Почему так плохо с работой: «Почему в россии плохо с работой?» – Яндекс.Кью

Содержание

Почему так много людей ненавидит свою работу и что с этим можно сделать

Ключевые идеи неизданной на русском языке книги Дэвида Гребера «Бессмысленная работа: Теория» от сервиса MakeRight.ru.

39 858 просмотров

По словам автора, в основу книги легло написанное для журнала эссе, посвященное феномену — тому, что Гребер называет бессмысленной работой (в оригинале автор использует выражение покрепче — Вullshit job). Эта тема, по его мнению, уже давно является табу. Какую работу имеет в виду автор?

Речь не идет о неквалифицированном труде, который плохо оплачивается, проходит в тяжелых условиях и связан с изнурительными физическими усилиями.

Гребер говорит об огромном количестве рабочих мест, не имеющих никакой ценности, но при этом хорошо оплачиваемых. Это слой офисных служащих: управленческих, канцелярских торговых и обслуживающих работников.

В начале 20 века многие экономисты предполагали, что бурное развитие технологий приведет к сокращению рабочего дня или рабочей недели, что у людей наконец-то появится свободное время, которое они смогут использовать на то, что им нравится, к чему лежит душа. Технологии действительно быстро развивались, однако люди почему-то стали работать больше.

Они проводят большую часть жизни на своих бессмысленных рабочих местах, которые ненавидят, считают пустыми и никому не нужными. Так происходит и в США, и в Европе, но мало кто поднимает этот вопрос.

Такая работа ведет к многочисленным депрессиям, чувству собственной ненужности, но все остается как есть. Вина за это лежит на обществе в целом, считает автор, поскольку когда возник выбор между увеличением потребления и обретением лишних свободных часов, люди выбрали потребление.

На протяжении 20 века резко сократилось число работников в сфере промышленности, сельского хозяйства, обслуживающего персонала. Производство было автоматизировано, но это не привело к духовному развитию человечества.

Вместо этого были созданы новые отрасли, такие как телемаркетинг, и бесконечно расширены такие, как например, корпоративное право, управление здравоохранением, разные формы научного бюрократизма и связи с общественностью. К ним в придачу возникли вспомогательные отрасли, такие, например, как ночная доставка еды или собачьи парикмахерские (специально для занятых людей).

А что чувствуют сами занятые люди? Большинство из них, по мнению Гербера, свою работу ненавидит. Создается впечатление, что кто-то специально придумывает такую работу, чтобы все были чем-то заняты.

Это практиковалось в Советском Союзе во времена плановой экономики, когда система создавала столько рабочих мест, чтобы на всех хватило. Поэтому в советских магазинах, по выражению Гребера, требовалось три продавца, чтобы продать один кусок мяса. Но теперь это происходит в капиталистической системе, которая не склонна переплачивать и умеет считать деньги.

Когда происходят сокращения и увольнения, они касаются не бесполезных наемных бюрократов, а тех, кто действительно занят нужным делом. Ответ, как представляется автору, лежит не в экономической, а в политической плоскости.

Правящий класс не нуждается в довольном жизнью, развивающемся населении, располагающем свободным временем. Оно представляет собой потенциальную угрозу. Вместо этого надо внушить людям, что они должны постоянно быть заняты неважно чем, и тех, кто не склонен подчиняться рабочей дисциплине, пусть и на бессмысленной работе, ждет общественное осуждение. Любая работа объявлена моральной ценностью и самоцелью. Но это лукавство, считает Гербер.

Никчемная работа — это настоящий ад. Он предлагает представить, как на работу наняли высококлассных столяров, а впоследствии выяснилось, что большую часть времени они должны жарить рыбу. Рыбы на всех не хватает, кто-то занят своим прямым делом — изготовлением шкафов.

Это вызывает зависть и негодование тех, кто жарит. В результате вся мастерская завалена грудами бесполезной, плохо приготовленной и невкусной рыбы — такова нравственная динамика нашей экономики.

Гребер рассказывает о встрече со старым школьным другом, которого давно не видел. У друга была своя рок-группа, яркая и талантливая, в которой он был фронтменом. Но что-то пошло не так, спрос на альбомы упал, и друг, чтобы прокормить семью, окончил адвокатскую школу и работает корпоративным юристом в известной американской фирме.

Он расплатился с долгами, ведет сытую и обеспеченную жизнь, и при этом глубоко несчастен. Он считает, что его работа никому не нужна и бессмысленна. И Гребер утверждает, что большинство его знакомых юристов думает о своей работе то же самое.

Когда человек понимает, что его работа бессмысленна, это порождает чувство опустошения, ярости, обиды. С другой стороны, когда работа человека действительно полезна, существует риск, что за нее не заплатят. А между тем, если исчезнут механики, медсестры, сборщики мусора, это будет катастрофой.

Плохие последствия будет иметь исчезновение учителей, докторов, писателей, музыкантов. Но что случится, если исчезнут руководители частных компаний, менеджеры среднего звена, пиарщики, юридические консультанты, судебные приставы? Мир от этого, возможно, только улучшится. Однако, когда учителя, сантехники или работники транспорта протестуют против низких пенсий, это вызывает негодование. Ведь у них есть настоящая работа, а они еще и пенсий хороших хотят — безобразие!

Что привело к такому широкому распространению никчемных работ и можно ли что-то сделать, чтобы решить эту проблему? У автора есть несколько важных идей.

Идея № 1. Бессмысленная работа — это форма занятости, которая никому не нужна — ни работнику, ни его боссу, ни миру в целом. Однако работник должен делать вид, что это не так

В пример такой работы Гребер приводит историю Курта, субподрядчика немецкой армии. Работа Курта заключается в следующем. Если какой-то военнослужащий должен поменять комнату, в которой сидит, он не просто переносит свой компьютер на другой этаж или в соседний кабинет, а заполняет формуляр.

ИТ-субподрядчик получает формуляр, утверждает его и отправляет дальше — в логистическую фирму.

Логистическая фирма утверждает переезд в другой кабинет и запрашивает персонал в фирме Курта. Курт получает распоряжение: прибыть в казарму в такое-то время для перемещения компьютера в соседний кабинет. Казарма часто находится в сотне километров от офиса Курта. Он берет напрокат машину, добирается до казармы, оповещает об этом диспетчера, заполняет формуляр, отцепляет провода компьютера и кладет его в коробку.

Человек из логистической фирмы переносит компьютер в соседний кабинет, Курт вскрывает коробку, заполняет другой формуляр и подключает компьютер. Вместо того чтобы просто перетащить компьютер работника в соседнюю комнату, армия нанимает подрядчиков, а их сотрудники едут за много километров, тратя от 6 до 10 часов и 400 евро государственных денег.

Ни Курт, ни парень из логистической конторы к армии отношения не имеют, они из частной конторы.

Сам Курт прекрасно понимает, насколько абсурдна и бессмысленна его работа. Он знает, что если в один прекрасный день исчезнет, никто этого даже не заметит.

Не лучше обстоят дела и в государственном секторе. Не так давно, в 2016 году, в Испании разразился скандал. Государственный служащий, 69-летний Хоакин Гарсия, инженер по водоочистным сооружениям, 6 лет не появлялся на рабочем месте, посвятив эти годы изучению трудов Спинозы. Его отсутствие обнаружилось в 2010 году, когда мэрия собиралась вручить ему медаль за 20 лет службы, но не нашла на рабочем месте.

Постепенно выяснилось, что никто из сослуживцев не видел Хоакина Гарсия уже 6 лет. На него подали в суд, где он сообщил, что много лет честно выполнял свои обязанности, но у водоочистных сооружений сменилось высшее руководство и ему просто ничего не давали делать, вынуждая бесцельно проводить часы на рабочем месте. Это вызвало сильную депрессию, что подтвердил врач, много лет его лечивший и посоветовавший Гарсии найти хобби. Что Гарсия и сделал.

Нередки и смерти офисных служащих на рабочем месте, чьи тела остаются за столом по несколько дней, и коллеги этого не замечают. Бессмысленная работа есть и в частном секторе, и в государственном, просто в частном отсутствие человека заметят намного скорее — вот и вся разница. В частной конторе Спинозу можно изучать на рабочем месте в рабочее время, делая вид, что работаешь.

Гребер подчеркивает, что под бессмысленной работой он не имеет в виду работу грязную, аморальную или откровенно преступную — так, в преступном сообществе работа киллера вполне востребована. Но если киллера оформить мелким клерком, обязать ходить на работу с утра до вечера пять дней в неделю, где он будет изображать, что работает, — его работа станет никчемной. Уборщики, выполняющие важное и полезное дело, плохо оплачиваются, к ним пренебрежительно относятся, и тем не менее их работа важна и нужна.

Идея № 2. Бессмысленная работа имеет пять основных разновидностей — лакеи, головорезы, липучки, бокс-тикеры и надсмотрщики

Лакеи ведут свое происхождение от феодальной прислуги. Их работа направлена на то, чтобы их господин чувствовал себя важным и значительным и выглядел так в глазах окружающих.

Далеко не все лакеи заняты в домашнем хозяйстве или, по крайней мере, какой-то конкретной работой. Чем выше положение их хозяина, тем вероятнее, что они просто играют роль свиты. Их часто наряжают в красивую униформу или дорогие костюмы, наделяют какими-нибудь несложными, чисто формальными обязанностями. Для сильных мира сего само наличие такого окружения из бесполезных людей — лишнее свидетельство их величия.

Иногда это эскорт, иногда наряженные в военную форму «телохранители», точнее, создающие впечатление телохранителей. Некоторые богатые английские семьи до сих пор держат лакеев и дворецких, подкрепляя таким образом свой статус. Современный эквивалент лакеев — консьержи, швейцары, дежурные на ресепшен в крупных компаниях, которые практически ничего не делают, кроме как сидят за стойкой, секретарши в таких корпорациях, где они не нужны, и тому подобные служащие.

Головорезы заняты манипулятивной и агрессивной работой, которую они не любят и считают социально нежелательной. Их работа существует только потому, что их есть кому использовать. Это военные, пиарщики, корпоративные юристы, специалисты по маркетингу, работники колл-центров, предлагающие ненужные товары и услуги, и тому подобные. Они делают все для продвижения того, кто их использует, даже если их деятельность вредна для человечества в целом.

Липучки — это сотрудники, чьи обязанности существуют только потому, что никто вовремя не заметил их бесполезности. Если система глупо спроектирована, то, чтобы удерживать все ее компоненты вместе, требуется что-то вроде клейкой ленты, иначе она развалится. И тогда вместо решения проблемы начинают нанимать ненужный персонал для выполнения каких-нибудь странных обязанностей.

Автор приводит сравнение. Если у вас течет крыша, нужно нанимать кровельщика для ее починки. Но некоторые люди, считая, что кровельщик слишком дорого обойдется, нанимают человека, который будет стоять под течью с ведром и периодически выливать его.

Бокс-тикеры существуют для подтверждения того, что организация занята своим прямым делом. Они заполняют бесконечные анкеты, формуляры, бланки. Бокс-тикер на английском сленге — подотчетный человек, от которого требуются несложные действия без инициатив, следующий установленным правилам, даже если они бессмысленны.

Так, одна женщина по имени Бетси, нанятая для координации досуга в доме престарелых, опрашивала пациентов и заполняла формуляр с их предпочтениями. Затем она переносила данные в форму на компьютере, подшивала в папку опросник, и там он, забытый, оставался навсегда. Именно в этом, по мнению босса Бетси, состояли ее основные обязанности, на которые она должна была тратить рабочее время.

Опросы раздражали стариков, они знали, что независимо от их ответов все останется как было, злились и обижались. Это была единственная форма заботы о досуге обитателей дома престарелых. Всего несколько раз ей удалось добраться до пианино и вместе со стариками спеть хором несколько песен, что привело их в восторг.

Надсмотрщики назначают работу другим, своим подчиненным, которые вполне могли бы обойтись и без указаний, но начальство есть начальство, пусть даже маленькое. Если лакеи — это ненужные служащие, то надсмотрщики — ненужные начальники. Как правило, это менеджеры среднего звена.

Идея № 3. Бессмысленная работа — это ловушка, имеющая моральные и психологические последствия

Почему люди так несчастны на бессмысленной работе? Они не перетруждаются, а иногда и вовсе ничего не делают или заняты собственными делами в рабочие часы. Некоторые (их совсем немного) действительно находят в этом удовольствие, но у большинства людей никчемная работа вызывает депрессию. Они сами не могут понять, почему чувствуют себя такими подавленными. Если человек, занятый тяжелым физическим трудом с ненормированным рабочим днем, считает, что его безжалостно эксплуатируют, и это его злит, то люди, получающие деньги непонятно за что, испытывают моральное замешательство.

Гребер приводит несколько историй воздействия на людей их бессмысленной работы. Одного из них, Эрика, который первым в своей рабочей семье получил высшее образование, приняли на работу типичной «липучки». Фирма купила дешевое программное обеспечение, в результате компьютеры постоянно зависали и «глючили», и Эрик должен был по мере сил приводить их в чувство.

Он был 20-летним выпускником, не имевшим ни малейшего опыта в ИТ-сфере, но работодатели почему-то решили, что любой молодой человек обладает этими знаниями по умолчанию. Вместо того чтобы купить надежные программы, они предпочли нанять «липучку», чтобы все не развалилось. За весь день его пару раз могли спросить, как загрузить с сервера какой-нибудь файл или отправить электронную почту. Все остальное время он бездельничал.

Довольно скоро такая работа стала давить ему на психику. Эрик устраивал тихие бунты: поздно приходил и рано уходил, исчезал во время обеда на пару часов, читал романы на работе, иногда пил пиво. Никто ему и слова не сказал. Тогда он написал заявление об увольнении, но после этого босс поднял ему зарплату, и у него не хватило духу уйти.

Вскоре он стал исчезать на несуществующие встречи и отсутствовал по несколько дней — никакой реакции. В нем, неквалифицированном специалисте, как будто нуждались, чтобы скрыть собственную никчемность. Он стал много пить, перестал следить за собой, попробовал легкие наркотики и в итоге все равно уволился с огромным облегчением.

Он был наивен и ждал, что высшее образование поможет ему найти важную и нужную работу.

Когда этого не случилось, он впал в депрессию. Возможно, будь на его месте кто-нибудь более ловкий, он принял бы правила игры и сделал хорошую карьеру, продолжая изображать работу в поте лица.

Не только молодые люди из семей среднего достатка, но и представители обеспеченного класса порой испытывают моральное замешательство от бессмысленной работы. Один из них, Руфус, сын вице-президента крупной компании, работал в фирме отца человеком, который разбирает жалобы и отвечает на претензии. У него была отдельная комната.

Большую часть недели он абсолютно ничего не делал. Он тоже стал стараться удлинять обеденные перерывы, во время которых гулял, опаздывать и уходить раньше. Но его оклад остался прежним. Для его отца было важно, чтобы у сына в принципе была работа, получит ли он на этой работе какой-то опыт, уже вторично.

Работа должна служить какой-то цели. Если человек убеждается, что она бессмысленна, что он работает ради самой работы, это вызывает у него чувство беспомощности, никчемности, несвободы. Он будто участвует в бессмысленном социальном ритуале, и это вызывает тяжелые морально-психологические последствия. Профессия должна придавать смысл нашему существованию, только тогда мы чувствуем себя людьми.

Идея № 4. Бессмысленная работа требует притворства, но у него нет четких правил

Этим она отличается от, например, работы стюардессы. Стюардесса должна излучать дружелюбие, предупредительность и чуткость большую часть своего рабочего времени, хотя на самом деле перечисленное может и не быть чертами её характера. Притворство приводит к депрессиям среди небольшого количества стюардесс, вынужденных совершать эмоциональное насилие над собой, но по крайней мере стюардесса понимает, чего от нее ждут.

В случае бессмысленной работы служащий тоже должен притворяться, но в чем это притворство состоит, непонятно ни ему, ни его начальству. Его рабочее время купили, но как его проводить, если никакой конкретной работы нет? На вопрос Гребера к занятым никчемной работой, знает ли их босс, что они бездельничают, они пожимали плечами. Казалось бы, должен знать, но ведь не спросишь.

Однако находились люди, которые все-таки задавали этот вопрос лояльным и открытым боссам. В большинстве случаев эти боссы отвечали, что в свободное время можно заниматься «собственными проектами», не уточняя, что имеется в виду. Но автор ни разу не слышал, чтобы босс и сотрудник вместе выработали четкие правила: чем можно заниматься, когда работы нет, и чего нельзя делать. Надо улавливать самому методом проб и ошибок, до какой степени пользоваться своей свободой.

Иногда сами руководители посылали своим подчиненным скрытые сигналы. Так, Беатрис, работавшая в правительственном офисе в Великобритании, знала, что если во время футбольных чемпионатов из кабинетов боссов раздаются звуки трансляции матча, можно спокойно заниматься своими делами, пока матч не кончится.

Если же она дежурила в выходные вместе с другими сотрудниками (эта работа хорошо оплачивалась), они просто приходили в офис, чтобы отдохнуть перед началом рабочей недели. Начальства на работе не было. Одни смотрели фильмы, другие бродили по Интернету, а некоторые просто спали.

Сотрудника по имени Робин наняли на временную работу в американскую фирму. Ему сказали, что он должен быть все время занят прямым делом, не играть в игры и не бродить в Интернете. Через пару дней Робин обнаружил, что занять большую часть дня ему совершенно нечем, что его наняли в качестве детали интерьера офиса, которая должна находиться в своем кресле в рабочие часы.

Тогда он установил на компьютер Linux, где рабочая панель выглядит как DOS — просто текст на черном фоне. Каждый, кто заглядывал в его монитор, мог предположить, что он занят каким-то важным делом — программированием, администрированием, тогда как Робин в рабочие часы редактировал страницы Википедии или путешествовал по Интернету.

На то, чтобы явно разрешить работнику валять дурака, существует табу. Никто из боссов, даже самых доброжелательных, не скажет открыто, что можно во что-нибудь играть и не мешать остальным своими приставаниями с работой. Более того: если совестливый сотрудник уж очень сильно пристает к начальству с просьбой об отсутствующей работе, это может вызвать гнев и предложение сидеть тихо и не афишировать свое безделье.

Идея № 5. Количество никчемных работ постепенно растет

По мнению автора, в последнее время количество бессмысленных рабочих мест сильно повысилось и постепенно превращается в серьезную социальную проблему. Однако до сих пор эта проблема так и не попала в поле зрения экономистов и социологов.

Гребер считает, что это переворачивает все представления о том, как должна работать рыночная экономика. В свое время ненужные рабочие места по идеологическим причинам создавал СССР (что, по мнению автора, стало одной из причин его распада).

В то время и возникло присловье: они делают вид, что платят, мы делаем вид, что работаем. И вдруг тот же самый феномен возникает в капиталистической системе. Возможно, специалисты отказываются замечать это явление именно потому, что им и в голову не приходит, что такое возможно и в условиях рыночных отношений.

Спад занятости в производстве и сельском хозяйстве привел к росту так называемой экономики услуг. Производство было перенесено в более бедные страны, чтобы сэкономить на рабочей силе. Сельское хозяйство сократилось, продукты стало дешевле покупать за рубежом.

В экономике стал доминировать сектор услуг. Это не значит, что в ней стали преобладать парикмахеры, официанты, продавцы, уборщики и тому подобные специалисты. Они действительно входили в сектор услуг, но доля их была небольшой. Куда больше было количество администраторов, консультантов, канцелярских и бухгалтерских служащих, ИТ-специалистов и прочих.

В таких профессиях сделан упор на так называемые информационные услуги. Это не значит, что у всех этих людей бессмысленная работа. Это означает лишь то, что именно сектор информационных услуг — питательная среда для бессмысленных рабочих мест.

До 2008 года финансовый сектор в США был необычайно могущественным. Финансисты убедили и экспертов, и общественность, что они волшебным способом, используя алгоритмы, которые не понять простому смертному, извлекают прибыль буквально их ничего. Их окружал ореол почтения и восхищения, пока не случился кризис 2008 года и не стало очевидно, что многие из них — просто мошенники. Вместе с финансовым сектором росло и могущество сектора информационных услуг, они тесно связаны между собой и развивались вместе.

Автор считает, что современный капитализм странным образом породил новую скрытую форму феодализма. При такой системе богатство и положение распределены скорее по политическим мотивам, а не из соображений экономической целесообразности. В пример он приводит чайную фабрику во Франции.

Сначала это было местное предприятие в окрестностях Марселя. Затем ее выкупила корпорация Unilever, которая уже владела компанией Lipton. Сначала на фабрике все оставалось без изменений. Рабочие постепенно совершенствовали оборудование, в 90-е годы они рационализировали процесс, ускорив его и повысив прибыль.

Когда-то, в период с 1950-х по 1970-годы на предприятиях было принято распределять изрядную долю прибыли в виде премий и повышения зарплат. С 1980-х этого больше не происходит. Не случилось этого и на чайной фабрике. Выросшая прибыль шла на создание новых рабочих мест для бесполезных работников. Сначала это были менеджер и HR-специалист, потом появились другие люди, которым придумывали названия должностей.

Целыми днями они слонялись по фабрике, собирались на какие-то совещания и что-то записывали в свои блокноты. Рабочие понятия не имели, чем они занимаются. Они писали какие-то отчеты вышестоящим боссам, пока один из них не предложил закрыть производство и перенести его в Польшу, уволив всех рабочих.

Так повышение производительности труда, вместо улучшения производства и вознаграждения работников, привело к созданию новых и бессмысленных административно-управленческих должностей, и так происходит почти повсюду, считает Гребер.

Идея № 6. Бессмысленные работы существуют и потому, что общество не выработало четкие критерии пользы и бесполезности

Чем одна работа полезнее другой? Каким инструментом можно измерить пользу? Экономисты считают, что полезные работы удовлетворяют определенные потребности или нужды общества. Но это определение не так очевидно, как кажется.

Допустим, никто не станет спорить, что строительство моста — работа полезная, но только в том случае, если кто-то действительно будет пользоваться этим мостом. Если это «мост в никуда», строительство которых так любят политики и главы муниципальных округов, чтобы выкачать из правительства дополнительные деньги, если по нему никто не будет ездить, эта работа бесполезна. Но никто из экономистов с этим разбираться не будет. Они просто принимают как должное, что мосты нужны и полезны, и исходят из этого. Так же рассуждают и строители мостов.

Одни вещи являются более ценными, другие — менее. С количественными критериями все просто: эта вещь дороже, чем та, на одну машину идет больше металла, чем на другую, зарплата адвоката больше, чем зарплата учителя, и тому подобное. Все это поддается сравнению, но с ценностью и полезностью все обстоит сложнее. Мы не можем сказать, что одно духовное лицо в пять раз более благочестиво, чем другое, что картины Пикассо в 10 раз талантливее, чем картины Ренуара. Такие ценности не могут быть количественно оценены, их не с чем сравнивать.

У людей разное мнение по поводу ценности своей работы. Для большинства из них социальная ценность работы — это не просто создание богатства, но и укрепление человеческой общности. Важная и ценная вещь в работе, помимо денег на оплату счетов и хлеб насущный, — это возможность внести в мир свой позитивный вклад.

Парадокс состоит в том, что чем больше настоящей пользы работа приносит людям, тем хуже она оплачивается. При этом важность настоящей работы легко понять по забастовкам. Люди высокодоходных профессий почти никогда не бастуют. В 1970 году в Ирландии случилась 6-месячная забастовка в финансовом секторе, когда не работали банки и их сотрудники. Она длилась полгода.

Экономика не остановилась, как рассчитывали ее организаторы. Люди продолжали работать, а вместо денег расплачивались чеками. Но когда в Нью-Йорке несколько лет назад забастовали мусорщики, через 10 дней городское начальство пошло навстречу всем их требованиям — без них город сделался непригодным для жизни.

Идея № 7. На протяжении 20 века труд постепенно начал расцениваться как форма дисциплины и самопожертвования

Гребер пишет, что в 20 веке сложилось так называемое евангелие богатства, когда главы промышленных корпораций сумели убедить общество, что именно они, а не те, кого они используют, — настоящие создатели всеобщего процветания.

Однако в этом случае возникало противоречие. Какой смысл и цель были в рабочих местах, если сами рабочие превращались в придатки к своим машинам, низводились до положения роботов? При этом большая часть их жизни проходила на работе, где их легко было заменить и от них ничего не зависело.

И тогда в ход пошла старая идея, уходящая корнями в пуританскую этику: оплачиваемый дисциплинированный труд под руководством мудрых учителей — единственный способ стать зрелым, взрослым, ответственным человеком. При такой постановке вопроса работник уже не искал в своей работе ценность, или пользу, или смысл.

Он не думал о том, чтобы разбогатеть с ее помощью или кому-то помочь. Теперь работа стала необходимой данью обществу, временем, оторванным от радости и удовольствия, для того чтобы повзрослеть и с полным правом пользоваться игрушками общества потребления.

Евангелие богатства и любовь к потребительству изменили психологию людей. Мы уже ассоциируем себя не с профессией, не с тем, что производим, а с тем, что потребляем: музыку, которую слушаем, одежду, машины, любимые спортивные команды, компьютерные игры, гаджеты и тому подобное.

Большинство людей определяет свою личность и свою ценность независимо от того, чем они занимаются. Но, как ни парадоксально, опросы показывают, что именно работа придает жизни смысл, и безработица чрезвычайно вредна для психики. Исследования психологии труда, проведенные в 20 веке, показали две парадоксальные тенденции. Первая — достоинство и самоуважение человека тесно связаны с его работой. Вторая — большинство людей ненавидит свою работу.

Свыше 100 исследований за последние 25 лет показали, что многие работники описывают свою работу как изнурительную, скучную, психологически тяжелую, лично унизительную или бессмысленную. Но в то же время они хотят работать, потому что работа формирует личность и характер. Это не только способ заработать на жизнь, но и способ повышения самоуважения и самоидентификации.

Гребер считает, что большинство современных людей похожи на заключенных, которые лучше будут работать в тюремной прачечной или шить рукавицы в тюремной швейной мастерской, чем сидеть в камере, смотря телепередачи.

Если рассматривать работу как некое самопожертвование, дань обществу, то именно тяжесть современной работы является самоцелью, чтобы сформировать характер. Этот садомазохистский элемент в работе перестал быть побочным эффектом некоторых профессий, а вышел на первый план. Страдания на работе стали признаком настоящей гражданственности.

Две концепции, по мнению автора, постоянно спорят и воюют друг с другом, и дополняют друг друга. Согласно одной, люди стремятся к богатству, комфорту, власти и удовольствию. Но эти стремления должны дополняться работой в качестве самопожертвования, в которой ничего приятного или полезного быть не должно — это место страданий в той или иной форме.

Идея № 8. Управленческий феодализм поддерживается взаимными обидами

Бессмысленная работа существует потому, что в нее встроен некий компенсаторный механизм, считает Гребер. По сложившейся странной садо-мазо-диалектике, мы терпим никчемные работы, потому что с их помощью можем позволить себе потребительские удовольствия, которые компенсируют отсутствие настоящей жизни.

Кто-то сидит в кафе с друзьями, обсуждая чьи-то любовные похождения, кто-то посещает тренажерные залы или занятия йогой, другие с головой уходят в просмотр сериалов или интернет-покупки. Такое компенсаторное потребительство отчасти примиряет нас с действительностью.

При этом в обществе, наполненном никчемными работами, процветают взаимные обиды и зависть. Те, кто не в силах найти работу по душе или вообще любую работу, возмущаются работающими. Трудоустроенные ненавидят бедных и безработных, считая их преступниками или халявщиками, хотя это может быть вовсе не так. Занятые на бессмысленных работах завидуют тем, кто действительно что-то создает при помощи продуктивного и полезного труда.

Низкооплачиваемые представители полезных профессий ненавидят занятых на бессмысленной работе. Вся эта взаимная ненависть выгодна политической элите.

Еще понятно, почему рабочие французской чайной фабрики ненавидели менеджеров, которые в итоге их закрыли. Но ненависть была взаимной. Часто менеджеры среднего звена и их ближайшие подручные тоже ненавидят рабочих — ведь у них-то, в отличие от менеджеров, есть основания гордиться своей работой. Это так называемая моральная зависть. Гребер считает, что она направлена на тех, чьи моральные стандарты кажутся более высокими, чем у завистника.

Моральная зависть постоянно присутствует в современных трудовых отношениях. Если на работу принимают иностранцев или просто приезжих, это вызывает у старожилов чувство обиды. Им кажется, что приезжие работают либо слишком много, чтобы выделиться и больше заработать, либо слишком мало, потому что ленивые.

Иногда эта обида и ревность направлены на какие-то профессиональные сообщества. Например, не так давно общественный гнев внезапно обрушился на учителей. Это классический пример моральной зависти. Учителей помнят даже через 20 лет, с ними поддерживают связь бывшие ученики, полные благодарности. Разве можно позволить таким людям создавать профсоюзы, угрожать забастовками и требовать улучшения условий труда?

Единственная группа вне обид и зависти — это военные, которые служат своей стране. Правда, и получают они не слишком много. Многие из них проводят остаток жизни без постоянного жилья, в зависимости, бедности, а иногда и став инвалидом. Образовательных и карьерных возможностей для своих рядовых армия не дает, разве что речь идет о потомственных военных из влиятельных семей, поступивших в военную академию.

Идея № 9. Реальными шагами в ликвидации никчемных работ могут стать всеобщий базовый доход и сокращенный рабочий день

Гребер подчеркивает, что он не любит вкладывать политические рекомендации в свои книги. Как правило, это сразу вызывает вопрос, что же предлагает автор в качестве решения проблемы, то есть книга, поднимающая проблему, должна содержать еще и политические рекомендации.

Автор отмечает, что не любит политиканов, то есть элитную группу правительственных чиновников, которые навязывают обществу свои решения. Он предпочел бы, чтобы эти политические элиты не существовали вовсе, вот без кого бы мир точно не оскудел, и уверен, что когда-нибудь политические институты и корпорации отомрут так же, как в свое время исчезла инквизиция и прекратились кочевые набеги.

В настоящее время нет никаких общественных движений против бессмысленных работ, в частности потому, что, во-первых, большинство людей не признает такие работы проблемой, а во-вторых, потому что не знает, как ее решить.

Ведь требуется покончить с синекурными должностями, а не просто выставить на улицу людей, которые их занимают.

Гребер утверждает, что самое очевидное и простое, что можно сделать в качестве борьбы с бесполезными работами, — это сокращение рабочего дня и универсальный базовый доход, то есть регулярная выплата денег каждому члену определенного сообщества.

Государство выплачивает каждому члену сообщества независимо от степени его занятости и без необходимости выполнения работы. Это упразднит бесполезные институты, ведающие пособиями и пенсиями, кучу бюрократов, паразитирующих на этих институтах, высвободит время для занятий по душе и даст финансовую независимость тем, кто в ней остро нуждается, — в частности, женам, зависимым от жестоких мужей, к примеру.

Ведь на женщин ложился двойной груз работы — на работе и в семье, но труд по дому считается бесплатным. Кроме того, равномерное распределение дохода между членами общества уничтожает социальное неравенство.

Базового дохода должно хватать на жизнь, и он должен стать неотъемлемым правом человека, а не актом благотворительности. Не нужно определять, кому и сколько давать, он должен быть одинаковым для всех. Иначе для его подсчетов опять возникнут никчемные институты с бессмысленными должностями.

Внедрение базового дохода постепенно привело бы к полному исчезновению бюрократического аппарата, считает автор, главного инструмента генерации бессмысленных работ. А на обычных работах базовый доход заставит слишком властных боссов относиться к подчиненным с уважением.

Многие считают, что базовый доход приведет к появлению бездельников, что люди просто перестанут выходить из дома и начнут предаваться порокам. Этого не произойдет, уверен автор. Другие противники безусловного дохода считают, что люди займутся всякой ерундой, и мир наполнится плохими поэтами, авторами экзотических научных теорий и тому подобными чудаками.

Гребер считает, что таких людей будет не больше 10–20 процентов. Но уже сегодня 30–40 процентов работающих людей считает свою работу бессмысленной и ненавидит ее. Так что же лучше?

Книга любопытная, необычная и достаточно сложная. Она полна философских аналогий, жизненных примеров и экскурсов в историю. И поднимает проблему, с которой сталкивалось большинство из нас, оказываясь на нудной и бессмысленной работе.

Многие ненавидят свою работу, но мало кто считает это серьезной социальной, экономической и политической проблемой. Она не видна глазу, и только исследования в этой области помогли оценить ее масштаб.

Гребер предлагает сделать шаг к свободе, избавившись от ненужных работ, которые созданы для того, чтобы скрыть безработицу, ставшую следствием бурного развития технологий и управленческого феодализма. Он не предлагает политические рецепты, но считает, что пришло время открыто обсудить, каким должно быть по-настоящему свободное общество.

Как получить работу мечты, когда с вакансиями все плохо: alenavl — LiveJournal

Когда вы безуспешно пытаетесь устроиться на работу, то о плачевной ситуации на рынке труда можно сокрушаться долго и громко. Действительно, многие отрасли и специальности сейчас претерпевают кризис — это периодически случается, как и любое другое естественное явление в экономике. Но как быть, если это коснулось непосредственно вашей жизни?

Вам кажется, что хороших вакансий среди просматриваемых вами с каждым днем все меньше, зарплаты упали до уровня «работы за еду» и никаких радужных перспектив нет? Что ж, если вы в активном поиске дольше трех месяцев, то велика вероятность, что вам не кажется. Я не буду пытаться бессмысленно подбадривать вас и говорить, что надо еще немного подождать и все будет хорошо. Нет, не будет. Если, конечно, вы сами не измените реальность, в которой находитесь.

Для начала давайте определим, в чем проблема.

Вариант 1. У вас нет богатого опыта собеседований и вы просто не умеете их проходить. Не можете выгодно себя преподнести, даже имея востребованные навыки и весомые проекты за плечами. И если вас берут, то вы соглашаетесь на условия хуже, чем заслуживаете, из-за банальной стеснительности. Или наоборот — знаете себе цену и опять же не презентуете себя должным образом, полагая, что человека с таким резюме должны принять без разговоров. Может это и так, но эйчар не может оценить вашей крутизны и вы слышите: «мы вам позвоним».

Что делать? Понять свою ошибку и тренироваться, проходя как можно больше собеседований.

Вариант 2. Вы нереально хороши в какой-то специфической отрасли и не можете донести ваш высокий профессиональный уровень до понимания эйчара просто потому, что для адекватной оценки вас как специалиста нужно глубоко разбираться в вопросе, а вас лишь спрашивают про план на 5 лет.

Что делать? Учиться выходить на контакт непосредственно с потенциальным руководством, чтобы вас заметили и оценили.

Вариант 3. Вам мешает негативная информация с предыдущего места работы. Это может произойти по самым разным причинам, зависящим от вас или нет. Вы могли совершить профессиональную ошибку (что вполне естественно, ведь все мы всего лишь люди), а могли просто не понравиться кому-то по сугубо личным причинам, вызвать зависть, ревность и тому подобное. Так или иначе это один из худших вариантов, потому что самостоятельно прекратить подобные информационные вбросы практически нереально.

Что делать? Если можете выяснить, что именно о вас распространили — сделайте это, а потом соберите хорошие отзывы в противовес, чтобы на собеседованиях не опасаться «неудобных» вопросов, а смело отвечать: «да, плохие отзывы есть, их причина в том-то, а вот и хорошие, ознакомьтесь».

Но что если все-таки перечисленные варианты — не про вас, и вы на самом деле не находите для себя приемлемых вакансий?

Ваша профессия действительно может быть на данный момент не востребована настолько, чтобы приносить тот уровень дохода и самореализации, которого хочется. И дело может быть не только в том, что специальность потеряла ценность и стала низко оплачиваться (хотя и это возможно). Ваши амбиции в свою очередь могли вырасти и выйти за рамки вашего прежнего максимума.

Если так — это не только нормально, но и хорошо! Потому что вы всегда можете сменить профессию и открыть для себя новые возможности.

Я расскажу вам про одного из слушателей Антирабства  который вообще-то имел работу, но она перестала его устраивать.

Эта история очень позитивна, потому что часто люди, не получая морального и/или финансового удовлетворения от работы, все же остаются на привычном месте и не пытаются ничего изменить. Вроде как выучился один раз, наработал какой-никакой стаж — и все, кем же еще быть? Но Егор оказался не таким.

В 38 лет, работая инженером в строительной компании телеком-рынка, Егор понял, что не может на этом месте развиваться и реализовывать растущие интересы, а также никак не задействует свои креативные способности.

Учитывая стремления, цели клиента и положение вещей на данный момент, мы рассматривали несколько направлений дальнейшего развития, начиная от маркетинга и работы в креативном агентстве, заканчивая дизайном и собственным бизнесом. В итоге, проанализировав и взвесив все факторы, включая зарплатные ожидания и уже имеющиеся навыки Егора, мы выбрали для него основное направление смены деятельности — промышленный дизайн. На консультации с экспертом в этой сфере Егор получил рекомендации по профессиональному развитию, после чего мы составили оптимальную программу обучения и роста, рассчитанную на три года. Сейчас он успешно учится на дизайнера и открывает для себя новое, интересное и перспективное направление.

К чему это я? К тому, что поменять профессию не страшно, и даже напротив — приятно и увлекательно. Ведь это новый опыт, впечатления, а также широчайшие возможности. Подумайте сами: для того чтобы потратить всю жизнь на единственную профессию, как сильно нужно ее любить! Она должна полностью соответствовать вашим ожиданиям, приносить достаточный доход, быть интересной и попросту идеальной. Если это не так — зачем терпеть?

Возможно, сейчас кто-то удивится, но я искренне считаю, что даже если вам просто скучно на работе и вы приходите лишь «отсидеть» положенные часы — это более чем веская причина сменить род занятий. Многие не согласятся, аргументируя тем, что «это же работа, она и не должна меня радовать, а удовольствие я получаю по вечерам и выходным, когда отдыхаю». Только вдумайтесь, насколько это грустная жизненная позиция. Вдвойне печально то, что я слишком часто такое слышу.

К сожалению, психологические установки огромного количества людей именно таковы, а ведь за работой мы проводим колоссальную часть жизни. Неужели не хочется проводить ее с интересом и вдохновением, радоваться результатам своего труда и достижениям, общаться с единомышленниками, а не просто с соседями по офису? Тогда и не придется зачеркивать календарик до отпуска — каждый прожитый день будет хорошим! Только представьте себе жизнь, в которой вы каждый день приступаете к работе с удовольствием и отличным настроением.

Может быть, вам кажется, что я сейчас говорю о каких-то фантастических вещах, пытаюсь надеть на вас розовые очки и рассказываю сказки про единорогов? Если вы действительно так подумали, то у меня для вас скверные новости: скорее всего, вы тоже жертва подобных негативных общественных стереотипов.

Очень многие люди душат собственные интересы, зарывают в землю таланты, занимаются нелюбимым и даже раздражающим делом только из страха, что придется что-то поменять и уверенности, что жить именно так — в порядке вещей. Лично меня это не просто расстраивает, а даже возмущает.

Кто решил, что работу не обязательно любить?

Кто придумал, что страдать, отсчитывая часы и минуты до конца рабочего дня — это нормально?

Кто заставляет вас ездить в офис, если вам хочется проводить больше времени с детьми, работая удаленно?

Кто определил, что вы можете только смотреть вакансии, которые вам не нравятся, и ходить на собеседования туда, где мало платят и неинтересно работать?

Кто сказал, что если вам уже 30 (40, 50) лет, то уже поздно и глупо учиться другой профессии?

Выкиньте этот психологический мусор из головы.

Пора взять жизнь в собственные руки и перестать бояться открывать для себя новые горизонты.

Смените профессию и живите счастливо

Удачи!

Как быстро понять, куда не стоит устраиваться на работу

Назад


Во многих компаниях существует испытательный срок — период, в течение которого и работодатель, и сотрудник присматриваются друг к другу. Часто только на этом испытательном сроке сотрудник понимает, что работодатель недобросовестный. Но можно ли определить это сразу — на собеседовании или, что ещё лучше, по вакансии, чтобы не тратить своё время зря? По каким признакам это можно сделать? Узнаем у экспертов, а в конце выделим главные.


Василий Воропаев, CEO Rubrain

  • Если вакансия написана с ошибками или в ней ищут шаблонного супергероя — опытного, ответственного и инициативного.
  • Также может насторожить условный «молодой дружный коллектив», поскольку это означает, что от программиста ждут не только кода, но и желания задерживаться до ночи и вообще ненормированного графика и корпоративов/тренингов в нерабочее время.
  • В любом случае перед откликом на вакансию стоит посмотреть соцсети компании и особенно её руководителей и вашего непосредственного руководителя. Если что-то настораживает, а работа предполагается в офисе, то, возможно, не стоит связываться. Стоит собрать информацию о компании в интернете и спросить мнение знакомых, которые, возможно работали в ней или знают внутреннюю кухню опосредованно.
  • Важно выяснить вопрос с оплатой труда. Если по какой-то причине, работодатель не предлагает сразу официальное трудоустройство, а у вас есть сомнения в его честности, можно начать работать в конце месяца. В этом случае, если сомнения оправдаются, вы потеряете максимум недельную зарплату.
  • Если вам долго не отвечают на резюме или сопроводительное письмо, то и все вопросы будут долго согласовывать.

Ксения Степанян, старший менеджер по подбору персонала в «Лаборатории Касперского»

В описании вакансии

Соискатель должен насторожиться, если в требованиях вакансии указан очень широкий стек технологий. К примеру, отличное знание сразу четырёх и более языков программирования должно смутить соискателя. Или если указаны противоречащие друг другу, а также «размытые» должностные обязанности. Почти всегда требование «мастера на все руки» или эникейщика не предвещает ничего хорошего.

Выглядеть это может так: «Embedded Разработчик на С + отличное знание JavaScript + опыт администрирования Windows на уровне админа, и чтобы был не против выполнять дополнительную работу не по специальности».

На интервью

Насторожить должна ситуация, при которой потенциальный руководитель не может чётко описать будущие задачи, и если интервьюеры сами плохо ориентируются в проекте, на который ищут сотрудника. Стоит дважды подумать, если вы видите, что техническое интервью поверхностное, интервьюеры сами не знают правильные ответы на собственные вопросы, а вам после первой встречи делают предложение.

По возможности оцените общую атмосферу в компании, если вас приглашают в openspace, где молча и грустно работает 5 человек, при этом на интервью рассказывают, что в компании «бодрый скрам», стоит насторожиться.

Отдельный вопрос со стартапами — если вы проходите собеседование в такую компанию, поинтересуйтесь немного бизнесом: кто инвестирует в проект и вышел ли он на самоокупаемость, какие перспективы у продукта и пр.

Зарплатные ожидания

Не стесняйтесь задавать вопросы относительно зарплаты. Тревожным звонком может стать, например, ситуация, при которой вам предлагают так называемую «серую зарплату». Или если обнаруживается, что 40% от зарплаты – это квартальные премии, которые зависят от результатов, но при этом в компании не могут чётко обозначить, какими эти результаты должны быть, и тем более не готовы их фиксировать в договоре.

Наталья Волкова, HR-менеджер компании DIRECTUM

  • Непрозрачные условия работы: низкий оклад и ориентация только на проценты от деятельности (нет уверенности, что на них можно выйти).
  • Некомпетентные специалисты, с которым идёт общение (HR и руководство).
  • Некорректное поведение работодателя на встрече: быстрое собеседование с поверхностной оценкой кандидата.
  • Неофициальное трудоустройство, полностью чёрная зарплата, сомнительное расположение офиса (в гараже, в неудачных районах).
  • Нет возможности ознакомиться с договором до трудоустройства (если официальное).
  • Наличие системы штрафов для сотрудников.

Екатерина Гаврилова, основатель и генеральный директор IT-рекрутингового агентства DigitalHR

Будьте бдительны в случае, если компания-работодатель просит закончить общение с агентством (сказать, что не хотите больше рассматривать вакансию) и вести коммуникацию с ними напрямую. Подобным образом компания хочет уйти от обязательств по договору и не платить вознаграждение агентству — нет уверенности, что аналогичная недобросовестность не распространяется на дела с коллегами.

Многие работодатели собирают рекомендации на специалистов. Кандидаты могут точно таким же способом зондировать почву: даже если у вас не очень много контактов в отрасли, профессиональные группы в Facebook или чаты в мессенджерах придут вам на помощь.

И самое главное — не бойтесь задавать вопросы, если вас что-то смущает! Лучше уточните в телефонном разговоре, сколько открыта вакансия, в связи с чем и какого сотрудника ищут в команду.

Наталья Сторожева, генеральный директор Центра развития бизнеса и карьеры «Перспектива»

Определить недобросовестного работодателя можно уже на собеседовании. Например, по очень расплывчатому описанию функциональных обязанностей какой-то типовой должности. Если в описании вакансии администратора сайта добавлено «с исполнением административно-хозяйственных функций», будьте готовы приходить первым в офис и заполнять все документы в отделе, то есть брать на себя дополнительные, чужие обязанности.

Второй момент, который должен насторожить: «договорная» система работы. «По договоренности» могут начисляться бонусы и зарплата, определяться график работы и командировок. И иногда на одной и той же должности в такой компании работают люди с разными окладами и условиями работы.

Также на собеседовании обязательно нужно узнать, с какого дня работы оформляется трудовой договор между компанией и сотрудником. Очень часто это не происходит в первый рабочий день. Иногда работодатель обещает: «Начинайте работать, все документы оформим в следующий понедельник». А затем новый сотрудник работает несколько недель или месяцев в подвешенном состоянии.

Чтобы избежать таких ситуаций, желательно просить трудовой договор для прочтения перед началом работы. Внимательно его изучите, особенно те пункты, которые касаются должностных обязанностей, оплаты, условий труда. Обратите внимание на возможные штрафы, работу в выходные, оплату командировок и подобные нюансы. Если появились вопросы — задайте их эйчару или руководителю. Можно привлечь независимого юриста для изучения трудового договора.

Ещё должно насторожить отсутствие конкретики и излишний позитив. «Как платят за командировки?» —  «Их немного, никто не обижается». В этом случае задача руководителя: увлечь вас проектом. Но когда говорят про идею, о деньгах забывают.

И, конечно, стоит ознакомиться с негативными отзывами о компании и руководителе в соцсетях и на сайтах отзывов.

Дарья Рудник, директор по персоналу компании «АТОЛ»

В принципе недобросовестного работодателя можно узнать по разным «приметам». Например, на этапе изучения вакансии и собеседования тревожными «звоночками» будут:

  • Серая зарплата. Если работодатель обманывает государство, то что мешает ему обмануть вас? Тем более что в этом случае государство вас защитить уже не сможет.
  • Слишком разные задачи. Если в вакансии написано, что нужен и швец и жнец и на дуде игрец, то рекомендую не тратить свое время. Работодатель либо не понимает, что именно нужно делать, либо пытается сэкономить и вместо нескольких человек взять одного.
  • Нечеткие задачи. Если вам не могут внятно объяснить, что именно вы должны делать и какого результата от вас ждут, то лучше не связываться. Не исключена ситуация, что вы подумаете об одном, работодатель – о другом, в итоге все останутся недовольны. Пострадает в этом случае все равно сотрудник, которого могут и уволить.
  • Сокрытие части информации. Если вам отказываются показывать офис, знакомить с коллегами или раскрывать данные, критичные для позиции, на которую вы претендуете – это плохой знак.
  • Непонятное финансирование. Здорово, когда друг приглашает вас в стартап. Но, если вы не понимаете, откуда у этого стартапа деньги на развитие, то вместо работы в Facebook’е через 10 лет, вы через два месяца можете оказаться на улице.

Резида Рашитова, HR-менеджер компании DIRECTUM

  • О работодателе трудно найти информацию в интернете, а социальные сети, если и есть, то не ведутся очень давно.
  • Вы до конца не понимаете, чем занимается компания и какие у неё конкурентные преимущества на рынке. На собеседовании неконкретно и общими словами рассказывают о стабильности компании и её перспективах.
  • До конца не ясно, как будет рассчитываться заработная плата.
  • HR не может ответить на неудобные вопросы о текучке и задержках по заработной плате.

А ещё проще понять добросовестность работодателя можно задав себе вопрос: «Вижу ли я себя в этой компании через 3, 5, 10 лет работы?».

Итак, как понять, куда не стоит устраиваться на работу?

  • На неудобные вопросы вам дают ответ без конкретики или вовсе не дают.
  • Расплывчатые должностные обязанности.
  • Обещание оформить договор «позже» и невозможность ознакомиться с ним до трудоустройства.
  • Негативные отзывы в соцсетях и на специализированных ресурсах.
  • В интернете сложно найти информацию о компании.

Ссылка на источник: tproger.ru, 23.01.2019г.

В России плохо жить, даже если ты разраб. Но я все равно отказываюсь от релокейта

Несколько лет назад я читал на Хабре про скандал разраба Алексея Адамовского с компанией Xored. Липкий кейс, компания не заплатила человеку деньги, и для меня сразу стал очевиден главный враг в этой истории. Непонятно было другое. Адамовского наняли работать в новосибирском офисе компании, а он очень хотел поработать в пражском. За те же деньги. Кое-как уговорил их и уехал туда. В целом его право, но меня тогда очень задело другое — неужели человек настолько ненавидит жить в РФ, что готов смотаться отсюда на любых условиях?

С тех пор я повзрослел и немного поумнел — начал понимать желание уехать куда подальше. Когда живешь в Иванове с рождения, тебе очень многие вещи кажутся естественными. Взятки дпсникам, плохие дороги, знакомые, которых посадили за полграмма гашиша в кармане. Мизерные, просто смешные зарплаты всяких врачей и учителей, абсолютное отсутствие намека на благоустройство, менты на каждом шагу, черные зарплаты, и тотальное неуважение к закону всеми и на всех уровнях.

Взрослые люди, у которых есть интернет, начали со временем узнавать — все может быть иначе. Всякие условные журналисты могут это понимать сколько угодно — они все равно никому во всем мире даром не нужны. А вот хороший разраб может в любой момент переехать куда угодно, и жить там заметно выше среднего.

Такое положение вещей культивировало релокейты. Сегодня релокация разрабов — большая доля всех обсуждений в индустрии. Об этом пишут статьи, вокруг идеи завести трактор создаются сообщества, эйчары из релоцирующих компаний царской походочкой прогуливаются по рынку кандидатов. Многие, очень многие считают, что единственный логичный путь развития карьеры — это свалить отсюда и никогда не возвращаться.

Сообщество снисходительно шутит над неудачниками, у которых слабый английский, мы все делаем вид, что статьи на русском мы в принципе не читаем. Когда пишешь хорошую статью на хабр, люди недоумевают — как так может быть, что это не перевод!? Попробуйте сказать какому нибудь русскоязычному коллеге из Нью-Йорка, что вы можете переехать туда, но не хотите — засмеёт. Он не будет высмеивать желание остаться здесь — он вам не поверит, и будет высмеивать то, что считает ложью.

А я сыт по горло стыдом за то, что я русский.

Русские инженеры построили много очень крутых проектов — один JetBrains чего стоит. Я не говорю что мы лучше всех, но я точно знаю, что мы умеем быть крутыми. У нас есть места, где учат программировать действительно хорошо. Я напрочь рвусь, когда вижу очередную переводную статью от рувдс, про так как отрендерить список в js. Да у нас тысячи фронтендеров, которые напишут лучше и глубже — просто, ну не знаю, чуть-чуть помоги им.

Мне доводилось поработать над большими проектами плечом к плечу с топовыми инженерами из майкрософт. И вот что я могу сказать — они намного лучше меня и моих русских собратьев в софт скиллах, командном взаимодействии и вот в этом бизнесовом прагматизме. Но если сравнивать наши инженерные качества — тут я не увидел никакой корреляции. У нас есть плохие инженеры, у них тоже есть. Общая культура качества кода, как по мне, у нас даже выше.

Но наша страна и правда набита плохими вещами под завязку, иногда от этого настолько плохо, что никакая идеологическая верность не поможет тебе закрыть на это глаза. Когда менты в очередной раз помогают отжимать условный нжинкс, когда космонавты фигачат очередную либераху на митинге, когда ты десятый раз за год чинишь подвеску на своей тачке — от самообладания и стройной теории, что Россия очень хорошая, ничего не остается.

Я несколько раз был за границей, и мне там безумно понравилось. Но даже за три туристические недели я начинал безумно скучать. Это не такие штуки, которые хорошо раскладываются на логические доводы, я толком не могу объяснить себе в чем дело, но жить здесь, наша культура, наши люди, мои близкие, в конце концов даже климат — все это для меня очень значимо. И когда я рассекал по зеркально ровной трассе в Испании, я не переехать в Испанию хотел — я хотел чтобы у нас были зеркально ровные дороги.

Меня немного передергивает от обиды, когда мне предлагают релокейт в Данию с такой же зарплатой, как у меня сейчас в России. Они или думают, что я настолько тупой, что не понимаю разницу в цене жизни, или считают, что я должен лизать им ботинки за то, что «перевозят грязного варвара в страну белых людей». Или вообще ничего плохого не думают, но ничего страшного — я и сам за них обо всем подумал. В наиболее негативном ключе, потому что я заколебался испытывать стыд за то, что родился здесь, и не хочу делать вид, что я ненавижу это место.

Это рождает довольно простую мысль. А что если не бежать от проблем, а пытаться их уменьшить? Я уверен, в любой стране мира хватает всякого. И я не обесцениваю — да, скорее всего проблемы с неправильным государством в Новой Зеландии != проблемам с плохим государством у нас.

Небинарность хорошего и плохого — очевидная для всех вещь. Но мы все равно постоянно об этом забываем. В России плохое государство, в Германии плохое государство. Мой код плохой, и код человека, который только вчера прочитал свой первый учебник про джаваскрипт тоже плохой. Но его код в сто раз хуже моего (ну, я надеюсь). И слово «плохой» становится недостаточно емким, чтобы описать положение вещей. Если кто-то скажет про наш код, что он плохой — он обесценит весь мой опыт, и весь труд, который я годами совершал в этой индустрии. Это не круто.

Я пришел к принятию. Есть люди, которые не готовы тратить свою жизнь на войну со злом здесь и сейчас — они хотят хорошенько пожить в теплой и уютной стране, где всем не плевать уже сегодня. Где твои инициативы по улучшению жизни не глушат дубинками, и где ты не рискуешь усесться на бутылку за твит. Осуждать таких людей, или осуждать тех, у кого и в РФ все более менее нормально — плохая идея, потому что никто не обязан жить свою жизнь так, чтобы ты считал это православным. Те, кого душит идея жить в этой стране, они смогли пройти сложный квест и переехать — мое уважение. Но, люди, давайте так — уважайте и мое право не хотеть этого.

Идея жить здесь, и пытаться — пусть и безуспешно — улучшить тут все — имеет право на жизнь. Я не буду продавать идею, что можно вот так взять, получить святой меч-присланный-с-небес и пойти рубить бошки злодеям. Но кое-что все же можно.

Есть люди и организации, которые каждый день занимаются тем, что называют «борьбой с режимом». Их не так много, и выбор для поддержки не особо широкий, а результаты их работы удручают. Ну протащили они пару своих депутатов в деревенскую думу, ну и дальше что? Ждем-то, что завтра мы проснемся в прекрасной России будущего, виновные будут люстрированы, а хорошие люди начнут демократично управлять страной.

Но я даже не знаю, кого поддерживать — потому что никто не разделяет культурное и политическое. Варианта быть культурно консерватором, но иметь максимально свободное государство, которое не вмешивается в твоё мировоззрение — мне не предлагают. В этом смысле, я нашел для себя самое комфортное политическое движение — либертарианство. Они хотя бы не говорят мне как правильно быть добрым, если я хочу хорошо жить.

Но просто поверить в чью-то идею — не сработает. Я пессимист, и вообще не верю, что когда-нибудь увижу большие перемены в лучшую сторону в этой стране. Мне сейчас 26, у меня двое детей, я перестал расти и развиваться, и я не верю, что скучное течение моей жизни когда-нибудь изменится. Скорее всего, вектор задан, и я буду ему следовать, пока не сдохну, такой же как сейчас, не способный ни к анализу своих действий, ни к каким-то переломам и открытиям в сознании, ни вообще к чему бы то ни было значимому.

Может быть, я буду умирать в такой же России как сегодня, может быть я сломаюсь, и свалю в Тайланд, а может быть, совсем крошечный шанс, что я буду сидеть, и объяснять внукам, что офигенное место, в котором они растут, стало таким потому, что я когда то решил его таким сделать.

У меня есть подкаст, и это, в сочетании с хабром — единственная возможность донести до кого-то идеи, которые не дают мне покоя. Я пошел на гигантский репутационный риск и позвал Михаила Светова в подкаст про разработку. Потом пошёл на ещё больший риск, когда приперся рассказывать об этом на хабр.

Риск — потому что разрабы часто аполитичные, а Светова, кроме того, принято хейтить в либеральной тусовочке, потому что в центре его повестки не стоят права меньшинств. В итоге — все недовольны.

Но я уже говорил, в моей жизни нет ничего особенно ценного. Моя репутация на самом деле ни черта не стоит. Я приходил сюда и писал в открытую, что не хочу работать на работе, что мне наплевать на продукт, что я ничего не знаю и не умею. Статьи читали сотни тысяч человек — и я уже хоронил свою карьеру. А потом получал ворох офферов и понимал — да всем чихать.

Кейсы со сломанными процессами в разработке, синдромом самозванца, уродской культурой менеджмента в индустрии — оказались достаточно болезненными для меня, чтобы рискнуть, и написать об этом. Кейс с ситуацией в стране в сто раз важнее.

Я не переехал в Данию, не переехал в Тай, не переехал в Штаты — и меня каждую секунду мучает мысль, что я идиот, раз так поступил. Но я все еще могу это сделать когда угодно, поэтому каждый день вынужден бороться с соблазном. И меня бесит, что этот соблазн вообще существует. Бесит, что борьба с ним кажется бессмысленной — ведь если даже останусь я, точно уедут дочери.

Мне хочется, чтобы желание остаться дома было нормой, а не геройством.

Смотрите мой подкаст

Что делать, если оказалось, что новая работа — не то — Work.ua

Вы возлагали на новую должность большие надежды, желая, чтобы новое рабочее место стало именно тем пространством, где вы смогли бы обучаться, развиваться и вносить собственный посильный вклад. Не сбылось? Work.ua предлагает решения.

Итак, ваши долгие усилия и поиски увенчались успехом. Вы получили желанную должность, кажется, что вот теперь жизнь наладится, и все будет хорошо. Однако уже после первого рабочего дня от окрыленности не осталось и следа: руководитель оказался некомпетентным, коллектив — недружелюбным, новые обязанности не радуют, с зарплатой нюансы, на воду в кулере нужно сдавать деньги, а окна в офисе не открываются.

Поверьте, вы не одиноки. Многие сотрудники после начала работы на новом месте с удивлением понимают, что все не так уж хорошо. Work.ua предлагает, что можно сделать, в зависимости от времени, после которого вы пришли к этому разочаровывающему выводу.

Спустя пять дней

Внезапное ощущение, что соглашаться на эту работу было огромной ошибкой, может посетить вас в первую же неделю работы. По достижению отметки в пять дней вы, вероятнее всего, начнете страдать от синдрома «раньше трава была зеленее». Ведь пока мы только готовимся перейти с одного рабочего места на другое, концентрироваться на позитиве несложно. А как только заступаем на новую должность, недостатки начинают бросаться в глаза.  

Но ведь и новые туфли тоже первое время жмут. Столкнувшись с подобной ситуацией, самая важная вещь, которую можно сделать — сконцентрироваться на положительных аспектах новой должности. Почему вы хотели ее заполучить? Вскоре вы поймете, что сомнения в первую неделю работы были лишь эмоциональным всплеском, или же, наоборот, придете к выводу, что они сигнализируют о больших проблемах. В любом случае, вы сможете двигаться дальше с рациональным планом (даже если он включает в себя подготовку быстрого ухода) вместо того, чтобы просто паниковать.

Спустя пять недель

Если вы трудитесь на новой работе больше месяца, и она не оправдала ваших ожиданий, постарайтесь определить источник вашего разочарования максимально точно. Отодвиньте эмоции в сторону и анализируйте: вы не получаете достаточного количества обязанностей? Не можете сойтись с коллегами? Не согласны с политикой компании?

После того, как вы четко определите, почему вы несчастны, подумайте над решениями, которые помогли бы вам улучшить сложившуюся ситуацию. Поговорите с руководителем, возможно, он просто не знал о данной проблеме, и ваши предложения и замечания позволят изменить что-то к лучшему. Например, если вы не занимаетесь той работой, которой хотели, узнайте каких навыков вам не хватает или, возможно, причина кроется в том, что вас по-прежнему считают новеньким.

С коллегами — попытайтесь найти общие интересы. Что же касается вещей, на которые вы повлиять не в силах: функционирование или миссия компании, постарайтесь сохранять широту взглядов. Месяц — это не так уж и много, чтобы понять, как действительно все работает. Лишь факт того, что компания функционирует не так, как вы привыкли, вовсе не означает, что это плохо или неправильно.

Спустя пять месяцев

Через несколько месяцев работы, вы уже должны чувствовать себя достаточно комфортно на новом месте. Если же вы по-прежнему ненавидите свою работу и чувство это только крепнет, и вы не находите ни одной причины, чтобы остаться, увольняйтесь. Эта должность вам не подходит, и дальше будет только хуже. Так зачем тянуть? Только уходя, не хлопайте дверью. Постарайтесь объяснить работодателю, что именно толкнуло вас на этот шаг. Возможно, это пойдет компании на пользу.

А случались ли с вами досадные смены работы и как скоро вы сбежали с неподходящей должности?


Читайте также



Чтобы оставить комментарий, нужно войти.

Как отвечать на вопрос, почему вы покинули предыдущее место работы

Если вы находитесь в поиске работы — очевидно, у вас есть причины, по которым вы хотите покинуть или уже покинули старую работу. Большинство работодателей захотят поинтересоваться этими причинами. Наш эксперт, руководитель карьерных сервисов HeadHunter, Марина Хадина поведает о том, как грамотно беседовать на ту тему.

 

 

Варианта может быть два.

 

1. Вы уходите / уже ушли по собственному желанию

 

Если вы покинули компанию по собственной инициативе, то старайтесь придерживаться «стратегии будущего», избегать обсуждения неприятных для вас обстоятельств. Конечно, если таковые имели место.

 

Не отзывайтесь плохо о своем прошлом руководителе/работодателе.

 

Справедливость ваших слов проверять никто не будет, а вот услышав нелестные отзывы о предыдущем работодателе, новый будет думать, что вы так же плохо можете отозваться о нем в разговоре с последующим работодателем. Возможен и такой поворот: данный работодатель находится в деловых отношениях с предыдущим вашим работодателем и относится к нему с симпатией.

 

Поэтому тщательно готовьте свои ответы на типичные для интервью вопросы. Ваши слова должны быть правдоподобными (в идеале правдивыми на 100%), позитивными и этичными.

 

Примеры ответов:

—  Я выполнял эту работу на протяжении последних пяти лет, хотелось профессионального развития. Я поговорил со своим прямым руководителем и с представителем отдела персонала о карьерных перспективах в рамках компании. Получив неудовлетворительный ответ, я понял, что нужно действовать самостоятельно.

 

—  Да, многие ищут новую работу «без отрыва от производства». Но я не мог совмещать поиск работы с текущей трудовой деятельностью. Мне всегда казалось, что это немного неэтично: использовать время текущего работодателя. Да и эффективность поиска снижается. Поэтому я принял решение сначала уволиться, а потом вплотную заняться поиском.

 

—  Работая несколько лет в этом направлении, я задумался о том, как вижу дальнейшее развитие своей карьеры. И понял, что хочу немного сменить фокус, сделав акцент на … (укажите, на чем именно) , т.к. мне интересно… и/или у меня хорошо получается … Поэтому я начал получать дополнительное образование в этой области. И в итоге покинул предыдущее место работы, чтобы найти новую, уже с учетом откорректированной специальности.

 

—  Я переехал в этот город вместе с семьей для обеспечения достойного обучения детей, поэтому вынужден был оставить прошлое место работы. Наша компания, к сожалению, не представлена в этом регионе.

 

—  Я ушла с предыдущей позиции на работу с частичной занятостью, т.к. тогда мне нужно было проводить больше времени с семьей. Сейчас все вопросы решены и я наконец могу выйти на работу с полной занятостью.

 

— К сожалению, офис компании переехал, и у меня стало уходить очень много времени на дорогу. А мне хотелось бы больше сил тратить на рабочие вопросы.

 

—  Признаться честно, я не планировал менять место работы, сейчас у меня все хорошо. Но узнав о вашей возможности, я настолько вдохновился задачами (перечислите, какими) . Здесь я могу применить весь спектр своих знаний и умений (конкретизируйте).

 

2. Вас уволили

Если так случилось, что вы были уволены, то стратегия ответа может быть такой :

—  Пришел новый руководитель со своей командой. К сожалению, он не оставил никого из предыдущей команды вне зависимости от их показателей. Безусловно, это его право, а для меня теперь открываются новые возможности.

 

—  Был ряд личных причин, которые мешали мне выполнять работу эффективно. Теперь все эти сложности решены и не возникнут вновь. Я в хорошем рабочем состоянии, готов целиком посвятить себя любимой работе.

 

—  Моя позиция была сокращена в связи с глобальной реорганизацией в компании. Так, был сокращен полностью наш отдел и такие-то отделы…

 

—  Обычно я очень хорошо лажу с людьми и руководством. Но в этот раз встретилось исключение. Мы просто не сошлись, такое, видимо, случается. Даже не знаю, в чем дело, но расстались мы позитивно.

 

—  Мои навыки и уровень квалификации не очень подходили для выполнения прежней работы. Однако описание вашей вакансии на 100 процентов совпадает с моей компетенцией. У меня также есть опыт… и навыки… (перечислите потенциально необходимые для данного работодателя характеристики) , пригодятся ли они здесь?

 

—  Моя предыдущая работа не очень подходила мне, поэтому мы совместно приняли решение о том, что я рассмотрю вакансию, где я смогу принести больше пользы. И вот я здесь, я готов работать и вкладываться. Мои сильные стороны…

 

—  Я много думал, о том, что можно было сделать иначе , чтобы преуспеть на моей предыдущей работе. Я получил колоссальный урок в следующих вопросах… И теперь я хотел бы получить шанс, чтобы доказать это.

 

Повторюсь, обязательно сформулируйте и проговорите заранее свой ответ на этот вопрос, потренируйте его с друзьями. Пускай ответ будет очень коротким, но убедитесь, что он искренний, звучит позитивно и подчеркивает вашу заинтересованность в работе.

 

А для того чтобы работодатель не сомневался в ваших серьезных намерениях относительно него, сообщите ему о своем желании работать именно у него: сервис «Хочу у вас работать»  позволит вам сделать это наиболее эффективно. Даже если в настоящий момент в компании нет подходящих вакансий, как только они появятся, ваша кандидатура будет среди первых в списке. Если  же вы хотите, чтобы ваше резюме наверняка попалось на глаза потенциальному работодателю, воспользуйтесь сервисом «Яркое резюме» , выделив свое резюме из общей массы.

В Узбекистане ограничили работу Twitter, TikTok и «ВКонтакте»

https://ria.ru/20210702/uzbekistan-1739614294.html

В Узбекистане ограничили работу Twitter, TikTok и «ВКонтакте»

В Узбекистане ограничили работу Twitter, TikTok и «ВКонтакте» — РИА Новости, 02.07.2021

В Узбекистане ограничили работу Twitter, TikTok и «ВКонтакте»

Надзорные органы Узбекистана ограничили работу социальных сетей Twitter, TikTok и «ВКонтакте» из-за нарушения закона о персональных данных, сообщает в пятницу… РИА Новости, 02.07.2021

2021-07-02T15:35

2021-07-02T15:35

2021-07-02T15:35

в мире

twitter

узбекистан

skype

вконтакте

microsoft corporation

telegram (приложение)

шавкат мирзиеев

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdn25.img.ria.ru/images/07e5/03/03/1599748855_0:321:3072:2048_1920x0_80_0_0_536bbe7f825916b42f4e0c8f32a8577b.jpg

ТАШКЕНТ, 2 июл – РИА Новости. Надзорные органы Узбекистана ограничили работу социальных сетей Twitter, TikTok и «ВКонтакте» из-за нарушения закона о персональных данных, сообщает в пятницу пресс-служба госинспекции по контролю в сфере информатизации и телекоммуникаций (Узкомнадзор).В пятницу пользователи соцсетей в Узбекистане сообщали о перебоях в работе приложений TikTok, Skype и Twitter. Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев в конце января подписал поправки в закон «О персональных данных», в соответствии с которыми с 15 апреля все интернет-ресурсы обязаны хранить персональные данные граждан республики на территории страны. Позднее Узкомнадзор сообщил, что уведомил ряд зарубежных интернет-компаний — Facebook Inc Google, Mail.ru, Microsoft Skype, Telegram, Tencent Wechat, TikTok, Twitter, Yandex о необходимости выполнения указанных требований закона.»Ограничено использование ряда социальных сетей в связи с нарушением требований законодательства при обработке персональных данных граждан Республики Узбекистан», — говорится в сообщении в Telegram-канале Узкомнадзора. По данным ведомства, сети Twitter, TikTok и «ВКонтакте» внесены в реестр нарушителей прав субъектов персональных данных. «Использование соответствующих ресурсов в сети Интернет на территории Республики Узбекистан ограничено в установленном порядке до устранения выявленных недостатков», — добавили в пресс-службе.В минувшую среду президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев раскритиковал видеоролики молодых людей в Tik Tok, за оскорбление  исторических памятников полководцу Амиру Темуру (Тамерлану) и поэту Алишеру Навои. В феврале 2020 года Олимжон Умаров, занимавший тогда пост первого замминистра по развитию информационных технологий и коммуникаций Узбекистана, заявлял, что власти страны проведут переговоры с Google, Facebook и Яндекс по размещению серверов этих компаний на территории страны.В октябре 2019 года в Узбекистане вступил в силу закон «О персональных данных», в соответствии с которым личные сведения о гражданах страны можно будет собирать только с их ведома. Закон также содержит нормы о трансграничной передаче персональных данных, предусматривая, что она может быть осуществлена при наличии существующих международных договоров, а также необходимости защиты конституционного строя, охраны общественного порядка, прав и свобод граждан, здоровья и нравственности населения.

https://ria.ru/20210701/facebook-1739466149.html

https://radiosputnik.ria.ru/20210605/twitter-1735826912.html

узбекистан

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2021

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn25.img.ria.ru/images/07e5/03/03/1599748855_80:0:2811:2048_1920x0_80_0_0_6e29c3cdd2723353f0d47113f68eb78b.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

в мире, twitter, узбекистан, skype, вконтакте, microsoft corporation, telegram (приложение), шавкат мирзиеев, facebook, tiktok, яндекс

В Узбекистане ограничили работу Twitter, TikTok и «ВКонтакте»

Обсуждение — почему так плохо работает? : antiwork

Недавно я решил, что ненавижу свою работу и ненавижу работать вообще, несмотря на то, что получаю удовольствие от многих других вещей, которые также можно описать как «работа» (прилагать усилия для получения некоторой формы вознаграждения).

Это заставило меня задуматься о том, почему я считаю работу (рабочие места) в целом дрянной. Я имею в виду не конкретную работу, а работу в целом (работа, которую я выполняю, приносит пользу обществу и имеет значение в этом смысле. Тем не менее, я все еще ненавижу ее.)

Многое из этого, вероятно, знакомо, но мне было бы интересно чтобы услышать мысли людей:

Допустим, я собираю чернику в трех разных сценариях.Сбор черники подходит под определение «работа» в том смысле, что он включает в себя затраченные усилия для получения вознаграждения.

Сценарий первый — я плачу за сбор черники в качестве развлекательного мероприятия (разово).

Сценарий второй — черника по практическим соображениям — (возможно, у меня закончились деньги, чтобы купить фрукты, и мне нужно немного пропитания)

Сценарий третий — я работаю сборщиком черники.

Скорее всего, мне понравится первый сценарий: я могу выбрать день и время и остановиться, когда захочу.Особой спешки нет, средства к существованию не зависят от того, сколько черники я соберу за время. Если мне нравится, работу можно делать в медленном темпе.

Сценарий 2 почти наверняка будет менее приятным, чем сценарий 1, но намного лучше, чем сценарий 3. У меня не будет столько времени, чтобы просто насладиться опытом, и я буду беспокоиться о том, сколько мне нужно собрать и, возможно, как быстро мне это нужно будет сделать. Но у меня также есть некоторая свобода — может быть, я начинаю чувствовать себя очень ленивым и решаю просто обойтись без фруктов и остановиться.

Мне бы не понравился третий сценарий по многим причинам. Через некоторое время выполнение повторяющейся физической задачи утомит вас. Теперь мне нужно собрать достаточно черники, чтобы заработать на жизнь, или собрать достаточно, чтобы босс был доволен. У меня нет времени (или меньше времени) наслаждаться этим опытом, и я не могу остановиться и начать, когда захочу.

Третий сценарий, очевидно, наихудший, и мне кажется, что второй сценарий всегда должен быть хуже первого.

Теперь у меня есть несколько вопросов:

— Это просто универсальный закон жизни, или это вызвано тем, как было устроено общество (напр.g ожидания людей, желание заработать). Я бы сказал, что это первое.

— Следует ли обществу сосредоточиться на том, чтобы сделать работу менее хреновой за счет меньшей эффективности (например, снижение ожиданий людей, более регулярные перерывы). Кроме того, реально ли это возможно, или так будет всегда, потому что потребители хотят покупать дешево и быстро?

— Для какого вида «работы» мы, как вид, больше всего подходим (учитывая, как работают наш мозг и тело, и как мы развивались.Из того, что я прочитал, я думаю, что это будут разнообразные физические или полуфизические задачи, в основном в расслабленном темпе, но с некоторыми короткими очередями и большим количеством периодов отдыха.

Насколько ужасна работа?

Люди говорят о работе так, как будто это было до промышленной революции. На самом деле сегодня работа намного лучше, но наше восприятие не отслеживается. Почему мы продолжаем рассматривать работу как физически сложную, скучную и ограничивающую, хотя это случается редко?

Раньше работа на фермах была тяжелой, даже жестокой.Фермеры жили буквально за счет пота своих бровей. Их мозолистые руки и ноющая спина были постоянным напоминанием о потерях, нанесенных днем ​​тяжелого монотонного труда.

Большая часть этого мрачного труда была заменена машинами или рабочими-мигрантами. Тем не менее, наше восприятие занятости сформировано устаревшим понятием работы.

Современная городская работа намного лучше, чем работа на фермах в прошлом. Тем не менее, многие люди смотрят на работу в негативном свете и всегда мечтают о своем следующем отпуске.

Вот некоторые устаревшие представления о современной работе, которые демотивируют многих сотрудников.

Работа должна быть сложной

Антрополог Маршалл Салинс назвал охотников-собирателей изначальным обществом изобилия (1). Этим он имел в виду, что, хотя их потребности были простыми, их можно было довольно легко удовлетворить с использованием доступных на местном уровне ресурсов.

Одним из аспектов изобилия охотников-собирателей было то, что они в основном были хорошо питались и имели хорошее здоровье, хотя и выполняли сравнительно небольшую работу, связанную с пропитанием.Они редко работают более пяти часов в день (2). Короче говоря, они были здоровы и отдыхали, как сегодняшняя элита.

С рассветом земледелия человечество познакомилось с печальным ужасом изнурительного труда. Сельскохозяйственные рабочие выполняли более чем вдвое больше работы и имели минимальный досуг. Они страдали от недостатка разнообразия питания, снижения физического роста и ожидаемой продолжительности жизни (3).

Во всяком случае, условия труда ухудшились в начале промышленной революции с дополнительным бременем эпидемических заболеваний, загрязнения окружающей среды и серьезных несчастных случаев на производстве.

В конечном итоге рабочие восстали против тирании баронов-разбойников, что привело к законодательным улучшениям условий труда и безопасности.Тем не менее, мы ассоциируем работу с физически и эмоционально сложными условиями, которые допускаются исключительно ради заработка.

Работа скучная

Пожалуй, самая большая жалоба на работу заключается в том, что она скучная. Если игра доставляет удовольствие, то работа, напротив, обязательно должна быть скучной.

На самом деле, многие люди более сосредоточены и более вовлечены в свои занятия, чем в свободное время. Их работа обеспечивает миссию и дисциплину, которые могут отсутствовать в свободное от работы время.

Психологи выявили множество возможных причин, по которым работа кажется скучной. Один из них заключается в том, что контроль с помощью денежных выплат может превратить нашу любимую деятельность в рутинную работу. Другими словами, необходимость работать за плату может превратить игру в работу. Тирания на работе усугубляется тем, что нам приходится проводить обычный рабочий день вне зависимости от того, хотим мы работать или нет.

С практической точки зрения, работяги меньше страдают от скуки, потому что время, кажется, летит незаметно. Это может быть потому, что они больше сосредоточены на том, что делают, а не на собственной тоске.

С этой точки зрения скука — большая проблема для ленивых людей. И наоборот, занятым людям редко бывает скучно.

Работа сегодня воспринимается не только как утомительная и / скучная, но и утомительная, поскольку она отвлекает от семейной и общественной жизни.

Работа, вычитаемая из нашей социальной жизни

Для большинства сотрудников коллеги — последние люди, которых они хотели бы взять с собой в отпуск. В той степени, в которой мы вынуждены общаться и сотрудничать с людьми, которых мы не выбрали бы в качестве друзей, работа дает уникальный социальный опыт, который полон потенциала как для конфликта, так и для комедии.

Поделиться неприятным боссом может стать мощным связующим звеном независимо от того, знают об этом рабочие или нет. Даже в этом случае плохие боссы могут подорвать боевой дух рабочих.

Один из их худших грехов — это привычка тереть нос сотрудникам о своих привилегиях. Они хвастаются размерами своей лодки, берут случайные выходные, чтобы провести время с семьей, или поиграть в гольф, или уезжают в обеденное время, чтобы посетить футбольный матч своего малыша. Такие выходки подчеркивают жертвы, которые подчиненные должны приносить в отношении семьи и общественной жизни, от которых боссы магически защищены.

Другая распространенная жалоба на работу состоит в том, что она скучна или скучна и однообразна, в отличие от захватывающей жизни творческих людей, таких как музыканты, писатели и предприниматели, которые занимаются своим делом.

Работа притупляет творчество

Пожалуй, самый стойкий отрицательный стереотип о работе заключается в том, что она подавляет творчество. На самом деле рабочее место постоянно предъявляет новые требования к обучению и развитию.

Изменения в технологиях заставляют сотрудников осваивать новые навыки и знания.Этот момент подчеркивается двумя хорошо известными истинами рынка труда.

Первый заключается в том, что те, кто долгое время не работает, постепенно теряют возможность трудоустройства из-за постоянного приобретения опыта теми, кто постоянно находится в рабочей силе. Во-вторых, ожидается, что новые сотрудники на большинстве высокооплачиваемых должностей будут обладать навыками программирования.

Вместе эти явления подчеркивают динамизм современного рабочего места. Способность реагировать на изменившиеся обстоятельства новыми навыками и решениями — это рецепт творчества.

Современная работа, безусловно, лучше, чем фермерский труд, и, возможно, она даже лучше, чем опыт первоначального общества изобилия. Это не означает, что существуют серьезные проблемы с отношением к современным рабочим. В частности, они часто чувствуют себя бессильными и незначительными в экономике, которая все больше пронизана неравенством. Не все в работе улучшается.

Почему слишком много работать может плохо сказаться на карьере

Как рекрутер я встретил и проинтервьюировал сотни кандидатов, которые понятия не имеют, кто они.

Без личного бренда кандидатам сложно ответить на вопрос: «Расскажите мне о себе — кто вы?» Они не имеют представления о том, кто они, в чем их сильные стороны и как они могут повысить ценность компании. Они представляют свое резюме, полагая, что его резюме является ключом к их карьерному успеху. В некотором смысле ваше резюме все еще используется. Однако на сегодняшнем рынке труда вам нужно больше, чем резюме, чтобы выделиться из толпы.

По словам Селин Да Коста:

«Персональный бренд — это, по сути, ваш золотой билет к налаживанию контактов с нужными людьми, найму на работу мечты или созданию влиятельного бизнеса.Она считает, что «сильный личный бренд позволяет вам выделиться на перенасыщенном рынке, знакомя желаемую аудиторию с вашим видением, набором навыков и личностью, что стратегически согласуется с вашими карьерными целями».

Персональный бренд открывает в вашем мире столько возможностей для карьерного роста, о которых вы никогда бы не узнали, имея только свое резюме.

Какой у вас личный бренд?

«Персональный брендинг — это то, как вы четко продвигаете свою уникальность.”- Бернард Кельвин Клайв

Сегодня рынок труда очень конкурентный и жесткий. Наличие отличного резюме позволит вам зайти так далеко, потому что у всех есть резюме, но ни у кого больше нет вашего индивидуального бренда! Это ваш личный бренд, который отличает вас от всех остальных, и это то, что люди покупают — вы.

Ваш личный бренд — ваш знак в мире. Это то, как люди, с которыми вы общаетесь, и мир видят вас. Это ваше наследие — оно важнее бизнес-бренда, потому что ваш личный бренд существует вечно.

Я тренировал людей, которые сделали очень успешную карьеру, и они приходят ко мне, потому что внезапно обнаруживают, что у них нет возможностей или разговоров, которые могли бы побудить их к их следующей роли. У них происходит то, что я называю «крахом карьеры», все потому, что у них нет личного бренда.

Персональный бренд помогает вам осознавать свои отличия и свою уникальность. Это позволяет вам позиционировать себя так, чтобы выделяться из толпы, особенно среди других потенциальных соискателей.

Не поймите меня неправильно, важно иметь отличное резюме и хороший профиль в LinkedIn. Однако есть несколько шагов, которые вы должны предпринять, чтобы иметь резюме и профиль в LinkedIn, соответствующие тому, кто вы есть, той ценности, которую вы предлагаете рынку, и личной гарантии того, что вы дадите результаты.

Создание личного бренда — это стратегическое, творческое и профессиональное представление того, что делает вас собой. Понимание того, кто вы есть, и ценность, которую вы приносите, позволяет вам быть более информированными, гибкими и адаптироваться к меняющемуся динамичному миру работы.Вот как вы можете избежать серии неудач в карьере.

Ваш личный бренд важен для вашей карьеры

В своей статье «Почему личный брендинг важнее, чем когда-либо» Кэролайн Кастрильон описывает ключевые причины, по которым личный бренд важен для успеха в карьере.

Согласно Кастрийону,

«Одна из причин заключается в том, что рекрутеры чаще используют социальные сети во время собеседования. Согласно опросу CareerBuilder 2018 года, 70% работодателей используют социальные сети для проверки кандидатов во время процесса найма, а 43% работодателей используют социальные сети для проверки текущих сотрудников.”

Первое, что я делаю как рекрутер, когда хочу проверить кандидата или коучингового клиента, — это искать их в LinkedIn или других социальных сетях, таких как Facebook, Instagram и Twitter. Ваш цифровой след — это окно, которое показывает миру, кто вы есть. Когда у вас нет контроля над тем, как вы хотите, чтобы вас видели, вы совершаете большую ошибку, потому что оставляете на усмотрение кого-то другого судить за вас, кто вы есть.

Как однажды сказал Джефф Безос, основатель Amazon: «Ваш бренд — это то, что люди говорят о вас, когда вас нет в комнате.

В своей книге «Становление» Мишель Обама пишет о важности личного бренда и своем пути к определению своего личного бренда. Она написала, что:

«Если ты не выйдешь и не определишь себя, тебя быстро и неточно определят другие».

Когда у вас есть личный бренд, все в ваших руках. Вы точно знаете, что люди скажут о вас, когда вы выйдете из комнаты.

Магия личного бренда в том, что он дает вам контроль над тем, как вы хотите, чтобы вас видели в мире.Ваша уверенность и вера в себя позволяют использовать возможности и принимать обоснованные решения о своей карьере и своем будущем. Вы больше не испытываете разочарований из-за краха карьеры или на распутье, не зная, что делать дальше со своей карьерой или своей жизнью. С личным брендом у вас есть цель, ясность и стратегия, чтобы двигаться вперед к будущему успеху.

Создание личного бренда не происходит в одночасье. Это требует много работы и саморефлексии. Ожидается, что вы выйдете из своей зоны комфорта не один раз, а много раз.

Хорошая новость в том, что чем больше времени вы проводите за пределами своей зоны комфорта, тем больше вам нравится там находиться. Находясь вне зоны комфорта, вы можете проверить жизнеспособность своего личного бренда и настроить его.

5 ключевых шагов к созданию личного бренда

Эти пять шагов помогут вам создать личный бренд, который принесет вам желаемые результаты в карьере и в жизни.

1. Ставьте личные цели

Чем вы хотите заниматься в следующие пять лет? Чем вы в будущем будете заниматься в следующие пять-десять лет? Что для тебя важно? Если вы можете ответить на эти вопросы, значит, вы на правильном пути.Если нет, то вы должны начать думать о них.

2. Создайте свое уникальное ценностное предложение

Создайте свое уникальное ценностное предложение, задав себе следующие четыре вопроса:

  1. Каковы ваши черты характера? Какую пользу вы предлагаете людям?
  2. Кто вы и почему людям нравится с вами работать?
  3. Что вы делаете и что люди хотят, чтобы вы для них сделали? Как вы решаете их проблемы?
  4. Что отличает вас от таких, как вы?

Ответы на эти вопросы дадут вам информацию, необходимую для создания вашей профессиональной истории, что является ключевым шагом к созданию вашего личного бренда.

3. Напишите свою профессиональную историю

Знание того, кто вы есть, чего вы хотите, и той уникальной ценности, которую вы предлагаете, имеет важное значение для создания вашей профессиональной истории. Люди помнят истории. Ваша личная история включает ваше ценностное предложение и рассказывает людям, кто вы есть и что делает вас уникальным. Это то, что люди будут помнить о вас.

4. Определите, какие платформы будут поддерживать ваш личный бренд

Решите, какие учетные записи в социальных сетях и онлайн-платформы лучше всего будут представлять ваш бренд и позволят вам поделиться своим мнением.В профессиональном плане наличие профиля в LinkedIn и резюме, отражающего ваш бренд, является ключом к вашему позиционированию в отношении ролевых возможностей. Люди будут связываться с вами, потому что им понравится история, которую вы рассказываете.

5. Получите признание за то, что поделитесь своими знаниями и опытом

Отличный способ продвигать себя — делиться знаниями и помогать другим. Здесь вы доказываете, что знаете свое дело, и получаете за это признание. Вы можете сделать это через социальные сети, писать, комментировать, видео, вступать в профессиональные группы, нетворкинг и т. Д.Найдите свой собственный стиль и уникальность и используйте его для привлечения клиентов, возможностей или желаемой работы.

Важность личного бренда никуда не делась. Фактически, это единственный способ выделиться и стать уникальным в сложном меняющемся мире работы. Если у вас нет личного бренда, кто-то сделает это за вас. Если вы позволите этому случиться, у вас не будет контроля, и вам может не понравиться история, которую они создают.

Чтобы выделиться среди других, нужно время и инвестиции.Большинство людей не могут внести изменения сами, и здесь можно рассмотреть возможность привлечения личного тренера по бренду.

Как личный тренер по бренду, моя страсть — это работа с моими клиентами над созданием их личного бренда. Мне нравится тот факт, что мы можем работать вместе, чтобы создать личную историю, которая точно определяет, что люди скажут, когда вы выйдете из комнаты.

Истории других людей

Слушать рассказы других людей — отличный способ учиться. В своей статье 7 TED Talks About Personal Branding Рафаэль Дос Сантос представляет лучшие выступления Ted Talks, в которых докладчики делятся своими историями о том, «почему», «что» и «как» личного брендинга.((GuidedPR: 7 TED Talks о личном бренде))

Найдите время, чтобы послушать, как эти докладчики делятся своими историями и мыслями о личном бренде. Вы определенно узнаете так много о том, как начать свой путь определения себя и взятия под контроль своей профессиональной и личной жизни.

Ваш личный бренд, без сомнения, является вашим секретным оружием на пути к успеху в карьере. Как сказала Мишель Обама,

«Ваша история — это то, что у вас есть, что у вас всегда будет.Это то, чем нужно владеть ».

Итак, поделитесь своей историей. Отправьтесь в путь, чтобы создать свой личный бренд, который определяет, кто вы есть, подчеркивает вашу уникальность и ценность, которую вы предлагаете миру.

Кредит на представленную фотографию: Остин Дистел через unsplash.com

Причины, по которым люди становятся некомпетентными на работе

Есть много потенциальных причин, по которым это может происходить, — говорит Шу. Личное стремление — даже агрессия — которое необходимо для увеличения ваших индивидуальных продаж, не обязательно приводит к человеческим навыкам, необходимым, например, для мотивации других.

«Это могут быть типы опыта или типы людей, которых привлекают очень высокие продажи, а также работа самостоятельно, что делает их менее эффективными менеджерами», — говорит она. В соответствии с этим Шу обнаружил, что продавцы, которые уже имели опыт совместной работы, как правило, были намного лучшими менеджерами.

Хотя у нее еще нет данных, Шу подозревает, что проблемы, описанные в Принципе Питера, также могут быть широко распространены в науке, технологиях и технике.«Лучшие ученые и инженеры — и это включает всех тех основателей стартапов — могут оказаться неподходящими людьми, чтобы в конечном итоге возглавить организацию или команду», — говорит она. «Вы можете видеть разницу в навыках, необходимых для того, чтобы быть ведущим ученым, и ведущим ученым».

Как первоначально заметил в своей книге Лоуренс Дж. Питер, рост некомпетентных менеджеров также является частой жалобой в академических кругах и образовательных учреждениях. «Лучший исследователь или человек, который лучше всех преподает, может не быть лучшим деканом школы», — говорит Шу.

Кто в доме хозяин?

Учитывая эти результаты, мы можем сделать вывод, что нам следует не обращать внимания на текущую производительность людей и продвигать их исключительно на основе их навыков работы с людьми. Тем не менее, эта стратегия может иметь свою цену.

Возможность продвижения по службе является положительным стимулом для многих людей, повышая их индивидуальную эффективность. Устранение этой мотивации может привести к снижению производительности труда сотрудников. Есть также чувство разочарования, которое приходит после того, как вы продвигаетесь по службе скучного коллеги.Анализ данных отделов продаж, проведенный Шу, показал, что у наиболее эффективных кандидатов примерно на 23% больше шансов покинуть фирму, если, например, их упустили из виду в пользу менее компетентного коллеги.

Реальность такова, что нас часто лично обнадеживает то, что ими руководит кто-то, кто уже доказал свою компетентность на работе, как недавно обнаружила Аманда Гудолл из Cass Business School в Лондоне.

Неужели мир, свободный от работы, был бы таким плохим?

Люди веками размышляли о будущем без работы, и сегодняшний день не исключение, когда ученые, писатели и активисты еще раз предупреждают, что технологии заменяют людей.Некоторые воображают, что наступающий мир, свободный от работы, будет определяться неравенством: несколько богатых людей будут владеть всем капиталом, а массы будут бороться в нищей пустоши.

Другое, менее параноидальное и не исключающее друг друга предсказание гласит, что будущее будет пустошью другого типа, характеризуемой бесцельностью: без работы, которая придает смысл их жизни, люди просто станут ленивыми и подавленными. В самом деле, похоже, что сегодняшние безработные не очень хорошо проводят время.Один опрос Gallup показал, что 20 процентов американцев, которые были безработными в течение как минимум года, страдают депрессией, что вдвое больше, чем у работающих американцев. Кроме того, некоторые исследования показывают, что причиной роста смертности, проблем с психическим здоровьем и зависимости среди малообразованных людей среднего возраста является нехватка хорошо оплачиваемой работы. Другое исследование показывает, что люди часто бывают счастливее на работе, чем в свободное время. Возможно, поэтому многих беспокоит мучительная скука будущего без работы.

Но из подобных открытий не обязательно следует, что мир без работы был бы наполнен недугом. Такие взгляды основаны на недостатках безработицы в обществе, построенном на концепции занятости. В отсутствие работы общество, созданное с учетом других целей, могло бы создать совершенно иные обстоятельства для будущего труда и досуга. Сегодня достоинства работы могут быть немного преувеличены. «Многие рабочие места скучны, унизительны, вредны для здоровья и приводят к растрате человеческого потенциала», — говорит Джон Данахер, преподаватель Ирландского национального университета в Голуэе, писавший о мире без работы.«Глобальные опросы показывают, что подавляющее большинство людей недовольны работой».

В наши дни, поскольку у большинства рабочих относительно мало свободного времени, люди используют свое свободное время, чтобы уравновесить интеллектуальные и эмоциональные потребности своей работы. «Когда я прихожу домой после тяжелого рабочего дня, я часто чувствую себя усталым», — говорит Данахер, добавляя: «В мире, в котором мне не нужно работать, я могу чувствовать себя совсем иначе» — возможно, достаточно другим, чтобы погрузиться в хобби или увлеченный проект, интенсивность которого обычно предназначена для профессиональных вопросов.

Наличие работы может обеспечить определенную финансовую стабильность, но помимо беспокойства по поводу того, как удовлетворить жизненные потребности, сегодняшние безработные часто заставляют чувствовать себя изгоями общества. «Люди, которые избегают работы, рассматриваются как паразиты и пиявки», — говорит Данахер. Возможно, в результате такого культурного отношения для большинства людей самооценка и идентичность неразрывно связаны с их работой или ее отсутствием.

Кроме того, во многих современных обществах безработица также может быть совершенно утомительной.Американские города и поселки на самом деле не строятся для большого количества свободного времени: общественные места, как правило, представляют собой небольшие острова в море частной собственности, и не так много мест без платы за вход, где взрослые могут познакомиться с новыми людьми или придумать способы развлекают друг друга.

Корни этой скуки могут уходить еще глубже. Питер Грей, профессор психологии Бостонского колледжа, изучающий концепцию игры, считает, что, если завтра исчезнет работа, люди могут потерять что-то делать, им станет скучно и они будут подавлены из-за того, что разучились играть.«Мы учим детей различать игру и работу», — объясняет Грей. «Работа — это то, чем ты не хочешь заниматься, но ты должен это делать». Он говорит, что это обучение, которое начинается в школе, в конечном итоге «тренирует игру» у многих детей, которые вырастают и становятся бесцельными, когда у них появляется свободное время.

«Иногда люди уходят с работы и не знают, что им делать», — говорит Грей. «Они потеряли способность создавать свои собственные занятия». Это проблема, которая никогда не беспокоила маленьких детей.«Нет трехлетних детей, которые будут лениться и впадать в депрессию, потому что у них нет структурированной деятельности», — говорит он.

Но разве так должно быть? Общества без труда — это больше, чем просто мысленный эксперимент — они существовали на протяжении всей истории человечества. Рассмотрим охотников-собирателей, у которых нет начальников, зарплаты или восьмичасового рабочего дня. Десять тысяч лет назад все люди были охотниками-собирателями, а некоторые до сих пор. Дэниел Эверетт, антрополог из Университета Бентли в Массачусетсе, в течение многих лет изучал группу охотников-собирателей в Амазонии, называемую Пираха.По словам Эверетта, некоторые могут подумать об охоте и собирательстве, а охотники-собиратели — нет. «Они считают это развлечением», — говорит он. «У них нет такой концепции работы, как у нас».

«В большинстве случаев это довольно непринужденная жизнь, — говорит Эверетт. Он описал типичный день для пираха: человек может встать, провести несколько часов на каноэ и порыбачить, приготовить барбекю, пойти поплавать, принести рыбу своей семье и играть до вечера. Такой натуральный образ жизни, конечно, не лишен собственного набора забот, но антрополог Маршалл Салинс в своем эссе 1968 года утверждал, что охотники-собиратели принадлежали к «изначальному богатому обществу», поскольку они «работали» всего несколько часов в день; По оценкам Эверетта, взрослые пираха в среднем работают около 20 часов в неделю (не говоря уже о том, чтобы начальство не заглядывало им через плечо).Между тем, по данным Бюро статистики труда, средний работающий американец с детьми работает около девяти часов в день.

Приводит ли эта неспешная жизнь к депрессии и бесцельности, которые наблюдаются среди многих сегодняшних безработных? «Я никогда не видел там ничего похожего на депрессию, кроме людей, которые были физически больны», — говорит Эверетт. «У них есть взрыв. Они играют все время ». Хотя многие могут считать работу основным продуктом человеческой жизни, работа в том виде, в котором она существует сегодня, является относительно новым изобретением на протяжении тысячелетий человеческой культуры.«Мы думаем, что плохо сидеть и ничего не делать», — говорит Эверетт. «Для пираха это весьма желательное состояние».

Грей сравнивает эти аспекты образа жизни охотников-собирателей с беззаботными приключениями многих детей в развитых странах, которые в какой-то момент жизни, как ожидается, откажутся от детских вещей. Но так было не всегда. Согласно книге Гэри Кросса A Social History of Leisure From 1600 , свободное время в США до XVIII и XIX веков выглядело совсем иначе.Фермеры — это было справедливым способом описать огромное количество американцев в то время — смешивали работу и развлечения в своей повседневной жизни. Не было ни менеджеров, ни надзирателей, поэтому они могли плавно переключаться между работой, перерывами, участием в играх по соседству, розыгрышами и проведением времени с семьей и друзьями. Не говоря уже о фестивалях и других сборах: например, во Франции в 1700 году было 84 праздника в год, и погода не позволяла им заниматься сельским хозяйством еще 80 или около того дней в году.

Все изменилось, пишет Кросс, во время промышленной революции, когда фермы были заменены фабриками, а фермеров — наемными работниками.Владельцы фабрик создали среду с более жестким графиком, которая четко отделяла работу от игры. Между тем, часы — которые в то время стали широко распространяться — стали ускорять жизнь, а религиозные лидеры, которые традиционно одобряли большинство праздников, стали ассоциировать досуг с грехом и попытались заменить шумные праздники проповедями.

Когда рабочие начали переезжать в города, семьи больше не проводили совместные дни на ферме. Вместо этого мужчины работали на фабриках, женщины оставались дома или работали на фабриках, а дети ходили в школу, оставались дома или тоже работали на фабриках.В течение рабочего дня семьи были физически разделены, что повлияло на то, как люди развлекались: взрослые перестали играть в «детские» игры и спортивные состязания, и улицы были в основном вытерты от веселья, поскольку семьи среднего и высшего класса нашли занятия рабочим классом. вроде петушиные бои и игры в кости противны. Многие подобные развлечения вскоре были объявлены вне закона.

Когда старые рабочие места для игр исчезли в дымке фабричного дыма, многие из них обратились к новым, более городским.Бары стали прибежищем, где уставшие рабочие пили и смотрели живые выступления с пением и танцами. Если для многих американцев свободное время означает пиво и телевизор, возможно, именно поэтому.

Порой в развитых обществах для немногих избранных создавался образ жизни, который был почти столь же увлечен игрой, как и образ жизни охотников-собирателей. На протяжении всей истории аристократы, которые получали доход, просто владея землей, тратили лишь крошечную часть своего времени на решение финансовых проблем. По словам Рэндольфа Трамбаха, профессора истории Колледжа Баруха, английские аристократы 18-го века проводили дни в гостях у друзей, ели изысканные блюда, устраивали салоны, охотились, писали письма, рыбачили и ходили в церковь.Они также проводили много времени, бесплатно участвуя в политике. Их дети научатся танцевать, играть на музыкальных инструментах, говорить на иностранных языках и читать на латыни. Русские дворяне часто становились интеллигентами, писателями и художниками. «Как сказал аристократ 17-го века:« Мы садимся, чтобы поесть, и встаем, чтобы поиграть, потому что что такое джентльмен, кроме его удовольствия? », — говорит Трумбах.

Маловероятно, что мир без работы будет настолько богат, чтобы обеспечить каждому такой роскошный образ жизни.Но Грей настаивает на том, что привнесение в жизнь людей каких-либо дополнительных игр было бы хорошо, потому что, в отличие от этого аристократа 17-го века, игра — это больше, чем удовольствие. Грей говорит, что через игру дети (как и взрослые) учатся разрабатывать стратегии, создавать новые ментальные связи, выражать свои творческие способности, сотрудничать, преодолевать нарциссизм и ладить с другими людьми. «Самцам млекопитающих, как правило, трудно жить в непосредственной близости друг от друга», — говорит он, и свойства игры, способствующие достижению гармонии, могут объяснить, почему игра стала настолько важной для обществ охотников-собирателей.В то время как большинство современных взрослых, возможно, разучились играть, Грей не считает, что это неизлечимый навык: по его словам, бабушки и дедушки нередко заново изучают концепцию игры, проведя время со своими маленькими внуками.

Когда люди размышляют о природе мира без работы, они часто переносят сегодняшние предположения о труде и досуге на будущее, где они могут больше не применяться; если автоматизация в конечном итоге сделает ненужным значительную часть человеческого труда, такое общество могло бы существовать на совершенно иных условиях, чем общества сегодня.

Итак, как могут выглядеть США без работы? У Грея есть несколько идей. Во-первых, школа была бы совсем другой. «Я думаю, что наша система школьного образования полностью отойдет на второй план», — говорит Грей. «Основная цель образовательной системы — научить людей работать. Я не думаю, что кто-то захочет заставлять наших детей пройти через то, через что мы делаем своих детей сейчас ». Вместо этого Грей предлагает учителям строить уроки вокруг того, что интересует учащихся. Или, возможно, вообще исчезнет формальное школьное образование.

Трамбах тем временем задается вопросом, станет ли школьное образование в большей степени обучением детей быть лидерами, а не рабочими, посредством таких предметов, как философия и риторика. Он также считает, что люди могли бы больше участвовать в политической и общественной жизни, как аристократы прошлого. «Если бы большее количество людей использовали свой досуг для управления страной, это дало бы людям чувство цели», — говорит Трумбах.

Социальная жизнь тоже может выглядеть иначе. После промышленной революции матери, отцы и дети проводят большую часть времени бодрствования врозь.В мире без работы люди разного возраста могут снова собраться вместе. «Мы стали бы намного менее изолированными друг от друга», — воображает Грей, возможно, немного оптимистично. «Когда у мамы рождается ребенок, все в округе захотят помочь этой маме». Исследователи обнаружили, что наличие близких отношений — это главный показатель счастья, а социальные связи, которые может дать свободный от работы мир, вполне могут заменить бесцельность, которую предсказывают многие футуристы.

В целом, Грей считает, что без работы люди будут заниматься своими увлечениями, заниматься искусством и навещать друзей.Возможно, после периода тяжелой работы досуг перестанет быть просто расслаблением, а станет более ярким и разнообразным. «Нам не нужно было бы быть такими эгоистичными, как мы думаем, что должны быть сейчас», — говорит он. «Я верю, что мы стали бы более человечными».

Новое исследование утверждает, что слишком усердие на работе вредно для вашей карьеры


В США люди часто с гордостью говорят о своей напряженной работе и о долгих часах, проведенных на работе.Исследования даже показывают, что американские сотрудники в США, как правило, работают дольше, берут меньше отпусков и меньше общаются на работе.

Но, согласно новому исследованию, проведенному учеными из Лондонского городского университета, слишком тяжелая работа может отрицательно сказаться на вашей карьере и общем благополучии, как сообщает The Cut.

Слишком усердный труд может нанести вред вашей карьере и вашему благополучию.Sutterstock / ChingChing

Дополнительные усилия на работе вредны как для ваших карьерных перспектив, так и для вашего общего благополучия.

Исследователи изучили влияние сверхурочной работы и «интенсивности труда», или усилий, вложенных в работу в определенный период времени, как на общее благополучие (стресс, усталость и удовлетворенность работой), так и на результаты карьеры (перспективы карьерного роста. , безопасность работы и признание).Их данные поступили от 51 895 сотрудников из 36 европейских стран в различных отраслях.

«Мы были несколько удивлены, обнаружив, что объем работы, будь то сверхурочная работа или интенсивность работы, не предсказывает каких-либо положительных результатов для сотрудников», — сказал д-р Аргиро Авгоустаки, доцент кафедры менеджмента бизнес-школы ESCP Europe, и д-р Ханс Франкорт, старший лектор по стратегии в Cass Business School, авторы исследования, сообщили INSIDER в совместном электронном письме.

Фактически, предсказал, что больше рабочих усилий снизит благосостояние и результаты, связанные с карьерой.

Дополнительные усилия могут не стоить того. 20 век Фокс

Слишком тяжелая работа вреднее, чем сверхурочная работа.

Еще одним удивительным открытием стало различие во влиянии интенсивности работы по сравнению со сверхурочной работой.

«Практики и политики очень беспокоятся о сверхурочной работе и сверхурочной работе, но наши выводы могут означать, что интенсивность работы (то есть количество усилий на единицу времени) может быть более насущной проблемой», — заявили исследователи.

Они добавили, что сотрудники должны больше осознавать потенциальные ограничения продолжительного рабочего дня и особенно тяжелой работы.

«Возможно, им стоит спросить: действительно ли дополнительные усилия того стоят?» Они сказали.

Чтобы избежать выгорания, пользуйтесь перерывами и отдыхом и старайтесь работать в то время, когда вы наиболее продуктивны.

Не думайте, что вам нужно постоянно работать на пределе возможностей.

«Один из способов для сотрудников [противодействовать негативным последствиям слишком тяжелой работы] — это использовать свое усмотрение и возможности для психологического и физического восстановления через перерывы и часы на работе», — сказали Августаки и Франкорт.

Авгоустаки и Франкорт определяют усмотрение как «свободу решать, как и когда выполнять работу».

«Чем больше у сотрудника такой свободы, тем больше он или она может работать относительно более удобными и продуктивными способами и временами», — сказали они INSIDER.

Чем больше у вас будет свободы решать, когда и как работать, тем лучше вам будет. Рейтер

Работодатели должны взять на себя ответственность предоставить сотрудникам как можно больше этой свободы и «быть более осведомленными о долгосрочных ограничениях, связанных с доведением сотрудников до крайностей», — добавили они.

Авгоустаки и Франкорт сказали, что, хотя они пытались учесть любые различия между сотрудниками в том, что касается их трудовых усилий и результатов, как и в случае с другими научными исследованиями, трудно быть полностью тщательным.

«Таким образом, наше исследование должно рассматриваться как одно из накопленных доказательств, а не как окончательная проверка влияния трудовых усилий на карьеру», — заявили они.

Чтобы узнать больше, посетите домашнюю страницу INSIDER .

10 признаков того, что вы находитесь в токсичной рабочей среде — и как спастись

Фотоколлаж Алии Камаловой

Токсичная рабочая среда — это больше, чем просто работа, которую вы «ненавидите».

У всех нас бывают плохие понедельники, трудные недели и даже неутешительные месяцы. Это цикличность карьеры.

Однако обычно вы можете пережить плохой понедельник, пережить трудную неделю и извлечь ценные уроки из разочаровывающего квартала.

Токсичная рабочая среда похожа на повторение всех этих задач без перерыва.

Токсичная рабочая среда порождает беспорядки, конкуренцию, низкий моральный дух, постоянные факторы стресса, негатив, болезни, высокую текучесть кадров и даже запугивание. Еще хуже? Токсичные рабочие места редко остаются на работе.

Обычно они следуют за вами домой. Они берут на себя ваши разговоры с близкими, лишают вас столь необходимого сна и, как правило, вызывают беспокойство и стресс.

Токсичные рабочие места могут привести к стрессу, выгоранию и серьезным нарушениям вашей нормальной жизни.

Итак, если вы попали на эту статью, потому что задаетесь вопросом, являются ли ваши проблемы на работе результатом общего рабочего стресса или чего-то еще хуже, давайте рассмотрим десять признаков того, что ваше рабочее место действительно может быть токсичным.

10 признаков того, что вы находитесь на токсичном рабочем месте

Если что-то из этого кажется вам знакомым, пора привести ваше рабочее место в порядок или вам подумать о поиске более здорового места для работы.

1. На токсичном рабочем месте может быть плохое общение

Недостаточное, сбивающее с толку или разрозненное общение является виновником стольких проблем на рабочем месте.

Фактически, коммуникативные навыки — самые важные навыки, необходимые в любой успешной организации. Почему?

Так много всего подпадает под понятие коммуникации — включая слушание (как менеджера, так и сотрудника), устное общение, письменное общение, предпочтения в отношении того, как общаться — этот список можно продолжить!

Итак, как узнать, приводит ли плохое общение к токсичности на рабочем месте? Вот несколько примеров плохого общения.

Коммуникация — основная причина плохих организаций или хороших организаций, работающих плохо.Плохое общение часто приводит к путанице и отсутствию цели для сотрудников. Отсюда возникают и усугубляются проблемы, часто приводящие ко всем остальным пунктам в нашем списке.

Вывод? Если у вашей компании плохие методы коммуникации, держитесь крепче. Скорее всего, вы находитесь в токсичной среде, которая со временем только ухудшится.

2. На токсичном рабочем месте могут быть клики, изоляция + сплетни

«Я хочу, чтобы рабочее место снова напоминало восьмой класс», — никогда не говорил никто.Так что когда это произойдет, это может быть довольно обескураживающим.

Все мы знаем, как выглядит клика. Это группа людей — будь то на работе или в школе — которые держатся вместе, пьют друг другу кофе, смеются над внутренними шутками (которых у них почему-то около миллиона) и обычно исключают кого-либо за пределами своего дружного круга.

И хотя мы все здесь взрослые, существование вне активной клики может показаться крайне отчужденным.

Проще говоря, клики на рабочем месте контрпродуктивны.Хотя иметь друзей и знакомых на работе — это хорошо, лучше избегать любого поведения, которое можно охарактеризовать как «кликовое».

Вот несколько предупреждающих знаков, что у вас в офисе есть верески (или харвеи?):

  • Постоянное чувство исключенности из группы людей
  • Особая группа, которая вместе обедает, берет кофе и организует счастливые часы
  • Проекты часто предлагаются определенной группе, независимо от таланта или опыта
  • Большая часть рабочего дня проводится шепотом или болтает на платформах обмена сообщениями
  • Общее внешнее отсутствие интереса со стороны группы к кому-либо еще — если только это не связано со сплетнями или «драмой»
Вывод? Избегайте клик.Избегайте сплетен. Ему негде работать.

Если вы признаете, что кликовое поведение включает в себя руководителей и сотрудников высшего звена, то у вас вполне может быть серьезная организационная проблема — и она настолько токсична, насколько это возможно.

3. На токсичном рабочем месте может быть плохое руководство

Вот большой.

Не зря есть старая поговорка: «Ты не уходишь с работы, ты уходишь с плохим начальником». Плохое руководство может проникать во все волокна организации — и это часто случается.Мы рассказали о семи типах плохих начальников и о том, как с ними бороться, но вот в чем дело …

Иногда плохой начальник является продуктом своего плохого начальника и так далее. Именно эта поколенческая иерархия плохих начальников делает рабочее место — как вы уже догадались — совершенно токсичным.

Плохие боссы носят самые разные шляпы. У вас может быть микроменеджер, который постоянно поправляет вас, подрывает ваши решения и в конечном итоге не дает вам выполнять свою работу.

У вас может быть босс «Игра виноватым», который быстро перекладывает ошибки на кого угодно, кроме себя.Или вам может повезти, что у вас есть начальник «Неуважение», который постоянно пишет электронную почту, забывает, как произносится ваше имя, и, вероятно, даже не знает, что вы делаете.

Вывод? Плохое руководство — признак токсичного рабочего места, если у вас нет выхода. Если есть отдел кадров или если у вашего плохого начальника есть довольно приличный начальник, вы можете попытаться сообщить об этих проблемах.

4. На токсичном рабочем месте, вероятно, есть немотивированные сотрудники

Мы не говорим, что вы должны оценивать свою работу по качеству (или некачеству) окружающих.

Однако, когда вы оказываетесь на рабочем месте, полном немотивированных коллег, это сказывается на вас. У вас могут быть две реакции на немотивированных сотрудников.

  • Вы возьмете на себя тонну работы, которую они не выполняют — и обнаружите, что выгорели
  • Отсутствие у них мотивации сожжёт вас — и сожжет вас с помощью неадекватного эмоционального выгорания

Может, сверху плохая связь? Это может быть дезорганизация, лишение прав на руководящие должности или общее недоверие.Как бы то ни было, если у всех вокруг нет мотивации, вы попадаете в токсичную рабочую среду.

Вывод? К сожалению, если вы не занимаетесь руководящей позицией, эта проблема указывает на гораздо более серьезные проблемы — и маловероятно, что вы собираетесь учиться или расти в этой среде.

5. Токсичное рабочее место могло сдерживать рост

Говоря о росте, если вы не испытываете этого, ваше рабочее место может быть токсичным, даже если оно лично токсично для вас.

Если ваше рабочее место не предлагает никакой мобильности, возможностей обучения или наставничества, скорее всего, они не инвестируют в рост своих сотрудников. Как только вы поймете, что вам негде расти, возможно, пора сменить почву.

Вывод? Ваша работа не всегда отвечает за то, чтобы вас вдохновлять и мотивировать. Однако, если вы чувствуете себя застрявшим в тупике, которому некуда расти, возможно, вам пора двигаться дальше.

6. На токсичном рабочем месте, вероятно, быстрая текучесть кадров

Быстрая текучесть кадров — верный признак того, что рабочее место токсично.Уйти с работы — нелегкое решение. Когда вы замечаете, что это решение принимают несколько человек, значит, что-то действительно гнилое.

И наоборот, если сотрудников постоянно увольняют или увольняют, это может быть признаком нескольких других токсичных элементов.

Высокая текучесть кадров обычно означает дезорганизацию, отсутствие руководства, плохое руководство или ограниченные возможности. Обратите внимание на текучесть кадров в вашей компании.

Вывод? Быстрая текучесть кадров — большой признак того, что дела идут плохо или вот-вот ухудшатся.Если есть возможность, попробуйте поговорить с некоторыми из сотрудников, которые либо уволились, либо были уволены.

7. Токсичное рабочее место часто не имеет баланса между работой и личной жизнью

Вы заслуживаете полноценной жизни вне работы.

У вас должна быть возможность отключить уведомления Slack. Вы сможете оставить электронное письмо непрочитанным после ужина во вторник. Вы должны иметь возможность записаться на прием к стоматологу , не чувствуя себя виноватым.

ВЫ ДОЛЖНЫ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ДНИ ОТПУСКА, КОТОРЫЕ ВЫ ЗАРАБОТАЛИ.

Баланс между работой и личной жизнью необходим для выживания. Не следует ожидать, что ни один человек будет постоянно на часах. Если ваша работа требует, чтобы вы всегда были на связи, это вредно. Если ваш босс требует, чтобы вы отвечали на электронные письма в середине субботы — каждую субботу, — ваша работа вредна.

Да, иногда вещи возникают в неподходящие часы. Однако, если вы работаете в расчете на то, что вы всегда будете доступны для работы, ваша работа (по нашему скромному мнению) — это токсичный мусор.

Вывод? Хороший способ избежать подобных токсичных рабочих мест — установить границы.Если ваши границы не могут быть соблюдены или, по крайней мере, нарушены, это, вероятно, не для вас.

8. Токсичное рабочее место заставляет вас бороться с выгоранием

Выгорание может быть верным признаком токсичной рабочей среды или, по крайней мере, рабочей среды, которая вам не «работает». Вот три типа выгорания. Вам что-то из этого знакомо?

  • Неистовое выгорание: Неистовое выгорание испытывают сотрудники, вкладывающие массу энергии в свою работу в надежде, что результат будет вознагражден.После продолжительного периода самоотверженной работы неистовый работник не находит положительных результатов.
  • Недостаточное эмоциональное выгорание: Этот тип эмоционального выгорания возникает, когда сотрудник чувствует, что его не интересуют и ему скучно на работе. Не имея возможности получать удовлетворение от работы, недооцененные сотрудники оказываются в подавленном настроении.
  • Изношенное выгорание: Изношенный сотрудник — это тот, кто уволился по поводу своей работы после того, как испытал постоянный рабочий стресс в течение длительного периода времени.Получив ничтожное вознаграждение, измученный сотрудник чувствует разочарование и отсутствие вдохновения от выполняемой работы.

Вывод? Если вы страдаете от любого из этих видов выгорания на рабочем месте, серьезно подумайте о том, чтобы покинуть токсичное рабочее место.

9. На токсичном рабочем месте мало или совсем нет движения вперед

Иногда токсичные рабочие среды вырастают из каких-то саженцев.

Будь то плохой менеджер, неудачный финансовый год или неспособность всей организации выполнить миссию компании, именно здесь дела идут плохо.

Если вы обнаружите, что однажды описали свою работу как «отличную!» и что теперь вы не можете сказать хорошее слово, вы, вероятно, испытываете совершенно новую токсичность — такую, при которой вы больше не будете двигаться вперед.

Если ваше движение останавливается или полностью останавливается, это обычно является признаком более серьезной проблемы.

Вывод? Если ваша карьера не продвигается вперед, особенно в той, где вы раньше переживали рост, это признак того, что все идет на спад.Возможно, пришло время отправиться в путь.

10. Токсичное рабочее место вызывает чувство нутро

Так же, как когда вы едите испорченную пищу или слишком много конфет, ваш кишечник — ваш лучший предупреждающий знак. Если ваша интуиция подсказывает вам, что у вас плохая работа, скорее всего, это плохо.

Вывод? Доверяйте своей интуиции. Если вам нужно узнать мнение друга или любимого человека, сделайте это. Но ваша интуиция — профи.

Послушайте.

Признаки токсичной работы на дому

Думаете, токсичности «не бывает», когда вы работаете из дома? Подумай еще раз!

Тот факт, что вы не встречаетесь лицом к лицу со своими коллегами, особенно токсичным начальником или подавляющей рабочей культурой, не означает, что токсичность растворяется в воздухе.

Если ваш обычный офис был токсичным, то вполне вероятно, что такое же токсичное поведение найдет способ укорениться в вашей ситуации, связанной с работой на дому. Лучше быть как можно более осведомленным.

Вот несколько признаков того, что токсичность вашего офиса проникла прямо в ваш домашний офис.

Слухи в офисе переезжают в Интернет

Хорошие новости?

Слухи в офисе, которые происходят в Интернете — будь то приложения для обмена сообщениями, дополнительные электронные письма или итоги встречи, — довольно легко отслеживаются.Плохие новости? Это по-прежнему опасно, расточительно и ядовито, как сплетни IRL. Хотя оставлять цифровой след пренебрежительных комментариев, ядовитых комментариев или даже издевательств — это глупо (это вежливое слово), люди все равно будут это делать. Если вы видите, что это происходит на вашем цифровом рабочем месте, у вас есть несколько вариантов.

Прежде всего, не участвуйте ни в чем, что может даже напоминать сплетни. Конечно, вы работаете дома, вам скучно, и офисные сплетни могут быть интересными, но это бесполезная трата времени.

Кроме того, бывает сложно определить, действительно ли то, что вы переживаете, является сплетней. Согласно исследованию эксперта по языку тела Альберта Мехрабиана, 38 процентов воздействия сообщения происходит от голосовых сигналов, включая тон, а остальные 55 процентов вообще невербальны.

Если вы не можете понять, что означает сообщение, задавайте вопросы. Если то, что вы видите, на самом деле просто сплетня, не увлекайтесь. Если это особенно вредно или нацелено на определенного человека (даже на себя!), Соберите доказательства.

Одним из преимуществ работы в сети является то, что в некоторых случаях может быть проще прекратить опасные разговоры, не ведя трудного личного разговора.

Digital Meetings упускает из виду сотрудников

Если вам сложно говорить во время личных встреч, то проведение еженедельных встреч онлайн может сделать все намного хуже. Я имею в виду, что есть функция, позволяющая отключать звук для участников собрания.

Кроме того, у вас есть типичные технические проблемы, такие как задержка, прерывание, «может ли кто-нибудь меня слышать?» загадка и полное отсутствие контакта глазами, которое вы могли бы принять как должное при личной встрече.

Если вы чувствуете, что ваши удаленные собрания позволяют говорить только одному человеку, поговорите об этом со своим руководителем. Подумайте, как выделить время для всех членов команды, составив повестку дня встреч и придерживаясь ее.

Ваше выгорание (+ выгорание всех) еще хуже

Наконец-то вы избавились от поездок на работу, которые занимают 45 минут вашего дня в каждом направлении. Итак, почему ваше выгорание ощущается хуже, чем когда-либо прежде?

Согласно недавнему исследованию Monster.com, 68 процентов сотрудников, работающих на дому, по-прежнему испытывают серьезное выгорание. Почему? Короче говоря, это потому, что некоторые из нас на самом деле не отворачиваются — никогда.

Совместите свою работу с домашними стрессовыми факторами, уходом за детьми, вашим партнером, который делает совершенно другую карьеру в пределах слышимости, и превращением вашего дома в круглосуточный офис, и у вас есть рецепт выгорания на рабочем месте.

А теперь представьте, что каждый в вашей команде испытывает схожий тип эмоционального выгорания.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *