Дисциплинарность это: ОТ ДИСЦИПЛИНАРНОСТИ К ТРАНСДИСЦИПЛИНАРНОСТИ В ПОНЯТИЯХ И ОПРЕДЕЛЕНИЯХ

Содержание

Наука, деятельность, дисциплинарность — Психология и методология образования

А.А. Пископпель

Круг современных исследований феномена науки чрезвычайно широк и представляет собой ряд самостоятельных отраслей и направлений — философии науки, истории и социологии науки, логики и методологии науки, психологии научного творчества и т. п. Особое место в этом ряду занимает науковедение, которое, исследуя тенденции внутреннего развития каждого из этих направлений, объединяет весь фронт исследований науки. Поэтому одной из основных задач науковедения стал поиск таких структурных компонентов науки, которые позволили бы соотносить между собой знания и представления, полученные в рамках отдельных направлений, но составляющие единое целое. Список науковедческих единиц внушителен (наука, движение, дисциплина, специальность, направление, школа, невидимый колледж и т. д.), «однако их концептуальный статус в значительной степени является неопределенным. Ведь первоначально выделение и оформление отдельных единиц следовало за тем или иным эмпирическим методом анализа научной деятельности (см. , например: Основы науковедения. М., 1985). Среди всех единиц особое место принадлежит той, которая претендует на роль основной структурно-генетической единицы науки и может фигурировать не только в качестве методической единицы науковедческого анализа, но и науки «самой по себе». Существование такой единицы и потребность в ее понятийном оформлении — одна из необходимых предпосылок большей части науковедческих исследований.

В специальной литературе дан целый ряд терминов, используемых для фиксации такой единицы. Среди них наиболее распространенными являются следующие: «научная дисциплина», «исследовательская область», «научная специальность». Сравнивая между собой содержание обозначаемых ими понятий, следует иметь в виду, что с помощью таких единиц воспроизводятся, и по-разному воспроизводятся, два уровня реальности науки, которые вслед за М. Э. Омельяновским можно обозначить как уровни «абстрактно-реального» и «эмпирически-реального» (см.: Омельяновский М. Э. О физической реальности // Вопр.

филос. 1971. № 10). Это различение подразумевает, что абстрактно-реальное ориентировано на научно-теоретическое представление (модель) тех или иных явлений, а эмпирически-реальное — на их классификационное определение. В свете такого различения весьма показательно, что, не совпадая, как правило, в очерчивании границ репрезентируемой ими эмпирической реальности, эти единицы оказываются эквивалентными в качестве абстрактно-реального сферы науки.

Последнее становится достаточно очевидным при сравнении требований, которые предъявляются к ним как к основным единицам науки. Например, характеризуя особенность «исследовательской области» в качестве такой единицы, отмечается, что она потенциально воспроизводит в себе основные черты науки в целом, «обязательно многоаспектно, будучи оформленной не только предметно, но и организационно, психологически, коммуникационно и т. д.» (Основы науковедения. М., 1985. С. 112). «Научная дисциплина» рассматривается как многоаспектная единица, обладающая основными свойствами науки в целом, где она суть «форма совместной деятельности научных работников, как форма проведения исследований, так и форма упорядочивания, организации уже полученных знаний, и форма сотрудничества и коммуникации ученых, и форма подготовки научных кадров» (Юдин Б.

Г. Методологический анализ как направление изучения науки. М„ 1986. С. 213).

Большая часть признаков, которым должна удовлетворять, по общему признанию, такая единица, впервые становится неотъемлемой принадлежностью отраслей научного знания, обособляющихся в процессе дифференциации фундаментальных наук. Именно они в отличие от «породивших» их фундаментальных наук чаще всего именуются научными дисциплинами. Поэтому представляется достаточно корректным считать, что совокупность таких признаков характеризует прежде всего типичную структуру обособившихся научных дисциплин. Однако образующие в рамках научных дисциплин некоторое единство признаки появляются задолго до оформления самих научных дисциплин. В процессах внутри- и междисциплинарного взаимодействия они транслируются и более мелким обособляющимся ее подразделениям (научным областям и специальностям).

Имея в виду это обстоятельство, Б. М. Кедров предложил составляющую науки, обладающую функциональной структурой, изоморфной структуре научной дисциплины, называть «научной ячейкой».

Одна из основных особенностей развития современного научного знания, по его мнению, состоит в том, что «функция его ячейки последовательно переходила от более широких по объему его элементов ко все более и более узким» (Кедров Б. М. О дисциплинарности в свете общей структуры развивающегося научного знания // Вопросы истории естествознания и техники. 1983. № 3. С. 20). Совокупность признаков такой «ячейки» и характеризует, с точки зрения Кедрова, то, что обычно понимается под дисциплинарностью науки (научного знания).

В рамках современных метадисциплинарных исследований фигурирует несколько различных «образов» научной дисциплины. Сложилась основательная традиция, и накоплен значительный опыт взаимной рефлексии особенностей каждого из существующих подходов к истолкованию природы целостности, полноты и исторической перспективности научных дисциплин. Этот опыт демонстрирует, с одной стороны, ограниченную сопоставимость существующих образов научной дисциплины, а с другой — наличие в каждом из них рационального зерна, без освоения которого любое изображение науки будет теоретически неполноценным.

В рамках современных метадисциплинарных исследований фигурирует несколько различных «образов» научной дисциплины. Сложилась основательная традиция, и накоплен значительный опыт взаимной рефлексии особенностей каждого из существующих подходов к истолкованию природы целостности, полноты и исторической перспективности научных дисциплин. Этот опыт демонстрирует, с одной стороны, ограниченную сопоставимость существующих образов научной дисциплины, а с другой — наличие в каждом из них рационального зерна, без освоения которого любое изображение науки будет теоретически неполноценным.

В такой ситуации общезначимость представления о дисциплинарности имеет интенциональный характер и выражена преимущественно в направленности на определенное, интуитивно общее эмпирическое содержание, которое на феноменологическом уровне фиксируется совокупностью признаков (атрибутивных свойств), присущих типичной научной дисциплине (см.: Ильин В. В. Понятие науки: содержание и границы // Вопр. филос.

1983. № 3. С. 48). Эмпирические проявления научной дисциплины и дисциплинарности могут служить эвристическим средством изучения становления и развития конкретных научных дисциплин. Однако за пределами сравнительного историко-научного исследования ценность их невелика, да и в его рамках они скорее соответствуют целям описания и классификации научных дисциплин, нежели объяснения конкретно-исторического материала. Здесь «научность» (как содержание) трудно отделить от «дисциплинарности» (как определенной формы), а значит, и невозможно в полной мере уяснить сущность дисциплинарности самой по себе. Все это настоятельно указывает на необходимость концептуальной конструктивизации интуитивного представления о научной дисциплине, требует поиска ее приемлемой модели.

Такая модель в отличие от набора признаков позволяет рассматривать отдельную дисциплину в качестве целостного образования относительно механизмов сохранения внутреннего единства, находящегося в тесном взаимодействии с внешним окружением и осваивающего его «ресурсы» как внутренние условия своего существования и развития. Какова природа Такой целостности и соответствующего ее духу системообразующего «фактора», благодаря которому научная дисциплина обретает внутреннее единство?

Отвечая на вопрос, очевидно, следует выбрать точку зрения, заведомо более широкую, нежели внутринаучная. т. е. такую, согласно которой сама наука может рассматриваться как особенная форма общественной жизнедеятельности. Выработка и обоснование такой точки зрения составляют суть так называемого деятельностного подхода с его специфическим истолкованием категориального содержания социально-философского понятия деятельности.

Остановимся на основополагающих идеях этого подхода и свойственных ему понятийных различениях. Вне деятельностного подхода содержание понятия «деятельность» трактуется достаточно узко. Например, в отношении научного познания оно часто служит для выделения лишь одной, рядоположной и в этом смысле не отличающейся от других его сторон (аспектов). В его же рамках понятие деятельности используется для того, чтобы раскрыть саму природу целостности научного познания.

Согласно центральной установке такого подхода, «главной причиной, заставившей создавать понятие деятельности и конструировать соответствующий идеальный объект, была необходимость, оправдать… соотнесение в мысли таких разнородных предметов, как знания, операции, вещи, смыслы, цели, мотивы, сознание, значение и т. д.» (Щедровицкий Г. П. Автоматизация проектирования и задачи развития проектировочной деятельности // Разработка и внедрение автоматизированных систем в проектировании. М., 1975). Здесь категориальное содержание понятия «деятельность» характеризует весь мыслимый мир как целое (универсум) благодаря его приведению к некоторому «масштабу». Существует широкий спектр попыток выделения такого «масштаба». Для одних специалистов деятельность — «собственный способ бытия человека, его отношение к миру» (Сагатовский В. Н. Деятельность как философская категория // Филос, науки. 1978. № 2). Для других—источник и механизм внутренней организации воспроизводства социальной реальности (см.: Юдин Э.
Г. Системный подход и принцип деятельности. М., 1978). Для третьих — «определенный способ воспроизводства и развития качественно специфической сферы объективной действительности — общества» (Маргулис А. В. Категория деятельности человека // Там же. 1975. № 2. С. 43). Объединяет все эти интерпретации установка рассматривать категориальное содержание понятия «деятельность» как выражение определенности общественной жизни как таковой в качестве универсальной сферы бытия и ее отличие от другой такой сферы — природы.

Предельным выражением и завершением деятельностного подхода к общественной жизни можно считать истолкование понятия «деятельность» (социальная деятельность) в качестве категории, задающей субстанциальное определение объекта, изучаемого общесоциологической теорией марксизма. В рамках такого истолкования субстанциальное определение суть категория, которая пусть в абстрактно-логической форме, но воспроизводит сам всеобщий способ существования и основания целостности изучаемого объекта.

Тем самым для субстанциального понимания деятельности характерно ее рассмотрение как всеобщего способа существования социальной формы движения, содержащей любое социальное явление в себе (см.: Фофанов В. П. Социальная деятельность как система. Новосибирск, 1981).

Логической особенностью субстанциального определения и понимания является то, что оно снимает различие. между содержанием и формой, сущностью и проявлениями изучаемого объекта, между «деятельностью вообще» и индивидуальной деятельностью отдельного человека в конкретных обстоятельствах, фиксируя их «абсолютное превращение друг в друга». Причем понимания отнюдь не номинального, а с самого начала предполагающего возможность и необходимость самообоснования субстанциального определения в процессе восхождения от абстрактного к конкретному, от одних уровней реальности к другим при решении проблемы систематизации категорий исторического материализма (см.: Момджян К. X. Категории исторического материализма: системность, развитие.

М., 1986).

Логической особенностью субстанциального определения и понимания является то, что оно снимает различие. между содержанием и формой, сущностью и проявлениями изучаемого объекта, между «деятельностью вообще» и индивидуальной деятельностью отдельного человека в конкретных обстоятельствах, фиксируя их «абсолютное превращение друг в друга». Причем понимания отнюдь не номинального, а с самого начала предполагающего возможность и необходимость самообоснования субстанциального определения в процессе восхождения от абстрактного к конкретному, от одних уровней реальности к другим при решении проблемы систематизации категорий исторического материализма (см.: Момджян К. X. Категории исторического материализма: системность, развитие. М., 1986).

Родовая абстракция «деятельность вообще» (совпадая здесь во многом с «деятельностью как действием») предполагает структурное противопоставление активного (субъект) и пассивного (объект) своих моментов (полюсов), определяемых через их исходную противоположность друг другу. Это противопоставление, полагая далее наличие у «субъекта вообще» особых состояний (выражаемых категорией потребности), инициирующих его активность, а у «объекта вообще» способности служить средством удовлетворения потребности, оказывается опосредствованным организационной связью, демонстрирующей их внутреннее единство. Взаимопревращение друг в друга (в свое другое) разноименных полюсов деятельности (опредмечивание, распредмечивание), снимающее исходную противоположность, рассматривается здесь в качестве основания ее функционирования и развития.

В рамках такого подхода «деятельность вообще» с самого начала выступает в качестве единства материального и идеального, объективного и субъективного и наделяется атрибутивными признаками сознательности и предметности. В этом случае любое дальнейшее рассмотрение более конкретных форм (категорий) проявления деятельности сохраняет все черты «деятельности вообще» как родовой абстракции, репрезентирующей субъект-объектное опосредствование, носящее предметно-продуктивный характер и обеспечивающее удовлетворение жизненных потребностей «субъекта» через созидание особого предметного мира.

Ориентация на концептуальный аппарат деятельностного подхода заставляет искать основу для понимания научного познания в его целостности там, где оно выступает в качестве определенной сферы социально-значимой деятельности.

Научное познание, как известно, возникая и развиваясь первоначально в качестве идеального плана производственно-практической деятельности общественного человека, становится затем совершенно особенным видом духовного производства — «производством» идей, когнитивных значений (в отличие от аксиологических установок, художественных образов и т.п.). А это, в частности, означает, что как вид общественного производства оно воспроизводит в себе характерные черты родовой абстракции «деятельности как производства». Отличительной особенностью представления «деятельности как производства» является понимание всеобщей формы общественного производства в качестве совокупного производства и воспроизводства людьми своей общественной жизни на базе удовлетворения своих потребностей. Всеобщим же субъектом общественной жизни как самодостаточной коллективной деятельности взаимодополнительных субъектов является здесь само общество.

Следовательно, «научное производство» также обладает атрибутивным признаком самодостаточности, свойственным этому уровню самопроявления деятельности, но уже в форме относительной самодостаточности, характерной для «частного» вида производства (т. е. самодостаточной относительно того, что производится и воспроизводится в нем).

В свете намеченных различений можно с полным на то основанием утверждать, что именно с появлением «научных дисциплин» как формы научной деятельности и через нее познание исторически конкретно оформилось как вид духовного производства. И следовательно, целостность последних означает производство и воспроизводство в них особенных форм научной деятельности, обладающих относительной самодостаточностью.

Эта особенность «формы» традиционно выражается с помощью понятия «организация».

Используя понятие «организация», следует иметь в виду, что термин «организация» обозначает иное понятие в системном подходе, в социологической теории организации, в теории и практике организации и управления. Так, в рамках системного подхода оно отождествляется с понятием структуры или противопоставляется (как негэнтропия) понятию хаоса (как энтропия), в социологии оно обозначает коллектив, объединенный и направляемый определенной целью, а в теории организации и управления понимается как средство эффективного достижения целей деятельности. Использование понятия «организация» в русле деятельностного подхода предполагает, наряду с сохранением указанного смысла, их рациональное обобщение под определенным углом зрения.

Существует несколько вариантов группировки (категоризации) признаков научной дисциплины в целях выявления базальной структуры научной дисциплинарности. Все они предполагают объединение отдельных списочных признаков в классы — обобщенные предметные составляющие (блоки) научной дисциплины. Ахиллесова пята такого подхода — неопределенность оснований, удостоверяющих полноту и значимость (необходимость и достаточность) выделяемых предметов. Теоретическая схематизация предполагает иной, в определенном смысле противоположный путь — путь логически дополнительного расчленения предположенной целостности.

С позиций такого подхода основным процессом, обеспечивающим само существование (бытие) деятельности как качественно определенного целого, является процесс ее воспроизводства. А организация есть то, что «практически обеспечивает регулярное воспроизведение и нормальное протекание деятельности… образует непременное условие сохранения целостности, полноты и смысла деятельности, условие ее предметной продуктивности» [Генисаретский О. И. Методологическая организация системной деятельности // Разработка и внедрение автоматизированных систем в проектировании (теория и методология). М., 1975].

С позиций такого подхода основным процессом, обеспечивающим само существование (бытие) деятельности как качественно определенного целого, является процесс ее воспроизводства. А организация есть то, что «практически обеспечивает регулярное воспроизведение и нормальное протекание деятельности… образует непременное условие сохранения целостности, полноты и смысла деятельности, условие ее предметной продуктивности» [Генисаретский О. И. Методологическая организация системной деятельности // Разработка и внедрение автоматизированных систем в проектировании (теория и методология). М., 1975].

Применительно к такой структурно-генетической единице, как научная дисциплина, речь, соответственно, должна идти о научно-дисциплинарной деятельности и ее организации, где синонимом дисциплинарности становится дисциплинарная организация научной деятельности. Расчленение на наиболее абстрактные моменты организации деятельности можно рассматривать в качестве исходной теоретической конкретизации интуитивного представления о дисциплинарности. Каковы же наиболее общие, наиболее абстрактные моменты дисциплинарной организации научной деятельности?

Очевидно, это те ее моменты, в которых воспроизводятся существенные черты организации «деятельности как производства» — родовой абстракции, выражающей самодостаточность деятельности как совокупного производства и воспроизводства людьми своей общественной жизни.

На уровне «деятельности как производства» эти моменты выступают в качестве видов общественного производства, обеспечивающих всю полноту социальной жизни. Традиционно выделяют четыре вида: 1) материальное производство, в рамках которого создается вся совокупность вещных факторов социальной деятельности; 2) производство и воспроизводство человека как субъективного элемента «деятельности как взаимодействия»; 3) производство и воспроизводство «форм общения» субъектов в лице общественных отношений; 4) духовное производство, создающее такой класс необходимых элементов коллективной деятельности, как объективированные духовные значения.

Научно-дисциплинарная деятельность в качестве относительно самодостаточного производства и воспроизводства членами научного сообщества специфической формы познавательной активности в организационном отношении представляет собой своего рода микроаналог «деятельности как производства». На ее уровне эти моменты принимают вид следующих типологически различных форм деятельности: исследования (производства и воспроизводства специализированных духовных, когнитивных значений—знаний), трансляции (тиражирования и распространения духовных значений и производства материальных условий научно-дисциплинарной деятельности), кооперирования (производства и воспроизводства форм научно-дисциплинарного общения, коллективных субъектов исследовательской деятельности), профессионализации (производства и воспроизводства профессионалов, членов научно-дисциплинарного сообщества).

Применительно к ним рассмотрение организации как практического способа и условия регулярного воспроизведения и нормального протекания научно-дисциплинарной деятельности подразумевает сохранение порядка софункционирования и воспроизводства каждого из отдельных процессов и обеспечивающих их подсистем как относительно самостоятельных форм социально-значимой деятельности. Такое рассмотрение приводит к структурно-функциональному противопоставлению производящего и воспроизводящего моментов деятельности применительно и к научно-дисциплинарной деятельности в целом, и к каждой из особенных, «парциальных» ее форм — к различению в ней уровней эндодисциплинарной и метадисциплинарной деятельности. Организационный смысл и потенциал метадисциплинарной (воспроизводящей) деятельности определен здесь функциональным ее значением «образца» — носителя идеализованной (парадигмальной) структуры эндодисциплинарной (производящей) деятельности, на основе которой последняя регулярно воспроизводится. Особое место и статус «объекта» эндодисциплинарной деятельности, связанный с непосредственным и безотносительным характером его «производства и воспроизводства», позволяет рассматривать объектное (объективное) содержание как вырожденную, протодисциплинарную форму деятельности (область ассимилируемых научной дисциплиной явлений).

Таким образом, дисциплинарная организация предполагает различение и функциональное обособление трех уровней научно-дисциплинарной деятельности — метадисциплинарного, эндодисциплинарного, протодисциплинарного. Для научной дисциплины в целом «внутренняя» (эндодисциплинарная) область может рассматриваться в качестве «ядра» дисциплины, оформляющего и выражающего ее внутреннее содержание. «Внешняя» же (экзодисциплинарная) область выполняет здесь роль своеобразной «оболочки», опосредующей связи «ядра» с внешней средой: с «естественной» (природной) через протодисциплинарную область и с «искусственной» (культурной) — через метадисциплинарную. Ассимилятивно-диссимилятивные отношения между эндодисциплинарной и протодисциплинарной областями и организационно-управленческие отношения между первой из них и метадисциплинарной областью — основные внутренние отношения научной дисциплины.

Таким образом, в свете намеченной типологии дисциплинарность научной деятельности может быть истолкована как структура софункционирования четырех ее основных подсистем, имеющих трехуровневое строение.

Остановимся на краткой характеристике каждой из подсистем научной дисциплинарности в отдельности.

Подсистема «исследования» — базальная подсистема научной дисциплины. Именно с ней связана основная продуктивная функция дисциплины — производство специфического продукта (знаний) научно-дисциплинарной деятельности как таковой, ее качественно определенный вклад в процессы общественной жизнедеятельности. По отношению к этой подсистеме остальные «парциальные» процессы выступают в качестве основных организационных условий ее функционирования и развития. Именно в ней наука предстает в образе вполне конкретной «области научного исследования». Как правило, именно она и свойственные ей закономерности становления и развития находятся в центре внимания логико-методологического и историко-научного (в плане истории идей) подходов к изучению науки.

Остановимся на краткой характеристике каждой из подсистем научной дисциплинарности в отдельности.

Подсистема «исследования» — базальная подсистема научной дисциплины. Именно с ней связана основная продуктивная функция дисциплины — производство специфического продукта (знаний) научно-дисциплинарной деятельности как таковой, ее качественно определенный вклад в процессы общественной жизнедеятельности. По отношению к этой подсистеме остальные «парциальные» процессы выступают в качестве основных организационных условий ее функционирования и развития. Именно в ней наука предстает в образе вполне конкретной «области научного исследования». Как правило, именно она и свойственные ей закономерности становления и развития находятся в центре внимания логико-методологического и историко-научного (в плане истории идей) подходов к изучению науки.

Протоуровень научно-дисциплинарной деятельности представлен здесь специфической областью явлений, изучаемых дисциплиной и входящих в состав ее своеобразной «проекции» на сфере объективной реальности. Такая «проекция», с одной стороны, определена, а с другой — сама определяет особенности научно-исследовательской деятельности — характерной для этой подсистемы формы эндодисциплинарной деятельности. Применительно именно к ней традиционно различают такие виды исследования, как научно-теоретическое, экспериментальное и эмпирическое. Причем само это различение, с логической точки зрения, может быть рассмотрено как проявление свойственного научно-исследовательской деятельности способа отражения общего (теория), особенного (эксперимент) и единичного (эмпирия) изучаемой ею области реальности. Следующий мета-уровень подсистемы «исследования» представлен методологической деятельностью, т. е. метапредметом, обеспечивающим воспроизведение и нормализацию научно-дисциплинарной деятельности на основе выработанных в истории науки культурно-нормативных (парадигмальных) средств.

Предметное бытие таких средств, характеризующих научную деятельность, есть этос науки (см.: Merton R.K. The Sociology of Science Theoretical and Empirical Investigation, Chicago, 1973). Он представляет собой «исторически конкретную, сложно дифференцированную систему взаимосвязанных нормативных установлений разной степени общности и различного уровня» (Мотрошилова Н. В. Нормы науки и ориентации ученого // Идеалы и нормы научного познания. Минск, 1981. С. 107). Каждая из научных дисциплин наряду с общенаучными, родовыми «стандартами» научной деятельности имеет и особенные нормативные установления. В совокупности они составляют научно-дисциплинарный этос. С помощью парадигмальных средств собственно «когнитивного блока» научно-дисциплинарного этоса методологическая деятельность (метапредмет) осуществляет нормативное регулирование, обоснование и критику, проблематизацию и программирование научно-исследовательской (дисциплинарной) деятельности.

Если с процессом «исследования», согласно типологии, связан непрерывный рост системы дисциплинарных знаний об окружающей действительности, то производство и воспроизводство духовных средств (условий) (сохранение культурно-значимого продукта научно-исследовательской деятельности во времени и его обращение в «пространстве» дисциплины) и материальных условий (средств) научно-познавательной деятельности можно рассматривать как назначение сопряженного с ним процесса и подсистемы «трансляции». В ее рамках совокупность произведенного дисциплинарного знания приобретает характер научной информации и в этом качестве становится доступной разным поколениям исследователей, всем членам научно-дисциплинарного сообщества.

Протоуровень этой подсистемы объемлет собой прежде всего публикационный архив дисциплины — объективированную форму существования современного научного знания. Над публикационным архивом надстраивается научно-информационная (эндодисциплинарная) деятельность — качественно своеобразное «ядро» подсистемы «трансляции» (сюда входит сбор, хранение, поиск, воспроизведение, размножение, предоставление научной информации). В науковедении основная суть этой деятельности видится в формировании потока публикаций, его качественно своеобразных составляющих — публикационных эшелонов (статей, обзоров, монографий, учебников и т. п.). Такое «эшелонирование» публикаций представляет собой форму аккумуляции и систематизации дисциплинарной информации и обеспечивает подключение к ней членов научного сообщества, начиная от тех, кто находится на переднем крае исследований, и кончая дисциплинарным резервом.

Регулирование и нормализация этого вида научно-дисциплинарной деятельности — прерогатива научно-информационной политики, метадисциплинарной деятельности, свойственной подсистеме «трансляции». Здесь ведущая роль принадлежит редакционно-издательской политике, определяющей порядок формирования публикационных эшелонов. Соответствующие парадигмальные средства (начиная от правил оформления рукописей и кончая составлением «банков данных») входят в «информационный блок» научно-дисциплинарного этоса.

Чем ближе дисциплина к естественному полюсу научного познания, тем больший вес занимает в подсистеме «трансляции» инженерное обеспечение исследований (производство и воспроизводство материальных средств познавательной активности).

Процесс и подсистема «кооперации» в предложенной типологии призваны обеспечивать непрерывную преемственность и сохранение (воспроизводство) коллективных (интегративных) «субъектов» научно-дисциплинарной деятельности разной степени общности, несмотря на обновление их состава из-за миграции отдельных членов научно-дисциплинарного сообщества.

Протоуровень этой подсистемы — научно-дисциплинарное сообщество, члены которого ассимилируются научно-управленческой деятельностью в целях их рационального объединения в научные коллективы с помощью общественно выработанных и культурно-значимых форм и способов распределения и закрепления совместной деятельности. Существует широкое разнообразие как кратковременных (типа совещаний, конференций, съездов и т. п.), так и долговременных (типа сплоченных групп, невидимых колледжей, ассоциаций и т. п.) социально организационных отношений институционального и формально-организационного характера. Основным средством и способом объединения членов дисциплинарного сообщества на всех его уровнях является механизм научной коммуникации. Поэтому научно-организационная деятельность направлена прежде всего на создание, оформление и поддержание каналов коммуникации — условия рациональной интеграции коллективных «субъектов» научно-дисциплинарной деятельности.

Протоуровень этой подсистемы — научно-дисциплинарное сообщество, члены которого ассимилируются научно-управленческой деятельностью в целях их рационального объединения в научные коллективы с помощью общественно выработанных и культурно-значимых форм и способов распределения и закрепления совместной деятельности. Существует широкое разнообразие как кратковременных (типа совещаний, конференций, съездов и т. п.), так и долговременных (типа сплоченных групп, невидимых колледжей, ассоциаций и т. п.) социально организационных отношений институционального и формально-организационного характера. Основным средством и способом объединения членов дисциплинарного сообщества на всех его уровнях является механизм научной коммуникации. Поэтому научно-организационная деятельность направлена прежде всего на создание, оформление и поддержание каналов коммуникации — условия рациональной интеграции коллективных «субъектов» научно-дисциплинарной деятельности.

Взаимоотношения между членами научных объединений поддерживаются и регулируются на основе соответствующих культурных, в том числе этических, норм и требований, входящих в состав «социально-организационного блока» научно-дисциплинарного этоса. Соответственно метадисциплинарная деятельность, направленная в качестве социально-организационного порядка на содержание этого блока как на свойственную ей предметность, призвана рефлексивно выявлять и организационно закреплять институциональное содержание различных форм профессионального сотрудничества.

Подсистема «профессионализации», в свою очередь, ответственна за постоянное пополнение, обновление и рост числа членов научно-дисциплинарного сообщества.

Протоуровень представлен здесь ареалом профессионального резерва дисциплины, контингент которого включает студентов высших учебных заведений и специалистов, повышающих квалификацию или проходящих переподготовку.

Эндодисциплинарная деятельность в этой подсистеме носит научно-педагогический характер и формирует (производит) специалистов, членов сообщества, путем организации усвоения «резервистами» профессиональной культуры и опыта, установления и присвоения им определенной квалификации. Такое усвоение предполагает широкое разнообразие форм и способов профессионализации (учение, обучение, самообучение и т. п.) применительно к разным контингентам дисциплинарного резерва. Научно-педагогическая деятельность воспроизводится на основе культурных образцов, входящих в состав «учебно-дисциплинарного блока» научно-дисциплинарного этоса. Метадисциплинарная деятельность, образующая учебный предмет дисциплины, направлена здесь на определение целей профессиональной подготовки, создание программ обучения, учебных пособий и т. п. Именно на ней лежит задача адаптации психолого-педагогических теорий учения и обучения к целям и нуждам дисциплинарной специализации.

Нетрудно заметить, что в свете намеченной характеристики дисциплинарности ее специфика как организации, присущей именно научной деятельности, связана преимущественно с подсистемой «исследования» — носителем и выразителем качественного своеобразия научной дисциплины. Для того чтобы увидеть в организации научной дисциплины прообраз дисциплинарной организации как таковой, достаточно рассмотреть процесс «исследования» в качестве определенного типа «духовно-практического производства» — выполнения основной продуктивной функции любой общественно-значимой деятельности. Такая возможность отвлечения и трансляции дисциплинарности от одной формы деятельности к другой, в свою очередь, тесно связана с тем, что дисциплинарность современной науки рождалась в процессе присвоения и освоения ею конкретно-исторического . опыта развития смежных с нею универсальных сфер общественной жизни, таких, как сфера образования, социального управления и т. п. Сейчас же, наоборот, одним из результатов тесного взаимодействия науки с другими сферами деятельности явилось распространение на них дисциплинарной организации, становление идеала «неклассической» дисциплинарности.

Опубликовано в журнале «Философские науки». №6. 1990. с.18-26

Как развить кросс-дисциплинарность — Тренинговый портал Беларуси

Представители вузов и корпоративных университетов обсудили свои подходы и кейсы.

От современных сотрудников ждут умения смотреть на рабочую задачу с разных углов зрения и искать для неё нетривиальные решения, работать в кросс-функциональных командах. Зачастую для этого требуются знания и компетенции из разных профессий или как минимум способность услышать и принять аргументы от представителя другой специальности, с иным взглядом.

Как сделать так, чтобы выпускники вузов приходили на рабочие места готовыми к подобным задачам? И как стимулировать уже имеющихся сотрудников развивать кросс-дисциплинарность? Эти темы 7 июня представители бизнеса и вузов обсудили на конференции «Мы в будущем», организованной компанией «Газпром нефть».

Вот три подхода, про которые рассказали эксперты.

Подход №1. Многопрофильный бакалавриат

Наталья Красовская, заместитель декана факультета Liberal Arts РАНХиГС, поделилась уникальным для России десятилетним опытом работы по модели Liberal Arts. Эта модель стимулирует молодых людей развивать ту самую междисциплинарность.

«Изначально мы замахивались на то, чтобы сделать новый формат высшего образования, которого до этого в России либо не было, либо он был очень точечным, — рассказывает Красовская. — Мы работаем на своих стандартах, не на ФГОСах, но следуем всем установлениям и не нарушаем законодательство. В наш собственный стандарт „зашиты“ важные принципы. Начнём с того, что Liberal Arts на русский язык подстрочником перевести невозможно, и поэтому, когда мы объясняем, что это такое, мы говорим — это многопрофильный бакалавриат. Наши студенты заканчивают свои четыре года не с одной специализацией, а с двумя как минимум. И не с одним иностранным языком, а с двумя как минимум».

Как объяснила спикер, на факультете 11 основных специальностей и 22 дополнительных, поэтому разные варианты комбинаций дают на выпуске очень разных специалистов. Например, студент, который выбрал основным направлением «Менеджмент», а в качестве второй специализации взял современную культуру, в результате может стать куратором международных выставок.

С одной стороны, такой подход помогает сориентироваться вчерашним школьникам, многие из которых к 17 годам не могут осознанно подойти к выбору профессии, с другой стороны, такой опыт разностороннего обучения полезен им в будущем.

«Это попытка подготовить людей к очень меняющимся условиям, — объясняет Красовская. — Мы с вами никогда, даже в самой прекрасной программе не угадаем, что будет востребовано на рынке труда через четыре, пять, шесть лет. Поэтому один из основных принципов нашей программы — это преадаптивность. То есть мы пытаемся сделать так, чтобы наши выпускники были готовы к тому, что всё поменяется».

Причём предсказать, как именно всё поменяется, сейчас невозможно, есть только общее понимание, что всё будет по-другому, поэтому на факультете Liberal Arts, по словам Натальи Красовской, пытаются дать студентам главное — опыт прохождения разных образовательных направлений одновременно, изучения нескольких языков и разностороннего понимания мира. В дальнейшем эти навыки помогают легче учиться чему-то новому и смотреть на одно явление с разных углов зрения.

Подход №2. Сотрудничество вузов и бизнеса

Факультет Liberal Arts РАНХиГС сотрудничает с компаниями из разных индустрий и развивает тьюторскую поддержку студентов, чтобы помогать последним выбирать направления. Всё это позволяет организовать так называемые «деятельностные пробы» — чтобы студенты могли «примерить» на себя практическую работу в той или иной сфере — для понимания, что кому подходит.

В свою очередь, опытом Омского государственного технического университета (ОмГТУ) поделилась Александра Козулина, проректор по внешним связям и молодёжной политике в Омском государственном техническом университете (ОмГТУ). Она считает, что готовить будущего специалиста взаимодействию на стыке разных дисциплин и функций надо обязательно в сотрудничестве университета и бизнеса в лице индустриальных партнёров.

Такое сотрудничество можно построить сразу в двух направлениях: в рамках основных образовательных программ и в ходе дополнительных образовательных активностей.

Так, в ОмГТУ есть базовая кафедра «Газпром нефти» — «Цифровое управление процессами и системами нефтегазового комплекса». Её открыли в рамках проекта «Лига вузов» — это комплексная система взаимодействия «Газпром нефти» с высшими учебными заведениями для развития партнёрства и кросс-функционального взаимодействия, а также совместной реализации проектов разного масштаба. Студенты проходят на этой кафедре основную подготовку по двум направлениям одновременно — своему ключевому и IT. Дополнительные образовательные активности реализуются тоже совместно с индустриальными партнёрами вуза. Форматы разные — кросс-функциональные модули, хакатоны и проектные интенсивы.

«Основная задача индустриального партнёра — предоставить реальные кейсы, чтобы команды работали над настоящей производственной задачей, решить которую невозможно без кросс-функционального взаимодействия», — объясняет Александра.

А Марина Деревлёва, руководитель Корпоративного университета СИБУРа, рассказала, что они выстраивают партнёрские программы сразу с несколькими вузами таким образом, что студент, учась, к примеру, в Томском политехническом университете и изучая там блок СИБУРа, встроенный в образовательную программу этого вуза, может параллельно изучать образовательные блоки компании также в РХТУ имени Д. И. Менделеева, Уфимском государственном нефтяном техническом университете или где-то ещё.

В этих образовательных блоках компания уделяет внимание не только инженерным хард-скиллам, но и IT-навыкам, софт-скиллам (умению взаимодействовать в кросс-функциональной команде, находить общий язык с коллегами) и знанию экономики.

«Мы обязательно учим экономике, потому что любой инженерно-технический работник на предприятиях СИБУРа сегодня должен понимать её по крайней мере на уровне базовых принципов», — объясняет Деревлёва.

Параллельно студентам организуют блоки подготовки в техническом учебном центре компании — и таким образом у молодого специалиста формируется полный комплект знаний, который необходим для старта работы в СИБУРе. Кстати, умение учиться здесь тоже считают одним из ключевых и нужных для будущей работы навыков, и такая подготовка позволяет его развить.

Из тысячи студентов, которые пришли в компанию за последние три года, половина, как рассказала руководитель Корпоративного университета, были подготовлены по таким целевым программам, и это даёт хорошие результаты.

«Студенты, которые пришли к нам через программу целевой подготовки, как правило, в два раза быстрее растут в компании. Есть пример, когда человек пришёл в 2018 году после вуза и через год стал инженером, а ещё через год — ведущим инженером», — говорит руководитель Корпоративного университета СИБУРа.

Подход №3. Исследование условий для развития кросс-дисциплинарности

Мария Дмитриева, руководитель методологии создания образовательных решений Корпоративного университета «Газпром нефти» рассказала про любопытный образовательно-исследовательский проект, который в компании назвали «Мысли широко»:

«Мы задавались вопросами, как стать профессионалом на стыке разных областей, какие образовательные условия для этого надо создать человеку, чтобы у него эта функция — мыслить широко — включилась».

Проект исследует типичную ситуацию: допустим, кто-то привык жить в старой парадигме «одна профессия на всю жизнь», но вдруг оказался в мире, который требует знания множества новых вещей и кросс-дисциплинарности. Какие действия надо предпринять, чтобы человек переключился на эту новую для него парадигму? Как компания может помочь сотрудникам сделать это? «Этими вопросами мы в рамках проекта задаёмся и смотрим, что работает, а что нет», — объясняет Мария.

Пока прошёл только пилотный запуск исследования с участием руководителей старшего и топ-уровней, после чего началась аналитика результатов. Цель — сформулировать более точную гипотезу относительно того, что помогает вовлекать людей в развитие кросс-дисциплинарных навыков.

В основе исследования лежало предположение о главной проблеме кросс-дисциплинарности. Инициаторы исследования, по словам Марии Дмитриевой, видели эту проблему в том, что человек, будучи профессионалом в какой-то одной области, зацикливается на ней и, когда сталкивается с другими дисциплинами, относится к ним как к чему-то менее фундаментальному, смотрит на них, не выходя за рамки своей профессии, не стремится исследовать эту незнакомую ему сферу. Поэтому взаимодействие может оказаться неудачным. Но если показать такому «моноспециалисту», насколько глубокими могут быть другие дисциплины, как много он о них не знает и как интересно про это узнавать, то ситуация может измениться к лучшему.

«Мы построили такую теорию: важно научить осваивать языки других дисциплин, взаимодействовать с ними уважительно и с интересом, — рассказывает Мария. — Мы предлагаем шесть различных дисциплин — психология, философия, экономика, финансы, музыка, современное искусство, — и человек может выбрать что угодно, то, что его действительно влечёт, а мы в это время фиксируем сам навык освоения полностью незнакомой сферы».

Как только сотрудник изучил блок новой информации, важно помочь ему отрефлексировать этот этап, чтобы он понял, как это увлекательно, и в то же время попытаться разобраться, что его лучше всего мотивировало.

А что, если человек не хочет быть кросс-дисциплинарным?

Такое вполне возможно, и эту проблему эксперты тоже обсудили. Не секрет, что далеко не все сотрудники горят желанием учиться чему-то новому. Если новое относится к другой специальности, это тем более может вызвать сопротивление: «Мне вполне хватает моих знаний!»

Во-первых, задача работодателя — создать такие условия и такую среду, в которых у людей возникает понимание, зачем нужно расширять сферу своей компетенции. Во-вторых, надо простимулировать интерес к новой области. В-третьих, важно учитывать персональные особенности людей.

«Мне более человечным кажется тренд на индивидуальный подход. Есть люди, которым сложно даётся вся эта история с кросс-дисциплинарностью, у них гораздо лучше получается быть экспертом в чём-то одном», — считает Ася Соскова, специалист по профессиональному самоопределению, организационному развитию и управлению талантами. По её мнению, лучший вариант — когда организация даёт разные возможности. Тем, у кого есть склонности к кросс-дисциплинарности, — возможности для широкого развития, а тем, кто предпочитает углубляться только в рамках своей профессии, — возможности развиваться в этом направлении с пользой для компании.

Источник: skillbox.ru

Социологические исследования :: Номер 2 :: «Интер», «мульти», «транс» и «пост»: социология, дисциплинарность и постмодернизм

1. Бергсон А. Два источника морали и религии. 2-е изд., испр. М.: «Университет», 2010.

2. Вен П. Фуко. Его мысль и личность. СПб.: Владимир Даль, 2013.

3. Гофман А.Б. Мода, наука, мировоззрение. О теоретической социологии в России и за ее пределами (2009) // Гофман А.Б. Традиция, солидарность и социологическая теория. Избранные тексты. М.: Новый Хронограф, 2015. С. 274–323.

4. Гофман А.Б. О модах в современной теоретической социологии // Социологические исследования. 2013. №10. С. 21–28.

5. Гребер Д. Бредовая работа. Трактат о распространении бессмысленного труда. М.: Ad Marginem, 2020.

6. Дильтей В. Введение в науки о духе // Дильтей В. Собрание сочинений в 6 тт. Т. 1: Введение в науки о духе. М.: Дом интеллектуальной книги, 2000. С. 270–730.

7. Кравченко С. А. Развитие предмета социологии: от монодисциплинарности к меж- и постдисциплинарности // Социологические исследования. 2020. № 3. С.16–26.

8. Миллер Д. Страсти Мишеля Фуко (1993). М.; Екатеринбург: Кабинетный ученый, 2013.

9. Мосс М. Техники тела (1935) // Мосс М. Общества. Обмен. Личность. Труды по социальной антропологии. Изд. 2-е, испр. и доп. М.: Книжный Дом «Университет», 2011. С. 304–325.

10. Павлов А.В. Метамодернизм: критическое введение // Метамодернизм. Историчность, аффект и глубина после постмодернизма / Под ред. Р. Ван ден Аккера, Э.Гиббонс и Т.Вермюлена. М.: РИПОЛ классик, 2020. С. 10–27.

11. Ритцер Дж. Современные социологические теории. СПб.: Питер, 2002.

12. Франкфурт Г. К вопросу о брехне. Логико-философское исследование (2005). М.: Европа, 2008.

13. Фуко М. «Нужно защищать общество». Курс лекций, прочитанных в Коллеж де Франс в 1975–1976 учебном году. СПб.: Наука, 2005.

14. Фуллер С. Социология интеллектуальной жизни. Карьера ума внутри и вне академии. М.: Дело, 2018. С. 313–348.

15. Чудова И.А. Постмодернизм и социология: опасности или возможности? // Социологические исследования. 2017. № 4. С. 122–128.

16. Шапиро И. Бегство от реальности в гуманитарных науках. М.: ВШЭ, 2011.

17. Шацкий Е. История социологической мысли. Т.II. (2006). М.: НЛО, 2018.

18. Щёлкин А.Г. Постмодернизм в социологии. О ненавязчивых последствиях одной социологической моды // Социологические исследования. 2017. № 2. С. 120–130.

19. Эрибон Д. Мишель Фуко. М.: Молодая гвардия, 2008.

20. Эспинас А. Социальная жизнь животных: опыт сравнительной психологии. Изд. 3-е. М.: ЛИБРОКОМ, 2012.

21. Béraud C., Coulmont B. Les courants contemporains de la sociologie (2008). P.: Presses Universitaires de France / Humensis (“Quadrige Manuels”), 2018.

22. Dictionnaire de la pensée sociologique. Sous la dir. de M.Borlandi, R.Boudon, M.Cherkaoui, B.Valade. P.: Presses Universitaires de France, 2005.

23. Fox N. Foucault, Foucauldians and sociology // The British Journal of Sociology. Vol.49. N3. L., Sept.1998. P. 415–433.

24. Joseph J. Social Theory. An Introduction. N.Y.: New York University Press, 2004. Ch.7.

25. Power M. Foucault and Sociology // Annual Review of Sociology. Vol. 37. August 2011. P. 35–56.

Междисциплинарность

 И.В. Лысак

МЕЖДИСЦИПЛИНАРНОСТЬ И ТРАНСДИСЦИПЛИНАРНОСТЬ КАК ПОДХОДЫ К ИССЛЕДОВАНИЮ ЧЕЛОВЕКА

 

Лысак И.В. Междисциплинарность и трансдисциплинарность как подходы к исследованию человека // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение.  Вопросы теории и практики. 2014. № 6. Ч. II. C. 134–137.

 скачать полный текст статьи

скачать презентацию к статье

Стало уже общим местом рассуждение о сложности и многомерности человеческой природы, о невозможности постигнуть многообразные проявления человеческой личности средствами одной дисциплины. Общей тенденцией развития науки, начиная со второй половины ХХ века, становится поиск исследовательских принципов и методологических концепций, позволяющих синтезировать знания о человеке, полученные в рамках отдельных научных дисциплин. Складывается устойчивое убеждение, многократно подтвержденное на практике, что только на стыке наук возможно получение действительно нового знания, проясняющего подлинную сущность рассматриваемых объектов. Именно с этим связано широкое распространение новых или объявляющих себя таковыми подходов к исследованию, именуемых междисциплинарностью, мультидисциплинарностью, полидисиплинарностью, трансдисциплинарностью. Также очевидно, что многие современные авторы, указывая, что их исследование «осуществлено в рамках парадигмы трансдисциплинарного (или схожего с ним) подхода», не вполне осознают специфику обозначенных ими методологических установок. Все это заставляет обратиться к анализу сущности принципов, позволяющих выходить за пределы традиционных дисциплинарных парадигм.

В современной науке существуют диаметрально противоположные взгляды на сущность междисциплинарности и трансдисциплинарности: от их отождествления до принципиального противопоставления. Более того, ряд науковедов подчеркивают, что междисциплинарность присуща науке изначально, и ее не следует выделять как особый исследовательский принцип. Так, известный российский специалист в области теории познания И. Т. Касавин пишет, что «междисциплинарное взаимодействие есть естественное состояние науки» [2, с. 7]. Профессор А. Н. Книгин отмечает, междисциплинарность как принцип не имеет никаких преимуществ перед диалектическим принципом всесторонности рассмотрения. Он критикует сам термин, указывая, что междисциплинарность буквально может трактоваться как «между-дисциплинарность», то есть как анализ сфер, находящихся между интеллектуальными полями отдельных дисциплин. По мнению А. Н. Книгина, было бы более правильно говорить об интеграции отдельных дисциплин, ведь по-настоящему новое знание возникает «на стыке» наук, а не «между» науками [5].

По вопросу о соотношении понятий «междисциплинарность» и «трансдисциплинарность» также нет единства. Так, немецкий философ Ю. Миттельштрасс считает, что трансдисциплинарность тождественна междисциплинарности, и ее основное значение заключается в том, что она позволяет преодолевать дисциплинарные тупики [7]. Сторонники трансдисциплинарности, напротив, всячески подчеркивают ее принципиальные отличия от междисциплинарности.

Считается, что термин «трансдисциплинарность» впервые ввел в научный оборот в 1970 г. Ж. Пиаже, привлекавший к работе в основанном им Международном центре генетической эпистемологии специалистов разных научных дисциплин. Под трансдисциплинарностью он понимал принцип научного исследования, который описывает приложения научного подхода к проблемам, выходящим (трансцендирующим) за границы конвенционально установленных академических дисциплин [4, с. 22].

Одними из первых термин «трансдисциплинарность» стали использовать специалисты Центра современной антропологии Э. Морена в Париже. Различия между междисциплинарными и трансдисциплинарными исследованиями Э. Морен объясняет следующим образом: «Междисциплинарность может означать только и просто то, что различные дисциплины садятся за общий стол, подобно тому, как различные нации собираются в ООН исключительно для того, чтобы заявить о своих собственных национальных правах и своем суверенитете по отношению к посягательствам соседа. Но междисциплинарность может стремиться также к обмену и кооперации, в результате чего междисциплинарность может становиться чем-то органическим… Что касается трансдисциплинарности, здесь часто речь идет о когнитивных схемах, которые могут переходить из одних дисциплин в другие, иногда настолько резко, что дисциплины погружаются в состояние транса. Фактически, именно интер-, поли- и трансдисциплинарные комплексы знания работают и играют плодотворную роль в истории науки; стоит запомнить те ключевые понятия, которые здесь привлекаются, а именно кооперация, точнее говоря, соединение или взаимосвязь или, выражаюсь еще более точно, совместный проект» [8, с. 136].

В 1987 г. был создан Международный центр трансдисциплинарных исследований, на первом съезде которого была принята Хартия трансдисциплинарности. Один из ее авторов, румынский физик Б. Николеску, сформулировал три важных методологических постулата. Согласно первому, реальность многоуровнева и каждая дисциплина изучает лишь один из ее уровней. Трансдисциплинарность стремится понять динамику процесса на нескольких уровнях одновременно, соединяет фрагменты реальности, исследованные конкретными дисциплинами, в единую картину. Второй постулат трансдисциплинарности заключается в логике включенного третьего. Трансдисциплинарность объединяет по принципу дополнительности то, что с позиций частных дисциплин рассматривалось как противоположное. И, наконец, третий постулат – сложность. Трансдисциплинарность пытается понять реальность в ее сложности.

В современной российской науке активными сторонниками трансдисциплинарности являются Л. П. Киященко и В. И. Моисеев, так объясняющие ее отличие от междисциплинарности: «Ситуация междисциплинарности – это ситуация переноса знания из одной дисциплинарной области в другую при сохранении дисциплинарных делений. Иными словами, междисциплинарность методологически дополнительно обогащает то, что определено внутри дисциплинарных делений… Ситуация трансдисциплинарности … предполагает нарушение жесткости дисциплинарных делений научного знания, они становятся “проходимыми”, что способствует появлению разного рода систем “поверх” дисциплинарного деления, “меж”-системных образований, “экстра”-систем и т. д.» [4, с. 23].

Уточняя указанные понятия, Л. П. Киященко пишет, что о междисциплинарности можно говорить в случаях, когда различные дисциплины, взаимодействуя друг с другом, образуют новую дисциплину (так, например, сформировались биохимия или биофизика), либо когда теоретические представления или исследовательские практики одной дисциплинарной области проникают в другие, используясь там для решения дисциплинарных вопросов [3, с. 17]. Трансдисциплинарными же являются такие познавательные ситуации, в которых научный разум вынужден в поисках целостности и собственной обоснованности «осуществить трансцендирующий сдвиг в пограничную с жизненным миром сферу» [3, с. 18].

Взвешенный подход к соотношению рассматриваемых понятий демонстрирует Е. Н. Князева, считая их близкими по смыслу, но имеющими некоторые концептуальные разграничения [6]. С ее точки зрения, мультидисциплинарным (или полидисциплинарным) может считаться такое исследование, когда какой-либо объект (например, человек) изучается одновременно с разных сторон несколькими научными дисциплинами. Каждая из дисциплин использует собственную методологию, свои теоретические допущения, вносит свой вклад в «общую копилку» знаний об объекте. Междисциплинарность предполагает кооперацию различных областей знания, использование ими общих понятий. Трансдисциплинарность свойственна исследованиям, которые идут «через», «сквозь» границы многих научных дисциплин и выходят за их пределы на более высокий уровень, стоящий над конкретными дисциплинами. Трансдисциплинарным исследованиям свойственно холистическое видение предмета изучения. Такие исследования характеризуются переносом схем из одной дисциплинарной области в другую.

Таким образом, в современной науке отсутствует общепринятая точка зрения по вопросу соотношения междисциплинарности, полидисциплинарности и трансдисциплинарности как исследовательских принципов. Однако авторов, спорящих по поводу терминологических различий, объединяет убежденность в том, что дисциплинарная ограниченность не позволяет составить целостное представление о многих сложных многоуровневых объектах исследования, в том числе о человеке.

Как известно, человек является объектом изучения многих естественнонаучных и гуманитарных дисциплин. Кроме того, сущность и природа человека исследуются в искусстве, религии, мифологии. Полученное там знание способно прояснить, представить более наглядно отдельные составляющие природы человека. Особо следует подчеркнуть значимость художественного знания. Ведь рационалистские концепции не способны в полной мере объяснить ценностно-смысловую сферу человеческого бытия. Чувственность, старательно изгоняемая из новоевропейской науки, является не менее значимой, чем рациональность. Значимость и эвристический потенциал междисциплинарности и трансдисциплинарности в исследовании человека состоит именно в том, что они позволяют установить связь между естественными и социально-гуманитарными науками, а также иными сферами духовной культуры, и таким образом, выявить новые грани человеческого бытия. Однако указанные подходы обнаруживают и существенную проблему – проблему несовпадения специализированных языков, присущих как отдельным научным дисциплинам, так и различным сферам художественной культуры. Если гуманитарии еще могут «договориться о терминах», то адекватный диалог между представителями естественных и гуманитарных наук «языковая несовместимость» делает практически невозможным. При этом большинству гуманитариев очевидно, что нельзя понять природу человека без обращения, скажем, к достижениям современной генетики.

«Языковая несовместимость» является лишь одним из проявлений методологического кризиса, свойственного наукам о человеке. Междисциплинарные и трансдисциплинарные исследования требуют специфической методологии, позволяющей не механически соединять разрозненные фрагменты знания, а интегрировать их в новую целостную систему. Вся история науки, начиная с середины ХХ века, является историей поиска такой методологии. В этот период широкое распространение получили так называемые «науки о системах» (Systems Science), основой которых является «общая теория систем». Применение системного подхода к исследованию предполагает установление состава, структуры и организации элементов и более крупных частей системы, именуемых подсистемами, а также обнаружение основных взаимодействий между ними; выявление внешних связей системы и определение основных из них; определение функций системы; обнаружение закономерностей и тенденций их развития. Системный подход успешно применялся и применяется к исследованию многих областей действительности, в том числе и к исследованию человека, однако в последние десятилетия ХХ в. он часто подвергался критике. В частности, негативно оценивался присущий системному подходу детерминизм, нацеленность на выявление жестких причинно-следственных связей.

Параллельно с системным подходом на роль интегральной методологии в указанный период претендовала кибернетика, выявляющая общие закономерности процессов управления и передачи информации в различных системах. Так, Дж. Роуз в 1970 г. писал: «Современная тенденция состоит в том, чтобы рассматривать кибернетику … как философский подход, имеющий целью синтезировать огромное разнообразие наук, как фундаментальных, так и прикладных – подлинная царица наук ХХ столетия, которая утверждает существенное единство живого и неживого» [9, с. 9–10]. «Царственные» устремления кибернетики также не оправдались.

Преодолеть недостатки системного подхода и кибернетики как интегральных методологий в определенной мере позволило становление и развитие синергетики, изучающей сложные системы, способные к самоорганизации, самодвижению от хаоса к порядку. В последней трети ХХ века сложилось три версии или три модели синергетики: модель Г. Хакена (Университет Штутгарта), модель И. Р. Пригожина (Брюссельский свободный университет и американская синергетическая школа), модель российской школы С. П. Курдюмова (НИИ им. М. В. Келдыша, Институт математического моделирования РАН, МГУ). По мнению отечественного ученого Ю. А. Данилова, «синергетика с ее статусом метанауки изначально была призвана сыграть роль коммуникатора, позволяющего оценить степень общности результатов, моделей и методов отдельных наук, их полезность для других наук и перевести диалект конкретной науки на высокую латынь междисциплинарного общения» [1, с. 10]. Принципы синергетики успешно применяются и к анализу социально-гуманитарных систем, однако следует отметить, что чрезмерная «увлеченность» синергетикой, своеобразная «мода» на нее в 90-е гг. ХХ в. привела к тому, что в ряде исследований синергетические принципы упоминались не всегда к месту, вызывая обоснованную критику.

В настоящее время на роль интегральной методологии претендует также Complexity Science (на русский язык буквально переводится как «наука сложного» или «наука о сложности»), в русскоязычной литературе именуется также «наукой сложных систем». Указанная методология пытается интегрировать основные достижения и преодолеть недостатки общей теории систем, синергетики, кибернетики, теории динамических систем и компьютерного моделирования.

Итак, значение междисциплинарности и трансдисциплинарности как подходов к изучению человека заключается не только и не столько в том, что они способствуют более глубокому изучению объекта, а в том, что они позволяют по-новому формулировать проблемы, открывают новые перспективы исследования, казалось бы, давно изученного. Безусловно, сами идеи создания некого универсального языка науки или единой методологии, применимой ко всему многообразию объектов окружающего мира утопичны. Однако сложно оспорить тот факт, что интеграция естественнонаучного и гуманитарного знания на основе прочного методологического фундамента может открыть новые перспективы в изучении человека.

Список литературы

  1. Данилов Ю.А. Роль и место синергетики в современной науке // Онтология и эпистемология синергетики. М.: ИФ РАН, 1997. С. 5–11.
  2. Касавин И.Т. Дискурс-анализ как междисциплинарный метод гуманитарных наук // Эпистемология & философия науки. 2006. Т. X. № 4. С. 5–17.
  3. Киященко Л.П. Феномен трансдисциплинарности – опыт философского анализа // Santalka. Filosofija. Vilnius, 2006. Т. 14. № 1. С.17–38.
  4. КиященкоЛ.П., Моисеев В.И. Философия трансдисциплинарности. М.: ИФРАН, 2009. 205 с.
  5. Книгин А.Н. Междисциплинарность: основная проблема // Вестник Томского государственного университета. Серия Философия. Социология. Политология. 2008. № 3. С. 14–21.
  6. Князева Е.Н. Трансдисциплинарные стратегии исследований // Вестник Томского государственного педагогического университета. 2011. №10. С. 193–201.
  7. Mittelstrass J. Interdisziplinarität oder Transdisziplinarität? // L. Hieber (ed.). Utopie Wissenschaft. Ein Symposium an der Universität Hannover über die Chancen des Wissenschaftsbetriebs der Zukunft (21–22 November 1991). Munich–Vienna, 1993. S.17–31.
  8. Morin .E. La Tête bien faite. Repenser la Réforme – Réformer la Pensée. Paris: Editions du Seuil, 1999. – 155 р.
  9. Survey of Cybernetics: A Tribute to Dr. Norbert Wiener / Ed. by J. Rose. London.: Iliffe Books, 1969. – 391 p.
  • < Назад
  • Вперёд >

ДИСЦИПЛИНАРНОСТЬ И ДИСКУРСИВНОСТЬ В ИСКУССТВОВЕДЕНИИ: СОЦИОПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ. Научная статья

Несмотря на то, что искусствоведение позиционируется как обособленная от иных областей гуманитарной науки дисциплинарная предметность, характер самого искусствоведческого знания является зачастую дискурсивным. Данное противоречие можно было бы не педалировать и списать на специфический характер дисциплинарной идентичности искусствоведения, если бы не ситуация необходимости репродуцирования научных кадров, которое традиционно происходит посредством образовательной институализации: задаваемая методологическая «рамка» академической работы, являющаяся общей логической схемой для любой научной дисциплины, входит в конфликт со спецификой искусствоведения, оказывающегося с её точки зрения ничем иным как специфическим дискурсом. Не пытаясь разрешить данное противоречие, на основе накопленного эмпирического материала, связанного с преподаванием студентам-искусствоведам дисциплин «Академическая работа» и «Методика написания научного текста», делается описание тех социо-психологических микроконфликтов и проблем, с которыми сталкиваются начинающие исследователи искусства, оказываясь в данной ситуации, и в которых вынуждены существовать уже институализированные искусствоведы. Осознание данных проблем поможет ещё только включающимся в искусствоведение понять дисциплинарную специфику науки об искусстве, а уже сложившимся искусствоведам – отрефлексировать свое реальное место в её структуре.

Существование любого добровольного человеческого сообщества обусловлено целым рядом взаимосвязанных причин, главной из которых является функциональность образуемого единства – невозможность получения некоего результата вне данного объединения. Как это не покажется странным, но для любой научной дисциплины, безотносительно какой именно – естественнонаучной, социальной, гуманитарной, таким основным продуктивным результатом является не столько получение знания в отношении соответствующей конкретной дисциплине предметной области (оно может возникать и вне границ дисциплинарного сообщества), сколько утверждение и закрепление данного знания в актуальный момент времени в качестве заместительного в отношении конкретного наличествующего и несение за это утверждение (а, следовательно, – и за знание) определённой социальной ответственности.

В связи с этим возникает серьёзная проблема, обусловленная тем, что в условиях любого дисциплинарного сообщества реально только какая-то незначительная часть его занимается непосредственно знанием – проблематизацией имеющегося, поиском путей его оптимизации и его приращением, тогда как основная масса институализированных субъектов научной дисциплины осуществляет по отношению к познавательной принципиально иные, причём не менее важные – организационные, охранительные и образовательные функции. Однако это приводит к тому, что для тех, кто обслуживает дисциплинарное знание, оно оказывается не живым рабочим материалом для научно-исследовательской деятельности, а субстанцией – единственно возможной данностью, любая трансформация которой воспринимается как потенциальный подрыв самих основ конкретной дисциплинарной идентичности.

Ещё одна проблема непосредственно вытекает из предыдущей, и связана она с прямой или косвенной симуляцией теми, кто обслуживает дисциплинарное знание, научно исследовательской деятельности, что в том числе связано с социальным запросом к ним на такого рода деятельностную активность (при этом совершенно не важно осознаётся ли самими субъектами эта их активность как симуляция). В случае с прямой симуляцией мы сталкиваемся с продуцированием «пустого знания» – информации, не содержащей в себе уникальных компонентов, которые могли бы быть вписаны в знаниевую сетку соответствующей дисциплинарной предметности. В случае с косвенной симуляцией – знания исходно дискурсивного – обусловленного субективно-мотивированным, либо субъективно-произвольным специфическим концептуальным взглядом на что-то конкретное, лежащее в предметной области, соответствующей данной дисциплинарной предметности («А давайте посмотрим на наш предмет с точки зрения гинекологии?..»). При этом и то и другое потенциально формирует внутри дисциплины специфический дискурс или даже дискурсы, связанные уже не с дисциплинарной идентичностью, а по сути с индивидуализированной точкой зрения и частным интересом, притягивающими к себе либо тех, кому близки эти взгляды, либо тех, кто просто-напросто институционально зависят от порождающих такого рода «пустое знание» субъектов. Всё это обуславливает формирование такой ситуации, что в естественнонаучных дисциплинах происходит стагнация знания – противостояние всему тому новому, что не укладывается в существующее на актуальный момент представление тех, кто к знанию не имеет непосредственного отношения, а в гуманитарных дисциплинах и в частности в искусствоведении к фактической потери знанием дисциплинарного статуса и превращения дисциплинарного сообщества в специфический псевдодисциплинарный дискурс, с которого, по сути, и начинается жизнь любой дисциплины.

Для того, чтобы, с одной стороны, проявить дискурсивный характер искусствоведческого сообщества, а, с другой – обосновать социо-психологическую подоплёку, лежащую в основе данного утверждения, приведём всего лишь один, но, наверное, самый показательный пример, связанный с рассмотрением череды взаимосвязанных микроконфликтов, возникающих между a) студентом-искусствоведом, b) преподавателем дисциплины «Академическая работа» (или, по сути, её аналогов, имеющих иные названия: «Методика написания научного текста», «Основы академической культуры» и т. п.), а также c) преподавателем-предметником (искусствоведом). Эмпирической базой для выявления данных микроконфликтов послужил непосредственный опыт автора данной работы, связанный с преподаванием рассматриваемых дисциплин студентам-искусствоведам (бакалаврам и магистрантам) на факультете истории искусства Российского государственного гуманитарного университета с 2013 года по настоящее время.

Штейн С.Ю. Дисциплинарность и дискурсивность в искусствоведении: социопсихологические аспекты / Штейн С.Ю // Вестник РГГУ. Серия «Философия. Социология. Искусствоведение». 2019. No 2. С. 126–135. DOI: 10.28995/2073-6401-2019-2-126-135 (скачать pdf)


Семинар «Нелинейная архитектура»

04 декабря 2019 года журнал «Проект Балтия» совместно с компанией КНАУФ проведут семинар «Нелинейная архитектура» на площадке Центра дизайна ARTPLAY SPb. Спикерами мероприятия станут архитекторы Левон Айрапетов и Валерия Преображенская (Архитектурное бюро TOTEMENT/PAPER, Москва), а также Алина Черейская и Степан Кухарский (Архитектурная лаборатория SA lab, Санкт-Петербург).

Еще в конце прошлого столетия только появившаяся и едва осознавшая себя нелинейная архитектура была уделом небольшой группы авангардно настроенных энтузиастов, применявших открытия научной, технической и философской мысли для достижения свободы формы и выхода за пределы классической геометрии. Пару десятилетий спустя мир радикально изменился: цифровые инновации, автоматизация и повсеместное присутствие виртуальной реальности, составляющие ядро нелинейной архитектуры, теперь касаются всех и каждого, что и позволило этому архитектурному методу окрепнуть и стать неотъемлемой частью профессионального поля. Семинар сфокусируется на современном положении нелинейной архитектуры в России – на примере работы двух бюро: петербургского SA lab и московского TOTEMENT / PAPER. Несмотря на то что оба коллектива разделяют общие ценности: исследовательская деятельность, процессуальность и кросс-дисциплинарность, их авторские подходы обладают своими особенностями. Со стороны SA lab это технооптимизм и желание оживить архитектуру, придав ей черты современности, а со стороны TOTEMENT / PAPER – понимание нелинейной архитектуры как тактики «обольщения коллективного нарциссизма» общества постмодерна, в котором ни канон «золотого сечения», ни «модулор», ни алгоритмический инструмент параметризма не смогут противостоять появлению «мертвой архитектуры». Намеченная встреча позволит участникам и всем интересующимся совместно порассуждать о возможных подходах к теме, актуальных проблемах, противоречиях и будущем нелинейной архитектуры.

Программа:

  • 18:30 – Сбор гостей
  • 19:00 – Лекция Левона Айрапетова и Валерии Преображенской
  • 19:30 – Лекция Алины Черейской и Степана Кухарского
  • 20:00 – Сообщение представителя компании КНАУФ
  • 20:30 – Дискуссия, ответы на вопросы
  • 21:00 – Коктейль

Мероприятие состоится по адресу: Красногвардейская пл., д. 3, Центр дизайна ARTPLAY SPb

Начало: 04 декабря 2019 года в 19:00

Вход свободный, по предварительной регистрации.

Координатор: Елена Лебедева, +7 (911) 955-50-07

Выставка «Здесь и сейчас!» | МВО «Манеж»

1 августа в Центральном Манеже откроется выставка «Здесь и сейчас!» — масштабный смотр современного искусства Москвы. Цель проекта «Здесь и сейчас!» — выявить новые художественные тенденции и направления, которые сближают актуальное искусство с жизнью города. «Здесь и сейчас!» соберет более 50 проектов и расширит само понятие «жанра»: театр, кино, инсталляции, sound-art, видео-арт, перформансы, образование, издательская деятельность и множество других форматов объединятся в одном пространстве и времени. Проекты выставки — самые яркие и актуальные примеры инициатив, которые формируют культурный ландшафт мегаполиса.

 

Подробнее о выставке и представленных на ней проектах: http://hereandnow.moscow/

 

Проект проводится Департаментом культуры по поручению Мэра Москвы Сергея Собянина по итогам его встречи с молодыми художниками, которая состоялась 6 июня 2018 года. Департамент культуры впервые выступает организатором подобного проекта, который в дальнейшем предполагается сделать традиционным.

 

Для работы с посетителями соорганизатор выставки МОСГОРТУР подобрал и подготовил медиаторов — проводников. Их роль — помочь гостям любого уровня подготовки понять контекст и концепцию представленных работ. Обучение новых гидов — пилотный проект МОСГОРТУРа по развитию направления «арт-туризм» и подготовке профессионалов в проведении просветительских программ и экскурсий по миру актуального московского искусства.

 

Александр Кибовский:

«В Москве проходит много выставок, посвященных современному искусству. Но это первый проект, проводимый Департаментом культуры города Москвы. И впервые, по поручению Мэра Москвы, он проводится в главном выставочном зале столицы — в Манеже. Сегодня Москва является лидером во многих творческих направлениях. В том числе и в развитии современных форм искусств. И об этом много говорилось на встрече Сергея Собянина с молодыми художниками. И просьба художников к Мэру, чтобы главный выставочный зал тоже был включен в их творческую повестку, чтобы художники получили возможность выставляться на этой площадке, была поддержана Сергеем Семеновичем. Тогда же Департаменту культуры было дано поручение реализовать этот проект. Такая выставка позволяет нам увидеть, чем живут сегодня московские художники. И в дальнейшем мы хотели бы, чтобы такой проект стал регулярными и к нему присоединились авторы самых разных жанров. Мне бы очень хотелось, чтобы в дальнейшем в Манеже состоялась встреча авторов самых разных творческих концепций. В том числе даже имеющих диаметрально противоположные взгляды на развитие искусства. Такой выставочный проект, показывающий все многообразие художественной палитры нашего мегаполиса, является очень нужным и очень важным».

Экспозиция выставки будет разделена между двумя этажами Манежа. На первом этаже будут представлены мультимедийные работы, перформансы, видеоарт, интерактивные объекты и инсталляции. Нижний этаж Манежа станет площадкой для театральных представлений, перформансов на грани театра, музыкальных импровизаций, лекций и мастер-классов.

 

Несколько проектов выставки созданы с использованием современных технологий и мультимедийных инструментов. Виртуальную инсталляцию “Homo Virtualis” от “Recycle Group” можно будет увидеть перед входом на ступенях Манежа. Проект был создан специально для ГМИИ им. А.С. Пушкина — живые и движущиеся объекты виртуальной реальности появлялись в объективе смартфона рядом со статичными произведениями из постоянной экспозиции музея. Также для ГМИИ была создана и другая работа, представленная на выставке «Здесь и сейчас!» — «Видение» Ирины Наховой. С помощью новейших технологий художница изучает, как именно посетитель музея осматривает картину — и демонстрирует движение его взгляда на экранах.

Два проекта — «ARTерия» и галерея «Чрезвычайная коммуникация», выделяются своей сайт-специфичностью. Обе работы призваны адаптировать публичное пространство к потребностям человека и сблизить место с его обитателем. В проекте «ARTерия» группа художников преобразила пространство Морозовской детской больницы, наполнив его произведениями современного искусства. Галерея «Чрезвычайная коммуникация» превратила подъезд жилого дома в галерею современного искусства, открыла дом и его жителей городу и сблизила обитателей дома друг с другом.

 

Важная часть выставки в Манеже — работы молодых художников. Некоторые из участников еще учатся в Школе дизайна ВШЭ, московских школах или недавно дебютировали на Московской международной биеннале молодого искусства. Проект фонда V-A-C и группы школьников изучает пространство города — результаты исследования занесены на мультимедийную карту города. Работа «Исповедальня» студентки Школы Дизайна ВШЭ Любови Донковой представляет HSE Art Gallery — галерею, которая откроется в новом учебном году, а работа студентки Анны Дмитриевой “Typo Type” — факультет графического дизайна. VI Московскую международную биеннале молодого искусства на выставке представляют 4 работы — «Тактильные скульптуры» Елены Артеменко, «Рождённый великолепным» Томаса Синкевичюса и Вильте Бражюнайте, «Баланс» из серии «Эфемерный ленд-арт» Петра Урбанца и «Нонсенс» Ильи Гришаева.

На нижнем этаже будет проходить параллельная, событийная программа выставки. Здесь в течение всех трех недель будут проходить концерты современной музыки, перформансы, спектакли и показы современного танца. Часть проектов нижнего этажа работают в жанре кинопоказа, дискуссии или мастер-класса. Посетители выставки узнают о работе перформера от создателя школы перформанса PYRFYR Федора Павлова-Андреевича, о техниках расширенного вокала — от классического музыканта Алексея Коханова, научатся делать собственные зины, преодолеют комплексы с помощью танцевальных практик в «Лаборатории самозванства» и посмотрят на теорию современного искусства с точки зрения психоанализа и философии.

Выставка «Здесь и сейчас!» показывает, как искусство входит в обыденную жизнь горожанина. Художники изображают привычные явления с нестандартных ракурсов и учат по-другому смотреть на себя и других. Искусство в городе порождает и усиливает потребность анализировать, рефлексировать, уважать и быть терпимым к другим.

 

Подробное расписание всех событий и регистрация: http://hereandnow.moscow/events/ 

 

Зураб Церетели, скульптор, народный художник Российской Федерации:

«Мне очень нравится сама идея, возникшая на встрече с Мэром Москвы Сергеем Собяниным — собрать вместе почти полсотни самых последних и свежих работ современных художников. Для столицы это большое начинание. Для меня это доказательство красоты и богатства Москвы, ее художественного разнообразия. Здесь, на выставке «Здесь и сейчас!», все работы особенные. Они не делятся на стили и жанры, их нельзя назвать скульптурами, кинематографом, инсталляцией — это новое искусство, соединяющее в себе совершенно разные формы. Каждое произведение выставки совмещает разные стили, способы творчества, разные подходы в работе. Новые произведения создаются не только для музеев, но и для площадок города. Искусство выходит за привычные рамки, делает шаг навстречу зрителю. Выставка «Здесь и сейчас!» важна, в первую очередь, для жителей города — на ней собраны все работы, адресованные москвичам. Я бы хотел надеяться, что такие выставки будут проходить часто, может быть регулярно — чтобы напоминать о ценности искусства».

 

Василий Церетели, Исполнительный директор ММОМА

«6-го июня 2018 года в Образовательном центре ММОМА прошла встреча галеристов, директоров музеев и деятелей современного искусства с Мэром Москвы Сергеем Собяниным, где он предложил провести выставку, которая покажет максимально широкий срез современного искусства в Москве. ММОМА рад стать участником такого глобального проекта, который демонстрирует готовность ведущих арт-институций взаимодействовать с городским пространством. «Здесь и сейчас!» — чрезвычайно важное событие для города и для художественного сообщества. В этом году на Московском Урбанистическом форуме много говорили о том, что сплоченность горожан очевидным образом укрепляет город, делая его сильнее, безопаснее, менее напряженным, а потому более привлекательным для жизни. Одна из задач искусства – объединять самых разных людей, развивая в них не только понимание красоты и идеальных форм, но и воспитывать толерантность, уважение. Мне кажется важным, что участники проекта «Здесь и сейчас!» – различные по своей форме и структуре культурные инициативы – показали прекрасный пример перспективного сотрудничества. Такой подход, я уверен, укрепит не только музейное дело в России, но и положительно скажется на развитии современной культуры».

 

Катя Бочавар, художник, архитектор, дизайнер, куратор выставки:

«Три кита, на которых выстроена концепция, архитектура и дизайн выставки это: кросс-дисциплинарность, актуальность и сайт-специфичность (здесь и сейчас). Искусство переживает переход из объектного в коммуникативное состояние. Выставка призвана выявить и подчеркнуть эти тенденции и рассказать о них самой широкой публике на центральной московской площадке».

 

ОТКРЫТИЕ 31 ИЮЛЯ, 19:00

ПРЕСС-ПОКАЗ, 31 ИЮЛЯ, 18:00

 

ПРОЕКТЫ-УЧАСТНИКИ:

 «Атлас ВМаяковский», «ХМАТ» Протея Темена, АСК, “RandomTala” Сергея Филатова, «Партитура движения», «Морковь культурная» Елены Ковылиной, галерея «Чрезвычайная коммуникация», «Семеро смелых» и другие работы школы перформанса PYRFYR, «ДНК театра» ММСИ и ГИТИСа, «Театр начинается с палки» Валентины Останькович, «Все сложно» Ростана Тавасиева, «Про прозу» Марины Алексеевой и Владимира Раннева, «Психоз» группы AES+F, Typo Type Анны Дмитриевой, «Московский дрейф» V-A-C, тинтайп-ателье “MementoMori”, Московская международная биеннале молодого искусства, «До и после» Театра Наций, «Шумовые машины» Петра Айду, «Исповедальня» Школы дизайна ВШЭ, «Видение» Ирины Наховой, “Homo virtualis” Recycle Group, «Перелетный кабак», «Я говорю, что люблю тебя» Владислава Наставшева, «Сказка о часах», «Йелэна», «Нина Комарова», «Анданте» и «Доказательство существования Господа Бога» Федора Павлова-Андреевича, «Фонетика» Вари Лисокот, «Голос. Колодец воспоминаний» Натальи Пшеничниковой, «Расширенные техники вокала» Алексея Коханова, перформанс Ольги Кройтор ,“Smile off” Ontroerend Goed и импресарио Федора Елютина, «PRODLЁNKA_8mm_IV» проекта ГРАУНД, «Хор исполнения желаний» Вика Лащенова, «Не стреляйте в пианиста» ГЦСИ «Москва», «Носитель» Алексея Юдникова, музыкальные импровизации Александра Сереченко, Кристины Казарян, Сергея Филатова, Алексея Борисова, Сергея Летова, Юрия Яремчука, Алексея Круглова, Антона Маскелиаде, Петра Айду, Григория Кротенко, танцевальные перформансы «Мы здесь были» группы «По В. С. танцы», «В принципе, все нормально» группы «Онэ Цукер», «Градостроительство» лаборатории PER FORMA, «Профессионал» центра им. Мейерхольда, «Лаборатория самозванства», лекции Виктора Мазина, Бориса Клюшникова, Федора Павлова-Андреевича, Ростана Тавасиева и Кати Ганюшиной.

 

 

КУРАТОР — КАТЯ БОЧАВАР

Художник, архитектор, дизайнер российского павильона на 53-й Венецианской биеннале (2009), куратор выставочного проекта ГРАУНД (Объединение «Выставочные залы Москвы»). Сотрудничала с ГЦСИ, ММОМА, Государственной галереей на Солянке, фестивалем «Архстояние», Центром имени Вс.Мейерхольда.

 

АРХИТЕКТОР — КОНСТАНТИН ЛАРИН

Прогрессивный архитектор, основатель бюро Progress 88. В портфолио — оформление российского павильона на Венецианской биеннале в 2004 году, выставки номинантов «Премии Кандинского», масштабные проекты в Музее Москвы, Музеях Московского Кремля, Фонде культуры «Екатерина».

 

ДИЗАЙНЕР — ДМИТРИЙ ГУСЕВ

Арт-директор и графический дизайнер с большим опытом печатных и выставочных проектов в сфере искусства. В их числе: «Поле действия. Московская концептуальная школа и ее контекст. 70-80-е годы ХХ века» (Фонд «Екатерина»), Московская биеннале современного искусства, выставка молодых художников «Говорит Москва» и многое другое.

 

 

Информация для СМИ и аккредитация:

 

Татьяна Немировская, [email protected], +7 926 582 42 04

Кристина Вронская, [email protected], +7 911 008 41 45

 

Вход свободный. 

Официальный сайт выставки: http://hereandnow.moscow

 

Объединение «Манеж» | +7 (495) 645-92-76 | [email protected]

 

12+

 

Дисциплинарность и междисциплинарность | Королевский университет

Признавая, что большинство студентов посещают университеты, чтобы узнать о конкретных областях знаний, и что ни одна область знаний не работает в вакууме, мы считаем, что опыт обучения студентов должен иметь сильную дисциплинарную направленность, а также значимые междисциплинарные встречи.

«Дисциплинарность» относится к опыту в дисциплине, включая понимание методологии и способность получать, анализировать и применять специализированные знания.В этом смысле большинству студентов следует обрести дисциплинированность в рамках выбранных ими программ или направлений деятельности.

Несмотря на то, что были проведены полезные различия между мульти-, кросс-, транс- и междисциплинарными подходами, мы используем термин «междисциплинарность» в широком смысле, чтобы включить все это. «Междисциплинарность» означает опыт исследования вопроса или проблемы, основанный на вкладе из нескольких дисциплин, которые можно преподавать или наставлять в сотрудничестве.Мы слышали некоторые опасения, что уделение большего внимания междисциплинарности может происходить за счет дисциплинарных ресурсов, времени или программ.В нашем понимании междисциплинарность предполагает и зависит от дисциплинарности, и мы не собираемся рекомендовать «разбавление» специализированных знаний. Но мы предполагаем, что учащиеся извлекут пользу из более широкого образовательного опыта и что междисциплинарный опыт может как контекстуализировать, так и обогатить дисциплинарную дисциплину.

Как и фундаментальные академические навыки, дисциплинарность и междисциплинарность являются основополагающими для успешной карьеры и глобального гражданства. Поскольку не все проблемы могут быть решены с помощью отдельных дисциплин, студенты должны научиться сочетать и координировать различные подходы, методы и перспективы.Бизнес-организации не выживают, если продажи, маркетинг, операции, исследования и разработки, финансы и человеческие ресурсы не работают вместе. Больницы не могут функционировать без взаимодействия бесчисленных медицинских, психологических, юридических, финансовых и административных дисциплин. И так далее. Выпускники Queen будут лучше всего служить своему обществу, если их дисциплинарный опыт будет иметь междисциплинарный подход.


Примечание. Мы признаем, что медиальная и двойная концентрации предназначены исключительно для программ бакалавриата.Более того, перекрестный список курсов — частая практика в аспирантуре, совместное преподавание — не редкость, а совместные программы существуют и процветают .

определение дисциплинарности в The Free Dictionary

Историки и философы идентифицируют интеллектуальные и институциональные преобразования в Европе, которые кристаллизовались в современную эпоху, и оспаривают точку зрения, согласно которой узкая дисциплина (и особенно теологические преобразования) была движущей силой перехода к современному мышлению.После его смерти некоторые из более косвенных реконструкций Пингри были отброшены как теми, кто более осторожен, так и теми, кто больше находится под влиянием геолингвистической дисциплины. Этот том напоминает нам, что ориентированное на передачу видение Пингри, например, истории астрономии в Индии как части всемирной истории науки, самой всеобъемлющей и комплексной из подобных историй, когда-либо предпринимавшихся, поддерживается досье свидетельств, взятых из многих источники, в том числе источники из-за пределов Индии: например, из Пехлеви Бундахишн или из того, что сохранилось от работы астронома Аббасидов Якуба ибн Тарика.Тем не менее, за критикой либерального IR Коскенниеми скрывался и более широкий вопрос о самой дисциплинарности, рассматриваемой, по сути, как идеологическая конфигурация, пронизанная властью и «инструментальным разумом». Таким образом, проблема заключается не только в либеральной идеологии, но и в идеологии как таковой, позиции, которая перекликается с утверждением ранней Франкфуртской школы о том, что знания и власть структурно взаимосвязаны и что их идеологическая мистификация представляет собой существенную характеристику современности (Adorno and Horkheimer 2002, p. Хоффманн 2016).Трансдисциплинарность — это относительно новый подход, разработанный Жаном Пиаже в 1970 году, через семь столетий после того, как возникла дисциплинарность. Тема конференции — «Сотрудничество и кросс-дисциплинарность». Первый основной докладчик, профессор Марианн Стокхольм из Ольборгского университета, представила делегирует Введение в датскую культуру, датский дизайн и датское образование в области дизайна, обеспечивая основу для понимания как Программы промышленного дизайна, так и роли дизайна в местном сообществе.Мы начинаем наш выпуск с Кристен Сиз, Холли Хассел, Дженнифер Хайнерт и Кассандры Филлипс, поскольку они предлагают «Гибкое» обучение, дисциплинарность и письмо на первом году обучения: критически привлекательное образование, основанное на компетенциях ». Авторы обсуждают сложные требования согласования запрашиваемых государством кредитных программ на основе компетенций со своим желанием оставаться верными целям и результатам своей письменной программы ». Она представляет так много всего хорошего в афроамериканских литературных исследованиях — особенности этих исследований. универсальность; понимание дисциплинарности и ее полезности как отправной точки, а не как точки отдыха; а также сигнальные пути, по которым Черная культура и ее эстетика оживили американскую академию и мир «, — говорит д-р.И это пространство перформанса, созданное в тот момент, когда субъективность и традиционные навыки были по праву разобраны, по-прежнему остается с нами в генеративном отношении, хотя в последнее время оно начало меняться и трансформироваться с возрастающей интенсивностью, тихо приветствуя формы виртуозности и виртуозности. Шотландская медицина и литературная культура относятся к тем временам, когда наука и литература не были разделены дисциплинарностью. Сегодня, когда слишком много знаний в любой области, возможность подключения снова является достоинством.Метрики подразделяются на шесть различных групп (и отдельная метрика может относиться к нескольким категориям): метрики производительности, которые предоставляют информацию об объеме публикаций; показатели влияния цитирования, которые демонстрируют влияние; показатели сотрудничества, которые демонстрируют партнерство; показатели дисциплинарности, которые показывают, как публикации учреждения распределяются по областям; показатели «власти» коррелируют с размером учреждения; и, наконец, собственные измерения, называемые «метриками снежного кома» [1].Разнообразные системы наблюдения, которые усиливают дисциплинарность (в педагогическом смысле), действуют на наши тела, голоса и умы и через них.

Дисциплинарность — обзор | Темы ScienceDirect

Множественность: понимание и управление разнообразием

Множественность способов понимания и управления переходом к устойчивой энергетике и предоставлением доступа к энергии проистекает из множества аспектов, которые необходимо рассматривать и систематически изучать, а также деятельности и интересов субъектов и вовлеченные учреждения ([18]; [48 •• ]; [19 ]).Учитывая эту неоднородность, производство новых знаний, разработка вмешательств, принятие решений, реализация решений и инициативы по мониторингу всегда будут предметом серьезных споров (см. [20]). Тем не менее, следует приветствовать множественность, поскольку она дает возможность реализовать несколько подходов, которые могут привести к вероятным путям для значимых изменений.

Первая необходимая смена сосредоточена на том, как производятся знания об энергетических системах. Этот сдвиг должен подчеркивать гибкость, динамизм и адаптируемость [21], в то же время, когда он определяется всеми применимыми эпистемическими традициями, не только инженерными (техническими) и экономическими (финансовыми), но и другими соответствующими социальными аспектами. наук [22 •• , 23].Поскольку ученые задают множество вопросов, чтобы понять множественную природу энергетических систем, исключительную важность также имеет объединение соответствующих областей исследования. Междисциплинарность, трансдисциплинарность и мультидисциплинарность 1 покрывают большую территорию по сравнению с пониманием, основанным исключительно на одной дисциплине. Вложенный подход к накоплению знаний также снижает риск упустить возможности для устранения недостатков этой дисциплины в других компетентных областях исследования [22 •• ].Когда ученые задают свои вопросы, разумно учитывать сильные и слабые стороны их дисциплинарных подходов, а также их взаимодополняемость и противоречия. Поскольку несколько базовых дисциплин генерируют новые знания, у нас будет доступ к глубокому пониманию сложности проблем. Тем не менее, объединение знаний и действий часто бывает сложной, но поддающейся многогранности областью [24,25 •• , 26].

При рассмотрении этого взаимодействия знания и действия важно учитывать процессы, окружающие: (1) соответствие результатов исследований практическим интересам политиков, деловых людей и других конечных пользователей исследований; (2) включение идей, выходящих за рамки инженерных и экономических дисциплин, в процесс принятия решений; (3) сочетание количественных и качественных исследований в области энергетики; (4) совершенствование дорогостоящих и сложных качественных энергетических исследований; и (5) разработка упражнений по принятию решений, которые подчеркивают, а не стирают вклад альтернативных эпистемологий, особенно непрофессиональных знаний 2 .

Вторая смена сосредоточена на том, как организации (например, организации, регулирующие органы, рынки и т. Д.) Организованы в ответ на множество производимых знаний о социотехнических характеристиках энергетических систем (см. [11 •• ]) и множественность заинтересованных сторон и организационных механизмов [22 •• ]. Признание множественности и связанных с ней сложностей в управлении энергетическими системами потребует также рефлексивного, скоординированного, многоотраслевого, многоуровневого и инклюзивного взаимодействия между заинтересованными сторонами ([27,28 •• , 29 •• , 30,31 ]).Аспекты, которые следует учитывать при навигации по этим процессам, включают необходимые изменения в технологиях и их развертывании, разработке политики, механизмах финансирования и организации самих институтов, или, другими словами, управлении [2 •• ]. В широком смысле управление — это решение о том, кто что может делать, кто будет контролировать это и как правила меняются с течением времени [32].

Смена руководства необходима с учетом разнообразия заинтересованных сторон и их местоположения в многоуровневой системе.Это влечет за собой признание и понимание того, что процессы перехода и предоставления доступа, вероятно, будут регулироваться полицентрично [33]. Полицентричный подход к управлению относится к тому, когда граждане одновременно объединяются в несколько органов власти на разных уровнях, где власть распределяется между этими масштабами, что приводит к дублированию юрисдикций [32,34 ].

Ключевым моментом, который следует учитывать при полицентричном принятии решений, является разработка процессов или упражнений, которые открывают, включают и вовлекают не только обычных участников, но и обычно исключаемых участников и их интересы [35].При переходе к энергоресурсам и обеспечении доступа к энергии, когда усилия осуществляются во многих сферах управления, это влечет за собой вовлечение всех соответствующих заинтересованных сторон, включая исторически маргинализованных, и координацию их многочисленных усилий [33]. Например, многие женщины по-прежнему в непропорционально большей степени страдают из-за отсутствия возможностей для полноценного участия в переходном процессе, поскольку у них нет доступа к основным энергетическим услугам [36,37]. Устранение этого неравенства — посредством признания и понимания их потребностей, приоритетов и устремлений — с большей вероятностью окажет значительное влияние на решение проблемы энергетической бедности как домашних хозяйств, так и сообществ и гендерного равенства [38], поэтому требует решительной поддержки.Эффективный и последовательный, но справедливый подход к этим процессам имеет важное значение для обеспечения лучших результатов, хотя, конечно, никогда нельзя гарантировать успех.

Мостовое соединение играет ключевую роль в увеличении масштабов и ускорении передачи энергии и обеспечении доступа к энергии [39,40]. Этот системный подход требует создания возможностей и укрепления рабочих коалиций, партнерств и сетей с участием самых разных участников [41]. Уже есть ряд примеров, показывающих, что это можно сделать (например, между городами и местными органами власти), но нам нужно больше горизонтальных и вертикальных взаимосвязей между нашими учреждениями, особенно теми, которые сосредоточены на переходе к энергетике (например.г. сеть Transitions Towns на глобальном Севере) и обеспечение доступа к энергии (например, Глобальный альянс за более чистые кухонные плиты).

Учитывая масштабы требуемых сдвигов как в процессах накопления знаний, так и в управлении, потребуется согласованная структура, чтобы лучше ориентироваться в этих сдвигах. Концепция справедливости предлагает путь вперед.

Дисциплинарность vs дисциплинарность — в чем разница?

Как существительное, разница между дисциплинарным

и дисциплинарным состоит в том, что дисциплинарный — это дисциплинарное взыскание, тогда как дисциплинарность — качество академической дисциплины.

Как прилагательное

дисциплинарный имеет отношение к дисциплине или наложению дисциплины.

Другие сравнения: в чем разница?

Английский

Прилагательное

( прилагательное )
  • Имеет дело с дисциплиной или с наложением дисциплины.
  • Долг может мотивировать или действовать как дисциплинарная сила для руководителей для достижения организационной эффективности.
  • Для назначения наказания.
  • Школа объявила о применении дисциплинарных мер к учащимся, участвовавшим в акции протеста.
  • Академической области или относящейся к ней.
  • * {{quote-magazine, date = 2012-01
  • , автор = Стивен Леду , title = Бихевиоризм на 100 , объем = 100, выпуск = 1, страница = 60 , журнал = цитата , пассаж = Повышение осведомленности об успехах, достигнутых учеными в области поведенческих исследований, может снизить риск того, что другие естествоиспытатели прибегнут к мистическим агентским отчетам, когда они превысят пределы своего собственного дисциплинарного обучения .}}
    Мы надеемся, что психологи будут приветствовать хорошие исследования научного поведения и мышления, независимо от дисциплинарной специальности автора .

    Существительное

    ( дисциплины )
  • Дисциплинарное взыскание.
  • Английский

    Существительное

  • Качество академической дисциплины.
  • Разница между дисциплинами

    Отличный вопрос, и для начинающих студентов колледжей или опытных ученых, работающих в любой области, необходимо провести важные различия между терминами «внутри-, мульти-, кросс-, междисциплинарный» и «междисциплинарный».Ценно оценить эти различия, потому что то, что вы изучаете, не обязательно единственное, что вы будете или можете делать в своей профессиональной жизни; замечательно определять различные способы, в которых темы и темы встречаются и сочетаются друг с другом.

    Прежде чем углубляться в нюансы и тонкости, давайте определимся с дисциплиной:

    | ˈDɪsɪplɪn |

    1. Организация обучения
    и систематическое производство новых знаний. и

    2.Конкретная область обучения, особенно предмет
    , изучаемый в колледже или университете. II

    3. Область знаний, преподаваемая и исследуемая как
    часть высшего образования. iii

    Хотя понятие «дисциплина» традиционно использовалось для описания различных академических специализаций, важно понимать, что характер, широта, глубина, степень и продолжительность взаимодействия между этими специализациями могут со временем ослабевать.Именно эти интерфейсы и интеграции лежат в основе инноваций, прогресса и, в конечном итоге, профессиональных возможностей в будущем.

    Чтобы начать наше исследование, важно признать, что основные вопросы, на которые нам нужно ответить, включают намерение — с чего вы начинаете и какова ваша конечная цель?

    Внутридисциплинарный

    Внутридисциплинарный подход предполагает работу в рамках одной дисциплины. В то время как сотрудничество имеет отношение к междисциплинарным исследованиям, оно зависит от объема поставленного исследовательского вопроса.

    Рассмотрим следующий пример. Прикладной математик может консультироваться со статистиками или чистыми математиками при создании модели данных для прогнозирования погодных условий. Затем эту модель можно использовать в предложении по новому региональному аэропорту. Область применения модели полностью математическая, а во внутрипрофессиональной истории она остается только математической.

    Фото Манфреда Ирмера из Pexels

    Многопрофильная

    Междисциплинарный подход извлекает знания из двух или более дисциплин, то есть двух или более способов мышления или двух или более областей знаний.Это знание не обязательно нужно объединять или гомогенизировать; вместо этого междисциплинарный подход фокусируется на сопоставлении. Это может выглядеть как плоский слой информации, который функционирует в параллельных плоскостях, которые не пересекаются и не взаимодействуют.

    Например, при проведении количественного исследования использования социальных сетей молодыми людьми исследователь использовал бы математику для консолидации данных, но это не означает, что исследование посвящено математике. Здесь социология и математика просто сидят рядом, но фактически не взаимодействуют.

    В рамках междисциплинарного подхода математик, создающий модель данных о погоде в аэропорту, может представить свои выводы на встрече с участием пилотов, инженеров-нефтяников и специалистов по реагированию на чрезвычайные ситуации, чтобы каждая заинтересованная сторона могла понять влияние погоды на ее область знаний. Погодные условия могут повлиять на предлагаемую ориентацию взлетно-посадочной полосы, размещение топливных блоков или перемещение людей и оборудования в чрезвычайных ситуациях.

    Фото Skitterphoto с сайта Pexels

    Хотя междисциплинарный подход может показаться пассивным, это не обязательно означает, что он непродуктивен.Междисциплинарный обзор проблемы обычно преследует одну из следующих целей:

    1. Для решения сложных, многомерных проблем,
    2. Предоставить разные точки зрения на проблему,
    3. Создайте комплексные исследовательские вопросы, или
    4. Разработать согласованные определения и руководящие принципы.

    Междисциплинарный

    Междисциплинарное исследование предполагает подход к одной дисциплине с точки зрения другой.Понимание различных социальных наук, таких как социология, история и психология, через призму музыки — это форма междисциплинарного исследования. Конкретным примером может быть влияние джазовой музыки на афроамериканскую культуру.

    По словам Рика Шостака, профессора экономики Университета Альберты в Канаде, междисциплинарные подходы включают в себя действия, которые собираются с целью выявления взаимосвязей при развитии понимания темы или проблемы.Например, чтобы полностью понять абстрактную тему, такую ​​как социальная интеграция, исследователю, возможно, придется изучить антропологические сложности, которые попадают в серые области.

    Фото Skitterphoto с сайта Pexels

    При междисциплинарном подходе модель данных о погоде в аэропорту может использоваться генеральным менеджером аэропорта для определения способов перемещения различных типов пользователей — пилотов, пассажиров, сотрудников службы безопасности и сотрудников службы общественного питания — через аэропорт и прилегающие к нему сооружения. эффективно, безопасно и надежно.У каждой группы разные модели использования и разные требования, поэтому менеджер должен уметь определять влияние погоды на оптимальные процедуры и размещение оборудования.

    Междисциплинарный

    Междисциплинарные исследования возникают в результате слишком широких проблем, чтобы на них можно было ответить в рамках какой-то одной области знаний. Другими словами, междисциплинарные исследования стремятся ответить на вопросы, на которые не обязательно есть черно-белые ответы.Например, исследования мира и конфликтов в области социальных наук основаны на глубоком понимании философии, психологии и других суб-специальностей, таких как миграция и развитие, а также эволюционирующих способов взаимодействия этих дисциплин друг с другом.

    Другой пример — пересечение науки и литературы, которое проявляется в научной фантастике или научно-фантастических романах. Или это может быть смесь психологии и биологии, в которой работа мозга и тела помогает объяснить, почему люди действуют именно так, в отношении гормонов или нейронов мозга.Эта интеграция различных областей исследования может представить проблему или явление более целостным образом.

    При междисциплинарном подходе модель данных о погоде в аэропорту может использоваться архитекторами, социологами, экономистами и технологами пищевой промышленности для определения идеального сочетания предложений продуктов питания и напитков, ценовых пунктов и мест для максимизации экономической активности, в зависимости от того, находится ли аэропорт в аэропорту. находится в холодном или тропическом климате.

    Фото Skitterphoto с сайта Pexels

    Трансдисциплинарный

    Трансформация и включение являются ключевыми понятиями при попытке понять трансдисциплинарный дискурс.Трансдисциплинарные специалисты принимают во внимание все дисциплины, без каких-либо жестких границ, чтобы отличить академическое от того, что не является академическим. Когда устанавливается общая цель или формулируется постановка проблемы, все участники считаются равноценными.

    Заинтересованные стороны будут работать над той же проблемой, игнорируя дисциплинарные границы, выявляя нетрадиционные точки зрения и взаимно обогащающие предположения. Этот тип сотрудничества и кооперации обычно приводит к усовершенствованным моделям, новым методам или ранее невообразимому синергизму.

    При трансдисциплинарном подходе модель данных о погоде в аэропорту может быть основным ресурсом, вокруг которого взаимодействует множество заинтересованных сторон. Должностные лица общественного транспорта, службы каршеринга, туристические агенты, архитекторы, инженеры, социологи, экономисты и другие могут пересмотреть модель и совместно определить, что региону действительно нужен интегрированный туристический центр. Работая вместе, они внедряют инновации, чтобы объединить воздушный, железнодорожный и автомобильный транспорт под одной крышей, тем самым сокращая заторы на дорогах, загрязнение окружающей среды и время в пути.

    В качестве последнего пояснения давайте метафоризуем подходы к процессу приготовления супа!

    • Внутривенный суп похож на суп из брокколи из одного ингредиента (да, он существует!). Он легкий и простой — он попадает в точку и заполняет вас.
    • Специалисты по разным дисциплинам собирают ингредиенты для определенного супа и кладут их друг рядом с другом в зависимости от актуальности и полезности. Они пытаются понять, что можно сделать с тем, что у них есть.
    • Кросс-дисциплинарные специалисты готовят ингредиенты с учетом того, как ароматы будут влиять друг на друга, но не обязательно объединяют их в реальности.
    • Междисциплинарные специалисты комбинируют ингредиенты, а затем добавляют приправы, объединяя разные вкусы, чтобы добавить глубины своему вкусовому профилю. Этот суп всегда новый и постоянно развивается … не тот, который был взят из кулинарной книги вашей бабушки.
    • Трансдисциплинарные специалисты — это те, кто решает превратить суп в бульон или бисквит.Еще они намазывают маслом хлеб… планируя заранее, на случай, если ужины решат привести гостей.

    i Что такое академические дисциплины? Некоторые наблюдения по поводу дебатов о дисциплинарности и междисциплинарности Кришнан (2009).
    ii https://www.collinsdictionary.com/dictionary/english/academic-discipline
    iii https://en.wikipedia.org/wiki/Outline_of_academic_disciplines

    Найхан Натх участвовал в написании этой статьи

    Перейти к основному содержанию Поиск