Стимул в психологии это: Стимул — Психологос

Содержание

Психология убеждения. Стимул-реакция. Формирование проблем

Написал Alex в рубрике Статьи по психологии

Эта статья начинает цикл статей о структуре психики человека, в которых я постараюсь просто и доступно объяснить, как мыслит человек, как обучается, что влияет на его поступки и является мотивацией, а так же откуда появляются психологические проблемы и как решаются.

 

Сразу хочу предупредить, что здесь описана определенная рабочая модель. Как и любая другая модель, она не является идеальной и не претендует на звание истины в последней инстанции. Многие вещи специально упрощены, чтобы было легче описать сложные процессы.

 

Чтобы понять принцип работы всего механизма психики, необходимо разобрать его на самые мелкие детали, описать все компоненты, их взаимодействие, а потом собрать снова. Поэтому я как всегда зайду издалека. Чтобы понимать суть сложных вещей, нужно начать с самого простого, постепенно выстраивая систему.

 

Из школьного курса биологии вы, наверное, помните об опыте И. П. Павлова, который привёл к открытию условного рефлекса. Понимание сути этого опыта позволяет получить представление о том, как формируется структура психики человека. Вкратце напомню, что Павлов открыл механизм обучения, который назвал условным рефлексом. В НЛП этот механизм называется якорением. Павлов давал собаке пищу и одновременно звонил в колокольчик. При виде пищи у животного выделялась слюна. После нескольких повторений у собаки выработалась автоматическая реакция, и слюна выделялась просто при звонке колокольчика, без пищи. Таким образом, сформировалась простая связка

стимул-реакция, где колокольчик является стимулом, а слюновыделение реакцией.

 

колокольчик = еда – > слюновыделение

 

Если говорить о возникновении простых фобий(некоторые из них мы рассмотрели в статье «Как побороть страх или почему не нужно бороться со страхами»), то описанный выше механизм срабатывает и у человека, с той лишь разницей, что в связи с сильным переживанием, условный рефлекс формируется с первого раза и связка является очень сильной.

 

Пример:

 

Собака лаяла на человека, после чего бросилась и укусила.

 

Формируется страх собак. Проще говоря, связка: собака = больно

 

Обратите внимание на то, что реакция идет не только при виде собаки (визуальный якорь), но и когда человек просто слышит лай (аудиальный якорь). При этом возникает страх, то есть защитная реакция. Ведь что такое страх? Это внутренний сигнал, который предупреждает человека об опасности. И не важно, реальная это опасность или мнимая. Если в бессознательном прописано, что это опасно, то каждый раз в похожих условиях(вижу собаку, слышу лай) у человека автоматически появляется мысль о боли и за ней страх, предупреждающий об опасности, в результате которого выделяется адреналин, чтобы человек был готов встретить эту угрозу или убежать от нее.

 

Обратите внимание, что данная реакция может проявляться при виде любой собаки, даже маленькой и в общем безопасной. Это одна из особенностей нашего бессознательного. Оно любит обобщать. Такой механизм обучения очень важен, потому что позволяет, однажды встретив реальную опасность, в будущем ее избегать. Эта способность дает возможность лучше приспосабливаться в мире и выживать. Например, она позволяет, однажды научившись открывать дверь, использовать этот навык для всех дверей в мире, а не учиться каждый раз заново.

 

Но иногда описанный механизм играет с нами злую шутку. К примеру, разочаровавшись однажды в отношениях с одной женщиной, мы можем переносить это разочарование на все отношения. И тогда просто будем избегать отношений

автоматически, или же на новых женщин(мужчин) реагировать так же, как на бывшую(бывшего).

 

Ещё одна проблема заключается именно в автоматизме. Можно понимать логически, что эта собака маленькая и совсем безобидная, что эта женщина(мужчина) приятная(-ный ) и хочет только хорошего, но все равно внутри автоматически испытывать страх или дискомфорт.

 

Я хочу, чтобы вы понимали: таким образом у человека происходит формирование убеждений. Ведь убеждения – это ничто иное, как вывод, правило реагирования, которое мы для себя приняли сознательно или неосознанно в результате одного эмоционально очень сильно заряженного опыта (импринт), постоянного повторения похожих опытов, или приняв на веру, послушав значимых для нас людей . Потом эти выводы становятся автоматическими правилами, которыми мы руководствуемся в нашем отношении к чему-то, в поведении с кем-то и т.д. И такие вот реакции у человека существуют для всего на свете. У человека формируются убеждения(отношение) по поводу вещей(Iphone говно), по поводу людей(Иван Иванович добрейший человек, все женщины…), явлений(боюсь темноты), идей (расизм, феминизм).

 

К примеру, когда мы начинаем общаться с человеком, мы его начинаем узнавать. И в голове формируется его образ, формируется отношение к нему, то, как мы на него реагируем. Сам человек является для нас одним большим набором якорей. Его лицо, фигура, походка – визуальные якоря, его голос , темп речи, манера говорить– аудиальные, запах его духов, вкус поцелуя, пожатие руки – кинестетические. И на все это у нас формируются связки

«стимул-реакция», где все вышеописанные свойства являются стимулом, а отношение к нему реакцией. Ужасно, что встретив совершенно незнакомого человека с похожим носом, мы можем начать на него автоматически реагировать так же, как на этого нашего знакомого(иногда это могут ошибочно называть интуицией). Хорошо, если реакция хорошая, правда? Сколько раз вы встречали людей, похожих на старого знакомого, и общение с ними быстро налаживалось. Но что если реакция плохая? А если это ваш новый начальник? Ведь это совершенно новый человек, но, тем не менее, ваши отношения начинаются с негатива. А дальше работает петля обратной связи, и они могут становиться еще хуже по нарастающей.

 

Есть еще одна ловушка, в которую мы регулярно попадаем. Повесив на человека такой ярлык, мы не хотим замечать, что человек меняется.

Более того, если он перестает соответствовать нашему представлению о нем, можем его еще и попытаться переделать, чтобы он снова начал им соответствовать.

 

Простой пример из жизни:

 

Однажды у меня был случай, когда я на дне рождения хорошего друга встретил своего старого знакомого, которого не видел несколько лет. Мы с ним вместе учились. За эти несколько лет я сильно изменился. Но у знакомого в голове было представление обо мне, каким я, по его мнению, являюсь. И он пытался вести себя со мной как раньше – так же глупо шутил, говорил о каких-то вещах, которые мне уже не были интересны. Я аккуратно попробовал дать понять, что давно уже другой, но этот парень просто не хотел видеть меня настоящего. Он общался не со мной, а с тем образом, который нарисовал себе много лет назад. В какой-то момент мне это надоело, и я очень резким поведением сделал ему разрыв шаблона. После чего человек на полчаса ушел в транс. Но после этого поведение его и отношение ко мне быстро изменились.



Многие проблемы в браке возникают по той же самой причине. Люди узнают друг друга в конфетно-букетный период, формируют образ, часто не соответствующий действительности и на этом останавливаются, решив, что уже все узнали. Потом женятся, привыкают и продолжают жить с нарисованным образом, отказываясь видеть, что партнер их меняется. Какое-то время другой партнер может даже отыгрывать эту роль, пока ему не надоест окончательно. А потом вдруг неожиданно у кого-то открываются глаза, после чего начинаются проблемы, претензии. Почему этот реальный человек не такой, как моя галлюцинация? Ведь я вступал в брак с таким чудным партнером, я верил, что он такой. Меня обманули! О, какой я несчастный! Так плохо быть обманутым. Некоторые пытаются переделать партнера обратно… Хотя бывает и положительный исход, когда человек начинает по-новому смотреть на супруга, снова находить его интересным, снова испытывать влечение и желание узнать его получше. Главное, чтобы не было поздно. Об этом можно писать отдельную статью или даже книгу.
Но эта статья о другом.

 

В общем случае задача психологии заключается в том, чтобы помочь человеку изменить данные автоматизмы, поменять убеждения и реакции. Но об этом чуть позже. Сейчас я хочу снова вернуться к исследованиям Павлова.

 

Он не ограничился колокольчиком, а пошел еще дальше: звонил в колокольчик и показывал черный квадрат. Таким образом, у собаки выработалась новая связка “

стимул-реакция” – рефлекс второго уровня. Теперь, чтобы у животного начинала выделяться слюна, можно было даже не звонить в колокольчик, а только показывать черный квадрат. Хотя в самом начале опыта он был просто нейтральным символом, так же, как и колокольчик.

 

Давайте рассмотрим схемы:

 

1-й уровень: колокольчик = еда – > слюновыделение

Колокольчик = слюновыделение

2-й уровень: черный квадрат = колокольчик = еда -> слюновыделение

 

Очевидно, что у человека этот механизм работает еще лучше, чем у животных и, значит, уровней может быть гораздо больше, чем у собаки. Более того, у человека все эти связи могут быть переплетены между собой, формируя целые системы – системы убеждений.

 

Слова так же являются стимулом, к которому привязана реакция. Словосочетание «сочный апельсин», также может вызвать слюновыделение. Но если ребенок, к примеру, никогда не пробовал апельсин, то для него этот механизм не сработает. Никакой реакции кроме замешательства или интереса этой фразой вы не вызовете. У ребёнка просто нет опыта, который бы стоял за этими словами. Поэтому, если есть реакция на что-то, всегда существует опыт, где вы ее создали.

 

Давайте посмотрим, как работает связка «стимул-реакция» в этом случае:

 

Слышу «сочный апельсин» = представляю картинку апельсина = вспоминаю вкус -> слюновыделение

 

Таким образом, слова – это тоже ярлыки, символы, за которыми стоит определенная реакция в теле. Люди от животных отличаются именно тем, что могут манипулировать этими ярлыками, связывать их между собой и передавать с помощью опыта друг другу.

 

Например:

 

Если сказать «апельсин» – это одно. Оно дает общее представление и каждый может представить свой апельсин.

Реакция на словосочетание «сочный апельсин» – будет другим, поскольку уже есть уточнение

Можно уточнить еще больше и добавить слово «большой». И конечно реакция на «большой сочный апельсин» тоже будет отличаться.

А к примеру «гнилой апельсин» вызовет совершенно другой образ, не похожий на два предыдущих. Таким образом, комбинируя ярлыки, мы вызываем разные реакции. По сути, словами мы вытаскиваем записи из хранилища памяти о нашем опыте. Другое сочетание слов вытягивает другой опыт.

 

То, что мы умеем в голове манипулировать самыми разными символами, комбинировать наш опыт, создавать несуществующее, является нашим самым большим преимуществом. Но в тоже время, это может стать нашей самой крепкой клеткой. Но об этом позже.

 
Я хочу, чтобы вы понимали: любые, даже самые абстрактные вещи, раскрутив цепочку, можно привести к ощущениям в теле.

 

Пример:

 

При знакомстве с девушками на улице я зажимаюсь и ощущаю дискомфорт, чувствую, что это неправильно. Хотя с точки зрения логики вроде понятно, что нет никакой опасности.

 

Если разобрать ситуацию, может получиться следующая цепочка убеждений:

 

Знакомиться на улице нехорошо, потому что хорошие люди так не делают. (Мама сказала)

Зачем быть хорошим человеком? Почему нельзя быть нехорошим и знакомиться на улице? (Надеюсь, вы уже понимаете, что порядочный и непорядочный человек – это точно такие же ярлыки, абстрактные понятия, с которыми мы связываем какие-то образы и за которыми стоят какие-либо ощущения и опыт).

Если я буду плохим(непорядочным) – меня не будут любить (мама ругала в детстве).

А если мама не будет любить, что будет?

Буду чувствовать себя плохо.

А плохо, это как?

Неприятное ощущение в груди.

 

Я хочу, чтобы вы понимали – это только пример. Вариаций могут быть тысячи. Да и сама цепочка может быть длиннее или короче.

 

Представим цепочку более наглядно, чтобы было понятнее:

 

Знакомиться на улице = быть плохим(не быть порядочным) = мама не будет любить = неприятные ощущения в груди

 

А еще есть обратная сторона цепочки:

 

Я не знакомлюсь на улицах = я хороший =меня любят = приятные ощущения в теле

 

Получается, у нас есть двусторонняя мотивация «от» и «к». Мы хотим избежать, убежать от «быть плохим» «быть нелюбимым» и прийти к «быть хорошим» «быть любимым».

 

Вот и выходит:

 

Знакомиться на улице = неприятные ощущения в груди.

 

Когда-то этот человек научился так реагировать на какие-то действия мамы, демонстрирующие, что его не любят, неприятными ощущениями в груди. Поскольку люди склонны обобщать, то с большой вероятностью это срабатывает теперь не только на маму, но и на других значимых людей. С тех пор он пытается избегать этих неприятных ощущений, поэтому старается быть хорошим, чтобы его все любили.

 

Итак, чтобы человек мог знакомиться, нам нужно разорвать связь между «знакомиться на улице» и «неприятные ощущения в груди». В идеале мы стремимся помочь человеку образовать новую цепочку «знакомиться на улице» = «приятные ощущения в теле».Это является одной из задач психолога.

 

Но здесь есть еще один интересный момент. Эту цепочку можно разорвать между:

 

1)«знакомиться на улице» = «быть плохим»
2) «быть плохим» = «мама не любит»
3) «мама не любит» = «плохие ощущения в груди»

 

Если мы выберем первый вариант, то человек сможет знакомиться на улице, но все так же будет стремиться быть хорошим, что может включать в себя кучу разных убеждений, начиная от «мыть посуду» и заканчивая «зарабатывать столько-то». И каждый раз, когда он не будет выполнять одно из условий «быть хорошим», опять будет страдать.

 

К примеру, быть хорошим значит:

 

Убирать за собой
Слушаться других
Не разочаровывать других людей
Поступать правильно и т. д

 

Поэтому лучше разорвать цепочку между «быть плохим» = «мама не любит». В этом случае должно сформироваться убеждение «что бы я не делал, мама меня все равно будет любить». Тогда человек будет более свободен в своем выборе. Для некоторых людей это может изменить всю жизнь, поскольку у них пропадет стремление все время выполнять чужие условия и стараться быть хорошим. Человек получает возможность выбирать, где оправдывать чужие ожидания, а где можно и забить на них. И, как минимум, самому устанавливать для себя критерии правильности, хорошести и т.д.

 

Если же поработать с третьим вариантом и разорвать цепочку между «мама не любит» = «плохие ощущения в груди», то вообще, если тебя кто-то вдруг не любит, это не будет вызывать таких сильных эмоций и становиться концом света. Ты не будешь от этого испытывать такой же дискомфорт как в детстве, притом автоматически. Таким образом можно быть очень самодостаточным с одной стороны, но и очень равнодушным к желаниям и стремлениям других людей с другой стороны.

 

Итак, какие выводы можно сделать из этой статьи:

 

1. Человек обладает способностью формировать автоматические связки «стимул-реакция», обучаться, и делает это очень быстро. Данная способность позволяет лучше приспосабливаться. Реакции формируют отношение людей к вещам, людям, идеям, к себе, в сущности, ко всему на свете.
2. Решения, выводы, правила реагирования, отношения (одним словом, реакции), которые мы получаем из опыта, являются нашими убеждениями и регулируют нашу жизнь.
3. Убеждения (отношения, реакции) формируются в результате опыта. Они могут формироваться мгновенно, в результате сильного эмоционального опыта (импринт) или же в результате множественных повторений.
4. Реакции становятся автоматическими и могут как помогать нам, так и портить жизнь.
5. Люди умеют формировать длинные цепочки ассоциаций.
6. Люди умеют объединять убеждения, связывать их между собой и формировать системы убеждений.
7. Люди могут привязывать опыт и реакции к символам (образам, звукам, словам, надписям и т. д.)
8. Люди умеют манипулировать этими символами в голове, перестраивать их, изменять, создавать новое.
9. Позитивные и негативные реакции мотивируют человека к действию.

 

Читать продолжение в статье “Структура психики. Часть 2: Аттракторы”

Стимул в психологии

Психолог-экспериментатор должен понимать, что он не может по-настоящему управлять восприятием наблюдателя, поскольку оно не вызывается стимулами. Это только фотографическое зрение можно «включить», воздействуя кратковременным стимулом на рецептор, но даже в этом случае необходимо, чтобы испытуемый согласился посмотреть в тахистоскоп. Восприятие нельзя изучать с помощью так называемого психофизического эксперимента, который связывает физические стимулы с психическими ощущениями. Теория психофизического параллелизма, согласно которой параметры сознания и физические параметры находятся в определенном соответствии, которое можно установить, является выражением картезианского дуализма. Воспринимающие субъекты не осознают физических параметров. Они осознают параметры информации в текучем потоке стимуляции, параметры, имеющие значение для их жизнедеятельности.[ …]

Заменяя проксимальный стимул объемлющим световым строем, свет — информацией, содержащейся в объемлющем строе, пространство — компоновкой поверхностей и т. д., Гибсон не просто отказывается от одних понятий в пользу других. Здесь мы имеем дело с радикальным изменением подхода к восприятию, изменившим в свою очередь весь понятийный строй в целом. Гибсон отказывается от понятийного аппарата математики (точка, прямая, плоскость, пространство и т. п.), физики (движение, скорость и т. п.) и лингвистики (значение, смысл и т. п.), полагая, что терминологический строй этих дисциплин не позволяет адекватно описать воспринимаемую реальность. В число «запретных» терминов попадают многие, казавшиеся ему туманными, понятия созерцательно-сенсуалистической психологии (например, образ). Взамен Гибсон разрабатывает совершенно новую систему понятий — концептуальную схему экологической оптики. Мастерски пользуясь богатыми возможностями английского языка, прибегая иногда к неологизмам, Гибсон создает уникальный словарь психологических терминов, который облегчает понимание его теории, но сильно затрудняет перевод книги. Следует признать, что потери при переводе оказались, к сожалению, столь же значительными, сколь и неизбежными.[ …]

Важно отдавать себе отчет в том, что [текучая перспективная структура и скрывающаяся за ней глубинная инвариантная структура сопутствуют друг другу. Они существуют в одно и то же времяЛ Несмотря на то что они задают разные явления (в первом случае локомоцию в жестком мире, а во втором — компоновку этого жестокого мира),рзти структуры подобны двум сторожам одной монеты — каждая из них подразумевает другую- Гипотеза О том, что оптическое изменение может, по-видимому,1-задавать два явления одновременно, звучит очень странно, как если бы одна причина вызывала два результата или как если бы один стимул порождал два ощущения. Но в идее об одновременном задании двух реципрокных явлений нет ничего алогичного. Психологии очень нужна такая идея.[ …]

Бихевиоризм — направление в американской психологии XX в., отрицающее сознание как предмет научного исследования и сводящее психику к различным формам поведения, понятого как совокупность реакций организма на стимулы внешней среды.[ …]

Локомоция и манипуляция, так же как движения глаз, описанные в предыдущей главе, представляют собой различные типы поведения, которые нельзя свести к реакциям. Неоднократно предпринимавшиеся физиологами и психологами попытки осуществить такое сведение не увенчались успехом. Тем не менее все еще в силе учение Декарта о том, что животные — это рефлекторные машины, а люди отличаются от них лишь тем, что их телом управляет душа, переключающая импульсы в мозговых центрах. Это учение не выдерживает никакой критики. Локомоция и манипуляция не запускаются ни внешними стимулами, ни внутренними командами, то есть командами в мозгу. Даже деление нервных импульсов, в соответствии с которым центростремительные импульсы считаются сенсорными, а центробежные — моторными, основывается на старом учении о психических ощущениях и физических движениях. Большинство нейрофизиологов находятся под влиянием концепции дуализма, хотя многие из них не любят философствовать. Они по-прежнему считают, что мозг является вместилищем разума. Если старое учение облечь в новую форму, тогда мозг животных и человека — это компьютер с заложенной в него программой (либо унаследованной, либо приобретенной), которая планирует произвольное действие, а затем отдает команды мышцам. Но эта «теория» ничем не лучше теории Декарта, так как все ее посылки не выходят за рамки учения о реакциях.[ …]

Однако реализованная половая активность отражает только часть сексуальной потребности. В эту сферу у человека вовлечен обширный и сложный комплекс чувств, нервных и гормональных реакций, творческих импульсов, особенностей поведения. На биологическую основу сексуальности нанизаны разные этические, психологические, этнические, религиозные, социальные и прочие стимулы, традиции и регламенты, привносимые воспитанием и культурой. На сексуальность в значительной мере опирается психология гипертрофированного стремления к удовольствию и предрасположенность к наркомании.[ …]

Уже из этого краткого описания явствует, сколь многообещающим является понятие «возможность»1 в социальной психологии. Старые понятия, такие, как социальные стимулы и социальные реакции, биологические влечения и социальные инстинкты, безнадежно неадекватны. Понимание отношений между близкими людьми зависит от адекватного описания того, что люди привносят в жизнь друг друга, и того, как они сами это воспринимают.[ …]

Интерес Гибсона к психофизике объясняется тем, что с его точки зрения она была наиболее близка к эталону научной психологии, каковым в то время считался бихевиоризм с известной формулой «стимул — реакция». В отечественной психологии принято бранить эту формулу, хотя, как мне кажется, порицания заслуживает не сама формула, а тот, кто пытается применять ее там, где она неприменима. Ясно, что сама по себе эта формула не может быть ни хорошей, ни плохой. Между прочим, на ней основана вся современная математическая теория систем. В сущности, с математической точки зрения система — это и есть то, что можно описать с помощью такой формулы. Если удается четко определить, что есть стимул, а что — реакция, и если доказано существование закономерной связи между стимулами и реакциями, то применение формулы «стимул — реакция» для описания такой связи будет не только оправданным, но и необходимым.[ …]

Положение о том, что стимулируются только рецепторы наблюдателя и что его органы чувств не стимулируются, а активируются, явно противоречит тому, что большинство психологов считают само собой разумеющимся. Они беспечно используют глагол стимулировать и существительное стимул в разных, порой не согласующихся друг с другом значениях. Так поступать легко и удобно, однако, если слова плохо определены и если мы позволяем себе непреднамеренно соскальзывать с одного значения на другое, мы запутываемся, сами того не замечая. Как-то, просмотрев ряд современных работ по психологии, я обнаружил восемь различных значений термина стимул (Gibson, 1960а).[ …]

Вначале нужно описать окружающий мир на экологическом (а не на физическом) уровне, так как, если мы предварительно не уточним, что может, а что не может восприниматься, мы ничего не сумеем сказать о процессе восприятия. Далее, нужно описать информацию для восприятия, которая имеется в освещенной среде. Речь идет не просто о свете как о стимуле для рецепторов, а об информации, содержащейся в свете, которая может активизировать систему. Для этого вместо классической оптики потребуется экологическая оптика. Наконец (и лишь здесь мы подходим к тому, что относится собственно к психологии), нужно описать процесс восприятия. Он является не процессом обработки чувственных данных, а извлечением инвариантов из стимульного потока. От старой идеи о том, что деятельность сознания превращает чувственные данные в образы восприятия, пришлось отказаться. Предлагается принципиально новый способ рассмотрения восприятия.[ …]

Психологические «пинки» оказались выгодны для людей

«Сеанс гипноза», Ричард Берг, 1887

Public Domain

Американские ученые показали, что психологическое воздействие может помочь людям в принятии выгодных решений. Результаты работы будут представлены на ежегодном собрании Ассоциации психологических наук в Чикаго, также об исследовании рассказывает Science.

Психологи из правительственной организации MDRC провели 15 независимых исследований, участники которых были отобраны случайным образом. Все они нуждались в различных видах социальной помощи — это могла быть поддержка малоимущих семей или, например, налоговые вычеты.

В ходе эксперимента, который был начат 2010 году, граждане либо проходили стандартную процедуру подачи заявления, либо дополнительно получали психологический стимул — это могло быть напоминание о дедлайнах, или о возможной упущенной финансовой выгоде. 

Например, в Техасе существует программа, помогающая уменьшить финансовые последствия для родителей, которые должны выплачивать алименты и при этом находятся в тюрьме. Государство позволяет снизить выплачиваемую сумму, пока заключенный не будет выпущен на свободу, однако для этого необходимо подать соответствующее заявление. Участники эксперимента в Техасе получали карточки, где было написано следующее сообщение: «Для других родителей суд уменьшил размер алиментов на сумму от 200 до 500 долларов». Это помогло увеличить количество заявлений на 11 процентов.

В целом, в 11 из 15 исследований психологический «толчок» либо повышал количество поданных заявлений, либо влиял на участников таким образом, что они принимали более выгодные с финансовой точки зрения решения. Среднее повышение результата составило от двух до трех процентов при том, что вмешательство требовало достаточно небольших затрат со стороны правительства — в Техасе сумма составила 1,73 доллара на человека.

Исследователи отмечают, что если такие действия будут предприняты со стороны организаций, это поможет сделать механизмы оказания финансовой помощи гражданам со стороны государства более эффективными.

Кристина Уласович

Главная

В мае 2006 года в городе Тутаеве был создан Центр психолого-медико-социального сопровождения, диагностики и  консультирования детей и подростков «Стимул».

В Центре работают опытные высококвалифицированные специалисты: педагоги-психологи, учитель-дефектолог, учителя-логопеды, социальные педагоги.

Органами управления Учреждением являются директор МУ Центр «Стимул», общее собрание работников МУ Центр «Стимул», педагогический совет МУ Центр «Стимул».

Учредителем МУ Центр «Стимул» является Департамент образования Администрации ТМР.

В декабре 2015 года Центр психолого-медико-социального сопровождения, диагностики и консультирования детей и подростков «Стимул» переименован в Муниципальное учреждение Центр психолого-педагогической, медико-социальной помощи «Стимул» Тутаевского муниципального района.Обучение проводится на русском языке.

 

С 14 сентября 2020 года  начинаются очные занятия в малых группах в МУ Центр «Стимул»  с соблюдением мер предосторожности согласно СанПин 3.1/2.4.3598-20. В связи с этим доступ в учреждение ограничен.

Родителям детей при необходимости разрешается раздеть и одеть своего ребенка, а ожидание окончания занятий планировать за пределами учреждения.

Просьба к родителям, если ваш ребенок имеет любые признаки заболевания, на занятия его не приводить и не направлять, так как он все равно не будет допущен.

Приказ о режиме работы МУ Центр «Стимул» 2020-2021год

 

Уважаемые родители и дети!

С 6 по 30 апреля 2020 года – все организации дополнительного образования вне зависимости от формы собственности (государственные, муниципальные, частные) переходят на дистанционный режим обучения.

Информация об изменении или отмене указанного режима будет доведена до родителей (законных представителей) дополнительно.

В целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории РФ (Указ Губернатора Ярославской области от 03.04.2020 № 80 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения и внесении изменений в указ Губернатора области от 18.03.2020 № 47» )

В целях реализации дополнительных общеобразовательных программ в полном объеме на электронных ресурсах Центра (сайт раздел «Дистанционное обучение», группа вКонтакте Центр «Стимул» , электронная почта [email protected], мессенждеры) подготовлены и размещены интерактивные материалы по направлениям деятельности. Дополнительную информацию Вы можете получить у педагогов.

 

Рекомендации родителям детей на дистанционном обучении от специалистов МГППУ:

Эксперты факультетов юридической психологии и психологии образования Московского государственного психолого-педагогического университета также подготовили памятку для родителей, чьи дети переходят на дистанционное обучение. Представляем ее вашему вниманию.

 

В первую очередь следует сохранить и поддерживать для себя и ребенка привычный распорядок и ритм дня (время сна и бодрствования, время начала уроков, их продолжительность, «переменки» и пр.). Резкие изменения режима дня могут вызвать существенные перестройки адаптивных возможностей ребенка и привести к излишнему напряжению и стрессу.

 

Родителям и близким ребенка важно самим постараться сохранить спокойное, адекватное и критичное отношение к происходящему. Эмоциональное состояние ребенка напрямую зависит от состояния взрослых. Опыт родителей из других стран показывает, что потребуется некоторое время на адаптацию к режиму самоизоляции, и это нормальный процесс.

 

Ведите себя спокойно, сдержанно, не избегайте отвечать на вопросы детей о вирусе и т.д., но и не погружайтесь в длительные обсуждения ситуации пандемии и ее рисков. Не смакуйте подробности «ужасов» из интернет-сетей!

 

Постарайтесь разобраться в рекомендациях, которые вы получаете от школы по организации дистанционного обучения детей. Ориентируйтесь только на официальную информацию, которую вы получаете от классного руководителя и администрации школы. Школе также нужно время на то, чтобы организовать этот процесс. В настоящее время существует целый ряд ресурсов, помогающих и родителям, и педагогам в дистанционном обучении. Многие родители уже используют эти платформы, поскольку они содержательно связаны с образовательными программами.

 

Родители и близкие школьников могут повысить привлекательность дистанционных уроков, если попробуют «освоить» некоторые из них вместе с ребенком. Например, можно задать ребенку вопросы, поучаствовать в дискуссии и тогда урок превратится в увлекательную, познавательную игру-занятие. Для ребенка — это возможность повысить мотивацию, а для родителей — лучше узнать и понять своих детей.

 

Во время вынужденного нахождения дома Вам и ребенку важно оставаться в контакте с близким социальным окружением (посредством телефона, мессенджера), однако необходимо снизить общий получаемый информационный поток (новости, ленты в социальных сетях). Для того чтобы быть в курсе актуальных новостей, достаточно выбрать один новостной источник и посещать его не чаще 1—2 раз в день (например, утром — после утренних дел, ритуалов, важно какое-то время побыть в покое — и вечером, но не позже чем за 2 часа до сна), это поможет снизить уровень тревоги. При общении с близкими старайтесь не центрироваться на темах, посвященных коронавирусу, и других темах, вызывающих тревогу.

 

Для общения с близкими посоветуйте ребенку избегать социальных сетей переполненных «информационным шумом», а иногда и дезинформацией. Выберите сами один мессенджер и попробуйте перенести важное общение туда. Лучше избегать частого посещения чатов с обсуждением актуальной ситуации в мире. Достаточно заходить туда 1—2 раза в день. Любой чат в мессенджерах можно поставить на бесшумный режим и лишь при необходимости заходить в него.

 

Надо предусмотреть периоды самостоятельной активности ребенка (не надо его все время развлекать и занимать) и совместные со взрослым дела, которые давно откладывались. Главная идея состоит в том, что пребывание дома — не «наказание», а ресурс для освоения новых навыков, получения знаний, для новых интересных дел.

 

Находясь дома, ребенок может продолжать общаться с классом, друзьями (звонки, ВК, групповые чаты). Родители могут подсказать идеи проведения виртуальных конкурсов (например, позитивных мемов и пр.) и иных позитивных активностей. Можно предложить подросткам начать вести собственные видеоблоги на интересующую тему.

А что помогает вам справиться с непростой ситуацией? Делитесь в своими способами организовать комфортное обучение и отдых ребенка дома и не поддаться панике!

 

ИЗМЕНЕНИЕ РЕЖИМА РАБОТЫ Приказ Центра «Стимул»

ИЗМЕНЕНИЕ РЕЖИМА РАБОТЫ Приказ Центра «Стимул»

ИЗМЕНЕНИЕ РЕЖИМА РАБОТЫ Приказ Центра «Стимул»

ИЗМЕНЕНИЕ РЕЖИМА РАБОТЫ Приказ Центра «Стимул» до 30 апреля

 

 

Уважаемые родители!

В апреле месяце 7, 14, 21, 28 числа  2020 года  заседаний  психолого-медико-педагогической комиссии  не будет в  целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории РФ.

В дальнейшем председатель комиссии с вами свяжется.

Будьте здоровы!

Основные направления работы Центра:

1. Диагностическое сопровождение

В качестве организационной основы выступает социальный заказ (запрос) на услуги по сопровождению ребенка от родителей, педагогов, либо иных заинтересованных лиц. Школьники старших классов могут обращаться в Центр самостоятельно.

Первым этапом помощи ребенку является диагностическое обследование, после которого принимается решение о рекомендуемой программе занятий в Центре. Диагностическое обследование ребенка проводится комплексно и включает в себя не менее двух диагностических занятий, по результатам которых специалист может составить психолого-педагогическое заключение об уровне развития ребенка и определить дальнейший маршрут.Педагоги-психологи широко применят опыт отечественных и зарубежных авторов, в том числе нейропсихологические и психотерапевтические методики диагностики.

Если запрос касается группы детей, например, учащихся одного класса, то юридической основой для диагностического сопровождения является договор со школой и родителями.

      

2. Организация групповых и индивидуальных занятий

Специалисты Центра проводят занятия с детьми:

-имеющими заключение и рекомендации психолого-медико-педагогической комиссии;

-по запросу образовательного учреждения;

-по запросу родителей.

Специалисты Центра получают много отзывов родителей с благодарностью за помощь их детям.

В последнее время значительно увеличилось количество детей, посещающих занятия в Центре.

Информация о содержании программы занятий и ожидаемых результатах сообщается родителям. С информацией можно познакомиться также в приемной Центра, где собраны «визитные карточки» специалистов в виде стендов, отображающих фрагменты отдельных занятий и пояснения к ним.

       

 

3. Консультативное сопровождение родителей

Консультирование в Центре осуществляется квалифицированными специалистами: педагогом-психологом, учителем-дефектологом и учителем-логопедом.Анализ родительских запросов показал, что 36% родителей дошкольников и младших школьников интересует уровень психического развития ребенка и его соответствие возрастной норме. Около 40% родительских запросов касается поведения детей. Более 70% обращений родителей касается школьных трудностей.Консультирование родителей осуществляется также в целях коррекции детско-родительских и семейных отношений. Существующий банк методических средств, используемых психологами, содержит большое количество диагностических методик для работы со взрослыми.

В Центре работает Школа приемных родителей «Родительские университеты».

Вы можете найти нас по адресу:

Ярославская обл., г. Тутаев, пр-т 50-летия Победы, дом 23 (здание Лицея №1, вход со двора).

Или же связаться с нами любым удобным способом: 

— по телефону/факсу 8 (48533) 2-15-60

— по электронной почте [email protected]

— оставив отзыв, предложение или вопрос на нашем сайте с помощью обратной связи

Режим работы:пятидневная рабочая неделя

График работы: понедельник-пятница с 8.00 до 17.00. Выходные : суббота,воскресенье.

Мы всегда рады сотрудничеству!

Восприятие – HiSoUR История культуры

Восприятие – это организация, идентификация и интерпретация сенсорной информации для представления и понимания представленной информации или окружающей среды.

Все восприятие включает сигналы, которые проходят через нервную систему, что, в свою очередь, является результатом физической или химической стимуляции сенсорной системы. Например, зрение включает в себя свет, поражающий сетчатку глаза, запах опосредуется молекулами запаха, а слух включает волны давления.

Восприятие – это не только пассивное получение этих сигналов, но и формирование обучения, памяти, ожидания и внимания получателя.

Восприятие можно разделить на два процесса: (1) обработку сенсорного ввода, который преобразует эту информацию низкого уровня в информацию более высокого уровня (например, извлекает фигуры для распознавания объектов), (2) обработку, связанную с концепциями человека и ожидания (или знания), реституционные и избирательные механизмы (такие как внимание), которые влияют на восприятие.

Восприятие зависит от сложных функций нервной системы, но субъективно кажется в основном легким, потому что эта обработка происходит вне сознательного осознания.

С момента возникновения экспериментальной психологии в XIX веке понимание психологии восприятия развивалось благодаря сочетанию различных методов. Психофизика количественно описывает отношения между физическими качествами сенсорного ввода и восприятия. Сенсорная нейронаука изучает нейронные механизмы, лежащие в основе восприятия. Перцептивные системы также могут быть изучены в вычислительной области с точки зрения информации, которую они обрабатывают. Перцептивные проблемы в философии включают в себя то, в какой степени сенсорные качества, такие как звук, запах или цвет, существуют в объективной реальности, а не в сознании воспринимающего.

Хотя чувства традиционно считались пассивными рецепторами, исследование иллюзий и неоднозначных образов продемонстрировало, что системы восприятия мозга активно и сознательно пытаются осознать их вклад. До сих пор продолжаются активные споры о том, насколько восприятие является активным процессом тестирования гипотез, аналогичным науке, или реалистичная сенсорная информация достаточно богата, чтобы сделать этот процесс ненужным.

Перцепционные системы мозга позволяют людям видеть окружающий их мир стабильным, хотя сенсорная информация обычно неполна и быстро меняется. Человеческий и животный мозг структурированы модульным образом, с различными областями, обрабатывающими различные виды сенсорной информации. Некоторые из этих модулей принимают форму сенсорных карт, отображающих некоторые аспекты мира на части поверхности мозга. Эти разные модули взаимосвязаны и влияют друг на друга. Например, на вкус сильно влияет запах.

Процесс и терминология
Процесс восприятия начинается с объекта в реальном мире, называемого дистальным раздражителем или дистальным объектом. С помощью света, звука или другого физического процесса объект стимулирует органы чувств тела. Эти сенсорные органы трансформируют входную энергию в нервную активность – процесс, называемый трансдукцией. Этот сырой образец нейронной активности называется проксимальным стимулом. Эти нейронные сигналы передаются в мозг и обрабатываются. Результатом умственного воссоздания дистального раздражителя является восприятие.

Примером может служить обувь. Сама обувь – это дистальный стимул. Когда свет от обуви входит в глаз человека и стимулирует сетчатку, эта стимуляция является проксимальным стимулом. Образ обуви, реконструированной мозгом человека, является перцепцией. Другим примером может служить телефонный звонок. Звон телефон – это дистальный стимул. Звук, стимулирующий слуховые рецепторы человека, является проксимальным стимулом, и интерпретация этого мозга как звонка телефона – это восприятие. Различные виды ощущений, такие как тепло, звук и вкус, называются сенсорными модальностями.

Психолог Джером Брунер разработал модель восприятия. По его словам, люди проходят следующий процесс для формирования мнений:

Когда мы сталкиваемся с незнакомой мишенью, мы открыты к различным информационным сигналам и хотим узнать больше о цели.
На втором этапе мы пытаемся собрать дополнительную информацию о цели. Постепенно мы сталкиваемся с некоторыми знакомыми подсказками, которые помогают нам классифицировать цель.
На этом этапе реплики становятся менее открытыми и избирательными. Мы пытаемся найти больше сигналов, которые подтверждают категоризацию цели. Мы также активно игнорируем и даже искажаем сигналы, которые нарушают наши первоначальные восприятия. Наше восприятие становится более избирательным, и мы, наконец, рисуем последовательную картину цели.
По словам Алана Сакса и Гэри Джонса, есть три компонента восприятия.

Восприниматель, человек, который осознает что-то и приходит к окончательному пониманию. Есть три фактора, которые могут влиять на его восприятие: опыт, мотивационное состояние и, наконец, эмоциональное состояние. В разных мотивационных или эмоциональных состояниях воспринимающий будет реагировать или воспринимать что-то по-разному. Также в разных ситуациях он или она может использовать «перцептивную защиту», где они склонны «видеть то, что они хотят видеть».
Цель. Это человек, который воспринимается или судится. «Неоднозначность или недостаток информации о цели приводит к большей потребности в интерпретации и добавлении».
Ситуация также сильно влияет на восприятие, потому что в разных ситуациях может потребоваться дополнительная информация о цели.
Стимулы не обязательно переводятся в восприятие, и редко один стимул переводится в восприятие. Неоднозначный стимул может быть переведен в несколько перцепций, случайный случайный, по одному, в так называемом мультистабильном восприятии. И те же стимулы или их отсутствие могут приводить к различным восприятиям в зависимости от культуры субъекта и предыдущего опыта. Неоднозначные цифры показывают, что один стимул может привести к более чем одному восприятию; например, вазу Рубина, которую можно интерпретировать либо как вазу, либо как две грани. Перцепция может связывать ощущения от множества чувств в целом. Например, изображение говорящего на экране телевизора связано с звуком речи от ораторов, чтобы сформировать восприятие говорящего человека. «Перцепт» также является термином, используемым Лейбницем, Бергсоном, Делезом и Гваттари для определения восприятия, независимого от воспринимающих.

реальность
В случае визуального восприятия некоторые люди могут действительно увидеть сдвиг восприятия в своем воображении. Другие, которые не являются мыслящими мыслителями, могут не обязательно воспринимать «изменение формы» как свои мировые изменения. Экспериментальный эксперимент продемонстрировал «эсмпластический» характер: неоднозначное изображение имеет множественные интерпретации на уровне восприятия.

Эта запутанная двусмысленность восприятия используется в таких человеческих технологиях, как камуфляж, а также в биологической мимикрии, например, европейскими бабочками-павлинами, крылья которых имеют глаза, которые птицы реагируют так, как будто они были глазами опасного хищника.

Имеются также свидетельства того, что мозг в некотором роде действует на небольшую «задержку», чтобы позволить нервным импульсам из отдаленных частей тела интегрироваться в одновременные сигналы.

Восприятие – одно из старейших полей в психологии. Самые старые количественные законы в психологии – это закон Вебера, который утверждает, что наименьшее заметное различие в интенсивности стимула пропорционально интенсивности ссылки – и закон Фехнера, который количественно определяет взаимосвязь между интенсивностью физического раздражителя и его перцептивной аналога (например , проверяя, насколько темнее экран компьютера может появиться до того, как зритель действительно заметит). Изучение восприятия породило школу гештальт-психологии с акцентом на целостный подход.

Особенности

константность
Перцептивное постоянство – это способность воспринимающих систем распознавать один и тот же объект из самых разных сенсорных входов. Например, отдельные люди могут быть распознаны из представлений, таких как лобные и профильные, которые формируют очень разные формы на сетчатке. Монета, смотрящая на лицо, делает круговое изображение на сетчатке, но при удерживании под углом оно создает эллиптическое изображение. При нормальном восприятии они распознаются как один трехмерный объект. Без этого процесса коррекции животное, приближающееся с расстояния, похоже, будет иметь размер. Одним из видов перцептивной постоянства является постоянство цвета: например, белый кусок бумаги можно распознать как таковой под разными цветами и интенсивностью света. Другим примером является постоянство шероховатости: когда рука нарисована быстро по поверхности, сенсорные нервы стимулируются более интенсивно. Мозг компенсирует это, поэтому скорость контакта не влияет на воспринимаемую шероховатость. Другие константы включают мелодию, запах, яркость и слова. Эти константы не всегда полны, но изменение восприятия намного меньше, чем изменение физического стимула. Перцепционные системы мозга достигают перцептивной постоянства различными способами, каждая из которых специализируется на обрабатываемой информации, с фонематическим восстановлением в качестве заметного примера слуха.

группирование
Принципы группировки (или гештальт-законы группировки) – это набор принципов в психологии, впервые предложенный гештальт-психологими, чтобы объяснить, как люди естественным образом воспринимают объекты как организованные узоры и объекты. Гештальт-психологи утверждали, что эти принципы существуют, потому что ум имеет врожденную склонность воспринимать закономерности в стимуле, основанном на определенных правилах. Эти принципы организованы в шесть категорий: близость, сходство, закрытие, хорошее продолжение, общая судьба и хорошая форма.

Принцип близости указывает, что, при прочих равных условиях, восприятие имеет тенденцию группировать стимулы, близкие друг к другу, как часть одного и того же объекта, и стимулы, которые находятся далеко друг от друга как два отдельных объекта. Принцип сходства гласит, что при прочих равных условиях восприятие поддается восприятию стимулов, которые физически напоминают друг друга как часть одного и того же объекта, и стимулы, которые являются разными в качестве части другого объекта. Это позволяет людям различать смежные и перекрывающиеся объекты на основе их визуальной текстуры и сходства. Принцип закрытия относится к тенденции ума видеть полные фигуры или формы, даже если картина неполна, частично скрыта другими объектами или если часть информации, необходимой для создания полной картины в нашем сознании, отсутствует. Например, если часть границы формы отсутствует, люди все еще склонны видеть, что форма полностью закрыта границей и игнорирует пробелы. Принцип хорошего продолжения имеет смысл стимулов, которые перекрываются: когда есть пересечение между двумя или более объектами, люди склонны воспринимать каждого как единый непрерывный объект. Принцип общих групп судьбы стимулирует вместе на основе их движения. Когда визуальные элементы видят движение в одном направлении с той же скоростью, восприятие ассоциирует движение как часть одного и того же стимула. Это позволяет людям отображать движущиеся объекты, даже если другие детали, такие как цвет или контур, затенены. Принцип хорошей формы относится к тенденции группировать формы одинаковой формы, рисунка, цвета и т. Д. Позднее исследование выявило дополнительные принципы группировки.

Контрастные эффекты
Общим для многих разных видов восприятия является то, что воспринимаемые качества объекта могут быть затронуты качествами контекста. Если один объект является экстремальным в некоторой размерности, то соседние объекты воспринимаются как далеко от этой крайности. «Одновременный контрастный эффект» – это термин, используемый при одновременном представлении стимулов, тогда как «последовательный контраст» применяется, когда стимулы представлены один за другим.

Эффект контраста был отмечен философом 17-го века Джоном Локком, который заметил, что теплой воде может быть жарко или холодно, в зависимости от того, касалась ли ее руки ранее в горячей или холодной воде. В начале 20-го века Вильгельм Вундт обозначил контрастность как фундаментальный принцип восприятия, и с тех пор эффект был подтвержден во многих разных областях. Эти эффекты формируют не только визуальные качества, такие как цвет и яркость, но и другие виды восприятия, в том числе и то, как тяжело воспринимается объект. Один из экспериментов показал, что мышление под названием «Гитлер» привело к тому, что субъекты оценивали человека как более враждебного. Будет ли музыка восприниматься как хорошее или плохое, может зависеть от того, слышала ли музыка до того, как она была приятной или неприятной. Для того, чтобы эффект работал, сравниваемые объекты должны быть похожи друг на друга: телевизионный репортер может казаться меньшим при опросе высокого баскетболиста, но не при стоянии рядом с высоким зданием. В мозге яркостная контрастность оказывает влияние как на скорость нейрональной стрельбы, так и на синхронность нейронов.

Влияние опыта
Имея опыт, организмы могут научиться делать более тонкие перцептивные различия и изучать новые виды категоризации. Дегустация вин, чтение рентгеновских изображений и оценка музыки – это применение этого процесса в человеческой сфере. Исследования были сосредоточены на отношении этого к другим видам обучения, а также о том, происходит ли это в периферических сенсорных системах или в обработке мозговой информации смысла. Эмпирические исследования показывают, что специфические практики (такие как йога, осознанность, тай-чи, медитация, Daoshi и другие дисциплины умственного тела) могут модифицировать человеческую перцептивную модальность. В частности, эти методы позволяют навыкам восприятия переключаться с внешнего (экстероцептивного поля) на более высокую способность фокусироваться на внутренних сигналах (проприоцепция). Кроме того, когда его попросили предоставить решения о вертикальности, у очень практично-трансцендентных практиков йоги значительно меньше повлиял вводящий в заблуждение визуальный контекст. Повышение самопревосхождения может помочь практикам йоги оптимизировать задачи определения вертикальности, опираясь больше на внутренние (вестибулярные и проприоцептивные) сигналы, исходящие из собственного тела, а не на экстероцептивные визуальные сигналы.

Влияние мотивации и ожидания
Перцептивный набор, также называемый перцептивным ожиданием или просто установленным, является предрасположенностью к восприятию вещей определенным образом. Это пример того, как восприятие может формироваться с помощью «сверху вниз» процессов, таких как диски и ожидания. Наборы восприятия встречаются во всех разных смыслах. Они могут быть долгосрочными, например, особой чувствительностью к тому, чтобы слышать собственное имя в переполненном помещении или на короткий срок, так как легкость, с которой голодные люди замечают запах пищи. Простая демонстрация эффекта включала очень короткие презентации не-слов, таких как «sael». Субъектам, которым было сказано ожидать слов о животных, читают его как «печать», а другие, которые ожидали слов, связанных с лодкой, считали его «парусом».

Наборы могут быть созданы по мотивации, и это может привести к тому, что люди будут интерпретировать двусмысленные цифры, чтобы они увидели, что они хотят видеть. Например, как кто-то воспринимает то, что разворачивается во время спортивной игры, может быть предвзятым, если они сильно поддерживают одну из команд. В одном эксперименте ученики были отнесены к приятным или неприятным задачам с помощью компьютера. Им сказали, что на экране начнет мигать число или письмо, чтобы сказать, будут ли они попробовать напиток из апельсинового сока или напиток с неприятным вкусом. Фактически на экране мелькнула двусмысленная фигура, которую можно было прочитать как букву В или номер 13. Когда письма были связаны с приятной задачей, субъекты с большей вероятностью воспринимали букву В и когда буквы были связаны с неприятной задачей они склонны воспринимать число 13.

Перцептивный набор был продемонстрирован во многих социальных контекстах. Люди, которым приковано к мысли, что кто-то как «теплый», с большей вероятностью воспринимают в них множество положительных качеств, чем если слово «теплый» заменяется «холодным». Когда у кого-то есть репутация смешного, аудитория с большей вероятностью найдет их забавными. Индивидуальные наборы восприятия отражают их собственные черты индивидуальности. Например, люди с агрессивной личностью быстрее правильно распознают агрессивные слова или ситуации.

Один классический психологический эксперимент показал более медленное время реакции и менее точные ответы, когда колода игральных карт изменила цвет символа костюма для некоторых карт (например, красные лопаты и черные сердца).

Философ Энди Кларк объясняет, что восприятие, хотя оно происходит быстро, – это не просто восходящий процесс (где мельчайшие детали объединяются, чтобы сформировать более крупные цели). Вместо этого наш мозг использует то, что он называет «интеллектуальным кодированием». Он начинается с очень широких ограничений и ожиданий для состояния мира, и, поскольку ожидания оправдываются, он делает более подробные прогнозы (ошибки приводят к новым прогнозам или процессам обучения). Кларк говорит, что это исследование имеет различные последствия; не только не может быть полностью «непредвзятого, нефильтрованного» восприятия, но это означает, что существует большая обратная связь между восприятием и ожиданием (восприятие опыта часто формирует наши убеждения, но эти восприятия основаны на существующих убеждениях). Действительно, предсказательное кодирование дает учетную запись, в которой этот тип обратной связи помогает стабилизировать наш процесс вывода в отношении физического мира, например, с примерами постоянства восприятия.

Теории

Восприятие как прямое восприятие
Когнитивные теории восприятия предполагают наличие бедности стимула. Это (со ссылкой на восприятие) является утверждением, что ощущения сами по себе не могут обеспечить уникальное описание мира. Ощущения требуют «обогащения», что является роль ментальной модели. Другой тип теории – это подход перцептивной экологии Джеймса Дж. Гибсона. Гибсон отверг предположение о нищете стимула, отвергнув представление о том, что восприятие основано на ощущениях – вместо этого он исследовал, какая информация фактически представлена ​​системам восприятия. Его теория «предполагает существование стабильной, неограниченной и постоянной информации-стимула в окружающем оптическом массиве, и предполагает, что визуальная система может исследовать и обнаруживать эту информацию. Теория основана на информации, а не на ощущениях». Он и психологи, работающие в рамках этой парадигмы, подробно рассказывали, как мир может быть указан мобильным путем, исследуя организм посредством законной проекции информации о мире в энергетические массивы. «Спецификация» будет отображением 1: 1 какого-либо аспекта мира в массив восприятия; учитывая такое отображение, обогащение не требуется, а восприятие – прямое восприятие.

Восприятие в действии
Экологическое понимание восприятия, полученное из ранней работы Гибсона, – это «восприятие в действии», представление о том, что восприятие является необходимым свойством оживляющего действия; что без восприятия действие было бы неуправляемым, и без действий восприятие не имело бы никакой цели. Анимационные действия требуют как восприятия, так и движения, а восприятие и движение можно охарактеризовать как «две стороны одной и той же монеты, монета – это действие». Гибсон работает из предположения, что сингулярные сущности, которые он называет «инвариантами», уже существуют в реальном мире и что все, что делает процесс восприятия, заключается в том, чтобы жить на них. Взгляд, известный как конструктивизм (проведенный такими философами, как Эрнст фон Глазерсфельд), рассматривает постоянную корректировку восприятия и действия на внешний вход как то, что составляет «сущность», что поэтому далека от инвариантности.

Глазерсфельд считает «инвариантом» в качестве цели, на которую следует руководствоваться, и прагматическая необходимость допустить первоначальную меру понимания до обновления, которую цель стремится достичь. Инвариант не должен и не должен представлять реальность, и Глазерсфельд описывает его как крайне маловероятное, что то, что желательно или боится организм, никогда не будет страдать от изменения с течением времени. Таким образом, эта теория социального конструктивиста допускает необходимую эволюционную корректировку.

Математическая теория восприятия в действии была разработана и исследована во многих формах контролируемого движения и описана во многих различных видах организма с использованием Теории общего Тау. Согласно этой теории, тау-информация или информация о времени-цели являются фундаментальным «восприятием» в восприятии.

Эволюционная психология (ЭП) и восприятие
Многие философы, такие как Джерри Фодор, пишут, что целью восприятия является знание, но эволюционные психологи считают, что его основная цель – направлять действие. Например, говорят, что восприятие глубины, по-видимому, эволюционировало не для того, чтобы помочь нам узнать расстояния до других объектов, а скорее, чтобы помочь нам двигаться в пространстве. Эволюционные психологи говорят, что животные из крабов-скрипачей для людей используют зрение для предотвращения столкновений, предполагая, что видение в основном направлено на действия, а не на знание.

Создание и поддержание органов чувств метаболически дорого, поэтому эти органы развиваются только тогда, когда они улучшают физическую форму организма. Более половины мозга посвящено обработке сенсорной информации, а сам мозг потребляет примерно одну четверть своих метаболических ресурсов, поэтому чувства должны обеспечивать исключительные преимущества для фитнеса. Восприятие точно отражает мир; животные получают полезную, точную информацию через свои чувства.

Ученые, изучающие восприятие и ощущение, уже давно понимают человеческие чувства как приспособления. Восприятие глубины состоит из обработки более полудюжины визуальных сигналов, каждая из которых основана на регулярности физического мира. Видение развивалось, чтобы реагировать на узкий диапазон электромагнитной энергии, которая многочисленна и не проходит через объекты. Звуковые волны предоставляют полезную информацию об источниках и расстояниях к объектам, при этом большие животные производят и слушают низкочастотные звуки, а мелкие животные производят и слышат высокочастотные звуки. Вкус и запах реагируют на химические вещества в окружающей среде, которые были значимы для пригодности в условиях эволюционной адаптации. Ощущение осязания – это на самом деле много чувств, включая давление, жар, холод, щекотание и боль. Боль, в то время как неприятная, адаптивна. Важной адаптацией к чувствам является смещение диапазона, посредством которого организм становится временно более или менее чувствительным к ощущению. Например, глаза автоматически регулируют яркость или яркость окружающего света. Сенсорные способности различных организмов часто коэволюционируют, как в случае с слухом эхолоцирующих летучих мышей и с молью, которая эволюционировала, чтобы реагировать на звуки, которые делают летучие мыши.

Эволюционные психологи утверждают, что восприятие демонстрирует принцип модульности, со специализированными механизмами, обрабатывающими конкретные задачи восприятия. Например, люди с повреждением определенной части мозга страдают от конкретного дефекта неспособности распознать лица (проспагнозия). EP предполагает, что это указывает на так называемый модуль считывания лица.

Теории восприятия
Эмпирические теории восприятия
Enactivism
Теория интеграции функций Энн Трейсман
Интерактивная активация и конкуренция
Признание Ирвингом Бидерманом по теории компонентов

физиология
Сенсорная система является частью нервной системы, ответственной за обработку сенсорной информации. Сенсорная система состоит из сенсорных рецепторов, нейронных путей и частей мозга, вовлеченных в сенсорное восприятие. Общепризнанные сенсорные системы – это для зрения, слуха, соматического ощущения (прикосновения), вкуса и обоняния (запах). Было высказано предположение о том, что иммунная система является упущенной сенсорной модальности. Короче говоря, чувства – это преобразователи из физического мира в царство разума.

Приемное поле является специфической частью мира, к которому реагируют рецепторный орган и рецепторные клетки. Например, часть мира, которую видит глаз, является ее восприимчивым полем; свет, который может видеть каждый стержень или конус, является его восприимчивым полем. На данный момент для зрительной системы, слуховой системы и соматосенсорной системы были идентифицированы восприимчивые поля. В настоящее время внимание исследователей сосредоточено не только на процессах внешнего восприятия, но и на «Interoception», рассматриваемом как процесс получения, доступа и оценки внутренних телесных сигналов. Поддержание желаемых физиологических состояний имеет решающее значение для благополучия и выживания организма. Interoception – это итеративный процесс, требующий взаимодействия между восприятием состояний тела и осознанием этих состояний для создания правильной саморегуляции. Афферентные сенсорные сигналы непрерывно взаимодействуют с когнитивными представлениями целей, истории и окружающей среды более высокого порядка, формируя эмоциональный опыт и мотивируя регуляторное поведение.

Типы

видение
Во многих отношениях видение является основным человеческим чувством. Свет проникает через каждый глаз и фокусируется таким образом, который сортирует его по сетчатке в соответствии с направлением происхождения. Плотная поверхность фоточувствительных клеток, в том числе стержней, конусов и внутренне фоточувствительных ганглиозных клеток сетчатки, фиксирует информацию об интенсивности, цвете и положении входящего света. Некоторая обработка текстуры и движения происходит внутри нейронов сетчатки до того, как информация отправляется в мозг. В общей сложности около 15 различных типов информации затем направляются в мозг через зрительный нерв.

звук
Слушание (или прослушивание) – это способность воспринимать звук, обнаруживая вибрации. Частоты, которые могут слышать люди, называются звуковыми или звуковыми. Обычно диапазон составляет от 20 Гц до 20 000 Гц. Частоты, превышающие звук, называются ультразвуковыми, тогда как частоты ниже аудио называются инфразвуковыми. Слуховая система включает в себя внешние уши, которые собирают и фильтруют звуковые волны, среднее ухо для преобразования звукового давления (согласование импеданса) и внутреннее ухо, которое генерирует нейронные сигналы в ответ на звук. По восходящему слуховому пути они приводятся к первичной слуховой коре в пределах височной доли человеческого мозга, где слуховая информация поступает в кору головного мозга и далее обрабатывается там.

Звук обычно не исходит из одного источника: в реальных ситуациях звуки из нескольких источников и направлений накладываются на их уши. Слушание включает в себя вычислительно сложную задачу разделения интересующих источников, часто оценивая их расстояние и направление, а также их идентификацию.

потрогать
Хаттическое восприятие – это процесс распознавания объектов посредством прикосновения. Он включает комбинацию соматосенсорного восприятия узоров на поверхности кожи (например, края, кривизну и текстуру) и проприоцепцию положения и конформации руки. Люди могут быстро и точно идентифицировать трехмерные объекты прикосновением. Это включает в себя поисковые процедуры, такие как перемещение пальцев по внешней поверхности объекта или удерживание всего объекта в руке. Хаттическое восприятие опирается на силы, переживаемые во время прикосновения.

Гибсон определил тактильную систему как «Чувство индивида в мире, прилегающем к его телу, используя его тело». Гибсон и другие подчеркнули тесную связь между тактильным восприятием и движением тела: тактильное восприятие – активное исследование. Понятие о тактильном восприятии связано с понятием расширенного физиологического проприоцепции, согласно которому при использовании инструмента, такого как палка, перцептуальный опыт прозрачно переносится в конец инструмента.

Вкус
Вкус (или, более формальный термин, порыв) – это способность воспринимать вкус веществ, включая, помимо прочего, пищу. Люди получают вкусы через сенсорные органы, называемые вкусовые рецепторы, или вкусовые чаши, сконцентрированные на верхней поверхности языка. Человеческий язык имеет от 100 до 150 рецепторных клеток вкуса на каждой из его примерно десяти тысяч вкусовых рецепторов. Есть пять основных вкусов: сладость, горечь, кислотность, соленость и умами. Другие вкусы можно передразнить, объединив эти основные вкусы. Признание и понимание умами – относительно недавнее развитие в западной кухне. Основные вкусы лишь частично отражают ощущение и вкус пищи во рту – другие факторы включают запах, обнаруженный обонятельным эпителием носа; текстуры, обнаруженные с помощью различных механорецепторов, мышечных нервов и т. д .; и температуры, обнаруженной терморецепторами. Все основные вкусы классифицируются как аппетитные или отвратительные, в зависимости от того, являются ли вещи, которые они считают вредными или полезными.

Запах

Социальное
Социальное восприятие является частью восприятия, которое позволяет людям понять людей и группы их социального мира и, таким образом, элемент социального познания.

речь
Восприятие речи – это процесс, посредством которого разговорные языки слышат, интерпретируются и понимаются. Исследования в восприятии речи направлены на то, чтобы понять, как человеческие слушатели распознают звуки речи и используют эту информацию для понимания разговорной речи. Звук слова может широко варьироваться в зависимости от слов вокруг него и темпа речи, а также от физических характеристик, акцента и настроения говорящего. Слушателям удается воспринимать слова в этом широком диапазоне различных условий. Другой вариант заключается в том, что реверберация может существенно повлиять на звук между словом, произнесенным с другой стороны комнаты, и тем же самым словом, произнесенным близко. Эксперименты показали, что люди автоматически компенсируют этот эффект при прослушивании речи.

Процесс восприятия речи начинается с уровня звука в слуховом сигнале и процесса прослушивания. Первоначальный слуховой сигнал сравнивается с визуальной информацией – главным образом, движением губ – для извлечения акустических сигналов и фонетической информации. На этом этапе возможны и другие сенсорные модальности. Эта речевая информация может затем использоваться для языковых процессов более высокого уровня, таких как распознавание слов.

Восприятие речи не обязательно однонаправлено. То есть языковые процессы более высокого уровня, связанные с морфологией, синтаксисом или семантикой, могут взаимодействовать с основными процессами восприятия речи, чтобы способствовать распознаванию звуков речи. Возможно, нет необходимости и, возможно, даже невозможно прослушивать распознанные фонемы, прежде чем распознавать более высокие единицы, например слова. В одном из экспериментов Ричард М. Уоррен заменил одну фонему слова кашляющим звуком. Его испытуемые без проблем воспринимали отсутствующий звук речи, а более того, они не могли точно определить, какая фонема была нарушена.

Faces
Лицевое восприятие относится к когнитивным процессам, предназначенным для обработки человеческих лиц, в том числе к восприятию личности человека и выражениям лица, таким как эмоциональные сигналы.

Социальный контакт
Соматосенсорная кора кодирует входящую сенсорную информацию от рецепторов по всему телу.Аффективное прикосновение – это тип сенсорной информации, которая вызывает эмоциональную реакцию и обычно носит социальный характер, такой как физическое человеческое прикосновение. Этот тип информации фактически кодируется иначе, чем другая сенсорная информация. Интенсивность аффективного прикосновения по-прежнему кодируется в первичной соматосенсорной коре, но чувство приятности, связанное с аффективным прикосновением, активирует переднюю конусообразную кору головного мозга больше, чем первичная соматосенсорная кора. Данные функциональной магнитно-резонансной томографии (fMRI) показывают, что повышенный контраст уровня кислорода в крови (BOLD) в передней коре головного мозга, а также префронтальная кора сильно коррелирует с показателями приятности аффективного прикосновения.Ингибирующая транскраниальная магнитная стимуляция (ТМС) первичной соматосенсорной коры тормозит восприятие аффективной интенсивности прикосновения, но не эмоциональное прикосновение. Таким образом, S1 не принимает непосредственного участия в обработке эмоционально-эмоциональной приятности прикосновения, но все же играет роль в распознавании локаций и активности контакта.

Другие ощущения
Другие чувства позволяют воспринимать баланс тела, ускорение, гравитацию, положение частей тела, температуру, боль, время и восприятие внутренних чувств, таких как удушье, рефлекс гангса, растяжение кишечника, полнота прямой кишки и мочевого пузыря, а также ощущения в горле и легких.

Стимул — это побуждение к действию или причина поведения человека.

1. Мотивация — это некая сила, которая заставляет людей действовать и добиваться поставленных целей. Это стимул, который заставляет нас упорно работать и подталкивает к успеху. Виды Внутренняя мотивация. Как уже вероятней всего стало понятно из самого названия «Внутренняя мотивация», это форма мотивации, которая происходит из личных или внутренних желаний и целей человека. Подобный вид мотивации обусловлен личным интересом, либо к процессу достижения цели, либо удовольствием от финального результата своей работы. Внешняя мотивация. В противовес внутренней мотивации, внешняя мотивация происходит из-за пределов личности. Обычными внешними мотивами являются вознаграждения, такие как деньги и привилегии, принуждение и угроза наказания. Простыми словами, внешняя мотивация – это стимулы которые приходят к нам от других людей или обстоятельств. 2. Рычаги мотивации Главные рычаги мотивации — стимулы и мотивы. Стимул — это побуждение к действию или причина поведения человека. Под стимулом подразумевается материальная награда определенной формы, например, заработная плата. В отличие от стимула мотив является побудительной силой к активности: желание, влечение, ориентация, внутренние установки и др., которые тесно связаны со средой жизнедеятельности. В ней содержится вся совокупность потенциально возможных стимулов. Индивидуальность человека появляется в выборе стимулов. 7 слайд ) Стимул Стимул — это побуждение к действию или причина поведения человека. 1. Принуждение. История свидетельствует о широком спектре форм принуждения, начиная с казни, пыток и физического наказания до лишения имущества, гражданства и звания. В демократическом обществе на предприятиях используются административные методы принуждения: замечание, выговор, перевод на другую должность, строгий выговор, перенос отпуска, увольнение с работы. 2. Материальное поощрение. Сюда относятся стимулы в материально- вещественной форме: заработная плата и тарифные ставки, вознаграждение за результаты, премии из дохода или прибыли, компенсации, путевки, кредиты на покупку автомобиля или мебели, ссуды на строительство жилья и др. 3. Моральное поощрение. Стимулы, направленные на удовлетворение духовных и нравственных потребностей человека: благодарности, почетные грамоты, доски почета, почетные звания, ученые степени, дипломы, публикации в прессе, правительственные награды и др. 4. Самоутверждение. Внутренние движущие силы человека, побуждающие его к достижению поставленных целей без прямого внешнего поощрения. Например, написание диссертации, публикация книги, авторское изобретение, съемка фильма, получение второго образования и др. Это самый сильный стимул из известных в природе, однако он проявляется только у наиболее развитых членов общества. 1. Способы, методы и формы мотивации персонала Существуют различные способы мотивации, из которых назовем следующие: Нормативная мотивация — побуждение человека к определенному поведению посредством идейно- психологического воздействия: убеждения, внушения, информирования, психологического заражения и т.п.; Принудительная мотивация, основывающаяся на использовании власти и угрозе ухудшения удовлетворения потребностей работника в случае невыполнения им соответствующих требований; Стимулирование — воздействие не непосредственно на личность, а на внешние обстоятельства с помощью благ — стимулов, побуждающих работника к определенному поведению. • 7 слайд) Модель мотивации поведения через потребности. Потребность является определяющей причиной поступков человека, первоисточником и движущей силой его деятельности. Социальные потребности человека Когда удовлетворяются основные потребности человека, его жизнь наполняется смыслом и желанием быть полезным обществу. Социальные потребности условно подразделяются: 1. «Для себя». Базовым здесь будет являться стремление человека реализовать себя в социуме, самоидентифицироваться и занять достойное место или положение. Стремление к власти. 2. «Для других». Служение на благо общества, страны. Потребность защищать слабых, стремление к альтруизму.

Техники для обучения восприятию речи

Обзор выполнен Чульжановой Евгенией.
Супервизия — Мелешкевич Ольга.
Эффективное обучение рецептивной речи

Восприятие речи на слух или «поведение слушателя» — один из ключевых навыков, над которыми работают специалисты при обучении ребенка. На начальном этапе этот навык включает в себя, например,  идентификацию предмета, когда ребенок, услышав слово «мяч», указывает на мяч или подает его, а также выполнение инструкций, таких как «подними руки», «одевайся» или «пойдем кушать».

Какие приемы могут помочь специалисту сделать обучающий процесс наиболее эффективным? Обзор методов, приведенный в данной статье, позволит родителям и специалистам избежать некоторых ошибок.

В рамках данной статьи мы будем использовать терминологию «целевой стимул» и «отвлекающие стимулы». Целевой стимул – это тот, выбор которого приводит к получению поощрения. Например:
1.    Перед ребенком на столе стоит чашка, машинка и мяч.
2.    Инструктор говорит «чашка»
3.    Ребенок подает чашку
Этот ответ является правильным, значит, ребенок получит поощрение (похвалу, жетон или другое поощрение). В рассмотренном примере стимул «чашка» был целевым, а «машинка» и «мяч» были отвлекающими стимулами.

Также мы используем термин «блок», как последовательность из инструкции, поведения ребенка и последствия, и термин «сессия», который обозначает набор блоков.

Ниже приведены рекомендации, которые помогут вам организовать обучающие сессии:
1.    В одной сессии должны использоваться разные стимулы одновременно. Например, в сессии по обучению рецептивному восприятию на слух мы возьмем «чашка», «мяч» и «машинка» для идентификации предметов. И мы возьмем инструкции «похлопай», «постучи» и «подними руки» для следования инструкциям.  Если мы используем 2 стимула (или 2 инструкции), вероятность поощрить неправильный ответ равна 50%, а если мы используем 3 стимула, то эта вероятность снижается до 33%.

2.    Инструкция меняется от блока к блоку, и в каждом блоке участвует тот же набор стимулов. Каждый стимул в рамках одной сессии является целевым  и отвлекающим. Если мы рассматриваем пример с чашкой, мячом и машинкой и сессию из 9 блоков,  то каждый из стимулов является целевым 3 раза, и 6 раз является отвлекающим стимулом.

3.    Каждый целевой стимул должен предъявляться одинаковое количество раз. Предпочтительный вариант – отсутствие предъявления двух одинаковых инструкций последовательно. Данная техника направлена на то, чтобы исключить ошибку, когда ребенок запоминает последнюю подкрепленную реакцию и воспроизводит ее.

4.    Позиция целевого стимула на столе меняется случайным образом от блока к блоку.  Предпочтительно, чтобы стимул не находился на том же месте в течение двух последовательных блоков. Эта техника позволит избежать формирования ложного стимульного контроля (faulty stimulus control), которы в данном случае будет выражен в зависимости от позиционной подсказки.

5.    Разумно вначале использовать только название самого предмета (без «дай» или «где»). Часто бывает, что ребенок не распознает компоненты инструкции, ведь  вопросы «где машинка?» «где чашка?» и «где мяч?» начинаются с одной и той же комбинации звуков, различение которой не требуется от ребенка. Поэтому на начальных этапах наша инструкция может состоять из одного слова – названия целевого стимула.

6.    Мы можем неумышленно дать ребенку ложную подсказку, если будем менять расположение предметов на столе между блоками прямо перед ним. Для того чтобы избежать этого, рекомендуется использовать ширму или использовать поднос, на котором предметы выставлены заранее.

7.    Рекомендуется заранее сформировать поведение, которое поможет дать ребенку правильный ответ. Напрмер, ребенок должен уметь:
— Спокойно сидеть, то есть не хватать материалы, лежащие на столе
— Сканировать стимулы
— Брать и подавать предмет инструктору
Важно понимать, какое поведение ребенок должен продемонстрировать после того, как он слышит инструкцию. Если такого поведения нет в репертуаре ребенка, то имеет смысл провести дополнительное обучение.

8.    Для того чтобы обучение было последовательным и структурированным, важно иметь четкие критерии смены уровня подсказки и не использовать разные уровни подсказки в одной сессии.

Вы можете более подробно ознакомиться с этими методами, а также найти дополнительные примеры, прочитав статьи:

1. Laura L. Grow (2011) “A comparison of methods for teaching receptive labeling to children with autism spectrum disorders”. Journal of behavior analysis, 44(3), 475-498

3. Gina Green (2001) “Behavior analytic instruction for learners with autism: advances in stimulus control technology”. Focus on Autism and Other Developmental Disabilities 16(2), 72-85

4. Laura L. Grow, Linda LeBlanc (2011) “Teaching receptive language skills”. Behavior analysis in practice 6(1), 56-75

стимулов | Лаборатория сравнительного познания

Стимулы — это события в окружающей среде, которые влияют на поведение. Один стимул может выполнять множество различных функций. Ниже перечислены несколько функций, которые может выполнять стимул.

Дискриминантный стимул

Различительный стимул влияет на возникновение оперантного ответа из-за случайностей графиков подкрепления или парадигм подкрепления / наказания , которые связаны или были связаны с этой реакцией.Многие авторы также предполагают, что различительные стимулы предоставляют организму информацию, позволяя ему адекватно реагировать на различные стимулы. Реакция наблюдения иногда необходима для предъявления различительного стимула / стимулов.

Например, разные люди могут служить различительными стимулами в ситуации, когда они рассказывают анекдоты. Шутки, которые вы рассказываете своему священнику, вероятно, отличаются от шуток, которые вы рассказываете своему лучшему другу, потому что в прошлом вы рассказывали анекдоты обоим людям.

Экспериментально мы можем наблюдать различение стимулов, связывая различные дискриминативные стимулы с разными графиками подкрепления или парадигм подкрепления / наказания .

Например, в лаборатории от голубя может потребоваться при наличии постоянного света камеры, чтобы клевать ключ по расписанию с фиксированным интервалом для производства пищи, тогда как при наличии мигающего света камеры может потребоваться потянуть за ручку. цепочка по расписанию с переменным соотношением, чтобы отключить громкий шум.Различительные стимулы разъясняют «правила игры», делая однозначным каждое преобладающее трехчленное обстоятельство .

Котировки


Вызывающий стимул

Вызывающий стимул — это изменение окружающей среды, которое сильно коррелирует с возникновением более поздней реакции.

Вызывающий стимул является важным компонентом Павловского кондиционирования .

Например, если кусок шоколада ( безусловный стимул ) поместить в рот, у вас, вероятно, будет обильное выделение слюны ( безусловный ответ ).

Считается, что положить кусок шоколада в рот вызывает слюноотделение.

Котировки


Эмоциональный стимул

Некоторые стимулы могут вызывать эмоциональную реакцию, которая может повлиять на проявление поведения.

Например, игра в нарды может быть прервана известием о неожиданной смерти известного политика.

Котировки


Усиливающий стимул

Подкрепляющий стимул — это стимул, который увеличивает вероятность поведения, которому он следует.

Например, получение трофея может увеличить шансы молодой девушки участвовать в ежегодной гонке по шоссе.


Номинальный стимул

Дискриминантный стимул может иметь много идентифицируемых атрибутов. Хотя мы можем легко наблюдать реакцию организма на весь стимул, может быть не ясно, какие именно атрибуты стимула контролируют поведение (см. функциональный стимул ).Неанализированный стимул в целом называется номинальным стимулом .

Например, ваш друг просит вас посмотреть на проезжающую мимо спортивную машину. Непонятно, что ваш друг хотел, чтобы вы отметили об автомобиле: его цвет, марку, скорость, местонахождение, водителя и т. Д.


Функциональный стимул

Функциональный стимул относится к определенным атрибутам различительного стимула , которые осуществляют контроль над поведением организма.

В приведенном выше примере ваш друг мог быть особенно заинтересован в цвете машины.


Контроль стимула

Мы говорим об управлении стимулом, когда дискриминационный стимул изменяет вероятность оперантного ответа . Управляющая связь между дискриминирующим стимулом и оперантной реакцией (то, что Скиннер назвал вниманием ) возникает из-за подкрепляющего элемента /, карателя , который следует за оперантным ответом в присутствии этого дискриминантного стимула.Таким образом, трехчленная условность лежит в основе управления стимулом.

Глоссарий Указатель | Котировки

Что такое условный стимул?

В классическом кондиционировании условный раздражитель — это ранее нейтральный раздражитель, который, после того, как стал ассоциироваться с безусловным раздражителем, в конечном итоге вызывает условную реакцию.

Иллюстрация Эмили Робертс, Verywell

Как работает условный стимул?

Иван Павлов первым открыл процесс классической обусловленности в своих экспериментах с пищеварительной реакцией собак.Он заметил, что у собак естественным образом выделялось слюноотделение в ответ на еду, но животные также начинали пускать слюни всякий раз, когда видели белый халат лаборанта, который доставлял еду.

Ранее нейтральный стимул (лаборант) стал ассоциироваться с безусловным стимулом (пищей), который естественным образом и автоматически вызвал реакцию (слюноотделение). После того, как нейтральный раздражитель стал ассоциироваться с безусловным раздражителем, он стал условным раздражителем, способным запускать условный ответ сам по себе.

Примеры условного ответа

Предположим, что запах еды — это безусловный раздражитель, а чувство голода — безусловная реакция. А теперь представьте, что когда вы нюхали свою любимую еду, вы также слышали свист.

Хотя свист не связан с запахом пищи, если звук свистка несколько раз сочетался с запахом, один только звук в конечном итоге вызвал бы условную реакцию. В этом случае звук свиста является условным раздражителем.

Приведенный выше пример очень похож на оригинальный эксперимент, проведенный Павловым. У собак в его эксперименте выделялось слюноотделение в ответ на еду, но после многократного совмещения подачи еды со звуком колокольчика у собак начиналось выделение слюны только на этот звук. В этом примере условным раздражителем был звук колокольчика.

Существует множество примеров того, как нейтральный раздражитель может стать условным раздражителем в результате ассоциации с безусловным раздражителем.Давайте рассмотрим еще несколько примеров.

  • Плохое буррито : Вы съели буррито на обед, но вскоре после этого заболели. В то время как пища, которую вы съели, ранее была нейтральным раздражителем, она становится условным раздражителем благодаря своей ассоциации с безусловным раздражителем (болезнью). В результате у вас может развиться отвращение к вкусу, при котором сама идея снова съесть ту же самую пищу вызывает у вас недомогание.
  • Нападение собаки : Однажды вы едете на велосипеде и на вас напала собака.Теперь место, где на вас напали, стало условным стимулом, и вы испытываете страх каждый раз, когда проходите через это место.
  • Звонок в отеле : Консьерж отеля начинает отвечать каждый раз, когда слышит звон колокольчика. ВНИМАНИЕ !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Поскольку звонок стал ассоциироваться с видом клиентов, нуждающихся в помощи, звонок стал условным раздражителем.
  • Колокол для обеда : Студенты слышат звук колокола прямо перед тем, как их отпускают на обед. В конце концов, один только звук колокольчика вызывает у студентов чувство голода.

Безусловный стимул в классическом кондиционировании

В процессе обучения, известном как классическое обусловливание, безусловный стимул (UCS) — это стимул, который безусловно, естественно и автоматически вызывает реакцию. Другими словами, реакция происходит без какого-либо предварительного обучения.

Например, когда вы чувствуете запах одного из ваших любимых блюд, вы можете сразу почувствовать голод. В этом примере запах пищи является безусловным раздражителем.

Примеры безусловного стимула

В классическом эксперименте Ивана Павлова с собаками запах еды был безусловным раздражителем.Собаки в его эксперименте чувствовали запах пищи, а затем естественным образом начинали выделять слюну. Этот ответ не требует обучения и просто происходит автоматически.

Еще несколько примеров безусловного стимула:

  • Перышко, щекочущее ваш нос, заставляет вас чихать. Перо, щекочущее ваш нос, — безусловный раздражитель.
  • При разрезании лука глаза слезятся. Лук — безусловный раздражитель.
  • Пыльца травы и цветов заставляет вас чихать.Пыльца — безусловный раздражитель.
  • Ваша кошка бежит к своей миске всякий раз, когда чувствует запах еды. Безусловным раздражителем является запах еды.
  • Громкий хлопок заставляет вас вздрагивать от звука. Неожиданный громкий шум является безусловным стимулом, потому что он автоматически вызывает реакцию без предварительного обучения.

В каждом из этих примеров безусловный стимул естественным образом вызывает безусловный ответ или рефлекс. Вам не нужно учиться реагировать на безусловный раздражитель — он просто возникает автоматически.

Роль нейтрального стимула

Для целей классического обусловливания или обучения вам нужен нейтральный стимул, а также безусловный стимул. Другими словами, для того, чтобы возникла обусловленность, вы должны сначала начать с сочетания ранее нейтрального стимула с безусловным стимулом.

Нейтральный стимул сначала не вызывает какой-либо конкретной реакции, но когда используется вместе с безусловным стимулом, он может эффективно стимулировать обучение.Хороший пример нейтрального стимула — звук или песня.

При первоначальном предъявлении нейтральный стимул не влияет на поведение. Поскольку он неоднократно сочетается с безусловным стимулом, он начинает вызывать ту же реакцию, что и ПСК.

Например, звук открывающейся двери со скрипом изначально может быть нейтральным раздражителем. Если этот звук постоянно сочетается с безусловным стимулом, например, когда вы кормите свою кошку, этот звук в конечном итоге вызовет изменение в поведении вашей кошки.После того, как ассоциация сформировалась, ваша кошка может реагировать так, как будто ее кормят, каждый раз, когда она слышит скрип открывающейся двери.

Время выученного поведения

На протяжении всего классического процесса обусловливания существует ряд различных факторов, которые могут влиять на то, как быстро усваиваются ассоциации. Сколько времени проходит между предъявлением изначально нейтрального стимула и безусловного стимула, является одним из наиболее важных факторов, влияющих на то, действительно ли произойдет обучение.

Время представления нейтрального и безусловного стимулов — вот что влияет на формирование ассоциации, этот принцип известен как теория смежности.

UCS и классическое кондиционирование

Например, в знаменитом эксперименте Ивана Павлова тон зуммера изначально был нейтральным стимулом, а запах еды — безусловным стимулом. Представление тона, близкого к запаху еды, привело к более сильной ассоциации.Звонок в зуммер, нейтральный стимул, задолго до того, как безусловный стимул, привел к гораздо более слабой или даже несуществующей ассоциации.

Различные типы кондиционирования могут использовать различное время или порядок между нейтральным стимулом и UCS.

  • В одновременное кондиционирование нейтральный стимул представлен в точное время как безусловный стимул. Этот тип обусловливания приводит к слабому обучению.
  • В обратном кондиционировании сначала дается безусловный стимул, а затем — нейтральный.Этот тип обусловливания также имеет тенденцию приводить к слабому обучению.
  • В трассировке кондиционирования нейтральный стимул ненадолго предъявляется, а затем останавливается, затем предъявляется безусловный стимул. Этот вид кондиционирования дает хорошие результаты.
  • В отсроченное кондиционирование нейтральный стимул предъявляется и продолжается, пока предлагается безусловный стимул. Этот тип кондиционирования дает наилучшие результаты.

Что такое стимул? — Стимулы в исследовании

Когда дело доходит до исследования человеческого поведения, стимулы — это предметы, используемые для того, чтобы вызвать реакцию участников или респондентов в исследовании.Стимулы могут быть разных форматов, включая аудио, визуальные или физические.

Так что же такое стимул? Стимулы (или стимулы в единственном числе) являются основой исследования. Жизненно важно понимать, что это за стимул и как использовать его наиболее эффективно.

Цель выбранного стимула должна заключаться в том, чтобы сделать сценарий исследования более интересным и интерактивным для участников, и он должен максимально отражать реальную жизнь.

Это также должно сузить фокус до исследуемого вопроса, не требуя слишком много подсказок.

Примеры из практики

Примером стимула, который используется с большим эффектом, может быть исследование, в котором отслеживание взгляда используется для идентификации нового дизайна логотипа бренда, который больше всего интересует клиентов. В этом случае стимулами будут логотипы, которые представлен респондентам с их ответом, измеренным взглядом.

Стимулы также можно использовать в условиях клинических исследований. Например, после лечебного вмешательства по поводу ахлуофобии (боязни темноты) участник может оказаться в темной комнате, и его или ее телесная реакция будет зафиксирована с помощью GSR (кожно-гальваническая реакция).В этом случае стимулом выступает темная комната.

Как выбирать и использовать стимулы?

  1. Соответствие гипотезе
    Очевидным стартовым блоком для любого исследования является гипотеза. Убедитесь, что выбранный стимул точно соответствует конкретному вопросу исследования.
  2. Сделайте это реалистичным
    Чтобы сделать ваши выводы максимально переносимыми, убедитесь, что стимул похож на его реальный аналог. Например, если вы представляете участнику новую печатную рекламу, убедитесь, что цветовая схема образца стимула в точности такая же, как и в случае, когда покупатель будет фактически подвергаться воздействию.Диапазон доступных в настоящее время виртуальных технологий делает моделирование реальных событий и стимулов более возможным, чем когда-либо.
  3. Используйте интегрированное программное обеспечение
    Имеет смысл представлять ваши стимулы и измерять ответы с одной и той же платформы. Это не только упрощает и упрощает весь процесс, но и может добавить новые захватывающие измерения в ваше исследование. Доступны единые платформы, которые предоставляют как биосенсоры, так и стимулы.
  4. Используйте синхронизацию в реальном времени для наблюдения за реакциями
    Когда вы проводите исследование, момент истины часто заключается в том, чтобы увидеть реакцию на ваш стимул, обычно на этапе анализа данных.Однако теперь технология продвинулась до уровня, когда вы можете наблюдать реакцию в реальном времени, наблюдая за сенсорными сигналами.

Чтобы улучшить использование стимулов, поищите программное обеспечение, способное обеспечить эту функцию.

Наше программное обеспечение позволяет использовать физические стимулы, продукты для дегустации, ароматы или упаковки. Во время исследования респонденты могут проверить их, следуя инструкциям во время записи с помощью программного обеспечения.

Загрузите наш образец отчета для одностраничных исследований

Доступно программное обеспечение Stimulus

iMotions предлагает широкий спектр программного обеспечения, которое может улучшить использование стимулов.

Интегрированная платформа может предоставить респондентам ряд высококачественных визуальных стимулов, включая изображения, видео и аудио (также в формате 360 для VR). Вы также можете добавить различные типы записи стимулов в зависимости от цели вашего исследования: запись с экрана, чтобы записывать все, что ваш респондент видит или делает на экране компьютера; запись лиц для постимпортного анализа выражений лица и запись сцены в качестве внешней камеры для записи того, что делает респондент во время теста.

С точки зрения взаимодействия человека с компьютером и измерения таких факторов, как, например, удобство использования веб-сайта, программное обеспечение iMotions обеспечивает непрерывный поток между исследованием, стимулами и настройкой респондента. Это дает исчерпывающий обзор реакции участника на веб-сайт или приложение.

Понимание стимулов и их эффективное использование — важная часть исследования человеческого поведения (ознакомьтесь с некоторыми другими нашими советами, которые сделают ваше исследование победителем!).

Исследователи, стремящиеся улучшить использование стимулов, открывают по-настоящему захватывающие новые возможности, и iMotions находятся на переднем крае этой технологии.

Сейчас самое время познакомиться с нашим программным обеспечением. Свяжитесь с нами и узнайте, что мы можем для вас сделать.

Границы | Реакция миндалины на эмоциональные стимулы без осознания: факты и интерпретации

Введение

Миндалевидное тело (Amg) представляет собой сложную подкорковую структуру, которая включает более 12 субъядер, имеющих отличительные паттерны входных-выходных связей с остальной частью мозга (Whalen and Phelps, 2009; Janak and Tye, 2015).Эта гистологическая неоднородность и неоднородность соединений отражает его многогранные функции. Фактически, Amg уже давно известен как центральный элемент обработки эмоций, но он также служит интерфейсом между эмоциями и когнитивными функциями, включая принятие решений, обучение и внимание (Bzdok et al., 2013). За последние два десятилетия накопилось доказательство того, что Amg выполняет некоторые из своих функций даже тогда, когда субъект не осознает содержание или даже присутствие запускающего эмоционального стимула (Tamietto and de Gelder, 2010).В этом обзоре будут обсуждаться результаты, относящиеся к функциям Amg в отсутствие осведомленности о стимуле, его афферентные и эфферентные пути, в основном участвующие в бессознательной обработке, и последствия такой обработки в нескольких измерениях, включая изменения в экспрессивных или инструментальных действиях, психофизиологических и нейроэндокринных изменения или модуляция мотивированного поведения.

Перед тем, как перейти к рассмотрению каждого конкретного вопроса, необходимо сделать несколько предварительных соображений, как теоретических, так и методологических, относительно актуальности изучения вклада Amg в обработку эмоций без осознания.Во-первых, функции и схемы Amg хорошо сохраняются в ходе эволюции и появляются на ранних этапах филогенетического, а также онтогенетического развития. Например, Amg присутствует у рептилий, птиц и млекопитающих (Janak and Tye, 2015), его нейрогенез у людей и других приматов завершается при рождении (Nikolic and Kostovic, 1986), а его связи устанавливаются к 2-й неделе беременности. возраст (Amaral, Bennett, 2000). Следовательно, изучение роли Amg в восприятии эмоций без осознания стимулов позволяет нам сосредоточиться на процессах, представляющих «примитивы», которые развивались раньше и, вероятно, сформировали более сложные функции, такие как те, которые участвуют в поддержании восприятия, основных чувств или намерения.Точно так же эти первичные функции Amg были вовлечены в специализацию более поздних корковых функций в линии приматов, а также во время развития и созревания (Leppanen and Nelson, 2009), включая современную организацию корковой зрительной системы, специализированной для лица и тела. обработка тела (Johnson, 2005; Liddell et al., 2005; de Gelder, 2006). Следовательно, это также является ценным полигоном для проверки непрерывности функций между видами и сравнения. Во-вторых, исследуя свойства и категории стимулов, которые вызывают активность Amg без осознания или которые при сравнении не могут сделать этого, мы можем абстрагироваться от общепринятых таксономий, таких как те, которые различают одушевленные предметы от неодушевленных, лица от тел и т. Д. выявить межкатегориальные общие черты между типами стимулов и атрибутами, которые нельзя было предвидеть, глядя на корковую сегрегацию категорий стимулов (de Gelder and Tamietto, 2011; Van den Stock et al., 2014). Наконец, Amg явно находится на пересечении сознательной и бессознательной эмоциональной обработки (Pessoa and Adolphs, 2010). В той степени, в которой эти два разных режима обработки поступающей сенсорной информации сосуществуют в мозге, оценка того, какие операции выполняет Amg без осознания, помогает распутать функции, которые могут быть отменены, модулированы или даже активно заблокированы во время сознательного восприятия и коркового нисходящего движения. регулирование. Это может добавить ценную информацию к давним спорам о том, являются ли восприятие с осознанием и без осознания качественными или количественно разными явлениями, взаимодействуют ли и как они влияют на формирование в конечном итоге осознанного представления внешнего мира, и которые, во всяком случае, являются конкретными. эволюционные преимущества, которые определили сохранение обработки эмоций без осознания в ходе эволюции.

Остальная часть статьи проходит следующим образом. Сначала мы представим концептуальное и терминологическое различие между различными типами восприятия эмоций без осознания, поскольку они влекут за собой совершенно разные механизмы и выбираются с помощью различных экспериментальных дизайнов. Во-вторых, мы рассмотрим доказательства нейровизуализации, демонстрирующие активность Amg для обработки эмоций без осознания, как это было интерпретировано, а также текущие споры и ограничения. В-третьих, мы обсудим автоматизм Amg как функцию времени и то, как данные, полученные с помощью методов высокого временного разрешения, могут прояснить и учесть очевидные несоответствия, возникающие из результатов функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ).В-четвертых, мы рассмотрим функциональные и анатомические данные о нейронных сетях, которые кажутся важными для передачи сенсорной информации Amg в отсутствие осведомленности. Фирта, мы сосредоточимся на категориях и свойствах стимулов, которые могут бессознательно обрабатываться Amg, и, наконец, мы суммируем поведенческие и психофизиологические последствия восприятия эмоций без осознания. На протяжении всего обзора мы сосредоточимся на зрении, потому что это система, наиболее известная с точки зрения связей с Amg у человеческих и нечеловеческих приматов, и потому что подавляющее большинство исследований на людях, изучающих роль Amg в обработке эмоций без осознания, использовали преимущества зрительные раздражители.

Различные типы неосознавания эмоций и способы их изучения

Было использовано множество техник и экспериментальных манипуляций, чтобы сделать эмоциональные стимулы незаметными. Например, во время обратной маскировки эмоциональный стимул (например, выражение лица) кратко предъявляется, а затем сразу же следует маскирующий стимул (например, нейтральное или искаженное лицо). Если асинхронность начала стимула (SOA) между первым (целевым) и вторым (маска) стимулом достаточно короткая, то наблюдатель не может сознательно сообщить о наличии или эмоциональном содержании первого стимула (Esteves et al., 1994; Whalen et al., 1998). Бинокулярное соперничество или непрерывное подавление вспышки используют взаимное подавление между монокулярными каналами в первичной зрительной коре (V1), представляя разные изображения в соответствующие области двух глаз (Pasley et al., 2004; Tong et al., 2006; Yoon et al. др., 2009). В таких условиях образы чередуются в доминирующем восприятии, и в любой момент только доминирующий образ попадает в сознание, тогда как другой недоминантный образ остается незамеченным. К другим популярным парадигмам относятся конструкции с двойным заданием, в которых внимание субъекта задействовано в задаче, поглощающей внимание, например в сопоставлении суждений между нейтральными стимулами, в то время как эмоциональный стимул предъявляется в не относящихся к задаче и оставленных без присмотра местах (Vuilleumier et al., 2001a; Pessoa et al., 2002). При моргании внимания представлен быстрый поток стимулов, и субъект должен сообщить о наличии целевого стимула. Однако, если вторая цель появляется в быстрой последовательности после первой успешно обнаруженной цели (обычно в пределах 500 мс), о последней не сообщается (Anderson, 2005). Многие другие парадигмы, такие как прайминг, задача Струпа, точечный зонд или парадигма избыточной цели, по-разному использовались для выборки восприятия без осознания эмоциональных и неэмоциональных стимулов, каждая со своими преимуществами и ограничениями (Mogg et al., 1994; Algom et al., 2004; Pourtois et al., 2006; Билл и Герберт, 2008; Hart et al., 2010; Celeghin et al., 2015c).

Хотя подробное описание этих различных методов выходит за рамки целей настоящего обзора, их можно удобно сгруппировать в две широкие категории, которые влекут за собой разные функциональные механизмы. Двойная задача, моргание внимания, визуальный поиск или парадигмы Струпа делают эмоциональный стимул не видимым сознательно, вмешиваясь в механизмы внимания. Психофизические данные действительно указывают на то, что визуальные стимулы вне фокуса внимания не воспринимаются или воспринимаются только частично (Mack and Rock, 1998).Соответственно, когда ресурсы внимания задействованы в задаче, активность коры головного мозга, которая вызывается в визуальных областях при помощи необслуживаемых (т. Е. Не относящихся к задаче) стимулов, подавляется или значительно снижается нисходящими влияниями лобно-теменных областей, которые контролируют произвольное внимание (Бек). и др., 2001). Мы называем эти явления неосознаваемым вниманием . Однако обработка эмоциональной информации кажется менее зависимой от ресурсов внимания, чем нейтральная информация (Vuilleumier, 2005).Как мы обсудим позже, этот механизм, по-видимому, зависит от чувствительности Amg.

Напротив, неспособность осознавать стимул может однозначно зависеть от сенсорных причин, несмотря на то, что механизмы отбора внимания работают нормально (Kentridge et al., 2004). Например, если энергия стимула ниже порога обнаружения или время воздействия слишком короткое (подсознательное), стимул может не вызвать сознательно регистрируемое ощущение, несмотря на то, что мы уделяем ему внимание (Savazzi and Marzi, 2002; Dehaene et al. ., 2006). Обратная маскировка, бинокулярное соперничество или подавление вспышки не модулируют внимание, но временно мешают нормальному функционированию вентральной затылочно-височной коры, что, как известно, имеет решающее значение для зрительного восприятия (Macknik and Livingstone, 1998; Williams and Mattingley, 2004; Tong и др., 2006). В последнем случае мы называем этот тип бессознательной обработки сенсорной неосознанностью .

Таким образом, невнимательное и сенсорное неосознавание являются качественно разными явлениями, которые можно исследовать для выборки различных функций Amg, оставаясь при этом в сфере бессознательных процессов.Например, невнимание к вниманию хорошо подходит для изучения роли Amg в предвзятой ориентации на аффективные стимулы и для исследования механизмов, позволяющих Amg в конечном итоге способствовать привилегированному доступу эмоциональных сигналов к осознанию. Сенсорная неосведомленность может вместо этого выявить альтернативный визуальный путь, по которому стимулы могут достигать Amg, или их влияние на текущую деятельность, поведение или суждения, оставаясь при этом невидимыми. Наконец, пациенты с повреждением головного мозга могут быть бесценным дополнительным источником информации, чтобы расширить наши знания о функциях Amg без ведома.Пациенты с гемиспространственным пренебрежением из-за правостороннего височно-теменного поражения обычно не обращают внимания на контрапространственное (левое) пространство, и стимулы, появляющиеся на этой стороне, часто остаются незамеченными (Driver and Mattingley, 1998). Таким образом, изучение реакции Amg на эмоциональные стимулы у этих пациентов может помочь лучше понять механизмы, управляющие невнимательностью. С другой стороны, пациенты с корковой слепотой, возникшей в результате повреждения или денервации первичной зрительной коры (V1), предлагают тематическое исследование для изучения различий между сознательной и бессознательной обработкой эмоций, обусловленной сенсорной, а не внимательной, причины и роль Amg в этом (Celeghin et al., 2015b). Фактически, поражение V1 у таких пациентов определяет постоянную слепоту по отношению к стимулам, проецируемым внутри скотомы (область поля зрения, пораженная кортикальным поражением), даже если стимулы являются сверхпороговыми и длительными (Celeghin et al., 2015a, c ; Weiskrantz, 2009). Наконец, пациенты с очаговым повреждением Amg предлагают окончательную основу для перевода корреляционных данных о функциях Amg в причинно-следственную связь, наблюдая, влияет ли и как эмоциональные стимулы во время невнимательности или сенсорной неосведомленности, как обычно сообщается у здоровых субъектов во время экспериментов с фМРТ. , изменяется или отменяется после поражения Amg (Anderson and Phelps, 2001).

Реакция миндалевидного тела во время сенсорной и внимательной неосведомленности: доказательства и ограничения

Исследования, в которых сообщается о реакции Amg в условиях отсутствия внимания или сенсорной неосведомленности, суммированы в дополнительной таблице 1 с указанием парадигм, стимулов и основных результатов. Нейровизуализационные исследования здоровых участников, у которых манипулировали вниманием, часто сообщали, что вызванная стимулом активность в Amg, наряду с активностью других корковых и подкорковых структур, не подавляется, когда эмоциональные стимулы остаются без внимания (Vuilleumier et al., 2001a; Андерсон и др., 2003; Бишоп и др., 2004; Williams et al., 2005). Хотя это иногда интерпретируется как свидетельство строгой автоматичности реакции Amg на эмоции, текущие данные по этому вопросу неоднозначны (Pessoa, 2005; Pessoa et al., 2005; Silvert et al., 2007). Например, Vuilleumier et al. (2001a) показали, что активация Amg в ответ на испуганные выражения лица не зависит от внимания, тогда как Pessoa et al. (2002) сообщили, что, когда внимание привлекается к другой сложной задаче, реакция Amg подавляется.Эти явно противоречивые результаты могут быть частично объяснены различиями в задачах и дизайне экспериментов, которые не позволяют проводить простые или прямые сравнения. Фактически, в оригинальном исследовании Pessoa et al. (2002), испытуемые должны были оценить пол во время испытаний, в которых внимание было сосредоточено на лицах, тогда как они должны были оценить одинаковую / различную ориентацию периферийных полос, когда лица оставались без присмотра. Таким образом, помимо сосредоточения внимания на лицах и перекладинах, когнитивная нагрузка, тип суждения и требования к задачам варьировались между двумя условиями, тогда как в исследовании Vuilleumier et al.(2001a) изменился только фокус внимания. Также Pessoa et al. (2002) использовали блочную схему, которая измеряет активность Amg при различных последовательных повторениях одного и того же состояния и, таким образом, более склонна к привыканию и менее чувствительна к физиологическим реакциям, вызванным единичными событиями, тогда как Vuilleumier et al. (2001a) использовали дизайн, связанный с событием, в котором стимулы, предъявляемые в посещаемых и оставленных без присмотра местах, случайным образом варьировались между отдельными испытаниями. Другой важный сбивающий с толку фактор касается различных реакций Amg на различные категории эмоций.Например, Williams et al. (2005) обнаружили, что активность Amg в ответ на счастливые выражения лица была выше, когда присутствовали лица, тогда как активность в отношении выражений страха была выше, когда лица оставались без присмотра. Результаты, полученные в результате нейровизуализационных исследований пациентов с пренебрежением полушарием, кажутся более сходными с «автоматизмом» Amg. Действительно, необнаруженные эмоциональные стимулы на левой стороне пациента могут активировать Amg, а также области коры головного мозга, непосредственно связанные с ним, такие как орбитофронтальная кора или островок (Vuilleumier et al., 2002; де Гельдер и др., 2012; Тамиетто и др., 2015). Преимущество решения проблемы автоматизма Amg у пренебрежительных пациентов состоит в том, что от субъекта не требуется явных или преднамеренных манипуляций вниманием, что позволяет не учитывать проблемы, связанные с различиями в задачах и нагрузкой на внимание между состояниями.

Исследования сенсорной неосведомленности неизменно показывают, что невидимые эмоциональные стимулы вызывают активность в Amg, часто наряду с активностью в верхнем бугорке и пульвинаре (Morris et al., 1998, 1999; Whalen et al., 1998; Critchley et al., 2002; Киллгор и Юргелун-Тодд, 2004 г .; Pasley et al., 2004; Уильямс и др., 2004b, 2006a, b; Лидделл и др., 2005; Карлсон и др., 2009; Юн и др., 2009; Juruena et al., 2010; Троиани и Шульц, 2013). Но насколько устойчива реакция Amg на невидимые по сравнению с видимыми стимулами? Ответ заметно варьируется в зависимости от исследований, несмотря на то, что это важный вопрос для характеристики относительной роли Amg во время бессознательной обработки эмоций. В некоторых отчетах действительно было обнаружено, что активность Amg во время неосведомленности vs.осознанность такая же, другие описали, что в некоторых случаях невидимые эмоции приводили к усиленным ответам по сравнению с сознательно воспринимаемыми стимулами (Anderson et al., 2003; Williams et al., 2004b), тогда как третьи сообщали о большей активности в Amg, когда участники были осведомлены эмоциональных выражений (Williams et al., 2006a, b; Amting et al., 2010). Также и в этом случае методологические различия, по-видимому, частично ответственны за несоответствия. Фактически, оценка нейронных основ восприятия эмоций во время сенсорного неосознавания должна быть основана на прямом сравнении сознательно и бессознательно, хотя и физически идентичных стимулов.Однако такого рода свидетельства трудно получить у здоровых наблюдателей, потому что многие парадигмы, используемые для того, чтобы сделать стимул невидимым для субъекта, также вносят пространственное и временное отличие от его сознательно видимого аналога. В настоящее время исследования пациентов с корковой слепотой после поражения V1, возможно, предоставляют лучшую возможность охарактеризовать бессознательное восприятие эмоций и его нейронные корреляты. Эти пациенты могут различать эмоциональное содержание стимулов, которые они не воспринимают сознательно, например, угадывая, выражает ли стимул пугающее или счастливое выражение (de Gelder et al., 1999) — феномен, известный как аффективное слепое зрение — и их умение связано с активностью в Amg (de Gelder et al., 1999, 2001; Morris et al., 2001; Hamm et al., 2003; Pegna et al. , 2005; de Gelder, Hadjikhani, 2006; Tamietto et al., 2009; Van den Stock et al., 2011b). Как это часто бывает, когда сообщается о смешанных результатах, интерпретации и теоретические взгляды на роль Amg имели тенденцию группироваться по двум крайностям: те, которые поддерживали строгое представление об автоматизме Amg и независимости от осведомленности, и те, которые утверждали, что осведомленность является необходимым условием для Amg. ответ произойти.Другие и мы предположили, что нейронные сети для сознательной и бессознательной обработки эмоций не полностью разделены (Vuilleumier, 2005; Pessoa et al., 2006; Duncan and Barrett, 2007; Tamietto and de Gelder, 2010; Pourtois et al., 2013). В этом контексте Amg не только способствует обоим режимам обработки, но и его первоначальная реакция без осознания фактически помогает определить, достигнет ли стимул осознания и как он будет модулировать поведенческие и телесные реакции. Следовательно, временное измерение ответа Amg становится критическим для интерпретации его роли в восприятии эмоций с помощью vs.без осознания, а также предлагает дополнительную основу для более последовательного понимания, казалось бы, разрозненных результатов, обобщенных выше.

Время ответа Amg: быстрые сигналы для медленных мер?

Скорость обработки всегда считалась отличительной чертой бессознательного восприятия эмоций (LeDoux, 1996). Однако в исследованиях на людях участия Amg в обработке эмоций без осознания обычно использовалась фМРТ, которая имеет высокое пространственное, но плохое временное разрешение. Фактически, исследования фМРТ обычно усредняют совокупные события, происходящие в течение временного окна около 2 с, из-за вялости реакции, зависящей от уровня кислорода в крови (ЖИРНЫЙ).С другой стороны, неинвазивные методы с более высоким временным разрешением порядка миллисекунд, такие как ЭЭГ и МЭГ, традиционно имели ограничения при выборке нейронной активности в глубоких структурах, таких как Amg (Costa et al., 2014). Тем не менее, последние технические достижения в области анализа источников, такие как магнитометрия с синтетической апертурой (SAM) и анализ скользящих окон, повысили точность и чувствительность при обнаружении сигналов МЭГ или ЭЭГ от глубоких структур мозга.

В одном раннем исследовании, сочетающем методы МЭГ и МРТ, сообщалось о ранней связанной с событием синхронизации в Amg через 20-30 мс после начала стимула, тогда как синхронизация в полосатой коре головного мозга произошла позже, примерно через 40-50 мс после начала стимула (Luo et al., 2007). Более недавнее исследование MEG показало диссоциацию между быстрыми реакциями Amg на автоматическую обработку испуганного лица и более поздними реакциями, которые взаимодействовали с произвольным вниманием. В каждом испытании участники должны были различать ориентацию периферийных полос, в то время как не относящиеся к задаче нейтральные или испуганные лица представлялись централизованно. Быстрое усиление нейронной активности в гамма-диапазоне, вызванное угрожающими лицами (30–60 мс), не зависело от нагрузки задачи и происходило в условиях отсутствия внимания, тогда как обработка эмоций и внимание взаимодействовали на более поздних латентных периодах (280–340 мс), после лобно- теменная активность (Luo et al., 2010). Последовательно, два других исследования MEG с применением динамического причинно-следственного моделирования (DCM) проверяли объяснительную силу автоматического ответа Amg, предположительно опосредованного подкорковым путем, по сравнению с моделью, предсказывающей только корковое опосредование, связанное с осознанием стимула над ответом Amg. Модель, учитывающая также автоматические ответы Amg, опосредованные подкорковым путем, объясняла раннюю активность мозга лучше, чем модель, включающая только корковый доступ к Amg, тогда как обе модели обладали сопоставимой объяснительной силой при более длительных латентных периодах (Garrido et al., 2012; Garvert et al., 2014). Следовательно, данные МЭГ предлагают новые ключи к разгадке давних споров относительно автоматизма ответа Amg на основе результатов фМРТ, как описано выше (Brosch and Wieser, 2011). Исходя из этого, кажется, что автоматизм Amg является функцией времени, и эти результаты были интерпретированы в соответствии с двухэтапной моделью взаимодействия эмоции и внимания. Ранние ответы Amg позволяют вначале различать опасные и нейтральные стимулы. Эти реакции возникают независимо от осознания и внимания, возможно, потому, что влияние лобно-теменной коры на снижение силы представления не относящейся к задаче и оставленной без внимания эмоциональной информации во время конкуренции внимания требует больше времени, чтобы быть эффективным.И наоборот, более поздние ответы Amg модулируются вниманием, потому что у тех же нисходящих лобно-теменных механизмов было достаточно времени, чтобы улучшить представление релевантной задаче и обслуживаемой информации в визуальных областях. Примечательно, что как ранние автоматические, так и более поздние реакции Amg, модулируемые вниманием, находятся в пределах временного окна одного объема данных исследований фМРТ, что, вероятно, приводит к загрязнению быстрых эффектов. В соответствии с этой точкой зрения, записи ЭЭГ показали, что повреждение Amg влияет на восприятие эмоций в двух различных временных окнах: одно раннее воздействие во временном диапазоне P1, примерно 100–150 мс после появления стимула и один более поздний компонент, примерно в 500 мс. –600 мс (Rothstein et al., 2010). Эти результаты согласуются с вкладом Amg в восприятие эмоций на нескольких этапах обработки, а корреляция между степенью повреждения Amg и величиной эффектов ЭЭГ в обоих временных окнах поддерживает его причинную роль.

По общему признанию, внутричерепные электрофизиологические записи являются наиболее надежным источником доказательств как автоматизма, так и временных свойств ответа Amg. В трех исследованиях этот вопрос рассматривался путем перекодирования сигналов непосредственно с электродов, имплантированных в Amg пациентов, подвергающихся предоперационной оценке.Pourtois et al. (2010b) использовали ту же парадигму двойной задачи, которую ранее использовали Vuilleumier et al. (2001b), чтобы измерить автоматичность Amg с помощью фМРТ. Записи бокового Amg показали ранний нейронный ответ, который дифференцировал испуганные и нейтральные лица в диапазоне времени 140–290 мс, который происходил независимо от эффекта внимания и до него, начиная с 700 мс после появления стимула. Аналогичным образом, Sato et al. (2011) показали большую активность гамма-диапазона в ответ на страх по сравнению с нейтральными лицами между 50 и 150 мс.Несмотря на то, что это исследование подтвердило ранние реакции на эмоциональные стимулы, сенсорное или невнимательное неосознавание не подвергалось манипуляции, и стимулы проецировались централизованно в течение 1 секунды. Аналогичным образом, Hesse et al. (2016) зарегистрировали потенциал локального поля у трех пациентов с глубинными электродами, помещенными в Amg, и обнаружили, что ранняя активность в Amg (80–200 мс), но не в других височных, теменных или лобных участках, предсказывает быстрое кодирование преднамеренного вреда от визуальные сцены (Hesse et al., 2016). Наконец, недавнее исследование Mendez-Bertolo et al.(2016) обнаружили, что быстрые реакции Amg, начинающиеся через 74 мс после появления стимула, специфичны для испуганного по сравнению с нейтральным или счастливым выражением лица. Более того, быстрые ответы Amg были избирательными по отношению к компонентам низких пространственных частот испуганных лиц. Эта чувствительность к низким пространственным частотам важна, потому что она соответствует свойствам магноклеточного пути, который, как предполагается, передает визуальный сигнал в Amg через подкорковый путь, предназначенный для быстрого и бессознательного восприятия эмоций (Vuilleumier et al., 2003а).

Настоящие результаты поднимают два взаимосвязанных вопроса, имеющих первостепенное значение. Первый касается того, как визуальная информация, используемая для бессознательного восприятия эмоций, достигает Amg. Второй относится к кодирующим свойствам пути (путей), который направляет визуальную информацию в Amg без осознания, тем самым определяя, какие визуальные свойства, атрибуты и категории стимулов могут подвергаться бессознательной обработке эмоций и вызывать соответствующие реакции. В следующих двух разделах мы рассмотрим каждую из этих проблем отдельно.

Пути к Amg, имеющим отношение к бессознательному восприятию эмоций

Канонический путь передачи зрительной информации от сетчатки к Amg проходит через затылочно-височную кору вдоль вентрального потока, причем основная проекция происходит из передней части нижней височной коры (TE) (например, Kravitz et al. др., 2013). Однако предыдущие исследования на грызунах задокументировали роль структур среднего мозга в быстрой, но грубой обработке эмоционально нагруженных слуховых и зрительных стимулов, тем самым документировав подкорковый путь к Amg, который обходит первичную сенсорную корку (Jones and Burton, 1976; Campeau and Davis, 1995; LeDoux, 1996; Doron and Ledoux, 1999; Linke et al., 1999; Ши и Дэвис, 2001). Данные нейровизуализации здоровых субъектов, у которых сенсорная неосведомленность об эмоциональных стимулах была вызвана экспериментальными манипуляциями, показали, что верхний бугорок, пульвинар и Amg обычно активируются в ответ на бессознательно обрабатываемые эмоциональные сигналы (Whalen et al., 1998; Morris et al., 1999; Vuilleumier et al., 2003b; Whalen et al., 2004; Liddell et al., 2005; Williams et al., 2006b). И наоборот, первичный корковый путь, который передает зрительный сигнал на Amg, по-видимому, не реагирует значительно во время сенсорной неосознанности, но делает это, когда эмоциональные стимулы воспринимаются сознательно (Pasley et al., 2004; Williams et al., 2006a, b). Невидимые выражения лица и тела дали аналогичные результаты при представлении в слепых полях пациентов с аффективным слепым зрением. Это указывает на то, что функциональный подкорковый путь к Amg задействован в восприятии эмоций во время сенсорной неосознанности (Morris et al., 2001; de Gelder et al., 2005, 2011; Pegna et al., 2005; Tamietto and de Gelder, 2010; Van den Stock et al., 2011a, b, 2013, 2015a; Georgy et al., 2016). Вовлечение верхнего бугорка и пульвинария согласуется с их структурой связи и физиологическими свойствами.Примечательно, что поверхностные слои SC получают прямой вход в сетчатку только от Magnocellular и Koniocellular каналов, происходящих от зонтика и бистратифицированных ганглиозных клеток сетчатки, соответственно (Goldberg and Robinson, 1978; Casagrande, 1994; Waleszczyk et al., 2004). Кроме того, медиальный отдел нижнего легочного ствола получает прямые проекции сетчатки в дополнение к входному сигналу, исходящему от верхнего бугорка и нацеленному на центрально-медиальный и задний отделы нижнего легочного ствола.Следовательно, эти подкорковые структуры идеально расположены для передачи визуального сигнала в Amg и обхода временной или постоянной инактивации зрительной коры. Записи одиночных клеток у обезьян предоставили независимую поддержку роли верхнего бугорка и пульвинара в кодировании эмоциональных выражений (Nguyen et al., 2014). Действительно, субпопуляция нейронов в верхнем бугорке реагирует на лица или похожие на лица изображения также, когда изображения фильтруются с низкой пространственной частотой. Более того, величина и время задержки таких ответов в верхнем холмике на изображения лица значительно коррелировали с теми, которые были зарегистрированы в пульвинарии.Примечательно, что нейроны pulvinar обезьян по-разному реагируют на определенные эмоциональные выражения, как показано в другом исследовании записи клеток, проведенном той же группой (Maior et al., 2010).

Принимая во внимание роль подкоркового функционального пути к Amg, предназначенного для обработки эмоций в условиях сенсорной неосознанности, связаны ли эти структуры также анатомически, помимо функциональных взаимодействий, описанных выше? Наличие анатомических связей между верхним бугристым бугорком, пульвинаром и Amg было документально подтверждено исследованиями с использованием индикаторов на птицах и грызунах.Тем не менее, до недавнего времени аналогичные доказательства у приматов отсутствовали (Pessoa, 2005; Pessoa and Adolphs, 2010). Day-Brown et al. (2010) предоставили такое доказательство на землероке, виде, считающемся прототипом приматов, показав, что дорсальный пульвинарий, который получает как топографические, так и диффузные проекции от верхнего бугорка, также проецируется на Amg, тем самым формируя дисинаптический путь. Авторы предположили, что роль этого пути заключается в передаче нетопографической визуальной информации от SC к Amg с целью «предупреждения животного о потенциально опасных визуальных сигналах» (Day-Brown et al., 2010). В попытке проверить, существуют ли такие анатомические связи также в головном мозге человека, мы использовали методы визуализации тензора диффузии (DTI) и трактографии, чтобы охарактеризовать in vivo связь между верхним бугорком, пульвинаром и Amg у нормальных наблюдателей и ее изменения. у слепого пациента GY (Tamietto et al., 2012). Мы обнаружили волоконную связь между пульвинаром и Amg, а также между верхним бугорком и Amg через нижнебоковой пульвинар у здорового наблюдателя, а также у пациента GY.Одностороннее поражение V1 увеличивает количество волоконных соединений вдоль этого пути, но только в поврежденном полушарии пациента, что обеспечивает дополнительную поддержку функциональной роли этого подкоркового пути в передаче визуальной информации, критически важной для аффективного слепого зрения и бессознательного восприятия эмоций. Недавнее трактографическое исследование Rafal et al. (2015) также проследили связи между colliculus, pulvinar и Amg у восьми обезьян и двадцати здоровых людей. Результаты на людях были очень согласованы с нашими предыдущими результатами, в то время как авторы также впервые сообщили анатомические доказательства прямых и очень похожих связей в мозге обезьяны.

По общему признанию, существование такого подкоркового пути к Amg не исключает других теоретических возможностей или альтернативных путей, а также участия корковых областей в различных случаях сознательной или бессознательной обработки эмоций (Pessoa and Adolphs, 2010). Например, и латеральное коленчатое ядро, и пульвинар посылают коллатеральные проекции, которые обходят V1 и нацелены на экстрастриальные зрительные области, включая области вдоль вентрального коркового потока, которые затем могут передавать визуальную информацию обратно в Amg (Tamietto and Morrone, 2016).Кроме того, на мышах недавно были продемонстрированы два других дисинаптических подкорковых пути к Amg, а также их функциональная роль в запуске врожденных защитных реакций на угрожающие зрительные стимулы. Оба эти пути берут начало от верхнего холмика, но один включает парабигеминальное ядро ​​в качестве промежуточной станции, ведущей к Amg (Shang et al., 2015), тогда как другой включает латеральное заднее ядро ​​таламуса (Wei et al., 2015). . Остается установить, играют ли эти и другие потенциальные пути за пределами хорошо задокументированного colliculus-pulvinar-Amg решающую роль в восприятии эмоций без осознания у людей (Рис. 1).

РИСУНОК 1. Основные корковые и подкорковые зрительные связи с Amg. Пунктирными линиями показаны пути, о которых недавно сообщалось у мышей, но еще не подтверждено у людей и приматов. LGN, латеральное коленчатое ядро; OFC, орбитофронтальная кора; PBGN, парабигеминальное ядро; ИП, нижний пульвинарный; PL, боковая пульвинария; PM, медиальный пульвинар; SC — верхний бугорок; TE, височная нижняя ростральная; TEO, височная нижняя задняя часть; ThLP, боковой задний таламус; vlPFC, вентро-латеральная префронтальная кора.

Эти двуступенчатые точки зрения, включающие корковый и подкорковый входы в Amg, часто задумывались или представлялись как альтернатива двухэтапному описанию, описанному выше и возникающему из неосознавания внимания или анализа временного профиля ответов Amg. Однако между этими двумя взглядами нет логического противоречия, и их нельзя рассматривать как взаимоисключающие. И наоборот, эмпирические данные, кажется, указывают на то, что они сосуществуют в неповрежденном мозге, и они приобретают новую когерентность, если рассматривать их в свете проведенного выше различия между сенсорным и внимательным неосознаванием.Фактически, когда V1 не может нормально обрабатывать визуальную информацию, либо из-за экспериментальных манипуляций, вызывающих сенсорную неосознаваемость, либо из-за необратимого повреждения, подкорковый путь кажется основным неканоническим путем быстрой передачи визуальной информации Amg и поддержания бессознательной обработки эмоций. . Однако во время отсутствия внимания у здоровых субъектов или у пациентов с пренебрежением, зрительная кора головного мозга функционирует нормально, и грубый магноцеллюлярный вход также может достигать Amg из кортикальных областей вентрального потока посредством начального движения вперед (Vuilleumier, 2005; Pourtois et al., 2013). Это может обеспечить быструю обработку необслуживаемых стимулов до произвольного контроля внимания (Pourtois et al., 2010a, b) или детального осознанного восприятия стимула.

Категории и свойства стимулов, вызывающие реакцию миндалины без ведома

Faces — это привилегированная среда для выражения эмоций во время социального и несоциального взаимодействия. Поэтому неудивительно, что в подавляющем большинстве исследований, изучающих восприятие эмоций человеком, в качестве визуальных стимулов использовались выражения лица (например,г., Адольфс, 2002; D’Agata et al., 2011). Аналогичным образом, в исследованиях восприятия эмоций без осознания в основном использовались выражения лица (Morris et al., 1998, 1999; Whalen et al., 1998; Axelrod et al., 2015). Это способствовало распространенному мнению о том, что активность Amg во время бессознательного восприятия эмоций избирательна в отношении мимики (Johnson, 2005; de Gelder et al., 2006). Однако недавнее исследование, похоже, опровергает эту точку зрения, исходя из двух параллельных выводов. С одной стороны, активность Amg, зависящая от сенсорной осведомленности и осознания внимания у здоровых пациентов, а также пациентов с повреждениями мозга, возникла в результате использования нефимицевых стимулов, тем самым распространив свидетельства бессознательной обработки эмоций на другие категории стимулов.Телесные выражения эмоций, как статические, так и динамические, были наиболее широко изученными нефимицевыми стимулами (de Gelder and Hadjikhani, 2006; de Gelder et al., 2006, 2010; Tamietto et al., 2009; Van den Stock et al. ., 2011a, b, 2013, 2015a, b; Тамиетто и др., 2015). Визуальные стимулы, связанные с опасностями в нашем эволюционном прошлом, такие как змеи и пауки, также изучались во время невнимательного и сенсорного неосознавания. Бессознательное воздействие этих раздражителей вызывает физиологическое возбуждение и реакцию миндалины (Carlsson et al., 2004; Wendt et al., 2008; Альперс и др., 2009; Almeida et al., 2015), особенно если участники испытывали фобию по отношению к этим классам стимулов и активировали Amg также без присмотра, поскольку он присутствовал на пораженной стороне пациентов с полупространственным пренебрежением (Tamietto et al., 2015). С другой стороны, предполагаемый особый статус лиц в запуске бессознательного восприятия и активности Amg противоречит отрицательным свидетельствам, когда неэмоциональные черты лица, такие как пол или идентичность, проверяются во время неосознанности (Rossion et al., 2000; Negro et al., 2015). Более того, выражения лица, передающие более сложные эмоции, такие как вина или высокомерие, значение которых лежит в процессе социализации и менее биологически укоренилось, также не подвергаются бессознательной обработке эмоций у пациентов с аффективным слепым зрением (Celeghin et al. (2016).

Определенная степень функционального сходства между этими различными категориями стимулов, благодаря их общей пригодности для прохождения бессознательной обработки эмоций и запуска реакции Amg, ставит под сомнение теории, сосредоточенные исключительно на конкретных визуальных характеристиках или на уникальной роли лиц в передаче эмоций. .Фактически, он предлагает подход, который устраняет грубые физические различия между стимулами, поскольку они существуют между выражениями лица и тела или между этими последними и змеями, чтобы больше сосредоточиться на общих функциональных свойствах этих различных классов стимулов. Таким образом, результаты, представленные выше, сходятся с идеей о том, что бессознательная обработка эмоций не специфична для лиц, а скорее для биологически примитивных эмоциональных сигналов, которые могут быть закодированы с помощью низких пространственных частот, которые явно связаны с тенденциями к действию и к которым мы эволюционно подготовлены к ответу (Тамиетто и де Гелдер, 2010).Соответственно, сложные аффективные сцены, полученные из Международной системы аффективных картинок (IAPS), не могут обрабатываться бессознательно у пациентов с аффективным слепым зрением (de Gelder et al., 2002) и не активируют Amg при невнимательности, проверенной у пациентов с пренебрежение (Grabowska et al., 2011).

Таким образом, данные указывают на то, что обработка эмоциональной ценности сложных сцен, выражений лиц социальных эмоций или личностной идентичности лиц критически зависит от сознательного зрительного восприятия и от детальной обработки высокочастотной пространственной информации, которая характерно выполняется корковой зрительной системой. в брюшном потоке.Мы уже обсуждали данные о быстрых ответах Amg на выражения страха с низкой, но не высокой пространственной частотой (Vuilleumier et al., 2003a; Mendez-Bertolo et al., 2016). В попытке определить причинную роль и поведенческие последствия активности Amg во время бессознательного восприятия выражений с низкими пространственными частотами, мы недавно протестировали двух пациентов с аффективным слепым зрением в комбинированном поведенческом эксперименте / фМРТ (де Гелдер и Тамиетто, в печати) . Нейтральные и испуганные выражения лица фильтровались с высокой или низкой пространственной частотой.Мы рассудили, что, если бессознательное восприятие эмоций во время сенсорной неосознавания зависит от подкоркового пути к Amg и магноцеллюлярным каналам, тогда пациенты должны демонстрировать аффективное слепое зрение только в ответ на изображения с низкой пространственной частотой, и это поведение, основанное на предположениях с высокой вероятностью, должно быть связано с Amg. Мероприятия. И наоборот, использование высокочастотных изображений с высокой пространственной частотой не должно допускать преувеличения вероятности, и отклик Amg должен значительно снизиться. Предварительные данные согласуются с нашей гипотезой и подтверждают причинную роль подкорковых структур в аффективном слепом зрении и бессознательном восприятии эмоций (de Gelder and Tamietto, в печати).

Последствия активности Amg при бессознательном восприятии эмоций

Каковы последствия активности Amg без осведомленности о стимулах? Меняют ли они текущее поведение, психофизиологические реакции или экспрессивные реакции на обычно наблюдаемые внешние раздражители? И, наконец, ощущаются ли эти реакции сознательно, даже если они не могут быть связаны с внешним запускающим событием?

Бессознательное восприятие эмоциональных стимулов, связанных с активностью Amg, часто вызывает поведенческие последствия, которые связаны с характерными психофизиологическими коррелятами или изменениями в состоянии тела неосознанного наблюдателя.Эти поведенческие и психофизиологические результаты количественно и качественно отличаются от результатов, возникающих при осознанном восприятии эмоций, поскольку они имеют тенденцию быть сильнее и быстрее, когда осознание отсутствует (Williams et al., 2004a; Tamietto et al., 2009, 2015). Это говорит о том, что бессознательное восприятие эмоциональных стимулов — это не просто деградированная версия сознательного восприятия, а другой способ обработки тех же стимулов.

Например, эмоциональные стимулы, которые остаются без внимания, тем не менее мешают текущим задачам (Eastwood et al., 2003; Hart et al., 2010), а поведенческие последствия включают отсроченное отвлечение внимания (Georgiou et al., 2005), более быстрое и легкое обнаружение, чем то, что сообщается для нейтральных стимулов, как показано при визуальном поиске (Hansen and Hansen, 1988; Ohman et al. al., 2001), парадигмы моргания внимания (Anderson, 2005) или у пациентов с пренебрежением (Vuilleumier and Schwartz, 2001a, b; Williams and Mattingley, 2004; Tamietto et al., 2005, 2007). Примечательно, что повреждение Amg устраняет некоторые из этих поведенческих эффектов (Anderson and Phelps, 2001).Точно так же, если нейтральный стимул сочетается с бессознательно воспринимаемым эмоциональным стимулом или запускается им, то предпочтения или отношения к первому соответственно смещаются (Niedenthal, 1990; Anders et al., 2009). Например, на потребительское поведение или суждения о предпочтениях могут влиять предшествующие замаскированные выражения лица, несмотря на то, что субъективные чувства остаются неизменными (Winkielman and Berridge, 2004; Winkielman et al., 2005). Примечательно, однако, что когда испытуемые осознают присутствие и природу эмоциональных стимулов, эти эффекты иногда исчезают (Niedenthal, 1990; Tamietto et al., 2006).

Психофизиологические изменения, которые связаны с бессознательным восприятием эмоциональных стимулов, включают повышенную проводимость кожи (Esteves et al., 1994; Glascher and Adolphs, 2003) повышенную интенсивность моргания глаз (что указывает на реакцию испуга или избегание) (Hamm et al., 2003), изменения уровня гормона стресса (van Honk et al., 1998), увеличенное расширение зрачков (Tamietto et al., 2009, 2015) и изменения частоты сердечных сокращений (Ruiz-Padial et al., 2005). Эти изменения указывают на возбуждение или обработку аффективной валентности, и их функция состоит в том, чтобы подготовить организм к реакции на препятствующие и значимые события.Примечательно, что поражения Amg связаны с уменьшением моргания глаз на отрицательные стимулы (Angrilli et al., 1996). Аналогичным образом, электромиографические исследования (ЭМГ) показали, что замаскированные или невидимые эмоциональные стимулы также вызывают спонтанные лицевые реакции, связанные с эмоциональным содержанием стимулов (Dimberg et al., 2000; Tamietto and de Gelder, 2008b; Tamietto et al., 2009). . Эта спонтанная тенденция синхронизировать выражения нашего лица с эмоциональным значением выражений других людей, вероятно, играет определенную роль в социальных взаимодействиях (Frith, 2009).

Другой источник данных о влиянии обработки стимула без осознания — это исследования, в которых использовались косвенные манипуляции. Например, косвенные методы использовались для выборки интерференции или интеграции между видимыми и невидимыми стимулами у пациентов с аффективным слепым зрением или во время маскировки у здоровых наблюдателей (de Gelder et al., 2001; Tamietto and de Gelder, 2008a; Bertini et al., 2013; Cecere et al., 2014). Типичным примером косвенных методов является избыточный целевой эффект (RTE), при котором один единственный стимул проецируется на неповрежденное поле или предъявляется одновременно с другим стимулом в противоположном слепом поле.Как правило, время реакции (RT) на видимый стимул быстрее при избыточной стимуляции, чем при однократном воздействии на неповрежденное поле (Celeghin et al., 2015c). С помощью такого метода у таких пациентов наблюдались взаимодействия между видимыми и невидимыми визуальными эмоциональными стимулами, а также между (невидимыми) визуальными и (воспринимаемыми) слуховыми стимулами. Например, представление неконгруэнтного выражения лица слепому полю искажает суждение об эмоциональной просодии фрагмента предложения (de Gelder et al., 2002, 2005) вместе с повышенной активностью Amg в конгруэнтных условиях. Эти результаты сходятся с представлением о том, что обработка эмоций с осознанием стимула и без него сосуществуют и взаимодействуют в неповрежденном мозге, хотя они могут быть диссоциированы из-за очагового повреждения мозга или экспериментальных манипуляций. Дополнительные доказательства моторного влияния на восприятие эмоций предоставлены исследованиями транскраниальной магнитной стимуляции (ТМС) (Borgomaneri et al., 2015a, b). Хотя в этих исследованиях не было прямого воздействия на зрительное восприятие, они обнаружили чрезвычайно быструю сенсомоторную модуляцию в ответ на пугающие выражения тела, предположительно лежащие в основе механизмов замораживания.Поскольку эти эффекты связаны с изменениями возбудимости нижележащих корково-спинных проекций, но не с корковыми возбуждающими механизмами, авторы предполагают, что они опосредованы быстрыми и автоматическими ответами миндалины, которые быстро модулируют корково-подкорковые взаимодействия до того, как зрительные стимулы могут полностью проявиться. обрабатывается на сознательном уровне.

Можем ли мы сознательно переживать телесные изменения и эмоциональные чувства, обусловленные воздействием невидимого и неосознанного эмоционального стимула? Классическая точка зрения состоит в том, что мы осознаем такие телесные реакции, когда можем связать их с сознательными представлениями об их внешних или внутренних детерминантах (например,g., гневное выражение или внезапный шум, или наши мысли соответственно). Фактически, некоторые свидетельства указывают на то, что мы не можем сообщить о сознательном чувстве, несмотря на тот факт, что в то же время наше поведение показывает наличие аффективной реакции, вызванной воздействием внешнего стимула, о котором мы не подозреваем. Несмотря на это, однако, вполне возможно, что мы можем осознавать наши физиологические изменения без сознательного представления об их внешних причинах. Это обычная ситуация в таких клинических условиях, как алекситимия, патологическая тревога или депрессия.Кроме того, одно исследование пациентов с аффективным слепым зрением показало, что предъявление невидимого стимула, ранее сопряженного с аверсивным событием, усиливает рефлекс вздрагивания при моргании, и это усиление соответствует сообщаемому уровню негативных эмоциональных чувств (Anders et al., 2004 ).

Заключение

Если эмоциональные стимулы можно обрабатывать без осознания, активировать Amg и по-прежнему вызывать последовательные реакции, какая роль в эмоциях отводится сознанию? Некоторые подсказки приходят из наблюдения, что реакции, наблюдаемые, когда обработка эмоций сопровождается осознанием, часто отличаются от реакций, вызванных бессознательной обработкой.Усиленное влияние бессознательно воспринимаемых эмоциональных сигналов на физиологические или экспрессивные реакции согласуется с результатами, показывающими, что корковая активность и осведомленность могут оказывать тормозящую модуляцию на подкорковые области или автоматические реакции (Bush and Sejnowski, 1996; Panksepp, 2011). Тот факт, что такое торможение отсутствует или менее заметно во время бессознательного восприятия эмоциональных стимулов, также может объяснить кажущееся парадоксальным открытие того, что подкорковая активность может быть усилена в бессознательном состоянии по сравнению с сознательным восприятием эмоциональных стимулов у здоровых субъектов (Anderson et al., 2003; Williams et al., 2004b). Точно так же сознательное восприятие вызывающего стимула может преобладать над субъективным аффективным опытом в ответ на аверсивно обусловленный стимул, а разделение между сознательными ощущениями и физиологическими изменениями коррелирует с повышенной активностью вентро-латеральной префронтальной коры (Anders et al., 2009). Эти результаты противоречат распространенному предположению, что эмоциональные чувства просто отражают корковые показатели периферического и вегетативного возбуждения. Таким образом, дополнительная ценность осознания эмоций, по-видимому, заключается в первую очередь в интеграции представлений о внешнем и внутреннем мире для достижения контекстно-зависимой развязки более высокого порядка и гибкости между сенсорным входом и поведенческим выходом.Сознание также позволяет контролировать и планировать, а также предвосхищать желаемые или функциональные реакции.

С противоположной точки зрения эмоции, кажется, играют заметную роль в порождении и развитии государственного сознания, которое относится к различным степеням бдительности, таким как бодрствование, бдительность, сонливость или кома, которые применимы ко всему организму. Наша гомеостатическая регуляция действительно зависит от непрерывного картирования состояний тела и интеграции интероцептивной информации.Эти гомеостатические процессы способствуют возникновению чувства инвариантности, которое сопровождает случайный субъективный опыт, и, таким образом, создают нейробиологический механизм неизменности самосознания и непрерывности нашего восприятия мира от первого лица (Damasio, 1999; Tsuchiya and Adolphs , 2007; Парк, Таллон-Бодри, 2014). Нейрофизиологические реакции, вызванные эмоциональными сигналами, даже когда они невидимы, изменяют гомеостатический баланс и перекрываются с изменениями, влияющими на общий уровень состояния сознания (Damasio, 1999; Zeman, 2001; Damasio and Carvalho, 2013).Действительно, стоит отметить, что телесные реакции, вызванные эмоциями, контролируются нейронными структурами в стволе мозга, которые также контролируют уровень сознания. Соответственно, некоторые ученые считают грубые эмоциональные чувства предшественниками или основными формами сознания и укоренили их в подкорковых процессах, а не (только) в полномасштабных субъективных познаниях, реализованных в корковой структуре высшего порядка (Panksepp, 2005; Panksepp, 2011 ; Damasio, Carvalho, 2013; Damasio et al., 2013; Леду, 2015). В соответствии с этой точкой зрения, дети с полным врожденным отсутствием коры головного мозга, тем не менее, могут демонстрировать соответствующие аффективные реакции, и чувства могут даже усиливаться (Shewmon et al., 1999). Более того, прямая электрическая стимуляция мозга в подкорковых структурах и структурах ствола мозга, которые вызывают наблюдаемые поведенческие и физиологические реакции, связанные с вознаграждением и наказанием у животных, также вызывают сознательные аффективные чувства при стимуляции у людей (Panksepp, 2005; Panksepp, 2011).Таким образом, даже когда мы не осознаем внешние детерминанты эмоциональной реакции, поскольку запускающий сигнал не становится содержанием нашего сознательного визуального опыта, каскад физиологических реакций, которые он генерирует в организме, способствует модуляции нашего состояния бдительности и поведение, которые являются составными компонентами государственного сознания.

Авторские взносы

Рукопись написали

MD, AC, AB и MT. MT отредактировал окончательную версию рукописи.Все авторы согласились с окончательной версией рукописи

.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

AC, MD и MT поддерживаются грантом Vidi от Нидерландской организации научных исследований (NWO) (грант 452-11-015) и FIRB — Futuro in Ricerca 2012 — грантом Министерства образования Италии. Университет и исследования (МИУР) (грант RBFR12F0BD).

Дополнительные материалы

Дополнительные материалы к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https://www.frontiersin.org/article/10.3389/fpsyg.2016.02029/full#supplementary-material

Список литературы

Алгом Д., Чаджут Э. и Лев С. (2004). Рациональный взгляд на феномен эмоционального штопора: общее замедление, а не эффект штопора. J. Exp. Psychol. Gen. 133, 323–338. DOI: 10.1037 / 0096-3445.133.3.323

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Алмейда, И., Соарес, С. К., и Каштелу-Бранко, М. (2015). Особая роль миндалины, верхнего бугорка и пульвинара в обработке центральных и периферических змей. PLoS ONE 10: e0129949. DOI: 10.1371 / journal.pone.0129949

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Альперс, Г. В., Гердес, А. Б., Лагари, Б., Табберт, К., Вайтл, Д., и Старк, Р. (2009). Внимание и активность миндалины: исследование фМРТ с изображениями пауков при фобии пауков. Дж.Neural. Трансм. 116, 747–757. DOI: 10.1007 / s00702-008-0106-8

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Амарал Д. Г. и Беннетт Дж. (2000). Развитие амигдало-корковой связи у макак. Soc. Neurosci. Abstr. 26, 17–26.

Google Scholar

Амтинг, Дж. М., Гриннинг, С. Г., Митчелл, Д. Г. (2010). Множественные механизмы сознания: нейронные корреляты эмоционального осознавания. Дж.Neurosci. 30, 10039–10047. DOI: 10.1523 / JNEUROSCI.6434-09.2010

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Андерс, С., Эйпперт, Ф., Винс, С., Бирбаумер, Н., Лотце, М., и Вильдгрубер, Д. (2009). Когда зрение перевешивает чувство: роль префронтальной коры в пассивном контроле негативных аффектов при слепом зрении. Мозг 132 (Pt. 11), 3021–3031. DOI: 10.1093 / мозг / awp212

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Андерсон, А.К., Кристофф, К., Паниц, Д., Де Роса, Э., и Габриэли, Дж. Д. (2003). Нейронные корреляты автоматической обработки сигналов лица об угрозах. J. Neurosci. 23, 5627–5633.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Angrilli, A., Mauri, A., Palomba, D., Flor, H., Birbaumer, N., Sartori, G., et al. (1996). Нарушение рефлекса вздрагивания и модуляции эмоций после поражения правой миндалины. Мозг 119 (Pt. 6), 1991–2000. DOI: 10.1093 / мозг / 119.6.1991

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Билл, П., и Герберт, А. (2008). Лицо побеждает: более сильная автоматическая обработка аффекта в выражениях лица, чем слова в модифицированной задаче Струпа. Cogn. Эмот. 22, 1613–1642. DOI: 10.1080 / 02699930801940370

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бишоп, С. Дж., Дункан, Дж., И Лоуренс, А. Д. (2004). Состояние тревожной модуляции реакции миндалины на оставленные без внимания раздражители, связанные с угрозой. J. Neurosci. 24, 10364–10368. DOI: 10.1523 / JNEUROSCI.2550-04.2004

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Боргоманери, С., Витале, Ф., Газзола, В., и Авенанти, А. (2015b). Наблюдение за устрашающим языком тела быстро замораживает моторную кору наблюдателя. Cortex 65, 232–245. DOI: 10.1016 / j.cortex.2015.01.014

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Брош Т. и Визер М. Дж. (2011). (Не) автоматизм реакции миндалины на угрозу: по вопросу о быстрых сигналах и медленных мерах. J. Neurosci. 31, 14451–14452. DOI: 10.1523 / JNEUROSCI.4089-11.2011

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Буш, П., и Сейновски, Т. (1996). Ингибирование синхронизирует редко связанные корковые нейроны внутри и между столбцами в реалистичных сетевых моделях. J. Comput. Neurosci. 3, 91–110. DOI: 10.1007 / BF00160806

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бздок Д., Лэрд А. Р., Зиллес К., Фокс П. Т. и Эйкхофф С. Б. (2013). Исследование структурной, соединительной и функциональной субспециализации миндалевидного тела человека. Hum. Brain Mapp. 34, 3247–3266. DOI: 10.1002 / HBM.22138

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кампо С. и Дэвис М. (1995). Участие подкорковых и корковых афферентов к латеральному ядру миндалины в условном рефлексе страха, измеряемом с помощью потенцированного страхом испуга у крыс, тренируемых одновременно со слуховыми и зрительными условными стимулами. J. Neurosci. 15 (3 Pt. 2), 2312–2327.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Карлсон, Дж.М., Рейнке К.С. и Хабиб Р. (2009). Левая миндалина опосредует сеть для быстрого ориентирования на замаскированные испуганные лица. Neuropsychologia 47, 1386–1389. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2009.01.026

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Карлссон, К., Петерссон, К. М., Лундквист, Д., Карлссон, А., Ингвар, М., и Оман, А. (2004). Страх и миндалевидное тело: манипуляция осознанием вызывает различные мозговые реакции на фобические и связанные со страхом (но не вызывающие страха) стимулы. Эмоция 4, 340–353. DOI: 10.1037 / 1528-3542.4.4.340

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Касагранде, В. А. (1994). Третий параллельный зрительный путь к области приматов V1. Trends Neurosci. 17, 305–310. DOI: 10.1016 / 0166-2236 (94) -5

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сесере Р., Бертини К., Майер М. Э. и Ладавас Э. (2014). Невидимые испуганные лица влияют на кодирование лиц: данные ERP у пациентов с гемианопсией. J. Cogn. Neurosci. 26, 2564–2577. DOI: 10.1162 / jocn_a_00671

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Селегин А., Барабас М., Манчини Ф., Бендини М., Педротти Э., Прайор М. и др. (2015a). Ускоренная ручная реакция на невидимые зрительные стимулы у пациентов с гемианопсией: что за слепое зрение? Conscious Cogn. 32, 6–14. DOI: 10.1016 / j.concog.2014.07.010

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Целегин, А., Diano, M., Costa, T., Adenzato, M., Mosso, C.O., Weiskrantz, L., et al. (2016). Психофизиологические механизмы, управляющие распознаванием основных и сложных эмоций без зрительной коры. Neuropsychol. Тенденции 20, 77.

Селегин А., Савацци С., Барабас М., Бендини М. и Марци К. А. (2015c). Слепое зрение чувствительно к количеству и конфигурации стимулов: свидетельство эффекта избыточного сигнала. Exp. Brain Res. 233, 1617–1623. DOI: 10.1007 / s00221-015-4236-6

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Коста, Т., Cauda, ​​F., Crini, M., Tatu, M.K., Celeghin, A., de Gelder, B., et al. (2014). Временная и пространственная нейронная динамика в восприятии основных эмоций сложных сцен. Soc. Cogn. Оказывать воздействие. Neurosci. 9, 1690–1703. DOI: 10.1093 / сканирование / nst164

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кричли, Х. Д., Матиас, К. Дж., И Долан, Р. Дж. (2002). Условие страха у людей: влияние осознания и вегетативного возбуждения на функциональную нейроанатомию. Нейрон 33, 653–663. DOI: 10.1016 / S0896-6273 (02) 00588-3

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Д’Агата, Ф., Кароппо, П., Баудино, Б., Калио, М., Кроче, М., Бергуи, М. и др. (2011). Распознавание лицевых эмоций у пациентов с спиноцеребеллярной атаксией. Мозжечок 10, 600–610. DOI: 10.1007 / s12311-011-0276-z

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дамасио, А. (1999). Чувство происходящего: тело и эмоции в создании сознания. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Харкорт Брейс, 386.

Google Scholar

Дэй-Браун, Дж. Д., Вей, Х., Чомсунг, Р. Д., Петри, Х. М., и Бикфорд, М. Е. (2010). Пульвинарные проекции полосатого тела и миндалины у землероек. Перед. Нейроанат. 4: 143. DOI: 10.3389 / fnana.2010.00143

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

де Гельдер, Б., Гортензиус, Р., Тамиетто, М. (2012). Внимание и осознание влияют на активность миндалины для динамических телесных выражений — краткий обзор. Перед. Интегр. Neurosci. 6:54. DOI: 10.3389 / fnint.2012.00054

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

де Гелдер, Б., Мерен, Х. К., Ригарт, Р., ван ден Сток, Дж., Ван де Рит, В. А., и Тамиетто, М. (2006). Помимо лица: изучение быстрого влияния контекста на обработку лиц. Прог. Brain Res. 155, 37–48. DOI: 10.1016 / S0079-6123 (06) 55003-4

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

де Гелдер, Б., Моррис, Дж. С., и Долан, Р. Дж. (2005). Бессознательный страх влияет на эмоциональное восприятие лиц и голосов. Proc. Natl. Акад. Sci. США 102, 18682–18687. DOI: 10.1073 / pnas.050

02

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

де Гельдер, Б., Пуртуа, Г., ван Рамсдонк, М., Вромен, Дж., И Вайскранц, Л. (2001). Невидимые стимулы модулируют сознательное зрительное восприятие: свидетельство межполушарного суммирования. Нейроотчет 12, 385–391.DOI: 10.1097 / 00001756-200102120-00040

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

де Гельдер, Б., Пуртуа, Г., и Вайскранц, Л. (2002). Распознавание страха в голосе модулируется бессознательно распознаваемыми выражениями лица, но не бессознательно распознаваемыми аффективными картинками. Proc. Natl. Акад. Sci. США 99, 4121–4126. DOI: 10.1073 / pnas.062018499

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

де Гелдер, Б., и Тамиетто, М. (2011). «Лица, тела, социальное видение как агентное видение и социальное сознание», в The Science of Social Vision , ред. Р. Адамс, Дж. Н. Амбади, К. Накаяма и С. Шимодзё (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Oxford Univesity Press) , 51–74.

Google Scholar

de Gelder, B., and Tamietto, M. (в печати). «Какова роль сознательного осознавания в эмоциях?» В The Nature of Emotion , ред. Р. Дэвидсон, А. Шакман, А. Фокс и Р. Лапейт (Нью-Йорк, Нью-Йорк: издательство Oxford University Press).

Google Scholar

де Гелдер, Б., Ван ден Сток, Дж., Мерен, Х. К., Синке, К. Б., Крет, М. Е., и Тамиетто, М. (2010). Стоя за тело. Недавний прогресс в раскрытии сетей, участвующих в восприятии тел и телесных выражений. Neurosci. Biobehav. Ред. 34, 513–527. DOI: 10.1016 / j.neubiorev.2009.10.008

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

де Гелдер, Б., Вромен, Дж., Пуртуа, Г., и Вайскранц, Л.(1999). Бессознательное распознавание аффекта при отсутствии полосатой коры. Neuroreport 10, 3759–3763. DOI: 10.1097 / 00001756-199

0-00007

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Dehaene, S., Changeux, J. P., Naccache, L., Sackur, J., and Sergent, C. (2006). Сознательная, предсознательная и подсознательная обработка: проверяемая таксономия. Trends Cogn. Sci. 10, 204–211. DOI: 10.1016 / j.tics.2006.03.007

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Димберг, У., Тунберг, М., и Эльмехед, К. (2000). Бессознательные реакции лица на эмоциональные выражения лица. Psychol. Sci. 11, 86–89. DOI: 10.1111 / 1467-9280.00221

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дорон, Н. Н., и Леду, Дж. Э. (1999). Организация проекций на боковую миндалину из слуховой и зрительной областей таламуса у крысы. J. Comp. Neurol. 412, 383–409. DOI: 10.1002 / (SICI) 1096-9861 (199

) 412: 3 <383 :: AID-CNE2> 3.3.CO; 2-X

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Иствуд, Дж.Д., Смилек Д., Мерикл П. М. (2003). Отрицательное выражение лица привлекает внимание и снижает производительность. Восприятие. Психофизика. 65, 352–358. DOI: 10.3758 / BF03194566

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эстевес, Ф., Димберг, У., и Оман, А. (1994). Автоматически вызываемый страх: условная реакция проводимости кожи на замаскированную мимику. Cogn. Эмот. 8, 99–108. DOI: 10.1080 / 02699939408408949

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гарридо, М.И., Барнс, Г. Р., Сахани, М., и Долан, Р. Дж. (2012). Функциональные доказательства двойного пути к миндалине. Curr. Биол. 22, 129–134. DOI: 10.1016 / j.cub.2011.1011.1056

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гарверт, М. М., Фристон, К. Дж., Долан, Р. Дж., И Гарридо, М. И. (2014). Подкорковые пути миндалины обеспечивают быструю обработку лица. Neuroimage 102 (Pt. 2), 309–316. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2014.07.047

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Георгиу, Г.A., Bleakley, C., Hayward, J., Russo, R., Dutton, K., Eltiti, S., et al. (2005). Сосредоточение внимания на страхе: отвлечение внимания от эмоциональных лиц. Vis. Cogn. 12, 145–158. DOI: 10.1080 / 13506280444000076

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Георгий Л., Селегин А., Марци К. А., Тамиетто М. и Птито А. (2016). Верхний бугорок чувствителен к гештальт-подобной конфигурации стимула у пациентов с гемисферэктомией. Cortex 81, 151–161.DOI: 10.1016 / j.cortex.2016.04.018

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Глашер, Дж., И Адольфс, Р. (2003). Обработка возбуждения подсознательных и надземных эмоциональных стимулов миндалевидным телом человека. J. Neurosci. 23, 10274–10282.

Google Scholar

Голдберг, М. Э., и Робинсон, Д. Л. (1978). «Зрительная система: верхний бугорок», in Sensory Integration , Vol. 1, изд. Р. Б. Мастертон (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Springer), 119–164.

Google Scholar

Grabowska, A., Marchewka, A., Seniów, J., Polanowska, K., Jednoróg, K., and Królicki, L. (2011). Эмоционально негативные стимулы могут преодолеть дефицит внимания у пациентов с зрительно-пространственным геминеглектом. Neuropsychologia 49,3327–3337. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2011.08.006

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хамм, А.О., Вайке, А.И., Шупп, Х.Т., Трейг, Т., Дрессел, А., и Кесслер, К.(2003). Аффективное слепое зрение: неповрежденный страх, обусловленный зрительным сигналом у кортикально слепого пациента. Мозг 126 (Pt. 2), 267–275. DOI: 10.1093 / мозг / awg037

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хансен, К. Х., и Хансен, Р. Д. (1988). Обнаружение лица в толпе: эффект превосходства гнева. J. Pers. Soc. Psychol. 54, 917–924. DOI: 10.1037 / 0022-3514.54.6.917

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Харт, С.Дж., Грин, С. Р., Касп, М., и Белгер, А. (2010). Эмоциональные эффекты при выполнении задания Струпа. Neuroimage 49, 2662–2670. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2009.10.076

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Hesse, E., Mikulan, E., Decety, J., Sigman, M., Garcia, M., Silva, W., et al. (2016). Раннее выявление умышленного повреждения миндалины человека. Мозг 139, 54–61. DOI: 10.1093 / мозг / awv336

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джонс, Э.Г. и Бертон Х. (1976). Выступ от медиального пульвинария до миндалины у приматов. Brain Res. 104, 142–147. DOI: 10.1016 / 0006-8993 (76)

-5

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Юруэна, М. Ф., Джампьетро, ​​В. П., Смит, С. Д., Сургуладзе, С. А., Далтон, Дж. А., Бенсон, П. Дж. И др. (2010). Активация миндалины для замаскированного счастливого выражения лица. J. Int. Neuropsychol. Soc. 16, 383–387. DOI: 10.1017 / S13556177099

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кентридж, Р.В., Хейвуд, К. А., и Вайскранц, Л. (2004). Пространственное внимание ускоряет распознавание без осознания при слепом зрении. Neuropsychologia 42, 831–835. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2003.11.001

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Киллгор, В. Д., Юргелун-Тодд, Д. А. (2004). Активация миндалины и передней поясной извилины во время бессознательной обработки грустных и счастливых лиц. Neuroimage 21, 1215–1223.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Кравиц, Д.Дж., Салим, К. С., Бейкер, К. И., Унгерлейдер, Л. Г., и Мишкин, М. (2013). Вентральный зрительный путь: расширенная нейронная структура для обработки качества объекта. Trends Cogn. Sci. 17, 26–49. DOI: 10.1016 / j.tics.2012.10.011

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Леду, Дж. Э. (1996). Эмоциональный мозг. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Саймон и Шустер.

Google Scholar

Леду, Дж. Э. (2015). Axious. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Викинг.

Лидделл Б. Дж., Браун К. Дж., Кемп А. Х., Бартон М. Дж., Дас П., Педуто А. и др. (2005). Система прямой сигнализации ствола мозга, миндалины и коры головного мозга для подсознательных сигналов страха. Neuroimage 24, 235–243. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2004.08.016

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Линке Р., Де Лима А. Д., Швеглер Х. и Папе Х. С. (1999). Прямые синаптические связи аксонов из верхнего холмика с идентифицированными нейронами таламо-миндалины у крысы: возможные субстраты подкоркового зрительного пути к миндалине. J. Comp. Neurol. 403, 158–170. DOI: 10.1002 / (SICI) 1096-9861 (199) 403: 2 <158 :: AID-CNE2> 3.0.CO; 2-6

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Луо, К., Холройд, Т., Джонс, М., Хендлер, Т., и Блэр, Дж. (2007). Нейронная динамика для обработки угроз на лице, выявленная синхронизацией гамма-диапазона с использованием MEG. Neuroimage 34, 839–847. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2006.09.023

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Луо, К., Холройд, Т., Маджестик, К., Ченг, X., Шехтер, Дж., И Блэр, Р. Дж. (2010). Эмоциональный автоматизм — это вопрос времени. J. Neurosci. 30, 5825–5829. DOI: 10.1523 / JNEUROSCI.BC-5668-09.2010

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мак, А., Рок, И. (1998). Невнимательная слепота. Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Google Scholar

Майор Р. С., Хори Э., Томаз К., Оно Т. и Нишидзё Х. (2010). Нейроны пульвинара обезьяны по-разному реагируют на эмоциональные выражения человеческих лиц. Behav. Brain Res. 215, 129–135. DOI: 10.1016 / j.bbr.2010.07.009

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Mendez-Bertolo, C., Moratti, S., Toledano, R., Lopez-Sosa, F., Martinez-Alvarez, R., Mah, Y.H., et al. (2016). Быстрый путь страха в миндалине человека. Nat. Neurosci. 19, 1041–1049. DOI: 10.1038 / nn.4324

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Могг К., Брэдли Б. П. и Хэллоуэлл Н.(1994). Предвзятое отношение к угрозе — роль личностной тревожности, стрессовых событий и осведомленности. Q. J. Exp. Psychol. А 47, 841–864. DOI: 10.1080 / 14640749408401099

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Моррис, Дж. С., ДеГельдер, Б., Вайскранц, Л., и Долан, Р. Дж. (2001). Дифференциальная реакция экстрагеникулостриата и миндалины на представление эмоциональных лиц в корковом слепом поле. Мозг 124 (Pt. 6), 1241–1252. DOI: 10.1093 / мозг / 124.6.1241

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Моррис, Дж.С., Охман А. и Долан Р. Дж. (1999). Подкорковый путь к правой миндалине, опосредующий «невидимый» страх. Proc. Natl. Акад. Sci. США 96, 1680–1685. DOI: 10.1073 / pnas.96.4.1680

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Negro, E., D’Agata, F., Caroppo, P., Coriasco, M., Ferrio, F., Celeghin, A., et al. (2015). Нейрофункциональный признак гиперзнакомства с неизвестными лицами. PLoS ONE 10: e0129970. DOI: 10.1371 / journal.pone.0129970

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Нгуен, М.Н., Мацумото, Дж., Хори, Э., Майор, Р. С., Томаз, К., Тран, А. Х. и др. (2014). Нейронные реакции на мимические и лицевые стимулы в верхнем холмике обезьяны. Перед. Behav. Neurosci. 8:85. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00085

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ниденталь, П. М. (1990). Неявное восприятие аффективной информации. J. Exp. Soc. Psychol. 26, 505–527. DOI: 10.1016 / 0022-1031 (90) -O

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Николич, И.и Костович И. (1986). Развитие латерального ядра миндалины у плода человека: временное присутствие дискретных цитоархитектонических единиц. Анат. Эмбриол (Berl) 174, 355–360. DOI: 10.1007 / BF00698785

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Панксепп Дж. (2011). Межвидовая аффективная нейробиология, расшифровывающая первичные аффективные переживания людей и родственных им животных. PLoS ONE 6: e21236. DOI: 10.1371 / journal.pone.0021236

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Парк, Х. Д., Таллон-Бодри, К. (2014). Нейронный субъективный фрейм: от телесных сигналов до перцептивного сознания. Philos. Пер. R. Soc. Лондон. B Biol. Sci. 369: 20130208. DOI: 10.1098 / rstb.2013.0208

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пэсли Б. Н., Мэйс Л. К. и Шульц Р. Т. (2004). Подкорковая дискриминация невидимых объектов во время бинокулярного соперничества. Нейрон 42, 163–172. DOI: 10.1016 / S0896-6273 (04) 00155-2

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пенья, А. Дж., Хатеб, А., Лазейрас, Ф., и Сегиер, М. Л. (2005). Различение эмоциональных лиц без первичной зрительной коры затрагивает правую миндалину. Nat. Neurosci. 8, 24–25. DOI: 10.1038 / nn1364

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пессоа, Л., и Адольфс, Р. (2010). Обработка эмоций и миндалевидное тело: от «низкой дороги» к «многим дорогам» оценки биологической значимости. Nat. Rev. Neurosci. 11, 773–783. DOI: 10.1038 / nrn2920

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пессоа, Л., Джапи, С., Стурман, Д., и Унгерлейдер, Л. Г. (2006). Видимость цели и визуальная осведомленность модулируют реакцию миндалины на испуганные лица. Cereb. Cortex 16, 366–375. DOI: 10.1093 / cercor / bhi115

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пессоа, Л., Маккенна, М., Гутьеррес, Э., и Унгерлейдер, Л.Г. (2002). Нейронная обработка эмоциональных лиц требует внимания. Proc. Natl. Акад. Sci. США 99, 11458–11463. DOI: 10.1073 / pnas.172403899

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пессоа, Л., Падмала, С., и Морланд, Т. (2005). Судьба оставленных без присмотра испуганных лиц в миндалине определяется как ресурсами внимания, так и когнитивной модуляцией. Neuroimage 28, 249–255. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2005.05.048

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пуртуа, Г., Schettino, A., и Vuilleumier, P. (2013). Мозговые механизмы эмоциональных воздействий на восприятие и внимание: что такое магия, а что нет. Biol. Psychol. 92, 492–512. DOI: 10.1016 / j.biopsycho.2012.02.007

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Pourtois, G., Schwartz, S., Seghier, M. L., Lazeyras, F., and Vuilleumier, P. (2006). Нейронные системы для ориентации внимания на расположение сигналов угрозы: исследование фМРТ, связанное с событием. Neuroimage 31, 920–933.DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2005.12.034

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Pourtois, G., Spinelli, L., Seeck, M., and Vuilleumier, P. (2010a). Модуляция обработки лица эмоциональным выражением и направлением взгляда во время внутричерепных записей в правой веретенообразной коре. J. Cogn. Neurosci. 22, 2086–2107. DOI: 10.1162 / jocn.2009.21404

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пуртуа, Г., Спинелли, Л., Зик, М., и Вюйомье, П. (2010b). Временной приоритет эмоций над модуляциями внимания в боковой миндалине: данные внутричерепного ERP у пациента с височной эпилепсией. Cogn. Оказывать воздействие. Behav. Neurosci 10, 83–93. DOI: 10.3758 / CABN.10.1.83

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рафаль Р. Д., Коллер К., Бултитуд Дж. Х., Маллинз П., Уорд Р., Митчелл А. С. и др. (2015). Связь между верхним бугорком и миндалевидным телом у людей и макак: виртуальное рассечение с вероятностной трактографией DTI. J. Neurophysiol. 114, 1947–1962. DOI: 10.1152 / jn.01016.2014

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Россион Б., де Гельдер Б., Пуртуа Г., Герит Дж. М. и Вайскранц Л. (2000). Ранняя экстрастриатная активность без первичной зрительной коры у людей. Neurosci. Lett. 279, 25–28. DOI: 10.1016 / S0304-3940 (99) 00926-X

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ротштейн, П., Ричардсон, М. П., Уинстон, Дж. С., Kiebel, S.J., Vuilleumier, P., Eimer, M., et al. (2010). Повреждение миндалины влияет на связанные с событием потенциалы испуганных лиц в определенных временных окнах. Hum. Brain Mapp. 31, 1089–1105. DOI: 10.1002 / hbm.20921

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Руис-Падиаль, Э., Мата, Дж. Л., Родригес, С., Фернандес, М. К., и Вила, Дж. (2005). Бессознательная модуляция сердечной защиты с помощью замаскированных фобических картинок. Внутр. J. Psychophysiol. 56, 271–281.DOI: 10.1016 / j.ijpsycho.2004.12.010

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сато В., Кочияма Т., Уоно С., Мацуда К., Усуи К., Иноуэ Ю. и др. (2011). Быстрые гамма-колебания миндалины в ответ на пугающее выражение лица. Neuropsychologia 49, 612–617. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2010.12.025

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шан, К., Лю, З., Чен, З., Ши, Ю., Ван, К., Лю С. и др. (2015). МОЗГОВЫЕ КОНТУРЫ. Парвальбумин-положительный возбуждающий зрительный путь, вызывающий реакцию страха у мышей. Наука 348, 1472–1477. DOI: 10.1126 / science.aaa8694

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шевмон Д. А., Холмс Г. Л. и Бирн П. А. (1999). Сознание у врожденно декортифицированных детей: вегетативное состояние развития как самореализующееся пророчество. Dev. Med. Детский Neurol. 41, 364–374. DOI: 10.1017 / S001216229

21

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ши К. и Дэвис М. (2001). Зрительные пути, участвующие в формировании условного рефлекса страха, измеряются с помощью испуга, потенцированного страхом: поведенческие и анатомические исследования J. Neurosci. 21, 9844–9855.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Силверт, Л., Лепсиен, Дж., Фрагопанагос, Н., Гулсби, Б., Кисс, М., Тейлор, Дж. Г. и др. (2007). Влияние требований внимания на обработку эмоциональных выражений лица миндалиной. Neuroimage 38, 357–366. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2007.07.023

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тамиетто М., Кастелли Л., Вигетти С., Пероццо П., Джеминиани Г., Вайскранц Л. и др. (2009). Невидимые выражения лица и тела вызывают быстрые эмоциональные реакции. Proc. Natl. Акад. Sci. США 106, 17661–17666. DOI: 10.1073 / pnas.0

4106

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тамиетто, М., Cauda, ​​F., Celeghin, A., Diano, M., Costa, T., Cossa, F.M, et al. (2015). Как только вы это почувствуете, вы увидите это: островок и сенсомоторный вклад в визуальное восприятие пугающих тел при париетальном пренебрежении. Cortex 62, 56–72. DOI: 10.1016 / j.cortex.2014.10.009

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тамиетто, М., и де Гельдер, Б. (2008a). Аффективное слепое зрение в неповрежденном мозге: нейронное межполушарное суммирование невидимых пугающих выражений. Neuropsychologia 46, 820–828. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2007.11.002

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тамиетто, М., и де Гелдер, Б. (2008b). Эмоциональное заражение невидимых телесных выражений: данные ЭМГ лица. Статья, представленная на 8-й Международной конференции IEEE 2008 г. по автоматическому распознаванию лиц и жестов , FG 2008, номер статьи 4813317, Амстердам.

Google Scholar

Тамиетто, М., Джеминиани, Г., и де Гельдер, Б. (2006). Межполушарное сотрудничество для выражения мимики и телесных эмоций не зависит от визуального сходства между стимулами. J. Vis. 6: 1063a. DOI: 10.1167 / 6.6.1063

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тамиетто М., Джеминиани Г., Дженеро Р. и де Гельдер Б. (2007). Наблюдение за устрашающим языком тела помогает преодолеть дефицит внимания у пациентов с пренебрежением. J. Cogn. Neurosci. 19, 445–454. DOI: 10.1162 / jocn.2007.19.3.445

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тамиетто М., Латини Кораццини Л., Пиа Л., Зеттин М., Джионко М. и Джеминиани Г. (2005). Влияние эмоционального распознавания лица на деление линии пополам при игнорировании: исследование единственного случая. Нейроказ 11, 399–404. DOI: 10.1080 / 135547

259717

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тамиетто, М., Пулленс, П., де Гельдер, Б., Вайскранц, Л., и Гебель, Р.(2012). Подкорковые связи с миндалевидным телом человека и изменения после разрушения зрительной коры. Curr. Биол. 22, 1449–1455. DOI: 10.1016 / j.cub.2012.06.006

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Троиани В., Шульц Р. Т. (2013). Миндалевидное тело, пульвинария и нижняя теменная кора головного мозга способствуют ранней обработке лиц без осознания. Перед. Гул. Neurosci. 7: 241. DOI: 10.3389 / fnhum.2013.00241

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван ден Сток, Дж., де Гельдер, Б., Ван Лаэр, К., и Ванденбюльке, М. (2013). Избирательная гипер-анимация и неправильное восприятие гипер-фамильярности у пациента с болезнью Альцгеймера средней степени тяжести. J. Neuropsychiatry Clin. Neurosci. 25, E52 – E53. DOI: 10.1176 / appi.neuropsych.12120390

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван ден Сток, Дж., Де Йонг, С. Дж., Ходиамонт, П. П., и де Гельдер, Б. (2011a). Восприятие эмоций от телесных выражений и мультисенсорная интеграция эмоциональных сигналов при шизофрении. Soc. Neurosci. 6, 537–547. DOI: 10.1080 / 17470919.2011.568790

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван ден Сток, Дж., Де Винтер, Ф. Л., Ахмад, Р., Сунаерт, С., Ван Лаэр, К., Ванденберг, В., и др. (2015a). Функциональные изменения головного мозга, лежащие в основе раздражительности, проявляются при болезни Гентингтона. Hum. Brain Mapp. 36,2681–2690. DOI: 10.1002 / hbm.22799

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван ден Сток, Дж., Тамиетто, М., Херве-Адельман, А., Пенья, А. Дж., И де Гельдер, Б. (2015b). Распознавание тела у пациента с двусторонним первичным поражением зрительной коры. Biol. Психиатрия 77: e31-3. DOI: 10.1016 / j.biopsych.2013.06.023

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван ден Сток, Дж., Тамиетто, М., Соргер, Б., Пишон, С., Грезес, Дж., И де Гельдер, Б. (2011b). Кортико-подкорковые визуальные, соматосенсорные и моторные активации для восприятия динамических эмоциональных выражений всего тела с полосатой корой и без нее (V1). Proc. Natl. Акад. Sci. США 108, 16188–16193. DOI: 10.1073 / pnas.1107214108

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван ден Сток, Дж., Тамиетто, М., Жан, М., Хайнеке, А., Эрвей-Адельман, А., Легран, Л. Б. и др. (2014). Нейронные корреляты восприятия тела и лица после двустороннего разрушения первичной зрительной коры. Перед. Behav. Neurosci. 8:30. DOI: 10.3389 / fnbeh.2014.00030

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

ван Хонк, Дж., Tuiten, A., van den Hout, M., Koppeschaar, H., Thijssen, J., de Haan, E., et al. (1998). Исходные уровни кортизола в слюне и предсознательное избирательное внимание к угрозе. Пилотное исследование. Психонейроэндокринология 23, 741–747. DOI: 10.1016 / S0306-4530 (98) 00047-X

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Вюйомье, П., Армони, Дж. Л., Кларк, К., Хусейн, М., Драйвер, Дж., И Долан, Р. Дж. (2002). Нейронный ответ на эмоциональные лица с осознанием и без осознания: связанная с событием фМРТ у теменного пациента с визуальным исчезновением и пространственным пренебрежением. Neuropsychologia 40, 2156–2166. DOI: 10.1016 / S0028-3932 (02) 00045-3

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Вюйомье, П., Армони, Дж. Л., Драйвер, Дж., И Долан, Р. Дж. (2001a). Влияние внимания и эмоций на обработку лиц в человеческом мозге: исследование фМРТ, связанное с событием. Нейрон 30, 829–841. DOI: 10.1016 / S0896-6273 (01) 00328-2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Vuilleumier, P., Armony, J. L., Драйвер Дж. И Долан Р. Дж. (2003a). Четкая пространственная частотная чувствительность для обработки лиц и эмоциональных выражений. Nat. Neurosci. 6, 624–631. DOI: 10.1038 / nn1057

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Vuilleumier, P., Mohr, C., Valenza, N., Wetzel, C., and Landis, T. (2003b). Гиперзнакомство с неизвестными лицами после инфаркта левой боковой височно-затылочной вены: двойная диссоциация с прозопагнозией. Мозг 126 (Pt.4), 889–907. DOI: 10.1093 / мозг / awg086

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Vuilleumier, P., and Schwartz, S. (2001a). Остерегайтесь и имейте в виду: захват пространственного внимания стимулами, связанными со страхом, в пренебрежении. Нейроотчет 12, 1119–1122. DOI: 10.1097 / 00001756-200105080-00014

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Vuilleumier, P., and Schwartz, S. (2001b). Эмоциональные выражения лица привлекают внимание. Неврология 56, 153–158. DOI: 10.1212 / WNL.56.2.153

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Vuilleumier, P., Schwartz, S., Husain, M., Clarke, K., and Driver, J. (2001b). Неявная обработка и обучение визуальных стимулов при теменном угасании и пренебрежении. Cortex 37, 741–744. DOI: 10.1016 / S0010-9452 (08) 70629-4

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Валещик, В. Дж., Ван, К., Бенедек, Г., Берк, В., и Дреер, Б. (2004).Чувствительность к движению в верхнем холмике кошки: вклад различных каналов обработки изображений в свойства реакции нейронов холмика. Acta Neurobiol. Exp. 64, 209–228.

Google Scholar

Wei, P., Liu, N., Zhang, Z., Liu, X., Tang, Y., He, X., et al. (2015). Обработка визуально вызванного врожденного страха неканоническим таламическим путем. Nat. Commun. 6: 6756. DOI: 10.1038 / ncomms7756

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Вайскранц, Л.(2009). Blindsight: тематическое исследование, охватывающее 35 лет и новые разработки. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.

Google Scholar

Вендт, Дж., Лотце, М., Вайке, А. И., Хостен, Н., Хамм, А. О. (2008). Активация мозга и мобилизация защитных реакций во время длительного воздействия на связанные с фобией и другие аффективные картинки при фобии пауков. Психофизиология 45, 205–215. DOI: 10.1111 / j.1469-8986.2007.00620.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уэлен, П.J., Kagan, J., Cook, R.G., Davis, F.C., Kim, H., Polis, S., et al. (2004). Чувствительность миндалины человека к замаскированным испуганным белкам глаз. Наука 306: 2061. DOI: 10.1126 / science.1103617

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уэлен П. Дж. И Фелпс Э. А. (ред.) (2009). Миндалевидное тело человека. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Guilford Press.

Google Scholar

Whalen, P.J., Rauch, S.L., Etcoff, N.L., McInerney, S.C., Lee, M.Б. и Дженике М. А. (1998). Замаскированные эмоциональные выражения лица модулируют активность миндалины без явного знания. J. Neurosci. 18, 411–418.

Google Scholar

Уильямс, Л. М., Дас, П., Лидделл, Б. Дж., Кемп, А. Х., Ренни, К. Дж., И Гордон, Э. (2006a). Режим функциональной связи в проводящих путях миндалины диссоциирует уровень осведомленности о сигналах страха. J. Neurosci. 26, 9264–9271. DOI: 10.1523 / JNEUROSCI.1016-06.2006

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уильямс, Л.М., Лидделл, Б. Дж., Кемп, А. Х., Брайант, Р. А., Мирес, Р. А., Педуто, А. С. и др. (2006b). Миндалевидное тело — префронтальная диссоциация подсознательного и супралиминального страха. Hum. Brain Mapp. 27, 652–661. DOI: 10.1002 / hbm.20208

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уильямс, Л. М., Лидделл, Б. Дж., Рэтджен, Дж., Браун, К. Дж., Грей, Дж., Филлипс, М. и др. (2004a). Отображение динамики бессознательного и сознательного восприятия страха: интеграция центральных и периферийных показателей. Hum. Brain Mapp. 21, 64–74. DOI: 10.1002 / HBM.10154

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уильямс, М. А., Моррис, А. П., МакГлоун, Ф., Эбботт, Д. Ф., и Маттингли, Дж. Б. (2004b). Миндалевидное тело реагирует на испуганные и счастливые выражения лица в условиях подавления бинокля. J. Neurosci. 24, 2898–2904. DOI: 10.1523 / JNEUROSCI.4977-03.2004

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уильямс, М.А., и Маттингли, Дж. Б. (2004). Бессознательное восприятие неугрожающей эмоции на лице при теменном угасании. Exp. Brain Res. 154, 403–406. DOI: 10.1007 / s00221-003-1740-x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уильямс, М.А., МакГлоун, Ф., Эбботт, Д.Ф., и Маттингли, Дж. Б. (2005). Различная реакция миндалины на счастливое и испуганное выражение лица зависит от избирательного внимания. Neuroimage 24, 417–425. DOI: 10.1016 / j.нейровизуализация.2004.08.017

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Винкельман П. и Берридж К. К. (2004). Бессознательная эмоция. Curr. Реж. Psychol. Sci. 13, 120–123. DOI: 10.1111 / j.0963-7214.2004.00288.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Винкельман П., Берридж К. К. и Уилбаргер Дж. Л. (2005). Бессознательные аффективные реакции на замаскированные счастливые лица по сравнению с сердитыми лицами влияют на потребительское поведение и ценностные суждения. чел. Soc. Psychol. Бык. 31, 121–135. DOI: 10.1177 / 0146167204271309

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

границ | Чувствительность восприятия и реакция на сильные раздражители связаны

Введение

Давно признано, что люди различаются по чувствительности восприятия (Небылицын и др., 1960; Айзенк, 1967). Однако термин «чувствительность» имеет несколько значений. С одной стороны, чувствительность можно рассматривать как нижний порог для слабых раздражителей; с другой стороны, чувствительность может рассматриваться как низкая толерантность или чрезмерная реактивность на сильную стимуляцию.По мнению нескольких теоретиков (Небылицын и др., 1960; Айзенк, 1967; Арон, Арон, 1997) оба типа чувствительности возникают из одного и того же признака. Таким образом, люди с низким порогом восприятия также будут иметь низкий уровень толерантности к сильной стимуляции. Однако также утверждалось, что эти два типа чувствительности независимы (Ellermeier et al., 2001; Evans and Rothbart, 2008). Чтобы пролить новый свет на эту дискуссию, мы исследовали взаимосвязь между этими тенденциями в рамках теории систем прогнозирования и реактивного управления (PARCS) (Tops et al., 2010, 2014).

Теория систем прогнозирования и реактивного управления различает два типа реактивности: реактивность наказания и реактивность вознаграждения. Высокая реактивность наказания на сильные раздражители соответствует низкой толерантности к сильным раздражителям, таким как шум, световые вспышки и запахи, и склонности испытывать от них негативные воздействия. Реакция на сильные раздражители с высокой степенью вознаграждения соответствует тенденции получать удовольствие от сильной стимуляции. В теории PARCS эти две темпераментные тенденции перекрываются с точки зрения высокой реактивности на стимулы в окружающей среде, но противостоят друг другу с точки зрения ориентации реакции (приближение или избегание) на эти стимулы.Благодаря этой противоположной взаимосвязи каждый тип реактивности может подавлять [статистически; см. MacKinnon et al. (2000)] связь между другим типом реактивности и чувствительностью к слабым раздражителям. В настоящее исследование мы включили меры чувствительности к слабым стимулам и обоих типов реактивности, чтобы иметь возможность проверить предсказанные эффекты подавления, которые следуют из теории PARCS. Это позволило нам выяснить, предоставляет ли теория PARCS подходящую основу для лучшего понимания зависимостей между перцепционной чувствительностью к слабым стимулам и реактивностью на сильные стимулы.

Прежде чем перейти к методологическим деталям нашего исследования, мы кратко рассмотрим теории о чувствительности к слабым раздражителям и реактивности на сильные раздражители, а также данные, подтверждающие эти теории. Сначала мы обсудим теории, которые рассматривают чувствительность к слабым стимулам и реактивность на сильные раздражители как одну черту. Затем мы обсудим теории, которые рассматривают обе эти характеристики как независимые. Наконец, мы обсудим теорию PARCS и наши прогнозы относительно чувствительности и реактивности, основанные на теории PARCS.

Перцепционная чувствительность и чрезмерная реактивность как одна черта

Одной из влиятельных теорий, которая рассматривает чувствительность к слабым стимулам и чрезмерную реакцию на сильные стимулы как результат одной из основных черт, является теория личности Х. Дж. Айзенка об экстраверсии и интроверсии (Айзенк, 1967). Согласно Айзенку, интроверты имеют более высокий уровень возбуждения, чем экстраверты, что вызывает более высокую корковую возбудимость у интровертов. Из-за своей более высокой корковой возбудимости интроверты сильнее реагируют на стимуляцию, чем экстраверты, и имеют более низкие пороги для слабой стимуляции, но они также легче возбуждаются сильной стимуляцией.Поскольку каждый человек пытается поддерживать оптимальный уровень возбуждения, предполагается, что интроверты будут искать не возбуждающие (социальные) ситуации, в то время как экстраверты ищут ситуации, которые вызывают сильное возбуждение (Айзенк, 1967). Опросники, такие как Опросник личности Айзенка (EPQ; Айзенк и Айзенк, 1975), основаны на этом прогнозе и оценивают уровень экстраверсии-интроверсии с помощью вопросов о (социальных) стратегиях поддержания оптимального уровня возбуждения.

Несколько ранних эмпирических исследований связали измерение личности Айзенка с интроверсией-экстраверсией с сенсорной чувствительностью, измеряемой пороговыми характеристиками.Смит (1968) обнаружил, что более высокая интроверсия действительно связана с более низкими порогами слуха для низкочастотных тонов. Кроме того, Siddle et al. (1969) получили значительную отрицательную связь между экстраверсией и зрительной чувствительностью, измеренной обратной величиной нижнего абсолютного порога. Однако невротизм, еще один аспект личности Айзенка, был предложен в качестве смешивающей переменной в этом исследовании, что затрудняет вывод о том, является ли чувствительность результатом экстраверсии, невротизма или сочетания этих двух черт.Еще одним ограничением обоих этих исследований было то, что эффективность использованных психофизических показателей могла зависеть не только от фактической восприимчивости, но и от критерия ответа. С точки зрения теории обнаружения сигналов (Green and Swets, 1966; Macmillan and Creelman, 2005), критерий реакции отражает, насколько сильным должен быть внутренний сигнал (например, сенсорный эффект, производимый стимулом), чтобы человек мог решить, что сигнал присутствует. Критерий, который принимает человек, может сильно различаться в зависимости от ситуации и задачи и зависит, например, от вероятности сигнала или относительной ценности правильного обнаружения или правильного отклонения сигнала и относительной стоимости пропуска сигнала и ложного сообщения о сигнале.Таким образом, Edman et al. (1979) провели исследование с использованием пороговой процедуры, разработанной для измерения чувствительности независимо от критерия отклика. Они обнаружили, что интроверты имеют более низкие пороги обнаружения электрокожной стимуляции, но только тогда, когда они также имеют высокие баллы по невротизму. Взятые вместе, эти исследования дают некоторую поддержку идее о том, что чувствительность возникает из-за основной черты, которая также может вызывать чрезмерное возбуждение при сильной стимуляции. Однако анкеты личности, использованные в этих исследованиях, включали только вопросы о (социальных) стратегиях для поддержания оптимального возбуждения и не спрашивали напрямую о чрезмерном возбуждении от сильной стимуляции.Это мешает сделать убедительные выводы из этих исследований относительно связи между чувствительностью к слабым раздражителям и реактивностью на сильные раздражители.

Другая, более поздняя теория, которая рассматривает чувствительность и чрезмерную реактивность как принадлежащие к одной особенности, — это теория высокочувствительного человека (HSP), разработанная Ароном и Ароном (1997). Центральное место в этой теории занимает сенсорная чувствительность (SPS). SPS рассматривается как эволюционная выгодная стратегия выживания. Для него характерно повышенное осознание тонких внешних и внутренних раздражителей.Несмотря на то, что в определенных ситуациях эта черта полезна, она сопряжена с затратами на то, что вас легче подавить, стимулируя или быстро меняя среду (Aron and Aron, 1997; Aron et al., 2012). Арон и Арон (1997) разработали шкалу HSP как одномерную шкалу для оценки SPS. В соответствии с предположением, что чувствительность и реактивность возникают из одного и того же признака, шкала HSP включает элементы, которые измеряют чувствительность к тонким стимулам, а также склонность к подавлению сильной стимуляции.Однако в критическом анализе шкалы HSP Эванс и Ротбарт (2008) подвергли сомнению ее одномерность и утверждали, что чувствительность к слабой стимуляции и чрезмерная реактивность являются независимыми чертами.

Перцепционная чувствительность и чрезмерная реактивность как независимые черты

Чтобы проверить одномерность шкалы HSP, Эванс и Ротбарт (2008) провели факторный анализ оценок HSP, взятых из выборки из 297 студентов, и сравнили факторные оценки с оценками по нескольким шкалам Анкеты темперамента взрослых (ATQ; Evans and Ротбарт, 2007).ATQ основан на многомерном подходе к темпераменту, который подразделяет каждую центральную черту темперамента на несколько суб-черт. Это позволяет детально изучить взаимосвязь между этими чертами (Derryberry and Rothbart, 1988). Важно отметить, что анкета включает отдельные шкалы для оценки чувствительности к стимуляции низкой интенсивности и дискомфорта восприятия (сверхреактивности) из-за стимуляции высокой интенсивности. Определения этих (под) шкал ATQ можно найти в Таблице 1.

ТАБЛИЦА 1. Обзор основных конструктов и рабочих определений на основе опросника по темпераменту взрослых, использованного в данном исследовании.

Факторный анализ пунктов HSP показал, что шкала HSP состоит из двух отдельных факторов. Первый фактор был тесно связан с отрицательной аффективностью ATQ и, в частности, с подшкалой дискомфорта. Другой фактор сильно коррелировал с ориентировочной чувствительностью ATQ и ее нейтральной подшкалой перцептивной чувствительности (Evans and Rothbart, 2008).Эти результаты не подтверждают одномерность шкалы HSP. Более того, Эванс и Ротбарт (2008) не обнаружили взаимосвязи между нейтральной восприимчивостью и дискомфортом, между ориентировочной чувствительностью и дискомфортом или между двумя факторами шкалы HSP. Отсутствие этих взаимосвязей ставит под сомнение одномерное представление о том, что люди с высокой чувствительностью к слабым стимулам также обладают высокой реактивностью на сильные раздражители.

О других выводах, противоречащих одномерному представлению, сообщили Ellermeier et al.(2001). В группе из 61 добровольца они исследовали идею о том, что повышенная реактивность на шум в окружающей среде (частично) происходит из-за повышенной остроты слуха. Для измерения реактивности на шум они использовали анкету с психометрической оценкой чувствительности к шуму. Обратите внимание, что термин «чувствительность к шуму» в этом исследовании относится к устойчивой характеристике личности, касающейся перцептивной, когнитивной, аффективной и поведенческой реактивности на шумы окружающей среды. Таким образом, чувствительность к шуму, измеренная с помощью этого опросника, не относится к чувствительности к слабым стимулам, но может рассматриваться как мера реактивности (или дискомфорта с точки зрения ATQ) в слуховой области.Острота слуха измерялась с использованием нескольких показателей, в том числе адаптивного метода принудительного выбора абсолютного порога слышимости, который можно рассматривать как объективный психофизический показатель чувствительности к стимуляции низкой интенсивности. Эта мера представляет здесь особый интерес, потому что она похожа, хотя и усовершенствована с методологической точки зрения, по сравнению с мерами, используемыми в эмпирических исследованиях, обсужденных выше (Smith, 1968; Siddle et al., 1969; Edman et al., 1979), которые обнаружили взаимосвязь между перцептивная чувствительность и экстраверсия.Ellermeier et al. (2001), однако, не обнаружили существенной связи между их показателем реактивности на шум и остротой слуха, включая порог слышимости. В соответствии с выводами Эванса и Ротбарта (2008), это открытие предполагает, что реактивность и чувствительность, по крайней мере, в слуховой области, независимы друг от друга и не происходят из одного признака.

Взятые вместе, есть некоторые доказательства, подтверждающие утверждение о том, что чувствительность к слабым стимулам и чрезмерная реактивность на сильные возникают из одного и того же признака (Smith, 1968; Siddle et al., 1969; Эдман и др., 1979). Однако результаты других исследований показывают, что чувствительность к слабым раздражителям и чрезмерная реактивность являются независимыми чертами (Ellermeier et al., 2001; Evans and Rothbart, 2008). Таким образом, существует разногласие относительно взаимосвязи между чувствительностью к слабым стимулам и чрезмерной реакцией на сильные раздражители. Решение можно найти в теории PARCS (Tops et al., 2010, 2014). В следующих параграфах мы кратко изложим теорию PARCS и ее прогнозы относительно взаимосвязи между чувствительностью к слабым стимулам и чрезмерной реакцией на сильные стимулы.Поскольку в настоящем исследовании мы операционализировали конструкции теории PARCS с использованием шкал ATQ (Evans and Rothbart, 2007), мы свяжем эти конструкции с ярлыками, используемыми в модели темперамента взрослых Деррибери и Ротбарт (1988), Эванс и Ротбарт (2007). когда мы их представляем.

Перцепционная чувствительность и чрезмерная реактивность в теории PARCS

Теория систем прогнозирующего и реактивного управления обеспечивает интегративную основу для понимания психологических состояний и характеристик, основанную на функционировании двух основных систем управления в мозге: системы прогнозирующего и реактивного управления.Эти системы регулируют познание, вегетативные реакции, поведение, гомеостаз и эмоции. Теория PARCS описывает темпераментные или личностные черты как предрасположенность к реактивным или прогнозирующим системам управления, каждая из которых адаптируется в определенных средах и контекстах. Прогнозирующий темперамент, который мы также будем называть высокой прогнозирующей способностью, характеризуется предрасположенностью к системе прогнозирования. Система прогнозирования контролирует поведение на основе внутренних моделей, которые предсказывают, какие действия будут эффективны для достижения целей в данном контексте, и позволяют планировать будущие события.Прогнозирующие темпераменты, вероятно, эволюционировали, чтобы быть адаптивными в предсказуемых средах, и прогнозирующий контроль по-прежнему считается адаптивным в таких средах в современной жизни (Tops et al., 2010, 2014). Например, при вождении в знакомом городе с организованным движением, где соблюдаются правила дорожного движения, можно принять в значительной степени упреждающий подход, следуя ранее усвоенным правилам и привычкам, применимым к текущему контексту, и планировать поведение на основе прогнозов на будущее (например, планирование впереди какой лучший маршрут, чтобы прибыть домой вовремя, проезжая мимо самой дешевой заправки и еженедельно покупая продукты по пути).Таким образом, в такой ситуации предпочтителен предвидящий темперамент. В отличие от склонностей к предсказанию, реактивные темпераменты характеризуются предрасположенностью к реактивным системам, которые мгновенно контролируют поведение посредством обратной связи от непрерывного потока внешних стимулов. Реактивное управление адаптивно в новых, непредсказуемых и нестабильных условиях (Tops et al., 2010, 2014). Например, когда вы впервые едете в чужом городе с неорганизованным, загруженным движением, где другие водители (кажется) не соблюдают правила дорожного движения, необходимо принять стратегию, основанную на обратной связи, быть постоянно бдительным в отношении факторов окружающей среды и быть готовым к немедленно реагировать на быстро и неожиданно меняющиеся ситуационные требования (например, машина, оказавшаяся перед вами после внезапной смены полосы движения).В этой ситуации реактивный темперамент, который мы также будем называть высокой реактивностью, таким образом, более подходит, чем предсказательный характер.

Решающее значение для текущего исследования, теория PARCS различает два типа реактивных систем: реактивную систему уклонения и реактивную систему подхода. В соответствии с другими биопсихологическими теориями личности и темперамента, основанными на исследованиях на людях (например, Cloninger et al., 1993; Corr, 2004; Evans and Rothbart, 2007; ср. Gray and MacNaughton, 2000), дискриминация реактивного подхода Система избегания основана на модели антикоррелированных систем вознаграждения и наказания, разработанной Греем (1970, 1989) на основе исследований на животных.Лица с предвзятым отношением к системе реактивного избегания имеют сильное стремление обрабатывать (потенциально) отвращающие стимулы и испытывать отвращение, чтобы избежать этих стимулов. Это стремление выражается в повышенной тревожности и избегании вреда (Pickering and Gray, 1999). Мы будем называть предрасположенность к системе реактивного избегания высокой реактивностью наказания. В модели темперамента взрослого человека, разработанной Деррибери и Ротбартом (1988), Эвансом и Ротбартом (2007), эта конструкция обозначена как отрицательный аффект.Помимо страха, печали и разочарования, он включает в себя дискомфорт, который, как обсуждалось выше, отражает отталкивающую реакцию на сильные раздражители (Derryberry and Rothbart, 1988; Evans and Rothbart, 2007). Таким образом, дискомфорт можно понимать как реакцию наказания, в частности, на сильную сенсорную стимуляцию. С другой стороны, люди, склонные к системе реактивного подхода, имеют сильное стремление обрабатывать (потенциально) аппетитные стимулы, чтобы приблизиться к этим стимулам. Это стремление выражается в повышенной отзывчивости к вознаграждению и стремлении к ощущениям (Pickering and Gray, 1999).Мы будем называть предрасположенность к системе реактивного подхода высокой реактивностью вознаграждения. В модели темперамента Деррибери и Ротбарта (1988), Эванса и Ротбарта (2007) этот конструкт обозначен как экстраверсия / сентенция. Помимо общительности и положительного аффекта, он включает в себя удовольствие высокой интенсивности, которое отражает тенденцию получать удовольствие от сильных стимулов (Derryberry and Rothbart, 1988; Evans and Rothbart, 2007). Удовольствие высокой интенсивности, таким образом, можно рассматривать как реакцию вознаграждения, особенно на сильную сенсорную стимуляцию.Согласно теории PARCS, в зависимости от предрасположенности к реактивному подходу или системе избегания один и тот же стимул может восприниматься по-разному. Столкнувшись с сильными раздражителями, такими как громкая музыка, люди с высокой реактивностью к наказанию будут иметь тенденцию воспринимать эти стимулы как отталкивающие, которых следует избегать, то есть как наказание. Напротив, люди с высокой реактивностью к вознаграждению будут иметь тенденцию воспринимать эти стимулы как доставляющие удовольствие и к которым нужно приближаться, т.е.е., в качестве награды.

Теория систем прогнозирования и реактивного управления основывается на вышеупомянутых теориях реактивного подхода и систем избегания и несколько реорганизует их, дополнительно основываясь на данных исследований повреждений мозга и нейровизуализации у людей (Tops et al., 2010, 2014, 2016). Кроме того, как упоминалось ранее, теория PARCS добавляет к модели прогностическую систему. В отличие от реактивной системы, которая обеспечивает немедленное, взаимно несовместимое избегание и подход, реагирующий на новые, срочные стимулы наказания и вознаграждения, система прогнозирования использует внутренние модели эффективных способов реагирования на знакомые стимулы и контексты.Эти внутренние модели представляют отношения между сущностями, мотивациями, действиями и результатами и формируются в результате предшествующего обучения во время воздействия аналогичных стимулов (Quirin et al., 2015). Когда человек сталкивается с подобными ситуациями в будущем, можно вспомнить интегрированный опыт, хранящийся во внутренней модели, и он предоставит контекст и перспективы для восприятия и оценки ситуации и потенциальных действий. Обратите внимание, что это также может относиться к наказаниям или вознаграждениям, которые ранее были интегрированы во внутренние модели.При представлении ранее интегрированного, по сравнению с новым стимулом наказания или вознаграждения, человек может более легко и гибко переключаться с реактивного контроля с его узкой направленностью на основной стимул к прогнозирующему контролю, который является менее эмоционально реактивным и более внимательным и предусмотрительным. природа (Tops et al., 2014; Quirin et al., 2015).

Хотя реактивная система специально оборудована для немедленного реагирования на стимулы в быстро меняющейся среде, это не означает, что она работает без более высоких уровней когнитивной обработки.Согласно теории PARCS, как прогностическая, так и реактивная системы обладают функциями контроля внимания и когнитивного контроля, но каждая имеет свой режим обработки. Реактивное управление управляется обратной связью и включает в себя такие процессы, как ориентация, оценка (т. Е. Оценка стимулов в окружающей среде на предмет их значимости для благополучия; Moors et al., 2013), поддержание рабочей памяти и активное постоянное внимание, необходимое для обнаружения редких раздражителей. С другой стороны, прогнозирующее управление работает по принципу прямой связи, включая такие процессы, как планирование будущих событий и индуктивные рассуждения (Tops et al., 2014). Это различие в реактивных и прогностических когнитивных процессах также отражается в нейровизуализационных и анатомических данных. Корковые области реактивной системы, которые регулируют реактивные системы поощрения и наказания (Tops et al., 2014), такие как передняя островковая часть (AI) и дорсальная передняя поясная корка (dACC), получают множество проекций из лимбических и подкорковых областей реактивного системы наказания и поощрения, такие как миндалевидное тело и брюшное полосатое тело. Напротив, корковые области системы прогнозирующего контроля, такие как задняя поясная извилина кора и предклинье, получают меньше таких проекций, но, по-видимому, подавляют эти области (Devinsky et al., 1995; Топс и Боксем, 2012).

Объединяя приведенные выше и другие доказательства, теория PARCS (Tops et al., 2010, 2014, 2016) предполагает, что реактивная система и система прогнозирования имеют тенденцию подавлять друг друга, вызывая антикоррелированную активацию. В то же время в рамках реактивной системы системы приближения и избегания также имеют тенденцию подавлять друг друга (Gray, 1970, 1989). Соответственно, у реактивности вознаграждения и наказания есть общее, что оба отражают реактивный, а не предсказательный характер, поскольку оба опосредуются реактивными системами.В то же время эти темпераменты противостоят друг другу, потому что при немедленном, реактивном управлении действием каждый отражает различную ориентацию на действие (приближение или избегание). Таким образом, теория PARCS предсказывает, что реактивность как вознаграждения, так и наказания положительно связана с реактивностью и отрицательно связана с предсказуемостью. Он также предсказывает, что реактивность вознаграждения и наказания отрицательно связаны друг с другом. На рисунке 1 показано, как, согласно теории PARCS, реактивность наказания и реактивность вознаграждения связаны друг с другом и как обе эти темпераментные тенденции связаны с предсказуемостью.В следующих абзацах мы обсудим, как эта схема может помочь прояснить связь между чувствительностью к слабым стимулам и чрезмерной реактивностью (реактивность наказания) на сильные стимулы.

РИСУНОК 1. Схематический обзор систем реагирования (приближение и уклонение) и систем прогнозирования в соответствии с теорией систем прогнозирования и реагирования (PARCS). В полях, которые представляют системы, мы даем описание характерной обработки / поведения информации, опосредованной данной системой.Члены в кружке указывают на склонности темперамента, которые возникают из-за предубеждения к данной системе. Стрелки указывают тормозящие отношения между реактивными системами и системами прогнозирования, а также между системой реактивного подхода и системой реактивного уклонения.

Настоящая эмпирическая статья не дает места для обзора всех доказательств, лежащих в основе теории PARCS (для этого мы ссылаемся на обзорные статьи, например, Tops et al., 2010, 2014, 2016), однако мы приводим некоторые примеры из исследований нейровизуализации, которые демонстрируют комплексную реакцию на раздражители как отвращения, так и аппетита в областях, которые также способствуют обработке слабых или неоднозначных стимулов.Корковые компоненты реактивной системы в PARCS (например, AI и dACC) соответствуют тому, что было названо «сетью значимости» в исследованиях нейровизуализации человека: ключевой сетью в сенсорном восприятии и распределении внимания (Seeley et al., 2007). Помимо получения прогнозов от сетей, которые, по-видимому, более активно участвуют в обработке вознаграждения или наказания, сеть значимости в целом реагирует на существенные стимулы, как аппетитные, так и отталкивающие (Hayes and Northoff, 2012; Hayes et al., 2014). Более того, было обнаружено, что более высокая степень подключения в сети значимости связана с более высокими индивидуальными различиями в показателях избегания вреда и тревожности (Markett et al., 2013), а снижение связи этой сети с областями системы вознаграждения было связано со снижением экстраверсии у пациентов с депрессией (van Tol et al., 2013). В то же время сеть значимости, по-видимому, участвует в обработке значимости стимула или его соответствия текущей задаче (например, обнаружение звука) и активируется всякий раз, когда сенсорный ввод создает проблему из-за сенсорной неопределенности или двусмысленности, устранение неоднозначности которой требует дополнительных усилий. и бдительность (Sterzer and Kleinschmidt, 2010; Lamichhane and Dhamala, 2015).

Данные нейровизуализационных исследований об участии сети значимости в обработке отталкивающих и аппетитных стимулов, а также слабых или неоднозначных стимулов сходятся с исследованиями темперамента и личности. Что касается личности, теория PARCS предполагает, что поглощение черт отражает индивидуальные склонности к активации сети значимости (Tops et al., 2016). Поглощение определяется как тенденция к внимательному погружению и тщательной оценке существенных сенсорных или эмоциональных (положительных и отрицательных) переживаний и своего внутреннего состояния (Gohm and Clore, 2000; Tops et al., 2016) и как таковые соответствует функциям внимания реактивной системы, которые включают ориентировочные реакции и оценку значимых стимулов. Представление о том, что поглощение является коррелятом сети значимости в реактивной системе, подтверждается выводами о том, что активация областей в сети значимости коррелирует с поглощением черт (Tops and Boksem, 2010) и поглощением состояния (Wilson-Mendenhall et al., 2013; Hsu et al., 2014). Это также согласуется с выводами о том, что участники, получившие высокие баллы по поглощению, показали улучшенную обработку эмоционально нейтральных характеристик стимула, релевантных задаче, а также улучшенную обработку эмоциональных характеристик, не относящихся к задаче, по сравнению с участниками, получившими низкие оценки по поглощению.Это отражалось во времени реакции (RT), а также в потенциале мозга, связанном с событием (ERP), на задачу, в которой участники определяли, присутствует ли буква A, соответствующая задаче характеристика стимула, в слове или нет. Участники с высоким уровнем поглощения быстрее реагировали на слова с буквой A, чем без буквы A, в то время как участники с низким уровнем поглощения не показали такой разницы RT. Участники с высокой степенью усвоения также продемонстрировали повышенную устойчивую широко распространенную позитивность к словам, содержащим букву A, обозначенную как Late Positive Complex (LPC), по сравнению с участниками с низким уровнем усвоения, что указывает на улучшенную обработку важных функций.Кроме того, только для участников с высоким уровнем поглощения RT было дополнительно уменьшено, а LPC было дополнительно увеличено, когда A произошло в слове с эмоциональным значением по сравнению с эмоционально нейтральным значением, указывая на то, что обработка не относящихся к задаче эмоциональных характеристик также была улучшена для этих участников (de Ruiter et al., 2003, 2006). Поглощение можно измерить по различным шкалам (Tops et al., 2016), включая подшкалу «Открытость опыту» личностных инвентаризаций, основанную на пятифакторной модели личности (McCrae and Costa, 1987, 1997; Costa and McCrae, 1992).Это подтверждается исследованиями, в которых обнаружена большая корреляция между открытостью опыту (особенно его фантазией, эстетикой и аспектами чувств) и другими шкалами поглощения, такими как шкала поглощения Теллегена (Glisky et al., 1991; McCrae, 1993). Поглощение и открытость опыту концептуально также сильно пересекаются с ориентировочной чувствительностью в модели темперамента Эванса и Ротбарта (2007), что подтверждается значительными корреляциями, обнаруженными между открытостью опыту и ориентировочной чувствительностью ATQ (Wiltink et al., 2006). Поэтому в настоящем исследовании мы будем использовать ориентировочную чувствительность ATQ как меру перцептивных и внимательных аспектов реактивной системы. По сравнению с другими показателями поглощения, ориентировочная шкала чувствительности ATQ особенно подходит для настоящего исследования, поскольку ее субшкалы однозначно ориентированы на ориентацию и оценку слабых и тонких стимулов (Evans and Rothbart, 2008). Таким образом, эта шкала обеспечивает меру чувствительности к слабым стимулам, которая отражает аспекты восприятия и внимания реактивности в теории PARCS.

Как отмечалось выше, и взаимно антикоррелированные системы подхода (вознаграждение) и избегания (наказание) вводят и активируют корковые области системы реактивного контроля. В свою очередь, активация реактивного контроля увеличивает выделение ресурсов внимания на отталкивающие и аппетитные стимулы, а также на соответствующие слабые стимулы, что подтверждается данными о коррелятах восприятия и внимания усвоения черт (de Ruiter et al., 2003). , 2006), а также корреляты восприятия и внимания активации сети значимости (Sterzer and Kleinschmidt, 2010; Hayes, Northoff, 2012; Hayes et al., 2014; Ламичхане и Дхамала, 2015). Поэтому мы ожидаем, что ориентировочная чувствительность как мера перцептивных и внимательных аспектов реактивности положительно ассоциируется с другими мерами чувствительности к слабым стимулам, такими как пороги сенсорного обнаружения. Мы также ожидаем, что ориентировочная чувствительность связана как с взаимно антикоррелированными чертами дискомфорта (реактивность наказания на сильные стимулы), так и с удовольствием высокой интенсивности (реактивность поощрения на сильные стимулы). В следующем абзаце мы обсудим более конкретно, основываясь на теории PARCS, как учет реактивности наказания и реактивности вознаграждения может помочь понять связь между чувствительностью к слабым стимулам и чрезмерной реактивностью (реактивностью наказания) к сильным стимулам.

Как указывалось выше, на основе теории PARCS мы предсказываем, что чувствительность восприятия связана как с реактивностью наказания, так и с вознаграждением. Однако, поскольку два типа реактивности также отрицательно связаны друг с другом, они являются возможными переменными-подавителями, которые могут нейтрализовать отдельные положительные отношения между каждой мерой реактивности и перцепционной чувствительностью (MacKinnon et al., 2000). Мы проиллюстрируем идею (статистического) подавления на примере слуховой области, потому что текущее исследование включало меру чувствительности в слуховой области.Теория PARCS предсказывает, что чувствительность к слабым звукам, учитывая ее связь с реактивностью, высока у людей, которые имеют тенденцию испытывать отвращение (высокую реактивность наказания) при воздействии шума или громких звуков, а также у людей, которые имеют тенденцию испытывать удовольствие ( высокая реактивность вознаграждения) при воздействии шума или громких звуков. В то же время склонность испытывать отвращение из-за шума или громкого звука обратно пропорциональна склонности получать от него удовольствие: чем больше человек испытывает отвращение к интенсивному звуку, тем меньше он испытывает от него удовольствие.Теперь возьмем человека, у которого очень низкая склонность испытывать отвращение к сильному звуку. С одной стороны, ожидается, что этот человек будет иметь относительно низкую чувствительность к слабым звукам. Однако, с другой стороны, этот человек также может испытывать сильное удовольствие от громкого звука и, следовательно, на самом деле, скорее всего, будет иметь высокие баллы по чувствительности. В этом случае крайние значения на обоих концах шкалы, измеряющей тенденцию к отвращению к сильным звукам, связаны с высокой чувствительностью.Следовательно, у людей не будет наблюдаться никакой положительной взаимосвязи между порождением неудовольствия и чувствительностью. Этот пример показывает, что положительная связь между реактивностью наказания и восприимчивостью может быть отменена из-за отрицательной связи между реактивностью наказания и реактивностью вознаграждения (и наоборот). Этот тип статистической взаимосвязи известен как эффект подавления или непоследовательное посредничество (MacKinnon et al., 2000). Если эти эффекты подавления происходят, оба типа реактивности будут связаны с чувствительностью, когда они контролируются друг для друга, но эта связь отменяется или ослабляется, когда не контролируются друг для друга.Таким образом, согласно теории PARCS, для правильного понимания взаимосвязи между чувствительностью к слабым стимулам и реактивностью на сильные стимулы крайне важно принимать во внимание эффекты подавления. В текущем исследовании мы проверили предсказанные эффекты подавления.

Текущее исследование

Как обсуждалось выше, в текущем исследовании мы использовали (под) шкалы ATQ для измерения наказания и вознаграждения за реактивность на сильные стимулы и чувствительность к слабым стимулам, тем самым опираясь на работы Эванса и Ротбарта (2007, 2008).Подводя итог, шкала дискомфорта ATQ измеряла реактивность наказания на сильные стимулы, шкала удовольствия высокой интенсивности ATQ (HIP) измеряла реактивность вознаграждения на сильные стимулы, а ориентировочная шкала чувствительности ATQ измеряла чувствительность к слабым стимулам. В таблице 1 представлены определения и примеры элементов этих шкал ATQ. Чтобы проверить предсказанные эффекты подавления, мы провели корреляционный анализ оценок ATQ. Мы ожидали найти связь между дискомфортом ATQ и ориентировочной чувствительностью ATQ, когда ATQ HIP будет добавлен в качестве контрольной переменной к анализу, но более слабую связь или ее отсутствие, когда ATQ HIP не будет приниматься во внимание.Точно так же мы ожидали найти связь между ATQ HIP и ориентировочной чувствительностью ATQ, когда дискомфорт ATQ будет добавлен в качестве контрольной переменной к анализу, но более слабую связь или ее отсутствие, когда дискомфорт ATQ не будет приниматься во внимание.

Далее, основываясь на предыдущих исследованиях, изучающих взаимосвязь между чувствительностью к слабым стимулам и чертами, связанными с чрезмерной реактивностью на сильные стимулы (Smith, 1968; Siddle et al., 1969; Edman et al., 1979; Ellermeier et al., 2001) мы включили психофизическую меру перцепционной чувствительности в дополнение к ориентировочной чувствительности ATQ. Мы выбрали меру в слуховой области, потому что предыдущие исследования в этой области дали неоднозначные выводы относительно вопроса, проистекают ли чувствительность и реактивность из одного и того же признака. Включение объективной психофизической меры также важно, потому что ориентировочная чувствительность ATQ — это шкала оценки чувствительности к слабым стимулам. Показатели рейтинговой шкалы могут быть предрасположены к смещению ответов, которое представляет собой «систематическую тенденцию отвечать на вопросы анкеты на какой-либо основе, отличной от содержания конкретного элемента» (Paulhus, 1991, стр.17). Существуют различные типы предубеждений в ответах, включая предвзятость социальной желательности, когда участники отвечают таким образом, что они производят хорошее впечатление о себе, независимо от их истинных характеристик (Фурхэм и Хендерсон, 1982; Полхус, 1991), и предвзятость конечностей, склонность давать крайние, а не умеренные ответы (или наоборот) независимо от содержания вопросов (Bachman, O’Malley, 1984; Paulhus, 1991; Mõttus et al., 2012). Систематическая ошибка ответа может повлиять на величину средних и стандартных отклонений отдельных шкал, а также на корреляции между шкалами (Baumgartner and Steenkamp, ​​2001; Van Vaerenbergh and Thomas, 2013).Включение объективной психофизической меры чувствительности позволило нам проверить, можно ли объяснить наши результаты смещением ответов или нет. Мы использовали маскированный порог слухового обнаружения для чистых тонов, который отражает способность слушателя обнаруживать слабые звуки в шуме, как объективный индикатор чувствительности. Для его измерения мы использовали двухинтервальную процедуру принудительного выбора (2IFC) в сочетании с процедурой лестницы (García-Pérez, 1998). Эта процедура считается бескритериальной, то есть она измеряет чувствительность независимо от критерия ответа, используемого наблюдателем (Green and Swets, 1966; Kingdom and Prins, 2010), и, таким образом, сводит к минимуму уязвимость к эффектам смещения ответа.Если самооценка чувствительности действительно отражает перцептивную чувствительность, она должна коррелировать так же со шкалами реактивности, как и объективно измеренная чувствительность. На рисунке 2 показан обзор отношений, которые мы намеревались проверить в текущем исследовании.

РИСУНОК 2. Взаимосвязи, предсказанные теорией систем прогнозирования и реактивного управления (PARCS) и проверенные в текущем исследовании (A) между дискомфортом (реактивность наказания), удовольствием высокой интенсивности (реактивность вознаграждения) и ориентировочной чувствительностью, и (B) между дискомфортом, удовольствием высокой интенсивности и слуховым порогом.

Материалы и методы

Участники

Восемьдесят один участник (возраст: M, = 20,5, SD = 2,0, 18–27 лет; 20 мужчин) без проблем со слухом или депрессии, о которых сообщали сами, принимали участие либо за счет кредита, либо за оплату. Данные трех участников не были включены в анализ, потому что они имели сильно отклоняющиеся пороговые значения (выше трех критериев интерквартильного диапазона). Настоящее исследование было частью более крупного исследования с теми же участниками аффективных и темпераментных влияний на замаскированный слуховой порог.Часть этого исследования способствовала изучению модуляции скрытого слухового порога в зависимости от состояния настроения (Bolders et al., 2017). В текущем исследовании только порог, измеренный до индукции настроения, использовался для изучения его взаимосвязи с индивидуальными различиями в темпераменте.

Аппарат

Звук передавался бинаурально через наушники-вкладыши (Etymotic ER-4B microPro). Эти наушники обеспечивают снижение внешнего шума на 35 дБ. Презентация стимула контролировалась E-prime 2 (Schneider et al., 2002) с помощью компьютера с экраном CRT (частота обновления 75 Гц, разрешение 1024 × 768). Ответы производились на клавиатуре QWERTY и с помощью мыши.

Анкета

Темперамент оценивался с использованием краткой версии ATQ, переведенной на голландский язык Хартманом и Майданджичем (2001). Этот вопросник состоит из 77 пунктов и содержит те же конструкции и субконструкции, что и исходный ATQ (Evans and Rothbart, 2007). Каждый пункт сформулирован как утверждение. Участников текущего исследования попросили указать, насколько применимо это утверждение к ним, щелкнув соответствующий вариант ответа, представленный на экране компьютера.Мы использовали 6-балльную шкалу от «Совсем нет» (1) до «Полностью» (6). Также был «неприменимый вариант», который рассматривался как отсутствующая точка данных. В дополнительной таблице 3 показано количество элементов и альфа Кронбаха на (под) шкалу.

Пороговая задача

Звуки

Два файла wav были созданы с помощью программного обеспечения Audacity, один для использования в качестве сигнала, а другой — в качестве несигнального в пороговой задаче. Сигнал представлял собой чистый тон с частотой 1 кГц, длительностью 500 мс с линейным нарастанием и смещением 10 мс.Пустой звуковой файл длительностью 500 мс не служил сигналом. Белый шум (с полосовой фильтрацией 20–10 кГц), созданный с помощью программного обеспечения Goldwave, использовался в качестве маскирующего шума, который постоянно присутствовал во время выполнения пороговой задачи. Уровни звука на выходе были рассчитаны на основе напряжений на входе наушников, измеренных с помощью осциллографа (Tektronix TDS2002), и эффективности наушников, сообщенной производителем наушников (108 дБ SPL для 1 В среднеквадратичного значения в соединителе Zwislocki, техническое описание ER-4, Etymotic Research, 1992). Белый шум был представлен напряжением, подаваемым на вход наушников, которое равнялось бы выходному звуковому сигналу 38 дБ для тона 1 кГц.Свойства цифрового звука для всех звуков были стандартизированы (44 кГц, 16 бит, моно).

Процедура задания

Задача адаптивного принудительного выбора с двумя интервалами (2IFC) использовалась для измерения порога слуха. В начале каждой попытки фиксирующий крест выставлялся в центре экрана на 1000 мс. За этим последовали два интервала наблюдения, которые были отмечены цифрой (1 или 2), представленной в центре экрана. Интервалы были разделены пустым интервалом, в течение которого был представлен только крест фиксации.Каждый из трех интервалов длился 700 мс. В каждом испытании один из двух интервалов наблюдения был псевдослучайно выбран, чтобы содержать сигнал с ограничением, что не более четырех испытаний с одним и тем же выбранным интервалом могли произойти подряд. Сигнал 500 мс был центрирован в интервале наблюдения 700 мс. После второго интервала наблюдения был пустой экран 100 мс. После этого в центре экрана отображался красный значок «X», пока участники не указали, слышали ли они сигнал в первом или втором интервале, нажав клавишу z на клавиатуре указательным пальцем левой руки или m. -клавиатуру на клавиатуре указательным пальцем правой руки соответственно.Уровень звука сигналов зависел от работы участников и увеличивался или уменьшался адаптивно в соответствии с преобразованным и взвешенным правилом увеличения / уменьшения (García-Pérez, 1998). Использовалось правило «1 вверх / 2 вниз», и соотношение размера шага вниз и размера шага вверх составляло 0,548. Другими словами, после одной неправильной попытки уровень звука повысился на одну ступень (например, на 3 дБ), но он снизился на одну ступень только после двух последовательных правильных попыток, при этом размер шага увеличился в 1,82 раза. Шаг вниз.Было показано, что это правило надежно сводится к 80,35% правильного выполнения (García-Pérez, 1998). Первоначально размер шага вниз составлял 15 дБ. Это изменилось на 5 дБ после двух точек разворота (испытания, в которых уровень звука изменился с повышения на понижение или наоборот) и до 3 дБ после еще четырех точек разворота. Начальный уровень звука составлял 68 дБ SPL. Для расчета порога (уровень звука, необходимый для правильной работы 80,35%) были усреднены уровни звука в последних десяти точках реверсирования.Сценарий e-prime для адаптивной процедуры был адаптирован из Hairston and Maldjian (2009).

Процедура эксперимента

После получения информированного согласия участники были размещены в удобном кресле на расстоянии 50 см от монитора компьютера в тихой тускло освещенной индивидуальной испытательной кабине. Их проинструктировали о ходе эксперимента, потренировали с правильным подключением наушников, и экспериментатор проверил, действительно ли внешние звуки ослаблены. Дальнейшие инструкции следовали на экране компьютера.Что касается пороговой задачи, было объяснено, что сигнал будет подаваться одинаково часто в каждом интервале, и что, хотя сигнал может быть трудно услышать в некоторых испытаниях, важно постоянно уделять внимание задаче и что требуется ответ. по всем испытаниям. В инструкциях по заданию подчеркивалась точность, и все ответы были индивидуальными. Участники провели восемь практических испытаний, чтобы привыкнуть к задаче. Практические испытания были приравнены к испытаниям пороговой задачи, за исключением того, что уровень звука сигналов поддерживался на уровне 68 дБ SPL, и после каждого практического испытания участники получали отзывы об их точности.После практических испытаний стартовала пороговая задача. В конце исследования участники заполнили ATQ.

Анализ данных

Проверочные анализы

Чтобы проверить меру чувствительности самоотчета, мы коррелировали порог с чувствительностью ориентации ATQ. Ориентирующая чувствительность ATQ включает в себя перцептивную чувствительность в качестве субшкалы (пять пунктов), но также включает субшкалы, измеряющие чувствительность к переживанию расходящихся мысленных ассоциаций или образов (пять пунктов) и чувствительность к тонким аффективным стимулам (пять пунктов).Поскольку ориентировочная чувствительность ATQ является более надежным (α = 0,67 Кронбаха в текущем исследовании) показателем чувствительности к тонким стимулам, чем каждая из ее подшкал в отдельности (см. Дополнительную таблицу 3 для αs Кронбаха), мы использовали шкалу ориентировочной чувствительности в последующих анализах как самостоятельную. -отчетная мера чувствительности. Здесь стоит упомянуть, что порог аналогичным образом коррелировал с каждой подшкалой ориентирующей чувствительности ATQ (коэффициенты корреляции см. В дополнительной таблице 2).

Основные анализы

Чтобы ответить на наш главный вопрос о связи между чувствительностью к слабым стимулам и реактивностью на сильные стимулы, мы исследовали частичные корреляции между ориентировочной чувствительностью ATQ и шкалами перцептивной реактивности (дискомфорт ATQ и ATQ HIP).Корреляция между ориентировочной чувствительностью ATQ и дискомфортом ATQ контролировалась для ATQ HIP, а корреляция между чувствительностью ориентации ATQ и ATQ HIP контролировалась для дискомфорта ATQ. Мы провели тот же анализ, заменив ориентировочную чувствительность ATQ маскированным слуховым порогом.

Чтобы изучить ожидаемые эффекты подавления, мы повторили описанный выше корреляционный анализ, но без учета дискомфорта ATQ HIP или ATQ. Если ATQ HIP и дискомфорт ATQ подавляют связь друг друга с порогом восприятия и чувствительностью, то отказ от контроля подавляющей переменной должен существенно снизить корреляции.

Во всех основных анализах учитывались некоторые другие переменные. Во-первых, поскольку нас интересовали отношения с перцептивными аспектами наказания и реактивности вознаграждения, мы контролировали более широкие конструкции фрустрации ATQ и положительного аффекта ATQ. Если дискомфорт ATQ измеряет раздражительность из-за интенсивной стимуляции (например, «Я считаю, что громкие звуки очень раздражают»), то разочарование ATQ измеряет раздражительность в целом (например, «Не требуется много времени, чтобы заставить меня почувствовать разочарование или раздражение») .И, где ATQ HIP измеряет тенденцию испытывать удовольствие из-за сильных раздражителей (например, «Я бы получил удовольствие от прослушивания громкой музыки с лазерным световым шоу»), ATQ Positive Affect измеряет тенденцию к получению удовольствия в целом (например, , «Не нужно много времени, чтобы вызвать у меня радостный отклик»). Мы контролировали расстройство ATQ, потому что люди, которые указывают по шкале дискомфорта ATQ, что они раздражаются от интенсивных стимулов, могут действительно легко раздражаться в целом, а не только от интенсивных стимулов.Точно так же мы контролировали положительный эффект ATQ, потому что люди, которые указывают по шкале ATQ HIP, что они получают удовольствие от интенсивных стимулов, на самом деле могут иметь тенденцию получать удовольствие от вещей в целом, а не конкретно от интенсивных перцептивных стимулов.

Во-вторых, мы также контролировали секс, потому что эта переменная была связана с дискомфортом и HIP (Ormel et al., 2005) и чувствительностью слуха (Robinson, 1988). Возраст также был связан с дискомфортом или неприятностями, возникающими из-за сильных стимулов возбуждения (Keil and Freund, 2009; Tops and Matsumoto, 2011) и с чувствительностью слуха (Robinson, 1988).Однако возрастной диапазон был небольшим, и добавление возраста в качестве контрольной переменной не повлияло на характер корреляций. Поэтому анализы представлены без учета этой переменной.

Результаты

Проверочные анализы

Чтобы проверить самооценку меры чувствительности, мы коррелировали порог ( M = 21,14 дБ SPL, SD = 1,93) с чувствительностью ориентации ATQ. Порог имел умеренно отрицательную связь с ориентировочной чувствительностью, r = -0.31, p = 0,006. Дополнительный материал предоставляет полную матрицу нескорректированных корреляций между всеми шкалами ATQ (дополнительная таблица 1) и субшкалами (дополнительная таблица 2) и порогом. Он также предоставляет таблицу с описательной статистикой для (под) шкал ATQ (дополнительная таблица 3).

Основные анализы

Коэффициенты корреляции и уровни значимости отношений, проверенных для основных анализов, представлены на рисунке 3. Ориентирующая чувствительность ATQ показала значимые частичные корреляции с дискомфортом ATQ и тенденции аналогичной величины с ATQ HIP, когда дискомфорт ATQ и ATQ HIP контролировались друг для друга и для расстройства ATQ, положительного аффекта ATQ и секса.Точно так же замаскированный слуховой порог показал значительную частичную корреляцию с дискомфортом ATQ и с ATQ HIP, когда дискомфорт ATQ и ATQ HIP контролировались друг для друга и для расстройства ATQ, положительного аффекта ATQ и пола.

РИСУНОК 3. Обзор частных коэффициентов корреляции и уровней значимости отношений (A) между дискомфортом (реактивность наказания), удовольствием высокой интенсивности (реактивность вознаграждения) и чувствительностью к ориентированию и (B) между дискомфортом, высокая интенсивность удовольствия и слуховой порог. 1 Контролируется в отношении секса, расстройства, положительных эмоций, HIP или дискомфорта. 2 Контролируемый секс, разочарование, положительные эмоции. p <0,10, p <0,05, ∗∗ p <0,01, ∗∗∗ p <0,001.

Когда дискомфорт ATQ и ATQ HIP не контролировались друг для друга, большинство корреляций между (самооценкой и объективной) чувствительностью и самооценкой реактивности были низкими и несущественными.Только ориентировочная чувствительность ATQ все еще коррелировала с дискомфортом ATQ, хотя и с немного меньшей величиной.

Обсуждение

В настоящем исследовании изучалась взаимосвязь между самооценкой и объективно измеренной чувствительностью к тонким стимулам и самооценкой реактивностью на сильные стимулы в рамках теории PARCS. Важно отметить, что в этой теории различают два типа реактивности: реактивность наказания и реактивность вознаграждения. Мы измерили реактивность наказания на сильную стимуляцию с помощью шкалы дискомфорта ATQ и реактивность вознаграждения на сильную стимуляцию с помощью шкалы ATQ HIP.Чувствительность к слабым стимулам измерялась с использованием объективно определенного замаскированного слухового порога, а также шкалы ориентировочной чувствительности ATQ, которая представляет собой самоотчетную меру чувствительности к слабым стимулам, отражающую перцепционные и внимательные аспекты реактивности в теории PARCS.

Как и было предсказано на основе теории PARCS, наши результаты показали, что ориентировочная чувствительность ATQ была положительно связана с объективно определенной чувствительностью (обратная маскированному слуховому порогу). Более того, и это имеет решающее значение для ответа на вопрос нашего исследования, оба типа реактивности на сильную стимуляцию связаны с (самооценкой и объективно измеренной) чувствительностью к слабым стимулам, но только когда контролируются друг для друга, что указывает на эффект взаимного подавления.Эти результаты согласуются с представлением теории PARCS о том, что реактивность наказания и вознаграждения перекрывается с точки зрения реактивности на стимуляцию, но эти тенденции также противоречат друг другу с точки зрения ориентации реакции (приближение или избегание). Обратите внимание, что ассоциации между показателями реактивности и самооценкой чувствительности к слабым стимулам воспроизводились, когда чувствительность объективно измерялась как замаскированный слуховой порог, что делает маловероятным, что ассоциации между чувствительностью к слабым стимулам и реактивностью на сильные стимулы были вызваны реакцией. предвзятость.

Наши результаты могут помочь понять предыдущие несоответствия в литературе относительно зависимости чрезмерной реактивности на сильные стимулы и восприятия чувствительности к слабым стимулам. Некоторые исследования подтвердили утверждение о том, что чувствительность к слабым стимулам и чрезмерная реактивность возникают из одного и того же признака (Smith, 1968; Siddle et al., 1969; Edman et al., 1979), в то время как результаты других исследований свидетельствуют о том, что чувствительность к слабым стимулам и чрезмерная реактивность — это независимые черты (Ellermeier et al., 2001; Эванс и Ротбарт, 2008 г.). Наше исследование показало, что, когда не контролируется реактивность вознаграждения на сильные стимулы, связь между реактивностью наказания на сильные стимулы и перцептивной чувствительностью может быть подавлена. В этом случае зависимость между реактивностью наказания и чувствительностью становится очевидной только тогда, когда реактивность вознаграждения остается постоянной. Можно ожидать противоречивых и нулевых результатов, потому что различия в распределении реактивности вознаграждения вносят различия в соотношение между реактивностью наказания на сильные стимулы и чувствительностью к слабым стимулам.То же самое справедливо для отношения между реактивностью вознаграждения на сильные стимулы и чувствительностью к слабым стимулам, когда реактивность наказания не контролируется. Поскольку в предыдущих исследованиях не учитывалась реактивность как наказания, так и вознаграждения на сильные стимулы, это может объяснить их противоречивые выводы относительно зависимости чрезмерной реактивности от сильных стимулов и восприятия чувствительности к слабым стимулам.

Поскольку теория личности Айзенка (1967) является настолько известной и влиятельной теорией, которая рассматривает чувствительность к слабым стимулам и чрезмерную реакцию на сильные стимулы как результат одной основной черты, мы специально сравним наши результаты с этой теорией.Наши результаты согласуются с идеями Айзенка в том смысле, что чрезмерная реакция на сильные стимулы и чувствительность к слабым стимулам, по-видимому, зависят. Однако обнаруженный нами образец зависимостей не согласуется с предсказаниями Айзенка, которые основаны на интроверсии-экстраверсии в качестве основной черты. Согласно Айзенку, чрезмерная реакция на стимуляцию высокой интенсивности связана с высокой чувствительностью к слабой стимуляции (Айзенк, 1967). Это действительно совпадает с нашим выводом о том, что реактивность наказания на сильные стимулы, когда контролируемая реактивность вознаграждения, была связана с чувствительностью к слабой стимуляции.Айзенк (1967), однако, также предположил, что удовольствие экстравертов от стимуляции высокой интенсивности связано с низкой чувствительностью к слабой стимуляции. Напротив, мы обнаружили, что при контроле реактивности наказания на сильную стимуляцию удовольствие от стимуляции высокой интенсивности было связано с высокой чувствительностью к слабой стимуляции. Это делает маловероятным, что чувствительность к слабым стимулам и чрезмерная реактивность связаны из-за интроверсии-экстраверсии как основного признака. Вместо этого, как предполагает теория PARCS, модель зависимостей может быть объяснена индивидуальными различиями в тенденции активировать значительную сеть реактивной системы.Эта сеть опосредует обработку отталкивающих и аппетитных стимулов, а также соответствующих слабых стимулов, и получает входные данные как от взаимно антикоррелированных подходов (вознаграждение), так и от реактивных систем избегания (наказание). Кроме того, как обсуждалось выше, наши результаты подчеркивают важность учета реактивности как вознаграждения, так и наказания, чтобы понять взаимосвязь между чувствительностью к слабым и чрезмерной реакцией на сильные стимулы. Это способствует использованию этих двух измерений, которые основаны на ранних концепциях личности Грея (Gray, 1970, 1989), а не на измерении интроверсии-экстраверсии Айзенка при изучении связи между чувствительностью и чрезмерной реактивностью.Более того, измерения Грея (1970, 1989) не только лучше соответствуют текущим результатам, но и, кажется, лучше объясняют более ранние выводы. Согласно Грею (1970, 1989), реактивность на наказание (которую он назвал тревогой) с точки зрения параметров личности Айзенка отражается в сочетании высокой интроверсии и высокого невротизма. Таким образом, связь чувствительности с реактивностью наказания, а не с интроверсией, таким образом, кажется, лучше объясняет выводы о влиянии невротизма на смешение и взаимодействие в более ранних исследованиях, в которых изучалась связь между интроверсией и порогом для обнаружения слабых стимулов (Siddle et al., 1969; Эдман и др., 1979).

В дополнение к дальнейшему пониманию связи между чувствительностью к слабым и реактивностью на сильные раздражители, наши результаты также имеют важное значение для изучения темпераментных и психофизических детерминант шумового раздражения или раздражения, вызываемого другими неприятностями окружающей среды в повседневной жизни. Это касается, например, вопроса о том, зависит ли чувствительность к шуму, мера дискомфорта в слуховой области, которая прогнозирует шумовое раздражение, от основного слухового восприятия или нет (Ellermeier et al., 2001). Как показали наши результаты, перцептивная реактивность вознаграждения (HIP) может подавлять связь между реактивностью слухового наказания (дискомфортом) и перцептивной чувствительностью. Поэтому, чтобы получить более полное представление о детерминантах шумового раздражения, мы рекомендуем включать в будущие исследования меры поощрения реактивности на сильные стимулы и контролировать их. Помимо раздражающего шума, теория PARCS может также обеспечить основу для понимания других видов экологической непереносимости, таких как множественная химическая чувствительность (MCS).MCS, также известный как идиопатическая непереносимость окружающей среды (IEI), представляет собой состояние, которое характеризуется непереносимостью химических агентов, выражающейся в различных соматических жалобах, включая усталость, головные боли и боль (Graveling et al., 1999; Bornschein et al., 2002). Интересно, что MCS ассоциируется с тревогой и избеганием вреда (Hillert et al., 2013), а также с абсорбцией (Witthöft et al., 2008), которые являются показателями реактивности в теории PARCS.

Настоящее исследование имеет некоторые ограничения.Во-первых, в нашем исследовании было относительно небольшое количество участников ( N = 78). Во-вторых, хотя ATQ предоставил подходящие меры, которые использовались ранее в соответствующих исследованиях (Evans and Rothbart, 2008), еще не было разработано шкал специально для измерения конструкций, полученных из теории PARCS. В-третьих, наша объективная мера чувствительности касалась только слуховой чувствительности. Воспроизведение наших результатов в большой выборке с использованием объективных измерений в других сенсорных модальностях и использование вопросника, основанного на теории PARCS, важно для демонстрации надежности и обобщаемости этих результатов.Кроме того, в будущих исследованиях могут быть полезны психофизические измерения реакции на сильные раздражители, такие как порог боли и объективные измерения реактивности вознаграждения и наказания, такие как реакции ERP на стимулы вознаграждения и наказания во время выполнения задачи (например, Boksem et al. ., 2006, 2008).

Заключение

В совокупности наше исследование показало, что самооценка и объективная оценка чувствительности к слабым стимулам связаны с реактивностью на сильные стимулы, связанной с наказанием и вознаграждением.Эти отношения стали очевидными только тогда, когда меры реактивности контролировались друг для друга, что указывает на эффект взаимного подавления. Тот факт, что предыдущие исследования не принимали во внимание этот эффект подавления, может объяснить предыдущие противоречивые данные о связи между сенсорной чувствительностью и чрезмерной реактивностью. В заключение, наше исследование показывает, что чувствительность к слабым стимулам частично совпадает со склонностью к чрезмерной реактивности на сильные стимулы, что соответствует предсказаниям теории PARCS.

Заявление об этике

Это исследование было одобрено этическим комитетом Института психологии Лейденского университета. Все участники дали письменное информированное согласие до участия.

Авторские взносы

Все авторы участвовали в разработке исследования. AB провела исследование. MT и AB проанализировали данные. AB подготовил рукопись с участием GB, MT и PS. Все авторы критически отредактировали рукопись и одобрили окончательную версию для подачи.

Финансирование

Это исследование финансировалось Лейденским университетом и компанией Platform Nederlandse Luchtvaart (PNL, Platform Dutch Aviation), Нидерланды.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Авторы выражают благодарность Арьяну ван ден Бергу, Сельме Хамидович, Гвендолин Кейперс, Икраму Мизабу, Леони Пельс Райкен и Франку Восу за их помощь в сборе данных.

Дополнительные материалы

Дополнительные материалы к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https://www.frontiersin.org/article/10.3389/fpsyg.2017.01642/full#supplementary-material

Список литературы

Арон, Э. Н., и Арон, А. (1997). Чувствительность к сенсорной обработке и ее связь с интроверсией и эмоциональностью. J. Pers. Soc. Psychol. 73, 345–368. DOI: 10.1037 / 0022-3514.73.2.345

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Арон, Э.Н., Арон А., Ягеллович Дж. (2012). Чувствительность обработки сенсорной информации: обзор в свете эволюции биологической чувствительности. чел. Soc. Psychol. Ред. 16, 262–282. DOI: 10.1177 / 1088868311434213

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бахман, Дж. Г., и О’Мэлли, П. М. (1984). Да-говорить, нет-говорить и доходить до крайностей: различия между черным и белым в стилях ответа. Общественное мнение. Q. 48, 491–509. DOI: 10.1086 / 268845

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Баумгартнер, Х., и Стинкамп, Ж.-Б. Э. М. (2001). Стили ответа в маркетинговых исследованиях: международное расследование. J. Mark. Res. 38, 143–156. DOI: 10.1509 / jmkr.38.2.143.18840

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Боксем М.А., Топс М., Костерманс Э. и Де Кремер Д. (2008). Чувствительность к наказанию и бездействию вознаграждения: свидетельства связанных с ошибками компонентов ERP. Biol. Psychol. 79, 185–192. DOI: 10.1016 / j.biopsycho.2008.04.010

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Боксем, м.А., Топс М., Вестер А. Э., Мейман Т. Ф. и Лорист М. М. (2006). Компоненты ERP, связанные с ошибками, и индивидуальные различия в чувствительности к наказанию и вознаграждению. Brain Res. 1101, 92–101. DOI: 10.1016 / j.brainres.2006.05.004

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Bornschein, S., Hausteiner, C., Zilker, T., and Förstl, H. (2002). Психиатрические и соматические расстройства и множественная химическая чувствительность (MCS) у 264 «пациентов из окружающей среды». Psychol.Med. 32, 1387–1394. DOI: 10.1017 / S00332

006554

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Клонингер, К., Свракич, Д. М., и Пшибек, Т. Р. (1993). Психобиологическая модель темперамента и характера. Arch. Gen. Psychiatry 50, 975–990. DOI: 10.1001 / archpsyc.1993.01820240059008

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Коста, П. Т., и МакКрэй, Р. Р. (1992). Нормальная оценка личности в клинической практике: инвентарь личности NEO. Psychol. Оценивать. 4, 5–13. DOI: 10.1037 / 1040-3590.4.1.5

CrossRef Полный текст | Google Scholar

де Руйтер, М. Б., Фаф, Р. Х., Велтман, Д. Дж., Кок, А., и Ван Дайк, Р. (2003). Внимание как характеристика доклинической диссоциации: исследование потенциала, связанного с событием. Neuroimage 19, 376–390. DOI: 10.1016 / S1053-8119 (03) 00099-5

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Деррибери Д. и Ротбарт М. К.(1988). Возбуждение, аффект и внимание как компоненты темперамента. J. Pers. Soc. Psychol. 55, 958–966. DOI: 10.1037 / 0022-3514.55.6.958

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Девинский, О., Моррелл, М. Дж., И Фогт, Б. А. (1995). Вклад передней поясной коры в поведение. Мозг 118, 279–306. DOI: 10.1093 / мозг / 118.1.279

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эдман Г., Шаллинг Д. и Рислер А. (1979).Эффекты взаимодействия экстраверсии и невротизма на порогах обнаружения. Biol. Psychol. 9, 41–47. DOI: 10.1016 / 0301-0511 (79) -8

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эллермайер В., Эйгенштеттер М. и Циммер К. (2001). Психоакустические корреляты индивидуальной шумовой чувствительности. J. Acoust. Soc. Являюсь. 109, 1464–1473. DOI: 10.1121 / 1.1350402

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Etymotic Research (1992). Таблица данных серии ER-4. Деревня Элк Гроув, Иллинойс: Этимотическое исследование.

Эванс, Д. Э., и Ротбарт, М. К. (2007). Разработка модели взрослого темперамента. J. Res. Чел. 41, 868–888. DOI: 10.1016 / j.jrp.2006.11.002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эванс, Д. Э., и Ротбарт, М. К. (2008). Темпераментная чувствительность: две конструкции или одна? чел. Индивидуальный. Dif. 44, 108–118. DOI: 10.1016 / j.paid.2007.07.016

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Айзенк, Х.Дж. (1967). Биологическая основа личности. Спрингфилд, Иллинойс: Чарльз С. Томас.

Google Scholar

Айзенк, Х. Дж., И Айзенк, С. Б. Г. (1975). EPQ (Руководство по опроснику личности Айзенка). Сан-Диего, Калифорния: Служба образовательного и промышленного тестирования.

Google Scholar

Фернхэм А. и Хендерсон М. (1982). Хорошее, плохое и безумное: предвзятость ответов при самооценке. чел. Индивидуальный. Dif. 3, 311–320.DOI: 10.1016 / 0191-8869 (82)

-4

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гарсиа-Перес, М.А. (1998). Лестницы принудительного выбора с фиксированными размерами ступенек: асимптотические и маловыборочные свойства. Vision Res. 38, 1861–1881. DOI: 10.1016 / S0042-6989 (97) 00340-4

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Глиски, М. Л., Татарин, Д. Дж., Тобиас, Б. А., Килстром, Дж. Ф., и Макконки, К. М. (1991). Поглощение, открытость опыту и гипнотизируемость. J. Pers. Soc. Psychol. 60, 263–272. DOI: 10.1037 / 0022-3514.60.2.263

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гом, К. Л., и Клор, Г. Л. (2000). Индивидуальные различия в эмоциональном переживании: отображение доступных масштабов процессов. чел. Soc. Psychol. Бык. 26, 679–697. DOI: 10.1177 / 0146167200268004

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гравелинг, Р. А., Пилкингтон, А., Джордж, Дж. П., Батлер, М. П., и Таннахилл, С.Н. (1999). Обзор множественной химической чувствительности. Оккуп. Environ. Med. 56, 73–85. DOI: 10.1136 / oem.56.2.73

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Грей, Дж. А. (1970). Психофизиологические основы интроверсии-экстраверсии. Behav. Res. Ther. 8, 249–266. DOI: 10.1016 / 0005-7967 (70) -0

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Грей, Дж. А. (1989). «Фундаментальные системы эмоций в мозге млекопитающих», Справиться с неопределенностью: поведенческие и развивающие перспективы , изд.Д. С. Палермо (Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум), 173–195.

Google Scholar

Грей, Дж. А., и МакНотон, Н. (2000). Нейропсихология тревоги: Исследование функций системы септо-гиппокампа. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.

Google Scholar

Грин Д. М. и Светс Дж. А. (1966). Теория обнаружения сигналов и психофизика. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Wiley.

Google Scholar

Хейрстон, В.Д., и Малджян Дж. А. (2009). Процедура адаптивной лестницы для среды программирования E-Prime. Comput. Методы Программы Биомед. 93, 104–108. DOI: 10.1016 / j.cmpb.2008.08.003

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хартман, К., и Майданджич, М. (2001). Голландский перевод анкеты по темпераменту взрослых, внутренний документ на голландском языке. Гронинген: Университетский медицинский центр Гронингена.

Хейс, Д. Дж., Дункан, Н.W., Xu, J., and Northoff, G. (2014). Сравнение нейронных реакций на раздражители аппетита и отвращения у людей и других млекопитающих. Neurosci. Biobehav. Rev. 45, 350–368. DOI: 10.1016 / j.neubiorev.2014.06.018

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хиллер, Л., Йованович, Х., Эс, Ф., и Савич, И. (2013). Женщины с множественной химической чувствительностью имеют повышенное избегание вреда и сниженный потенциал связывания рецептора 5-HT1A в передней части поясной извилины и миндалины. PLOS ONE 8: e54781. DOI: 10.1371 / journal.pone.0054781

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сюй, К.-Т., Конрад, М., и Джейкобс, А.М. (2014). Художественные ощущения в Гарри Поттере: гемодинамическая реакция в средней части поясной извилины коррелирует с опытом иммерсивного чтения. Neuroreport 25, 1356–1361. DOI: 10.1097 / WNR.0000000000000272

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Королевство, Ф.А.А., Принс Н. (2010). Психофизика: Практическое введение. Лондон: Academic Press.

Google Scholar

Ламичхейн Б. и Дхамала М. (2015). Сеть значимости и ее функциональная архитектура в перцептивном решении: эффективное исследование связности. Brain Connect. 5, 362–370. DOI: 10.1089 / brain.2014.0282

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Macmillan, N.A., and Creelman, C.D. (2005). Теория обнаружения: Руководство пользователя. Махва, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум.

Google Scholar

Markett, S., Weber, B., Voigt, G., Montag, C., Felten, A., Elger, C., et al. (2013). Сети внутренней связи и личность: измерение темперамента, избегание вреда, сдерживает функциональную связь в состоянии покоя. Неврология 240, 98–105. DOI: 10.1016 / j.neuroscience.2013.02.056

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

МакКрэй, Р.Р. и Коста П. Т. (1987). Подтверждение пятифакторной модели личности с помощью инструментов и наблюдателей. J. Pers. Soc. Psychol. 52, 81–90. DOI: 10.1037 / 0022-3514.52.1.81

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

МакКрэй, Р. Р., Коста, П. Т. (1997). «Концепции и корреляты открытости опыту», в Справочник по психологии личности , ред. Р. Хоган, Дж. А. Джонсон и С. Р. Бриггс (Сан-Диего, Калифорния: Academic Press), 825–847.DOI: 10.1016 / B978-012134645-4 / 50032-9

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мурс, А., Эллсуорт, П. К., Шерер, К. Р., Фрайда, Н. Х. (2013). Оценочные теории эмоций: состояние дел и будущее развитие. Emot. Ред. 5, 119–124. DOI: 10.1177 / 1754073

8165

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Mõttus, R., Allik, J., Realo, A., Rossier, J., Zecca, G., Ah-Kion, J., et al. (2012). Влияние стиля ответа на самооценку самооценки в 20 странах. чел. Soc. Psychol. Бык. 38, 1423–1436. DOI: 10.1177 / 0146167212451275

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Небылицын В. Д., Рождественская В. И., Теплов Б. М. (1960). О взаимосвязи абсолютной чувствительности и силы нервной системы. Q. J. Exp. Psychol. 12, 17–25. DOI: 10.1080 / 17470216008416695

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ормель, Дж., Олдехинкель, А., Фердинанд Р., Хартман К., Де Винтер А., Винстра Р. и др. (2005). Интернализация и экстернализация проблем в подростковом возрасте: общие и специфические эффекты семейных нагрузок и черт темперамента предподросткового возраста. Psychol. Med. 35, 1825–1835. DOI: 10.1017 / S00332

005829

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Паулхус, Д. Л. (1991). «Измерение и контроль предвзятости в ответах», в «Меры личности и социально-психологические установки» , ред. Дж.П. Робинсон, П. Р. Шейвер и Л. С. Райтсман (Сан-Диего, Калифорния: Academic Press), 17–59.

Google Scholar

Пикеринг А. Д., Грей Дж. А. (1999). «Неврология личности», в Справочник личности: теория и исследования , ред. Л. А. Первин и О. П. Джон (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Гилфорд Пресс), 277–299.

Google Scholar

Квирин М., Кент М., Боксем М.А.С. и Топс М. (2015). Интеграция негативного опыта: нейропсихологическая основа устойчивости человека. Behav. Brain Sci. 38, е116. DOI: 10.1017 / S0140525X14001666

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шнайдер В., Эшман А. и Зукколотто А. (2002). Руководство пользователя E-Prime. Питтсбург, Пенсильвания: Psychology Software Tools Inc.

Google Scholar

Сили В. В., Менон В., Шацберг А. Ф., Келлер Дж., Гловер Г. Х., Кенна Х. и др. (2007). Разделяемые внутренние сети связи для обработки значимости и исполнительного контроля. J. Neurosci. 27, 2349–2356. DOI: 10.1523 / jneurosci.5587-06.2007

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сиддл Д. А., Морриш Р. Б., Уайт К. Д. и Манган Г. Л. (1969). Связь зрительной чувствительности с экстраверсией. J. Exp. Res. Чел. 3, 264–267.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Смит, С. Л. (1968). Экстраверсия и сенсорный порог. Психофизиология 5, 293–299. DOI: 10.1111 / j.1469-8986.1968.tb02825.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Штерцер П., Кляйншмидт А. (2010). Активация передней островковой доли в парадигмах восприятия: часто наблюдается, но почти не понимается. Brain Struct. Функц. 214, 611–622. DOI: 10.1007 / s00429-010-0252-2

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Топс М., Боксем М. А. (2010). Поглощенность задачей: показатели личности позволяют прогнозировать вовлеченность во время выполнения задачи, что определяется по отрицательности ошибок и асимметричной фронтальной активности. Cogn. Оказывать воздействие. Behav. Neurosci. 10, 441–453. DOI: 10.3758 / cabn.10.4.441

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Топс М., Боксем М.А. (2012). «Это что?» «Что пошло не так?» Положительное и отрицательное удивление и функциональный градиент от рострально-вентрального до каудально-дорсального в головном мозге. Перед. Psychol. 3:21. DOI: 10.3389 / fpsyg.2012.00021

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Топс, м., Боксем, М.А., Луу, П., и Такер, Д.М. (2010). Мозговые субстраты поведенческих программ, связанных с саморегуляцией. Перед. Psychol. 1: 152. DOI: 10.3389 / fpsyg.2010.00152

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Топс М., Боксем М. А., Квирин М., Айзерман Х. и Коул С. Л. (2014). Внутренне направленное познание и внимательность: интегративная перспектива, основанная на теории систем прогнозирования и реактивного управления. Перед. Psychol. 5: 429. DOI: 10.3389 / fpsyg.2014.00429

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Топс М., Мацумото Х. (2011). Гипокортизолизм связан с чувствительностью к обработке внешних стимулов и психосоматическими жалобами. Психофизиология 48 (Приложение 1), S88. DOI: 10.1111 / j.1469-8986.2011.01259.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Топс М., Монтеро-Марин Дж. И Квирин М. (2016). «Слишком много хорошего: нейродинамическая модель личности, объясняющая вовлеченность и ее защитное торможение», в Последние разработки в области нейробиологических исследований в области мотивации человека (Advances in Motivation and Achievement , Vol.19, редакторы С. Ким, Дж. Рив и М. Бонг (Бингли: Emerald Group Publishing Limited), 283–319.

Google Scholar

ван Тол, М.-Дж., Вир, И. М., Ван Дер Ви, Н. Дж. А., Алеман, А., Ван Бучем, М. А., Ромбоут, С. А. Р. Б. и др. (2013). Функциональная связь всего мозга во время классификации эмоциональных слов при большом депрессивном расстройстве без лекарств: схема аномальной значимости и отношения к положительной эмоциональности. Neuroimage Clin. 2, 790–796. DOI: 10.1016 / j.nicl.2013.05.012

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван Вэренберг, Ю., и Томас, Т. Д. (2013). Стили ответов в опросных исследованиях: обзор литературы о предшествующих событиях, последствиях и средствах правовой защиты. Внутр. J. Общественное мнение. Res. 25, 195–217. DOI: 10.1093 / ijpor / eds021

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уилтинк, Дж., Фогельсанг, У., Бейтель, М. Э. (2006). Темперамент и личность: немецкая версия Опросника по темпераменту взрослых (ATQ). Psycho Soc. Med. 3, Doc10.

Google Scholar

Виттхёфт М., Рист Ф. и Бейлер Дж. (2008). Доказательства конкретной связи между личностной чертой абсорбции и идиопатической нетерпимостью к окружающей среде. J. Toxicol. Environ. Здравоохранение A 71, 795–802. DOI: 10.1080 / 152873

985687

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Классический кондиционер | Простая психология

  1. Перспективы
  2. Бихевиоризм
  3. Оперантное обусловливание

Классическое обусловливание

Автор: Dr.Saul McLeod, обновлено 2018 г.


Классическая обусловленность (также известная как условная рефлексия Павлова) — это обучение через ассоциацию, что было обнаружено Павловым, российским физиологом. Проще говоря, два стимула связаны друг с другом, чтобы вызвать у человека или животного новую усвоенную реакцию.

Самым известным примером классической обусловленности был эксперимент Павлова с собаками, у которых выделялась слюна в ответ на звонок. Павлов показал, что когда звонили в колокольчик каждый раз, когда собаку кормили, собака училась связывать звук с подачей еды.

Джон Ватсон предположил, что процесс классической обусловленности (основанный на наблюдениях Павлова) может объяснить все аспекты человеческой психологии.

Все, от речи до эмоциональных реакций, было просто образцами стимулов и реакций. Ватсон полностью отрицал существование разума или сознания. Уотсон считал, что все индивидуальные различия в поведении связаны с разным опытом обучения. Как известно, он сказал:

«Дайте мне дюжину здоровых младенцев, хорошо сложенных, и мой собственный заданный мир, чтобы вырастить их, и я гарантирую, что возьму любого наугад и обучу его, чтобы он стал специалистом любого типа, которого я смогу. выберите — врач, юрист, художник, вождь купца и, да, даже нищий и вор, независимо от его талантов, склонностей, склонностей, способностей, призвания и расы его предков »(Watson, 1924, p.104).

Примеры классического кондиционирования

Примеры классического кондиционирования

Существует три стадии классического кондиционирования. На каждом этапе стимулам и ответам присваиваются специальные научные термины:

Этап 1: до кондиционирования:

Этап 1: до кондиционирования:

На этом этапе безусловный стимул (UCS) вызывает безусловный ответ ( UCR) в организме.

В общих чертах это означает, что стимул в окружающей среде вызвал поведение / реакцию, которой не научились (т.е., безусловный) и, следовательно, является естественной реакцией, которой не учили. В этом отношении нового поведения пока не изучено.

Например, желудочный вирус (UCS) вызовет реакцию тошноты (UCR). В другом примере духи (UCS) могут вызывать реакцию счастья или желания (UCR).

Эта стадия также включает другой стимул, который не действует на человека и называется нейтральным стимулом (NS). НС может быть человеком, предметом, местом и т. Д.

Нейтральный стимул в классическом кондиционировании не вызывает реакции, пока он не соединен с безусловным стимулом.

Этап 2: во время кондиционирования:

Этап 2: во время кондиционирования:

На этом этапе стимул, который не вызывает реакции (т. Е. Нейтральный), связан с безусловным стимулом, и в этот момент он становится известным. как условный раздражитель (КС).

Например, желудочный вирус (UCS) может быть связан с употреблением определенной пищи, такой как шоколад (CS). Кроме того, духи (UCS) могут быть связаны с конкретным человеком (CS).

Чтобы классическое кондиционирование было эффективным, условный раздражитель должен возникать до безусловного раздражителя, а не после него или в то же время.Таким образом, условный раздражитель действует как тип сигнала или реплики для безусловного раздражителя.

Часто на этом этапе UCS необходимо связать с CS в ряде случаев или при испытаниях, чтобы обучение могло иметь место. Тем не менее, обучение по одному следу может происходить в определенных случаях, когда нет необходимости в укреплении ассоциации с течением времени (например, при заболевании после пищевого отравления или употреблении слишком большого количества алкоголя).

Этап 3: После кондиционирования:

Этап 3: После кондиционирования:

Теперь условный стимул (CS) был связан с безусловным стимулом (UCS), чтобы создать новый условный ответ (CR).

Например, человек (CS), который был связан с хорошими духами (UCS), теперь считается привлекательным (CR). Кроме того, шоколад (CS), который ели до того, как человек заболел вирусом (UCS), теперь вызывает тошноту (CR).


Классическое кондиционирование в классе

Классическое кондиционирование в классе

Последствия классического кондиционирования в классе менее важны, чем последствия оперантного кондиционирования, но учителя по-прежнему нуждаются в том, чтобы убедиться, что учащиеся общаются положительные эмоциональные переживания при обучении.

Если ученик связывает отрицательные эмоциональные переживания со школой, то это, очевидно, может иметь плохие результаты, например, вызвать школьную фобию.

Например, если ученик подвергается издевательствам в школе, он может научиться ассоциировать школу со страхом. Это также может объяснить, почему некоторые студенты проявляют особую неприязнь к определенным предметам, которая сохраняется на протяжении всей их академической карьеры. Это может произойти, если учитель унижает или наказывает ученика в классе.


Критическая оценка

Критическая оценка

Классическое кондиционирование подчеркивает важность извлечения уроков из окружающей среды и поддерживает воспитание над природой.Однако описание поведения исключительно с точки зрения природы или воспитания ограничено, и попытки сделать это недооценивают сложность человеческого поведения. Более вероятно, что поведение является результатом взаимодействия между природой (биологией) и воспитанием (окружающей средой).

Сила классической теории обусловливания в том, что она научна. Это потому, что он основан на эмпирических данных, проведенных в контролируемых экспериментах. Например, Павлов (1902) показал, как можно использовать классическое кондиционирование, чтобы заставить собаку выделять слюну под звук колокольчика.

Классическая обусловленность также является редукционистским объяснением поведения. Это связано с тем, что сложное поведение разбивается на более мелкие единицы поведения «стимул-реакция».

Сторонники редукционистского подхода говорят, что он научен. Разбиение сложного поведения на мелкие части означает, что они могут быть проверены с научной точки зрения. Однако некоторые утверждают, что редукционистская точка зрения не имеет силы. Таким образом, хотя редукционизм полезен, он может привести к неполным объяснениям.

Последняя критика классической теории обусловливания состоит в ее детерминированности. Это означает, что он не допускает какой-либо степени свободы воли у человека. Соответственно, человек не может контролировать реакции, которые он усвоил в результате классической обусловленности, например фобию.

Детерминистский подход также имеет важное значение для психологии как науки. Ученые заинтересованы в открытии законов, которые затем можно использовать для предсказания событий. Однако, создавая общие законы поведения, детерминистская психология недооценивает уникальность людей и их свободу выбирать свою судьбу.

Ключевая терминология

Нейтральный стимул

В классическом кондиционировании нейтральный стимул (NS) — это стимул, который изначально не вызывает реакции пока он не соединится с безусловным стимулом. Например, в эксперименте Павлова звонок был нейтральным стимулом и вызывал реакцию только тогда, когда он сочетался с едой.

Необусловленный стимул

В классическом кондиционировании безусловный стимул — это особенность окружающей среды, которая вызывает естественную и автоматическую безусловную реакцию.В кабинете Павлова безусловным раздражителем была еда.

Необусловленный ответ

В классическом кондиционировании безусловный ответ — это неизученный ответ, который возникает автоматически при предъявлении безусловного стимула. Павлов показал существование безусловной реакции, подав собаке миску с едой и измерив ее слюнную секрецию

Условный стимул

В классическом кондиционировании условный стимул (CS) является замещающим стимулом, который вызывает такую ​​же реакцию в организме. как безусловный раздражитель.Проще говоря, условный раздражитель заставляет организм реагировать на что-то, потому что это связано с чем-то другим. Например, собака Павлова научилась выделять слюну при звуке колокольчика.

Условный ответ

В классическом обучении условный ответ (CR) — это выученный ответ на ранее нейтральный стимул. В экспериментах Ивана Павлова с классической кондиционированием слюноотделение собаки было условной реакцией. под звон колокольчика.

Приобретение

В начальный период обучения приобретение описывает, когда организм учится связывать нейтральный раздражитель и безусловный раздражитель.

Вымирание

В психологии вымирание означает постепенное ослабление условного ответа путем разрыва связи между условным и безусловным раздражителями.

Например, когда звонили в колокольчик и не подавали еды, у собаки Павлова постепенно прекращалось выделение слюны при звуке звонка.

Спонтанное выздоровление

Спонтанное выздоровление — это феномен Павловской обусловленности, который относится к возвращению условной реакции (в более слабой форме) через определенный период времени после угасания.Например, когда Павлов выждал несколько дней после гашения условной реакции, а затем снова позвонил в колокольчик, у собаки снова пошла слюна.

Обобщение

В психологии обобщение — это тенденция одинаково реагировать на раздражители, похожие, но не идентичные условному раздражителю. Например, в эксперименте Павлова, если собака приучена выделять слюноотделение на звук колокольчика, то позже она может выделять слюноотделение на звук колокольчика более высокого тона.

Дискриминация

В классической обусловленности дискриминация это процесс, посредством которого люди учатся различать похожие стимулы и соответствующим образом реагировать на каждый из них.

Например, в конце концов собака Павлова узнает разницу между звуком двух колокольчиков и больше не выделяет слюну при звуке непищевого колокольчика.

Как ссылаться на эту статью:
Как ссылаться на эту статью:

McLeod, S. A. (2018, 21 августа). Классический кондиционер . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/classical-conditioning.html

Ссылки на стиль APA

Павлов И.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *