Что означает слово феномен: Недопустимое название — Викисловарь

Содержание

Что такое Феномен, определение термина в Философский словарь

явление, человек, факт, открытие, наука, уникум, необычное, чудо, необычный, гений, необычно, НЛО, открыть, событие, умный, феноменально, другой, диво, опыт, уникальный, фен, индиго, феноменальный, вундеркинд, редкость, термин, физика, интересно, привидение, случай, удивление, понятие, горе, индивид, люди, необычность, призрак, странность, феноменальность, философия, химия, гало, марксист, существование, качество, чупакабра,

Учёные объясняли подобный феномен теорией о 9-ти измерениях.

Елена Арчакова, Я – сверхновая. Следуй за своей звездой…

Так, природные гипнотизёры долго относились к разряду «страшных колдунов», пока наука не открыла
феномен
психического внушения.

Г. Г. Ершова, Древняя Америка: полет во времени и пространстве. Мезоамерика, 2002

Государство — это один из древнейших социальных феноменов, представляющий собой определённую форму организации общества.

П. Ю. Петров, Правоведение, 2012

Можно отметить странный
феномен
каннибализма в эволюции рода Homo.

Н. А. Курчанов, Поведение: эволюционный подход, 2011

Если же речь шла не о совпадениях, то наверняка существовало научное объяснение феномену, о котором ему было неведомо.

Марго Эрли, Чего не сделаешь ради любви

Наведение эмоций как культурный феномен.

М. И. Веллер, Культура как знаковое поле

Разумеется, эта книга не является исчерпывающим исследованием феномена свободы.

Ларс Свендсен, Философия свободы, 2016

Один из феноменов человеческого организма — нервно-мышечная связь, которая может быть восстановлена, если создать условия для работы мышц.

С. М. Бубновский, Жизнь после травмы, или Код здоровья, 2012

Благодаря этим примерам ощутима определённая разница в подходах к изучению самого феномена героического архетипа в современной гуманитарной науке.

С. А. Шомова, От мистерии до стрит-арта. Очерки об архетипах культуры в политической коммуникации, 2016

Пиаже, не является феноменом детского аутизма.

Коллектив авторов, Антропологические матрицы XX века. Л. С. Выготский – П. А. Флоренский: несостоявшийся диалог – приглашение к диалогу

А на самом деле никто не обращает внимания на удивительный феномен.

И. С. Прокопенко, Неизвестная Русь. Тайны русской цивилизации, 2015

Складывается впечатление, что наука не способна объяснить феномен жизни без включения в её определение какой-то «духовной» составляющей.

Андрей Кананин, Нереальная реальность. Вся трилогия в одной книге

Вообще стоить отметить, что демократического лидера в хрестоматийном понимании этого феномена в природе никогда не существовало.

Оксана Овчинникова, Лояльность персонала

Понять её как феномен русской культуры вне русского православия невозможно…

Г. Е. Миронов, Лики России (От иконы до картины). Избранные очерки о русском искусстве и русских художниках Х-ХХ вв., 2013

Это важный и интересный феномен.

В. С. Ротенберг, «Oбраз Я» и поведение, 2015

На этом пути возникает достаточно широкая, охватывающая основные черты феномена человека антропологическая модель.

Коллектив авторов, Антропологические матрицы XX века. Л. С. Выготский – П. А. Флоренский: несостоявшийся диалог – приглашение к диалогу

Одна группа философов исследует мир феноменов сознания, где объективное присутствует в виде устойчивых мыслительных форм.

Г. Г. Кириленко, Философия, 2009

И это в работе художника известный феномен: когда картина окончена, она как бы заряжена только её создателем.

Д. И. Рубина, Беседы о доме, о Москве, об Иерусалиме

Пусть кто-то начертает связь между настроениями человечества и физическими феноменами.

Н. М. Дементьева, Агни Йога о здоровье, 2008

Для начала обращаем внимание на тот исторический феномен, который многие отмечают, но почти никто не желает объяснить его сущность.

Ю. И. Асеев, Русский мир: анализ состояния, проблемы, 2014

Несмотря на то, что человеческий взгляд на проблему феномена жизни субъективен, вероятно, есть вполне объективные особенности, разделяющие живое и неживое.

Андрей Кананин, Нереальная реальность. Вся трилогия в одной книге

На этом фоне, кстати, и возникает столь любопытный феномен, как нахождение исполнительских решений во сне.

Г. М. Цыпин, Музыкальная педагогика и исполнительство. Афоризмы, цитаты, изречения, 2011

Мода в сфере одежды должна определяться как одно из проявлений данного феномена.

Ларс Свендсен, Философия моды

Среди других необъяснимых феноменов телекинез является особенно крамольным.

Л. Е. Колодный, Джуна. Тайна великой целительницы, 2015

Более загадочный феномен и вымыслить сложно!

Этьен Кассе, Загадки Мест Силы и орден Девяти Неизвестных, 2008

Врачи на свой страх и риск изучают необычайные феномены исцеления от рака и прочих тяжёлых болезней, исследуют причины подобного поведения организма.

Ричард Фрост, Медицина доктора Хауса, 2010

Мы решили исследовать этот феномен и в ходе специальной программы провели тестирование десятков детей, их способностей, динамики развития и других факторов.

Станислав Мюллер, Стань гением! Секреты супермышления, 2010

Но я считаю необходимым внести в понимание этого феномена ряд коррективов не столько политического, сколько ориентационного характера.

А. А. Зиновьев, Запад. Избранные сочинения (сборник), 1999

Однако существует мир феноменов, явлений — мир чувственных предметов, мыслимых рассудком.

Г. Г. Кириленко, Философия, 2009

Это новый феномен мировой экономической жизни.

В. Ю. Катасонов, Америка против России. Холодная война 2.0, 2015

Но специфические признаки религии сами по себе ещё не выявляют её сущности, предполагающей объяснение религиозного феномена. Уделим внимание этому вопросу.

Ю. Н. Тундыков, Введение в культурологию

Это необычный феномен, при том, что в этих широтах дует восточный ветер, т.

Ф. Ф. Конюхов, Сила веры. 160 дней и ночей наедине с Тихим океаном, 2015

И… никому из них и в голову не придёт задуматься над природой данного эстетического феномена.

С. В. Сунгирский, Хищница. Фэнтези

Анорексия — сложный феномен различного происхождения и будет рассмотрен более подробно в главе, посвящённой детской психиатрии.

О. Ф. Ерышев, Психиатрия, 2008

Покровский таким образом объяснял феномен производной личности в гражданском праве, феномен юридического лица.

Д. В. Пятков, Участие Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований в гражданских правоотношениях, 2003

Даже у достаточно зрелой молодёжи и у взрослых людей можно очень часто наблюдать этот феномен, не говоря уж о недавних школьниках.

Макс Лисс, Преодолей жизненный кризис. Развод, потеря работы, смерть близких… Выход есть!, 2010

Этот феномен называют каталепсией.

Илья Мельников, Легко ли вас загипнотизировать?

Чтобы сделать или ассимилировать такое открытие, человек должен изменить сам способ мышления и описания естественных феноменов.

Томас Кун, После «Структуры научных революций», 2000

Отсюда возникает феномен всеобщей персонификации, наивного очеловечивания окружающей природной среды и уподобления человека природе47.

З. Х. Ибрагимова, Кавказцы, 2010

Одни авторы отстаивают существование феномена трансформации, другие — его отрицают.

В. Л. Толстых, Международное частное право: коллизионное регулирование, 2004

В результате возник уникальный феномен под названием «японские сады» с самобытной эстетикой и особой философией.

В. В. Лещинская, Альпинарии и камни в саду, 2006

Русские — особый социально-этнический феномен.

Ю. И. Асеев, Славянский союз: необходимость и возможность, 2015

Для наглядной демонстрации феноменов такого рода давайте рассмотрим следующее «сравнительное жизнеописание».

Киви Берд, Книга о странном

Этот феномен известен современной психологии как внутренняя речь.

А. С. Лучинин, История психологии: конспект лекций

Гражданское общество предполагает такое взаимодействие между общественными феноменами, при котором вмешательство государства не является необходимостью.

И. М. Хужокова, Конспект лекций по корпоративному праву Росийской Федерации, 2009

Подобные феномены наблюдаются и при изучении умственных расстройств.

Ванесса Вудс, Почему собаки гораздо умнее, чем вы думаете, 2013

Невольно ощущаешь, что имеешь здесь дело с редким феноменом, равного которому в русской культуре и найти сложно.

архимандрит Антонин Капустин, Из Иерусалима. Статьи, очерки, корреспонденции. 1866–1891, 2010

Приступая к анализу феномена, мы его (предварительно) уже понимаем.

С. А. Лишаев, Эстетика пространства, 2015

Символизм, структура и функция сказки — феномен достаточно сложный.

Сборник статей, Язык символов, 2011

Человек как биологический феномен не смог бы выжить, если бы инстинктивно, не задумываясь, не отдёргивал руку от раскалённого предмета.

Эмиль Паин, Между империей и нацией. Модернистский проект и его традиционалистская альтернатива в национальной политике России

Не так велик хайп, как его малюют: разбираем феномен «Игры в кальмара»

Наверно, только человек, полностью отключенный от интернета, не знает, что практически весь мир сейчас сходит с ума по новому корейскому сериалу «Игра в кальмара». И дело не только в том, что зрители увлечены сюжетом шоу, оно полностью их поглотило и создало огромную фанбазу всего за несколько недель, а глава Netflix Тед Сарандос предсказал ему будущее самого успешного сериала стриминга всех времен. Разбираемся, действительно ли «Игра в кальмара» настолько популярна, как о ней говорят, и получилось ли у сериала произвести маленькую, но революцию.

Что за кальмар?

Сюжет сериала очень простой. Главный герой Сон Ги-хун — неудачник средних лет, который опустился на самое дно: он проигрывает последние деньги на скачках, за долги соглашается отдать бандитам свои внутренние органы, а его дочь собирается уехать вместе с новой семьей в Америку. Однажды таинственный незнакомец предлагает Сон Ги-хуну сыграть в детскую игру на деньги и вручает ему свою визитку. Позвонив по номеру, герой соглашается стать участником игр на выживание с призом в 40 млн долларов.

На эту тему

Концепция сериала не блещет оригинальностью и напоминает многие фильмы-антиутопии. Сразу же можно вспомнить такие проекты, как «Голодные игры» и «Страшную волю богов» Такаси Миикэ, а также комиксы «Королевская битва» и «Игра лжецов», которыми вдохновлялся сценарист и режиссер сериала Хван Дон-хек. Более того, «Игру в кальмара» можно смело назвать «медленным телевидением» — режиссер не ныряет в историю с разбега, развлекая зрителей опасными и кровавыми играми, а медленно погружается в историю и тратит два часа, чтобы подробно рассказать про главных героев. Подразнив зрителя странным миром, в котором оказываются 456 игроков, Хван Дон-хек сбегает оттуда, возвращая персонажей в реальность. На такой нетипичный шаг решились бы далеко не все развлекательные проекты. В плане саспенса в сериале все держится на довольно предсказуемых и простейших приемах. При этом, надо отдать режиссеру должное, его интересует не сам экшен, а психология героев и то, как люди меняются под давлением экстремальных обстоятельств.

Кадр из сериала «Игра в кальмара»

© Netflix

Смысл «Игры в кальмара» лежит на поверхности и ужасно напоминает еще один невероятно успешный проект — «Паразиты» Пон Джун Хо, который два года назад собрал все возможные награды, включая премию «Оскар» за лучший фильм.

Хван Дон-хек открыто критикует капиталистическое общество, где люди буквально готовы умереть за деньги и пойти на убийство. Метафоры в сериале максимально прозрачны, и нам сразу дают понять, что хоть мир игры и похож на огромную детскую площадку, все, что на ней происходит, — всего лишь проекция реальности, в которой люди идут на преступление ради денег каждый день

Более того, «Игра в кальмара» отразила общие настроения в Южной Корее, да и, пожалуй, во всем мире, когда при тотальном росте цен и безработице люди в бесконечной гонке за выживание ищут легкий и быстрый способ заработать деньги. Из-за незатейливости концепции шоу сразу же легко угадать, к чему все это идет и кто за этим стоит, хотя, конечно, не обходится и без неожиданных твистов. Куда же без них в наши дни.

Хайп или не хайп?

Все это, по большому счету, риторика. К «Игре в кальмара» можно относиться по-разному, любить или не любить, как и любой другой сериал, но это никак не отменяет тот факт, что неанглоязычный проект, снятый для корейской аудитории, стал номером один более чем в 90 странах всего за 10 дней после премьеры. Почему так произошло, затрудняется ответить даже сам Netflix, и вообще успех фильма и сериала — вещь довольно непредсказуемая. Поэтому-то крупные студии и снимают бесконечные франшизы и ремейки, надеясь, что зрители пойдут на что-то любимое и узнаваемое. При этом в случае с «Игрой в кальмара» эта логика ломается, потому что сериал представляет собой оригинальный проект, то есть не основанный ни на игре, книге или на другом фильме, и снят он полностью на корейском. До этого неанглоязычные проекты не пользовались такой бешеной популярностью. У успеха «Игры в кальмара» есть несколько причин.

На эту тему

Первая и самая любопытная — сарафанное радио. Именно благодаря ему сериал стал известен огромному числу пользователей в первые же дни после своего появления. Netflix никогда не отличался крупными или оригинальными рекламными кампаниями. «Игру в кальмара» рекламировали в Корее, но никак специально не продвигали на других территориях. Однако сериал сделал это сам по себе — дело даже не в его концепции, которая как раз не отличается оригинальностью, а в его визуальной составляющей. Уж больно хорошо смотрятся зеленые костюмы участников, красные костюмы охраны с масками, на которых нарисованы геометрические фигуры, а детские игры с простыми и понятными правилами так и тянет повторить, что и поспешили сделать пользователи TikTok. Пользователи играли в «Тише едешь, дальше будешь» миллионы раз, поделились друг с другом рецептами конфет из сахара, которые вручают героям во второй игре, и, конечно, наделали кучу мемов. Интернет в данном случае оказался гораздо быстрее и прозорливее неповоротливой корпоративной машины Netflix, но ту тоже не стоит недооценивать.

Кадр из сериала «Игра в кальмара»

© Netflix

Стриминг вовремя подхватил этот тренд и подстегнул интерес к шоу. Глава Netflix Тед Сарандос заявил, что «Игра в кальмара» может стать самым популярным проектом видеосервиса за всю историю. И тут стоит сделать несколько оговорок. Это заявление — явная спекуляция, так как это всего лишь предположение Сарандоса.

Шоу может стать самым популярным, но таковым еще не стало. Пока, по статистике, первенство по-прежнему удерживают сериалы «Бриджертоны», «Люпин» и «Ведьмак». Замыкает десятку лидеров «Эмили в Париже», и «Игры в кальмара» среди них пока нет. Тем не менее хайп сработал, и на сериал обратили внимание те, кого он обошел стороной

На эту тему

Извечное fomo (fear of missing out — страх пропустить какое-то популярное событие или тренд) сделало свое дело: сериал начали смотреть из желания узнать, о чем все говорят и что в нем такого особенного. При этом не стоит забывать, что нет никакого независимого источника для подсчета статистики проектов Netflix — приходится верить им на слово. Стриминг считает не пользователей, а домохозяйства, и проект считается просмотренным, если его посмотрели более двух минут.

Более того, свою роль сыграла ориентация Netflix на зарубежные территории, которые в последние годы стали для стриминга чуть ли не более важными, чем Америка, Канада и Мексика. Как говорил Пон Джун Хо, когда получал «Золотой глобус», всего лишь несколько строчек субтитров отделяют аудиторию от уникальных произведений мирового кино. К сожалению, как показывает практика, нежелание читать субтитры по-прежнему мешает зрителям наслаждаться неанглоязычным контентом. Особенно упрямы в этом вопросе американцы. Однако Netflix старается быть максимально гибким — стриминг дублирует и предоставляет субтитры к своим проектам более чем на 30 языках. У «Игры в кальмара» нет русской озвучки, зато есть английская, и, скорее всего, это стало одним из решающих факторов роста популярности этого проекта в США.

Кадр из сериала «Игра в кальмара»

© Netflix

Да и вообще зрители в последнее время любят остроумные антиутопии с социальным подтекстом. Так, в прошлом году в разгар пандемии среди аудитории стриминга стал популярен испанский фильм «Платформа», который чем-то напоминает «Игру в кальмара». Сам режиссер сериала Хван Дон-хек отмечает, что 12 лет назад, когда он только начал разрабатывать этот проект, такие мрачные и кровавые триллеры не пользовались большим спросом ни у индустрии, ни у зрителей. Сейчас же подобные фильмы и сериалы находят большой отклик у аудитории.

Несмотря на то что интерес к «Игре в кальмара» во многом раздут, важным остается то, что его успех — это яркий пример того, что оригинальные проекты не на английском языке могут пользоваться спросом и их не стоит бояться. Конечно, Голливуд еще долго будет привыкать к новой реальности, а вот многочисленные стриминги имеют ресурсы и больше гибкости для того, чтобы развивать это направление. Уже сейчас ведутся разговоры о том, что Netflix может запустить второй сезон сериала, и что-то мне подсказывает, что Хван Дон-хек не сможет удержаться от соблазна.

Тома Ходова

Феномен белорусской государственности. Что ждет систему Лукашенко — Московский Центр Карнеги

скачать PDF

Александр Лукашенко за 23 года своего президентства смог построить один из самых консолидированных и адаптивных авторитарных режимов на постсоветском пространстве, а возможно — и в мире. На чем держится белорусская политическая модель, насколько она устойчива к потенциальному внешнему давлению, каковы риски ее расшатывания и перспективы эволюции?

Основные выводы и прогнозы
  • Авторитаризм Александра Лукашенко держится на глубокой советскости общественного сознания, слабости институтов молодой демократии, огосударствленной экономике и удачно найденном формате взаимоотношений с Россией. Белорусский президент осознает это и старается по мере возможности не дать расшататься ни одному из этих столпов.

  • За 23 года в Белоруссии выстроена многоуровневая система управления рисками стабильности системы. Выверенный подбор чиновников, образ несменяемого президента, недопущение появления альтернативных центров силы, кланов и олигархата помогают избежать раскола номенклатуры. Риск протестов нивелируется с помощью механизма демотивации потенциальных протестующих, срыва намеченных и подавления организованных массовых акций.

  • Белорусская оппозиция раздроблена и слаба. Последние десятилетия она существует в режиме выживания и по объективным и субъективным причинам деградирует как политическая альтернатива власти. Для серьезной борьбы нет ни человеческих, ни материальных ресурсов, нет и поддержки в обществе. Власть допускает существование оппозиции: с одной стороны, она нужна для ее собственной легитимации, а с другой — для выхода пара недовольства.

  • В последние годы белорусская власть заметно расширила понятие государственной идентичности, которое она транслирует. Кроме патернализма, советскости и культивирования стабильности в идеологии режима теперь есть акцент на независимость, сбалансированную и многовекторную внешнюю политику, нейтрально-миротворческую роль в регионе. Были сделаны первые шаги по развитию национальной идентичности, так называемой мягкой белорусизации.

  • Белорусское общество остается в своем большинстве пророссийским при стабильном проевропейском меньшинстве в 25–35 %. Однако поддержка евразийской интеграции и действий Москвы на международной арене не означает, что белорусы готовы жертвовать суверенитетом и разделять с россиянами издержки внешней политики Кремля. Во внутренней политике у Лукашенко и его противников есть по 20–30 % преданного электората. Остальная часть общества меняет предпочтения в зависимости от экономической ситуации.

  • Внешняя политика Минска за последние 10 лет стала более прагматичной. Это связано и с необходимостью балансировать в условиях постоянных конфликтов Москвы с соседями и Западом, и с сокращением российской поддержки. Энтузиазм по поводу евразийской интеграции сошел на нет, но есть понимание, что сегодня ей нет альтернативы. Отношения с ЕС из предмета торга для выбивания уступок из Москвы превращаются в самостоятельный и значимый вектор внешней политики.

  • Белорусские элиты по-прежнему монолитны и сплочены вокруг лидера. Однако в последние годы выделилась группа более прогрессивных чиновников высшего эшелона, в основном в экономических ведомствах. Они стараются убедить Лукашенко пойти хотя бы на рыночные реформы. До ослабления режима они будут лояльны президенту, но уже сегодня начинают просматриваться контуры будущего раскола элит.
  • Белорусской системе хватит запаса прочности, чтобы Лукашенко успел состариться на своем посту. Но повторение и углубление экономических кризисов, вместе со сменой поколений в элитах, будут подталкивать его к реформам. Старение Лукашенко, экономическая турбулентность и появление в стране автономного от власти крупного бизнеса, скорее всего, нарушат монолитность номенклатуры, что положит начало трансформации режима.

  • В Белоруссии нет ни внутренних, ни внешних предпосылок для повторения украинского сценария. Ничтожно мала вероятность и революционной смены власти, и резкого изменения внешнеполитической ориентации. Но даже если допустить возможность такого развития событий, оно вряд ли приведет к военной агрессии со стороны Москвы. Для того чтобы удержать Белоруссию в российской орбите, Кремлю выгоднее использовать экономические методы воздействия: как более эффективные, менее затратные и менее рискованные.   

Введение

Белорусский президент Александр Лукашенко и его режим — success story в мире автократов. Врожденное политическое чутье помогло ему не только оказаться в нужном месте в нужный момент, но и выстроить — не имея для этого особых природных или стратегических ресурсов — комфортный для себя формат отношений с собственным народом и внешними силами.

Лукашенко за 23 года смог создать один из самых консолидированных и адаптивных авторитарных режимов на постсоветском пространстве, а возможно — и в мире. Попытаемся проанализировать феномен белорусской государственности, ее слабые и сильные места. Попробуем разобраться, на чем держится белорусская политическая модель, насколько она устойчива к потенциальному внешнему давлению, каковы риски ее расшатывания и перспективы эволюции.

Российско-украинский конфликт изменил взгляд западных СМИ на Восточную Европу. Если раньше страны этого региона рассматривались блоком как «идущие по европейскому пути реформ — застывшие в авторитаризме», то теперь добавился новый популярный ракурс — «следующие жертвы Кремля». Не стала исключением и Белоруссия, отношения с которой у России в последние годы осложнились по многим направлениям.

Белоруссия — самая русифицированная республика бывшего СССР, военный союзник России, привязанный к ней полдюжиной интеграционных объединений и почти полной ресурсной зависимостью. 90 % белорусов регулярно или иногда смотрят новости по российскому ТВ1. В глазах Запада Белоруссия выглядит уязвимой перед лицом российской экспансии. В общении с западными журналистами уже почти невозможно избежать вопроса о том, когда и как произойдет силовая инкорпорация Белоруссии в Российскую Федерацию. Этот вопрос также требует ответа.

Консолидация режима

Приход к власти в Белоруссии в 1994 году политика такого психологического типа и таких идеологических взглядов, как Александр Лукашенко, был не случаен. Первые постсоветские годы вялых рыночных реформ, низкий уровень жизни, растущая коррупция и преступность, слабая национальная идентичность и отсутствие демократических традиций, ностальгия большинства населения по стабильным годам СССР, доминирование в обществе пророссийских настроений, усталость от бывшей партийной номенклатуры, которая продолжала управлять уже независимой республикой, — все это сформировало запрос на молодого и энергичного популиста, который смог бы навести порядок сильной рукой, восстановить связи с Россией и пересажать всех жуликов во власти.

Харизма первого президента Белоруссии, стиль и легитимность его правления были и во многом остаются народными. Институты формальной демократии Лукашенко тяготили. Президент почти сразу вступил в конфликт с парламентом и конституционным судом. На установление и консолидацию режима личной власти у Лукашенко ушло два года.

Конституционный референдум 1996 года и сопутствовавшие ему политические решения поставили под контроль Александра Лукашенко исполнительную и судебную власть, Центральную избирательную комиссию (ЦИК), местные исполкомы, профсоюзы, силовые и правоохранительные структуры, все телеканалы и крупнейшие газеты страны. Парламент утратил полномочия и лишился оппозиции. Указы президента оказались выше законов.

Государство в короткие сроки укрепило свое господствующее положение в экономике и свернуло начатую ранее приватизацию. Влиятельные силовые и контрольные инстанции, обилие госрегулирования, зависимые суды и легкость, с которой можно было национализировать любую собственность, обеспечили власти политическую лояльность бизнеса.

В 2004 году, после нового конституционного референдума, Александр Лукашенко получил доступ к пожизненному президентству. В Белоруссии выстроена по-своему эффективная вертикаль власти, в которой президент принимает все ключевые кадровые и экономические решения, вплоть до снятия и назначения глав городов и районов, судей низших судов и директоров крупных заводов. Ротация элит не обеспечивается правящей партией, поскольку такой партии в Белоруссии вообще нет. Для продвижения на высшие руководящие посты кандидатам нужны персональная лояльность, общность взглядов с президентом и управленческий опыт, подходящий в глазах Лукашенко для той или иной должности.

Консолидация режима сопровождалась маргинализацией оппозиции и постепенным сужением поля деятельности гражданского общества и негосударственных СМИ. Так было до 2008 года, потом «гайки» периодически ослаблялись, когда это было нужно для геополитического маневрирования и сближения с Западом. Но менялось при этом только поведение власти. Законы и институты авторитаризма оставались нетронутыми или ужесточались, давая государству возможность в любой момент оперативно вернуться к нужной степени репрессивности.

Экономическая модель, построенная Лукашенко, а вернее — сохраненная им со времен СССР, — это обилие госрегулирования, государственные монополии и высокий уровень перераспределения доходов. Убыточные госпредприятия поддерживаются через систему прямых дотаций, льготных кредитов и перекрестного субсидирования — тарифы на электричество, например, для них могут быть в разы ниже, чем для частного бизнеса. До недавнего времени государство производило около 60 % ВВП страны и давало работу примерно такой же доле занятого населения. С кризисом 2015–2016 годов эта доля снизилась, по данным МВФ2, до 50 %.

Тот же кризис повлиял и на некоторые элементы социального государства: был повышен пенсионный возраст, допущена умеренная безработица — но система по-прежнему нацелена на сглаживание разрыва между богатыми и бедными. По индексу Джини, который фиксирует социальное расслоение, Белоруссия традиционно выглядит лучше большинства стран региона3.

Одним из столпов белорусского авторитаризма стали особые отношения Минска с Москвой. Умело играя на российских имперских амбициях, нежелании Москвы терять союзника и рисковать политической стабильностью в Белоруссии, важной с точки зрения поставок углеводородов в Европу, Лукашенко смог добиться от Москвы пусть и не бесперебойной, но в целом устойчивой в долгосрочном измерении экономической и политической поддержки.

Управление рисками

Лукашенко не ограничился установлением институционального контроля над страной. Отчасти сознательно, отчасти следуя своим политическим инстинктам, белорусский президент создал своеобразную систему самозащиты авторитаризма — множество механизмов для оперативного купирования потенциальных рисков стабильности системы. Таких базовых рисков у режима Лукашенко три: массовые протесты, раскол или заговор элит и внешнее давление. Рассмотрим каждый подробно.

Начнем с того, что значительная часть белорусов априори исключена из сферы политической активности из-за того, что в экономике доминирует госсектор. Благодаря широко используемой контрактной системе, когда наниматель не обязан продлевать трудовой контракт по истечении его, обычно годового, срока, у власти есть серьезный рычаг влияния на большую часть занятого населения. Аналогично студенты, потенциальный актив недовольной части общества, боятся быть исключенными из вузов, большинство из которых также являются государственными.

Власть стремится минимизировать протесты. Для проведения любого массового мероприятия в Белоруссии надо получать разрешение местных властей. «Меню» причин для отказа у них настолько большое, что подходящий повод может быть найден буквально для любого случая.

Собрать тысячи людей на несанкционированный протест сложно не только потому, что его политические перспективы туманны — нет ресурса на физическую борьбу с силовой машиной государства, но и потому, что потенциальные участники акций четко понимают, какие их ждут последствия: всегда был и остается риск получить административный арест и быть задержанным с применением силы. Власть сознательно не отступала от этого правила до оттепели августа 2015-го — февраля 2017 года, когда за участие в неразрешенных акциях только штрафовали. После того как полтора года либерализации режима стали давать свои плоды и страх выйти на акции против декрета «о тунеядстве» в регионах начал сходить на нет, силовикам дали команду возобновить привычную практику.

В преддверии возможных массовых акций силовики прибегают к превентивным задержаниям: лидеров и активистов оппозиции не допускают к месту проведения акции под разными предлогами — проверка документов, которая затягивается на несколько часов, пробивание по базе номеров автомобиля, который якобы может находиться в угоне, или простое административное задержание с последующим обвинением в мелком хулиганстве (например, «нецензурно ругался на улице», а свидетели — милиционеры).

Белорусская власть гибка, она умеет работать с общественным недовольством не только методами кнута, но и пряника. Пряник, конечно, не используют в случае оппозиционных протестов вроде акций против фальсификации на выборах — тут с недовольными обходятся просто как с врагами системы. Если, однако, власти, и лично Александр Лукашенко, чувствуют, что за протестом стоит широко распространившееся недовольство, они могут пойти на частичные уступки основной массе протестующих. При этом лидеров протеста все равно наказывают, как бы отсекая их от большинства недовольных и посылая этому большинству сигнал, что есть рамки, за которые выходить не стоит.

В 2011 году автомобилисты, возмущенные резким повышением цен на бензин, заблокировали центральный проспект Минска, сымитировав поломки машин. Несколько человек задержали и оштрафовали. Но в тот же день президент лично снизил цены на топливо4. К новой цене все равно пришли, но повышали ее постепенно, не давая недовольным нового повода для самоорганизации — не будешь же протестовать из-за роста цен на 1 %, пусть и каждые пару недель.

Полгода спустя работники добывающего предприятия «Гранит» массово вышли из официального профсоюза и подали заявления на вступление в независимый, одновременно протестуя против задержек зарплат. Лидера этого возмущения и руководителя нового профсоюза уволили, остальным выплатили зарплату, подняв ее в полтора раза5.

Схема работает и в масштабе всей страны — последние протесты «нетунеядцев» весной 2017 года подавили достаточно жестко, с сотнями задержаний и арестов. Но в то же время Лукашенко уступил, приостановив на год действие скандального декрета и пообещав исключить из него наиболее одиозные положения6.

При этом пропагандистские усилия власти направлены на дискредитацию протеста как такового и эксплуатацию исторически присущего белорусам страха перед социальными потрясениями. Гимн страны начинается со слов «Мы, белорусы, мирные люди». Этот же образ культивируется и машиной государственных СМИ, которая использует примеры зарубежных насильственных революций и последовавших за ними войн и хаоса.

Серьезный риск для любого авторитарного, а особенно персоналистского, режима исходит от элит — это может быть недовольство, заговор, переворот или раскол. Две «прививки», которые Лукашенко делает для профилактики такого развития событий, — это кадровая политика и культивация идеи безальтернативности власти.

Белорусский президент, как правило, не назначает на важные посты, особенно на должность главы правительства, харизматичных, амбициозных, слишком инициативных и публично активных людей. Сами чиновники, уже занимающие высокие должности, знают об этом и стараются не выделяться, не быть публичными, не раздавать много интервью, прятать свои семьи от журналистов.

Цель такой кадровой политики в том, чтобы ни у самих элит, ни у общества не возникло ощущения, что кто-то стабильно занимает место № 2 в вертикали власти. В Белоруссии нет и не должно появиться явного преемника или фаворита в глазах элит.

Из трех сыновей Александра Лукашенко младший, Николай, пока не подходит на роль преемника из-за совсем юного возраста. Средний, Дмитрий, далек от политики. Больше всего преемнических черт у старшего сына, Виктора. Он — помощник президента по национальной безопасности, по сути — «смотрящий» за силовыми структурами. Он курирует работу одной из них, Оперативно-аналитического центра (ОАЦ), и входит в состав совета безопасности страны.

Но даже этого недостаточно для консолидации вокруг Виктора Лукашенко серьезной части номенклатуры. Белоруссия не Средняя Азия, здесь нет монархических традиций наследования трона. Принадлежность к семье Лукашенко не добавляет легитимности ни в глазах народа, ни в глазах элит. Во всех публичных выступлениях на эту тему президент подчеркивает, что его дети не хотят для себя судьбы отца, да и он сам не видит их в роли своих преемников. Сегодня эта позиция выглядит искренней.

В Белоруссии действует несколько силовых структур: МВД, КГБ, Совет безопасности, Следственный комитет, прокуратура, ОАЦ и Минобороны. Они взаимно уравновешивают друг друга, а порой и конкурируют между собой. Особняком стоит служба безопасности президента, полномочия которой едва ли вообще чем-то ограничены.

Чтобы не допустить формирования кланов среди силовиков или того, что сотрудники какого-либо из ведомств проявят большую лояльность своему начальнику, чем президенту, Лукашенко регулярно проводит перетасовки кадров. Если Лукашенко подозревает, что тот или иной силовик уже не так ему предан, как раньше, он немедленно переводит его на должность, лишенную силовых полномочий, или отправляет на пенсию.

Чтобы у чиновников не возникало иллюзий, что существуют неприкасаемые, Лукашенко держит их в тонусе, регулярно заводя уголовные дела, обычно связанные с коррупцией. Редкие случаи перехода видных чиновников в оппозицию, которые происходили еще 10–15 лет назад, стабильно заканчивались уголовным преследованием — чтобы остальным неповадно было. Предать доверие президента в этой системе — главный грех.

Наконец, существуют внешние риски. Высокая степень зависимости белорусской экономики от РФ, широкий охват населения Белоруссии российскими СМИ и военная интеграция двух стран свидетельствуют о том, что у Москвы есть определенный ресурс влияния на белорусскую внутреннюю политику.

Учитывая это, Лукашенко с первых лет своего правления позиционирует себя в глазах Кремля настолько безальтернативным гарантом белорусско-российской дружбы, что каждый из трех сменявших друг друга президентов РФ, размышляя в моменты споров, кормить или не кормить Минск, в итоге всегда выбирал первый вариант. С точки зрения российского руководства, издержки в этом случае всегда оказываются меньше, чем расходы на то, чтобы удержать Белоруссию в своей орбите, если в ней после сокращения российской поддержки произойдут внутренние потрясения и неконтролируемо сменится власть.

Для того же, чтобы у России вдруг не возникло идеи самой сменить власть в Белоруссии, в стране есть только проевропейская оппозиция и не допускается появления пророссийской. Любые попытки создать такие структуры пресекаются спецслужбами. Нельзя, чтобы у Москвы возник план «Б», — монополия на пророссийский вектор в белорусской политике должна оставаться у Лукашенко. Чиновники, в отношении которых есть подозрения в чересчур тесных связях с Москвой, не будут допущены на важные посты, если о важных постах вообще можно говорить в белорусских условиях.

Маргинализация альтернативы

Несмотря на раскрученный бренд «последней диктатуры Европы», в Белоруссии легально функционирует несколько оппозиционных партий и десятки критично настроенных по отношению к власти неправительственных организаций (НПО). Власть позволяет им существовать из-за того, что они выполняют следующие три функции: легитимируют действующую политическую систему, дают обществу канал для выхода недовольства и позволяют держать актив недовольных на виду, не выталкивая их в подполье.

В белорусской оппозиции представлен весь классический спектр европейской политики: от националистов и христианских демократов до либералов-рыночников, зеленых и социал-демократов. Есть даже левая партия «Справедливый мир», собранная из бывших коммунистов, не захотевших поддержать Лукашенко 20 лет назад. И хотя по закону эти партии должны насчитывать не менее 1000 членов, сегодня у них остались в лучшем случае сотни, у некоторых — лишь десятки активистов. Остальные числятся в списках формально.

Кроме партий есть политические кампании и движения, которые обычно создаются под конкретного кандидата перед президентскими выборами. Их идеология более размыта: «за все хорошее, против всего плохого». Некоторые из них живут в политике столько, сколько их лидер, некоторые переживают его.

Все эти структуры оппозиционны Александру Лукашенко по четырем линиям идеологического раскола: демократия/авторитаризм, сближение с ЕС/интеграция с Россией, культивирование белорусской идентичности/отказ от него, рыночная экономика/командная система. Каждая партия выбирает свой акцент. Из схемы немного выбивается партия «Справедливый мир», которая считает курс президента недостаточно социально ориентированным и не настаивает на сближении с ЕС. Но эта партия менее заметна и активна, чем проевропейские силы.

Суммарный рейтинг поддержки формальных оппозиционных структур даже в периоды падения рейтинга власти не превышал 20 %7. Основная причина — разочарование даже недовольной части белорусского общества в способности оппозиции объединиться и представить консолидированную программу развития страны на случай, если власть вдруг попадет к ним в руки. Постоянные внутренние споры и расколы в стане противников власти только поддерживают этот негативный образ.

В 2001 году, на вторых президентских выборах, против Лукашенко был выставлен хоть и не харизматичный, но единый оппозиционный кандидат — профсоюзный лидер Владимир Гончарик. В 2006-м демократических кандидатов было уже два — «единый» Александр Милинкевич и Александр Козулин, поддержанный теми, кого не устроил Милинкевич. В 2010-м альтернативных Лукашенко кандидатов было девять. Власть с удовольствием зарегистрировала их всех, несмотря на большие сомнения, что хотя бы трое из них собрали необходимые для выдвижения 100 тысяч подписей. В 2015-м демократический кандидат был один — Татьяна Короткевич, но за недостаточную резкость по отношению к власти ее подвергла остракизму абсолютно вся остальная оппозиция.

Причин такой разобщенности две. Во-первых, серьезный кадровый голод и нехватка новых лиц в белорусской оппозиции. Многие лидеры возглавляют свои партии столько же, сколько Лукашенко правит страной. Они держатся за свои места — быть в оппозиции к власти стало хоть и рискованной, но профессией. Никаких механизмов самоочищения руководства оппозиционных структур не существует: так же, как власть теряет обратную связь с обществом в отсутствие конкурентных выборов, ее теряет и оппозиция. Все провалы списываются на действия режима.

Во-вторых, у оппозиции нет стимула объединяться, потому что даже широкая коалиция не привела бы к успеху на выборах, где голоса считают отобранные властью люди, не давая наблюдателям контролировать процесс. Из-за многих лет безуспешной борьбы и отсутствия надежды на победу в обозримой перспективе оппозиционные политики просто не видят смысла жертвовать своими лидерскими позициями в небольших структурах ради роли второй скрипки в коалиции с непонятными целями.

Но и у такой слабой оппозиции есть важный институциональный потенциал. Любому, даже изначально аполитичному протесту, который возникал и будет возникать в белорусском обществе, нужно политическое представительство и координация. Единственные, у кого есть хоть какой-то организационный опыт, кто может хотя бы банально принести на митинг мегафоны, — это представители оппозиционных партий. Например, за неимением других выразителей народного недовольства оппозиция смогла быстро возглавить недавние социальные протесты против декрета «о тунеядство» по всей Белоруссии.

Негосударственные СМИ, акции протеста и выборы, когда власть обязана давать минимальный доступ к эфиру всем кандидатам, остаются единственными каналами коммуникации оппозиции с народом. Этого мало для того, чтобы переломить апатию и развеять недоверие массового избирателя.

Белорусы в большинстве своем не относятся к власти как к чему-то, что может измениться от их усилий, а скорее воспринимают ее как погодное явление. Когда на улице тепло, люди рады, когда дождь — недовольны. Они могут даже в сердцах выругаться, если ливень льет несколько дней подряд. Но объединяться в антидождевую партию или выходить на улицу протестовать против снегопада большинство не считает осмысленной тратой времени и сил.

Метаморфозы белорусской идеологии

Как и у любого политика, у Лукашенко, когда он шел к власти, было свое видение Белоруссии, своя версия белорусской идентичности. Многое он почерпнул из жизненного опыта — детства в советской деревне, управления колхозом и политической борьбы с тогдашней столичной номенклатурой.

Основа идеологии Лукашенко — сохранение и развитие лучших в его понимании аспектов советского прошлого. Белоруссию многие называли самой советской республикой СССР, это был своеобразный индустриальный хаб Советского Союза. На Всесоюзном референдуме в марте 1991 года 83 % белорусов проголосовали за сохранение СССР8. Проект строительства национального государства, предложенный националистами и демократами в начале 1990-х годов, был чужд не только Лукашенко, но, надо признать, и большей части белорусского общества.

Почва была благодатной не только для прихода к власти Лукашенко с его взглядами, но и для первых шагов по ресоветизации Белоруссии. Уже через год после вступления в должность первый белорусский президент провел референдум и вернул стране чуть видоизмененную советскую символику, придал русскому языку статус государственного и провозгласил курс на интеграцию с Россией.

Спустя несколько лет в страну вернулись субботники, культ победы в Великой Отечественной войне, аналог комсомола — БРСМ, празднование 7 ноября, заместители по идеологии на крупных предприятиях и курсы этой самой «идеологии белорусского государства» в вузах.

Однако внятно сформулировать идеологию не получилось. На лекциях студентам читали новейшую историю страны и обзор мировых идеологий. Сам Лукашенко признал провал этой затеи в 2010-х, а в конце 2016 года идеологическую вертикаль стали сокращать, начав с идеолога № 1 — замглавы администрации президента.

Со временем изменились и аспекты идеологии, связанные с идентичностью страны. По мере того как народ и элиты привыкали к жизни в отдельном государстве, ссор с Россией становилось все больше и затухал энтузиазм по поводу постсоветской интеграции, смещались акценты и в официальном дискурсе.

Все чаще и все искреннее власть стала говорить о суверенитете как о высшей ценности. В 2015 году словосочетание «независимая Беларусь» впервые появилось в главном предвыборном лозунге Лукашенко. Интеграция с Россией перестала быть путеводной звездой и преподносилась теперь как экономическая неизбежность. По пути интеграции власть обещает идти только до тех пор, пока это не угрожает суверенитету Белоруссии. Сам Лукашенко сформулировал это так: мы с Россией живем в одном доме, но в отдельных квартирах9.

Международный штрих к этому образу должно было добавить представление о Белоруссии как об эдакой восточноевропейской Швейцарии, нейтральной площадке для разрешения региональных конфликтов, в первую очередь — украинского. Отсюда нежелание занимать какую-либо сторону в ссорах России с внешним миром, будь то с Вашингтоном, с Киевом или с Анкарой. Минск старается таким образом нивелировать тот факт, что находится с Россией в Союзном государстве и одном военном блоке — Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ).

Имидж проводника мира в регионе идейно подпитывает и внутренний нарратив о том, что для Белоруссии главное — стабильность. Эта простая риторическая уловка свойственна многим авторитарным режимам: мол, мы не права человека ущемляем и оппозицию ограничиваем, а бережем покой граждан и стабильность в стране. Но в Белоруссии стабильность стала политическим мемом. Безусловных сторонников власти, которых в СССР грубо назвали бы «совками», в Белоруссии зовут «застабилами».

Идеологическое оформление внутренней политики понемногу эволюционирует. После начала российско-украинского конфликта власть стала вводить отдельные элементы национально ориентированной повестки. В стране началась мягкая белорусизация — очень постепенное расширение сферы использования белорусского языка, популяризации досоветской истории Белоруссии и национальной символики.

Сам Лукашенко впервые выступил на белорусском языке, в школах увеличили количество часов его изучения. Власть с меньшей агрессивностью стала относиться к национальным символам (бело-красно-белый флаг и герб «Погоня»), в стране началась мода на вышиванки, орнамент с них перекочевал на форму футбольной сборной. Этот процесс неустойчив, власть не проявляет здесь особого энтузиазма, но больше и не препятствует ему.

Скорее наоборот: силовики на время перестали фокусироваться только на прозападной «пятой колонне». Нескольких людей оштрафовали за оскорбление белорусского языка в соцсетях. Три автора российского агентства «Регнум», выступавшие с резкой критикой белорусизации и суверенитета Белоруссии как такового, были арестованы за разжигание национальной розни.

При этом от советского идейного наследия власть не отказывается. Никуда не делась ностальгия президента по собственной молодости. Поэтому он ежегодно выходит на субботник со строителями и поздравляет страну с годовщиной Октябрьской революции, толкуя ее как предпосылку создания БССР — предтечи сегодняшней независимости. Участие в советских ритуалах — это не проявление идейного энтузиазма, а что-то вроде дани уважения политическим традициям.

Отчасти нежеланием прощаться с советским прошлым объясняется и психологическая неготовность Лукашенко и части элиты идти на приватизацию крупных, но неэффективных промышленных гигантов — МАЗа, БелАЗа, Минского тракторного завода и т. д. Президент называет эти предприятия белорусскими брендами. Хотя на деле многие из них уже давно символизируют хроническую убыточность и работают на склад.

Несмотря на то что власть сконцентрирована в руках Лукашенко уже 23 года, в стране нет культа личности в привычном советском или современном среднеазиатском понимании. Нет улиц имени Лукашенко, его бюстов или памятников, портретов на деньгах или билбордах, даже во время выборов. Персонализм белорусского авторитаризма проявляется в мелочах — в статье УК за оскорбление президента, в традиционном обращении «уважаемый Александр Григорьевич» от чиновников и в наличии комнаты-музея Лукашенко в могилевском вузе, где он учился.

Если образ Лукашенко и культивируется пропагандой, то не как квазибожества в традициях восточных деспотий, а как наиболее опытного и надежного руководителя, который вывел страну из хаоса 90-х. Это функциональный, а не персональный культ. Отчасти и поэтому сценарий передачи власти сыновьям президента в Белоруссии менее вероятен, чем может показаться стороннему наблюдателю.

Единый и расколотый народ

Общественное мнение в Белоруссии исследовано плохо. Проведение опросов на политические темы жестко регламентировано и по факту монополизировано государством. Результаты исследований околоправительственных структур либо не публикуются, либо выглядят как продукт пропаганды, дублирующий данные ЦИК на выборах. Лишь один негосударственный центр, НИСЭПИ (партнер «Левада-центра»), проводил ежеквартальные опросы по общественно-политическим темам с 1992 года до недавнего времени10.

Белорусское общество географически гомогенно. Доминирование православия на востоке и в центральной части страны и больший процент католиков на западе Белоруссии не влияют на основные социологические показатели. Запад и восток страны в целом одинаково смотрят на Россию, Европу, Лукашенко и оппозицию, необходимость реформ и т. д.

Вначале об общих цифрах11. Отвечая на жестко поставленный вопрос «или-или», то есть выбирая между объединением с Россией и вступлением в ЕС, от 40 до 50 % белорусов, в зависимости от года исследования, выбирают Россию. От 25 до 35 % — Евросоюз. Эти цифры объясняются не только пропагандой или исторической близостью русского и белорусского народов, но и довольно прагматичным пониманием, что белорусская экономика зависит от российской, а внятного альтернативного предложения от Брюсселя нет.

Лишь после белорусско-российской информационной войны 2009–2010 годов и совпавшего с ней по времени потепления отношений с Западом проевропейские настроения были либо наравне с пророссийскими (в районе 40–45 %), либо даже в отдельные месяцы вырывались вперед. Этот период был коротким, но он показал, что геополитическая ориентация белорусов зависит от информационного вектора. Конфликт на Украине и сопровождавшая его пропаганда вернули пророссийским настроениям двукратный перевес, но к середине 2016 года графики снова стали сближаться.

Если, однако, ставить вопрос по-другому и дать респондентам выбор между (1) статус-кво и присоединением к РФ либо (2) статус-кво и вступлением в ЕС, в обоих случаях сохранение сегодняшнего суверенитета выигрывает с одинаковым почти двукратным перевесом — 50 % против 25–30 %, при оставшихся 20–25 % отказавшихся голосовать на этом воображаемом референдуме. А значит, на реальном референдуме «фракция суверенитета» набрала бы больше 65 %. Белорусы привыкли к независимости и стали ценить ее.

Об этом свидетельствуют и опросы на тему возвращения в СССР. В 1990-х ностальгировавшие по Большой стране были в большинстве, но с 1999 года кривая противников возвращения пошла вверх. Сегодня их около 60 % — при 25–30 % сторонников отката в прошлое.

При этом устойчивыми остаются симпатии белорусов к евразийской интеграции — ее поддерживают около 60–65 %12. Евразийский экономический союз (ЕАЭС) не воспринимается как угроза независимости страны благодаря официальному дискурсу, согласно которому объединение с Россией не может перейти из экономического в политическое.

На эти общественные настроения идеально легла новая внешнеполитическая установка Минска — нейтралитет и невмешательство в конфликты, в которых участвуют соседи Белоруссии, в первую очередь Россия.

При 55–65 % сторонников российской позиции в украинском конфликте («Крым наш», «в Киеве произошел госпереворот», «на Украине идет гражданская война»), три четверти белорусов не одобряют участие сограждан в боях с любой стороны и выступают против предоставления белорусской территории российским властям, если те захотят ввести войска на Украину с севера13.

65 % не согласны присоединяться к продовольственным санкциям Москвы против Запада. В конце 2015-го — первой половине 2016 года, во время конфликта России и Турции из-за сбитого бомбардировщика, лишь каждый шестой белорус выступал за полную поддержку Белоруссией российских санкций против Турции. Больше 50 %, несмотря на популярность российского телевидения, сказали, что Минску вообще не надо вмешиваться в этот спор14. Похожие результаты были по вопросу размещения в Белоруссии российской авиабазы: 43 % — против, 22 % — за, остальным безразлично.

Российская пропаганда успешно сработала в вопросе формирования симпатий к РФ, но не смогла мобилизовать белорусов на защиту российских интересов. Причина именно в том, что за годы независимости белорусы научились отделять их от своих. Они говорят: братья-россияне, мы морально с вами, но не собираемся с кем-то ссориться или нести издержки из-за ваших конфликтов.

По вопросам внутренней политики общественное мнение достаточно конъюнктурно. У Александра Лукашенко и демократической оппозиции есть примерно одинаковое ядро сторонников — по 20–25 %, которые убежденно стоят на своих позициях. Около половины населения социологи назвали «электоральным болотом» — они редко приходят в лагерь оппозиции, но в периоды экономического спада оставляют и Лукашенко.

Кстати, именно публикация данных о том, что электоральный рейтинг президента в очередной раз опустился ниже 30 %, привела к закрытию НИСЭПИ летом 2016 года. С тех пор ВВП Белоруссии только падал и по стране прошла волна экономических протестов, а значит, сегодня за Лукашенко едва ли готовы голосовать больше четверти белорусов.

Поддержка Лукашенко выше среди женщин, им больше импонирует его патриархальный стиль и упор на стабильность. Больше сторонников президента среди менее образованных слоев населения и в сельской местности. Впрочем, везде в мире популистская риторика находит больший отклик в этих группах общества, чем у жителей городов.

По разным опросам, 65–85 % белорусов хотят реформ15. Вопрос в том, что они под этими реформами понимают. И здесь редкие исследования показывают, что около половины этого большинства хочет увеличения доли государства в экономике, а не ее уменьшения, как рекомендуют Белоруссии все внешние кредиторы — от МВФ до его евразийского аналога, ЕФСР.

Эта левизна — продукт многолетнего государственного патернализма. Здесь Лукашенко попал в ловушку своей собственной идеологии. Белорусы привыкли не только к независимому государству, но и к тому, что только власть может о них позаботиться. Вынужденное сворачивание этой привычной заботы приводит к народному недовольству, что, в свою очередь, понижает и так невысокую готовность власти к рыночным реформам.

Кристаллизация прагматизма

Внешняя политика Минска так же, как и белорусское общественное мнение, прошла через процесс эмансипации. Дипломатия Белоруссии конца 1990-х отличается от сегодняшней, как непослушный первоклассник сельской школы от сдержанного выпускника столичного вуза.

Если кому-то кажется, что Лукашенко сегодня эмоционален в отношениях с другими странами, этому наблюдателю стоит вспомнить, как вел себя президент 20 лет назад. Тогда глава Белоруссии вообще не сдерживал себя ни во внутренней политике, ни во внешней. Например, в 1998 году, на фоне напряженности в отношениях с ЕС и США и исключения белорусской делегации из ПАСЕ, западных послов просто выселили из их резиденций под предлогом ремонта канализации. Скандал тогда дошел до отзыва дипломатов из Минска.

В том же году Белоруссия, единственная из всей Европы, вступила в антизападное Движение неприсоединения. Лукашенко лично ездил в Белград поддержать Слободана Милошевича во время натовских бомбежек Сербии, а затем яростно вступался за Саддама Хусейна. В те годы белорусский президент был в авангарде сопротивления мировому империализму.

Все это было возможно, пока у Минска были прикрыты тылы. Но затем к власти в России пришел прагматик Владимир Путин. На него не так, как на Ельцина, действовали мантры Лукашенко про общего врага и славянское братство. В Кремле начали выставлять счета. Нарицательным стало выражение Путина об «отделении мух от котлет» — речь шла как раз о невнятной позиции Белоруссии по готовности интегрироваться с Россией. Ко второй половине 2000-х энергетические споры Минска и Москвы стали почти ежегодными.

Во второй половине 2000-х годов белорусская дипломатия начала взрослеть и экспериментировать из-за возникшей турбулентности в отношениях с РФ. В конце 2006 года начался серьезный газовый кризис, в 2007-м Москва ввела пошлины на поставки нефти в Белоруссию.

В 2008 году Лукашенко впервые повернулся лицом к Западу, Минск приняли в программу «Восточное партнерство» Евросоюза. Причиной для флирта с ЕС стала российско-грузинская война: Москва показала, что танки могут стать аргументом в споре с соседями. Лукашенко освободил политзаключенных, ослабил контроль над СМИ и оппозицией. Евросоюз со своей стороны снял санкции с Белоруссии, в Минск после десятилетнего перерыва начали регулярно приезжать главы европейских государств и министры иностранных дел.

Пиком конфликта с Москвой стал показ по НТВ сериала «Крестный батька». Но накануне своих перевыборов Лукашенко договорился с президентом РФ Дмитрием Медведевым о беспошлинных поставках нефти в обмен на подписи под соглашениями о Таможенном союзе с Москвой и Астаной.

Тыл снова был прикрыт, и когда два года внутренней либерализации дали свои плоды в виде 40-тысячной акции протеста в день президентских выборов, Лукашенко уже не особо задумывался о западном векторе. Разгон демонстрации и уголовное преследование ее лидеров отбросили отношения с Западом назад, но не навсегда.

Первая разрядка в отношениях с ЕС и США возникла как реакция на поведение России и была предметом торга в переговорах с ней. Очевидно, что такая модель априори нестабильна, потому что энтузиазм, с которым Минск стремился к дружбе с Западом, зависел от напряженности отношений с Москвой. Кроме того, и Брюссель, и Минск питали много иллюзий по поводу друг друга: в Европе поверили, что Белоруссия может демократизироваться через сближение с ЕС, а Лукашенко думал, что Запад хотя бы частично компенсирует потери от ссоры с Москвой. Ошиблись все.

В 2015 году началось новое сближение Минска с Западом, на этот раз более осмысленное, неспешное и с реальной повесткой: от упрощения визового режима и диалога по правам человека до прихода европейских банков в Белоруссию и двукратного увеличения техпомощи ЕС. Минск, конечно, хотел бы, чтобы финансовые вопросы обсуждались чаще, а Брюссель не упускает возможности напомнить о правах человека. Но все это уже не мешает интенсивному диалогу.

Триггером второго сближения снова стал конфликт России с соседом, на этот раз — с Украиной. Представление о том, что невыгодно ориентироваться — как экономически, так и политически — только на Москву, укрепилось. Белорусские дипломаты в частных беседах признавались, что сразу после присоединения Крыма с российскими коллегами было просто сложно разговаривать. Они, словно белорусы 15 лет назад, чувствовали себя в осажденной крепости, на острие борьбы с «коллективным западным злом». Только Минску эта борьба уже не нужна. Наоборот, он стремится сформировать полноценный западный вектор внешней политики.

С тех пор Белоруссия дипломатически дистанцируется от России в каждом ее споре с внешним миром.

Присоединение Крыма Минск признает только де-факто, при этом МИД рекомендует белорусским компаниям продолжать печатать карты и атласы с Крымом в составе Украины16. При каждом удобном случае дипломаты подчеркивают, что выступают за целостность Украины, не уточняя, однако, в каких границах, чтобы не злить Москву.

Военную активность и расширение присутствия НАТО в Восточной Европе Минск подчеркнуто называет «военным вызовом, но не угрозой». Когда Турция сбивает российский бомбардировщик, для Москвы это «удар в спину», а Минск призывает обе стороны — «братскую Россию и дружественную Турцию» — к сдержанности и деэскалации17. В России говорят об американском ударе «томагавками» по сирийской авиабазе как об агрессии Вашингтона, а в соответствующем заявлении белорусского Министерства иностранных дел США даже не фигурируют 18.

К интеграции на постсоветском пространстве Минск теперь относится уже не с таким энтузиазмом, как раньше. Изначально Александр Лукашенко предполагал, что в рамках Евразийского союза возникнет новый формат многосторонних переговоров, благодаря которому исчезнет необходимость регулярно договариваться с Россией по чувствительным экономическим вопросам — газу, нефти, доступу белорусских товаров на рынок РФ. Иными словами, этот формат будет гарантировать некий набор преференций.

Но в итоге объединение рынков нефти и газа отодвинули на 2025 год, конфликты по-прежнему приходится решать один на один с Кремлем. Не вышло и с бесперебойным доступом к российскому рынку. Во-первых, он сильно просел из-за кризиса 2015–2016 годов. Во-вторых, белорусских производителей часто выключали из программ импортозамещения, считая их иностранными. И в-третьих, как только отношения Минска и Москвы обостряются, Россельхознадзор рапортует об испорченном белорусском молоке или мясе.

Евразийская интеграция стала еще одним разочарованием для Лукашенко. Но альтернативы нет, как нет и возможности выйти, так что Минск старается извлечь из ситуации хоть что-то. Инструмент, который, по задумке, должен был оформить дружбу, используется для шантажа. Чтобы подтолкнуть Москву к уступкам в последнем нефтегазовом споре, Лукашенко бойкотировал саммит ЕАЭС, затянул подписание Таможенного кодекса и угрожал отозвать своих представителей из структур Союза.

Хотя пока и безрезультатно, но Белоруссия продолжает настаивать на необходимости интеграции интеграций — сближении ЕАЭС с Евросоюзом. Делает это она не только для того, чтобы укрепить свой новый имидж регионального миротворца, но и в попытке не замыкаться, хотя бы на уровне риторики, в душных рамках сырой евразийской структуры.

Белорусская внешняя политика за последние 10 лет избавилась от нервозности, эмоций и идеологической нагрузки, стала более прагматичной и расчетливой. Причем не только из-за необходимости балансировать в условиях постоянных конфликтов Москвы с соседями и Западом, но и из-за чувствительного сокращения российской поддержки.

Дело в том, что за годы споров с Минском в Москве избавились от многих иллюзий. Конфликты все еще разрешаются по старой схеме: появление проблем на нижнем уровне, когда они накапливаются — перевод спора на уровень президентов, эмоциональный торг, иногда переходящий в шантаж с повышением ставок, встреча Лукашенко и Путина, некий компромисс. Но со временем Россия как сильная сторона стала тянуть с разрешением споров все дольше, что позволяет ей идти в итоге на меньшие уступки.

Последний нефтегазовый спор, к примеру, длился почти год и завершился лишь весной 2017-го. При этом уже с осени 2016 года Минск периодически рапортовал о достигнутом компромиссе, но все снова и снова срывалось. В итоге Белоруссия потерпела огромные убытки от недопоставок нефти за время спора, была вынуждена признать и выплатить газовый долг. Россия лишь восстановила прежние объемы поставок нефти и дала скидку на газ меньше 20 %.

Российское руководство смирилось с мыслью, что Лукашенко не готов пожертвовать суверенитетом своей страны. Да, Кремлю по-прежнему важно держать Белоруссию в своей орбите и для имиджа, и с военной точки зрения, а также для стабильного транзита углеводородов в Европу. Но задача, которую Кремль ставит перед собой, изменилась: раньше она состояла в покупке лояльности Лукашенко и поддержании благополучия его системы, теперь — в недопущении ее стихийного обвала. А на это можно сильно и не тратиться.

Монолит с контурами будущих трещин

За последние годы изменилась не только внешняя и внутренняя политика Белоруссии, но и ее номенклатура. Чиновники консолидируются вокруг президента и считают его безальтернативным гарантом своих постов и стабильности в стране. Но несмотря на жесткие требования к степени лояльности президенту — Лукашенко часто называет чиновников «государевыми людьми», — в последние годы появился небольшой люфт, который позволяет публично высказать свою позицию, не соответствующую линии партии.

Лукашенко долгое время опирался на старую номенклатуру, своих дисциплинированных ровесников или людей постарше. Но оказалось, что они неспособны к успешному управлению и не могут возразить президенту. Неэффективных, но идейно близких чиновников можно иметь в правительстве в сытые годы бесперебойных российских дотаций и приятной конъюнктуры нефтяных цен. А когда сытые годы заканчиваются, приходится привлекать профессионалов.

После череды девальваций белорусского рубля в 2009, 2011 и в конце 2014 года, спровоцированных как внешними факторами, так и ошибками властей, ключевые посты в Нацбанке, экономическом крыле правительства и администрации президента заняли относительно молодые технократы с рыночными взглядами. Один из них, помощник президента Кирилл Рудый, и вовсе писал книги и статьи с публичной критикой белорусской экономической модели. По сути, он был голосом реформаторов, пока его не перевели на должность посла в Китае. Впрочем, это его не остановило. Уже в дипломатическом статусе он приехал в Минск и выступил на негосударственном экспертном форуме, где снова раскритиковал силовое давление на бизнес и вообще всю экономическую модель и призвал коллег не бояться делать то же самое19.

Остальные «либералы» в правительстве действуют иначе — они пытаются непублично убедить Лукашенко пойти на нужные стране рыночные реформы или реализовать отдельные меры по-тихому, не привлекая внимания. Усилиями этих чиновников в Белоруссии с 2015 года проводится сдержанная монетарная политика, курс рубля стал плавающим и стабилизировался, не допускается новая масштабная эмиссия. Был поднят пенсионный возраст, а услуги ЖКХ стали выходить на самоокупаемость. Белоруссия поднялась до 37-й строчки в рейтинге Doing Business. В ближайшем будущем обещан новый шаг в сторону раскрепощения бизнеса, сокращение числа проверок контролирующих органов.

Все это проходит не без сопротивления антиреформистского лобби. В либерализации не заинтересованы силовики и контроллеры — они могут лишиться полномочий, местные чиновники и директорат госпредприятий — они могут потерять активы. Но главным консерватором выступает сам Лукашенко. И дело не только в том, что он из политических соображений не хочет терять контроль над экономикой, но и в глубоких антирыночных убеждениях президента. Он не доверяет рынку, боится возникновения в стране крупного самостоятельного бизнеса и олигархов, неконтролируемой безработицы и отмирания советских промышленных гигантов — белорусских «брендов».

Именно поэтому он не соглашается на главное требование как МВФ, так и белорусских сторонников рыночной экономики — масштабную приватизацию. В 2016 году президент регулярно очно и заочно спорил с собственным правительством. Лукашенко уже открыто заявляет, что там засели рыночники, которые склоняются в сторону «радикальных идей»20.

Почему же президент не уберет тех, кто его раздражает, с самого верха вертикали? Дело в короткой скамейке запасных. Старые кадры уже в глубоком пенсионном возрасте, а среди молодых профессионалов сложно найти тех, кто не убежден в необходимости структурных рыночных реформ. На самом деле ситуация с сегодняшними реформаторами аналогичная: их относительная либеральность связана с профессионализмом и отсутствием советского бэкграунда, а не с глубокой идеологической установкой.

На политическом фронте менее реакционная часть белорусской элиты представлена МИДом и его главой Владимиром Макеем. В том, что касается внешней политики, он и ключевые дипломаты страны ведут себя как прагматичные люди, которые выступают за то, чтобы перестать зависеть от России, дальше размораживать связи с Европой, а как следствие — вводить более европейские методы управления и развивать идею национальной идентичности. По данным источников в органах власти, руководство МИД в закрытых дискуссиях уже достаточно смело выступает против очередных витков закручивания гаек в стране, поскольку это осложняет им работу на западном направлении.

Важно понимать, что «либералы», как и остальные представители белорусской элиты, сохраняют лояльность президенту и не строят никаких самостоятельных политических планов. Они стараются подлатать систему изнутри, найти аргументы для убеждения Лукашенко, но пока не мыслят вне рамок существующего политического порядка. В случае неожиданной смены власти они бы, безусловно, претендовали на центральное место в новой конфигурации, но они не будут ничего не делать для того, чтобы этот сценарий стал более реалистичным. Белорусская номенклатура остается монолитной. Но появление чиновников, которые мыслят более прогрессивно, говорит о том, что в этом монолите появятся трещины, когда режим начнет слабеть.

Траектории белорусского транзита

Предсказывать будущее любого персоналистского режима — неблагодарное дело, потому что это будущее слишком зависит от лидера, его физического благополучия и множества «черных лебедей». Если в автократии нет подобия коллективного управления или политбюро, загадкой остается не только фигура следующего правителя, но и формат передачи власти.

Александру Лукашенко 62 года, он на два года моложе Владимира Путина. Президент ведет здоровый образ жизни, о нем заботятся лучшие врачи страны, так что аналитики пока особо не задумываются о сценарии внезапного транзита. Но исключать его полностью нельзя.

Если к моменту транзита белорусская номенклатура будет находиться в том же состоянии, что и сейчас (отсутствие кланов, четких элитных групп, сплоченного силового блока и, самое главное, преемника), то мы, скорее всего, увидим хаотичный передел власти. При сохраняющейся зависимости от Москвы и ориентации большинства на РФ поддержанные Кремлем силы, скорее всего, обретут легитимность в глазах номенклатуры и общества. У Запада не будет ни политической воли, ни ресурсов для того, чтобы всерьез вмешаться в происходящее во все еще далекой от него стране.

Поскольку по конституции президент обладает очень широкими полномочиями, новый белорусский режим в случае спонтанного транзита в ближайшие годы, скорее всего, будет таким же персоналистским по сути, но с менее харизматичным лидером во главе. Причина — в общей серости белорусской номенклатуры, прицельном и многолетнем вычищении ярких лиц. Но, с другой стороны, с серого образа начинал и Владимир Путин.

Более интересным и пока что вероятным выглядит другой сценарий — плавного размывания вертикального режима Александра Лукашенко параллельно с его физическим старением.

Причиной транзита в этом случае, скорее всего, будет экономика. Нервозность из-за хронического кризиса уже выливается в управленческие ошибки президента вроде печально известного налога на тунеядство. Его последствиями стали массовые протесты, новое закручивание гаек, временная напряженность в отношениях с Западом — в итоге власть пошла на попятную, приостановив действие декрета. Подобные ошибки будут случаться чаще по мере углубления кризиса и на пару с народным волнением будут вносить в систему элемент турбулентности.

Истощение внешних и внутренних ресурсов, которые поддерживают нынешнюю модель экономики, будет подталкивать Лукашенко к ее разгосударствлению. Все большая доля ВВП будет производиться в частном секторе, в котором появятся крупные бизнесмены, протоолигархат. Эти люди естественным образом захотят конвертировать свое экономическое влияние в политический голос. Параллельно продолжится смена поколений в номенклатуре, доля и влияние чиновников с более рыночными, чем у президента, взглядами, будет расти. Вполне органичным выглядит их тактический союз с представителями нового крупного бизнеса.

Все это может стать реальностью через 5–7, или 10–12, или даже 15 лет. На столько же станет старше и Александр Лукашенко. Вопрос о преемнике будет стоять острее, чем сегодня. Открыто или нет, но его начнет ставить и номенклатура. После этого страна, скорее всего, придет к более мягкому и олигархическому авторитаризму по образцу сегодняшней Армении или Молдавии во время правления Владимира Воронина.

Нельзя сказать, что белорусский президент не думает о вопросе транзита. За последний год он несколько раз намекал на возможный референдум по изменению конституции. Глава белорусского ЦИК Лидия Ермошина недавно признала, что президент обсуждал с ней возможность перехода к смешанной избирательной системе, а значит — увеличению роли партий в политике21. Последние месяцы Лукашенко об этом не говорит — он был занят протестами и улаживанием споров с Россией, но, когда эти проблемы уже не будут стоять так остро, тема референдума, скорее всего, вернется в публичный дискурс.

Эксперименты с конституцией не свойственны белорусскому президенту. Поэтому, если он на них решится, речь будет идти о серьезной и долгосрочной стратегии. А именно — подготовке системы к приближающемуся плавному транзиту. Скорее всего, через создание правящей партии, чтобы консолидировать элиты вокруг будущего преемника и сделать его положение более устойчивым.

Пока невозможно предсказать, по чьему сценарию пройдет эта передача власти: окрепнувших и давящих на президента групп элит или самого Лукашенко, осознающего риски неконтролируемого обвала системы при его спонтанном уходе.

Роль Москвы в этом процессе будет пропорциональна степени зависимости белорусской экономики от России на момент транзита власти. Но в любом случае эту роль не стоит преувеличивать. Фаворитом элит на первых президентских выборах в 1994 году был премьер-министр Вячеслав Кебич с максимально пророссийской программой и давними связями в Москве. Но харизма Лукашенко и его стремительное политическое восхождение быстро все изменили — переориентировалась как номенклатура, так и Москва.

Конечно, сегодня Кремль хочет большего контроля над соседними странами, чем в середине 1990-х. Но если базовые интересы России при смене власти в Белоруссии будут обеспечены, вряд ли стоит ждать, что она вмешается напрямую или станет продавливать кандидатуру, у которой не будет поддержки белорусской элиты и общества. А у тех политиков, которые хотят порвать связи с Москвой, в обозримой перспективе нет шансов получить такую внутреннюю поддержку.

Разумеется, все эти гипотезы могут оказаться несостоятельными, если Лукашенко внезапно сам назначит преемника и обеспечит таким образом быстрый контролируемый транзит. Или, напротив, вцепится во власть и наделает столько экономических ошибок, что на первое место в процессе смены власти выйдет протестное движение.

Вместо заключения. Почему Белоруссия не Украина

Журналисты из разных стран, не слишком погружаясь в тему, любят представлять Белоруссию как Украину 2.0. Любые протесты в Минске трактуются как начало Майдана, любая ссора с Россией как предтеча аннексии, любая скромная инициатива властей по развитию идентичности как флирт с белорусскими «бандеровцами». Автор этих строк сам журналист и понимает, насколько сильной бывает тяга к шаблонам и привлекающим внимание заголовкам.

Но иногда хочется реализма. Каким бы ни был сценарий транзита белорусского политического режима, он почти наверняка не повторит украинский — ни в том, что будет происходить внутри страны, ни в отношениях с Россией.

Чтобы протесты привели к смене власти, они должны быть настолько массовыми и упорными, чтобы в голове правителя и его окружения риск от их подавления перевесил риск от уступок или ухода в отставку. Кроме того, часть правящей элиты должна перейти на сторону протестующих. У них, в свою очередь, должны быть эффективные каналы коммуникации хотя бы друг с другом, в идеале — со всем обществом.

В белорусской власти нет раскола или альтернативных центров силы, силовики не раз доказывали свою преданность. Но даже если оставить это все в стороне, вероятность Майдана в Белоруссии все равно будет стремиться к нулю — из-за критического дисбаланса в стартовых силах. В отличие от Украины, в Белоруссии нет ни общественных, ни политических структур, способных организовать или долго координировать массовый протест. Нет общедоступных телеканалов, влиятельных олигархов, депутатов парламента и целых областей страны, способных открыто поддержать революцию.

У оппозиции нет людских и материальных ресурсов — денег или средств самообороны — для физического противостояния мощной силовой машине. Та же, в свою очередь, заточена на подавление протестов и практикуется в этом последние 15–20 лет. Белорусские силовики в случае угрозы умеют превентивно нейтрализовывать всех потенциальных лидеров протеста, выключать связь и глушить интернет в точках сбора, блокировать онлайн-СМИ и соцсети, не давать людям собираться в назначенных местах и с нужной степенью жесткости задерживать тех, кто все-таки собрался.

В мире протест иногда рождается спонтанно и без лидеров, например, из-за того, что власть сделала что-то возмутительное, но в Белоруссии против этого работает «прививка знания». Люди знают, что протесты никогда не меняли власть в стране, но зато они много раз видели, какой арсенал контрмер есть у силовиков и под какие репрессии можно попасть. Последовательные наказания за протест стали эффективной профилактической мерой, которая демотивирует потенциальных участников акций.

Но ради дискуссии представим, что в результате революции или номенклатурного бунта в Минске неожиданно сменилась власть. Новое руководство оказалось настолько оторвано от экономической реальности и не осознало степень зависимости от России, что появился риск разворота Белоруссии на Запад.

Во-первых, далеко не любая форсированная смена власти в постсоветской стране вызывает такую реакцию России, которая последовала за Майданом 2014 года на Украине. Военная операция с отторжением одной части соседней страны и поддержкой сепаратизма в другой ее части сопряжены с огромными международными рисками, материальными и военными затратами. Чтобы игра стоила свеч, потенциальный разворот бунтующей соседки должен быть по-настоящему угрожающим в глазах Москвы.

Украина в этом смысле сильно отличается от Белоруссии. На Украине была как проевропейская западная часть, которая поддерживала разворот к Европе, так и пророссийская восточная, которая в разной степени его не принимала. Плюс автономный и исторически близкий к России Крым, где уже были развернуты тысячи военнослужащих РФ. Все это — готовая почва для интервенции и игры на противоречиях регионов.

В гомогенной Белоруссии нет ничего из перечисленного: ни большого количества сторонников разворота страны на Запад, ни определенных районов, охваченных этой идеей, ни оппонирующих им белорусских аналогов Крыма или Донбасса. В Белоруссии нет даже мест компактного проживания этнических русских (их всего 7–8 %), чтобы использовать эти территории как отправные точки для гибридной войны. Разыграть карту притеснения русскоязычного меньшинства в русскоязычной стране тоже будет сложно.

На Украине и до, и после революции были слабые институты власти, не было боеспособных силовых структур, но куда важнее — лояльность киевским властям в Донбассе и в Крыму была очень слабой или ее не было вовсе.

Далеко не очевидно, что военные в руководстве Белоруссии и в ее казармах так же легко капитулируют и дезертируют, как многие части ВСУ в Крыму или милиция Донецка. Да, считается, что белорусские силовики пророссийски настроены, хотя таких исследований никто не проводил. Но для того, чтобы быть готовым в момент истины сменить знамя, недостаточно просто симпатизировать России. Нужно еще, чтобы твоя преданность присяге оказалась слабее этой симпатии. Это возможно, когда ты — житель региона или представитель меньшинства (социальной группы), которые чувствуют себя отвергнутыми столичными элитами или остальной страной. Но в Белоруссии нет такого раскола ни географического, ни социального.

Лукашенко чутко относится к угрозам своей власти, и нельзя сказать, что он вообще ничего не предпринял, увидев происходящее на Украине. В 2014–2015 годах были назначены новые министр обороны и госсекретарь Совбеза — Андрей Равков и Станислав Зась. Оба относительно молоды — им около 50 лет. Оба публично заявляли, что нужно учиться на украинском опыте — укреплять границу и модернизировать армию. В 2016 году в Белоруссии приняли новую военную доктрину, при разработке которой, по словам Равкова, были учтены риски гибридной войны и сделан акцент на спецоперациях.

Все перечисленное означает, что в даже случае невероятного разворота Белоруссии на Запад попытка военным путем вернуть ее в свою орбиту может оказаться для России более затратной и рискованной, чем крымская и даже донбасская операции. Под контроль придется брать всю страну с достаточно боеспособной армией.

Более логично и эффективно для Москвы использовать экономический и энергетический рычаги. В последние годы правления Януковича доля России в экспорте Украины была около 25 %. У Белоруссии в Россию идет половина экспорта. К тому же Минск на 100 % зависит от российского газа, а белорусская нефтепереработка — от российской нефти.

Возвращаясь в пространство реального, отметим, что все нынешние ссоры Александра Лукашенко с российским руководством и близко не подходят к черте, после которой в Кремле начинают задумываться о военном решении. Даже на пике эмоциональных конфликтов Белоруссия остается самой близкой военно-политической союзницей Москвы, одной из самых экономически зависимых от России постсоветских стран.

Не исключено, что наши потомки будут оценивать этот первый этап белорусской истории — а именно вынужденный союз с Россией с параллельным выстраиванием институтов суверенитета — как один из немногих реалистичных вариантов сохранения независимости, который был у молодой страны со слабой национальной идентичностью, советскими экономикой и ментальностью большей части населения и элиты. Эти оценки, конечно, будут зависеть и от того, насколько мирно и бескровно произойдет переход власти.

Открыт пока и вопрос о том, чем придется заплатить за пророссийскую ориентацию, как сильно она затормозит экономическую и политическую трансформацию Белоруссии. До сих пор российская поддержка не только обеспечивала стабильность белорусской власти, но и ослабляла ее мотивацию к демократизации и построению конкурентоспособной экономики.

Так уж получилось, что этап становления независимая Белоруссия прошла под руку с режимом Александра Лукашенко. Как и у людей, уязвимые и слабые места политической системы — неизбежное продолжение ее сильных черт. Обратной стороной институциональной устойчивости белорусского режима, его монолитности и управляемости стала зависимость этой системы от характера и мировоззрения Лукашенко. А именно — его тяги к власти, консерватизма, страха перемен, ностальгии по СССР и левых взглядов.

Даже если вопреки ожиданиям многих наблюдателей эта система внезапно рухнет, для того чтобы избавиться от основ авторитаризма Лукашенко, тех черт белорусского общества, которые сделали такой режим не только возможным, но и стабильным, потребуются долгие годы, а может быть и десятилетия.

Примечания

1 Пресс-релиз по результатам национального опроса в июне-2015. — НИСЭПИ. — 3 июля 2015 года // http://www.iiseps.org/?p=2678.

4 Лукашенко распорядился снизить с завтрашнего утра цены на топливо. — Белорусский портал Tut.by. — 8 июня 2011 года // https://news.tut.by/economics/230076.html.

5 Спачатку — пратэсты, потым — заробкі 14–17 мільёнаў. — Радыё Свабода. — 21 декабря 2012 года // http://www.svaboda.org/a/24805222.html.

7 Важнейшие результаты национального опроса в марте 2016 года. — НИСЭПИ. — 3 апреля 2016 года // http://www.iiseps.org/?p=3960.

10 Летом 2016 года, не выдержав давления спецслужб, директор НИСЭПИ решил прекратить работу. Кроме НИСЭПИ были и есть другие центры, которые проводят соцопросы, но либо нерегулярно, что не позволяет следить за динамикой, либо для частных заказчиков, боясь обнародовать политические данные. Тем не менее их редкие публикации хотя бы позволяли верифицировать данные НИСЭПИ, поэтому мы будем опираться на эти цифры.

14 Март-2016: Беларусь — ЕС: оттепель — не лето. — НИСЭПИ. — 4апреля 2016 года // http://www.iiseps.org/?p=4268.

15 РЕФОРУМ: Население Беларуси: хотят реформ, но не готовы к их последствиям. — Белорусский институт стратегических исследований. — 16 мая 2015 года // http://belinstitute.eu/ru/node/2513#_ftn1; Данные национального опроса НИСЭПИ 2–12 июня 2016 года. — НИСЭПИ. — 29 июня 2016 года // http://www.iiseps.org/?p=4733.

16 Чей Крым? Как госструктуры Беларуси решают этот деликатный вопрос. — Белорусский портал Tut.by. — 18 апреля 2016 года // https://news.tut.by/politics/492219.html.

17 Ответ пресс-секретаря МИД Беларуси Дмитрия Мирончика на вопрос агентства «БелТА». — Министерство иностранных дел Беларуси. — 25 ноября 2015 года // http://mfa.gov.by/press/news_mfa/eaaf182c8b63ddc7.html.

19 Рудый: Экономисты нужны. Но не молчащие от лояльности, а предупреждающие — от патриотизма. — Белорусский портал Tut.by. — 3 ноября 2016 года // https://news.tut.by/economics/518684.html.

21 Лидия Ермошина — о выборах по-новому, референдуме, смертной казни и мужчинах-белорусах. — Белорусский портал Tut.by. — 10 февраля 2017 года // https://news.tut.by/economics/530981.html. 

 

почему мы порой забываем слова на ходу — Skyeng Magazine

Научно-популярный журнал N+1 опубликовал материал, где объясняется феномен «на кончике языка» — это когда человек с легкостью может описать значение слова, назвать синонимы и коннотации, но его само никак не может вспомнить. Пересказываем основные тезисы, которые могут быть полезны в изучении иностранного языка. 

Наглядный пример феномена «на кончике языка» — рассказ Антона Чехова «Лошадиная фамилия». Один из персонажей пытался вспомнить фамилию другого и утверждал, что она связана с лошадьми. Она все время крутилась у него на языке, но точное звучание все никак не приходило на ум. После того, как он перебрал варианты вроде Уздечкина, Копытина, Меринова и прочих, он, наконец, вспомнил, что фамилия была Овсов.

Грубо говоря, феномен отражает несовершенство человеческой памяти и образа мышления. Автор статьи утверждает, что память человека можно представить в виде карточек, где с одной стороны написано слово, а с другой — его значение. Таким образом, наша речь — постоянное переворачивание этих карточек. Иногда мы запинаемся, не можем перевернуть какую-то из них и видим только описание слова вместо него самого.

Когда угодно. Даже если разговор идет на родном языке, мы не задумываемся над значением каждого слова — в отличие от нашего мозга. Он это делает с очень высокой скоростью и иногда может сбиться. Если же мы говорим на иностранном, то скорость этой работы мозга замедляется в соответствии с тем, насколько хорошо мы знаем язык. 

Поэтому чаще феномен возникает именно во время использования неродного языка. Это происходит потому, что «карточки» со значениями иностранных слов находятся «дальше» и используются реже. Кстати, на английском феномен называется tip-of-the-tongue («кончик языка» — примерно так же, как и на русском). 

Впервые этот вопрос описал Уильям Джеймс в книге «Принципы психологии». Он не выделял его в отдельный объект для изучения, а просто объяснил как «имя, которое не соответствует своей форме».

Непосредственно как предмет научного исследования феномен «на кончике языка» первым начали изучать Роджер Браун и Дэвид Макнил из Гарвардского университета в 1966 году. Они собирали добровольцев, называли им какое-то слово, а чуть позже просили повторить. Некоторые из участников забывали слово и пытались его описать — через значение, отдельные звуки, буквы, слоги и так далее.

В 1976 году исследования продолжили Ашер Кориат и Израэль Либлих, израильские ученые. Они объясняли феномен нарушением доступа не к одному слову, а вообще ко всей информации, которая с ним связана, «подсказкам», которые потенциально могут «достать» нужную форму из сознания человека.


Конечно, полностью проигнорировать феномен «на кончике языка» не получится: этого не даст сделать наш собственный мозг. Но можно минимизировать его присутствие. Мы уже писали о том, что такое кривая забывания Эббингауза и почему она помогает запоминать информацию эффективнее. На основе этого принципа работает приложение от Skyeng. 

Минутка приложения Skyeng

Учите слова на лету с приложением Skyeng

Программа позволяет выбрать только ту лексику, которая нужна именно вам. Приложением можно пользоваться бесплатно первые 14 дней вне зависимости от того, учитесь вы в Skyeng или нет. А для студентов оно бесплатное всегда. В общем, установите его себе на смартфон и попробуйте учить слова новым способом. Впечатлениями можно делиться по адресу [email protected].

О чем сериал «Игра в кальмара», будет ли продолжение, лучшие мемы

Сюжет

«Игру в кальмара» нередко называют смесью «Пилы», «Королевской битвы» и «Голодных игр» — и определенная логика в этом присутствует. По сюжету южнокорейского сериала 456 людей, погрязших в долгах, оказываются на закрытом острове, где становятся участниками смертельного шоу. Его правила достаточно просты: для победы нужно всего-то преодолеть шесть испытаний, за основу которых взяты популярные в стране детские игры: от перетягивания каната до «Тише едешь — дальше будешь». Загвоздка заключается в том, что цена ошибка здесь максимально высока: неудача в любом испытании карается мгновенной смертью. При этом участие в шоу по сути является добровольным — его можно прекратить в любой момент между конкурсами, если большинство выживших проголосует против. Правда, с одной оговоркой: в этом случае они не получат приз в размере 45,6 млрд вон (примерно $40 млн), что, учитывая финансовые проблемы героев, для них не сильно лучше смерти.

Центральных персонажей у «Игры в кальмара» сразу несколько. Это и водитель Сон Ки Хун, ведущий жалкое существование из-за страсти к азартным играм и рискующий навсегда потерять родную дочь; и предприниматель Чхо Сан Воо, прогоревший на инвестициях до многомиллиардного долга; и воровка Кан Сэ Бек, беженка из КНДР, пытающаяся спасти семью от нищеты; и старик О Иль Нам, у которого рак мозга и которому уже нечего терять. Кроме того, на таинственном острове оказывается молодой полицейский Хван Чун Хо, незаметно для организаторов вклинивающийся в ряды стаффа, чтобы найти пропавшего брата-участника да и в целом разобраться, что здесь вообще происходит.

close

100%

Кадр из сериала «Игра в кальмара» (2021)

Netflix
Создатель и актеры

Режиссером и сценаристом шоу выступил Хван Дон-хек — он наиболее известен по триллеру «Суровое испытание», исторической драме «Крепость Намхансансон», а также музыкальной комедии «Мисс Бабуля», которая сначала стала одним из самых финансово успешных фильмов Южной Кореи, а затем была переснята в семи странах, включая Китай и Японию.

«Игру в кальмара» кинематографист задумал еще на заре карьеры, однако ему долгое время не удавалось претворить идею в жизнь (при этом изначально триллер должен быть стать полнометражкой): продюсеры не хотели вкладываться в проект постановщика, и свой бюджет он получил лишь в 2019 году от Netflix, вскоре после полноценного выхода стриминга на южнокорейский рынок.

Уже на финальной стадии разработки ему удалось собрать близкий к идеальному актерский состав из местных звезд: Ли Джон-джэ («Домик у моря»), О Ен-су («Весна, лето, осень, зима… и снова весна»), Ким Джу-рен («Суровое испытание») и Кон Ю («Поезд в Пусан»). Но главным открытием и откровением стала корейская топ-модель Чон Хо-ен, ранее ни разу не снимавшаяся даже в эпизодических ролях, но сумевшая поразить критиков перевоплощением в мигрантку из КНДР — и это с учетом внушительного экранного времени. После выхода сериала на ее Instagram подписалось более 10 млн человек — до релиза у нее было 400 тыс. фолловеров.

close

100%

Идея и причина успеха

Как рассказывал в интервью Variety сам Хван Дон-хек, он старался показать «аллегорию на современное капиталистическое общество», перенеся актуальную для зрителя тему в интересные локации игры на выживание. Успех сериала он также объясняет мощной конкуренцией на родном для себя кинорынке, которая одновременно и повышает общее качество выпускаемых продуктов («Оскар-2020», где победили «Паразиты» его соотечественника Пон Чжун Хо, лучшее тому доказательство), и омрачает творческий процесс постоянным стрессом.

«Детища южнокорейской развлекательной сферы сейчас очень популярны во всем мире: BTS, «Паразиты», «Gangnam Style» и так далее. При этом наше общество отличает конкурентность и напряженность, так как в небольшой стране вынуждены уживаться более 50 млн человек. Будучи отрезанными от Азии границей с КНДР, мы развили островное мышление, — говорит режиссер. — Из-за этого стресса мы всегда подсознательно готовимся к следующему кризису. В некотором смысле это является отличной мотивацией, заставляет нас задаваться вопросом о будущем. Но у такой конкуренции есть и побочные эффекты».

В свою очередь исполнитель главной роли Ли Джон-джэ выделял главной причиной успеха уникальный сценарий: «Он включает в себя подробности проблем участников игры, а также то, почему им пришлось играть. Эти моменты медленно накапливались один за другим с первого эпизода, а затем эффектно «взорвались» в конце. Это отличает сериал от других проектов о выживании. Он был хорош с самого начала, еще в то время, когда был один лишь сценарий».

close

100%

Кадр из сериала «Игра в кальмара» (2021)

Netflix
Будет ли продолжение

Создатель «Игры в кальмара» Хван Дон-хек не исключает, что у девятисерийного шоу в будущем может появиться продолжение. Однако если это и произойдет, то не в ближайшее время — после успеха проекта он хочет сконцентрироваться на полном метре и пока далек от написания сиквела.

«Раньше я выпивал по полбутылки корейского ликера в день, чтобы творить. Но теперь я не могу себе этого позволить, — признается кинематографист. — Мне очень тяжело дался сценарий к сериалу, ведь изначально я задумывал проект как фильм. В итоге у меня ушло шесть месяцев на переписку лишь двух первых эпизодов. И сейчас мне утомительно думать о продолжении. Но если я им займусь, то не стану делать в одиночку, а найму команду сценаристов и режиссеров».

При этом небольшие наработки у постановщика все-таки есть — по его словам, продолжение он хочет посвятить антагонисту Ведущему, персонажу, который является организатором смертельных игр.

Что касается Netflix, то в стриминге, естественно, настроены на сиквел — и в настоящий момент ведут переговоры с автором проекта.

«Мы не могли представить, что сериал станет настолько успешным во всем мире. Осознавали, что это будет лидирующее шоу в Корее, однако никто и предположить не мог, что оно добьется столь внушительного международного успеха», — заявили Vulture представители сервиса.

Популярность

«Игра в кальмара» вышла на Netflix 17 сентября — и всего за пару недель стала «вирусной». По состоянию на 6 октября шоу являлось самым популярным в более чем 70 странах мира, включая Россию, при этом занимая как минимум второе место вообще во всех регионах, где доступно для просмотра. Кроме того, хэштеги #SquidGame разорвали тренды Twitter, Instagram и TikTok: общее число постов, связанных с сериалом, исчисляется миллионами. О своих эмоциях от триллера публично высказываются многие звезды, поздравляя создателей с грандиозным успехом. В их числе, к примеру, Джефф Безос — основатель Amazon, у которого, на секундочку, есть конкурирующий с Netflix стриминговый сервис.

«[Соучредитель] Рид Хастингс, [глава компании] Тед Сарандос и в целом команда Netflix делают все правильно. У них непростая стратегия интернационализации, но они заставляют ее работать. Впечатляет и вдохновляет. Мне не терпится посмотреть шоу», — написал Безос в Twitter.

Восторгом от сериала с подписчиками также поделились актер Саймон Пегг, сфотографировавший в мерче «Игры в кальмара», а сам каст проекта поучаствовал в шоу Джимми Фэллона.

SIMON PEGG IS A FAN OF JIN???? SIMON PEGG IS STANDING NEXT TO SEOKJIN STANDIE posted by netflixkr…..LETS GO MISSION IMPOSSIBLE- IN THE NEXT ONE # #JIN #BTSJIN pic.twitter.com/sKISC2H6xY

— Seokjinism (@seokjinism1) September 25, 2021

Одним из показательных моментов популярности сериала в России стало превью последнего матча футбольного «Спартака» в РПЛ: соцсети команды представили стартовый состав в стилистике шоу и, что особенно примечательно, в комментариях отсылку поняли многие болельщики.

Ожидается, что костюмы работников смертельного шоу из сериала, Ведущего и участников игры будут в числе самых популярных во время предстоящего Хэллоуина, — СМИ в свою очередь уже активно советуют, как нарядиться в персонажей максимально круто. В связи с этим растет спрос на предметы из «Игры» — например, продажи белых слипонов Vans после премьеры поднялись на 7800%.

При этом популярность сериала привела и к ряду неприятных эпизодов. Так, сам Netflix получил иск от корейского провайдера из-за резкого повышения трафика, а предпринимательница Ким Гил Ен, телефонный номер которой совпал с указанным на визитке организаторов смертельного шоу, стала ежедневно получать тысячи звонков и сообщений от неизвестных. Впоследствии из шоу убрали ее номер.

«Русские» в «Игре»

Одну из ярких ролей в сериале исполнил Хо Сон-тхэ — он сыграл гангстера Чан Док Су, который вынужден участвовать в смертельном шоу из-за огромного карточного долга и преследования киллеров. Актера, как оказалось, многое связывает с Россией: он учился на факультете русского языка в Пусанском национальном университете, продавал телевизоры на российский рынок, пьет водку. И, естественно, прекрасно говорит по-русски.

Лучшие мемы об «Игре в кальмара» — только для тех, кто уже посмотрел!

Me when i applied for college and got accepted without knowing what i was getting myself into #SquidGame pic.twitter.com/Sl3oPdLL9V

— Ted Mosby (@have_u_met_ted) October 5, 2021

(Я после поступления в колледж, но до того, как узнал, что меня там ждет)

#squidgamenetflix
How i thought how my life
my life would be: actually is: pic.twitter.com/BtI2U3zxjB

— mishti doi WRLD (@mishti666) October 3, 2021

(Как моя жизнь должна была сложиться по моему мнению / Какая она на самом деле)

(Он был здесь все это время)

(Я бы разрешил ему давать мне пощечины каждый день)

when people ask me how I’m doing financially.. #SquidGame pic.twitter.com/TmLS8gquW8

— dad-am (@chihiroae71) September 27, 2021

(Когда у меня спрашивают, как обстоят мои финансовые дела)

(Никто: … Я:)

i ain’t seeing these things the same again#SquidGame pic.twitter.com/wFvy3asbfa

— (@_cielowww) September 21, 2021

(Эти вещи больше никогда не будут прежними для меня)

***

Если вдруг у вас нет времени (или желания) на просмотр сериала, но вы хотите быть в курсе разговоров вокруг — вот идеальное видео с кратким содержанием «Игры в кальмара».

Феномен «фершробен» при шизофрении и расстройствах шизофренического спектра (типологическая дифференциация)

Феномен «фершробен» (ФФ) является предметом значительного числа публикаций [1—15]. Актуальность этой проблемы связана с достаточно высокой распространенностью расстройств типа «фершробен», причем не столько в контингенте специализированных психиатрических учреждений (0,6—0,8%) [16, 17], сколько в общемедицинской сети (1,4—10,0%).

Необходимо заметить, что в современных публикациях данные о распространенности ФФ не приводятся. В большинстве исследований они относятся к категории «шизотипического расстройства личности» (ШРЛ) по DSM-5 или «шизотипического расстройства» по МКБ-10 (F21). Соответственно о распространенности ФФ в общей медицинской сети можно судить опосредованно, опираясь на эпидемиологические исследования ШРЛ (1,4—10,0%). Так, распространенность ШРЛ, по данным одного из отечественных эпидемиологических исследований (программа СИНТЕЗ) [18], в среднем составляет 5,8% и в значительной степени соотносится с профилем соматического заболевания (в кардиологии — 3,5%; в онкологии — 6,2%, в дерматологии — 6,9%). Кроме того, частота ШРЛ при некоторых соматических и психосоматических расстройствах еще выше: при хронических болевых синдромах — до 10% [19], а при небредовой ипохондрии и соматоформных расстройствах (СФР) — 20,7—29,2% [20—22]​1​᠎.

Необходимость дальнейших исследований расстройств этого круга (с учетом наблюдающихся в общесоматической сети) сохраняется, несмотря на длительную историю изучения обсуждаемой проблемы.

Клинические описания ФФ (от нем. Verschrobene — «чудак»)​2​᠎ восходят к исследованиям XIX века [27, 28]. Одно из наиболее ранних упоминаний о «чудаках» в психиатрической литературе содержится в работе W. Griesinger (1845) [27], в которой автор, обсуждая вопросы темперамента и предиспозиции, говорит о врожденной природе «раздражительного странного характера», объединяющего противоречивых оригиналов («то скрупулезных педантов, то легкомысленных и непоследовательных; то холодных и апатичных, то странно веселых; то нерешительных, то настойчивых»), уязвимых в плане дальнейшего развития психической патологии.

Обстоятельная феноменологическая характеристика обсуждаемого феномена (нем. Verschrobenheit) впервые была приведена в 1891 г. J. Koch [28] в монографии «Die psychopathischen Minderwertigkeiten» («Формы психопатической неполноценности»). Автор (ему принадлежит также заслуга введения термина «психопатия») отмечал, что у фершробенов «на лице словно бы имеется особая печать, отличающая их от обычных людей, — они сумасбродны (досл. — «вывихнуты» — нем. «verdreht»), церемонны, чопорны, напыщенны, вычурны, неестественны, скованны, неловки, нелюдимы». При этом J. Koch рассматривает ФФ как форму, рядоположенную другим выделяемым автором типам конституциональной «неполноценности».

Однако уже в трудах авторов начала XX века однозначность квалификации ФФ как конституционально обусловленного явления утрачивается, причем обнаруживается противоречивость в интерпретации природы этих состояний. Одни и те же исследователи могут трактовать ФФ с полярных позиций — и как проявление конституциональной патологии, и как симптомокомплекс эндогенного заболевания [6, 7, 9, 29, 30]. K. Birnbaum [31] и E. Kraepelin [6] впервые выделяют чудаковатость как проявление личностных аномалий (дегенеративные Verschrobenе K. Birnbaum). Такая оценка в DSM соответствует оси II, по которой квалифицируются личностные девиации. Вместе с тем эти же авторы рассматривают ФФ в качестве психопатологического расстройства, что в DSM означает принадлежность к оси I (актуальное психопатологическое расстройство/синдром). Так, E. Kraepelin [6], признавая существование личностей с конституционально обусловленными чудачествами, отмечает, что в большинстве случаев речь все же идет о проявлениях dementia praecox. Сходной позиции позднее придерживались O. Bumke [29], G. Sterzt [32], E. Kahn [9], K. Schneider [30].

На современном этапе модель ФФ как конституционально обусловленного расстройства признается валидной лишь в ограниченном числе исследований (преимущественно психологически ориентированные) [33, 34]​3​᠎.

В большинстве относящихся ко второй половине XX — началу XXI века публикаций втрактовке ФФ превалирует альтернативный подход. Ряд исследователей рассматривают изменения типа фершробен как один из вариантов шизофренического дефекта [1—4, 8, 14, 15, 35]. Их данные позволяют предполагать (вопреки представлениям, доминирующим в некоторых публикациях), что ФФ в качестве самостоятельного типа РЛ, т. е. когда характерологические девиации соответствуют дефиниции РЛ П.Б. Ганнушкина, — тотальны и целиком определяют структуру конституциональной аномалии [36], не наблюдается. В порядке обоснования выдвинутого положения необходимо подчеркнуть, что в современных классификациях РЛ (МКБ-10, DSM-5 и др.) проявления типа фершробен как отдельная категория не выделяются.

Одним из аргументов в пользу квалификации состояний типа фершробен как психопатологического синдрома (расстройство, соответствующее оси I) может также считаться несоответствие траектории этого синдрома динамике РЛ («шаги по жизни» [36, 37]). Неизменность/постепенное — на протяжении десятилетий — усугубление психопатологических проявлений ФФ в отсутствие периодов компенсаций, депсихопатизации [38] и ремиссий [39] несвойственны траектории Р.Л. Не соответствует клинической динамике РЛ и нехарактерная для конституционально обусловленной патологии эндоформная структура фаз, реакций и развитий, составляющих траекторию проявлений типа фершробен. Так, фазы могут быть квалифицированы как коэнестезиопатические, реакции — как диссоциативные с характеристикой перитравматического «detachment», а развития протекают по типу «второй болезни» [37, 40]​4​᠎.

Возвращаясь к проблеме ФФ как проявлению эндогенной патологии, необходимо обратить внимание на то, что формирование изменений типа фершробен соотносится с различными стадиями и типами течения эндогенного процесса. Так, еще E. Kraepelin [6], рассматривая репрезентации изменений типа фершробен в рамках шизофрении, отмечал, что эти расстройства могут формироваться как на начальных стадиях и при легких формах заболевания, так и при конечных состояниях dementia praecox. При этом в ряде исследований предпринимались попытки дифференциации ФФ в зависимости от формы и стадии заболевания. В частности, в диссертационной работе В.Ю. Воробьева [3] на модели шизофрении, протекающей с преобладанием негативных изменений при рудиментарности позитивных дименсий (аффективный, неврозо- и психопатоподобный регистры), показано, что на начальных этапах болезненного процесса изменения со структурой фершробен реализуются закономерным сочетанием ФФ преимущественно с негативными расстройствами по типу нивелирования личностных особенностей. В свою очередь окончательно сформированный дефект на отдаленных этапах процесса (крайний вариант дефекта) ограничивается сочетанием изменений типа фершробен со снижением уровня личности. При этом, хотя автор указывает на неоднородность клинических симптомокомплексов, квалифицируемых как дефект типа фершробен, такая гетерогенность негативных изменений реализуется, по его мнению, за счет сочетаний с дименсиями, принадлежащими другим формам дефекта. Однако возможности типологической дифференциации проявлений дефекта типа фершробен как такового не анализируются.

Цель настоящего исследования — определение психопатологической структуры и типологическая дифференциация феномена «фершробен» при шизофрении и заболеваниях шизофренического спектра.

Материал и методы

Выборку составили 50 пациентов, 33 женщины и 17 мужчин; их средний возраст был 44,8±8,5 года.

Обследование больных осуществлялось как в психиатрическом, так и общесоматическом учреждениях: на базе Отдела по изучению пограничной психической патологии и психосоматических расстройств (руководитель — акад. РАН А.Б. Смулевич) Научного центра психического здоровья (дир. — проф. Т.П. Клюшник) и в психотерапевтическом отделении Научно-образовательного клинического центра «Психосоматическая медицина» Первого Московского государственного медицинского университета им. И.М. Сеченова» (ректор — акад. РАН П.В. Глыбочко).

В исследование были включены больные шизотипическим расстройством (F21, МКБ-10), ШРЛ (DSM-IV, DSM-5), резидуальной шизофренией (F20.5, МКБ-10), состояние клоторых соответствовало специально разработанным комплексным исследовательским критериям включения для Ф.Ф. Последние составлены на базе современных классификаций психических расстройств (МКБ-10, DSM-5), дополненных данными литературы — как клинически ориентированных исследований, непосредственно посвященных ФФ [3—7, 9, 13, 14], так и работ (в том числе психологические), включающих характеристики сопоставимых с ФФ состояний, полученные при анализе проблем аутизма и негативных изменений при шизофрении [8, 29, 50, 51].

Критерии включения были следующие: 1) чудаковатость, эксцентричность, странность внешнего облика, речи, поведения в быту и всего уклада жизни, не соответствующего конвенциональным нормам и культурным стереотипам, не вписывающегося в контекст ситуации​5​᠎; 2) дистонность межличностных коммуникаций — лишенное нюансов и адекватной оценки сложившихся взаимоотношений взаимодействие с окружающими; вариабельность нарушений интерперсональных связей, отличающихся патологической, с потерей чувства такта и дистанции прямолинейностью и достигающая степени регрессивной синтонности неуместная откровенность, приобретающая свойства патологической обнаженности​6​᠎; 3) эмоциональная холодность, в крайнем выражении — отрешенность от родственников и друзей; прагматизм в межличностных, семейных отношениях, лишенных синтонности, естественности, бескорыстных проявлений любви. Парадоксальность чувств, имеющая следствием разделение окружающих либо на объект рационального взаимодействия (или даже повышенная опасность), либо (реже) избирательной симбиотической привязанности​7​᠎; 4) нестабильная трудовая деятельность, осуществляемая в соответствии с «воображаемой реальностью», без учета собственных возможностей, опыта и установок администрации и сотрудников, семейной ситуации, лишенная ориентировки на будущее с частой сменой рода занятий и снижением профессионального стандарта вплоть до полной несовместимости с производственным регламентом​8​᠎; 5) перцептивные нарушения соматопсихической сферы​9​᠎, формирующиеся в отрыве от реалий телесного функционирования, ранжируемые от коэнестезиопатий до телесных фантазий​10​᠎.

Критериями исключения являлись наличие выраженной сопутствующей соматической или неврологической патологии (острые или тяжелые хронические соматические и/или инфекционные заболевания), нейроинфекции, эпилепсии, органического поражения ЦНС любой этиологии; злоупотребления психоактивными веществами (F10−19 по МКБ-10).

Основными методами исследования в этой работе были психопатологический, психометрический, патопсихологический и статистический.

Психопатологическую оценку больных проводили в процессе клинических разборов, осуществлявшихся под руководством академика РАН проф. А.Б. Смулевича. Это патопсихологическое обследование было дополнено психометрическим с использованием набора методик и опросников, направленных на оценку когнитивной и личностной сферы. Для анализа мнестических способностей, нарушений мышления, характера ассоциаций и особенностей речи применяли методики «Заучивание десяти слов», «Пиктограмма», «Исключение предметов», интерпретации пословиц и метафор [56]. Для оценки личностностной сферы применяли опросник SPQ-74 [57] (опросник шизотипических черт).

Статистический метод был реализован с применением пакета программ SPSS 20.0. Для сравнения бинарных категориальных данных использовали критерий χ​2​᠎ Пирсона—Фишера с поправкой Йетса, для сопоставления относительных частот — Z-критерий. Для выявления связей между различными показателями был выполнен корреляционный анализ (коэффициент Спирмена), а для поиска значимых различий (при сравнении групп по разным параметрам) — однофакторный дисперсионный анализ ANOVA. Различия считали статистически значимыми при р<0,05.

Результаты и обсуждение

Анализ социодемографических показателей обследованной выборки, с одной стороны, подтвердил принадлежность изученных психических расстройств к заболеваниям эндогенного круга (шизофрения и патология шизофренического спектра), а с другой — отразил некоторые параметры дефицитарности, свойственные больным с негативными изменениями по типу фершробен.

Общая социодемографическая ситуация в рассматриваемой выборке характеризовалась признаками семейной и профессиональной дезадаптации (табл. 1, общая выборка). Такому выводу не противоречат формализованные показатели, отражающие высокий уровень полученного образования, и данные о номинально осуществляемой трудовой деятельности, если судить по шаблонным характеристикам (работает/не работает/инвалид). Дифференцированная квалификация реального трудового маршрута и интерпретация факта формально сохранной у части больных трудовой адаптации, вносящей вклад в общий процент трудоспособности, приведена ниже.

Таблица 1. Социодемографические показатели общей выборки и по группам Примечание. Приведенное в таблице распределение пациентов по группам обсуждается ниже.

Из табл. 1 видно, что на момент исследования из 50 пациентов в браке состоит лишь 1/3 обследованных — 16 (32,0%) больных, разведены 16 (32,0%), никогда не состояли в браке — 17 (34,0%), является вдовцом 1 (2%).

Более ¾ больных получили высшее образование — 38 (76,0%), что более чем в 3 раза выше, чем в населении в целом (23,5%), причем 5 (10,0%) человек имели два и более высших образования. Неоконченное высшее (учащиеся) имели 43 (6,0%) больных, что несколько выше значения в населении (4,6%). В связи с высокой долей больных с высшим образованием показатель для среднего специального составляет 8,0% (4 наблюдения), что закономерно значимо ниже, чем в населении (37,1%).

Хотя на момент обследования продолжали работать 32 (64,0%) пациента, что выше, нежели в целом по населению (46,3%), однако более чем в ½ случаев речь шла о трудоустройстве либо не по полученной специальности — 13 (33,3%), либо со снижением профессионального стандарта — неполная занятость, фриланс и т. п. — 7 (21,9%). В свою очередь не работали 18 (36,0%) больных против 53,7% в населении, а инвалидность по психическому заболеванию имели 4 (8,0%) пациента.

По данным патопсихологического исследования сферы мышления, 89,2% больных демонстрировали когнитивные нарушения по типу искажения (нарушения мотивационного аспекта мышления), включая тенденцию к резонерству, соскальзываниям, актуализации латентных признаков и др., характерные для расстройств шизофренического спектра. При этом лишь у 14,3% пациентов выявлен сниженный уровень обобщения, а у 3,5% — динамические нарушения мышления в форме инертности. В результате корреляционного анализа установлена связь операционального аспекта мышления с мотивационным: уровень обобщения коррелировал с буквальностью и выраженностью тенденции к соскальзываниям (r=0,6). Было установлено, что чем ниже способность к обобщению, тем выше склонность интерпретировать переносный смысл буквально и тем чаще наблюдаются соскальзывания на нейтральные или личностно значимые темы по механизму ассоциации. Кроме того, нарушения мотивационного аспекта мышления (тенденция к актуализации латентных признаков и резонерству) коррелировали также с эмоциональной холодностью (r= –0,6 и –0,5 соответственно), т. е. эмоциональная дефицитарность сочеталась с более выраженной тенденцией к резонерству, интеллектуализированию и высокой степенью использования несущественных, латентных признаков при решении когнитивных задач.

Согласнопсихометрической оценке шизотипии средний суммарный балл по шкале SPQ-74 в обследованной выборке составил 24,0±13,8 (медиана — 21, min — 4; max — 54 балла)​11​᠎, что соответствует умеренной выраженности шизотипических черт (среднее значение — в диапазоне от 12 до 41 балла [58—60]). Субъективный опросник SPQ-74 в отличие от различных вариантов клинических интервью не используется для диагностики шизотипии, а широко применяется в исследовательских проектах, прежде всего для дименсиональной оценки ШРЛ [61]. В табл. 2 приводятся результаты обследования больных по SPQ-74.

Таблица 2. Дименсиональная структура изученной выборки по факторам опросника SPQ-74, баллы

Из приведенных в табл. 2 данных видно, что максимальные — пиковые значения по SPQ-74 относятся к факторам и субшкалам «странная речь» (3,7 балла) и «дисфункция межличностных отношений» (3,4), затем следуют (по мере снижения показателя) «отсутствие близких друзей» (3,0), «подозрительность» (3,0), «эксцентричное поведение» (2,8), «ограниченный аффект» (2,7) и «когнитивный дефицит» (2,7). Представленные параметры, продемонстрировавшие сравнительно более высокие показатели, в целом соотносятся с основными клиническими критериями включения, прежде всего такими как «чудаковатость, эксцентричность, странность» («странная речь», «эксцентричное поведение» по SPQ), «дистонность межличностных коммуникаций» («дисфункция межличностных отношений», «отсутствие близких друзей», «подозрительность» по SPQ), «эмоциональная холодность/отрешенность» («ограниченный аффект» по SPQ). В свою очередь фактор SPQ-74, обозначенный как «когнитивный дефицит», коррелирует с уже рассмотренными данными патопсихологического исследования сферы мышления, полученными в объективных тестах.

Таким образом, дименсиональная структура согласно SPQ-74 может рассматриваться как дополнительное обоснование репрезентативности исследованной выборки в плане набора не только шизотипических дименсий, но и признаков, непосредственно соответствующих негативным изменениям типа фершробен и положенных в основу отбора клинического материала.

Распределение больных на группы. Анализ психопатологической структуры ФФ, формирующегося в рамках шизофрении и расстройств шизофренического спектра, свидетельствует о его неоднородности, что стало основанием для распределения выборки больных на две клинические группы с первичным дефект-синдромом — 1-я группа и дефектом по типу второй жизни — 2-я группа. При этом речь идет о дифференциации негативных изменений (странности, чудачества, эксцентричность поведения, реализующиеся как в условиях трудовой деятельности, так и определяющих состояние больных в бытовых ситуациях) не только по структуре и амплитуде отклонения от конвенциональных норм, но и модусу формирования, а также уровню сопряженности их выраженности со степенью нарушения социальной адаптации.

Такая дифференциация находит косвенное подтверждение в приведенных выше наблюдениях ряда авторов о возможности формирования дефекта типа фершробен как на начальных этапах, так и в период завершения шизофренического процесса.

1-я группа больных с первичным дефект-синдромом состояла из 23 наблюдений, 17 женщин и 6 мужчин, средний возраст которых был 47,2±12,7 года​12​᠎.

Изменения типа фершробен, отнесенные к 1-й группе, были ограничены кругом психопатоподобных — аутистических и эмоциональных расстройств, проявляющихся странностями (oddity) внешнего облика, речи, поведения. Наряду с этим был характерен диссонанс интерперсональных, в первую очередь внутрисемейных связей, а также производственных отношений. При этом психопатологические проявления, составляющие структуру дефекта, выражались неравномерно и чаще всего носили ограниченный — циркумскриптный характер. В одних случаях могла превалировать дисгармония в супружеских отношениях, в других — служебные неурядицы. Отдельные негативные изменения, будучи в латентном состоянии, в течение обыденной жизни малозаметны и лишь в условиях, экстремальных для этого контингента больных (трудоустройство/увольнение, заключение/расторжение брака и пр.), требующих кардинальных, «судьбоносных» решений, принимали форму отчетливых чудачеств и странностей, т. е. клинически завершенных симптомокомплексов, определяющих нелепость поведения (транзиторные негативные симптомы — transientnegativesymptoms [63]).

В первую очередь в облике больных выделялась особая, контрастирующая с внешней ухоженностью и чистоплотностью, выбивающаяся из общего стиля, бросающаяся в глаза манера выбора одежды — аксессуаров, деталей гардероба, не соответствующих возрасту, социальному положению и/или служебному дресс-коду. Картина дополнялась странностями речи — злоупотреблением неуместными в устном общении книжными выражениями, стереотипными иноязычными оборотами, штампами, используемыми вне контекста беседы, психологическими и другими специальными терминами.

В ряду аутистических проявлений негативного ряда (нарушения аллопсихического резонанса, сопровождающиеся в крайнем выражении потерей чувства такта и дистанции) отмечалась дистонность отношений с окружающими — неспособность «настроиться на собеседника», достичь в общении психологического комфорта, прямолинейность со склонностью буквально понимать сказанное. У больных этой группы затруднено понимание переносного смысла и тонкостей метафор, они лишены чувства юмора.

Парадоксальность эмоций, свойственная больным 1-й группы, наиболее ярко проявлялась в структуре внутрисемейных отношений. На первый план выступал дефицит эмпатии по отношению к родителям. Была возможна выраженная антипатия к отцу, матери или кому-либо из дальних родственников (кузина, теща, свекровь и др.). В то же время обнаруживались избирательные привязанности к малознакомым людям, как правило, психопатизированным, относящимся к иному (чаще всего более низкий) социальному кругу.

Необычны и чудаковаты, как указывал E. Kraepelin [6], отношения лиц с изменениями типа фершробен с противоположным полом. Превалируют странные и обычно непродолжительные увлечения (нестабильность эмоций, частая смена партнеров), а также мезальянсы — браки и внебрачные связи с лицами не только иного культурного, возрастного/интеллектуального уровня, но и страдающими аддиктивной патологией (злоупотребление алкоголем, наркомания). Бедность эмоциональной жизни, холодность чувств, отличающая больных с изменениями типа фершробен [13], отнесенных нами к 1-й группе, проявляется и ограниченностью диапазона эмоциональных реакций, актуализирующихся в психотравмирующих ситуациях.

Так, психогении после острой или более протрагированной психической травмы (известие о внезапной смерти или неизлечимой болезни близкого родственника, измена супруга, повлекшая распад семьи, банкротство и др.) ограничены узким кругом транзиторных (от нескольких дней до 2—3 нед) атипичных по клинической картине психогений. Последние проявлялись реакциями горя с явлениями аффективного диссонанса (отражали эгоцентрический характер эмоциональных связей с заболевшим/умершим родственником) [64], подавленной реакцией горя [65—67], феноменом«упругости» (resilience) — устойчивости к стрессу [68], при которых указанные расстройства могут быть связаны с явлениями эмоциональной дефицитарности; диссоциативными реакциями (перитравматическая detachment/compartment диссоциация) с возникающим в структуре психогении кратковременным или более пролонгированным отчуждением сознания несчастья, вплоть до его полного отрицания. В отдельных случаях наблюдались транзиторные гипомании (реактивные мании [69, 70] с явлениями повышенной активности, раздражительности, взбудораженности, без признаков выраженной подавленности, фиксации на трагических событиях и легкой переключаемостью на посторонние темы).

Профессиональный маршрут больных 1-й группы неоднозначен и характеризовался полярными тенденциями. В одной части наблюдений — «пассивные чудаки» [9] — выявлялись признаки монотонной активности​13​᠎. Пациенты (8 больных), сохраняя стабильный профессиональный статус и постоянство в выборе места работы, обнаруживали неспособность к карьерному росту. Возможности их продвижения по службе в связи с интеллектуальной ограниченностью, странностями поведения, аутистическими установками, ригидностью и склонностью к однонаправленной рабочей активности были крайне ограничены.

Будучи лишены творческих устремлений и карьерных амбиций, эти лица избирали «тупиковый» профессиональный маршрут; на протяжении десятилетий задерживались на средних/низших ступенях избранной профессии без как повышений, так и сниженияпрофессионального стандарта.

К другой части наблюдений относились «активные чудаки» (13 наблюдений) [9] с чертами первичной аутистической активности​14​᠎, обнаруживающие профессиональную нестабильность с частой сменой места и рода занятий. Хотя деятельность пациентов оставалась в рамках одной сферы, они не удерживались на занимаемых должностях, внезапно переставали работать, из-за малозначащих причин могли сменить профессию. «Извилистый» трудовой маршрут был обусловлен в этих случаях неспособностью уложиться в установленный регламент, следовать опыту сослуживцев, учитывать сложившуюся систему служебной субординации. В связи с неадекватной оценкой (чаще переоценка) собственных возможностей пациенты пытались разрешать стандартные рабочие проблемы собственным путем, брались за задачи, которые не способны решить, строили несовместимые с реальными техническими условиями, чреватые опасностью финансовых потерь планы. Их деятельность была лишена долгосрочных перспектив, не достигала поставленных целей.

Перцептивные соматопсихические нарушения сопоставимы с явлениями проприоцептивного диатеза [72] — формируются в отрыве от реалий телесного функционирования, при структурировании представлений о физиологических процессах в согласии с готовыми аутистическими схемами. Сенсопатии представлены психалгиями (в том числе идиопатическими), изолированными конверсионными и органоневротическими нарушениями. Необычность, странность, гротескность телесной перцепции сказываются в ограниченной воображаемыми рамками презентации таких гомономных сенсаций. Последние возникают вне связи с физиологическими процессами (прием пищи, физические нагрузки, цикл сон—бодрствование и др.), четко локализованными в пространстве тела (боль головная, тазовая, в одном позвонке и др.), и отличаются особыммодусом манифестации и обратного развития. Речь идет о внезапно возникающих в строго очерченные временны́е промежутки вспышках болей (а также других соматовегетативных — органоневротических — расстройствах), экзацербация которых в некоторых случаях приобретает особый стереотип и происходит лишь в определенной обстановке, либо в связи с тем или иным видом деятельности, а купирование — с помощью подчас экзотичных «лечебных» приемов собственной разработки.

Формирование ФФ в наблюдениях, отнесенных к обсуждаемой группе, в окончательном виде завершалось уже на ранних этапах эндогенного процесса. В дальнейшем на большем протяжении жизни/заболевания структура негативных изменений существенно не менялась («шизофрения, остановившаяся в самом начале» [73]), а динамика заболевания реализовалась на уровне различных позитивных (ипохондрические, диссоциативные, аффективные) расстройств.

В связи с ранним становлениемФФ точное начало его формирования в 1-й группе зафиксировать удалось лишь в единичных наблюдениях (6 пациентов), в остальных случаях можно предположительно говорить о стертом приступе шизофрении в детском/пубертатном возрасте [74—76]​15​᠎. Однако материал настоящего исследования не может как однозначно подтвердить такое предположение, так и полностью от него отказаться. Косвенным аргументом в пользу перенесенного в детском/подростковом возрасте шуба являются стертые сдвиги, зарегистрированные у больных на протяжении последующей жизни. Такое предположение находит подтверждение и в современных исследованиях, выполненных в психологической традиции. Так, в соответствии с данными F. Mathijsen [78], некоторые триггерные воздействия могут провоцировать у предрасположенных личностей подросткового/юношеского возраста серьезные сдвиги (paradigm shift) в когнитивной сфере, и в первую очередь в мировоззрении. При этом процесс реорганизации обозначается как «синдром рака-отшельника» (Hermit Crab syndrome). По мнению автора, этот синдром в свою очередь играет роль медиатора, обозначающего переход к формированиюсостояний, среди ключевых характеристик которых доминируют дименсии по типу «oddity», в значительной степени перекрывающиеся с ФФ.

Дальнейшая динамика заболевания при стабильности негативных изменений по типу фершробен реализуется ипохондрическими симптомокомплексами с явлениями телесного аутизма («вторая болезнь» [40]), диссоциативными реакциями по типу перитравматического detachment, субсиндромальными аффективными расстройствами по типу нажитой циклотимии. Их манифестация (большей частью психогенно/соматогенно провоцированная) приходится на зрелый возраст (в среднем — 31,6±12,7 года) и является причиной декомпенсаций, приводящих в том числе к обращениям за медицинской помощью. Доминированием в клинической картине соматизированных расстройств обусловлен факт накопления в 1-й группе больных, обследованных в общесоматической сети, — 15 (65,2%), доля которых значимо выше, чем госпитализированных в психиатрический стационар — 8 (34,8%).

2-я группа — дефект по типу «второй жизни»​16​᠎ — включала 27 больных, 16 женщин и 11 мужчин; средний возраст — 42,7±5,7 года.

Негативные изменения типа фершробен в наблюдениях этой группы, формирующиеся на поздних этапах течения шизофрении, носили характер вторичных по отношению к редукции энергетического потенциала и когнитивным нарушениям (псевдоорганический дефект), наступившим вслед за серией стертых приступов и «сдвигов», психопатологических образований.

Манифестация расстройств приходилась на период стабилизации процесса, реализовалась в рамках ремиссий по типу «второй» жизни, сопровождающихся отчуждением реалий жизни прошлой, с полным переосмыслением интересов и ревизией системы ценностей.

Формы конвенциональной активности (в первую очередь профессиональной — юриспруденция, журналистика, лингвистика, геология, инженерная специальность и др.), ранее наполненные личностным смыслом, в связи с наступившими вслед за перенесенными приступами сдвигами самосознания и утратой возможности регламентировать собственную деятельность отчуждались и обесценивались, словно имеющие отношение к постороннему, подменяясь патологическими сверхценными увлечениями [86].

Основным содержанием жизни (сверхценное мировоззрение при изменениях типа фершробен) [7, 87]) становились странные, оторванные от реальности хобби, выступающие в качестве проявлений односторонней аутистической активности и носящие характер необычных, подчас лишенных всякого смысла увлечений [88]. На первый план чаще всего выступали идеи реформаторства или собирательство (экзотическая модификация огнестрельного оружия, составление нелепых, базирующихся на концепции вегетарианства диет, бессмысленное коллекционирование вещей, открыток с изображением одного из редких видов животных, создание априори убыточных бизнес-моделей в малознакомых и малоизвестных областях, например курсы по средневековым танцам и пр.).

Патологические увлечения, ассоциированные с другими проявлениями (дистонность интерперсональных отношений, дисгармония семейной жизни и др.), составляли общее пространство негативных изменений во 2-й группе. При этом проявления типа фершробен, манифестирующие на базе псевдоорганического дефекта, в сопоставлении со свойственными наблюдениям 1-й группы циркумскриптными психопатоподобными проявлениями обнаруживали различия. Не сопровождаясь критическими нарушениями социальной адаптации, они приобретали форму генерализованного, определяющего всю картину негативных изменений, а в ряде случаев — инвалидизирующего расстройства (см. табл. 1). Так, больные обсуждаемой группы обнаруживали статистически значимо более низкий (р<0,05) по сравнению с 1-й группой уровень семейной адаптации: женаты/замужем 11,1% против 56,6%, разведены 40,7% против 21,7%, никогда не состояли в браке 44,5% против 21,7%. При этом, несмотря на сопоставимый уровень полученного образования (межгрупповые различия статистически не значимы), пациенты 2-й группы характеризовались также более низким профессиональным статусом: работали 40,7% против 91,3% в 1-й группе, не трудоустроены 59,3% против 8,7% (р<0,05). Даже среди формально трудоспособных во 2-й группе 6 (22,2%) больных работали не по специальности или со снижением профессионального стандарта. Если доля инвалидов по соматическому заболеванию в сравниваемых группах была сопоставимой (по 1 наблюдению — 4,4 и 3,7% соответственно в 1-й и 2-й группах), то инвалидность по психическому заболеванию во 2-й группе установлена в 4 (14,8%) случаях, тогда как в 1-й группе не зарегистрирована.

Все пространство деловой активности, личной жизни, межперсональных отношений, соответствовавшее прежде конвенциональным нормам, видоизменялось за счет выступающих на первый план странностей, чудачеств, нелепых поступков и эксцентричности поведения в целом.

Внешний облик нес отпечаток претенциозности и неряшливости. Если у больных 1-й группы странности выбора одежды (при внешней ухоженности и чистоплотности) сводились к игнорированию «условностей», связанных с возрастом или социальным положением, то наряд пациентов 2-й группы представлял собой значительно более причудливую картину. Их внешний вид был нелеп, детали туалета, а иногда и весь облик определялись областью сверхценных увлечений (ковбойская шляпа, охотничий жилет, экзотический национальный костюм и пр.). В остальных наблюдениях нарочитая экстравагантность без учета особенностей фигуры, возраста, ситуации оказывалась слепым и безвкусным следованием устаревшим стереотипам (сочетание «леопардового» принта и кружевного болеро, атласного пиджака c джинсами), либо молодежным тенденциям (цветные волосы). Самодельные аксессуары, преподносимые как эксклюзивные, часто были несовместимы (сочетание христианской символики и оберега-амулета от «сглаза»). Чудачества в одежде сочетались с откровенной неряшливостью (непричесанные/неокрашенные волосы, нелепость макияжа, засаленная мятая одежда, от которой мог исходить дурной запах).

Выраженные, достигающие степени «словесной эквилибристики» нарушения речи наблюдались не во всех случаях. Однако сентенции некоторых пациентов изобиловали неологизмами. Чаще регистрировались проявления патологического полисемантизма (придание известным словам нового, основанного на формальных лексических признаках смысла) [89].

Нарушения эмоциональных связей, более выраженные в сопоставлении с наблюдениями 1-й группы, достигали степени отрешенности от близких родственников (родители, дети) или друзей. Подчас игнорировалась элементарная потребность в оказании им помощи в связи с болезнью, необходимостью ухода, тяже

«Спóйлер» — происхождение и значение слова

Термин «спойлер» происходит от английского to spoil, что переводится как «портить» или «мешать». В современном медийном пространстве спойлером называют информацию о важной детали сюжета или неожиданной концовке произведения (чаще всего книжной или кинематографической новинки), которую раскрыли зрителю преждевременно. Она разрушает интригу и не дает пережить ее самостоятельно.

До 1970-х годов слово «спойлер» никогда не связывали с кинематографом или литературой и употребляли в прямом значении. Это изменилось весной 1971 года, когда автор журналов и сценарист Дуглас Кенни опубликовал в своем юмористическом журнале National Lampoon материал под названием «Спойлеры». В нем он раскрыл все сюжетные повороты многих популярных произведений — от книг Агаты Кристи до фильмов Альфреда Хичкока и Орсона Уэллса. Сам Кенни назвал свою статью «спойлером», который поможет зрителям и читателям «сохранить время и деньги».

Активнее использовать этот термин начали уже в конце 1970-х поклонники американского научно-фантастического фильма «Звездный путь» Роберта Уайза. В новостных сообществах, где они делились мнением о кино, сообщения со спойлерами отмечали специальным знаком. И только в начале 2000-х годов это слово начали употреблять кинокритики и пресса. Они добавляли в материалы словосочетание «spoiler alert», которое переводится как «Осторожно, спойлеры». Первым это сделал в 2001 году кинокритик Роджер Эберт в отзыве на комедию «Приключения Джо Грязнули», а через год — и газета The New York Times в рецензии на телеигру Dog Eat Dog.

Со временем начали даже отмечать Всемирный день спойлера — его празднуют 4 июня. А для людей, которых сильно раздражают спойлеры, придумали специальный термин «спойлерофобия».

Чтобы изучить феномен спойлера, в разных странах начали проводить исследования. Самое крупное из них организовали в США в 2014 году. Стриминговый сервис Netflix запустил трансатлантический проект «Жизнь со спойлерами», результаты которого призваны сравнить отношение зрителей к спойлерам.

определение феномена The Free Dictionary

Другое явление теперь могло бы пройти перед взором наблюдателя, и молекулы, расположенные на плоскости экватора, вырвавшись, как камень из перевязи, веревка которой внезапно оборвалась, образовали бы вокруг Солнца различные концентрические кольца, напоминающие кольца Солнца. Сатурн.

Что касается явления, известного как «пепельный свет», то оно естественным образом объясняется эффектом передачи солнечных лучей от Земли на Луну, которые придают завершенность лунному диску, пока он проявляется. под формой полумесяца во время его первой и последней фаз.

‘Совершенно …!’ Мистер Краммлз остановился: язык был недостаточно силен, чтобы описать феномен младенца. «Вот что я вам скажу, сэр, — сказал он; «Невозможно представить талант этого ребенка.

Было; поскольку феномен младенца, хотя и был невысоким, имел лицо сравнительно пожилого возраста и, кроме того, был точно того же возраста — возможно, не в полной мере, как в памяти самого старого обитателя, но определенно в течение пяти хороших лет.

«Каждое психическое явление характеризуется тем, что схоласты средневековья называли намеренным (также ментальным) отсутствием объекта, и то, что мы, хотя и не совсем однозначно, но называем отношением к содержанию, направлением к объекту. (что здесь не следует понимать как реальность) или имманентная объективность.Но какими бы маленькими ни были единицы, мы считаем, что взять любую единицу, изолированную от других, или предположить начало какого-либо явления, или сказать, что воля многих людей выражается действиями какого-либо одного исторического персонажа, — значит Для того чтобы читатель мог лучше понять расположение этих частей жилища, я прилагаю план первого этажа правого крыла, нарисованный Рультабилем на следующий день после того, как произошло необычное явление, подробности которого я знаю. собирается рассказать.PHENOMENON и NOUMENON передавались туда и сюда. последнее является феноменом. Ноумен немного трудно определить; его можно понять только как процесс рассуждения — что является феноменом. новое явление.С момента отрыва от земли их собственный вес, вес снаряда и окружающих его объектов все больше уменьшались. , так что их соответствующие уровни слегка изменяются: но второй случай — гораздо более важное явление. Во время большинства землетрясений, и особенно во время землетрясений на западном побережье Америки, несомненно, что первым сильным движением воды было отступление.

Что такое явление? | Блог словаря Macmillan

Происхождение слова

Слово феномен происходит от греческих слов «файнеин», означающих «выявлять», и «файнестхаи», означающих «появляться». Это более прямое происхождение от позднелатинского слова «phnomenon», которое также происходит от греческого «phainomenon», означающего «то, что появляется». Слово феномен впервые появилось в английском языке где-то в 1570-х годах, а его первое зарегистрированное использование в его нынешнем значении было в 1771 году.

Примеры

Явление — существительное, которое относится к возникновению события или ситуации. Его часто используют для описания экстраординарных или неожиданных ситуаций: «Метеоритный дождь прошлой ночью был феноменом , который случается только раз в жизни», или «Малобюджетный независимый фильм оказался чрезвычайно успешным во всем мире феноменом ». Слово феномен также может иногда использоваться для описания необычайно талантливых людей: «Молодая футбольная звезда быстро становилась феноменом на международной арене.”

Поскольку люди во всем мире начинают готовиться к праздничному сезону, метеорологи предсказывают, что в Британии будет самая холодная зима за многие годы благодаря глобальному погодному явлению Ла-Нинья. В некоторых частях страны температура уже упала до -10 градусов по Цельсию, а в последние недели в горах восточной Шотландии был зафиксирован снегопад.

Ла-Нинья как явление происходит регулярно каждые несколько лет, когда температура поверхности моря падает в центральной части Тихого океана.Это изменение может значительно нарушить погодные условия во всем мире, включая увеличение количества осадков, учащение штормов и температуры ниже средней.

Ла-Нинья в последний раз повлияла на погодные условия в Великобритании в 2010 году, вызвав широкое распространение снега и льда, а также температуры, значительно ниже типичных для зимы. С тех пор холодные температуры по всей стране колеблются в пределах среднего. Этой зимой, однако, некоторые сообщения указывают на то, что явление Ла-Нинья вызовет рекордные минимумы и снегопады по всей Англии и Уэльсу.Метеорологи предсказывают, что февраль будет самым холодным месяцем за несколько лет. Фактически, этой зимой в Лондоне может быть целых семь дней снега и льда, скорее всего, в феврале.

Определение

1. событие или ситуация, которые могут произойти или существуют
2. кто-то или что-то, что очень впечатляет или удивляет
См. Полное определение в словаре Macmillan Dictionary.

Феномен / Явления, среда / СМИ — Блог — Библиотека ESL

Единственное или множественное число… что такое?

Английское множественное число обычно легко формируется учениками: просто добавьте -s в конец единственного числа.Но, как и почти все правила английской грамматики, есть исключения. Часто эти исключения происходят из слов, заимствованных из других языков, таких как греческий или латинский. Главный писатель ESL-Library недавно спросил меня о феномене , , , и феномене , , , и я был удивлен, что это было нечто большее, чем просто единственное и множественное число. Я думал, что изучу medium и media , пока тоже занимался этим, поскольку media — это слово, часто используемое в наши дни.

Феномен против. Явления

Заимствовано из греческого языка, английское слово феномен является наиболее распространенной формой единственного числа и феноменом является наиболее распространенной формой множественного числа . Фактически, и в Oxford Canadian Dictionary , и в Chicago Manual of Style перечислены только эти две статьи.

Тем не менее, как Merriam-Webster’s Dictionary , так и Merriam-Webster’s Dictionary of English Usage содержат более подробные сведения об использовании и истории этого слова.Они перечисляют возможные формы множественного числа как явления (гораздо более распространенная форма), когда значение наблюдаемый факт или событие , но феномены , когда значение исключительный, необычный или ненормальный человек, вещи, или происшествие .

Знаете ли вы, что феномен используется как форма единственного числа, в основном в речи, с 1576 года? Как насчет явлений во множественном числе с 1635 года? Словарь английского языка Merriam-Webster предполагает, что единичный феномен не более неправильный, чем слова повестка дня и выносливость , которые явно принимаются как единственное число.Однако они не рекомендуют использовать феномен в качестве единственного числа, пока оно не станет гораздо более распространенным в речи и печати, если вообще когда-либо будет. Сведем к минимуму путаницу!

Мое заключение:

Правила большинства: используйте феномен для единственного числа и феномена для множественного числа , по крайней мере, на данный момент!

Средний Vs. СМИ

Заимствованные из латыни английские слова medium и media сложны, потому что имеют более одного значения.В большинстве значений за пределами средства массовой информации , форма единственного числа — это средний , а множественное число — носитель . Но наших студентов, скорее всего, в первую очередь интересует СМИ (телевидение, радио, социальные сети и т. Д.), значение. Какие формы для этого случая? Здесь есть небольшие разногласия, которые в основном связаны с тем, рассматриваете ли вы media как существительное во множественном числе (которое принимает форму глагола множественного числа) или как существительное без учета (которое принимает форму глагола единственного числа).

  • Оксфордский канадский словарь говорит, что носители можно рассматривать как единственного или множественного числа (т. Е. носители… , носители… ).
  • Чикагское руководство по стилю говорит, что носитель — это форма множественного числа (то есть носители… ).
  • Словарь Merriam-Webster говорит, что носитель — это единственного или множественного числа по конструкции (т.е., носитель… , носитель… ).
  • Словарь английского языка Merriam-Webster более подробно говорит о том, что несчетное использование (т. Е. единственного числа глагол) носителя , похоже, растет, как и использование без подсчета. слова данные . Тем не менее, они также отмечают, что для всех значений media как множественное число count существительное или несчетное существительное с множественным числом глагол по-прежнему гораздо более распространено, чем media как единственное число считать существительное или не считать существительное с глаголом единственного числа .Кто знал?

И, в качестве примечания, множественное число медиум , как в духовном медиуме (например, гадалка) — это медиум !

Мое заключение:

Ну, media сбил меня с толку больше, чем раньше, когда я в него заглядывал! Лично я в основном слышал и использовал media как несчетное существительное с глаголом единственного числа , и буду продолжать это делать (как и в : СМИ очень плохо разбираются в этом последнем скандале.)

Таня

Источники :

  • Чикагское руководство по стилю , 16-е издание, раздел 5.220.
  • Оксфордский канадский словарь современного английского языка .
  • Энциклопедический словарь Мерриам-Вебстера , 11-е издание.
  • Словарь английского языка Merriam-Webster .

В чем разница? — Счетчик слов

Этимология

Согласно Интернет-этимологическому словарю , слово «феномен» произошло от протоиндоевропейского (ПИЕ) корня bha-, , означающего «сиять».Греческое слово phainein, , означающее «выявлять, вызывать, показывать», произошло от этого корня ПИРОГ. Пассивная форма, phainesthai, означает «появляться». От причастия настоящего времени среднего рода phainesthai , мы получаем форму существительного, phainomenon. Греческое слово phainomenon уже напоминало наше современное слово «феномен». В поздней латыни возникло написание phnomenon . В 1570-х годах это слово вошло в английский язык, обозначая «факт, наблюдаемый непосредственно, вещь, которая появляется или воспринимается, событие.”

Как слово, заимствованное непосредственно из латыни, феномен формы единственного числа сохранил феномен множественного числа. Интернет-словарь этимологии объясняет, что -a — это «окончание именительного падежа во множественном числе некоторых существительных и прилагательных в латинском и греческом языках, которые были приняты в английский язык».

Иммануил Кант и явления

Философские работы Иммануила Канта оказали большое влияние на то, как мы понимаем явления сегодня.Он дал определения как нумен , так и феномену . Согласно энциклопедии Британская энциклопедия , Кант описал ноумен как «вещь в себе ( das Ding an sich ) в отличие от того, что Кант называл феноменом — вещи, какой она кажется наблюдателю». Он использовал эту терминологию, чтобы различать умозрительный разум и практический (или моральный) разум. Кант утверждал, что «феноменальный мир является выражением силы и что источником этой силы может быть только потусторонний ноуменальный мир.”

Кант обрисовал различия между ноуменом и феноменом в книге Критика чистого разума (1781). Интернет-словарь этимологии подтверждает, что определение феномена, означающего «видимость или непосредственный объект опыта», пришло из периода непосредственно после публикации этой книги. Новое определение явлений стало популярным к 1788 году.

Определения

Интересно, что Merriam-Webster перечисляет одни определения явления как имеющие множественное число «феномены», а другие — как имеющие множественное число «феномены».

В частности, определение «исключительный, необычный или ненормальный человек, вещь или явление» во множественном числе означает «феномены».

В противном случае в следующих определениях явления «феномен» используется во множественном числе:

  • наблюдаемый факт или событие
  • объект или аспект, известный посредством органов чувств, а не посредством мысли или интуиции
  • временной или пространственно-временной объект сенсорного опыта в отличие от нумена
  • факт или событие, представляющее научный интерес, восприимчивый к научным исследованиям описание и объяснение

Merriam-Webster не указывает предпочтительное множественное число для этого определения: «редкий или значительный факт или событие.Так что, по-видимому, могут использоваться оба множественного числа. Когда это слово относится к необычному или редкому, вы можете использовать «феномены»; однако научные или сенсорные наблюдения всегда следует относить к «феноменам» во множественном числе.

Синонимы

Согласно Thesaurus.com , синонимы явления включают:

  • аномалия
  • аспект
  • обстоятельства
  • эпизод
  • событие
  • опыт
  • факт
  • инцидент
  • чудо
  • парадокс
  • реальность
  • ощущение

Тезаурус.com перечисляет следующие синонимы явлений:

  • разработка
  • опыт
  • фантазм
  • чудо
  • феноменальность

Антонимы

Согласно Thesaurus.com , антонимы явления включают:

  • обычность
  • нормальность
  • регулярность

Слова в контексте

«Как это называется? Синестезия? — спрашивает она сына.Она все еще изучает неврологический феномен, который часто описывается как «пересечение чувств».
Доброе утро, Тампа-Бэй , «Местное музыкальное чудо поражает слушателей…»

«Ученые наблюдали подобные явления ближе к дому, вокруг Земли и наших планетных соседей, но никогда в межзвездном пространстве».
Atlanti c, «Путешественники нашли небольшой сюрприз в межзвездном пространстве»

«В 1968 году Зонфист писал:« Как и в военных памятниках, которые фиксируют жизнь и смерть солдат, необходимо помнить о жизни и смерти природных явлений, таких как реки, источники и естественные обнажения.«»
Ярмарка тщеславия , «Новая коллекция мебели от проекта Green River…»

«Это явление называется« великое соединение »- когда кажется, что астрономические объекты встречаются друг с другом с выгодной позиции Земли».
Тайм-аут Нью-Йорк , «Великое соединение Юпитера и Сатурна будет видно…»

«Недавнее повышение рождаемости в некоторых из самых богатых стран — интересное явление».
The Economist , «Фертильность в иллюстрациях»

«Одним из больших явлений во время пандемии 2020 года стал рост цифрового звука, поскольку миллионы слушателей всех возрастов обращаются к онлайн-музыке и подкастам, чтобы пережить самые тяжелые времена.»
CNBC ,« Как Spotify надеется выиграть войну подкастинга »

Источники:

  1. https://www.etymonline.com/search?q=phenomenon
  2. https://www.etymonline.com/word/-a
  3. https://www.thesaurus.com/browse/phenomenon?s = t
  4. https://www.merriam-webster.com/dictionary/phenomenon
  5. https://www.abcactionnews.com/news/gmtb/local-musical-prodigy-amazes-listeners-says-he-hears -colors
  6. https://www.theatlantic.com/science/archive/2020/12/voyager-nasa-solar-system-heliosphere/617297/
  7. https: // www.vanityfair.com/style/2020/12/green-river-project-spencertown-collection-new-domesticity
  8. https://www.economist.com/business/2013/08/31/cultural-revolution
  9. https: //www.timeout.com/newyork/news/jupiter-and-saturns-great-conjunction-will-be-visible-from-nyc-tonight-122120
  10. https://www.britannica.com/topic/noumenon
  11. http://www.gutenberg.org/files/4280/4280-h/4280-h.htm
  12. https://www.cnbc.com/2020/12/03/how-spotify-hopes- чтобы выиграть-подкастинг-войны.html
  13. https://www.economist.com/free-exchange/2009/11/02/fertility-illustrated

Кари Лиза Джонсон

Я отмеченный наградами драматург со склонностью к игре слов. Получив отличную оценку на Writing SAT, я прошел свой путь в Университете Брауна, подрабатывая наставником по подготовке к тесту Kaplan. Я получила степень бакалавра с отличием в области литературного искусства (драматургия), что дало мне возможность учиться у лауреата Пулитцеровской премии Паулы Фогель. На моих предыдущих должностях в качестве продюсера новых медиа в Rosetta Stone, директора по маркетингу глобальных предприятий в The Juilliard School и вице-президента по цифровой стратегии в Up & Coming Media я помогал развивать голос международных брендов.В моем домашнем офисе на Мауи, Гавайи, я в настоящее время работаю над внештатными и авторскими проектами.

Разница между феноменом и феноменом

Феномен против феномена

Два слова или существительные «феномен» и «феномен» часто сбивают с толку людей. Иногда они используются неправильно людьми, которые думают, что их можно использовать как взаимозаменяемые. Однако это неправда, и эти два слова или существительные не могут использоваться как синонимы. Это формы единственного и множественного числа от слова «явление».«Феномен» — это форма единственного числа, а «феномен» — форма множественного числа.

Мы очень хорошо знаем, что формы множественного числа и формы единственного числа должны использоваться надлежащим образом с единичным объектом и множественным числом соответственно.

Словарное значение «явления»

«Феномен» означает «факт, происшествие или обстоятельство, наблюдаемые органами чувств».

Необычное, впечатляющее, значительное, необычное, необъяснимое происшествие или факт.

Исключительный или замечательный человек; задаваться вопросом; вундеркинд.

«Феномен» также означает «философия».

Внешний вид.

Кантианство, вещь, созданная или созданная разумом.

Использование

«Феномен» имеет два множественного числа, хотя в этой статье мы конкретно говорим о множественном числе «феномен». Тем не менее, следует знать, что слово «феномен» во множественном числе означает «феномены».

Эта форма множественного числа используется в основном, когда кто-то пишет ненаучную литературу.В ненаучных ссылках множественное число «феномены» используется для обозначения необычных вещей, необычных событий или необычных или удивительных людей. Например,

Битлз были феноменом 1960-х.

Основная ссылка здесь больше относится к людям, чем к любым другим фактам, философии или событиям.

Помимо использования английского языка, считается, что существует четыре различных типа явлений: научные явления, механические явления, явления драгоценных камней, популярные явления и социальные или групповые явления.

Научные явления

Научное явление — это любое происшествие, факт или событие, которые можно наблюдать и собирать в виде данных. Это может быть сделано с помощью инструментов или без них.

Механические явления

Механическое явление относится к любому физическому явлению, которое связано с движением объектов или их равновесием.

Явления драгоценных камней

Феномен драгоценного камня относится к необычному оптическому или визуальному цвету, радужной оболочке, лабрадоресценции, астеризму, блеску и т. Д.драгоценного камня.

Популярные явления

Это необычное событие.

Групповые явления

Групповой феномен относится к поведению организмов в определенной группе, которое сильно отличается от их поведения как индивидуума.

Социальные явления

Это относится к событиям и поведению или отношению людей в группе. Такое отношение может быть принято людьми вне группы или может считаться неприемлемым для общества.
«Феномены» употребляются чаще, чем «феномены». Он используется как для необычных людей, так и для необычных, экстраординарных фактов и философских рассуждений. Он также используется в научных трудах или в компиляциях каких-то необычных событий. Например, ученые наблюдают за различными явлениями природы.

Резюме:

«Феномен» — это форма единственного числа, а «феномен» — форма множественного числа от слова «феномен».

Последние сообщения Nimisha Kaushik (посмотреть все)

: Если вам понравилась эта статья или наш сайт.Пожалуйста, расскажите об этом. Поделитесь им с друзьями / семьей.

Cite
APA 7
Kaushik, N. (8 июня 2016 г.). Разница между феноменом и феноменом. Разница между похожими терминами и объектами. http://www.differencebetween.net/language/words-language/difference-between-phenomenon-and-phenomen/.
MLA 8
Кошик, Нимиша. «Разница между феноменом и феноменом». Разница между похожими терминами и объектами, 8 июня 2016 г., http: // www.разница между.net/language/words-language/difference-between-phenomenon-and-phenomen/.

Разница между явлением и явлением

Автор: koshal

Феномен против явлений

Разница между феноменом и феноменом заключается в том, что слово феномен является множественным числом «феномен». Феномены — это особые события, которые мы можем наблюдать своими чувствами. Иногда явление, происходящее в природе, которое можно наблюдать нашими глазами, называют феноменом.Гроза, молния, торнадо, землетрясения, извержения вулканов и т. Д. Описываются как явления, поскольку множественное число от слова феномен — явления. Поскольку форма множественного числа явления отличается от обычных форм множественного числа в английском языке, многие люди, как правило, испытывают трудности с определением разницы между двумя словами. В этой статье мы подробнее поговорим о каждом термине, явлении и феномене. Это поможет без проблем идентифицировать каждый термин в будущем.

Что означает «Феномен»?

Феномен означает какое-то событие, которое мы можем пережить нашим чувством.Это слово не используется для обозначения какого-либо события. Скорее, слово «феномен» используется для обозначения для обозначения событий, которые имеют какую-то особенность и не являются обычными . Взгляните на следующие предложения.

Когда мы наблюдали за торнадо, наши сердца наполнились волнением, поскольку мы были частью явления.

Ученый с удивлением наблюдал за биологическим явлением.

В обоих приведенных выше примерах слово «феномен» используется для обозначения какого-то особого события, которое мы можем пережить нашими чувствами.Торнадо — это не повседневное явление. Кроме того, эта конкретная биологическая активность, за которой наблюдает ученый, также должна быть чем-то особенным, поскольку он использовал слово феномен для описания события.

Торнадо — природное явление

Что означают явления?

Феномен — это множественное число от этого явления, как и в случае со многими английскими словами, имеющими греческие или латинские корни. Есть много других слов, которые имеют такое же множественное число, оканчивающееся на «а», например media, критерии критерия и данные.Единственная форма данных — это данные. Однако это слово data, хотя и является существительным во множественном числе, используется как в единственном, так и во множественном числе.

Каждый раз, когда в определенном месте происходит природное событие, используется слово «феномен». Нельзя добавлять «s» для обозначения такого события, происходящего в нескольких местах, и нужно помнить, что в английском нет слова, называемого феноменами.

Добавление «s» к феноменам также неверно, потому что слово «феномен» уже стоит во множественном числе, и нельзя добавлять «s» к тому, что уже находится во множественном числе.Можно ли добавить «s» к слову «рыба», когда вы говорите о количестве рыб, чтобы оно получилось во множественном числе? Таким образом, ясно, что следует использовать слово «феномен», когда вы говорите об изолированном инциденте, в то время как слово «феномен» следует использовать, когда вы говорите о нескольких происходящих событиях, которые имеют сходство. Таким образом, есть это явление и эти явления. Некоторые люди совершают ошибку, говоря «этот феномен», поскольку он выглядит как существительное в единственном числе. Это совершенно неверно, поскольку феномен — это существительное во множественном числе, и это должно быть «эти явления», а не «эти явления».’

Ореол 22 ° вокруг Луны — одно из оптических явлений

В чем разница между феноменом и феноменом?

• Значение:

• Любое экстраординарное событие, которое можно пережить нашими чувствами, называется феноменом.

• Явления имеют то же значение, что и явление.

• Подключение:

• Слово феномен — это форма множественного числа от слова феномен.

• Следование традициям:

• Феномен имеет греческие и латинские корни.

• Слово «Феномены» следует традиции образования множественного числа путем добавления «а» в конце слова, имеющего латинские или греческие корни, такие как медиа, критерии и т. Д.

• Осторожно:

• Если в одном месте происходит несколько природных явлений, не следует добавлять «s» к слову «феномен», чтобы образовать множественное число, и в английском языке нет такого слова, как «феномены».

Проблема смешения явлений и явлений возникает из-за того, что люди не знакомы с множественным числом латинских или греческих корневых слов.Как только человек поймет, что слово «феномен» имеет множественное число, а оно стало множественным, добавив «а» вместо «s», путаница уйдет. Поскольку значение единственного или множественного числа не меняется, нам просто нужно определить, какое из них является единственным, а какое множественное.

Изображение предоставлено:

  1. Торнадо через Pixabay (общественное достояние)
  2. Гало 22 ° вокруг Луны в Атертоне, Калифорния, через Wikicommons (Public Domain)
Феномен

в феномене маратхи, что означает

Феномен маратхи

явление | Словарь маратхи переводит с английского на маратхи и с маратхи на английский феномен слова феномен фразы с явлением синонимы феномен антонимов феномен произношения.

значений явлений на маратхи

феномен в маратхи Маратхи перевода явления Маратхи значение явления что такое явление в словаре маратхи? определение, антоним и синоним явления

Феномен Антоним, Синоним Тезаурус

Официальный перевод словаря языков Индии значительно лучше, чем перевод Google, предлагает несколько значений, список альтернативных слов, словосочетаний с похожими значениями на маратхи | मराठी, маратхи | मराठी словарь маратхи | मराठी феномен перевод феномен значение феномен определение феномен антоним феномен синоним маратхи язык справочная работа для поиска синонимов, антонимов явления.

Маратхи значение явления

Эта страница представляет собой онлайн-лексический ресурс, содержащий список таких явлений, как слова на языке маратхи в алфавитном порядке, и который сообщает вам, что они означают, на том же или других языках, включая английский.

Введите термин «феномен» для перевода

Вы можете ввести слово, скопировав и опубликовав, перетащив его или набрав в поле поиска выше, чтобы узнать значение явления.

राजभाषाकोश: ХАНДБАХАЛЕ.COM — это платформа цифрового словаря для 22 официальных языка Индии с обширным словарным запасом из 10+ миллионов слов, значений и определений. Предлагаемые языки: Ассамский অসমীয়া Бенгальский বাংলা Бодо बड़ो Догри डोगरी английский Гуджарати ગુજરાતી Хинди हिन्दी Каннада ಕನ್ನಡ Кашмири कॉशुर Конкани कोंकणी Майтхили মৈথিলী Малаялам മലയാളം Манипури মৈতৈলোন্ Маратхи मराठी Непальский नेपाली Ория ଓଡ଼ିଆ Панджаби ਪੰਜਾਬੀ Санскрит संस्कृतम् Сантали Синдхи سنڌي Тамильский தமிழ் Телугу తెలుగు Урду اُردُو.

KHANDBAHALE.COM — это цифровой ресурс номер один в мире, основанный на знаниях индийских языков, который предпочитают более ста миллионов изучающих языки, студентов-преподавателей, авторов, переводчиков и ученых в различных областях по всему миру.

.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.