.Но любви будет достаточно, все эти порывы любви возвращают любовь, которая их породила.Для любви не нужна даже память. Есть земля живых и земля мертвых, а мост — это любовь, единственное выживание, единственное значение ». [Торнтон Уайлдер,« Мост Сан-Луис-Рей », 1927 г.]

Что означает« странный » ? 9 ЛГБТК + люди объясняют, как они любят, ненавидят и понимают слово

«Гей» ясно показывает, что я мужчина, которому интересны другие мужчины. Более того, мое предпочтение «геям» говорит о моем возрасте. Я 33, и слово «квир» не использовалось широко, когда я выходил.Я думаю, вы обнаружите обратную корреляцию между возрастом и комфортом с ярлыком «квир».

Предыдущие поколения испытывали сильное отвращение к этому термину. Как редактор социальных сетей The Advocate , я регулярно наблюдаю негативную реакцию на слово «квир» (например, когда оно используется в заголовке) со стороны пожилых геев, которые знают это слово только как ругательство. Это часть истории этого термина — это было (и остается) слово, используемое, чтобы причинить нам боль, которое было исправлено.

Мелиорация — это мощно, но я также понимаю, что тем, кто пережил одни из самых мрачных дней правовой и социальной дискриминации, неудобно использовать оскорбления, которые иногда использовались вместе с физическим насилием в праздничных целях.Его использование даже в среде ЛГБТК вызывает у некоторых людей.

Фонте Абрамс, художник по визуальному мерчандайзингу (они / они)

Когда я рос, термин «квир» не использовался в качестве оружия — по крайней мере, не в такой степени, как «педик», — поэтому я осознаю, что мне не хватает определенной эмоциональной составляющей. ответ, связанный с его использованием.

Для меня гомосексуальность охватывает мою сексуальную идентичность как человека, которому не нравится двоичное представление. Это также включает в себя мой упрек цисгендерным и гетеронормативным привилегиям и пересечению этих привилегий с привилегиями белых.Ярлыки ЛГБТ + имеют тенденцию предполагать бинарное происхождение, и их использование совпадает с социальным движением, которое стремится к ассимиляции и стирает существование небинарных идентичностей. Использование слова «квир» в качестве универсального термина, намеренно или нет, заставляет замолчать этот важный второстепенный голос.

Моя странность охватывает этот голос, мой голос, как черного, назначенного мужчиной, небинарного человека, который резко критикует статус-кво. Я принимаю «небинарность», потому что я от природы андрогинен — ​​половое созревание дало мне физическое и эмоциональное сочетание мужских и женских качеств.Со временем я узнал, что ориентироваться в социальных правилах бинарного представления всегда будет для меня уникальной задачей. «Queer» помогает мне справиться с этой проблемой.

«Странность освобождает меня, показывая, что ненормативная жизнь — это здорово и ценно». — Крис Донахью

Фаати, технический специалист (она / они)

Я верю в то, что слова, используемые для дегуманизации нас, вернут силу. Я регулярно говорю «ниггер», и мне нравится иметь возможность сказать это, потому что это напоминает мне о двойственных отношениях, которые все чернокожие поддерживают с нашей чернотой.Эта радость черноты связана с печалью от осознания того, как много ваши люди пострадали из-за этой черноты. Итак, мне нравится исправление оскорблений. Однако точно так же, как я бы не назвал каждого черного человека «ниггером», я бы не назвал каждого ЛГБТ-человека «гомосексуалистом», а только тех, кто идентифицирует себя с этим термином.

Крис Донахью, доктор философии, сексопатолог и автор книги Rebel Love (он / он)

«Квир» бросает вызов предполагаемой бинарности сексуальной и гендерной идентичности.Многие используют этот термин как синоним слова «гей», но для меня это не имеет значения. «Квир» — это ненормативность, творчество и разнообразие, выходящие далеко за рамки гомонормативной культуры.

Стереотипно гей-идентичность связана с ожиданиями, связанными с гендерными характеристиками, политикой, телесными стандартами и сексуальными желаниями, и они кажутся многим угнетающими. Для нас «квир» позволяет строить сообщество с теми, кто не придерживается гей-стандартов.

Странность освобождает меня, показывая мне, что ненормативная жизнь (жизнь вне идеалов токсичной мужественности, феммофобия, верх или низ или свидания исключительно с цис-мужчинами) — это здорово и ценно.Я применяю призму гомосексуальности к своей работе в области психологии, где я «квир» — все, что психология, культура и СМИ рассказывали нам о том, как любить, общаться, выражать свое мнение и заниматься сексом.

«Квир, занимающийся сексом без презерватива в задней комнате клуба, может не идентифицировать себя с термином« квир »или не думать о своих действиях как о политических, но, отвергая то, что общество говорит, что они должны делать, они квир». — Джейсон Орн

Лир Д., специалист по информационным технологиям (он / он)

Наблюдение за друзьями-геями, заявляющими о «гомосексуальных», меня радует за них, но я все еще неоднозначно отношусь к термину «возвращенный» (приобретенный? кооптированный? расширенный?) молодыми поколениями, чтобы означать все, что они хотят, чтобы это значило.

С одной стороны, я рад, что молодым людям не придется так упорно бороться, как я, за инклюзивность. С другой стороны, мне кажется, что я наблюдаю, как молодые люди крадут историю у тех, кто боролся и погиб за нее, и превращают ее во что-то, что временами одновременно мощно и нелепо.

Я транс-мужчина. Когда я был моложе, я идентифицировал себя как «бисексуал», но теперь я идентифицирую столько же вещей: трансгендер, транссексуал (я оба) и многое другое. Я осознал свою гендерную идентичность, когда мне было 38 лет, начал социальный переход в 2018 году и начал медицинский переход в январе прошлого года.На данный момент я не чувствую, что любые сексуальные связи, в которые я попадаю, могут быть чем-то, кроме «странного».

Какое еще слово означает любовь? | Любовь Синонимы

Обозначение сильного чувства эмоциональной привязанности

«Нащупывая слова, я рассказываю ей о своей непрекращающейся любви и уважении, которые пережили цикл обиды и взаимной настороженности».

Сильное влечение или глубокая симпатия

«С каждым днем ​​моя любовь к вам росла.”

Человек, которого любят, особенно в романтических или любовных отношениях

«Ради тебя, моя любовь , я пойду до концов земли, чтобы быть с тобой».

Благоприятная склонность или энтузиазм в отношении чего-либо

«Когда я нахожусь в пекарне, я не могу отрицать чувство любви , которое я испытываю к вкусной выпечке».

Почитание чего-то или кого-то

«Его сердце и тело растают, когда он будет в состоянии полного погружения в любви к Богу, и слезы потекут по его глазам.”

Действие или характер проявления заботы или доброго отношения к другим

«Он проявил безмерную любовь к своему ближнему, когда поднял его на плечи и вынес с поля битвы».

Обозначает интимные отношения между двумя людьми

«Их любовь имеет опасную природу, и ее следует держать в секрете любой ценой».

Рвение или неутомимая преданность человеку, делу или идеалу и решимость в их продвижении

Доброта или сострадание в поведении или поступках

Вежливый привет или добрые пожелания

Ничто или ноль по величине, количеству или степени

Утверждение или разрешение на решение (сделать что-либо), особенно на моральном или эмоциональном уровне

Акт присоединения или присоединения

Явление, ставшее популярным за очень короткое время

Уважаемый (используется как имя питомца)

Человек или вещь, рассматриваемые как образец совершенства

Поведение, демонстрирующее высокие моральные стандарты

Бог любви

Поведение, направленное на то, чтобы убедить кого-то жениться или завязать романтические отношения с ним

Договор о мире

Решительно понравиться или полюбить

«Конечно, я бы хотел, чтобы выпил с вами кофе.”

Глубоко почитать кого-то или что-то с непоколебимой преданностью

«Местные жители любят своих предков, и их привязанность к семейной земле почти интуитивна».

( эвфемистический ) Физические или интимные отношения с кем-либо

«Павел все время говорил, что он был заставлен полюбить ее, и что она заставила полюбить его. Затем он заметил, что не может насытиться ею, и спросил, может ли она насытиться им.”

Лелеять или с любовью вспоминать

«Но я все еще люблю его, и это чувство не меняется только потому, что изменились отношения».

Признать что-то ценным

Чтобы иметь предпочтение или пристрастие к

Получать удовольствие от себя в

Прикасаться или гладить нежно или нежно

( от ) Относиться к (кому-либо) с любовью или фаворитизмом

Держись близко, цепляйся за

Используется как вежливое завершение письма семье, родственникам, близким друзьям или романтическим партнерам

«Много любви от вашего самого дорогого и близкого друга Джона.”

Объятия и поцелуи

Относительно любви или любовных отношений

Родился от неженатых родителей

Связанные слова и фразы

Что такое любовь? 31 человек открывают для себя, что любовь означает для них

«Любовь похожа на мытье посуды. Я человек, занимающийся актами служения, и ненавижу мыть посуду, поэтому мой муж взял на себя ответственность никогда не позволять грязной тарелке гноиться. в раковине.Это самоотверженный, скромный и глубоко любящий, и я благодарен, что он старается показать мне любовь на том языке, который я слышу »- Скай Шерман, 25 лет, она / она, гетеросексуал, замужем

Любовь оставляет место для Изменение и рост

«Чувство безопасности, чтобы быть настоящим, подлинным человеком. Имеет место для индивидуальных и общих страстей. Зная, когда все остальное будет снято, ваш партнер по-прежнему будет держать вас близко ». — Джой Овербрук, 30, Она / Она, Пансексуал, замужем

« Любовь — это когда меня бросают вызов, видят, волнуют, забавляют, провоцируют мысли, а главное, безопасно.Когда кто-то хочет узнать меня и остается любопытным и задумчивым. Когда меня продолжают поддерживать и поддерживать другого, на протяжении всех здоровых изменений »- Кейт, 27, Она / Она, Бисексуал, Замужем

Любовь — это когда я ночью прижимаюсь к тебе спиной и чувствую нашу будущее.

«Любовь — это полное принятие и способность доверять и открыто общаться без страха осуждения или отказа. Это должно относиться не только к романтической любви, но и к любви между семьей и друзьями.»- Ро Ро, 94 года, она / она, вдова

» Свобода необходима для любви. Без способности быть самим собой и выражать причудливые, мрачные и красивые стороны своей натуры любовь задыхается и быстро испаряется »- Лилли Харлоу, 37 лет, Она / Она, Прямые, преданные отношения

« Любовь смотрит на кого-то и зная, что те, кто они есть сегодня, определенно не будут теми, кого вы увидите завтра, или на следующий день, или через 10 лет, и любить их только по этой причине.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.