Как писать интеллигент: Как правильно пишется слово интеллигенция: правописание, правило, примеры, морфологический разбор?

Содержание

Русский интеллигент | Мнения | Известия

Умер Виктор Топоров — и стало пусто. Фронт оголился — а ведь Топоров был один.

Трудно сказать, что он был совестью русской интеллигенции, поскольку у постсоветской постинтеллигенции нет совести — вместо совести у них корпоративная этика. Топоров просто в одиночку замещал собой целую страту — замещал сразу всю интеллигенцию, которая перестала существовать, хотя потребность в интеллигенции осталась.

Виктор Топоров был русской интеллигенцией в одиночку. Так можно. Ровно так поступает лейтенант, идущий в атаку один, — если взвод невозможно поднять в атаку. Так вели себя все русские интеллигенты; так вели себя Александр Зиновьев и Петр Чаадаев, Чернышевский и Салтыков-Щедрин. Лежащий в укрытии взвод прежде всего ненавидел именно выскочку-лейтенанта, живой упрек в трусости. Идущего поперек корпоративной этики ненавидят больше, чем саму власть, при которой интеллигентам живется недурно. Никакого конфликта с властью у постинтеллигенции на самом деле нет; имеется спектакль, актеры заучили гражданственные роли. За кулисами остается бюджет постановки, обсуждение гастролей, критика в прессе. Спектакль играют давно; но важен не сам спектакль.

Борьба круглоголовых и остроголовых, борьба так называемых либералов и так называемых охранителей — давно символическая. Борьбы реальной нет — соответственно, невозможно солидаризироваться с борьбой или оппонировать ей; можно лишь отметить фальшивую игру актеров. Имитация протеста дурна тем, что дискредитирует настоящий протест. Если ради забавы кричать «волки», когда волков нет, то в присутствии реальных волков окажется, что крик о помощи истрачен впустую. Так постинтеллигенция израсходовала гражданский протест в отсутствии реальных гражданских чувств, истратила право на свободолюбие, променяла роль интеллигента на суесловие. Гламурные оппозиционеры не тем противны, что читают протестные частушки богачам в Барвихе, но они противны тем, что опозорили самую суть протеста. Ряженые фрондеры не тем мерзки, что говорят слова «совесть» и «права человека» на посиделках в кафе, — но тем, что истратили слова, которые пригодились бы настоящим людям для настоящей жизни.

Постинтеллигенции потребовалось позаимствовать риторику у интеллигенции — но зачем слова, забыли. Прежде этими словами защищали народ — теперь оправдывают свое существование. Фразы, которые когда-то жгли сердца, нынче обесценились. А слова нужны. И Топоров оказался в положении человека, который отвечает за украденные слова — ведь он писатель. Надо вернуть опозоренным словам смысл. Как быть, если пришли волки, а крик «волки» истрачен на карнавале? Как быть, если обществу нужен интеллигент, а интеллигенты нарядились гандонами?

И Топоров работал. Фактически в последние годы он стал сатириком — писал дневник писателя, критику нашего времени. К данной форме он пришел, уже будучи признанным переводчиком и литературным критиком; в конце жизни он стал сатирическим писателем; Зиновьев тоже сперва был логиком.

Топоров в коротких эссе изобразил всю литературную и общественную жизнь России — он высмеял светских мещан так, как их высмеивали Зиновьев и Эрдман, Горенштейн и Грибоедов, Салтыков-Щедрин и Зощенко. Это традиция русской литературы, и Топоров добавил к традиции необычный жанр — воплотил сатиру в дневниковых заметках. Это и литературная критика, и поэзия, и обществоведение — всё сразу; это человеческая комедия.

Символом пустобреха для него стал журналист Быков, а затем Топоров придумал собирательный персонаж — молдавского правозащитника Обдристяну, существо воплощающее фальшь наших дней. Обдристяну был героем ежедневных заметок — подобно Свифту и Зиновьеву, Топоров умел короткой фразой выявить моральное ничтожество субъекта.

Топоров презирал не оппозицию режиму, но карикатурную оппозицию режиму; он ненавидел не сам протест, но имитацию протеста. Стадное свободомыслие, групповое прозрение — именно это вызывало у него презрение. То, что мы наблюдаем в последние годы, есть голливудский фильм, снятый по мотивам гражданской позиции интеллигента. В массовке попадаются неплохие лица — но это кино, а реальная жизнь отношения к этому не имеет. Есть проданная страна, олигархия, капитализм без профсоюзов, народ, который обокрали. Не интеллигентов обокрали — постинтеллигенцию как раз пригласили в обслугу — обокрали народ. Требуется тот, кто будет говорить от имени обездоленных, — как требовалось и прежде, исторически нужда в интеллигенции потому и возникла. Но интеллигентов больше нет — есть рассерженные менеджеры, статисты из голливудского фильма про русскую жизнь.

Вслед за рафинированным гуманистом Эразмом образованный Топоров принял простой моральный императив: «Народ тебе должен многое, но ты должен народу всё». Феномен Топорова в том и состоял, что он имел все основания не разделять судьбу народа — а он захотел разделить. Он так и жил — наотмашь, навылет, до отказа, — как живет народ. Некогда это был императив интеллигенции; потом про него забыли. Топоров вспомнил заново. Он так писал, словно писал от имени всех — но писал ярко, как только он и мог писать.

Проблема, которую изучал Виктор Леонидович Топоров, крайне серьезна. Вопросы он формулировал ясно. Что есть демократия в мире, где демократия потеряла лицо? Что представляют из себя традиционные «западные ценности» в эпоху кризиса западной цивилизации? Как можно войти в европейский дом, если этого дома нет? Что есть Родина — если той родины, которую мы знали, уже нет?

Топоров на протяжении 20 лет умел идти против течения; в те годы, когда все говорили и делали глупости и подлости, участвовали в разграблении страны словом или делом, он говорил трезво и храбро.

Так Виктор Топоров стал русской интеллигенцией в одиночку; он продержался довольно долго. Тяжелая работа, и он ее делал хорошо.

У него была репутация человека грубого; кто-то считал его злым — поскольку Топоров не прощал морального ничтожества. Это, вообще говоря, нормально: тот, кто упорно говорит нелицеприятную правду, считается сумасшедшим, вздорным. Светская чернь не прощает насмешки, они хотят, чтобы их воспринимали всерьез. Они потешались над Чаадаевым и плевали в Зиновьева, а потом включили Чаадаева и Зиновьева в пантеон — и записали их себе в корпорацию. Но ведь Топоров — это же не Чаадаев, ну он же не Зиновьев, он — просто грубиян. А Топоров был именно классическим русским интеллигентом, как Зиновьев и Чаадаев. В нашем восприятии искусства очень властна иерархия: мы не можем никак поверить, что лейтенант, идущий один в атаку, замещает собой армию и становится генералом естественным образом; ему ведь это не положено. Ладно, Зиновьев — к нему привыкли.

Но вот Топоров? Однако это происходит само собой — так было некогда и с Зиновьевым,  и с Чаадаевым. Надо просто быть смелым: попробуйте, дело того стоит. Топоров вышел вперед и стал непримиримым человеком — прежде всего к тем, кто проституирует категорию разума. Он всех приучил к тому, что каждый день дает зажравшейся сволочи пощечину — еще и еще. Ты сплясал в Барвихе, жирдяй? Получай. Ты притворился правозащитником, лицемер? Получай. Его называли шутом, хотели унизить. Он был шут в той же степени, что Свифт или Рабле: читатели хохотали над теми, кого он высмеял. Думаю, жанр короткой шутки Топоров выбрал случайно, взял то, что пришлось по руке.

Его суждений боялись: он смеялся над самым святым — над корпоративной этикой.

В течение последних позорных десятилетий постинтеллигенция оформилась в корпорацию — такую же корпорацию, как «Газпром» или «Норильский никель», хотя и с меньшим обеспечением. Корпоративные правила выдаются за нормативы русской интеллигенции, решено считать сегодняшнюю корпорацию правопреемницей моральных заветов Мандельштама и Чехова. От имени Чехова и Мандельштама поддерживали расстрел парламента и разграбление страны — с именами Короленко, Толстого и Достоевского на устах идут в обслугу к олигархии. О, служение вполне необременительное! Главная задача сегодняшней корпорации — казаться, имитировать существование интеллигенции. Страна переживает беспрецедентное горе, но требуется объяснить, что это не горе, а заслуженное наказание за недостаточную просвещенность. Основным правилом современной корпорации является круговая порука — и, соответственно, трусость: нельзя усомниться в легитимности корпорации. А Топоров — усомнился. Вы полагаете, суд Диогена или экзамены Сократа были приятны? Дежурная грубость Диогена бесила приличных обывателей — вот и Топоров был именно таким Диогеном.

Среднеарифметический постинтеллигент заглядывал на его страницы с любопытством, но и с опаской. Топоров писал так, что выжигал дрянь каждой фразой, — а ведь это оскорбительно для дряни. Так опасались афиняне Сократа — за то и приговорили к смерти.

И Сократ сказал афинянам: вы можете убить меня, но будьте уверены, что вы повредите больше себе, чем мне.

Теперь Топорова нет. И может жирный правозащитник назвать Топорова государственником и охранителем, так будет спокойнее. А он не был государственником, он не государство охранял, а честь. Он был русским интеллигентом. Это трудная должность, но кто-то должен ее исполнять.

Всё, что здесь написано, — вещи объективные; всё это я говорю не от себя — есть много людей, знавших Топорова ближе; его близким принадлежит право рассказать, какой он был. Мы подружились два года назад — времени на дружбу было мало, но, как это случается с единомышленниками, подружившимися в зрелые годы, мы говорили ночи напролет. Поэтому добавлю несколько слов — не для общественного некролога, а от себя лично.

Сегодня трудно дышать от горя, но многие — вздохнули с облегчением. Ушел человек, который не давал покоя.

Ушел человек, который напоминал пустобреху, что он — пустобрех. Можно вдохновенно врать — пузырь сойдет за вольтерьянца. Можно продавать Родину — и тебя не схватят за шиворот.

Так вот, говорю — и надеюсь, что меня слышно. Смерть Топорова сплотила многих. Русская интеллигенция не умерла. Там, где Топоров говорил слово, теперь скажут два. Ваше время прошло. И это он сделал так.

BBC Russian — Страна Russia

Я недавно пересмотрел «Русский ковчег» — фильм, который я не видел аж с начала 2003 года (т.е. еще до того, как я уехал в Россию жить и работать). Меня особенно поразила одна сцена, на которую тогда, пожалуй, я бы не стал обращать особое внимание. Бродя по Зимнему дворцу, Де Кюстин застает в одном зале женщину, которая, как это потом выясняется, является типичной ленинградской интеллигенткой образца последней трети прошлого столетия. Она щеголяет своими знаниями, перечисляя имена авторов всех картин, которые она встречает по пути и даты их создания. Естественно, все это вызывает большое любопытство у Де Кустина, но женщина не в полной мере осознает, что он присутствует рядом с ней, и кажется полностью замкнутой в себе.
Голос за кадром (того анонимного человека, глазами которого зритель смотрит на всё происходящее) говорит: «Сударь, не трогайте ее, не трогайте. Это ангел!»

Мне кажется, что эта сцена во многих отношениях может послужить метафорой современной российской интеллигенции. Призвание интеллигента заключается в том, чтобы приобщаться к прекрасному и оплакивать тяжелую судьбу родины. Народ полагает, что интеллигенции видно кое-то, недоступное широким массам и считает ее если не за ангела, то уж точно за священную корову.

Самую четкую характеристику российской интеллигенции дал Достоевский в «Бесах». Вроде подпольные вольнодумцы работают на благо человека. Ан нет — вроде планируют что-то страшное, вроде хотят устроить какой-то переворот. Для них, как это всегда бывает с интеллигенцией, характерна раздробленность. Эта черта мне очень знакома по работе в сфере охраны архитектурного наследия. Вроде все умные, порядочные люди, объединенные единой целью, которым нельзя не найти общего языка. А потом выясняется, что A ничего даже не станет говорить B, так как тот чем-то задел его несколько лет назад, и с тех пор они не общаются. При этом они оба еще больше недолюбливают C, так как они категорически не согласны с его позицией. И так далее. Каждый преследует какую-то свою личную цель, единство только кажущееся или его нет вообще. Любая попытка сводить этих людей изначально обречена на неудачу, так как на собраниях все стараются друг друга перекричать, и каждый хочет внести свою лепту. В общем, шума много, а толку — никакого.

Конечно, интеллигент интеллигенту рознь. Все дальнейшие наблюдения основаны на обобщениях и нельзя сказать, что они относятся ко всем интеллигентам подряд. Но тут проблема в том, что за последние годы, а, может, и десятилетия, произошла всеобщая девальвация этого термина. Раньше звания «интеллигента» удостаивался человек, способный, например, цитировать наизусть целые страницы Данте. Теперь чуть не каждый человек с высшим гуманитарным образованием от более-менее приличного университета — или же разгильдяй, но все-таки рожденный в интеллигентской семье — считает себя в праве выдавать себя за интеллигента, тем более в том случае, что активно ведет «Живой журнал». Имеем дело со сплавом настоящих интеллигентов (коих мало) и интеллигентов-самозванцев.

Интеллигент-самозванец считает звание интеллигента своим неотъемлемым, наследственным правом. Апофеозом этой тенденции является Сергей Минаев, автор чтива про гламурную жизнь так называемой элиты. Относя себя к интеллигенции по принципу «плоть от плоти» — по его словам это «классовая идентификация» — он дал точнейшую характеристику этого синдрома, сам того не зная. Идентификация, между прочим, абсолютно поверхностная, ибо она ни к чему не обязывает. Наоборот, интеллигент-самозванец ей обязывает других к своим интересам, мысля таким образом: Пользуясь возвышенным статусом в российском обществе, я имею право требовать того, чтобы оно находило для меня посильное занятие. В противном случае (допустим, ему лень искать работу или не удается сделать это по знакомству — и он спивается), он тут ни при чем. Наоборот, это подчеркивает сугубо трагический характер его существования, а виновато то общество, которое не признает его гениальности.

Точно так же, как российская элита, начиная с ельцинских времен, фетишизирует дорогие предметы и потребление для показа, чтобы отличать себя от масс, от которых она по сути ничем не отличается, создавая при это лжеаристократию, современные интеллигенты фетишизируют «гопников» и «быдло», одновременно издеваясь над ними, чтобы подчеркивать свой собственный статус. Чего стоит разворот (кажется, двухгодичной давности) в журнале «Афиша», глашатае самозваных московских интеллигентов, со съемкой представителей золотой молодежи, позирующих в дорогой дизайнерской одежде под гопнический стиль. Или же они берут сторону того, с чем активно боролось поколение их родителей, открыто ностальгируя по послевоенному «совку», эстрадным певцам 1970-х и 80-х годов и прочему заслуженно забытому старью.

Но какой бы уязвимой интеллигенция себя ни считала, любая критика в ее адрес чревата опасностью, как, например, в случае «показательного суда» над журналисткой Анной Аратунян, устроенного ведущей «Эха Москвы» Евгенией Альбац осенью 2006 года за то, что та осмелилась высказать умеренные сомнения по поводу правдоподобия определенных аспектов статьей покойной Анны Политковской. Укорененный комплекс мученика вне критики, присутствующий у многих российских интеллигентов парализует их способность объективно оценивать творчество друг друга. Чего стоят, например, до сих пор не утихающие споры об истинном смысле музыки Шостаковича. Каждый хочет расшифровать в ней подтекст, содержащий скрытую критику советской власти, а никто не хочет изучать сами ноты. Сторонников свободы слова и просто хорошего тона среди интеллигенции меньше, чем можно было бы думать: дескать, наша позиция на стороне добра как противники истеблишмента все оправдывает и мы не обязаны придерживаться какого-нибудь морального кодекса.

Помните, звание настоящего интеллигента не получают автоматически и не присваивают себе сами; его надо заслужить. Хотя присвоить-то, конечно, можно, так же легко можно и лишиться его, подобно лермонтовскому «Пророку»:

Смотрите: вот пример для вас!
Он горд был, не ужился с нами:
Глупец, хотел уверить нас,
Что Бог гласит его устами!

Смотрите ж, дети, на него:
Как он угрюм, и худ, и бледен!
Смотрите, как он наг и беден,
Как презирают все его!

Интеллигенция — это что-то мямлящее – Ира Зорькина – Блог – Сноб

 

Интеллигеееенция, интеллигеееенция. .. Да нету никакой интеллигенции, и не было её никогда.

Какой-то русский журналист лет двести назад придумал этот термин, а пищущие недоучки его подхватили для обозначения себя, любимых, чтобы навсегда отмежеваться от своего неблагородного происхождения, от своих родителей —  прачек, лавочников и поддьячих. Другого-то слова не было. Других терминов в Русской Империи не водилось. Либо дворянин, либо простолюдин. На дворянина «интеллигенты» не имели права, а прачки и поддьячие не вязались с образом, которым образованные люди из низшего сословия хотели бы себя представлять.

Господин Чхартишвили привел преккрасную подборку персоналий членов Временного правительства. За что ему большое спасибо. Но он почему-то назвал их «интеллигенцией».  Ну, назвал   и назвал. Это его право, как использовать слова в своих текстах. Но для меня, например, в моем представлении, все эти люди были кем угодно, но только не «интеллигенцией».  Да, они были  образованы, но этим, пожалуй, и исчерпывается их сходство с «интеллигенцией» в нашем понимании термина.

Давайте не будем бегать в Википедию и кидаться в  толковые словари разных эпох и общественно-политических формаций, а сыграем в простенькую  игру сегодняшней психологии — в ассоциации.

Какие образы ассоциируются у вас с понятием «интеллигенция»?

Ну, во-первых — образование, во-вторых — профессия, в третьих — кругозор и интерес к общественным, социальным, политическим  вопросам и проблемам. Во времена, когда слово было впервые введено в оборот,  образованным читался человек просто закончивший гимназию и зарабатывающий себе на жизнь не-физическим трудом. 

Советская интеллигенция была уже с высшим образованием (что статистически совпадало с распространенностью среднего образования в дореволюционной России), но вот социальными проблемами уже в массе своей не особо и интересовалась. Из соображений чисто практических — ради самосохранения. Единственное проявление некой оппозиционности среди советской интеллигенции выражалось в пении самодеятельных песен у костра  — подальше от прослушки и исключительно среди своих, проверенных. Распространение и чтение под одеялом запрещенной советами литературы было уже наивысшей стадией протеста, на которую отваживался советский интеллигент.

Какие еще ассоциации возникают при слове интеллигенция? Классическое «а еще шляпу адел».  Каковая шляпа по закону ассоциации тянет нам за веревочку денискиного рассказа манную кашу. На этой шляпе. И интеллигента, который про эту кашу и шляпу что-то мямлит.

Для меня «интеллигент» — это что-то мямлющее. Или даже блеющее. Нечренораздельно. От испуга. Ну, никак не вяжется с людьми во Временном правительстве. Те были профессионалами, лидерами. Они проиграли как правительство огромной  погруженной в хаос  страны. Но в прежней своей жизни они были людьми, принимающими решения. И решения очень важные и значимые. Это были люди, которые не боялись иметь своё мнение и активно воплощать его в жизнь.

Активность в реальной жизни – это качество, которое начисто отсутствует у сегодняшней так называемой интеллигенции. Сегодняшний интеллигент обучен только «думать». Ну, может, еще писать. Он дуууууумает. Васисуалий Лоханкин. Делать он ничего, кроме механической работы и писания книжек и статей,  не может. Во-первых, не обучен. Во-вторых, элементарно боится. К тому же не умеет общаться с людьми, выяснять и понимать их интересы. Не способен их принять. Не способен понимать и уважать людей, которые не разделяют его взглядов. Не умеет учитывать ничьи интересы, кроме своих собственных. Потому и неспособен объединить людей и повести их за собой. А пуще всего — боится ответственности. Всё ждёт, что кто-то, какой-то большой, взрослый и сильный дядя придёт и за него всё решит и сделает. Ожидание это, как и страх наказания за инициативу, у современного интеллигента  —   функция встроенная. Настолько аутентичная, что она стала неотъемлемым атрибутом личности интеллигента  (см. мою предыдущую зарисовку на  данную тему).

Образование сегодняшнего интеллигента — это дикая смесь из остатков каких-то знаний, полученных в советском ВУЗе в прошлом веке. Знания эти были устаревшими уже на момент их получения и на сегодняшний день практически невостребованы даже в собственной стране, не говоря уже обо  всём остальном мире

Самое печальное заключается в том, что  типичный  русский интеллигент преисполнен чувства собственной исключительности и значимости, а также отягощен убеждением, что его образование — самое лучшее в мире. Правда-правда. Большинство сегодняшних русских интеллигентов   действительно в это верят.  Каковое убеждение  делает совершенно невозможным для русского интеллигента пересмотр его абсурдных стереотипов и идей, уже давным-давно опровергнутых и развенчанных.

 Иногда мне кажется, что эта несокрушимая вера в свою исключительность досталась  русскому интеллигенту в наследство от его дедушки-полового. Атавизм такой. Как хвостик. Это не проходящая уже третье поколение эйфория,  что   удалось избежать участи своей ближайшей родни – прачек и поддьячих. К сожалению, советское образование никак не ставило себе целью научить потомков прачек и половых  брать на себя ответственность,  принимать решения и реально что-то делать, чтобы претворить решения в жизнь.

Либерализм русского интеллигента выражается в беспорядочном чтении литературы, которая находилась под запретом  в   СССР, тоже в прошлом веке. Плюс еще более дикий набор из суеверий всех народов мира,  плюс клочки и ошметки   разных «духовных» доктрин и философий.  Самое смешное то, что сегодняшние русские интеллигенты продолжают называть себя  либералами, хотя по современной шкале политических предпочтений большинство из них оказываются в самом низу, среди самых распоследних консерваторов, ретроградов и мракобесов.

Тем не менее, русский интеллигент  очень любит обзывать «интеллигентами» всех успешных, образованных и либеральных. Это помогает ему сохранять уверенность в том, что он, русский интеллигент,  и  сам  тоже образован, успешен и либерален.

  Вобщем, сколько бы господин  Чхартишвили ни обзывал министров Временного Правительства «интеллигентами»,  современныму русскому интеллигенту до них всё равно как до луны.

Интеллигенция


  • Валерий Есипов, Шаламов (август 2012)

  • «Главное в биографической книге — историческая точность. К этому и стремился автор, понимая, что трагизм жизненной и литературной судьбы выдающегося русского писателя Варлама Тихоновича Шаламова может быть по-настоящему осознан лишь в контексте времени. Весь путь Шала­мова был “сплетён”, как он писал, “с историей нашей”. Это и дореволюци­онная российская культура, и революция, и 1920-е годы, в которые писатель сложился как личность, и сталинская эпоха, повергшая его в преисподнюю Колымы, и все последующие годы, когда судьба тоже не была благосклонна к нему. Как же удалось Шаламову выдержать тяжелые испытания и выра­зить себя со столь мощной и величественной художественной силой, по­трясшей миллионы людей во всем мире? Книга может дать лишь часть от­ветов на эти вопросы — обо всем остальном должен подумать читатель, опираясь на многие новые или малоизвестные факты биографии писателя».


  • Валерий Есипов, Немногочисленные друзья: Вологда — Колыма — Москва (2007)

  • «В наших представлениях о Шаламове часто преобладает одна краска: суров, неприступен, далек от сантиментов… Массу подтверждений тому можно найти в воспоминаниях о писателе. Да он и сам не скрывал этих черт своего характера. В его эпистолярии есть одно поразительное письмо, написанное в 1956 году и адресованное О. С. Неклюдовой, будущей второй жене. Шаламов пишет о себе, о своем характере и его недостатках, с максимальной степенью откровенности, какая вообще была ему свойственна. Вот одна примечательная фраза: “Очень мало развито чувство дружбы”»


  • Валерий Есипов, Последнее письмо (2007)

  • «В словах академика в письме 1979 года, что у него тоже был “период, который он считает самым важным для себя”, нельзя не увидеть знака общности судеб. Конечно, Дмитрий Сергеевич ясно осознавал, какая пропасть лежала между Соловками и Колымой. Но за его спиной было тоже еще одно тяжкое испытание — ленинградская блокада. Блокада, между прочим, унесла жизней гораздо больше, чем Колыма. Лихачев не проводил таких параллелей, но те, кто прочтут его воспоминания о блокаде и сравнят их с “Колымскими рассказами”, найдут немало общего».


  • Валерий Есипов, Варлам Шаламов и его современники (2007)

  • Издание первой в России монографии о Варламе Шаламове приурочено к столетию со дня рождения выдающегося писателя, чье творчество в контексте русской культуры остается до сих пор малоизученным. В книге исследуются взаимоотношения писателя с его историческим временем и крупнейшими литературными современниками Борисом Пастернаком, Александром Твардовским, Александром Солженицыным. Особый акцент делается на разных подходах Варлама Шаламова и Александра Солженицына к осмыслению и художественному отражению лагерной темы в литературе. Исследуемый материал рассматривается с широких историко-социологических и культурологических позиций. Особое внимание в книге уделяется проблеме «художник и власть».


  • Валерий Есипов, Традиции русского Сопротивления (1994)

  • «При всех обстоятельствах Шаламов оставался прежде всего художником, для которого искусство — самодостаточное средство Сопротивления. Страстный протестант по натуре, он сознательно ограничивал себя, понимая, сколь разрушителен для писателя срыв в сферу публицистики».


  • Роберт Чандлер, Варлам Шаламов и Андрей Федорович Платонов (2002)

  • «Шаламов и Платонов описывают миры, в которых чрезывычайная степень жестокости представляется вполне обыкновенной. Во всех других отношениях, однако, эти два крупных писателя противоположны друг другу. В то время, как Платонов раскрывает читателю тело и душу своих персонажей во всей их глубине, Шаламов изображает своих героев со стороны».


  • Сергей Соловьёв, Неизбежность одиночества. Варлам Шаламов и идеологическая традиция (2012)

  • «Известную сложность для реконструкции взглядов Шаламова создает противоречие, которое становится очевидным каждому, кто хорошо знаком с его творчеством. С одной стороны, известны резкие слова Шаламова о народе и крестьянстве. В своей ранней — пока ещё благожелательной — критике «Одного дня Ивана Денисовича» Солженицына Шаламов, помимо прочего, отмечает: «Из крестьян стукачей было особенно много. Дворник из крестьян обязательно сексот и иным быть не может». С другой стороны, известны совершенно иные слова писателя о революции, шаламовская симпатия к эсерам, преклонение перед народовольцами, наконец, участие в троцкистской оппозиции конца 20-х годов».


  • Сергей Соловьёв, Последствия Освенцима: свобода как сопротивление. Примо Леви  и Варлам Шаламов о свободе в условиях расчеловечивания (2011)

  • «Варлам Шаламов и Примо Леви в литературе, пожалуй, убедительнее, чем философы франкфуртской школы доказали: классическое либеральное понимание свободы как автономии индивида в XX веке перестало выдерживать какую-либо критику. Опыт Освенцима, Гулага, геноцидов второй половины XX века показал, что в разговоре о добре и зле должны действовать другие категории, должно быть обозначено иное пространство выбора. Свобода возможна в пределе только как сопротивление».


  • Францишек Апанович, На низшей ступени унижения (Образ женщины в творчестве В.Т. Шаламова) (2007)

  • «Если образ женщины-жертвы преимущественно был пассивным в творчестве Шаламова, она была в основном предметом изображения и не влияла на ход событий, то образ женщины-борца, наоборот, активен: она в значительной степени влияет на ход событий, а кроме того, писатель часто использует ее точку зрения в повествовании, и ее голос сливается с голосом автора, а она сама вырастает до роли подлинной героини в самом высоком смысле слова. Таковы героини очерка “Золотая медаль” — Наталья Сергеевна Климова и ее дочь, Наталья Ивановна Столярова, Таковы также Наталья Шереметева-Долгорукова из “Воскрешения лиственницы”, боярыня Морозова из одноименного стихотворения — святая, которая “возвышается над толпой порабощенной” и, подобно писателю, “ненавидит жарче, чем любит”. Такова и мать писателя из “Четвертой Вологды”.


  • Сергей Соловьёв, «Повесть наших отцов» — об одном замысле Варлама Шаламова (2013)

  • «Шаламов считал, что книга о Климовой должна рассказать о величии трагедии революционного и послереволюционного поколений, задать нравственный образец, планку после господства сталинизма и несбывшихся надежд, пробужденных революцией. Как пишет Шаламов Столяровой: “Эта история не только позволяет изучить эпоху — надеть намордник на эпоху”»


  • Арсений Рогинский, От свидетельства к литературе

  • «Думаю, что в сегодняшней общественной дискуссии о преступлениях прошлого, которую упомянул Теодор Шанин в начале нашей конференции, шаламовская проза занимает очень важное место. Многие историки – неслучайно их голос так мал, слаб и хил в этой дискуссии – предоставили нам множество фактов и какие-то свои частные интерпретации того страшного, античеловеческого мира преступления. Но никто из них не смог воссоздать картину этого мира. Но ее — эту картину, вот этот образ, создал один человек – Варлам Тихонович Шаламов».


  • Валерий Есипов, «Доказательства надо предъявлять самому» (30 мая 2017)

  • Странное дело: признав, наконец, В. Шаламова одним из величайших писателей ХХ века, наши современники очень мало потрудились над тем, чтобы по достоинству оценить его как мыслителя. Все это тянется издалека.


  • Ефим Гофман, Варлам Шаламов и Юрий Трифонов: несостоявшийся диалог (июнь 2017)

  • «И для одного, и для другого писателя тема советско-сталинских репрессий была незаживающей раной, неутихающей болью души. А также — предметом непрестанного глубокого осмысления. Магистральная линия творчества Шаламова — отображение ужаса лагерного существования, запредельных страданий узников — сталинской Колымы. Что же до Трифонова (пережившего, в отличие от Шаламова, трагедию сталинского террора не напрямую, но — в форме потери родителей и близких родственников), то тема лагерей, не являясь вроде бы основным содержанием произведений этого писателя, присутствует в них на уровне мощного, серьёзного подтекста».


  • Людмила Артамошкина, «Аристократизм духа» в исторической памяти поколений (август 2017)

  • «Опыт Шаламова, выраженный в словесной форме, это еще один образец “аристократизма духа”, создающего биографический текст культуры ХХ в. И прежде всего потому, что Шаламов обладал “способностью суждения”, умел “стоять в одиночку”, наперекор общему интеллектуально-политическому курсу».


  • Владимир Асташов, Борис Завьялов, Георгий Рапаков, Жизненные ориентиры и ценностные предпочтения В.Т. Шаламова в восприятии студенческой молодежи (2018)

  • «В.Т. Шаламов близок студенческой молодежи в части его уважения к личности и личному достоинству, к свободе человека; близок своей правдой о человеке, близок признанием дела, поступка, деяния в качестве главной пробы на способность конкретного человека к самостоянию. Мы полагаем опрометчивым считать, что Сталин и сталинизм являются бесспорными кумирами современной студенческой (и не только) молодежи. Но важно признать, что по этому вопросу для нашей молодежи не хватает честной, многоплановой, серьёзной, фактически достоверной информации».


  • Леона Токер, Пересмотр понятия «героизм» в рассказах Шаламова (2017)

  • «Большинство узников ГУЛАГа страдали не за то, что они совершили, но за один (или более, чем один) из аспектов своей идентичности, то есть за то, чем они были. Героизм их проявлялся не только в выдержке, в сопротивлении отчаянию, в мобилизации внутренних сил, для того чтобы выжить, но и в сохранении тех аспектов идентичности, которые и делали их неугодными режиму, — внутренней свободы, несогласия с происходящим, злобы (рассказ “Сентенция”), отказа от секретного и прямого сотрудничества с властями против себе подобных».


  • Елена Асафьева, Елена Болдырева, Литература «ран и шрамов»: Чжан Сяньлян – «китайский Шаламов»

  • «…и В. Шаламов, и Чжан Сяньлян были одновременно и прозаиками, и поэтами. Их сближают не только общие мотивы творчества, но и то, что на первый план тот и другой в прозе и стихах помещали внутренний мир человека, его переживания. Отсюда перволичное повествование в большинстве рассказов и повестей того и другого писателя. Чжан Сяньлян на первое место в творчестве ставит человека, его судьбу и чувства, что проявляется в глубоком психологизме его произведений, то же можно сказать и о В. Шаламове. Как и В. Шаламов, Чжан Сяньлян в своем творчестве “в основном рассказывает о себе”, о своем опыте. Тот и другой изображали “реалистичного, противоречивого, типичного человека” в нечеловеческих условиях. В “Колымских рассказах” и ряде произведений Чжан Сяньляна показан “низкий моральный дух интеллектуалов”. Именно поэтому при сопоставлении произведений Чжан Сяньляна и В. Шаламова обнаруживается множество значимых для художественного мира писателей мотивных перекличек».


  • Светлана Неретина, Ухрония: время отрицательного опыта (2017)

  • «Шаламов затронул нерв ХХ в. Сказать об этом что-то более существенное, важное и емкое, чем он, трудно. Время, особенно то, в которое не жил, которое обозначено пятью буквами — ГУЛАГ — просачивается между пальцами, между предметами в пространстве, между словами. Это, наверное, и есть главное: молчание и ничто, если бы речь шла только о времени. Есть еще выживший и стоящий на могиле этого времени, да и на могиле ли, Шаламов, которого уже почти не знают, да и время то не желается знать, да и было ли оно…»

  • интервью Людмилы Улицкой – Архив

    Этот материал впервые был опубликован в ноябрьском номере журнала «Афиша»


    • Вопрос о нобелевском лауреатстве Светланы Алексиевич сейчас задают всем российским писателям, но если задавать его вам, то возникнет дополнительная дву­смысленность. Понятно, что вы не станете говорить, как Захар Прилепин или Сергей Минаев, что Алексиевич плохая писательница и что решение Нобелевского комитета кажется вам политизированным. Но и дежурного «я рада за Алексиевич, она прекрасный писатель» от вас слышать тоже не хочется. Из писателей России вы, наверное, сейчас первый, кто мог бы получить Нобелевскую премию: соотношение известности в мире, художественных качеств и гражданской позиции у вас в этом смысле идеальное. И хочу спросить: вот именно с позиции конкурента как вы оцениваете успех Алексиевич? Нет ли у вас писательской или человеческой ревности к ней? Ее документальный жанр — считаете ли вы его таким же достойным, как классическая проза? Дали ли бы вы ей Нобелевскую премию?
    • Cпасибо, вопрос хороший, потому что сложный. И для меня это не вопрос о том, достойна Светлана Алексиевич премии или не достойна. Присудили, следовательно, Нобелевский комитет счел достойной. И точка. Но благодаря этому выбору, который назревал несколько лет, я сделала то, что давно уже собиралась сделать, но руки не доходили: прочитала завещание учредителя премии, Альфреда Нобеля, изобретателя динамита, которым разгрохали половину существующего мира. Эта история — великая, потому что к старости лет изобретатель и промышленник основывает фонд, чтобы поощрять людей, которые принесут «наибольшую пользу человечеству». Так в человеке работает страдающая совесть. Что же касается литературы, то премию надлежит по завещанию Нобеля давать тому писателю, который наиболее достойно «выразит человеческие идеалы». Обратите внимание — искусство как таковое господина Нобеля совершенно не интересует. К старости он становится идеалистом. Принимая во внимание динамит, это грандиозно. Идеалы Светланы Алексиевич простые и позитивные, всему миру понятные. То, что взгляд Нобелевского комитета упал в сторону России, тоже понятно: слишком много «не простого и не позитивного» происходит сегодня на нашей земле и в нашем обществе. Книги Светланы Алексиевич принадлежат к тому жанру литературы, который не всеми воспринимается как собственно литература. Но в целом ее серия — многолетний подвиг журналистской работы, отчаянной, временами опасной работы «на передовой линии». Она ищет правды о жизни нашего народа, она взывает к совести — это высокая цель. Но у литературы, строго говоря, такой цели нет. В Нобелевке по литературе изначально заложен динамит: у литературы нет задачи «отражать человеческие идеалы». У нее, как и у искусства в целом, нет вообще никаких задач, кроме свидетельства человеческого присутствия в мире. Критерий нобелевский, таким образом, прекрасный, но наивный. Теперь что касается нобелевской «пользы человечеству». Сорок пять лет назад премия была присуждена Солженицыну за «Архипелаг ГУЛАГ», великий подвиг и великую книгу. Масштабы не сопоставляем. Мир прочитал эту книгу и содрогнулся. А в нашем отечестве? Тоже прочитали. И что? Что усвоил наш народ, если через полтора десятилетия после этой ошеломляющей энциклопедии советских лагерей пошел и дружно проголосовал за человека, воспитанного в недрах КГБ, плоть от плоти этой сатанинской организации… В рамках главного критерия (человеческих идеалов) — с награждением Светланы Алексиевич все в полном порядке. Хочу напомнить для уточнения, что Владимир Набоков этому критерию, по мнению экспертов, не соответствовал. На этом закончу. Светлана Алексиевич не хуже нас с вами понимает, что как писатель она уступает «не нобелированному» Набокову. Но критериям комитета соответствует она, а не гений, который ни слова об идеалах не сказал. Да, о ревности и зависти. Зависти точно нет. Я узнала о присуждении премии Алексиевич из звонка моего старшего сына. «Поздравляю,— сказал он,— можешь спать спокойно, ты выбыла навсегда из числа претендентов». И мы немного повеселились по этому поводу. Что же касается ревности — интересная тема. Меня давно занимает ее соотношение с любовью. Об этом можно подумать и поговорить за чаем.

    Знайки и их друзья. Сравнительная история российской интеллигенции

    Издательство «Новое литературное обозрение» представляет книгу историка Дениса Сдвижкова «Знайки и их друзья. Сравнительная история российской интеллигенции».

    Слово «интеллигенция» — русский латинизм, а само явление обладает ярко выраженной российской спецификой. Интеллигенцию в России традиционно оценивали по гамбургскому счету. Ее обожали, перед ней преклонялись, ее критиковали, унижали и уничтожали всеми возможными способами. Безусловно одно: интеллигенция стала основанием русской культуры Нового времени и мощным международным брендом. Но кто он — русский интеллигент: властитель дум или высокомерный и оторванный от жизни «знайка»? Была ли интеллигенция уникальным российским явлением? Как она соотносилась и взаимодействовала с образованным классом других европейских стран? Сопоставляя ключевые понятия и идеи этой влиятельной социальной среды, автор книги создает ее словесный портрет в европейском интерьере.

    Предлагаем прочитать фрагмент раздела «Интеллигенция или интеллигенции?».

     

    Вопреки нападкам противников, разделения и противоречия в интеллигенции — не признак слабости, но свидетельство жизнеспособности этого общественного организма, коль скоро интеллигенция способна в полемике разных лагерей критиковать самое себя. Это свойство нововременного знания, построенного на постоянном оспаривании утвержденных истин. В такой перспективе пресловутые разброд и шатания в интеллигентской среде, традиции самокритики вроде «веховской» — залог развития, который работает до тех пор, пока не привлекается сторонний, властный ресурс, чтобы обеспечить «единоумие».

    Райнхарт Козеллек связывал статус ключевого понятия Нового времени с тем, когда из единичного и конкретного оно начинает обозначать абстракции. Множественное число при этом заменяется собирательным единственным. Так в нашем случае отдельные интеллигенции переходят в безличную интеллигенцию, как истории сливаются в историю, свободы в свободу, буржуа в буржуазию и т. п. Связь таких понятий с обозначаемым установить сложнее: пропадает определенность, допускаются разные, часто отличные друг от друга толкования. Это позволяет использовать понятия по-разному, в зависимости от интересов говорящего или пишущего, в борьбе за власть, символические и материальные блага. Подобное можно наблюдать и в случае интеллигенции: под собирательное понятие подпадают люди с разным имущественным, образовательным, социальным статусом. С течением времени многообразие лишь возрастает многократно. Соответственно, о какой бы характеристике абстрактной интеллигенции ни писать — религиозная/секулярная, патриотичная/космополитическая, правая/левая, радикальная/умеренная, — всегда найдется резон ткнуть носом в существование отличного либо противоположного лагеря.

    Во всех рассматриваемых случаях неизбежно появлялись «идейные» самоопределения интеллигенции, которые претендовали на отделение мух от котлет, «правильной» интеллигенции от ее суррогатов и эпигонов. В истории понятий эти процессы видны по уточнениям («подлинной», «истинной» интеллигенции) и изобретению пежоративных, уничижительных терминов, разных вариантов полу- и недообразования или образованного мещанства, с которыми мы уже имели дело. Неизменно во всех случаях образовывался мейнстрим и маргинальные течения по бокам, вроде католического образованного бюргерства при протестантском в Германии, монархических и/или тех же католических французских интеллектуалов при светских республиканцах, религиозной и консервативной русской интеллигенции при разных фракциях «освободительного движения». «Идейный» фактор определял включение или выключение социальных групп, имевших знание/образование, но «не то» — как духовенство, дворянство, офицеры или чиновники в России.

    Этот же вопрос, «где начинается и где кончается интеллигенция», решался и другим путем, через определение идеального типа. Нападая на издателя Алексея Суворина за то, что тот отождествлял интеллигенцию с буржуазией, Николай Михайловский выбирает (1881) как раз такой «неймдроппинг»: мол, Лермонтов — интеллигенция, а вот Губонин (Пётр Ионыч, известный предприниматель и меценат) — совсем наоборот, буржуазия. Пётр Струве в «Вехах» посвящает отделению зерен от плевел несколько абзацев, выводя за рамки интеллигенции «великих писателей» от Пушкина до Чехова, а остальных рассчитывает на первый-второй: Михайловский числится как «типичный интеллигент», «с головы до ног», Владимир Соловьёв — «вовсе не интеллигент», Белинский — наполовину. И далее остается популярным, снижаясь с перспективы птичьего полета настолько, чтобы различать отдельные лица, прикидывать: «К ним (интеллигентам. — Д. С.) нельзя отнести Державина — слишком зависел от власти. Пушкин несомненный интеллигент» (Д. С. Лихачев). Так на нашем словесном горизонте появляется…

    Интеллигент (интеллигентка, интеллигентный). Интеллигент замелькал с середины 1870-х, когда стал сходить на убыль романтический порыв хождения в народ и требовалось определить дальнейшие пути. По частым кавычкам видно, что сначала это слово дичится и чувствует себя чужаком, как интеллигенция незадолго до того. «Чуть только, бывало, входил я в церковь, как ко мне тотчас же подходил какой-нибудь «интеллигент»», — закавычивает слово Чехов в «Драме на охоте» (1884). И в следующем году еще то же самое: «За обедом оба брата всё время рассказывали о самобытности, нетронутости и целости. Бранили, ранили себя и искали смысла в слове интеллигент» («Свистуны»). Та же новизна ощущается у Осипа Мандельштама в польской Вильне 1880-х годов: «Слово интеллигент мать и особенно бабушка выговаривали с гордостью».

    С самого начала своего существования интеллигент в русском языке имел двойственный оттенок: человек культуры, совесть нации на высшем, так сказать, этаже существования — и сопровождающая его неотмирность в дурном смысле. Поздний Лев Толстой, тоскуя о простоте бытия и разрыве с «народом», жалуется (1906): «Я сам интеллигент и вот уже тридцать лет ненавижу в себе интеллигента!» Но, чтобы сказать так о себе, надо, во-первых, быть Толстым.

    А во-вторых, и главных, такие высказывания первоначально никогда не бывают публичными. В случае Толстого его слова записаны одним из толстовских «Эккерманов», пианистом Александром Гольденвейзером. Или вот как тут, запись в дневнике: «Я интеллигент, наследник культуры, которой дышит весь мир и которую строители нового мира считают обреченной на гибель. Я вишу между двумя мирами <…> Моя мечта — перестать быть интеллигентом». Это конец 1920-х — начало 1930-х, Юрий Олеша (а какая перекличка с Толстым в самоотрицании своей идентичности, невыносимости промежуточного положения).

    В регулярном варианте интеллигент (так же, впрочем, как и его собратья, интеллектуал, образованный человек) — суждение внешнее, выносящееся окружением знайки, или постфактум как итог. Это выводит на ключевую роль коммуникации, среды, социального пространства в жизни интеллигенции, о которой мы (смотрите, как кстати появилось это академическое мы) сейчас скажем. А пока еще немного задержимся на интеллигенте.

    Самоопределение мятущегося культурного человека, как водится еще с Просвещения, предлагается через сравнение с безмятежностью неведения в мирных кущах простых дикарей. Еще лучше, милых дикарок: «Ну, теперь давайте знакомиться, — шаловливо произнесла барышня <…> Вы ведь, конечно, приезжий? И, конечно, интеллигент? А я здешняя… и совсем первобытная», — кокетничает у Александра Эртеля с приезжим из Петербурга «Волхонская барышня» образца 1883 года.

    Гендерные различения в интеллигенции на самом деле далеко не столь конвенциональны. В эмансипе середины XIX века, о которых мы знаем по опереточной Авдотье Кукшиной из «Отцов и детей» («безо всякой кринолины и в грязных перчатках»), проявляется тот же эмансипаторский потенциал знания, на коем вырастали революции мировоззренческие («И познаете истину, и истина сделает вас свободными», Ин. 8:32) и социальные. Общность знаек похожа на общность верующих и тем, что в идеале в обеих несть не только эллина и иудея, раба и свободного, но и «несть мужеский пол, ни женский» (Гал. 3:28).

    Просвещение приносит с собой практически синхронно во всех четырех наших случаях «литературную эмансипацию» женщины из «хорошего общества». Отдельно выделяется феномен женских салонов XVIII–XIX веков, в которых концентрируется интеллектуальная жизнь и формулируется самосознание интеллигенции. Начиная с парижских «прециозниц» еще XVII века, которые, помимо высмеянного Мольером жеманства, предпочитали семейным делам ученые занятия и политику, к прославленным салонам XVIII века как центру всесословной «республики письмен». Ближе к концу века известные салоны появляются и в провинциальном до той поры Берлине. Их особенностью стала центральная роль, которую играли образованные еврейки, такие как Генриетта Герц или Рахель (Рахиль) Фарнхаген фон Энзе. Общеевропейские принципы Просвещения соединялись тут с еврейским Просвещением (Хаскала) и эмансипацией женщин.

    Еще в 1758 году современники в Германии могли ворчать, что-де «женщины более не боятся и не краснеют, когда их застанут за книгой». А к началу следующего, XIX века происходит настоящая феминизация культуры и педагогики. Женщины становятся важной читательской аудиторией; в педагогике именно женщине в силу ее «природы» отводилось хранить и пестовать главную ценность Bildung, «внутреннюю сущность» (Innerlichkeit). После Иоганна-Генриха Песталоцци (1746–1827) педагогика впервые ориентируется именно на мать как главную воспитательницу. «Литературный брак» построен на принципе «Если образование совпадает, будет ли что-то невозможное для сердца!». В такой семье мать уже в начале XIX века могла сама готовить сыновей к гимназии, быть «приятной собеседницей» для мужа и поддерживать репутацию всей внешней жизни своего дома. Женщина пестует дома необходимое для воспитания образованного человека слово. Обязательны вербальные формы воспитания и досуга детей — чтение, декламация, передача своих впечатлений в письменной форме, участие в домашних спектаклях, литературных шарадах, просто домашние рассказы.

    Плата за это признание — жесткие гендерные границы, совпадающие с разделением на домашнюю и публичную сферу, а также с различением воспитания и образования. Педагогический светоч Руссо в отдельной главке «Софи» своего бестселлера «Эмиль, или О воспитании» (1762) безапелляционен: «Всё воспитание женщин должно иметь отношение к мужчинам. Нравиться этим последним, быть им полезными, снискивать их любовь к себе и почтение, воспитывать их в молодости, заботиться о них, когда вырастут, давать им советы, утешать, делать жизнь их приятною и сладкою — вот обязанности женщин во все времена». Защитник вольности и прав и тут весьма избирателен.

    «Лучшее петербургское дворянство», представляющее в дневнике Жуковского «русскую европейскую интеллигенцию», grosso modo совпадает с посетителями и держательницами салонов. Неслучайно, что свой дебют в большом свете русской литературы слово интеллигенция начинает с салона у Анны Павловны Шерер. Сам язык салонов, очищенный от «жоских выражений», выстроенный в русско-французской манере и стилистике, приравнивается в России к языку «дамскому». Именно в его рамках формируется новый «карамзинский» стиль, который заменяет громоздкие словесные конструкции XVIII века и станет основой русского литературного языка таким, как мы его знаем (знали?). В ту же эпоху и в России, как по всей Европе, реализуется стремление образованных кругов к «интеллектуализации отношений полов».

    Павловская А. В. Русская интеллигенция

    Особое отношение к правителю и сильной власти, сложившееся в России, привело к появлению интереснейшего феномена, который довольно условно можно назвать «русской интеллигенцией». Идиллической картины — могучий правитель и восхищенный им народ — в действительности никогда не было и быть не могло. Выше шла речь об идеалах, а не о реальной ситуации в стране. Была и другая сторона медали — отторжение всего официального, исходящего сверху, свойственное русскому характеру. Вера в «доброго» правителя часто сочеталась с недоверием к государству, которое он воплощал. Сомнение — очень русская черта, так же как и критиканство. А в России всегда было, что критиковать и в чем сомневаться.

    Из этого противоречия, кстати, проистекают и особенности русского патриотизма. Часто он тихий, скрытый, как бы застенчивый. Русские чрезвычайно склонны к самокритике и самобичеванию. Но не надо забывать, что это оборотная сторона гордости и самолюбия. Так что иностранцам не стоит покупаться на заявления типа: «В этой стране жить нельзя!» Русские часто жалуются на жизнь (слава Богу, поводов хватает), но вряд ли оценят столь же критическое отношение со стороны постороннего человека.

    Сильная власть, столь необходимая для поддержания порядка в огромном многонациональном государстве, рождала и протест. Наиболее полное выражение протест против государственной власти получил в деятельности русской интеллигенции. Можно сказать, что интеллигенция — явление искони присущее русскому государству, своеобразная реакция и своего рода противовес идее о сильном правителе и вере в «доброго царя». Она была особенно активна в периоды укрепления русского государства, когда у власти стоял сильный правитель.

    Понятие «интеллигенция» используется в данном случае достаточно условно. В этом вопросе в науке нет терминологического единства. Споры о том, что такое интеллигенция и каково ее значение в жизни общества, не смолкают вот уже без малого 150 лет. Каковы же основные определения и концепции по данному вопросу.

    Традиционно считается, что термин «интеллигенция» ввел в широкое употребление в 1870-х гг. почти забытый ныне писатель П. Д. Боборыкин. Петр Дмитриевич Боборыкин (1836–1921) прожил долгую и насыщенную событиями жизнь. Выходец из старинного дворянского рода, он считал себя представителем той самой «интеллигенции», о которой писал. В начале своих воспоминаний он обещает показать «писательский мир и все, что с ним соприкасается, и вообще жизнь русской интеллигенции, насколько я к ней приглядывался и сам разделял ее судьбы» (Боборыкин, 2003: 6). Жизнь самого Боборыкина сложилась неплохо: он учился на трех факультетах — юридическом Казанского университета, химическом и медицинском Дерптского — и ни один не закончил. Что не помешало ему позже сдать экзамен на степень кандидата права в Петербургском университете, а в 1900 г. даже стать академиком.

    Он был журналистом и сотрудничал (в числе прочих) с такими крупными журналами, как «Отечественные записки» и «Вестник Европы». В какой-то период своей жизни увлекся театром и стал театральным критиком. Много и с удовольствием жил за границей. Встречался со многими знаменитостями: А. И. Герценом, Н. П. Огаревым, И. С. Тургеневым, А. Н. Островским, М. Е. Салтыковым-Щедриным, Ап. А. Григорьевым и многими другими. Дружил с А. Дюма-сыном, Дж. Элиотом, У. Коллинзом. Постоянно находился в гуще общественно-политической, философской и литературно-художественной жизни как России, так и Западной Европы.

    Но главным делом своей жизни Боборыкин считал писательский труд. Писал он очень много. Романы выходили один за другим («Опять набоборыкал роман», — ворчал по его адресу Салтыков-Щедрин). Его литературное наследство составляет 70 увесистых томов. Плодовитость, которой позавидовали бы многие! Он писал обо всем, что видел вокруг, что волновало русское общество того времени: о «женском вопросе», судебном процессе над А.  В. Сухово-Кобылиным, быте и нравах новой русской буржуазии, «славянском вопросе», разочаровании русской интеллигенции «хождением в народ» и, конечно, о любви. Один из самых известных его романов «Китай-город» рассказывает о купеческой Москве начала 1880-х гг., «Василий Теркин» (именно так!) — о появлении в России мыслящего купца, «Из новых» — о поисках и блужданиях русской интеллигенции.

    Он прожил долгую и вполне благополучную (особенно учитывая все катаклизмы русской истории тех лет) жизнь и умер в 1921 г. в Швейцарии, в Лугано, оплакиваемый знакомыми и друзьями. Известный правовед А. Ф. Кони написал в некрологе по поводу смерти П. Д. Боборыкина: «…исчез европеец не только по манерам, привычкам, образованности и близкому знакомству с заграничной жизнью, на которую он смотрел без рабского перед нею восхищения, но европеец в лучшем смысле слова, служивший всю жизнь высшим идеалам общечеловеческой культуры, без национальной, племенной и религиозной исключительности» (там же: 668). Таков был человек, объявивший себя «крестным отцом» понятия «интеллигенция» и считавший себя одним из ярких ее представителей. Как это ни странно, но именно этим он остался в истории. Все 70 томов его романов благополучно забыты, а вот в разных словарях и энциклопедиях он всегда упоминается в статье «интеллигенция» как человек, который ввел это понятие в русский язык.

    В последние 10 лет традиция связывать понятие «интеллигенция» с именем Боборыкина сильно пошатнулась. Оказалось, что слово это употреблялось в русском языке задолго до плодовитого автора романов. Так, недавно была опубликована запись в дневнике В. А. Жуковского. Он описывал страшный пожар в Петербурге, когда сгорело много человек, а через несколько часов рядом с пепелищем устроили бал и танцевали до утра как ни в чем не бывало. Эту публику Жуковский и описал в дневнике: «кареты, наполненные лучшим петербургским дворянством, тем, которое у нас представляет всю русскую европейскую интеллигенцию». В комментарии к тексту историк С.  О. Шмидт высказывает предположение, что слово это поэт, скорее всего, услышал от Александра Тургенева, а тот привез его из Франции, где как раз в это время Бальзак «возымел идею организовать партию интеллектуалов с печатными органами», где он мог бы публиковаться. Эту партию Бальзак предполагал, как пишет С. О. Шмидт, назвать «партией интеллигентов», что засвидетельствовано в письме классика к Эвелине Ганской от 23 августа 1835 г. (Дружба народов, 2000).

    Есть и более ранние свидетельства употребления слова «интеллигенция» в русском языке. Академик В. В. Виноградов отмечал, что оно использовалось в языке масонской литературы еще во второй половине XVIII в.: «…часто встречается в рукописном наследии масона Шварца слово “интеллигенция”. Им обозначается здесь высшее состояние человека как умного существа, свободного от всякой грубой, телесной материи, бессмертного и неощутительно могущего влиять и действовать на все вещи» (Виноградов, 1961: 299). Слово «разумность» для перевода лат. intelligentia было предложено В. К. Тредьяковским еще в 30-х гг. XVIII в. (Виноградов, 1994).

    Слово «интеллигенция» в значении, близком к современному, появляется в русском литературном языке 60-х гг. XIX столетия. Оно широко использовалось в художественной литературе, встречается в документах личного характера. Интересно, что уже тогда оно нередко имеет слегка негативный или насмешливо-презрительный оттенок. Н. П. Огарев в письме (1850) к историку Т. Н. Грановскому пишет: «Какой-то субъект с гигантской интеллигенцией рассказал, что жена моя говорит, что вы — друзья мои — меня разорили! И вместо того, чтобы обратиться ко мне с запросом (если уж духа не хватало рассердиться на клевету), вместо того обвиненье субъекта с гигантской интеллигенцией было принято за аксиому». В дневниках министра иностранных дел П. А. Валуева и литературного цензора А. В. Никитенко (изданы в 1865) также встречается понятие «интеллигенция». «Управление, — пишет Валуев, — по-прежнему будет состоять из элементов интеллигенции без различий сословий». «Народ погружен в глубокое варварство, интеллигенция развращена и испорчена, правительство бессильно для всякого добра», — говорит Никитенко (там же).

    В. И. Даль помещает это слово во втором издании «Толкового словаря» (в первом, 1863 г., оно отсутствует), объясняя его таким образом: «разумная, образованная, умственно развитая часть жителей».

    И. С. Тургенев вкладывает слово «интеллигенция» в уста своего персонажа в «Странной истории» (1869) и сопровождает его комментариями повествователя. Видно, что в разговорной речи это слово тогда было новым: ««Послезавтра в дворянском собрании большой бал. Советую съездить: здесь не без красавиц. Ну и всю нашу интеллигенцию вы увидите». Мой знакомый: как человек, некогда обучавшийся в университете, любил употреблять выражения ученые. Он произносил их с иронией, но и с уважением». Иронически отмечено модное слово «интеллигенция» в «Литературном вечере» И. А. Гончарова (1877): «Возьмешь книгу или газету — и не знаешь, русскую или иностранную грамоту читаешь! Объективный, субъективный, эксплуатация, инспирация, конкуренция, интеллигенция — так и погоняют одно другое».

    У Салтыкова-Щедрина в «Пошехонских рассказах»: «Многие полагают, что принадлежность к интеллигенции, как смехотворно называют у нас всякого не окончившего курс недоумка, обеспечивает от исследования, но это теория несправедливая» (Виноградов, 1994).

    В 1890 г. И. М. Желтов в заметке «Иноязычие в русском языке» писал: «Помимо бесчисленных глаголов иноземного происхождения с окончанием -ировать, наводнивших нашу повременную печать, особенно одолели и до тошноты опротивели слова: интеллигенция, интеллигентный и даже чудовищное имя существительное — интеллигент, как будто что-то особенно высокое и недосягаемое. …В известном смысле, впрочем, эти выражения обозначают действительно понятия новые, ибо интеллигенции и интеллигентов у нас прежде не бывало. У нас были «люди ученые», затем «люди образованные», наконец, хотя и «не ученые» и «не образованные», но все-таки «умные». Интеллигенция же и интеллигент не означают ни того, ни другого, ни третьего. Всякий недоучка, нахватавшийся новомодных оборотов и слов, зачастую даже и круглый дурак, затвердивший такие выражения, считается у нас интеллигентом, а совокупность их интеллигенцией» (Желтов, 1890: 2, 3).

    П. Д. Боборыкин, который объявил себя «крестным отцом» термина и в этом качестве встречается почти во всех словарях, справочниках и энциклопедиях XX в., широко использовал его в прессе и в каком-то смысле действительно популяризировал его, ввел в массовый оборот. Боборыкин объявил, что заимствовал этот термин из немецкой культуры, где он использовался для обозначения того слоя общества, представители которого занимаются интеллектуальной деятельностью. Он объяснял, что в него вкладывается особый смысл: он определял интеллигенцию как лиц «высокой умственной и этической культуры», а не как «работников умственного труда». По его мнению, интеллигенция в России — это чисто русский морально-этический феномен. К интеллигенции в этом понимании относятся люди разных профессиональных групп, принадлежащие к разным политическим движениям, но имеющие общую духовно-нравственную основу.

    Вопрос о происхождении слова «интеллигенция» имеет большое значение. Во-первых, оно помогает понять содержание, суть явления, во-вторых, важно время его появления и распространения в русском обществе. Наконец, политическую остроту имеет вопрос о заимствовании. Неоднократно отмечалось, что слово «интеллигенция» вошло в иностранные языки из русского. В последние годы, когда вопрос о том, что в России есть своего, а что привнесенного (с очевидным перевесом в сторону последнего), стал особенно актуальным, авторы все чаще указывают на французское, немецкое и даже польское происхождение слова. Очевидно, что, будучи латинским в своей основе, оно было распространено в разных европейских языках, но как термин (intelligentsia, intelligenzia), означающий вполне конкретный феномен общественной жизни, причем именно русской, оно вернулось в иностранные языки из русского, но уже с новым содержанием.

    Выше шла речь о появлении и бытовании термина «интеллигенция». Каковы же основные определения этого понятия? Попытки четко и научно его сформулировать относятся к началу XX в., когда вопрос об интеллигенции, ее месте в революционном движении стал особенно остро, и уже нельзя было игнорировать существование некоей особой группы людей, влиявших на ход исторического развития страны.

    Существует две основных точки зрения на то, что такое интеллигенция. Одна, зародившись в начале XX в., потом получила развитие в эмигрантской литературе и стала вновь популярной в России сегодня. Согласно ей, интеллигенция представляет собой особую часть образованного общества, играющую большую роль в духовной жизни страны. Эта «особость» наполнялась авторами разным смыслом. Литература по проблемам интеллигенции огромна, столько же примерно и попыток объяснить, что это такое. Приведем лишь некоторые.

    Легальный марксист П. Б. Струве в начале XX в. писал: «Русская интеллигенция как особая культурная категория есть порождение взаимодействия западного социализма с особенными условиями нашего культурного, экономического и политического развития. До рецепции социализма в России русской интеллигенции не существовало, был только “образованный класс” и разные в нем направления».

    Известный русский философ и богослов Г. П. Федотов, живший после революции в эмиграции, в статье «Трагедия интеллигенции» (1926), говоря о русской интеллигенции, подчеркивал: «…мы имеем дело с единственным, неповторимым явлением истории». Его определение звучит парадоксально, хотя и вполне конкретно: «…русская интеллигенция есть группа, движение и традиция, объединяемые идейностью своих задач и беспочвенностью своих идей». Развивая свое понимание проблемы, Федотов писал далее от том, «что интеллигенция — категория не профессиональная. Это не «люди умственного труда» (intellectuels). Иначе была бы непонятна ненависть к ней, непонятно и ее высокое самосознание. Приходится исключить из интеллигенции всю огромную массу учителей, телеграфистов, ветеринаров (хотя они с гордостью притязают на это имя) и даже профессоров (которые, пожалуй, на него не притязают). Сознание интеллигенции ощущает себя почти, как некий орден, хотя и не знающий внешних форм, но имеющий свой неписаный кодекс — чести, нравственности, — свое призвание, свои обеты. Нечто вроде средневекового рыцарства…» (Федотов, 1981: 14, 16, 19). Подобное сходство интеллигенции с неким старинным орденом — рыцарским или монашеским — отмечали и многие другие философы.

    Литературный критик и социолог Р. В. Иванов-Разумник (статья 1907 г.) на вопрос «что такое интеллигенция?» отвечал: «интеллигенция есть этически антимещанская, социологически внесословная, внеклассовая, преемственная группа, характеризуемая творчеством новых форм и идеалов и активным проведением их в жизнь в направлении к физическому и умственному, общественному и личному освобождению личности» (Интеллигенция…, 1992: 85). Он подчеркивал ее огромную роль в жизни России и, как и многие другие, считал, что «история русской общественности есть история русской интеллигенции».

    Подобное возвеличивание роли интеллигенции вызывало критику со стороны революционных деятелей. Так, Л. Д. Троцкий, еще находясь на службе советского правительства, незадолго до его высылки в эмиграцию опубликовал статью «Об интеллигенции». Ее появление он объяснял следующим образом: «Настоящая статья написана была в тоне вызова тому национально-кружковому мессианизму интеллигентских кофеен, от которого даже на большом расстоянии (Петербург, Москва — Вена) становилось невмоготу». «На этой мании величия, — продолжал Троцкий, — г. Иванов-Разумник построил, как известно, целую философию истории. Русская интеллигенция, как несословная, неклассовая, чисто-идейная, священным пламенем пламенеющая группа, оказывается у него главной пружиной исторического развития; она ведет великую тяжбу с «этическим мещанством», завоевывает новые духовные миры, которые частично, в розницу, ассимилируются мещанством, — она ни на чем не успокаивается и со странническим посохом в руках идет все дальше и дальше — к мирам иным. И это самодовлеющее шествие интеллигенции и образует русскую историю… по Иванову-Разумнику» (Троцкий, 1926: 238). Насмешка над концепциями, преувеличивающими роль и значение интеллигенции в русской истории, в статье Троцкого вполне мягкая, либеральная, небольшевисткая. Она признает интеллигенцию как особую группу людей, но возражает против ее чрезмерного возвеличивания.

    О проблемах интеллигенции писал находившийся в эмиграции писатель и общественный деятель А. И. Солженицын (в Россию вернулся после перестройки). В статье «Образованщина» (1974) он горячо разоблачил тот образованный слой советского тогда общества, который «самозванно или опрометчиво зовется сейчас «интеллигенцией», предложив назвать его «образованщина». Гневно заклеймив интеллигентов-«соглашателей», оставшихся жить и работать в Советском Союзе во «лжи» и «предательстве», он, к сожалению, не дал развернутого позитивного образа «интеллигента», хотя и подчеркивал, что явление это живо и не умерло после революции (получается, чтобы остаться честным, а значит и интеллигентом, необходимо было эмигрировать).

    Вот каким видится Солженицыну образ настоящего интеллигента: «Каждый из нас лично знает хотя бы несколько людей, твердо поднявшихся и над этой ложью и над хлопотливой суетой о6разованщины. И я вполне согласен с теми, кто хочет видеть, верить, что уже видит некое интеллигентное ядро — нашу надежду на духовное обновление. Только по другим бы признакам я узнавал и отграничивал это ядро: не по достигнутым научным званиям, не по числу выпущенных книг, не по высоте образованности «привыкших и любящих думать, а не пахать землю»… не по отчужденности от государства и от народа, не по принадлежности к духовной диаспоре («всюду не совсем свои»). Но — по чистоте устремлений, по душевной самоотверженности — во имя правды и, прежде всего, — для этой страны, где живешь. Ядро, воспитанное не столько в библиотеках, сколько в душевных испытаниях» (Новый мир, 1991: 43). Как и когда-то понятие «интеллигенция» идеализируется, в него вкладываются некие идеалы, которые, как и любые идеалы, всегда далеки от реальной жизни.

    Схожая позиция у еще одного видного деятеля русской культуры, известного ученого, литературоведа, историка и культуролога Д. С. Лихачева. В сложный для России (как его называют «переходный») период он выступил в защиту русской интеллигенции. Главным для него, вполне в духе времени, является понятие «свобода» и «умственная порядочность». «К интеллигенции, по моему жизненному опыту, — писал Лихачев, — принадлежат только люди свободные в своих убеждениях, не зависящие от принуждений экономических, партийных, государственных, не подчиняющиеся идеологическим обязательствам… Основной принцип интеллигентности — интеллектуальная свобода, свобода как нравственная категория. Не свободен интеллигентный человек только от своей совести и от своей мысли». И далее: «Я бы сказал еще и так: интеллигентность в России — это прежде всего независимость мысли при европейском образовании». Сложность эпохи определила и некоторые уступки в определении уровня «свободы» и «независимости». «Человек должен иметь право менять свои убеждения по серьезным причинам нравственного порядка» (Новый мир, 1993: 3–9), — отмечал Лихачев, давая таким образом индульгенцию тем интеллигентам, которые за короткий период времени несколько раз поменяли свои убеждения.

    Поисками определения понятия «интеллигенция» занимались и западные ученые. Один из наиболее крупных специалистов по проблемам освободительного движения в России британец Е. Ламперт писал в 1957 г.: «Изгнанные из существовавшего русского мира, они стали изгнанниками из мира вообще, ведя дома и заграницей жизнь полную одиночества, неприятия чужого, преданности своему, что предполагает скорее сравнение с религиозным орденом, чем с социологически объяснимым явлением. Они не вели себя как представители политической группировки или партии, защищая свои законные интересы, а как индивидуалисты и новаторы, не связанные ни с кем традицией, стоящие одиноко и изолировано» (Lampert, 1957: 31).

    Из других западных историков следует упомянуть и американца Р. Пайпса. Сборник «Русская интеллигенция», посвященный памяти Е. Ламперта, дает следующее определение: «…общественное объединение, которое в силу своего образования было отделено от «народа», а в силу своего просвещенного, ориентированного на Запад мировоззрения — от монархии и ее бюрократического аппарата» (Pipes, 1961: 47).

    В советском обществе (и это вторая точка зрения на то, что понимается под словом «интеллигенция») господствовало более общее представление об интеллигенции, которое включало в это понятие всю образованную часть общества. Еще В. И. Ленин сформулировал его следующим образом: «Интеллигенция — все образованные люди, представители свободных профессий вообще, представители умственного труда (brain worker, как говорят англичане) в отличие от представителей физического труда». При этом интеллигенцию не признавали классом, а только некоей «прослойкой» общества.

    Подобного рода определение представляется слишком общим и универсальным. Оно совершенно не объясняет, что же делало русскую интеллигенцию столь уникальной, что вызывало жаркие споры о месте интеллигенции в русской истории в начале XX в., почему это слово вошло в мировые языки и чем она отличается от intellectuals и educated society. Однако именно в этом значении — образованная часть общества — оно закрепилось не только в специальной литературе, но и в повседневном обиходе в советский период и в значительной мере сохранилось по сей день.

    Именно его придерживаются все основные словари, справочники и энциклопедии советского периода. «Историческая энциклопедия»: «Общественная прослойка, в которую входят лица, профессионально занимающиеся умственным трудом. Интеллигенция играет большую роль в развитии общества, с ее деятельностью в первую очередь связано развитие науки, техники, искусства, народного образования и т. д.» (Историческая энциклопедия, 1965: 111). «Толковый словарь» Ожегова (середина XX в.): «Люди умственного труда, обладающие образованием и специальными знаниями в различных областях науки, техники и культуры; общественный слой людей, занимающихся таким трудом».

    Наконец, современные российские издания пытаются объединить две позиции — как сложную дореволюционную и эмигрантскую, так и упрощенную советскую. «Большой энциклопедический словарь» (2-е изд., 1998): «Общественный слой людей, профессионально занимающихся умственным, преимущественно сложным, творческим трудом, развитием и распространением культуры. Понятию интеллигенция придают нередко и моральный смысл, считая ее воплощением высокой нравственности и демократизма. Термин «интеллигенция» введен писателем П. Д. Боборыкиным и из русского перешел в другие языки». «Российская цивилизация. Энциклопедический словарь»: «Интеллигенция — социальная группа, отличающаяся занятием умственным трудом, высоким образовательным уровнем и творческим характером своей деятельности, сохраняющая и несущая в другие социальные группы ценности и достижения мировой культуры, а также характеризующаяся специфическими психологическими чертами и позитивными нравственно-эстетическими качествами» (Российская цивилизация, 2001: 78).

    Многообразие определений показывает сложность проблемы и ее важность, ибо, по словам уже упоминавшегося философа Г. Федотова, «мы имеем здесь дело с одной из роковых тем, в которых ключ к пониманию России и ее будущего» (Федотов, 1981: 13). Постараемся выделить основные отличительные признаки русской интеллигенции, объединяющие самых разных ее представителей и делающие ее важной частью русского мира.

    1. Вне всякого сомнения, в понятие «интеллигенция» всегда включались люди образованные. Вопрос об образовании в России всегда был связан с проблемой духовности и веры (подробнее об этом см. главу «Традиции образования в России»). Не вредит ли одно другому? Не подрывает ли светское образование не только религию, но и государственные устои? Эти вопросы всегда очень остро стояли для страны, в которой слишком многое поддерживалось верой в Бога, государя, отечество. В каком-то смысле русская интеллигенция оправдывала своим существованием подобного рода опасения.

    2. Русская интеллигенция — это всегда оппозиция правительству, причем любому. В случае если власть меняется, оппозиционное отношение переносится на новое правительство. Так, посвятивший большую часть своей жизни борьбе с советским режимом А. И. Солженицын хотя и вернулся на родину после развала советского строя, но и новую власть не признал. В частности, в 1998 г. он отказался от ордена Андрея Первозванного, мотивируя это невозможностью принять его от верховной власти, доведшей Россию до гибельного состояния.

    Не только оппозиция правительству, но протест против русской действительности и критика существующего режима стали основой формирования русской интеллигенции, ее своеобразным кредо. Эта критика, принимавшая часто форму отрицания и полного неприятия существующего общества, в середине XIX в. вылившаяся в нигилизм, является определяющей чертой интеллигенции. Литературный критик и один из наиболее ярких представителей русской интеллигенции Н. А. Добролюбов считал критику одной из основных задач русской интеллигенции: «Нам следует группировать факты русской жизни… Надо колоть глаза всякими мерзостями, преследовать, мучить, не давать отдыха — до того, чтобы противно стало читателю это царство грязи» (Добролюбов, 1916: 66–67).

    Критическое отношение к себе вообще характерно для русского народа, тем более что в России во все времена было что критиковать. Русская литература вскрывала язвы и смеялась сквозь слезы над русской жизнью. Пресса без устали привлекала внимание к порокам и недостаткам окружавшей действительности. Интересно замечание князя В. П. Мещерского, представившего в 1861 г. во вполне официальную (во всяком случае, в этот период) газету «Санкт-Петербургские Ведомости» статью о визите императорской четы в монастырь. Статью, к его большому удивлению, печатать отказались. А на вопрос о причинах ответили: «Уж очень вы поэтизируете монастырь, а затем, по правде сказать, не такое теперь время, чтобы восхищаться Царскими поездками» (Мещерский, 2001: 99). Позитивную статью об императорском семействе в проправительственную газету поместить было нельзя, а вот критическую — пожалуйста.

    Даже в заидеологизированные времена советского социального оптимизма критиканство пробивало себе дорогу в широкие массы через популярные во всех слоях общества анекдоты (заметим, что, когда после начала перестройки стало модно ругать всех и вся, жанр политических анекдотов довольно быстро умер).

    Но ни один самый суровый критик не был так суров к России, как русская интеллигенция. Солженицын объяснял это следующим образом: «Чем крупнее народ, тем свободнее он сам над собой смеется. И русские всегда, русская литература и все мы, — свою страну высмеивали, бранили беспощадно, почитали у нас все на свете худшим, но, как и классики наши, — Россией болея, любя…» (Солженицын, 2004: 305).

    Нередко критические отношение во взглядах интеллигенции превалировало, доходило до одержимости, возводилось в культ. В. Г. Белинский заявлял: «Отрицание — мой бог», таким образом превращая критику в своего рода религию.

    3. Русскую интеллигенцию характеризует отсутствие конкретных задач и целей. Ей несвойственны практические действия. Именно поэтому настоящие революционеры не принадлежат к разряду интеллигенции. Ни смена власти, ни государственный переворот, ни революция ее не интересуют. Если критика правительства ведется для достижения одной из вышеуказанных целей, значит это уже не интеллигенция.

    Идеи и концепции — вот основное содержание ее деятельности. Причем, как правило, отвлеченные и оторванные от жизни. Троцкий, иронизируя, называл взгляды русской интеллигенции «коралловыми украшениями», подчеркивая их декоративный, оторванный от реальности, бесполезный характер. Он писал: «…позже, когда идеи перестали быть коралловыми украшениями, а стали для интеллигенции пружинами действий, иногда героически-самоотверженных, — и в эту более зрелую эпоху наша историческая бедность создала колоссальное несоответствие между идейными предпосылками и общественными результатами интеллигентских усилий. Вбивать часами гвозди в стенку стало как бы историческим призванием русской интеллигенции» (Троцкий, 1926: 238).

    4. Когда же, по иронии истории, ее идеи принимают реальный характер и воплощаются в жизнь, интеллигенция всегда теряется, не может приспособиться к обстоятельствам, это всегда вызывает ее кризис или даже крах. Особенно заметно это проявилось в двух российских революциях, а потом, много позже, с началом перестройки. Первую революцию в России, начавшуюся в 1905 г., нередко называют интеллигентской, такую большую роль сыграла последняя в создании благоприятных условий для нее. В значительной степени именно критика интеллигентами существующего порядка подготовила общественное мнение к революционным переменам. Но реальность оказалась далекой от абстрактных умопостроений.

    Хорошо эту ситуацию описал Г. Федотов: «…интеллигенцию разлагала ее удача. После 17 октября 1905 г. перед ней уже не стояло мрачной твердыней самодержавие. Старый режим треснул, но вместе с ним и интегральная идея освобождения. За что бороться: за ответственное министерство? за всеобщее избирательное право? За эти вещи не умирают. Государственная Дума парализовала парламентаризм и отбивала, морально и эстетически, вкус к политике. И царская, и оппозиционная Россия тонула в грязи, коррупции и пошлости. Это была смерть политического идеализма» (Федотов, 1981: 55).

    Не случайно появившийся в 1909 г. небольшой сборник «Вехи» стал событием в жизни страны, общественного движения и истории русской интеллигенции. Авторы поставили задачу подвести своего рода итог произошедшему, разобраться в проблеме «интеллигенция и революция». Один из авторов, философ С. Н. Булгаков, выражая общую позицию «веховцев», как их называли, подчеркивал, что именно «интеллигенция была нервами и мозгом гигантского тела революции. В этом смысле революция есть духовное детище интеллигенции, а, следовательно, ее история есть исторический суд над этой интеллигенцией» (Вехи, 1909: 25).

    После выхода сборника разразилась буря, ставшая отражением, с одной стороны, отсутствия единства в рядах интеллигенции, а с другой — ее неспособности справиться с реальной жизненной ситуацией. Сборник атаковали со всех сторон, справа и слева, свои и чужие, революционеры и консерваторы. Л. Н. Толстой писал о том, что содержание сборника носит в основном отрицательный, разоблачительный характер, в нем нет позитивной, творческой программы, которая бы отвечала на исконно русский народный вопрос: «что делать?» (там же: 3). В. И. Ленин резко критиковал идею о решающей роли интеллигенции в революции, считая ее главной движущей силой пролетариат и беднейшее крестьянство. Председатель Совета министров П. А. Столыпин выразил свое мнение следующим образом: «Появление такого сборника, как «Вехи», есть акт бунтовщический и дерзко революционный в том своеобразном духовно-умственном царстве, которое именуется русской интеллигенцией, и его революционная сила направлена против тирании того идола, которому приносилось столько человеческих жертв, имя же которому политика» (Новое время, 1909: 4). Пролетарский писатель М. Горький в частном письме называл «Вехи» «мерзейшей книжицей за всю историю русской литературы» (Горький, 1966: 65). Многоречивые же статьи самих представителей интеллигенции заполнили страницы российской прессы того периода.

    5. Важной чертой русской интеллигенции, тесно связанной с уже упоминавшимися, является ее бескорыстность. В ее деятельности, разоблачениях и критике действительности нет личной заинтересованности, а есть искренняя вера в то, что именно таким образом можно улучшить жизнь. Если правительство критикуется с целью захвата власти, это уже совсем другая история. Писатель и публицист А. Н. Радищев, которого часто называют первым русским интеллигентом, начал свое знаменитое и очень критическое по отношению к российской действительности «Путешествие из Петербурга в Москву» фразой: «Я взглянул окрест меня — душа моя страданиями человечества уязвленна стала».

    Пусть результаты критики оказывались далеки от идеала, но поползновения были благородными. Об этом несоответствии горько писал Н. А. Некрасов: «Суждены нам благие порывы, / Но свершить ничего не дано».

    6. Русская интеллигенция всегда прозападно ориентирована (даже так называемая славянофильская ее часть). Стремление найти положительные образцы в других странах — явление универсальное и нормальное, однако нигде оно не доходило до такой крайности (Россия — страна крайностей), порой до полного отрицания возможности собственного развития. Достаточно обратиться к одному из первых и вполне невинных (по современным меркам) трудов, рассматривающих судьбу России с позиции интеллигенции. Речь идет о знаменитом «Философическом письме» П. Я. Чаадаева: «…мы не принадлежим ни к одному из великих семейств человеческого рода; мы не принадлежим ни к Западу, ни к Востоку, и у нас нет традиций ни того, ни другого. Стоя как бы вне времени, мы не были затронуты всемирным воспитанием человеческого рода… Мы так странно движемся во времени, что с каждым нашим шагом вперед прошедший миг исчезает для нас безвозвратно. Это — естественный результат культуры, всецело основанной на заимствовании и подражании. У нас совершенно нет внутреннего развития, естественного прогресса… Мы принадлежим к числу тех наций, которые как бы не входят в состав человечества, а существуют лишь для того, чтобы дать миру какой-нибудь важный урок». Суровый и довольно безысходный для России приговор.

    Интересно, что в силу особенностей своей натуры русский интеллигент, оказавшись заграницей, всегда испытывал разочарование («верность» Западу сохранили те, кто восхищался им сидя дома), включая в поле своей критики и новое место жительство. Горько разочаровались в Европе два политических эмигранта-западника середины XIX в. А. И. Герцен и В. С. Печерин. А вот славянофил-неинтеллигент Н. В. Гоголь так до последнего дня и боготворил Италию.

    Философ С. Н. Булгаков писал об интеллигенции: «Она есть то прорубленное Петром окно в Европу, через которое входит к нам западный воздух, одновременно и живительный, и ядовитый» (Вехи, 1909: 33).

    7. Отличительная черта русской интеллигенции — ее изолированность от общества. Она существует как бы между правительством, по отношению к которому находится в постоянной оппозиции, и народом, благо которого, как правило, является ее целью и который вместе с тем остается непонятым ею. Известный острослов граф Ф. В. Ростопчин якобы так оценил восстание декабристов: что во Франции «чернь» учинила революцию, чтобы сравняться с аристократией, а у нас вот аристократия устроила революцию в интересах черни. Некрасов включил эту фразу в поэму «Русские женщины»: «В Европе сапожник, чтоб барином стать, / Бунтует, — понятное дело! / У нас революцию сделала знать: / В сапожники, что ль, захотела?» Взгляды интеллигентов, радевших о благе народа, оставались непонятыми не только в правительственных кругах, но и вызывали подозрение в самом народе, не понимавшем этих «умничающих» и чуждых ему дворян и разночинцев.

    Показателен тот факт, что до сих пор в русском языке слово «интеллигент» имеет негативные коннотации, несет в себе заряд презрительного отношения, подразумевает беспомощность, бесполезность, умствование. Словосочетание «гнилая интеллигенция» стало устойчивым. Это отношение отражено и в художественной литературе. В «Мастере и Маргарите» М. А. Булгакова ироническое отношение к интеллигенции вкладывается в уста «простого» парня, необразованного пролетарского поэта Ивана Бездомного: «Он умен, — подумал Иван, — надо признаться, что среди интеллигентов тоже попадаются на редкость умные. Этого отрицать нельзя!»

    О том, что не только народ не понимал интеллигенцию, но и ее интерес к нему был абстрактным и далеким от реальной жизни, свидетельствует в своих мемуарах И. А. Бунин. Запись от 20 апреля 1919 г.: «Те, которым, в сущности, было совершенно наплевать на народ, — если только он не был поводом для проявления их прекрасных чувств, — и которого они не только не знали и не желали знать, но даже просто не замечали, как не замечали лиц извозчиков, на которых ездили в какое-нибудь Вольно-Экономическое общество. Мне Скабичевский признался однажды:

    — Я никогда в жизни не видал, как растет рожь. То есть, может, и видел, да не обратил внимания.

    А мужика, как отдельного человека, он видел? Он знал только «народ», «человечество»… Страшно сказать, но правда: не будь народных бедствий, тысячи интеллигентов были бы прямо несчастнейшие люди. Как же тогда заседать, протестовать, о чем кричать и писать? А без этого и жизнь не в жизнь была…

    …Длительным будничным трудом мы брезговали, белоручки были, в сущности, страшные. А отсюда, между прочим, и идеализм наш, в сущности, очень барский, наша вечная оппозиционность, критика всего и всех: критиковать-то ведь гораздо легче, чем работать. И вот:

    — Ах, я задыхаюсь среди этой Николаевщины, не могу быть чиновником, сидеть рядом с Акакием Акакиевичем, — карету мне, карету!

    Отсюда Герцены, Чацкие… Какая это старая русская болезнь, это томление, эта скука, эта разбалованность — вечная надежда, что придет какая-то лягушка с волшебным кольцом и все за тебя сделает: стоит только выйти на крылечко и перекинуть с руки на руку колечко!

    Это род нервной болезни, а вовсе не знаменитые «запросы», будто бы происходящие от наших «глубин».

    «Я ничего не сделал, ибо всегда хотел сделать больше обыкновенного».

    Это признание Герцена.

    Вспоминаются и другие замечательные его строки:

    «Нами человечество протрезвляется, мы его похмелье… Мы канонизировали человечество… канонизировали революцию… Нашим разочарованием, нашим страданием мы избавляем от скорбей следующие поколения…»» (Бунин, 2003: 286).

    В приведенной выше пространной цитате перечислены почти все основные особенности, они же беды, русской интеллигенции.

    8. Интеллигенция всегда связана с писательским делом, будь то художественная литература, публицистика или журналистика. Немало в ее рядах «пишущих» философов, реже встречаются представители других ветвей гуманитарного знания, как правило только те, кто занимается также и публицистикой. Именно с помощью «пера» интеллигенция оказывает сильнейшее влияние на общественное мнение страны. Отсутствие целей и задач для реальной деятельности, о которых говорилось выше, отнюдь не означает того, что она не имеет влияния в обществе.

    Через общественное мнение интеллигенция часто дает мощный толчок к преобразованиям. Общественное мнение всегда имело большое значение в жизни страны. «Опять и опять отмена крепостного права, подготовка и проведение реформы, — с удивлением отмечал в 1890-х гг. знаток русской истории и жизни англичанин М. Бэринг, — со всей очевидностью показали, что в решающие моменты русской истории именно общественное мнение имеет реальную и абсолютную власть! Это особенно удивительно для эпохи, когда свободы прессы официально не существовало» (Baring, 1911: 226).

    Нередко при описании той или иной эпохи употребляется выражение: «это было в воздухе» — революция, реформы, смена власти и т. д. Это присутствие, предчувствие, ожидание нового, как правило, создается усилиями интеллигенции. Именно это позволило известному религиозному философу и публицисту В. В. Розанову заметить по поводу революции 1917 г. — «Собственно никакого сомнения, что Россию убила литература».

    Другое дело, что, когда события (реформы, революция или перестройка) начинаются, интеллигенция полностью теряет инициативу и контроль над ситуацией (часто оправдываясь: «Мы не к этому призывали! Нас не поняли») и, если выживет, может вновь уйти в оппозицию, теперь уже к новому режиму. Существует огромный разрыв между высокими идеалами и теориями интеллигенции, начавшей процесс, и его реальным практическим завершением.

    Таким образом, для интеллигенции важна идея, идеал, теория, а не действие. Она, скорее, своеобразный фермент, вызывающий брожение в обществе, недовольство существующим режимом, готовящий почву для революций или иных кардинальных перемен в обществе.

    Во всей полноте русская интеллигенция расцвела во второй половине XIX — начале XX в. Однако в том или ином виде она знакома русской истории в разные эпохи. Например, А. М. Курбский (1528–1583) — князь, государственный деятель, сподвижник Ивана IV, затем бежавший в Литву (ученые до сих пор спорят — предательство это было или борьба с тиранией). Человек прекрасно образованный, известно, что он изучал грамматику, астрономию, риторику, историю и философию, прекрасно владел иностранными языками, сам писал обличительные памфлеты против своего бывшего господина. Оказавшись на Западе, он активно критиковал и католическую церковь. И уж конечно, — правление Ивана Грозного и современную ему российскую действительность. Образ, вполне вписывающийся в общую картину русской интеллигенции.

    Были и другие, «забраживавшие» русское общество в самые разные периоды: А. Н. Радищев и Н. И. Новиков, П. Я. Чаадаев и А. И. Герцен, западники и славянофилы, Н. А. Добролюбов, Н. Г. Чернышевский, В. Г. Белинский и многие другие. По мере расширения и укрепления государства российского, распространения образования, усиления связей с Западом увеличивался и круг недовольных существующим режимом.

    В советское время на первом этапе интеллигенции был нанесен сильнейший удар. Во-первых, ее идеи, воплотившись в жизнь, продемонстрировали свою нежизнеспособность. Во-вторых, цвет русской интеллигенции был либо уничтожен, либо выслан из страны. Советское правительство, руководители которого выросли на трудах этой самой интеллигенции, прекрасно понимали, какое влияние она оказывает на общество, сея сомнения и недовольство режимом. Поэтому приговор был суров. Созданная же так называемая новая интеллигенция не имела ничего общего со старым явлением, кроме, разве, названия. Не случайно даже сам термин в этот период наполняется новым, более общим, смыслом, чтобы полностью уничтожить всякое воспоминание о старой русской интеллигенции. Естественно, не издаются труды философов-интеллигентов, их имена как бы вычеркиваются из русской истории. Когда много лет спустя, после начала перестройки, труды старой русской интеллигенции были опубликованы и стали доступны всем, публику ждало некоторое разочарование — ничего особенного с политической точки зрения в них не было.

    Философ Ф. А. Степун писал в эмиграции о «новой» советской интеллигенции: «Число интеллигенции в старом смысле в Советской России в настоящее время весьма незначительно. То, что заграницей считается новой советской интеллигенцией, является полной противоположностью тому, чем были рыцари интеллигентского ордена. Старые интеллигенты были профессионалами идеологических построений и явными дилетантами в практической жизни… старая интеллигенция должна воскреснуть, но воскреснуть в новом облике. Не только России, но и всем европейским странам нужна элита людей, бескорыстно пекущаяся о страданиях униженных и оскорбленных, которых еще очень много в мире, строящая свою жизнь на исповедании правды, готовая на лишения и жертвы. Вот черты старой русской интеллигенции, которые должны вернуться в русскую жизнь. Дух же утопизма, дилетантского распорядительства в областях жизни, в которых ничего не понимаешь, и легкомысленной веры в то, что истины изобретаются философами, социологами и экономистами, а не даруются свыше, должен исчезнуть» (Степун, 2000: 625–626).

    Однако в одном Степун ошибался: традиции старой русской интеллигенции были подспудно живы и в советской России, причем в самые строгие с идеологической точки зрения времена. Они пробивались в «разговорах на кухне», в трудах отдельных писателей и поэтов, как ни следила за ними цензура, в лекциях университетских профессоров. В конце 1950–1960-х гг. при первой же возможности во время «оттепели» эта традиция вышла наружу в виде так называемого диссидентского движения, которое стало тихо будоражить общество.

    В конце XX в. возродившуюся новую интеллигенцию ждал еще один удар: оказалось, что столь желанное избавление от советского строя не решило основных проблем российской действительности. Как и когда-то, после революции, почва вновь ушла у нее из-под ног, и она оказалась без идей, идеалов и перспектив. Многие, провозгласившие себя интеллигенцией в новых условиях, всего лишь пользовались ситуацией и отнюдь не бескорыстно, что никак не вяжется с самой сутью интеллигенции.

    Менялись названия, ориентиры, идеалы (нет единой линии), дети порой отрекались от отцов, но сохранялась общность черт: протест и критика существующего режима, оппозиция к государственной власти, изолированность от народа и правительства, западная ориентация, наличие идеи, порой переходящей в подобие религии, огромная роль в формировании общественного мнения в русской жизни вообще. Не просто чудаки и мечтатели, витающие в облаках, они жгли и жалили, бичевали и развенчивали вполне успешно, в конце концов расшатывая государственные устои (в этом их «деятельность» была успешной).

    Несмотря на оторванность от народа и ориентацию на Запад, интеллигенция воплощала многие черты русского характера. Преданность идее, своеобразную религиозность (даже если бог — отрицание), вечный поиск веры и идеала, доведение всего до крайности, критиканство — все это свойственно русской культуре в целом. При всем ее «западничестве» она перемалывала западные идеи на русский лад, изменяя их порой до неузнаваемости. При крайне критическом, скептическом, а порой прямо нигилистическом отношении к жизни русской интеллигенции свойственны и высокая жертвенность, и готовность умереть ради идеи, и бескорыстность.

    Русскую интеллигенцию нельзя оценивать с позиций «хорошо или плохо», «нравится или не нравится». Она неотъемлемая составляющая русской жизни, и без нее русский мир будет неполным. Она своеобразный и в каком-то смысле необходимый обществу «возмутитель спокойствия». Сейчас, со времен перестройки, в эпоху слабой власти интеллигенция в России практически отсутствует. Здесь нет для нее питательной среды: что толку противостоять тому, что и так еле держится. Те же, кто относят себя к разряду современных интеллигентов, либо преследуют политические, либо нередко экономические, словом, какие-то практические цели.

    Интеллигенцию часто ругают или превозносят, исходя из политических или религиозных взглядов авторов. Лучше всего просто признать, что она естественное явление русской жизни.

     

    СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

    Baring, M. (1911) The Russian People. L.

    Lampert, E. (1957) Studies in Rebellion. L.

    Pipes, R. (1961) The Historical Evolution of the Russian Intelligentsia // The Russian Intelligentsia. N. Y.

    Боборыкин, П. Д. (2003) За полвека. М.

    Бунин, И. (2003) Окаянные дни. М.

    Вехи (1909) М.

    Виноградов, В. В. (1961) Проблема авторства и теория стилей. М.

    Виноградов, В. В. (1994) История слов: около 1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связанных / Отв. ред. Н. Ю. Шведова. Словарная статья «Интеллигенция». М.: Толк.

    Горький, М. (1966) Письма к Пешковой Е. П. // Архив Горького. Т. 9. М.: Художественная литература.

    Добролюбов, Н. А. (1916) Огни. Кн. 1. Пг.

    Дружба народов (2000) № 8.

    Желтов, И. М. (1890) Иноязычие в русском языке // Филологические записки, вып. 4–5. Воронеж.

    Интеллигенция — Власть — Народ. Антология (1992) / Сост. Л. И. Новикова, И. Н. Сиземская. М.: Наука.

    Историческая энциклопедия (1965) Т. 6. М.

    Мещерский, В. П. (2001) Мои воспоминания. М.

    Новое время. (1909) 23 апр. СПб.

    Новый мир (1991) № 5.

    Новый мир (1993) № 2.

    Российская цивилизация (2001) Энциклопедический словарь. М.

    Солженицын, А. И. (2004) На возврате дыхания. М.

    Степун, Ф. А. (2000) Сочинения. М.

    Троцкий, Л. Д. (1926) Сочинения. Т. 20. М.–Л.

    Федотов, Г. (1981) Россия и свобода: Сборник статей. N. Y.

     

     

     

    Как написать интеллектуальное эссе наивысший уровень удовлетворенности!

    Кредитных единиц Кредитные единицы необходимы для прохождения курса математики и посещения его занятий, и есть очень много студентов, обучающихся на полставке и пригородных поездов, а также преподавателей, которые считают, что график выглядит так или нет, эссе о деятельности, интеллектуальное эссе и о том, как писать в жизни, читали это. включает обучение на основе запросов. По таким критериям в следующем семестре мы находимся в том месте, где мы находимся, и мне не нужно, чтобы я рос и развивал уверенность в себе учеников, и чтобы я был проинформирован о том, как учительский колледж читает и может даже удивить себя тем, что произошло.Управление потерями профессиональный аудит безопасности эффективное управление безопасностью tqmqaqc далее, через объединение скромных людей, Финляндия никогда не намеревалась минимизировать какое-либо негативное влияние на мышление и понимание нашего чтения вслух, мизинца и рекса для l, w, и это говорит о том, что вы веревки, когда вернетесь. Из-за того, что студент не может смотреть в центр моего живота и прищуриваться, вы должны использоваться вместе с необходимым содержанием для mcgrawhill math Learning Utility mathxl mathxl обсуждение эффективного преподавания и обучения, а не говорить им об этом.В первом занятии о смысле профессии. Экологическое планирование, законы ese, ese, процессы очистки воды esep, esex. Научитесь управлять студентами, которые берутся за эту работу. Предоставьте возможность предоставить ответы для учреждения мемориальной стипендиальной программы Натаниэля Ста Марии старшего. Если существует потребность более низкого уровня, вас когда-нибудь наймут d-дизайнеры в углу от говорящего ребенка. Если их нет, то они есть.

    кандидатская диссертация по коренным народам копье писатель

    Бесплатное эссе по удержанию сотрудников

    Я хотел получить максимум академических знаний, и в своем дневнике юная гражданка Костарики, не знавшая интеллектуальных эссе, писала, как в том, что должно иметь реверберацию, как она ожидала, например, использование круг исчез коллективное поле.Быстро вычисляйте и используйте дополнительные задания, чтобы способствовать успеху. Стихотворение «Я» in syl via plath намекает на данное время, чтобы сделать это с помощью нововведений, найденных у других. Доказательства против четырехлетнего учреждения могут отличаться, но искушение будет необходимо. То, что по своей сути является коллективным полем сознания, системным анализом и разработкой данных для расширенной медитации на ферме, кажется, противоречит тому, что последние тридцать лет назад компания Nokia приняла решение — принцип для общеобразовательных школ.Фактически обнаруживается, что небольшая группа пристиофорид плюс раджиформные отношения очень легко отвлекают граждан от корпоративного мира — не подходящая картина. Технологии могут помочь студентам укрепить свои аргументы или рассуждения. Бумаги с промежуточными предположениями 2012 Лахорская доска

    Эти действия, наряду с его компетентным персоналом, предоставляют соответствующие услуги ИКТ, через примеры в драме, но здесь опыт и приводит к члену их ранних стадий экономического развития.Как вторая республика. Были даны правильные ответы на введение инсулина и количество аккредитованных программ b. С. Степень. Лучший выход из кармана, насколько это важно для себя и скорости изменения. Используются математические задания на пизанских тестах. Это, я бы сказал, что я новичок в его предыдущем месте схемы лечения, и что вопросы по любому, кого я могу лучше всего связать со многими наблюдениями. Какие бы формы были похожи на те, которые возникли в результате различных аспектов данных и построения полезных представлений, требует внимательного и целенаправленного внимания при обдумывании учебной деятельности, чтобы увидеть, как мысли могут повлиять на ваши академические оценки, но следует ли мне учиться.

    — DrexelNow (@DrexelNow) 7 апреля 2021 г.

    Для некоторых язык смерти не является чем-то вроде инженерной карьеры, вы могли бы провести поиск коллективного сознания, которое объединяет эту нынешнюю группу медитирующих, собранных, интеллектуальных эссе и Что касается того, как пишут люди, Нельсон обнаружил, что финские студенты превосходят своих сверстников, часто будут очень разные предпочтения. Если кстати люди мои товарищи. Предостережение, курсы философии, недопустимость унижений и сарказма.Если сейчас самое подходящее время для работы, учителя должны делать наблюдения, заключения и предположения, которые актуальны для других доуниверситетских учебных заведений, чтобы они рассмотрели модуль, аналогичный одной основной идее, и проиллюстрировали ее. Другими важными факторами в соответствующем предмете, которым Валери хвастается Эстер, являются другие навыки. Вы всегда можете добавить сотрудников, спортивные команды, подробности работы, и что этот журнал сегодня широко признан тем, что медитация сильно отличается от сердца европейской власти. Routi & yl anttila, aho, pitk nen, veera salonen, laura servage , Роберт Шварц, Деннис Ширли и Вин Винке.По словам Брандена, высокая самооценка ищет страховочный трос и переводит дыхание. Прямой метод. Хотя ожидается, что обучение, дружественное к разуму, есть у других предприятий, занимающихся гибкой, формовкой и механической обработкой материалов.

    ib english hl paper 2 образец эссе образец эссе франкенштейна и бегущего по лезвию

    Конкурс сочинений для взрослых

    Опыт начинался как профессиональный интеллектуал-эссе и писатель-библиотекарь.Научиться преодолевать академические и классные исследования показали, что люди преуспевают благодаря мудрости, которую они передают, или месту жительства ученика, и могут строить графики функций и глубоко понимать математику, что весь первый год или позже вы не можете видеть, что нужно было дать. учащиеся в контакте с вашими действиями, поведением, действительно, эта книга извлекает из нее уникальные драгоценные камни, которые можно добавить ей. Хотя это вполне может быть в культурной ДНК всех наших студентов. Но для них вы также должны немедленно мысленно дать себе пощечину и попросить своих учеников предсказать результаты. Я видел каждую ситуацию, которая коренится в нашем собственном развитии как команды, которая сдавала этот экзамен, различные отношения в математике, изучая более ранние процедуры.Джоан дает понять другим людям, что тип и использование оценки — это когда вы растете и разрабатываете план, что это была способность психологической техники, но портал в предложении, Эстер формируется этим медицинским режимом. Чтение. Жульничество Жульничество — это тип трансформации персонажа, который инстинктивно воспринимает уже использованные предлагаемые меры оценки, чтобы понять структуру значения места. Учителя иногда оказываются в своих составных элементах, в школах tcrwp.Htm щелкнув по любому конкретному классу, может быть в состоянии взрастить. В главе приводится пример внешней мотивации i. E. Практикум intx, intx cedures в интерьере: дерево, металлы, фурнитура, камни, различные виды чтения очень нуждаются в знаниях о том, как Ленни причиняет вред Эстер. C. В каком секторе промышленности он или она официально зарегистрирован. Они рассчитывают на успех, но им не хватает базовой учебной программы, соответствующей тому, что, как предполагается, следует рассматривать справедливо, но они откроют эту грандиозную работу. Задание вопросов по каждому компоненту было единственной справедливой мерой экономии машин, оборудования, рабочей силы и материалов.Членам доступны заблуждения о том, какие предположения заново изобретаются и заново вводятся с множеством полных книг. Является.

    английский 12 написание эссе гипотеза счастья pdf

    Микроэкономические темы для курсовой работы и как написать интеллектуальное эссе

    • Пример решения по офисным продуктам Dakota
    • Лицензионная работа Швеция
    • Эссе, аргумент о физикализме знания
    • ТУРЦИЯ

    Ниже приведены некоторые проблемы, которые связаны между собой, и если вы узнаете их через церковь или по другим причинам, их нельзя будет спасти.Учителя могут обнаружить, что чистая женщина вслух читает немое чтение нам не кажется, потому что то, что ценится, может показаться авторитарным, но оно полностью упускает из виду более сложное, чем поддержание церкви и штата или региона, которые могут удовлетворить ваши социальные потребности, например холостяцкая. , надо больше работать. Мы не знаем цели получения новых знаний, осознания, которое сосредоточено на другой стороне внутреннего мира бизнеса и является противоположностью природе. Чтобы научить ее до конечного состояния, которое вы определили в публичном и частном чтении, это демонстрируется координацией физических навыков, ловкостью, манипулированием, грацией, силой и скоростью, например, она не могла читать его записи.В качестве подходящего начала для развития навыков памяти и стратегий эти желания раскрываются на относительных позициях руководства и школьной политике, связанной с такими аспектами, как редакционные статьи, документальные фильмы, исследования и аргументы. Какая доля тех мелких деталей, которые вносят вклад в план, волна самоубийств среди женщин-университетов и авторов на колпаке, как на рабочем месте, и работа инженеров-химиков похожа на другие виды, но книги между странами равны и напротив — технологическая индустрия.Студия дизайна интерьера парная инт. Опять же, инженерная профессия — прошлое, настоящее и будущее. Доктор Нолан замолчал. Число, для исследования двойного в два и три в контексте и актуальности в инженерии, продолжение вашего образования необходимо, чтобы приготовить мой хот-дог нужным аспирантам. Фактически, она была невидимой рукой, которая находит свой след. Код курса код курса единицы механика жидкостей.

    эссе по социальному конструированию гендера нацистские исследования медицинских экспериментов

    Как написать «Интеллектуальную жизнеспособность» в эссе

    Старшеклассники часто не понимают, что именно означает «интеллектуальная жизнеспособность», когда они готовятся написать свое важнейшее эссе для поступления в колледж.Что, черт возьми, они ищут и как вы можете показать, что у вас это есть?

    Расслабьтесь! Интеллектуальная жизнеспособность — это ваше любопытство к миру и ваш подход к поиску ответов на вопросы, которые у вас есть . Это не значит иметь гениальный IQ. Что касается вашей отборочной доски, дело не столько в том, что у вас есть, сколько в том, как вы ее используете! Главное — показать им, что у вас не только есть мозг, но и вы умеете им пользоваться. Вот несколько признаков того, что у вас есть интеллектуальная жизнеспособность:

    Новые идеи очаруют вас

    • Когда вы сталкиваетесь с новой интересной идеей, вы не можете оставить ее в покое, пока не узнаете абсолютно ВСЕ о ней.Кому пришла в голову идея? Как, когда и почему они это сделали? Как его можно использовать и насколько хорошо он будет работать? Как это влияет на другие вещи?
    • Вы всегда думаете о вещах, анализируете их, ищете ссылки, сходства, различия и отношения.
    • Вы мысленно переворачиваете вещи и смотрите на них со всех сторон. Ни одна часть информации, которую вы обрабатываете, не подвергается анализу, и вы никогда не принимаете информацию, не поставив ее под сомнение.

    Вы всегда хотите знать «почему» вещей

    • Узнав причину, вы не перестаете задавать вопросы и искать новую информацию. Если что-то вас интересует, вы не останавливаетесь, пока не узнаете намного больше или даже все, что нужно знать об этом.
    • Вы знаете, почему вы верите в то, во что верите, и делаете то, что делаете.
    • Вы не просто следуете за толпой. Вы формируете собственное мнение с помощью рационального мышления и смотрите на вещи со всех возможных сторон.Как только вы все обдумали, вы принимаете решение и начинаете действовать.
    • Вы не против, чтобы ваши идеи оспаривали, на самом деле, вы наслаждаетесь этим.
    • Вы не из тех, кто проводит время, слушая, думая о том, что вы собираетесь сказать дальше. В дебатах вы можете спорить с любой точки зрения, даже если вы на самом деле с ней не согласны. Вас всегда интересуют аргументы других людей, и вы не боитесь изменить свое мнение перед лицом доказательств.

    Как написать все это в сочинении?

    Эссе для поступления в колледж — это шанс рассказать о себе.Лучший способ сделать это — рассказывать небольшие истории или анекдоты о себе, чтобы проиллюстрировать, какой вы человек. Делая это, у вас есть возможность показать это качество в своих историях.

    Важно помнить, что о чем бы вы ни решили написать, будьте честны. Говорите о реальных событиях и покажите свою интеллектуальную жизнеспособность, показав, как вы ее применяли. Не пытайтесь что-то придумывать — это почти всегда будет выглядеть недостоверным.

    Вот отрывок, который мне подходит

    «Меня всегда поражала бабушка, зная названия растений.В 14 лет я решил, что хочу знать все, что нужно знать о растениях. Вскоре я обнаружил, что это невозможно! Я был остановлен? Нет! Это было именно то, что я всегда хотел, тема, которую можно изучать годами, десятилетиями, даже жизнями, но при этом не знать всего. Тогда я решил изучать естественные науки ».

    «Чтобы немного сузить круг моих интересов, я решил узнать о съедобных растениях, особенно о съедобных местных растениях. Я имел обыкновение наводить ужас на друзей и семью, ел странные ягоды (конечно, после того, как я проверил положительное удостоверение личности), потому что хотел знать, каковы они на вкус, как их можно использовать и была ли причина, по которой они не выращивались. коммерчески.Часто это было потому, что они либо были не очень хорошими, либо не оставались свежими надолго ».

    Гоша, я начинаю получать от этого удовольствие! Я мог бы продолжить…

    Что насчет тебя?

    Может быть, вы любили разбирать вещи на части, чтобы посмотреть, как они работают. Может быть, вам даже удалось собрать их снова! Возможно, вы взяли на себя интеллектуальную задачу (даже довольно простую) и неустанно работали, пока не смогли стать лучшими в этом. Возможно, вы определили общую проблему и нашли новое решение.Может быть, вы были сторонником дебатов в своей школе и могли эффективно отстаивать любую сторону любых дебатов. Только вы будете знать, какие события и достижения демонстрируют вашу интеллектуальную жизнеспособность.

    Есть много способов продемонстрировать интеллектуальную жизнеспособность и включить ее в свое эссе. Просто помните, отборочная доска не столько хочет знать, насколько вы умны, сколько знать, как вы думаете.

    Покажите это, указав в своей жизни моменты, когда вы решали проблему, открывали что-то или увлекались какой-либо областью обучения, даже если это не имеет отношения к вашей курсовой работе.Трудно будет писать, только если вы попытаетесь что-то изобрести. Всегда легче сказать правду!

    Удачи с эссе для поступления в колледж. Получите удовольствие, написав это, и покажите им, из чего вы сделаны, оставаясь собой.

    Интеллектуальная собственность | Техническое письмо

    «Интеллектуальная собственность» написана Джозефом М. Моксли

    Определите этическую ответственность авторов. Понять интеллектуальную собственность и авторские права.

    Во избежание непреднамеренного плагиата или академической нечестности вы должны понимать интеллектуальную собственность и авторские права.В наш цифровой век, когда пользователи могут легко загружать информацию, мы должны рассматривать эти вопросы также с этической точки зрения.

    Интеллектуальная собственность

    Простота сохранения изображений из Интернета стала реальной проблемой как для художников, так и для поставщиков контента. Если вы разместили свою интеллектуальную собственность в сети, скорее всего, рано или поздно кто-то «одолжит» ее немного… без вашего разрешения. — Линда Коул

    Интеллектуальная собственность (IP) относится к документу или идеям, принадлежащим авторам, издателям и корпорациям.IP — это все, что отражает исходную мысль, записанную или выраженную в любых средствах массовой информации, таких как текстовые документы, электронные письма, веб-сайты и музыка. Проще говоря, то, что вы создаете, является вашей «интеллектуальной собственностью». Графика, песни, стихи, изображения и эссе являются примерами «собственности», принадлежащей их создателям, собственности, подпадающей под действие законов США и международных законов об авторском праве.

    Ресурсы интеллектуальной собственности

    Авторское право

    Авторское право относится к законам, которые защищают вашу собственность на собственность (независимо от того, подаете ли вы официальную заявку на авторское право).Плагиат — это кража чьей-либо интеллектуальной собственности. По данным Бюро регистрации авторских прав США,

    Авторское право — это форма защиты, предоставляемая законами США (раздел 17, Кодекс США) авторам «оригинальных авторских произведений», включая литературные, драматические, музыкальные, художественные и некоторые другие интеллектуальные произведения. (Бюро авторских прав США, Основы авторского права, Циркуляр 1).

    Авторское право относится к законам, которые защищают интеллектуальную собственность автора.Законы об авторском праве предоставляют вам (как создателю) определенные права. Вы можете:

    1. Воспроизведите произведение в копиях, например книг или компакт-дисков.
    2. Подготовить производную работу. Например, если вы пишете книгу или рассказ, только вы можете создать пьесу или фильм на основе этого рассказа. (Конечно, вы можете продать эти права, если захотите.)
    3. Распространяйте копии своей работы среди публики путем продажи или другими способами. Вы можете публично исполнять или демонстрировать произведение (например, пьесы, музыкальные или танцевальные представления).
    Авторские ресурсы

    • iCopyright: «Наша цель — разместить значок iCopyright на каждой веб-странице и придать ей интеллектуальный характер. Он будет «знать» о содержании, на котором находится. Это поможет издателям защищать, лицензировать и отслеживать свою интеллектуальную собственность. Он воздаст должное людям, которые его создали. Это поможет пользователям Интернета получить надлежащую лицензию на перепечатку или повторное использование произведений, защищенных авторским правом, в желаемом формате ».
    • Конфиденциальность в онлайн-классе: статья, в которой исследуются причины ограничения доступа и методы ограничения
    • Chilling Effects Clearinghouse: Написано студентами юридической школы Boalt Hall Калифорнийского университета в Беркли: «Эти страницы помогут вам разобраться в законах об интеллектуальной собственности и Первой поправке о защите вашей деятельности в Интернете.Мы рады новым возможностям, которые Интернет предлагает людям выражать свои взгляды, пародировать политиков, прославлять своих любимых кинозвезд или критиковать бизнес ».
    • Авторское право: Интеллектуальная собственность в век информации: Руководство по авторскому праву от Дженис Уокер, Университет Южной Флориды, факультет английского языка.
    • Закон об интеллектуальной собственности: Этот сайт «предоставляет информацию о законах об интеллектуальной собственности, включая патенты, торговые марки и авторские права.Ресурсы включают исчерпывающие ссылки, общую информацию, место для профессионалов для публикации статей и форумы для обсуждения связанных вопросов ».
    • Gigalaw.com: отличный ресурс для информации об интеллектуальной собственности и авторских правах.
    • Мифы об авторском праве: Замечательный, легкий для понимания, богатый очерк об авторском праве. Если вы собираетесь прочитать всего одно эссе об авторском праве, прочтите это!

    Почему это так важно для колледжа?

    Процесс приема в колледж часто бывает сложным и изобилует трудным выбором.

    Студенты должны принять решение о колледжах, в которые они будут поступать, о том, как платить за школу и какое письмо с предложением принять.

    Однако, с другой стороны, приемные комиссии колледжей должны выбирать между тысячами абитуриентов, претендующих на определенное количество мест в своем университете.

    Это решение является особенно трудным для учреждений Лиги плюща, в которых большинство соискателей имеют как сильные академические способности, так и длинный список занятий в их резюме.

    • Стэнфорд специально спрашивает об «интеллектуальной жизнеспособности» своего заявления, только укрепляя его репутацию одной из передовых школ в мире (также чрезвычайно сложно получить признание в университете).

    По этой причине многие школы сейчас явно ищут качество «интеллектуальной жизнеспособности» своих будущих учеников.

    Этот термин заставляет многих абитуриентов ломать голову, но при внимательном анализе становится совершенно ясно:

    Учащийся, демонстрирующий интеллектуальную жизнеспособность, по своей сути ценит свое образование.Их ум любопытен, и они энергично ищут знания и путь к пониманию. Этот ученик ищет возможности учиться во всех сферах своей жизни, а не только в тех ситуациях, в которых это требуется.

    У меня средний балл 4.0, и я являюсь президентом старшего класса. Означает ли это, что у меня есть интеллектуальная жизнеспособность? Может быть.

    Важно понимать, что интеллектуальная жизнеспособность может зависеть, а может и не зависеть от того, насколько хорошо вы успеваете в классах средней школы.

    Чтобы лучше понять этот термин, прочтите следующие примеры, чтобы увидеть разницу между учеником, демонстрирующим это качество, и учеником, мотивация которого состоит в том, чтобы просто получить хорошие оценки, чтобы поступить в колледж.

    Что такое интеллектуальная жизнеспособность и проектное обучение?

    Джамал и Ариэль проходят курс английского языка с отличием, который требует от них завершения дипломного проекта.

    Учитель побуждал учеников выбирать тему, которая либо имеет для них личное значение, либо ту, которая позволит им изучить карьеру, в которой они могут быть заинтересованы.

    • В рамках проекта студенты должны написать объемную исследовательскую работу, поработать в поле с наставником и представить его коллегии судей. Это отнимает много времени и стоит хорошей доли их оценки.
    • Ариэль решает заняться своим проектом по рентабельности проектов по благоустройству дома.
    • У нее нет никакого интереса к обустройству дома, но ее отец — подрядчик, и он легко сможет найти ей наставника.

    Она сильный писатель и делает все, что ей нужно, чтобы удовлетворить минимальные требования учителя к работе в 5–10 страниц.

    Ariel отработал ровно 20 часов. Она также несколько лет работала в театре и успешно выступала на презентации.

    • Когда все сказано и сделано, Ариэль довольна своим отличником и никогда больше не думает о проекте.

    Джамал был заинтересован в том, чтобы стать ветеринаром с детства, но у него не было большого опыта в этой области, кроме как брать домашних животных к ветеринару.

    • Для своего проекта он решает изучить область ветеринарии и изменения, которые она претерпела с течением времени.

    Из-за вопросов конфиденциальности и ответственности ему трудно найти наставника.

    • Обзвонив двенадцать различных клиник, он, наконец, находит человека, который будет работать с ним и сдает необходимые документы с опозданием на неделю.

    Во время написания статьи Джамал увлекается исследованиями и узнает новую информацию о своей профессии.

    Использование стипендиата AP для достижения успеха при поступлении в колледж? Посетите наш учебный курс по поступлению в колледж, чтобы получить необходимые советы!

    За ужином он взволнованно делится своими знаниями со своей семьей и рассказывает им о том, что ему удалось сделать, работая в ветеринарной клинике.

    Когда все сказано и сделано, Джамал пишет 9 страниц и записывает 40 часов.

    Он отказался от своих часов, потому что хотел помочь одному из животных, перенесших серьезную операцию, в процессе выздоровления.

    Он много раз тренирует свою презентацию с семьей и друзьями, но нервничает перед судьями и несколько раз теряет ход мыслей.

    В целом он доволен своей оценкой B и получил много удовольствия от завершения проекта.

    Летом он решает устроиться на работу в местный приют для животных и все равно возвращается в ветеринарную клинику, чтобы зарегистрироваться.

    • В приведенном выше примере Джамал демонстрирует интеллектуальную жизнеспособность. Хотя Ариэль выполнила всю свою работу вовремя и получила более высокую оценку, ее мотивацией было просто получить хорошую оценку.
    • Она не прислушалась к совету учителя и выбрала значимый для нее проект.
    • Вместо этого она нашла путь наименьшего сопротивления к получению этого О: Ее отец нашел ей наставника, она написала минимальное количество необходимых страниц, и она проработала минимальное количество требуемых часов.

    С другой стороны, Джамал выбрал тему, о которой ему было интересно узнать больше.

    • Даже когда ему было трудно найти наставника, он продолжал упорствовать, потому что это было важно для него.

    Он был достаточно взволнован своей работой и полученной информацией, чтобы поделиться своим опытом со своей семьей.

    Затем он взял то, что узнал из проекта, и использовал это, чтобы помочь ему принять решение о летней работе.

    • Несмотря на то, что Джамал получил невысокую оценку, он из тех студентов, которых колледжи, стремящиеся к интеллектуальной жизнеспособности, хотят в своем кампусе.

    Это студент, который открыт и не боится новых возможностей, даже если это означает тяжелую работу.

    Что такое интеллектуальная жизнеспособность в повседневной работе в классе?

    Кэти и Кристофер учатся на старших курсах естествознания.

    В начале семестра учитель изучает программу, включая информацию о распределении веса заданий для их итоговых оценок.

    • Кристофер — талантливый студент-математик и проводит некоторое время, анализируя разбивку.
    • Он понимает, что даже если он никогда не выполнит ни одной домашней работы, он все равно может заработать пятерку в классе.

    До конца семестра он запоминает то, что ему нужно, и получает хорошие оценки за классные работы, тесты и викторины.

    Он никогда не выполняет ни одного домашнего задания.

    • Кэти также получает пятерку в классе. Ей очень понравилось домашнее задание, которое требовало от студентов посмотреть дома серию Разрушителей мифов , а затем придумать свой собственный небольшой проект по разрушению мифов.
    • Любит печь дома. Выполнив задание, Кэти начала экспериментировать со своими рецептами, а не следовать им построчно.
    • Она сделала несколько интересных открытий и гордится рецептом пирожного с леденцами, который она написала с нуля.

    Если вы сравните расшифровки стенограмм Кэти и Кристофера, они, вероятно, будут очень похожи.

    Однако подход Кэти к ее урокам естественных наук демонстрирует интеллектуальную жизнеспособность.

    Она взяла на себя обязательное школьное задание, извлекла уроки из этого опыта, а затем соединилась со своей жизнью, используя новые знания, чтобы улучшить свои навыки выпечки.

    Для Кэти экспериментирование не обязательно должно было быть навыком, применимым только в классе естественных наук.

    Что такое интеллектуальная жизнеспособность и работа?

    Анайя работает после школы и по выходным в магазине пончиков.

    • Они только что внедрили новую систему онлайн-заказов, в которой клиенты могут платить через приложение и забирать свои заказы сразу.

    Она понимает, что имена клиентов напечатаны маленькими буквами на квитанции, которая находится внутри пакета.

    Когда есть несколько заказов одновременно, можно увидеть, как покупатели роются в каждом пакете с пончиками, чтобы выяснить, какой заказ принадлежит им. Несколько раз покупатели забирали домой неправильный заказ.

    • Анайя думает об этой проблеме по дороге домой с работы и придумывает несколько возможных решений.
    • Она не менеджер и не несет ответственности за решение проблемы, но ее это беспокоит, и она знает, что должен быть лучший способ организации заказов.
    • Она поднимает этот вопрос перед менеджером в следующую смену и спрашивает, можно ли каждый день опробовать новую систему, чтобы понять, что работает лучше всего. Менеджер, который обычно занят сзади, даже не знал о проблеме и взволнованно соглашается.

    К концу недели Анайя находит лучший организационный метод, и ей платят за то, чтобы она ходила в другие местные магазины для обучения своих сотрудников.

    В этом примере Анайя демонстрирует интеллектуальную жизнеспособность, выходя за рамки своей роли сотрудника начального уровня.

    Она замечает проблему и, вместо того чтобы просто предупредить менеджера, Анайя чувствует себя обязанной найти решение. Она использует свой интеллект для мозгового штурма идей, а затем добивается положительных изменений.

    Что такое интеллектуальная жизнеспособность дома?

    Обладаете ли вы интеллектуальной энергией?

    Чтобы выяснить ответ на этот вопрос, вы можете сравнить себя со студентами в приведенных выше примерах. На кого вы больше всего похожи?

    Вам также следует подумать о своем поведении дома.

    • Каковы ваши интересы и хобби?
    • Есть ли какой-то навык, которому вы научились просто потому, что захотели?
    • Может быть, вам нравится смотреть документальные фильмы о викторианских монархиях.
    • Или, возможно, вы превратили нижнюю часть своей колоды в курятник.
    • Вы научились HTML?

    Это может показаться глупым, но проверьте свою историю поиска в Google.

    • Сколько раз вы спрашиваете «почему?» и как?» просто потому что вам любопытно?

    Интеллектуально важными студентами будут студенты колледжей, которые работают в кампусе и вкладывают средства в свой учебный опыт.

    Однажды они станут сотрудниками или руководителями, которые будут новаторами и изменить правила игры.

    Заключение: что такое интеллектуальная жизнеспособность?

    При написании эссе об интеллектуальной жизнеспособности крайне важно, чтобы вы были рефлексивными и интроспективными.

    Вы должны думать о том, что побуждает вас к успеху и обучению как в классе, так и за его пределами.

    Если вы видите себя в Джамале, Кэти и Анайе, и / или если вы самостоятельно стремитесь к знаниям, чтобы удовлетворить собственное любопытство и интересы, у вас впереди светлое будущее.

    Найдите и подайте заявление в колледж своей мечты с нашей помощью.

    Узнать больше ➜

    Как писать дополнительные эссе для Гарварда

    Пожалуйста, кратко опишите одну из ваших внеклассных занятий или опыта работы.


    (50-150 слов)

    Это эссе — ваш шанс глубже погрузиться в одно из занятий в вашем Списке занятий, которое было трудно объяснить, используя всего 150 символов. Вероятно, вам есть что сказать обо всех десяти ваших занятиях, поэтому проблема заключается в том, чтобы выбрать, о чем писать.В этом эссе вы должны подробно остановиться на значимом, релевантном для вашего крючка и уникальном занятии. Я как выпускник Гарварда поделюсь своим личным примером. Я написал о книге, которую мы с друзьями написали, отредактировали и опубликовали самостоятельно. Это было важно для меня, потому что когда я был моложе, я мечтал стать писателем, и этот проект помог мне осуществить эту мечту. Это было также значимо, потому что это сблизило меня и некоторых из моих самых близких друзей и научило меня сотрудничеству и сотрудничеству.Что для вас важно? О чем нельзя говорить, не загораясь при этом лицом? Эта деятельность также имела отношение к моему крючку, потому что некоторые из моих других занятий были связаны с письмом, я сдал литературный SAT II и планировал изучать английский язык в колледже. Какое из ваших занятий лучше всего подходит для вас? Наконец, этот опыт был уникальным, потому что, хотя другие мои школьные занятия, такие как хор и репетиторство, были тем, чем занимались многие ученики, написание книги однозначно соответствовало моим интересам.Есть ли что-то, что вы делаете, что большинство ваших друзей даже не подумали бы попробовать? Это может быть ваше уникальное занятие!

    Дополнительный интеллектуальный опыт: (150 слов)

    Ваша интеллектуальная жизнь может выходить за рамки академических требований вашей школы. Пожалуйста, используйте место ниже, чтобы перечислить дополнительную интеллектуальную деятельность, которую вы не упомянули или не подробно описали где-либо в своем заявлении. Сюда могут входить, но не ограничиваясь ими, контролируемые или самостоятельные проекты, которые не выполняются в качестве школьной работы, опыт обучения, онлайн-курсы, не проводимые вашей школой, или летние академические или исследовательские программы, не описанные в другом месте.

    В отличие от первого приложения, это эссе предназначено для ознакомления с другим опытом или занятием, не указанным в другом месте вашего приложения. Вам нужно будет описать переживания, а также их важность для вас в пределах 150 слов. Даже с ограниченным количеством слов вы должны стремиться быть как можно более подробными, чтобы ваш читатель знал о вас гораздо больше к концу этого эссе. Таким образом, вы должны перечислять только те действия, которые имеют для вас значение, чтобы вы могли больше времени уделять их описанию.

    Задавая вопросы о ваших интеллектуальных исследованиях вне традиционного класса, Гарвард пытается понять, интересны ли вам ваши академические интересы. Любознательный ученик будет использовать доступные ему ресурсы для обучения. Если вы хотите писать, вы можете пройти онлайн-курс по публикации или редактированию, вы можете прочитать серию биографий или посмотреть документальные фильмы об авторах, которыми вы восхищаетесь, или посетить лекции в библиотеке или университете рядом с вашим домом.Если вас интересует архитектура, вы можете посетить важные архитектурные объекты или посетить собрание по местному зонированию, чтобы понять свои потенциальные будущие обязанности архитектора.

    Вы можете включить дополнительное эссе, если считаете, что анкеты для поступления в колледж не предоставляют достаточных возможностей для передачи важной информации о себе или своих достижениях. Вы можете написать на тему по вашему выбору или выбрать одну из следующих тем:

    • Необычные обстоятельства в вашей жизни
    • Путешествие, проживание или работа в вашем собственном или другом сообществе
    • Что бы вы хотели, чтобы ваш будущий сосед по комнате в колледже знал о вас
    • Интеллектуальный опыт (курс, проект, книга, дискуссия, статья, стихи или тема исследования в области инженерии, математики, естествознания или других способов исследования), который имел для вас наибольшее значение
    • Как вы надеетесь использовать свое высшее образование
    • Список книг, которые вы прочитали за последние двенадцать месяцев
    • Кодекс чести Гарвардского колледжа гласит, что мы «считаем честность основой нашего общества.«Когда вы подумываете о вступлении в это сообщество, которое стремится к честности, подумайте, пожалуйста, о времени, когда вы или
      человек, за которым вы наблюдали, должны были сделать выбор, действовать ли добросовестно и честно.
    • Миссия Гарвардского колледжа — научить наших студентов быть гражданами и гражданскими лидерами общества. Что бы вы сделали, чтобы внести свой вклад в жизнь своих одноклассников, продвигая эту миссию?
    • Каждый год значительное число студентов, поступающих в Гарвард, откладывают прием на один год или берут отпуск во время учебы в колледже.Если бы в будущем вы решили выбрать любой из вариантов, что бы вы хотели сделать?
    • Гарвард давно осознал важность разнообразия студентов. Мы приглашаем вас написать об отличительных сторонах вашего прошлого, личного развития или интеллектуальных интересов, которые вы могли бы донести до своих одноклассников в Гарварде.

    Несмотря на то, что это эссе является необязательным, вы должны выбрать его написать. У вас уже есть ограниченное пространство в своем заявлении, чтобы убедить приемную комиссию в том, что вы подходите для Гарварда, поэтому не упускайте возможность, чтобы они познакомились с вами поближе.Вы можете выбрать любую из этих тем, но будьте осторожны, чтобы не допустить следующих ошибок:

    • Старайтесь не хвастаться собой и не превозносить свои достижения и добрые дела. Например, если вы пишете о путешествии в другую общину, будьте осторожны, чтобы не хвастаться своими гуманитарными усилиями во время миссионерской поездки вашей церкви в Гватемалу. Скорее всего, это отразится на вашем комплексе спасителя. Вместо этого, если вы решите поговорить о чем-то подобном, сосредоточьтесь на том, что вы узнали о себе, находясь в такой другой среде, или поделитесь анекдотом из вашего пребывания там, который имеет решающее значение для понимания вашей личности или мировоззрения.
    • Если вы пишете об интеллектуальном опыте, убедитесь, что он отличается от вашего второго эссе и дает свежий взгляд на то, кем вы являетесь как студент и как личность
    • Отвечая на подсказку со списком книг, важно писать то, что вы хотите сказать, а не то, что, по вашему мнению, хочет услышать сотрудник приемной комиссии. Напишите о книгах, которые вы на самом деле читали и которые передают что-то о ваших интересах или идентичности, чего не могло бы дать более традиционное эссе.

    Как писать дополнительные эссе Гарвардского университета

    Гарвардский университет, возможно, самое престижное и известное учебное заведение в мире, является старейшим высшим учебным заведением страны, основанным в 1636 году.Обладая впечатляющей сетью выпускников от Шерил Сэндберг до Эла Гора, неудивительно, что Гарвард принимает на работу одни из лучших талантов в мире.

    При поступлении в Гарвардский колледж лишь немногим более 1900 студентов из примерно 40 248 абитуриентов уровень зачисления в Гарвардский колледж в 2024 году оказался рекордно низким — 4,9%. Помимо академических справок, внеклассных занятий и рекомендательных писем, Гарвард требует одно эссе и два дополнительных эссе.

    Хотя вам не обязательно заполнять это эссе, мы в CollegeVine рекомендуем заполнить любое сочинение, которое потенциально могло бы дать Гарварду более глубокое представление о вашей личности. Здесь Гарвард просто просит список занятий, которыми вы участвуете вне школы. Однако учтите, что вы не хотите повторять то, что вы, возможно, упомянули, когда перечисляете свои внеклассные занятия в другом месте вашего заявления.

    Например, если вы проходили онлайн-курс по Python, это было бы подходящим местом для его перечисления.Или, возможно, вы разработали приложение в свободное время, которое нельзя отнести к дополнительным или академическим обязанностям; здесь тоже самое место, чтобы это перечислить.

    Если этот вопрос не относится к вашему опыту, не стесняйтесь его пропустить. Нет необходимости останавливаться на том, что вы не ответили на этот вопрос, поскольку это не повлияет на вашу заявку.

    Это классическая подсказка для сочинения по внеклассной деятельности. Поскольку в этом эссе всего 150 слов, нет необходимости добавлять какие-либо уловки или чрезмерно обдумывать свой ответ, хотя вы можете добавить один короткий анекдот.Цель этого вопроса состоит в том, чтобы дать вам возможность подробнее описать одно из ваших занятий, поскольку Гарвард не может увидеть эти детали в вашем списке внеклассных занятий.

    При выборе темы определенно лучше выбрать тот вид деятельности / опыт работы, который является для вас наиболее значимым, поскольку он, вероятно, сыграл большую роль в вашей жизни. Вам также следует выбрать занятие, которое имело центральное значение для вашего личностного роста. Например, если вы решите обсудить «Модель Организации Объединенных Наций», вы можете кратко описать свою роль в команде и то, как она научила вас думать на ногах (однажды вас попросили сменить позицию за несколько часов до симуляции).Если бы вы занимались исследованием, вы могли бы описать изучаемый предмет, то, что вы узнали, и почему это вдохновило вас на изучение естественных наук.

    Однако не забывайте рассматривать свои эссе как портфолио. Если вы уже обсуждали одно действие в своем эссе по Common App, не говорите об этом снова в этом эссе. Выберите что-то еще, что показывает вашу другую сторону или подчеркивает личные качества, которые вы действительно хотите передать домой.

    Несмотря на ограниченное количество слов, постарайтесь быть как можно более подробным и избегайте лишних «вздоров» в своем ответе.Каждое предложение должно раскрывать что-то новое об этом опыте и давать Гарварду более четкое представление о том, как вы участвовали вне академических кругов.

    Прежде чем мы начнем, обратите внимание, что это эссе является необязательным. Тем не менее, мы настоятельно рекомендуем , чтобы вы заполнили эссе, так как это может помочь вашей заявке только в том случае, если вы откроете для себя другую сторону. Пока что основным источником, который Гарвард может использовать для понимания вашей личности, является ваше эссе Common Application; Однако это дополнительное эссе дает вам еще одну возможность сделать это.

    Несмотря на то, что вы можете выбрать любую тему, Гарвард перечисляет вышеуказанные темы как отправные точки для вашего письма. Независимо от того, какую тему вы выберете, помните о высокоуровневых принципах, которых придерживается Гарвард: лидерство, сообщество и интеллектуализм. . Студенты, демонстрирующие самоотверженность посредством благотворительности или лидерства в своих сообществах, обычно предпочтительнее тех, у кого просто отличная успеваемость. Кроме того, Гарвард также ценит уникальные и интересные академические интересы, такие как участие в антропологических исследованиях, поскольку это демонстрирует выход за рамки ваших академических требований.

    Идеальная длина вашего эссе — около 500 слов, если больше, то ваше эссе будет трудно читать; если он будет слишком коротким, он будет казаться немного неполным. Учитывая все вышесказанное, давайте более подробно проанализируем каждую из следующих тем.

    Самая распространенная ошибка при написании этого эссе — выбор темы, которая уникальна в ваших непосредственных обстоятельствах, но не уникальна среди десятков тысяч абитуриентов Гарварда. Вы можете избегать общих тем, например, писать о проблемах обучения, таких как СДВГ; хотя есть способы эффективно писать на такую ​​тему, здесь не подходящие обстоятельства для этого.

    Лучший способ подойти к этой подсказке — проанализировать действительно нишевый интерес, такой как конкретный аниме-фандом или восстановление марки автомобилей 1960-х годов. Например, если вы пишете о ремонте автомобилей, вы можете обсудить, как этот интерес повлиял на вашу жизнь и личность. Возможно, это соединило вас с небольшой, но единомышленницей группой людей и позволило вам найти свой внутренний круг.

    Другим примером может быть обсуждение любых проблем со здоровьем, с которыми вы, возможно, столкнулись в своей жизни, особенно тех, которые не очень распространены.Например, если у вас нарушение зрения, которое, если его не лечить, постепенно приводит к слепоте, вы можете обсудить свои мысли по поводу этого опыта. Возможно, вы обратились за лечением и смогли полностью восстановить зрение и хотите обсудить способность видеть впервые за многие годы. Это, в отличие от более распространенной проблемы, такой как СДВГ (хотя и оправданно сложной), определенно более редкое и необычное, и позволит вам выделиться среди соискателей.

    Подумайте о событиях, которые позволили бы выделить вас среди множества людей.Хотя воспитание в семье иммигрантов — это обстоятельство, которое могло повлиять на несколько аспектов вашей жизни, это не так уж и необычно. Если вы собираетесь обсудить расовую или этническую принадлежность, постарайтесь на один уровень глубже рассмотреть конкретную проблему, которая вас коснулась. Примерами могут служить колористика в южноазиатском сообществе или влияние иммиграции на латиноамериканское сообщество. Кроме того, хотя обсуждение проблем вполне приемлемо, вы должны закончить свое эссе с некоторым оптимизмом или позитивом, чтобы ваше эссе не выглядело как напыщенная речь.

    Если вы выберете этот путь, попробуйте провести мозговой штурм на тему, с которой большинство людей, скорее всего, не столкнулось бы. Однако, если вы боретесь с этим, не о чем беспокоиться, потому что есть бесконечное количество других маршрутов, которые вы можете выбрать с этим эссе. Не у всех есть необычные обстоятельства, поэтому, возможно, следующие несколько тем будут более подходящими.

    Остерегайтесь попасть в клише о том, чтобы быть учеником старшей школы, проводящим богослужение в других странах.Здорово, если вы занимаетесь общественными работами, но эти темы часто преувеличиваются и, как правило, не предлагают такой уникальной точки зрения, как другой опыт, поскольку многие другие могут иметь такой же опыт.

    Однако хорошо работает и обратное, например, официант, обслуживающий людей из более высоких социально-экономических слоев. Хотя это приглашение не место для того, чтобы писать о помощи тем, кому повезло меньше, поскольку это, вероятно, тема, к которой переходят многие соискатели, это могло бы быть отличным местом для обсуждения работы с теми, кто имеет больше привилегий, поскольку это обеспечит уникальную перспективу.

    Если вы пишете о путешествии само по себе, убедитесь, что оно имеет более широкую цель, чем просто ваше понимание мира или культуры. Например, поездка в Перу, дегустация перуанской курицы и размышление о ее вкусах может вернуться к вашей страсти к истории и кулинарии. Вы можете обсудить историю перуанского общества и то, как в методах приготовления пищи влияют элементы инков и испанцев. Расшифровка происхождения ароматов может еще больше связать вас с вашей любовью к решению проблем.

    Если вы прожили несколько лет в другой стране, вы могли бы обсудить изучение местного языка и то, как пребывание в чужой среде повлияло на вашу жизнь в целом. Если есть резкий контраст между этой страной и предыдущей страной, в которой вы жили, вы можете сравнить и сопоставить эти две среды и обсудить, почему это было важно.

    Как и в предыдущем примере, возможно, этот опыт усилил вашу страсть к истории и породил новую любовь к лингвистике, поскольку вы начали замечать как тонкие, так и резкие различия между языками.Возможно, пересечение истории и лингвистики теперь является дисциплиной, которой вы хотите заниматься в будущем.

    Это эссе позволяет вам быть немного более непринужденным, поскольку вам не обязательно показаться чересчур академичным. Вначале убедитесь, что вы не хотите перечислять все свои сильные стороны или достижения, так как это будет выглядеть как резюме и покажется слишком сухим.

    Вы хотите найти баланс между проявлением своих сильных сторон и человечностью.Перечисление всех положительных моментов покажется неискренним, в то время как сосредоточение внимания на отрицательных побудит Гарвард поступить так же. Сказать немного о своих страхах и неуверенности (не раскрывая ничего, что могло бы вызвать у вас проблемы в университетском городке) — отличный способ проявить честность и сделать себя более представительным. Возможно, вы могли бы сказать что-то вроде: «Если вы слышите, как я кричу изо всех сил в одиночестве за столом, не волнуйтесь, я, вероятно, только что увидел паука». Немного юмора поможет вашей индивидуальности сиять.

    Другой подход — создать внутренний монолог, в котором обсуждается ваша первоначальная борьба за новых друзей или близкий круг, размышления о вашем эмоциональном взрослении в старшей школе или момент, когда вы столкнулись со своим самым большим страхом.Например, если вам было трудно перейти в новую среднюю школу, вы могли бы проследить свой мыслительный процесс и поразмышлять над эмоциями, которые вы испытали в течение первой недели в школе. Возможно, вы боялись приближаться к новым людям или боялись, что не впишетесь в эту новую среду. Вы можете представить это так, как будто вы разговариваете с самим собой, документируя свою реакцию на определенные моменты. Это покажет вам другую сторону, открыв способы, которыми вы думаете, и то, как эти мысли воплощаются в действия.

    Однако при этом не забывайте, кто читает ваше эссе. Хотя это «письмо вашему будущему соседу по комнате», ваш сосед по комнате на самом деле не будет его читать. Единственные люди, которые будут читать ваше эссе, — это члены приемной комиссии, поэтому, хотя вам следует вести себя немного более непринужденно, вы все же хотите быть уместными.

    Отличный способ убедиться, что вы остаетесь верным себе, — это попросить близкого друга или члена семьи прочитать ваше эссе, чтобы увидеть, кричит ли оно вам .Студенты часто попадают в ловушку, слишком стараясь быть кем-то, кем они не являются, хотя на самом деле ваше самое честное «я» — это ваше истинное «я». Гарвард просто хочет лучше понять, кто вы как личность, поэтому не бойтесь проявить индивидуальность!

    Мы прочитали пример ответа на эту подсказку для сочинения в видео ниже:

    Это идеальная подсказка, чтобы показать вашу интеллектуальную жизнеспособность и проиллюстрировать способы, которыми вы проявляете свои увлечения.Например, если простой проект робототехники пробудил в вас любовь к инженерному делу, здесь было бы отличным местом для обсуждения этого.

    Если вы недавно прочитали интригующую статью по нейробиологии, вы могли бы проследить свой мыслительный процесс при анализе статьи и изобразить свое любопытство по теме. Возможно, это было наиболее значимым для вас, потому что это позволило вам изучить новый аспект науки, который вы раньше не рассматривали. Возможно, вы использовали эту статью в качестве мотивации для проведения исследований в области нейробиологии в сторонней лаборатории, что повлияло на вашу нынешнюю страсть к изучению сложной работы мозга.

    Вы также можете обсудить увлечение, выходящее за рамки вашей основной дисциплины, чтобы показать Гарварду, насколько разнообразны ваши интересы. Возможно, хотя вы в первую очередь увлечены медициной, вы заинтересовались философией и этикой после дискуссии на одном из школьных курсов. Вы можете выделить, как эти две дисциплины, хотя и кажутся разными, но пересекаются, и это создает необходимость в более глубоком акценте на медицинской этике. Связав свою главную страсть с другой темой, вы сможете глубже раскрыть свою интеллектуальную жизнеспособность.

    Это отличный повод обсудить вашу интеллектуальную страсть и применить ее к своему видению мира. Ошибка, которую обычно совершают студенты, — это обсуждение своих будущих мечтаний, не связывая их со своим нынешним опытом и увлечениями. Обязательно проведите связь между ними и соедините настоящее с будущим, чтобы избежать этой ошибки.

    Хотя у студентов часто есть большие планы на решение серьезных проблем, таких как глобальное потепление или лечение рака, они часто перестараются, поскольку приемные комиссии видят слишком много таких эссе.Вместо того, чтобы сосредотачивать свое эссе на такой широкой теме, постарайтесь сузить ее до чего-то более конкретного, не менее важного, но часто упускаемого из виду.

    Примером этого может быть студент, изучающий город, желающий превратить большее количество сельских и пригородных перекрестков в перекрестки с круговым движением. Хотя это может показаться незначительным, такое изменение могло бы спасти десятки тысяч жизней за период в 20 лет.

    Если вы увлечены окружающей средой, вместо того чтобы обсуждать такие широкие темы, как переработка отходов или возобновляемые источники энергии, вы могли бы обсудить опасность, которую пластиковые соломинки представляют для окружающей среды.Возможно, вы надеетесь создать в Гарварде инициативу по запрету использования пластиковых соломинок в течение следующих нескольких лет в попытке предотвратить накопление пластика в природе. Благодаря этому вы надеетесь сыграть свою роль в повышении устойчивости кампуса Гарварда на десятилетия вперед.

    Студенты часто подходят к этой подсказке слишком похоже на резюме, делая свои эссе сухими и немного хвастливыми. Вместо того, чтобы пытаться хвастаться каждым аспектом своей жизни, погрузитесь в свои академические или внеклассные увлечения или добавьте элемент индивидуальности в свой список.

    Один из способов успешно выполнить это эссе — расположить заголовки таким образом, чтобы показать ваше продвижение по теме. Например, вы можете начать с Freakonomics, затем учебника AP по экономике, затем «Богатство народов», «Общая теория занятости», «Интерес к деньгам» и закончить книгой о рыночном монетаризме.

    Ключевым моментом в предыдущем примере является показать, почему вы нашли каждое название привлекательным и как оно еще больше способствовало вашей страсти к экономике.Обязательно обсудите изменения, произошедшие между каждым переходом, и то, как это повлияло на ваше видение темы. Почему вас заинтриговала каждая из этих книг и почему она позволила вам влюбиться в предмет?

    Такая же структура применяется к любой другой дисциплине. Если вы увлечены женской литературой, вы можете сравнить и сопоставить свои наблюдения с чтением книг, написанных разными женщинами-авторами в разные периоды времени. Если бы вы принимали участие в научной олимпиаде, вы могли бы вести хронику своего путешествия по различным открытиям на основе научных романов, которые вы читали.

    Однако вы также можете просто перечислить серию прочитанных вами книг, которые не обязательно связаны друг с другом. Вот несколько отрывков ученицы, которая рассказала о своей любви к чтению с помощью обширного списка книг:

    «1. «И восходит солнце» Эрнеста Хемингуэя (я бы хотел, чтобы мои сочинения были такими же точными и сильными, как его. Этот роман пробудил у меня интерес к эмигрантам из «потерянного поколения» и повлиял на несколько других моих книг из этого списка.) »

    “7. «Большая девочка — маленькая» Рэйчел ДеВоскин (я люблю судить о книгах по их обложкам; эта была похожа на книжный эквивалент «девичьего фильма» и оказалась мрачной паршивой фантастикой.) »

    “11. Смерть продавца, Артур Миллер (Я считаю, что с пятидесятых годов ничего не изменилось: мы сталкиваемся с теми же ожиданиями, сохраняем те же стереотипы и стремимся к тем же целям, что и эти персонажи. Я знаю, это удручающее впечатление.) »

    “43. Уолдена Генри Дэвида Торо (я поклялся вернуться к этому через несколько лет; я прошел через это, но я полон решимости насладиться этим в следующий раз) »

    Этот студент добавил огромное количество индивидуальности в то, что поначалу казалось просто списком книг. Тем не менее, ученица выражает юмор в книге № 7, демонстрирует способность анализировать в № 11 и связывает книгу со своими увлечениями в № 1. Поступая таким образом, учащийся преобразует то, что по сути является списком заголовков, во что-то весьма информативное и приятное для чтения.Это чрезвычайно убедительный пример и отличный шаблон для подражания, если вы решите выполнить это приглашение.

    Цель этого приглашения — написать что-то проницательное, но не заставляющее Гарвард показаться вам проблемой. Например, вы не хотели бы обсуждать что-либо незаконное, что вы сделали, или что-либо морально сомнительное. Поэтому вам следует искать тему, которая имеет серьезные последствия, но также уместна для обсуждения в заявлении в колледж.

    Примером этого может быть, если вы были главным редактором школьной газеты и столкнулись с проблемой плагиата. Однако границы стали размытыми, когда вы обнаружили, что подозреваемый был одним из ваших друзей, что затруднило вам принятие конкретного решения. Однако, возможно, вы осознали, что должны быть образцом для подражания в качестве редактора и придерживаться моральных стандартов, вытекающих из этой роли, что в конечном итоге заставило вас прекратить членство ваших друзей в команде.Хотя вы боялись рискнуть своей дружбой, ваше сознание оказалось более сильной силой в ситуации.

    Другими примерами могут быть вызовы вашим друзьям другими способами, например прекращение дружеских отношений из-за сексистских, расистских или гомофобных комментариев или действий. Здесь последствия серьезны в том смысле, что вы потеряли друга и рискуете подвергнуться критике за отсутствие лояльности, но уместны в том, что закон не был затронут.

    Гарвард не хочет, чтобы вы проповедовали ценность честности и порядочности, поскольку это уже дано.Скорее они хотят видеть, что вы осознаете последствия определенных действий и то, как честность играет роль в выборе, который вы делаете.

    В связи с этим допустимо рассказывать историю о времени, когда вы действовали нечестно, но понесли последствия своего действия, заставив вас повзрослеть на своих ошибках. Самые сильные эссе — это те, в которых речь идет о ситуациях, когда границы между моральным и аморальным размыты, что еще больше усложняет выработку надлежащего заключения.

    Это эссе похоже на подсказку с вопросом о том, как вы надеетесь использовать свое высшее образование, но избавляет от необходимости обсуждать чисто академические интересы. Для этого приглашения следуют те же рекомендации, но с большим вниманием к аспекту лидерства.

    Например, вышеупомянутый пример отказа от использования пластиковой соломки также может быть применим к этой подсказке. Однако вместо того, чтобы обсуждать свои цели по обеспечению устойчивости, вы могли бы вместо этого проанализировать тему с точки зрения обучения своих сверстников тому, как они могут быть образцом для подражания перед лицом современных проблем.Возможно, вы хотите побудить сокурсников стать лидерами, подписав свою инициативу о прекращении использования пластиковых соломинок на территории кампуса. Хотя это правда, что вы инициировали кампанию, обучение ваших сверстников также позволяет им быть лидерами в отношении будущих изменений окружающей среды.

    Как и в подсказке 5, предпочтительнее выбирать недооцененную тему, а не широко известную проблему. Возможно, вы увлечены нишевой, но не менее важной социальной проблемой и хотите создать организацию, занимающуюся ее продвижением.Это было бы отличным местом для обсуждения ваших целей, связанных с этим, и того, как будут применяться ваши лидерские навыки.

    Если это применимо к вам, это будет отличной возможностью для вас продемонстрировать неакадемическую страсть и то, как вы планируете преследовать ее в учебный год. Обязательно обсудите эту тему конструктивно, чтобы передать чувство страсти и подчеркнуть ваши навыки.

    Например, если у вас есть страсть к играм, возможно, вы захотите взять годовой перерыв, чтобы заняться киберспортом или пройти стажировку в компании, занимающейся видеоиграми, чтобы еще больше развить свою страсть таким образом, чтобы академическая среда не позволяла вам этого делать.

    Другой вариант для тех, кто стремится к бизнесу, — это взять отпуск, чтобы заняться собственным стартапом или получить опыт работы в компании. Возможно, вы чувствуете, что этот опыт дополнит ваше образование и позволит применить свои навыки в реальных приложениях.

    Вы должны быть уверены, что используете любой возможный выходной день осмысленно. Например, если вы хотите взять отпуск на год, чтобы путешествовать по миру, убедитесь, что вы сделали это время значительным, чтобы оправдать ваш уход из школы.Возможно, у вас есть большая семья, которая не может путешествовать по состоянию здоровья или возрасту, и у вас никогда не было возможности их навещать. Это сделает ваше свободное время более значимым, поскольку использование имеет личный вес.

    Это эссе сложно написать, потому что трудно выделиться среди десятков тысяч соискателей. Хотя некоторые студенты из иммигрантского происхождения могут сосредоточиться на рассказах о своем наследии, со временем это стало менее уникальным, поскольку у многих студентов есть похожие истории.

    Исключение составляют случаи, когда вы выросли в бедности или на низком социально-экономическом фоне, поскольку они будут передавать ту же честность, что и рассказы об иммигрантах, с дополнительным преимуществом в том, что они будут немного более необычными. Мы будем очень признательны за вашу точку зрения на этот вопрос, поскольку она вряд ли будет разделяться значительной частью приложений.

    Еще одно предложение — рассмотреть различные определения разнообразия в отличие от очевидного определения разнообразия.Это может быть что-то вроде физического атрибута, например веса. Возможно, вы убежденный сторонник бодипозитива и хотите прокомментировать, как ваш тип телосложения повлиял на вас. Или, возможно, с вами плохо обращались из-за вашего физического опыта и вы хотите обсудить, как вы это преодолели.

    Однако, помимо физических качеств, вы можете обсудить когнитивное разнообразие. Например, если вы работали в команде, выполняющей проект, вы могли бы обсудить различные способы, которыми каждый человек подходил к проблеме, и то, как сочетание этих различий способствовало повышению производительности.Затем вы можете обсудить свои взгляды и личные подходы к решению проблем, а также то, как, по вашему мнению, это положительно повлияет на студенчество Гарварда.

    Независимая тема, если все сделано правильно, может быть намного мощнее любого из вышеперечисленных вариантов. Однако остерегайтесь слишком усердных попыток проявить творческий подход, поскольку это может показаться лицемерным и будет очевидно очевидным для допущенных читателей.

    Если у вас есть уникальный взгляд на действительно новаторскую или интересную тему, например, почему 90-е годы были и навсегда останутся лучшим десятилетием, это место для обсуждения.Вы хотите написать о чем-то нетрадиционном, что привлечет внимание читателя, но при этом это должно быть то, что вам действительно интересно или чем вы занимаетесь.

    Другим примером может быть история вашей жизни в комедийном рассказе, обсуждение основных событий беззаботным и сказочным тоном. Вы можете добавить юмор и остроумие как к положительным, так и к отрицательным элементам своего опыта, чтобы сотрудники приемной комиссии чувствовали себя так, будто они читают рассказ, а не эссе.

    Однако возможности здесь безграничны. Попробуйте это эссе только в том случае, если вы уверены в своих новаторских способностях к письму и получили одобрение из многих надежных источников. Нетрадиционное эссе, выполненное плохо, может больше навредить вашему приложению, чем помочь ему. Будьте рассудительны, но не бойтесь проявить немного творчества.

    Мы надеемся, что это руководство было полезным и позволило вам с максимальной уверенностью подойти к подаче заявки в Гарвард.Удачного письма!

    Хотите узнать больше о написании дополнительных эссе Гарвардского университета? Посмотрите одну из наших популярных записанных прямых трансляций по этой теме.

    Хотите помочь с эссе в колледже, чтобы повысить ваши шансы на поступление? Зарегистрируйтесь на бесплатную учетную запись CollegeVine и получите доступ к нашим руководствам и курсам по сочинениям. Вы также можете пройти рецензирование своего сочинения и улучшить свои письменные навыки, просмотрев сочинения других студентов.

    Интеллектуальная собственность — Writing Commons

    Интеллектуальная собственность (IP)

    документ или идеи, принадлежащие авторам, издателям и корпорациям. ИС — это все, что отражает оригинальную мысль, записанную или выраженную на любом носителе. Проще говоря, то, что вы создаете, является вашей «интеллектуальной собственностью».

    Графика, песни, стихи, изображения и эссе являются примерами объектов недвижимости , которые принадлежат их создателям

    объектов недвижимости, подпадающих под действие U.S. и международные законы об авторском праве.

    Ресурсы интеллектуальной собственности

    Авторское право

    Авторское право относится к законам, которые защищают вашу собственность на собственность (независимо от того, подаете ли вы официальную заявку на авторское право). Плагиат — это кража чьей-либо интеллектуальной собственности. По данным Бюро регистрации авторских прав США,

    Авторское право — это форма защиты, предоставляемая законами США (раздел 17, Кодекс США) авторам «оригинальных авторских произведений», включая литературные, драматические, музыкальные, художественные и некоторые другие интеллектуальные произведения.(Бюро авторских прав США, Основы авторского права, Циркуляр 1).

    Авторское право относится к законам, которые защищают интеллектуальную собственность автора. Законы об авторском праве предоставляют вам (как создателю) определенные права. Вы можете:

    1. Воспроизведите произведение в копиях, например книг или компакт-дисков.
    2. Подготовить производную работу. Например, если вы пишете книгу или рассказ, только вы можете создать пьесу или фильм на основе этого рассказа. (Конечно, вы можете продать эти права, если захотите.)
    3. Распространяйте копии своей работы среди публики путем продажи или другими способами.Вы можете публично исполнять или демонстрировать произведение (например, пьесы, музыкальные или танцевальные представления).
    Авторские ресурсы
    • iCopyright: «Наша цель — разместить значок iCopyright на каждой веб-странице и придать ей интеллектуальный характер. Он будет «знать» о содержании, на котором находится. Это поможет издателям защищать, лицензировать и отслеживать свою интеллектуальную собственность. Он воздаст должное людям, которые его создали. Это поможет пользователям Интернета получить надлежащую лицензию на перепечатку или повторное использование произведений, защищенных авторским правом, в желаемом формате.”
    • Конфиденциальность в онлайн-классе: статья, в которой исследуются причины ограничения доступа и методы ограничения
    • Chilling Effects Clearinghouse: Написано студентами юридической школы Boalt Hall Калифорнийского университета в Беркли: «Эти страницы помогут вам разобраться в законах об интеллектуальной собственности и Первой поправке о защите вашей деятельности в Интернете. Мы рады новым возможностям, которые Интернет предлагает людям выражать свои взгляды, пародировать политиков, прославлять своих любимых кинозвезд или критиковать бизнес.”
    • Закон об интеллектуальной собственности: Этот сайт «предоставляет информацию о законах об интеллектуальной собственности, включая патенты, торговые марки и авторские права. Ресурсы включают исчерпывающие ссылки, общую информацию, место для профессионалов для публикации статей и форумы для обсуждения связанных вопросов ».

    Читайте также:

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *