Интернет зависимость википедия: Глава 1. Диагностика компьютерной зависимости

Содержание

Глава 1. Диагностика компьютерной зависимости

Глава 1. Диагностика компьютерной зависимости

Известие о том, что в октябре 2005 г. в Китае от истощения после многосуточной игры в World of Warcraft умерла девочка по имени Snowly (это принятое в игре имя девочки) повергло мировую общественность в шок. Ее многочисленные друзья по Интернету устроили онлайн-похороны. После этого случая компьютерная и интернет-зависимость по праву стала бичом и эпидемией конца XX — начала XXI вв. Это прежде всего заболевания, проявляющиеся нестерпимой тягой (зависимостью) к работе на компьютере, компьютерным играм и Интернету, психическими нарушениями (бессонницей, кошмарными сновидениями, нервозностью, депрессией, фобиями — страхами). Компьютерной и интернет-зависимости сопутствуют и другие проблемы: ухудшение зрения, нарушение осанки, гиподинамия (малоподвижный образ жизни) и вытекающие из гиподинамии последствия (заболевания сердечно-сосудистой системы, застои в малом тазе, запоры). И это еще не все отрицательные изменения в психическом и физическом здоровье человека. К великому сожалению, этот список постоянно расширяется.

Лечение компьютерной и интернет-зависимости разной степени может проводиться различными методами. Как показывает практика, люди, а это в основном родственники и близкие друзья больных Интернетом людей, к профессиональной помощи медиков обращаются редко. Чаще всего стараются обойтись своими силами, т. е. читают популярную литературу на эту тему, интересуются аналогичными случаями. А когда уже становится очевидным, что травки и примочки не помогают, идут к специалистам за профессиональной помощью.

К методам лечения компьютерной и интернет-зависимости, как и любой другой зависимости, можно отнести:

• медикаментозные методы;

• психотерапевтические методы;

• нетрадиционные методы.

Выбор методов и средств почти всегда остается за родственниками и друзьями человека, страдающего компьютерной зависимостью. Хочется надеяться на то, что весь процесс лечения будет проводиться под наблюдением специалиста во избежание побочных явлений и появления непредсказуемых реакций.

Для лечения бессонницы, кошмарных сновидений используют снотворные средства. Для лечения депрессии — антидепрессанты (химические) и травяные (персен, негрустин, ново-пассит). Для лечения неврозов — успокаивающие средства (препараты валерианы, пустырника, персен, негрустин, ново-пассит). Для лечения фобий — транквилизаторы (элениум, феназепам), успокаивающие средства. К психотерапевтическим методам лечения компьютерной или интернет-зависимости относят:

• семейную психотерапию;

• поведенческую терапию;

• позитивную психотерапию;

• психосинтез;

• аутогенную тренировку.

Направление психотерапии в лечении компьютерной и интернет-зависимости — это прежде всего:

• коррекция семейных отношений;

• лечение сексуальных психологических проблем;

• лечение страхов;

• психологическая коррекция личности (замкнутости, патологической стеснительности, необщительности).

И все же, несмотря на то что все методики уже существуют, радикальных методов не придумали. Для того чтобы говорить о том, что наступил момент, когда изобрели точное и стопроцентное лекарство от компьютерной зависимости, пока еще рано. Однако установлены некоторые критерии, на которые можно ориентироваться в процессе поиска универсального лекарства. Например, нужно обращать внимание на мотивы человека, который стремится к компьютеру, на его психическое развитие, желания и окружение. В любом случае компьютерная грамотность должна прививаться ребенку еще в том возрасте, когда он только начинает изучать азы компьютера. Так складывается наша жизнь, что полностью отказаться от компьютера невозможно, но уменьшить его негативное влияние на человека можно. Одна из первых заповедей «правильного компьютерщика» — это памятка о том, что компьютер есть всего лишь инструмент, а не заменитель реальной жизни. Перед тем как принять окончательное решение о лечении человека от компьютерной зависимости, надо понять, почему он предпочитает жить в придуманном мире, а не в реальном, что заставляет его так поступать.

А когда причины известны, то и методы должны выбираться в соответствии с ними, для того чтобы эти причины устранить. Чаще всего это неуверенность в себе и своих возможностях, неумение общаться с другими людьми, внутренние и внешние конфликты, которые человек не может или не хочет решать. Часто решая проблемы своих родственников и друзей, мы не осознаем, что и сами должны соблюдать эти правила и те требования, которые устанавливаем для них.

Если говорить об ошибках, которые совершают окружающие люди по отношению к компьютерным поклонникам, то можно назвать самое распространенное — запрет. Но, просто запрещая ребенку или человеку играть в компьютерные игры, мы заставляем его обороняться, и в окружающем мире он видит врагов. Как известно, запретный плод сладок, и человеку, которому запрещают близко подходить к компьютеру, всегда будет казаться, что именно он прав и что нет ничего лучше, чем сеть Интернета. Тем более что ребенок, подросток начинают осваивать компьютерную науку в переходном возрасте, который характеризуется тотальными изменениями в психологии ребенка, отрицании всех устоев общества.

Поэтому и родителям подростков, и тем, кому небезразлична судьба взрослых родственников, следует помнить о том, что, запрещая компьютерные игры и Интернет, можно оттолкнуть человека от себя навсегда. Доверие потерять легко, а вернуть его иногда бывает невозможно. Поэтому, как говорится, семь раз отмерь и один раз отрежь.

Многие вышеназванные методы и терапии могут использоваться только с разрешения специалиста и под его строгим наблюдением, так как глубинные воздействия на подсознание и психику человека требуют профессионализма. Мы рассмотрим лишь те методы лечения этой зависимости, которые могут быть использованы в домашних условиях и не требуют специальных знаний. Для того чтобы принимать решение о лечении или использовании этих методов, необходимо удостовериться в том, что человек, будь то ребенок или взрослый, действительно подвержен негативному влиянию компьютерных игр и Интернета. Эту зависимость и ее степень влияния можно определить, используя нижеприведенные тесты, которые, конечно, не дают стопроцентной гарантии результата, но все же большая доля истины в них есть.

(PDF) Analysis of the factors affecting the ranking of articles in the wiki space

İnformasiya cəmiyyəti problemləri, №2(6), 2012, 27-32

www.jpis.az 27

УДК: 004.351

Алекперова И.Я.

Институт Информационных Технологий НАНА, Баку, Азербайджан

[email protected]

АНАЛИЗ ФАКТОРОВ, ВЛИЯЮЩИХ НА РЕЙТИНГ СТАТЕЙ В ВИКИ-СРЕДЕ

В работе анализируется рейтинг различных статей в вики-среде и на основе этих

анализов выявляются некоторые факторы, которые и влияют на рейтинг. Факторы,

которые обуславливают рейтинг той или иной статьи, могут зависеть как от времени и

языкового раздела Википедии, так и от темы, которая описывается в статье.

Некоторые выводы сделаны на основе сравнительного анализа.

Ключевые слова: Википедия, вики-пользователи, вики-среда, вики-анализ, рейтинг

статьи.

Введение

Как известно, Википедия – это свободная общедоступная мультиязычная

универсальная интернет-энциклопедия [1]. Но сама по себе Википедия не высказывает

никаких мнений и заключений, а дает только информацию, основанную на авторитетных

источниках. Все, что пишется в Википедии, пишется добровольцами, которые не

получают за это зарплату [2]. Википедия ориентирована на создание онлайновой

энциклопедии, написанной самими пользователями, которая в свою очередь создает вики-

среду. Вики-среда представляет собой автоматизированную социальную среду,

позволяющую общаться группе пользователей, объединенных общим интересом. Каждый

посетитель сайта энциклопедии может внести свой посильный вклад: подправить статью,

добавить или удалить информацию, участвовать в обсуждениях [3].

Стоит особо отметить, что не все может стать предметом новой статьи. Статья в

Википедии может быть написана и сохранена, если этот предмет достаточно подробно

освещается во внешних источниках. Об этом гласит главный критерий значимости,

который был создан сообществом вики-среды [4]. И естественно, что каждую статью в

Википедии посещает определенное количество читателей. О том, сколько вики-

пользователей посетило ту или иную статью, можно узнать на сайте stats.grok.se (в первом

списке выбирается язык Википедии, во втором – месяц посещений, в третьем – название

статьи) [5]. Конечно, число посетителей во всех статьях неодинаково. В этой работе будут

проанализированы факторы, которые влияют на рейтинг статей в вики-среде.

О рейтинге статей в вики-среде

В последние годы вики-среда стала существенным инструментом

информационного влияния. Она не только объединяет людей и дает возможность по

обмену информацией, свободному ее обсуждению, но также служит для дезинформации,

пропаганды, управления мнениями [6]. С началом любого конфликта в мире резко

повышается активность вики-пользователей и рейтинг некоторых статей значительно

увеличивается.

В первую очередь рейтинг зависит от значимости темы статьи для читателей,

желающих прочесть статью на том или ином языке. К примеру, за октябрь 2012 года

статью «Россия» в Русской Википедии посетили в среднем 11 000 раз (рис. 1), статью

«Азербайджан» около 2000 раз, а статью про относительно малоизвестную африканскую

страну Бурунди в среднем 200 раз (рис. 2). Это означает, что для русскоязычных

читателей статьи про Россию и прочие темы, касающиеся российской тематики, намного

значимее и интереснее.

Tor Browser. Преимущества и недостатки анонимности в интернете

Библиографическое описание:

Рудниченко, А. К. Tor Browser. Преимущества и недостатки анонимности в интернете / А. К. Рудниченко, Д. С. Колесникова, Е. Ю. Явтуховский. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2016. — № 10 (114). — С. 86-87. — URL: https://moluch.ru/archive/114/30044/ (дата обращения: 21.05.2021).



В статье рассматривается один из самых надёжных методов анонимности в интернете — Tor Browser. Его преимущества и недостатки, а также опасности существования сети Tor для социума в целом.

Ключевые слова:

tor, tor browser, анонимность, невидимая сеть, глубокая паутина, Deepnet, deepweb.

В сознании большинства среднестатистических интернет-пользователей имеет место мнение: “Я не делаю ничего противозаконного, никому не перехожу дорогу. Зачем мне нужно быть анонимным?”. Возможно, это так. Но отсутствие анонимности позволяет стать жертвой хакера.

Вам было бы комфортно, если бы каждый пользователь интернета мог узнать ваш адрес проживания? Наверняка нет… Зная ваш IP адрес, через определённые источники возможно узнать адрес проживания. Эти «магические» цифры даже позволяют произвести атаку на вашу сеть или компьютер. Вот тут и возникает проблема безопасности в интернете.

Одним из наиболее надёжных способов остаться анонимным в сети является использование прокcи-серверов или SOCKS-протоколов. Но данные манипуляции требуют знания и опыта работы с ними, а значит, интернет-пользователь не в состоянии использовать их. Наиболее простым и в тоже время надёжным способом анонимизировать себя на данный момент является Tor Browser.

Что такое Tor Browser? Само название Tor — это аббревиатура от The Onion Router, что означает «луковый маршрутизатор». Tor Browser — свободно распространяемое программное обеспечение (с виду — обычный браузер), благодаря которому в интернете можно быть полностью анонимным.

Анонимность соединения достигается за счёт серверов Tor, которые шифруют данные пользователя и передают дальше. Изначальное соединение идёт через несколько серверов с шифрованием и только потом попадает во внешний мир Интернет. Если данные с единичного сервера с шифрованием можно как-то отловить и расшифровать, то сделать то же самое с целой цепочкой серверов, которых около четырёх штук, уже невозможно. Есть шанс расшифровки, но это займёт большое количество времени, по истечении которого, информация будет неактуальна. Таким образом, пользователь может чувствовать себя в безопасности.

Для чего используют Tor? Такой тип соединения используют по разным причинам. Обычные пользователи, которые не хотят быть раскрыты, составляют меньшую часть “луковой” сети. Чаще всего это журналисты (для общения с “опасными” информаторами), госслужащие и те люди, которые по долгу службы нуждаются в приватности. Но, в то же время, большую часть сети составляют злоумышленники, которые используют анонимность в своих личных целях при совершении преступлений.

Стоит отметить существование сайтов, находящихся в специальной псевдодоменной зоне «.onion» (например: http://ximqy45aat273ha5.onion/), которые ни при каких условиях не откроются через обычный интернет. Они предназначены для пользователей Tor. Данные сайты вкупе создали понятие глубокого интернета (deepweb). Deepweb — множество веб-страниц, не индексируемых поисковыми системами. В глубокой паутине находятся веб-страницы, не связанные с другими гиперссылками. Цель глубокого интернета: убрать информацию особого назначения с глаз среднестатистического интернет-пользователя. Например, в deepweb имеют место быть сайты по заказу киллеров, хакингу, обмену вирусами и прочее. Как правило, deepweb нарушает действующее законодательство не только Российской Федерации, но и других стран, так как Tor-браузером возможно пользоваться из любой точки мира.

Основные преимущества Tor Browser:

– Никто не сможет проследить ваш внешний IP-адрес.

– Распределенная сеть исключает возможность сетевых атак и обеспечивает высокую безопасность данных.

– Tor Browser предоставляется абсолютно бесплатно.

Основные недостатки Tor Browser:

– Медленная скорость соединения относительно обычного интернета.

– Tor-браузер — посредник интернет-преступлений.

Проект Tor изначально был нацелен на предоставление защиты обычным людям, которые хотят следовать букве закона. Но со временем, данная сеть стала ассоциироваться только с преступностью. За столь большими преимуществами Tor-браузера стоит весьма огромная проблема — использование сети Tor злоумышленниками.

До этого момента правительства некоторых стран пытались либо ограничить существование «Tor Project», либо добиться того, чтобы создатели Tor открыли методы шифрования. К сожалению, у них это не получилось… Например, Госдума и Роскомнадзор выступают за запрет и блокировку анонимных сетей. Но, необходимо учитывать, что в это понятие включается слишком широкий спектр программных и аппаратных средств, которые ассоциируются с противоправной деятельностью. Это вызвало у непрофессиональной аудитории некоторое замешательство, так как те же средства используются и для нормальной работы интернета.

Во время столь быстрого развития технологий наиболее остро стоит тема анонимайзеров и сети Tor в частности. Остаётся только надеяться, что данная проблема когда-нибудь будет решена…

Литература:

1. Анонимные сети // Википедия — URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Анонимные_сети

2. Tor // Википедия — URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Tor

3. Официальныйсайт Tor // Tor Project — URL: https://www.torproject.org/

4. Глубокая паутина // Википедия — URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Глубокая_паутина

5. Почему нельзя победить Tor и анонимайзеры // Газета.ru — URL: http://www.gazeta.ru/tech/2015/02/06_a_6402301.shtml

Основные термины (генерируются автоматически): время, глубокая паутина, глубокий интернет, обычный интернет.

Русско-белорусская межъязыковая интерференция и трасянка: компьютерно-опосредованная верификация и научная рефлексия

Рассмотрена русско-белорусская межъязыковая интерференция — малоисследованный и характеризующийся противоречивой научной рефлексией процесс, атрибутом которого является смешанная речевая практика «трасянка». Верифицированы существующие взгляды на проблематику русско-белорусской межъязыковой интерференции в контексте современного компьютерного опосредования дискурса. Выполнено социолингвистическое моделирование сферы языкового функционирования Беларуси с использованием инструментария метаформата.

Russian-Belarusian Cross-Lingual Interference and Trasianka: Computer-Mediated Verification and Scientific Reflection.pdf Введение Вопросы межъязыковой идентичности смешанной речи с русскими и белорусскими элементами актуальны не только в контексте двуязычия в Республике Беларусь, где белорусский и русский являются государственными языками. Данная проблематика обладает более широкой лингвистической значимостью, касающейся вариативности и глобализации современной языковой практики в условиях нарастающего доминирования компьютерно-опосредованной коммуникации. Объектом нашего исследования стала русско-белорусская межъязыковая интерференция (далее -РБМИ), специфика которой рассмотрена в контексте компьютерного опосредования речи как статистически верифицируемого и актуального измерения функциональности языка. Выбор пути научного истолкования проблемы традиционно обусловлен метаязыковой концептуализацией цели и объекта. Целью исследования является верификация сущности объекта -РБМИ, установление критериев и особенностей релевантной научной рефлексии в контексте и средствами парадигмы компьютерноопосредованного дискурса. Научная рефлексия вопросов речевого функционирования в современных условиях, как правило, носит интердисциплинарный характер, что обусловливает продуктивность задействования при этом дискурсивной методологии, обладающей существенным экстралингвистическим потен- А.А. Баркович 6 циалом (см., например, [1]). Дискурс — «….речевая деятельность, развернутая во времени и пространстве, обусловленная широким экстралингвистическим контекстом и коммуникационной спецификой» [2. С. 37]. Дискурс является концептуально насыщенным и широкоформатным научным измерением, которое наилучшим образом позволяет охватить реалии современной языковой практики, обеспечивая продуктивность лингвистической репрезентации сложных социокультурных феноменов [3]. Именно дискурс всё чаще становится методологической платформой при изучении компьютерно-опосредованной коммуникации — с присущими ей техническим обеспечением и многообразной социальной идентичностью. В данной связи для рассмотрения проблематики межъязыковой интерференции в качестве базовой нами задействована парадигма компьютерноопосредованного дискурса (далее — КОД), в частности его суб-структурный аспект интернет-дискурс — речевая деятельность в сфере компьютерноопосредованной коммуникации, обусловленная форматом Интернета. Понятийная база компьютерно-опосредованного дискурса как важнейшего сегмента сферы современной речевой деятельности приобрела необходимую научную глубину, характеризующуюся сформированностью принципов и методологии, что позволяет задействовать ее для верификации многих дискуссионных вопросов теоретической и прикладной лингвистики [4]. Так, современная дискурсивная методология, при поддержке компьютерных и коммуникационных технологий, является эффективной для выяснения масштабных вопросов межъязыкового взаимодействия и их лингвистической интерпретации. Особенности лингвистической интерпретации проблемной области Если цель и объект данного исследования достаточно прозрачны, то соответствующие предметные характеристики изначально требуют некоторого уточнения. Детализация объектной стороны здесь допускает множественность подходов, что может существенно влиять на результативность исследований. Вместе с тем атрибутивный приоритет важен при рассмотрении сложной комплексной проблематики, особенно если он обусловливает фокус исследования. В данном случае его необходимо правильно обозначить: это русско-белорусская, белорусско-русская интерференция или некая самодостаточная синтетическая языковая практика? Здесь присутствует определённый общенаучный контекст. Полностью отделить русский язык от белорусского в современных социокультурных условиях (по крайней мере, в Беларуси) крайне сложно, и мы вправе оценивать существующую интерференцию как синтетическую, она носит скорее синкретичный, нежели симбиотический характер, сохраняя идентичность разнонаправленных процессов-компонентов. В интернет-дискурсе языковая практика становится универсальной и многообразной, в целом усложняя процессы взаимодействия языков [5]. При этом объективная лингвистическая репрезентация, как правило, свидетельствует об отсутствии рафинированности или самодо- Русско-белорусская межъязыковая интерференция и трасянка 7 статочности атрибутов тех или иных языковых процессов — в современной лингвистике принято говорить скорее о преобладании, доминировании, чем об абсолютной чистоте языковых феноменов. Вместе с тем при моделировании и абстрагировании часто бывает востребована логическая определённость [6]. Как правило, это необходимо и в вопросах лингвистического описания [7]. С учётом данной специфики, если необходимо феноменологически корректно обозначить сущность межъязыкового взаимодействия русского и белорусского (или белорусского и русского) языков, это именно «русско-белорусская интерференция» — с приоритетом именно «русско-белорусской», а не «белорусско-русской» атрибутивности. Следовательно, лингвистически наиболее обоснованно говорить о русско-белорусской «интерференции», «практике» и «речевой деятельности», что не исключает возможностей лингвистической актуализации элементов «белорусско-русской» языковой интерференции — в исследованиях о влиянии белорусского языка на смешанную речевую практику. При этом ярко выраженное преобладание русского языка в Беларуси (см. ниже) свидетельствует, что доминирующая в данном контексте мотивация — приобретение русскоязычных речевых навыков. Таким образом, наиболее репрезентативным является предметное рассмотрение заявленной проблематики в первую очередь как русско-белорусской межъязыковой интерференции. При этом сфера функционирования самого белорусского языка, которая не была господствующей на территории современной Беларуси уже во времена СССР, — в лучшем случае можно говорить о паритете с русским языком — с возникновением и расширением КОД значительно усложнилась. Так, в 2012 г. Национальный статистический комитет Республики Беларусь оперировал следующими статистическими показателями: Белорусский язык в качестве разговорного использует 23% населения. Только 26% белорусов говорят дома на белорусском языке… (https://ej.by/news/ sociaty/2012/02/21/26). Продолжение оказывается не менее статистически насыщенным: В ходе переписи белорусский язык назвали родным 60% жителей страны (5 миллионов 58 тысяч человек), однако дома на нем разговаривает лишь 30% населения. При этом в качестве «родного» учитывался язык, который сам респондент считал родным, либо язык, усвоенный им первым в раннем детстве. Однако в связи с этим непонятно: в какой момент 23% превращаются в 26%, а затем уже и в 30%? При этом не вызывают доверия и сами критерии оценки данных, в частности интерпретация ситуации в части признания «родным» того языка, который респонденты сами называли таким. Если язык, усвоенный человеком в детстве первым, называться родным имеет все основания, то остальные критерии, в том числе мнение самих респондентов по данному вопросу безапелляционно принимать в расчёт, видимо, не следует: необходимы более веские научные аргументы. Известно, что нередки ситуации, когда человек называет родным язык своей Родины, фактически не владея им, и это подтверждается статистикой соцопроса в Беларуси: 60% населения называют родным белорусский язык, хотя 70% — «предпочитают» русский язык; в Мин- А.А. Баркович 8 ске 35% населения называют белорусский язык родным, но только 6% общаются на нем (https://ej.by/news/ sociaty/2012/02/21/26). У белорусского языка — как бывшего достаточно долго лишь одним из языков многонациональной страны — сохранилась соответствующая специфика: …его этническая функция (быть национальным символом, консолидировать народ и отличать его от других этносов) первенствует над основной функцией языка (коммуникативной) [8. С. 308]. И в Беларуси эта специфика приняла парадоксальную форму: белорусский язык практически …ушел из повседневной жизни [9. С. 332]. В результате он начал выполнять «символическую функцию»: …когда человек знает, что он белорус, его предки жили в Белоруссии, он сам в какой-то степени (как минимум для понимания) владеет белорусским языком, но в реальной жизни может им практически не пользоваться [10. С. 67]. Тем не менее это не исключает общности языковых универсалий и лингвистической логики в научной рефлексии, в частности при решении вопроса: может ли признаваться «родным» язык для человека, который им не владеет («владеет для понимания») или не общается на нем («не предпочитает его»)? На примере белорусского языка очевидно, что в «лингвистическом» аспекте — нет. Однако это не означает, что в повседневной жизни каждый носитель языка не в вправе подобным образом подчеркивать свою национальную идентичность. При этом нет сомнений в доминировании в Беларуси русского языка: Вместе с тем, как показала перепись, большая часть населения Беларуси (70%) предпочитает общаться на русском языке — на нем разговаривают 96 % русских, 88% украинцев, 70% белорусов и 51% поляков, проживающих в Беларуси… Лингвистические характеристики жителей различных регионов Республики Беларусь отличаются, отмечают в Белстате. Так, например, в Минской области около 70% населения в качестве родного языка назвали белорусский, в то время как в Минске — только 35% населения, а общаются на нем лишь 6% жителей столицы. В остальных регионах родным языком белорусский считают немногим более 50% жителей (https://ej.by/news/sociaty/2012/02/21/26). Для того чтобы эта статистика превратилась в действительно «лингвистические характеристики», необходимо обобщить приведенную языковую специфику, например объяснить удивительную неравномерность в признании белорусского языка родным: в Минске родным белорусский язык считают 35% жителей, в Минской области — 70%, а в остальных регионах — немногим более 50%. С точки зрения лингвистики картина получилась совершенно нелогичная: гораздо больше доверия приведенная статистика вызывала бы, если бы в Минской области (окружающей Минск) родным белорусский язык признали, скажем, 42-43% (медиана между Минском и «остальными регионами»), а не 70% жителей. При отсутствии аргументации приведенная выше статистика вызывает закономерные сомнения. Проблематика современной РБМИ практически неотделима от специфики исторического развития как русского, так и белорусского языков. В рамках данного исследования подробный анализ соответствующей про- Русско-белорусская межъязыковая интерференция и трасянка 9 блематики вряд ли уместен и возможен, однако специфика развития этих языков уже в «эпоху Интернета» является весьма красноречивой и поучительной, особенно показательны в данном аспекте коллизии белорусского языка. Нужно сказать, что языки с богатыми традициями, большим числом носителей, востребованные в социокультурной практике, в целом успешно преодолели «барьер» Интернета. В сфере компьютерно-опос-редованной коммуникации белорусский язык тоже устойчиво функционирует и развивается, адаптируется к новым реалиям, изменяется и обогащается. Но, если до Интернета функционирование того или иного языка характеризовалось разноплановостью и несогласованностью, то и в сфере компьютерноопосредованной коммуникации проблемы не решились автоматически. В полной мере это касается и белорусского языка. При этом время появления Интернета практически совпало со временем приобретения частями бывшего СССР независимости — 1991 г. [5]. Уже существовавшие до того в белорусском языке исторические влияния «та-рашкевицы» (версии правописания, предложенной в 1918 г. Б. Тарашкеви-чем) и «латиницы» (транслитерации письменной речи латинскими буквами) в условиях демократизации социума стали существенными факторами коммуникации и получили возможность практически беспрепятственно конкурировать с современным литературным вариантом языка, который с четкой негативной коннотацией начал ассоциироваться с «наркомовкой» (введенный постановлением Народного комиссариата вариант правописания). Можно обсуждать, насколько влиятельными эти тенденции оказались: «.. .на Украине и в Белоруссии идеи латинизации не получили существенного развития» [11. С. 67]. Однако на практике сосуществование разных графических систем не могло не дезориентировать социокультурную сферу. Разумеется, официальный вариант белорусского литературного языка остался доминирующим, но в то же время совсем не случайно в 2008 г. был принят Закон Республики Беларусь «О правилах белорусской орфографии и пунктуации», закрепивший очередную (уже третью с 1918 г. -времени публикации «Белорусской грамматики для школ» Б. Тарашкеви-ча) коррекцию белорусского правописания, которая адаптировала отдельные нормы языка к сложившейся речевой практике. В данной связи интересные подробности совместного существования вариантов белорусского языка содержит «Википедия». Например, на 17 октября 2013 г. здесь присутствовали 64 763 статьи в версии белорусского литературного языка и 50 848 статей на так называемой тарашкевице (http://be.wikipedia.org). Это цена разобщенности языка, так как статьи «Википедии» об одном и том же в разных версиях часто существенно отличаются. На этом примере несложно увидеть, что, будучи более согласованной в языковом плане, белорусская культура в целом могла бы значительно выиграть. Подобное многоголосие в белорусскоязычной культуре встречается буквально на каждом шагу, это отражается в речевой практике через призму РБМИ. Актуальным данный аспект является для терминологии самой сферы компьютерно-опосредованного дискурса. Так, здесь по образцу лек- А.А. Баркович 10 семы Рунет произошло калькирование релевантной семантики в форме двух конкурирующих лексем Байнет и Белнет. В частности, язык белорусского Интернета может называться и Байнетом (чаще), и Белнетом (реже) — именно по аналогии с Рунетом. Пока дилемма диады Байнет — Белнет в интернет-дискурсе решается в пользу именно Байнета: если в русскоязычном варианте написания Байнет (по-белорусски — Байнэт) только примерно вдвое превосходит Белнет — 506 000 на 270 000, то в белорусскоязычном варианте Байнэт с примерно 345 000 результатов почти безальтернативная доминанта по сравнению с Белнэт, на запрос о котором находится всего 6 760 ссылок в поисковике Google (https://www.google.com). При этом в контексте белорусского языка пока отсутствуют устойчивые критерии метаязыковой идентичности Интернета Беларуси: «Байнетом» называется и ‘белорусскоязычный Интернет’, и ‘белорусская часть сети Интернет’, и даже ‘Интернет доменной зоны .by’. Так, согласно одной из социолингвистических диссертаций: …Байнет представляют все ресурсы с национальным доменом верхнего уровня для Республики Беларусь “.by” [12]. А между прочим уже и дополнительный …домен первого уровня с поддержкой алфавитов русского и белорусского языков — . бел — был делегирован нашей стране международной организацией ICANN 26 августа 2014 г. и активно развивается (точнее, первый «адрес» с расширением .бел появился 17 февраля 2015 г.) (http://42.tut.by/466665). Собственно говоря, мифология Интернета по непонятным причинам связывает первую белорусскую интернет-страницу, сайт, с 1991 г. — «годом рождения» Рунета, для сравнения, считается 1995-й (http://42.tut.by/ 397571; http: //os.by/history/episode1 и др.). Так, например: И еще настойчиво утверждают, что первый белорусский сайт появился именно в 1991 году. К сожалению, его имя / адрес держатся в тайне. Так или иначе, 1991 считают годом рождения Байнета. Правда, сначала его называли Белнетом (http://os.by/history/episode1). Впрочем, «Википедия» предлагает другой, более реалистичный временной ориентир: В 1995-96 годах в Сети начали появляться первые белорусские страницы (http://be.wikipedia.org). Появление новой доменной зоны, несомненно, скажется на функциональном развитии диады Байнет — Белнет: можно предполагать усиление в речи позиций лексемы Белнет. На выбор приоритетов коммуникантов Беларуси в данной ситуации не может не повлиять четкая «неславянская» коннотация лексемы Байнет (by — не только распространенный в английском языке предлог, но и общепринятая международная кодировка принадлежности к Беларуси). Зависимость сферы коммуникации Беларуси от русскоязычных стандартов будет влиять на конкуренцию элементов в диаде Байнет — Белнет: с учетом вышесказанного резонно предположить, что это влияние будет на стороне культурно-нейтральной лексемы Белнет (бел. Белнэт). Впрочем, многие объективные закономерности языкового развития корректируются лексикографической практикой: закрепление той или иной лексемы в толковых словарях — а это часто зависит от субъективного мнения составителей словарей — вполне может оказаться решающим Русско-белорусская межъязыковая интерференция и трасянка 11 аргументом для многих носителей языка. Пока словари белорусского языка не фиксируют ни Байнет (бел. Байнэт), ни Белнет (бел. Белнэт), ни Рунет (бел. Рунэт). В сравнительном аспекте — в ряде русскоязычных словарей лексема Рунет уже присутствует (см., например: https://dic. academic.ru). Отмечена в специализированных русскоязычных словарях и лексема Байнет (https://dic.academic.ru). При этом вопрос толкования самого термина «Байнет» («Белнет») остаётся не менее дискуссионным: вряд ли следует признавать удачным вариант ‘белорусская часть сети Интернет’, который пока нередко используется. Такое объяснение в условиях трансграничного функционирования Интернета не имеет рациональных оснований: владеющая правами на структуру Интернета компания ICANN (http://www.icann.org) белорусский сегмент Интернета не отделяла от своих серверов, и хотя технически это возможно, но потребовало бы существенных усилий как со стороны американской компании, так и со стороны Республики Беларусь. Разумеется, в контексте межъязыковой идентичности «Байнет» — это в немалой степени ‘белорусскоязычный Интернет’. Однако такое упрощение и сужение объектной базы Байнета не отвечает задачам непротиворечивого и последовательного метаописания, поскольку оставляет за скобками огромную часть единой на самом деле речевой практики. И гораздо ближе к дискурсивным и коммуникационным реалиям нейтральное и лингвистически обоснованное определение «Байнета» как интернет-контента сферы языкового функционирования Беларуси [13. С. 26]. Данное определение нуждается, в свою очередь, в уточнении: важна субъектная сторона (см. ниже о метаформате), которая может быть многообразной, но объединённой общей ассоциацией коммуникантов с социокультурным континуумом Беларуси. Подобная логика вполне может быть экстраполирована на русскоязычный интернет-дискурс и его воплощение — Рунет. «Рунет» может быть идентифицирован как интернет-контент сферы языкового функционирования России, включающий речевую практику коммуникантов, которые ассоциируют себя с преимущественно русским социокультурным континуумом. Собственный, в данном случае русскоязычный, сегмент Рунета будет доминирующим в отличие от Байнета. И Рунет будет значительно более разноплановым, включающим как речевую практику на языках народов России, так и релевантную русскому социокультурному менталитету речевую практику на иностранных языках. Вряд ли в данной связи целесообразно исключать из Рунета и релевантную речевую практику в Беларуси, на Украине, в Казахстане и других бывших республиках СССР, где русскоязычный интернет-контент по-прежнему занимает около 80% всей речевой практики (http://w3techs). Сегодня национальная идентичность в условиях сетевого формата коммуникации существенно обусловливается границами и характером речевой практики. Компьютерное опосредование коммуникации существенно сократило дистанцию между коммуникантами и воплощением языка, делая речевую практику более свободной и спонтанной [14]. Вместе с тем языковые дан- А.А. Баркович 12 ные компьютерно-опосредованной среды, имея представленную формально-языковыми инструментами содержательную структуру, сохраняют идентичность той или иной языковой системы, что четко отражается в виде преимущественно лексических, частично фонетических и грамматических признаках дискурса. При этом совокупность средств их сопровождения, обусловленных алгоритмическим процессингом, не обеспечивает самодостаточной функциональности речевой продукции, представленной в КОД, и требует, как правило, дополнительной ее обработки человеком на базе эвристических ресурсов ментальности. Однако релевантность КОД для лингвистики неоспорима, поскольку обладает мощнейшим статистическим ресурсом верификации и делает доступным для изучения собственноречевой аспект коммуникации. Трасянка в фокусе лингвистического описания Внимательного рассмотрения в данном аспекте требует ситуация с вариативностью белорусского языка, чего не наблюдается в подобном масштабе в русском языке — гораздо более монолитном. При этом именно русский язык не первое столетие сам остаётся наиболее актуальным фактором влияния для белорусского языка. В немалой степени именно в контексте русскоязычного влияния на белорусскую речь …давно забытые исторические реалии лингвистики креольские языки и пиджины неожиданно снова стали актуальными в контексте «большого переселения языков» в компьютерно-опосредованной коммуникации [5. С. 156]. Такие формы речи, как трасянка в Беларуси и ее полный аналог суржик на Украине, которые достаточно уверенно чувствовали себя в речевой практике и до появления Всемирной паутины и Интернета, значительно активизировались в компьютерно-опосредованной коммуникации и стали влиятельными атрибутами речевой практики. Нужно ли расценивать ренессанс креолизованной речи в КОД как отрицательное явление? С философской точки зрения отрицательного в языке нет, есть непознанное и неописанное. Именно об этом говорили классики: Совершенно очевидно, что при отсутствии осознанной нормы отсутствует отчасти и отрицательный языковой материал, что, в свою очередь, обусловливает огромную изменчивость языка. Совершенно очевидно и то, что норма слабеет, а то и вовсе исчезает при смешении языков и, конечно, при смешивании групп языков, причем первое случается относительно редко, а второе — постоянно. Таким образом, мы снова приходим к тому выводу, что история каждого данного языка есть история катастроф, происходящих при смешении социальных групп [15. С. 38]. Расширяющая сферу речевого функционирования, вариативность языкового развития важна и чрезвычайно содержательна для лингвистики. Относительно вариативности белорусскоязычной речевой практики, как это ни удивительно, нет какой-либо определённости в аспекте научной рефлексии. Так, в белорусской лингвистике в данном контексте используется Русско-белорусская межъязыковая интерференция и трасянка 13 множество таких терминов, как, например, разговорный узус, живой разговорный узус, узус ежедневной неподготовленной речи интеллигенции, разговорная речь, живая разговорная речь, разговорный стандарт, разговорный белорусский стандарт, ориентированный на литературный язык разговорный стандарт, субстандарт, разговорная белорусская речь, белорусская разговорная повседневная речь, смешанная речь, городская смешанная белорусско-русская речь, белорусско-русская смешанная речь, ежедневное неподготовленное общение носителей белорусского литературного языка, регистр говорения, идиом, устный идиом и т.д. — и это неопределенный «терминологический» аппарат только одного исследования устной речи [16]. …Мировая практика показывает: независимо от желания языковедов и политиков в языке могут со временем накапливаться региональные особенности, и при некоторых условиях объем и характер этих особенностей превышают, условно говоря, «критическую массу» [17]. Однако различия между австрийским и немецким «немецким», бельгийским и французским «французским», американским и английским «английским», белорусским и русским «русским» и другими нациолектами, с одной стороны, менее глубоки, а с другой стороны, более стабильны, чем различия, объективно существующие между трасянкой и русским или, почти одинаково, белорусским языками. Среди немногочисленных дефиниций трасянки в работах зарубежных исследователей встречаются достаточно характерные: …отрезок континуума, на одном полюсе которого находится белорусский диалект русского языка, на другом — белорусский разговорный язык [18. С. 331]; . интер-язык, то есть промежуточная и неустойчивая языковая система, которую создает индивид на разных стадиях изучения второго языка и т.д. [18. С. 342]. В первом случае, в частности, попытка интегрировать белорусский язык в «континуум» русскоязычной диалектологии выглядит прямо противоречащей сложившимся традициям позиционирования белорусского языка. Впрочем, все сомнения в мотивации данной дефиниции отпадают после следующей сентенции: И тут мы подошли к очень важному выводу: трасянка, хоть и неприятная на слух, все же менее опасна для русскоязычной интеллигенции, чем чистый, литературный белорусский, который в 1993-1994 годах власти независимой Беларуси пытались возродить и им заменить привычный русский язык. Трасянка — меньшее зло, так как ее нельзя навязать, она изживает свой век, от нее можно отгородиться [18. С. 341]. Прямо скажем: неожиданно для XXI в. и научного дискурса. Второе из вышеприведенных определений называет трасянку неким «языком», что не соответствует сложившимся представлениям о языке как сложном и функционально самодостаточном феномене. «Трасянковая» речь — результат разнонаправленных тенденций в РБМИ: приобретения белорусскоязычными коммуникантами навыков русскоязычной коммуникации (чаще), с одной стороны, и русскоязычными коммуникантами — навыков белорусскоязычной коммуникации (реже) — с другой. В данном аспекте ряд исследователей идентифицировал такую А.А. Баркович 14 лингвистическую категорию как «полуязычие»: … частичную утрату родного языка (неполное владение им) и одновременно неполное усвоение другого языка (см., например, [19. С. 69]). Однако при интерференции «второго» литературного языка о данной специфике говорить не приходится, поскольку первый язык в этом случае не утрачивается, а смешивается со «вторым» в речи — что и наблюдается в случае с трасянкой. Важно, что в контексте культурной обусловленности (см. ниже), трасян-ка — несамостоятельная синтетическая речевая практика, являющаяся реализацией «культуролекта». «Культуролект» — вариант языка, обусловленный определенной культурной спецификой коммуникации [20. С. 330]. Эта специфика зависит не только от образовательного уровня коммуникантов: культурная идентичность весьма разнопланова. Однако своего рода культурным критерием уровень образования безусловно является. О существенной культурной обусловленности трасянки прямо свидетельствуют данные соцопроса: « людей самого высокого уровня образования русский язык преобладает (трое из четырех респондентов называют его «основным языком общения»), а смешанный язык менее распространен, чем у представителей других уровней образования. Тем не менее смешанный язык был выбран каждым четвёртым респондентом с высшим образованием. На других уровнях образования не наблюдается значительных отличий: русский и смешанный языки демонстрируют примерно равное соотношение, доля каждого при этом составляет около 50% [21. С. 69]. Возникает резонный вопрос: а где доля белорусского языка в Беларуси? Эта доля не очень большая, но она есть. При этом ведь на чистом языке — неважно даже на каком, русском или белорусском — говорит в три раза больше респондентов с высшим образованием, чем на «смешанном»: 75 и 25%, соответственно. При отсутствии высшего образования носителей «смешанного языка» оказывается в два раза больше — 50%. Казалось бы, достаточно прозрачная ситуация истолковывается совершенно неожиданным образом: Это, разумеется, расходится с широко распространенным мнением о том, что смешанная белорусско-русская речь является феноменом, характерным для людей с низким уровнем образования или для низших социальных слоев… [21. С. 69]. Один из процитированных авторов Г. Хентшель (вместе с Б. Киттелем) в другой публикации (вместе с Я.П. Целлером и С. Теш) вновь выражает противоположное своим же данным мнение: Недостаточная образованность говорящих на «трасянке» -это всего лишь негативный стереотип [22. С. 2]. Вряд ли такого рода обобщение может быть признано логичным. Трасянка (как и суржик) — …терминологическая метафора, созданная в результате переноса исходного слова с бытовой сферы в сферу лингвистической терминологии [23. С. 51]. При этом ничто не мешает переименовать трасянку, например, в БРСР (белорусско-русская смешанная речь). Из следующего контекста понятно, что речь при этом идёт именно о трасянке: Элементы, черты и конструкции обоих языков устойчиво отображаются в смешанном языке, в данном случае в БРСР. Некоторые из них Русско-белорусская межъязыковая интерференция и трасянка 15 чаще строятся на основе одного языка, некоторые — на основе второго, третьи, гибриды, берут элементы обоих, и наконец, некоторые элементы могут быть инновациями, основанными на способности всех людей к языковому творчеству [24. С. 74]. Но только дискурсивная практика, в том числе КОД, сможет подтвердить или опровергнуть жизнеспособность такой новации (БРСР), конкурентной привычной трасянке. Можно предположить, что эргономика речи, особенно КОД, не будет способствовать распространению малопонятной неспециалистам сложной номинации БРСР — вместо простой номинации трасянка. Интернет-поиск показывает, что пока термин БРСР (равно как и его белорусский вариант БРЗМ — беларуска-рускае змешанае мауленне) практически не востребован, а трасянка остаётся привычным элементом как узуса, так и метаописаний (более 80 000 упоминаний на 01.10.2018, по данным Google). Несмотря на эпизодическую рефлексию трасянки как не совсем научного «выражения» и «экзотики» (см., например, [24]), использование данного термина в научном обиходе является вполне закономерным — и в русскоязычном, и в белорусскоязычном научном дискурсе (см., например, [8, 23]). Для лингвистов, изучающих «общую языковую ситуацию в Беларуси», приоритетным вопросом является не столько выбор новой, более «научной» номинации, сколько смысл данного феномена, в том числе … дефиниция и способ функционирования трасянки [9. С. 330]. Впрочем, только терминологическими коллизиями по поводу РБМИ проблемы научной (и псевдонаучной) рефлексии по данному поводу не исчерпываются. Куда более серьёзны — как можно видеть из выше- и нижеприведённых примеров — методологические неувязки соответствующих проектов. Так, статистика «открытого опроса» в Беларуси содержит характерным образом противоречивые и просто невероятные эмпирические данные: … проведенный в 2008 году иностранными учеными опрос в семи городах страны показал, что более трети (37,6%) белорусов-горожан считают трасянку своим родным языком (48,6% назвали в качестве такового белорусский и 29,6% русский язык). 43,4% респондентов в повседневной практике используют преимущественно русский язык с добавлением белорусских слов; 41,0% используют смешанный язык, 11,2% — стандартный русский. Стандартный белорусский или белорусский с добавлением русских слов используют все вместе 4,4%. При сравнении разных поколений у самых молодых респондентов происходит некоторое перераспределение предпочтений от смешанного языка (33,4%) в пользу русского языка с добавлением белорусских слов (50,2%) (http://news.tut.by/ society/379147 — цит. по: [5. С. 158]). Однако проблема уже в том, что 37,6, 48,6 и 29,6% — это в сумме совсем не 100, а 115,8%: при таком подходе более целесообразным было бы другое статистическое измерение, предполагающее не «процентные», а, скорее, «абсолютные» численные показатели. Далее, если уж разрешать респондентам давать больше ответов, чем один, то, видимо, не в этом случае, когда собирается информация не о возможном разнообразии вариантов, а о «преимущественном», «предпочтитель- А.А. Баркович 16 ном» использовании того или иного языка, что предполагает выбор респондентом одного из нескольких вариантах. Попытки проиллюстрировать долю «несмешанных» языков (русского и белорусского) в Беларуси цифрами от 4,4 до 11,2% означают только одно: некорректность методик опросов и критериев их оценки. Сложившаяся практика не позволяет характеризовать трасянку как доминирующий языковой стандарт Беларуси. То, что в обсуждении данной проблематики необходимо учитывать весь комплекс релевантной компетенции — как интра-, так и экстралингвистической, подтверждается и анализом следующих данных. Так, на первый взгляд статистика может быть и достаточно убедительной, например: …лишь 18% респондентов регулярно используют белорусский язык (в частности, постоянно 2%, часто 16%о), в то время как русский регулярно используют 73% респондентов (в частности, постоянно 45%, часто 28%) [25. С. 54]. Однако без должной корреляции с дискурсивной логикой практически любые показатели речевой статистики вызывают больше вопросов, чем предлагают ответов. В частности, нуждаются в объяснении показатели в 2% для белорусского языка и 45% для русского (на выборке в 1 400 респондентов из семи городов Беларуси): а на каком языке «постоянно» разговаривают остальные 53% населения белорусских городов? Или их не 53%? А чем «постоянно» принципиально отличается от «регулярно» или «часто» и т.д.? Если приведенные цифры — это усовершенствование четырехэлементной шкалы «постоянно / часто / редко / никогда», то вряд ли это помогает что-то прояснить в ситуации двуязычия (а не «четы-рехязычия»), когда необходимо выбрать из двух вариантов: «русский / белорусский». На самом деле, сложно представить, что кто-то из респондентов «постоянно» (т. е. всегда) разговаривает на русском языке, но «часто» и на белорусском, а этот вариант ответа, как можно видеть, был бы тоже учтен (а может, и был учтен). «Шум» подобного рода, видимо, и повлиял в итоге на результаты опроса. Не меньше удивляет ссылка на тот же соцопрос «Хентшель, Киттель 2011» с уже принципиально иными результатами — на следующей странице статьи: Из опрошенных при подготовке исследования [Хентшель, Киттель 2011] 41 % респондентов ответили, что БРСР является для них основным средством коммуникации (русский — для 55%, белорусский — для 4%). На вопрос о том, какие языки используются в их семье, 73% респондентов среди других языков назвали БРСР (русский — 54%, белорусский — 48%; разрешалось называть более одного языка) [25. С. 55]. Конечно, вряд ли следовало называть трасянку другим «языком», сея сомнения у далёких от профессиональной лингвистики респондентов. Про «проценты» и «разрешение» указывать несколько вариантов ответа уже сказано выше. Но как можно всерьез утверждать, что 73% респондентов в Беларуси общаются на некоей «БРСР»? Возможно, им не объяснили, что такое «БРСР» и чем она отличается / не отличается от «трасянки»? Показатель в 48% для белорусского языка в городах — цифра тоже невероятно высокая: возможно некорректно формулировались вопросы или обрабатывались первичные данные. Русско-белорусская межъязыковая интерференция и трасянка 17 Те же авторы сообщают, что …количество «активных» носителей белорусского литературного языка очень ограничено [25. С. 55]. Появление подобных «опросов» и их «обобщений» свидетельствует об определенном дефиците верифицированных метаязыковых параметров и дискурсивных критериев, для апробирования которых и КОД, и интернетдискурс — чрезвычайно благоприятные среды [26]. Данные КОД безальтернативно свидетельствуют об абсолютном приоритете в Беларуси русского языка: это 86,9 %, в частности, по статистике Всемирной паутины (см., например: http://w3techs.com). В городе его преобладание будет значительно большим, чем средние цифры. Уже в данном контексте никак не может идти речь о таких цифрах, как 37,6, 41,0 или 33,4% (согласно первому из процитированных опросов), равно как и о 41% или 73% (согласно второму) — как сегменте трасянки в городах Беларуси. Для сравнения: доля суржика (функционального аналога трасянки) — относительно невелика: по данным Киевского международного института социологии, доля взрослого населения, говорящего на суржике, в 2003 г., например, составляла 10,7% всего населения Украины (https://ru.wiki-pedia.org). Видимо, реальная распространенность трасянки в Беларуси также вполне может быть оценена в промежутке от 8 до 12%. Пока репрезентативных для всей территории Беларуси исследований по данной тематике не проводилось. Но весьма сомнительно, что более трети белорусов-горожан, назовут свою речь тра-сянкой: автору, который родился и около 50 лет прожил в городе Беларуси (Минске), собеседники, которые бы доброво

Дейк Т. ван. Язык. Познание. Коммуникация. М. : Прогресс. 1989. 312 с.

Баркович А.А. Функциональность диады «коммуникационный — коммуникативный»: дискурсивный аспект // Вестник Томского государственного университета. Филология. 2015. № 5 (37). С. 37-52.

Тичер С., Мейер М., Водак Р., Веттер Е. Методы анализа текста и дискурса. Харьков : Гуманитарный центр. 2009. 354 с.

Herring S.C. A faceted classification scheme for computer-mediated discourse // [email protected] Internet. 2007. Vol. 4, art. 1. URL: http://www.languageatinternet. org/articles/2007/761

Баркович А.А. Интернет-дискурс: компьютерно-опосредованная коммуникация. М. : Флинта : Наука, 2015. 288 с.

Foucault M. The archeology of knowledge. London : Tavistock Publications, 1972. 218 p.

Fairclough N. Analyzing discourse: textual analysis for social research London : Routledge, 2003. 270 p.

Мечковская Н.Б. Языковая ситуация в Беларуси: этические коллизии двуязычия // Russian Linguistics. 1994. Vol. 18, № 3. C. 299-322.

Голяховска Э. Символическая ценность и коммуникативная функция белорусского и польского языков в Беларуси // Актуальные этноязыковые и этнокультурные проблемы современности: Этнокультурная и этноязыковая ситуация: Языковой менеджмент: Языковая политика. М., 2017. Кн. 3. С. 327-334.

Коряков Ю.Б. Языковая ситуация в Белоруссии и типология языковых ситуаций : дис. … канд. филол. наук. М., 2002. 129 с.

Алпатов В.М. 150 языков и политика, 1917-2000: Cоциолингвистические проблемы СССР и постсоветского пространства. М. : Крафт + ИВ РАН, 2000. 224 с.

Белова К.А. Интернет-дискурс Беларуси в социолингвистическом аспекте : автореф. дис. … канд. филол. наук. Минск, 2015. 24 с.

Барковiч А.А. Iнтэрнэталект i мадэль моўнай варыятыўнасцi: беларуская i польская спецыфiка // Беларуска-польскiя культурна-моўныя ўзаемадачыненнi: адгiсторыi да сучаснасцi. Мiнск, 2016. С. 21-27.

Crystal D. Language and the Internet. Cambridge : Cambridge University Press, 2001. 272 p.

Щерба Л.В. О трояком аспекте языковых явлений и об эксперименте в языкознании // Языковая система и речевая деятельность. Л. : Наука, 1974. С. 24-39.

Рамза Т.Р. Беларускае гутарковае маўленне: фанетычны і лексіка-граматычны аспекты : аўтарэф. дыс. … д-ра філал. навук. Мінск, 2015. 42 с.

Норман Б.Ю. Русский язык в современной Беларуси: практика и норма // 1 сентября. Русский язык. URL: http://rus.1september.ru/-view_article.php ?id=201000604

Лисковец И.В. Трасянка: происхождение, сущность, функционирование // Антропология. Фольклористика. Лингвистика. СПб., 2002. Вып. 2. С. 329-343.

Полинская М.С. Полуязычие // Возникновение и функционирование контактных языков. М., 1987. С. 69-73.

Баркович А.А. Информационная лингвистика: Метаописания современной коммуникации. М. : Флинта : Наука, 2017. 360 с.

Хентшель Г., Киттель Б. Языковая ситуация в Беларуси: мнение белорусов о распространенности языков в стране // Социология. 2011. № 4. С. 62-78.

Hentschel G., Zeller J.P., Tesch S. Ольденбургский корпус белорусско-русской смешанной речи: ОК-БРСР. Документация. URL: https://www.academia.edu/20546408

Цыхун Г.А. Крэалізаваны прадукт: Трасянка як аб’ект лінгвістычнага даследавання // ARCHE. 2000. № 6 (11). С. 51-58.

Запрудскі C. Некаторыя заўвагі аб вывучэнні «трасянкі», або выклікі для беларускіх гуманітарных і сацыяльных навук // Arche. 2009. № 11-12. С. 157-200.

Хентшель Г. Белорусский, русский и белорусско-русская смешанная речь // Вопросы языкознания. 2013. № 1. С. 53-76.

Баркович А.А. Методологический аспект изучения компьютерно-опосредованного дискурса // Вестник Нижегородского государственного лингвистического университета им. Н.А. Добролюбова. 2015. Вып. 30. С. 38-48.

Плунгян В. Почему языки такие разные. URL: http://www.youtube.com/watch?v=IaBfdka20nE

Бахтин М.М. Проблема речевых жанров // Литературно-критические статьи. М., 1986. С. 428-472.

Барковiч А.А. Метамоўная характарыстыка камп’ютарна-апасродкаванага дыскурсу : аўтарэф. дыс. … д-ра філал. навук. Мінск, 2016. 438 с.

Яненка Н.В. Варыянтнасць у гетэрагенным гарадскім маўленні (на матэрыяле запісаў у г. п. Хоцімску) : аўтарэф. дыс. … канд. філал. навук. Мінск, 2018. 42 с.

Thomason S.G. Language contact. Washington : Georgetown University Press, 2001. 240 p.

Trudgill P. Dialects in contact (Language in Society 10). Oxford ; New York : Basil Blackwell, 1986. 174 p.

Schilling-Estes N. Investigating stylistic variation // The Handbook of Language Variation and Change / J.K. Chambers, P. Trudgill, N. Schilling-Estes (eds.). Malden, 2002. P. 375-401.

Рассказы о сновидениях: Корпусное исследование устного русского дискурса / под ред. А.А. Кибрика, B.И. Подлесской. М. : Языки славянской культуры. 2009. 736 с.

Совместная инновационная сеть — Collaborative innovation network

Совместные инновации — это процесс, в котором несколько участников вносят свой вклад в создание новых продуктов с клиентами и поставщиками.

Сотрудничество может происходить во всех аспектах бизнес-цикла, в зависимости от контекста:

  • Закупки и сотрудничество с поставщиками
  • Исследование и разработка новых продуктов, услуг и технологий
  • Маркетинг, распространение и коммерциализация

Сеть совместных инноваций ( CoIN ) — это тип совместной инновационной практики, в которой используются интернет-платформы, такие как электронная почта, чат, социальные сети, блоги и вики-сайты, для содействия общению и инновациям в самоорганизующихся виртуальных командах. Разница в том, что люди, которые сотрудничают в CoIN, настолько внутренне мотивированы, что могут не получить ни зарплаты, ни каких-либо преимуществ.

Таким образом, CoIN — это социальная конструкция с огромным инновационным потенциалом. Она была определена отправителем термина, Питер Gloor из MIT центра Слоуна для коллективного интеллекта , как «cyberteam самопознания мотивированных людей с коллективным видением, включен в Сети к Collaborate в достижении общей цели путем обмена идей, информация и работа ».

Действительно, CoIN — это тип открытого сотрудничества, который помогает организациям стать более творческими, продуктивными и эффективными. Принимая CoIN как часть своей культуры, эти компании ускоряют инновации, раскрывают скрытые возможности для бизнеса, сокращают расходы и усиливают синергию. Они могут не только привлекать сотрудников всех уровней иерархии к общему проекту (открывать новые таланты и развивать прямые отношения между сотрудниками), но и сотрудничать с внешними сторонами.

Похожая концепция «самоорганизующаяся инновационная сеть», она была описана автором, Роберт Rycroft из Эллиотт Школы международных отношений в Университете Джорджа Вашингтона .

Обзор

Монеты отличаются внутренней прозрачностью и прямой связью. Члены CoIN сотрудничают и обмениваются знаниями напрямую друг с другом, а не через иерархии. Они объединяются с общим видением, потому что они внутренне мотивированы на это и стремятся каким-то образом сотрудничать для продвижения идеи.

Монеты работают через иерархии и границы, в которых участники могут напрямую и открыто обмениваться идеями и информацией. Эта прозрачная среда сотрудничества способствует инновациям. Глор описывает феномен как «творчество роя». По его словам, «монеты — лучший двигатель для инноваций».

Монеты существовали задолго до появления современных коммуникационных технологий. Однако Интернет и мгновенное общение повысили продуктивность и сделали возможным глобальный охват. Сегодня они полагаются на Интернет , электронную почту и другие средства связи для обмена информацией.

По словам Питера Глора, монеты имеют 5 основных характеристик:

  • Раздельное членство : технология позволяет членам распространяться по всему миру. Независимо от местоположения, участники разделяют общую цель и убеждены в своем общем деле.
  • Взаимозависимое членство : сотрудничество между членами является ключом к достижению общей цели. Работа одного члена зависит от работы других и зависит от них.
  • Нет простой цепочки подчинения : нет высшего командования. Это децентрализованная и самоорганизованная система. Конфликты разрешаются без иерархии или власти.
  • Работайте для достижения общей цели : участники готовы свободно вносить свой вклад, работать и делиться. Они внутренне мотивированы жертвовать своей работой, создавать и делиться знаниями ради общей цели.
  • Зависимость от доверия : совместное поведение и взаимное доверие необходимы для эффективной работы в сети. Члены действуют в соответствии с этическим кодексом, который устанавливает правила и принципы, которым должны следовать все участники. Обычно этические кодексы включают принципы уважения, последовательности, взаимности и рациональности.

Есть также пять основных элементов сетей сотрудничества в области инноваций (которые Глор называет « генетическим кодом »):

1. Это обучающие сети : они создают неформальную и гибкую среду, которая облегчает и стимулирует сотрудничество и обмен идеями, информацией и знаниями.

2. Им нужен этический кодекс : они договариваются об этическом кодексе, который определяет поведение и поведение членов.

3. Они основаны на доверии и самоорганизации : участники доверяют друг другу без необходимости централизованного управления. Их объединяет взаимное уважение и сильное чувство общих убеждений.

4. Они делают знания доступными для всех : монеты способствуют общению до такой степени, что информация доступна каждому. В настоящее время благодаря Интернету и социальным сетям их идеи и концепции достигают глобального уровня.

5. Они действуют в условиях внутренней честности и прозрачности : они создают систему, основанную на взаимном доверии и взаимно установленных принципах.

Примеры

CoIN развивают множество революционных инноваций, таких как Интернет , Linux , Интернет и Википедия . Эти изобретения были созданы в университетах или лабораториях группой студентов с небольшим бюджетом или без него. Они были сосредоточены не на деньгах, а на чувстве выполненного долга.

Web является ранняя версия Internet. Он был основан на CoIN внутренне мотивированных людей, которые хотели улучшить техническую разработку и запустить революционное решение. Их цель состояла в том, чтобы связать мэйнфреймы и позволить нескольким пользователям одновременно.

Другой вклад — Linux , операционная система для персональных компьютеров, которая напрямую конкурирует с Microsoft . Первоначально он был разработан студентом Линусом Торвальдсом, а затем стал программным обеспечением с открытым исходным кодом . Код общедоступен, и каждый может внести свой вклад или улучшить его. Успех Linux — это постоянное и непрерывное обновление, которое производится с гораздо меньшими затратами, чем у программного обеспечения с закрытым исходным кодом.

Википедия собирает тысячи добровольцев, которые постоянно пишут и обновляют контент. Хотя в нем нет иерархии или центрального органа, записи в основном точны и полны. Волонтеры разделяют сильное чувство общности и желание вносить свой вклад в развитие знаний, не получая за это денег.

Столкнувшись с этими творениями, крупные компании, такие как IBM и Intel , научились использовать принципы открытых инноваций для улучшения своей кривой обучения исследованиям. Они расширили или наладили сотрудничество с университетами, агентствами и небольшими компаниями, чтобы ускорить свои процессы и быстрее запускать новые услуги.

Сетевые факторы совместной инновационной деятельности

Асхейм и Исаксен (2002) заключают, что инновационные сети способствуют достижению оптимального распределения ресурсов и повышению эффективности передачи знаний. Однако есть четыре фактора совместной инновационной сети, которые по-разному влияют на производительность CoIN. Вот эти факторы:

1. Размер сети : размер сети — это количество партнеров, таких как предприятия, университеты, исследовательские институты, посредники и правительственные ведомства в инновационной сети. Предыдущая работа показывает, что размер сети положительно влияет на передачу знаний, поскольку он предоставляет субъекту (например, фирме) два основных существенных преимущества: первое — это доступ к большему количеству внешней информации, знаний и идей, а второе — совместное использование ресурсов. между субъектом и его контактами, такими как обмен знаниями , снижение транзакционных издержек, взаимодополняемость и масштаб.

2. неоднородность сети : неоднородность сети означает различия в знаниях, технологиях, способностях и размере участников в сети. Фирмы, входящие в более разнородную сеть, с большей вероятностью приобретут внешние ресурсы знаний. Когда разнородность сети выше, получить дополнительные ресурсы и ускорить передачу знаний становится проще.

3. Сила связи в сети : Сила связи относится к природе реляционного контакта и включает степень близости, продолжительность и частоту; широта темы обычно относится к продолжительности разговора, глубине связи, эмоциональной напряженности, частоте близости и интерактивной связи. Совместная инновационная сеть с высоким уровнем силы связей может предоставить фирмам эффективную информацию и знания, снизить риски и неопределенность в инновационном процессе и добиться успешной передачи знаний.

4. Центральность сети : Центральность сети относится к положению субъекта в сети. Субъекты, расположенные в центре сети, находятся в выгодном положении для отслеживания потока информации и, как следствие, имеют преимущество в виде большого числа контактов, которые желают и могут предоставить им важные возможности и ресурсы.

Текущие проблемы

Совместные инновации все еще нуждаются в расширении возможностей. Более совместный подход с участием заинтересованных сторон, таких как правительства, корпорации, предприниматели и ученые, является ключом к решению основных проблем, стоящих сегодня перед нами.

Прежде всего, по-прежнему важно повышать осведомленность о CoIN и ее преимуществах среди компаний и крупных экономических областей. Лица, определяющие политику, и корпоративные лидеры могут поддержать разработку программ, стратегий и образовательных планов для стимулирования CoIN в определенных секторах, что принесет пользу всей экономике.

Во-вторых, общая нормативно-правовая база все еще нуждается в развитии для содействия межфирменному сотрудничеству. Следует пересмотреть режимы налоговой и интеллектуальной собственности, чтобы обеспечить необходимую инфраструктуру для поддержки монет. Еще один стимул важен для поощрения создания стартапов и развития партнерской сети между компаниями.

Наконец, финансовая помощь должна быть предоставлена ​​для поддержки совместных проектов, связанных с технологиями, исследованиями и инновациями. Монеты обладают огромным потенциалом для внедрения инноваций и значительного повышения конкурентоспособности. Однако им нужны ресурсы для полноценной работы и раскрытия своего максимального потенциала.

Будущее

Поскольку CoIN становятся все более популярными среди правительств и корпораций, этические, финансовые, экономические и когнитивные проблемы, которые стимулируют стимулы, неизбежно столкнутся с проблемами. Со временем потенциальные новаторы могут не захотеть участвовать в проектах только на основании предполагаемой финансовой выгоды. Поскольку глобализация начинает влиять на традиционные модели запланированного социального прогресса, более широкий политический контекст, в котором сотрудничают участники, в последнее время стал более актуальным. Это говорит о возрастающей потребности независимых сторон в сотрудничестве на основе согласованных принципов и целей, что в конечном итоге может охватывать интересы человечества и появление глобальной культуры.

Смотрите также

Рекомендации

дальнейшее чтение

  • Питер Глор (2005) Креативность роя: конкурентное преимущество через совместные инновационные сети . ISBN   0-19-530412-8
  • Питер Глор и Скотт Купер (2007) Coolhunting: В погоне за следующей большой вещью. ISBN   0-8144-7386-5
  • Сильвестр, Б.С., Далкол, PRT (2009) Географическая близость и инновации: свидетельства нефтегазовой промышленной агломерации бассейна Кампос — Бразилия . Technovation, Vol. 29 (8), стр. 546–561.
  • Джиллетт, А.Г. и Смит, Г., 2015. Творчество, инновации и сети в гараж-панк-роке: тематическое исследование Eruptörs. Artivate: журнал предпринимательства в искусстве, стр. 9–24. artivate.hida.asu.edu/index.php/artivate/article/download/82/36

Внешние ссылки

Ученые создают технологию, которая уцелеет после глобальной катастрофы

От научной фантастики к реальному будущему

Сбор таких продуктов промышленности, как автозапчасти, лекарства и бензин, долгое время был характерной чертой постапокалиптических фильмов, сериалов и видеоигр вроде «Безумного Макса», «Ходячих мертвецов» и Fallout. Сейчас, когда цифровые технологии стали таким же привычным явлением, как телефон и автомобиль, ученые заинтересовались, какие вычислительные ресурсы пригодятся в случае глобальной катастрофы.

Полезными могут оказаться технологии для управления небольшими электросетями, оптимизации бартерных транзакций и управления информацией о продовольствии и сельском хозяйстве, говорится в статье, опубликованной в 2012 году исследователями из Калифорнийского университета в Ирвайне, Индианского университета и Бюро экономической интерпретации. Если в результате чрезвычайной ситуации вычислительных ресурсов останется мало, то возникнет вопрос, какую информацию сохранить, и это может привести даже к разделению таких ресурсов, как «Википедия», считает профессор Билл Томлинсон из Калифорнийского университета в Ирвайне.

Хотя внезапные катастрофы наподобие ядерной войны или падения астероида не исключены, ученые считают, что более вероятный сценарий — это постепенное наступление кризиса, поэтому работоспособность цифровых систем останется актуальной дольше.

Эстер Джанг, магистрант из Университета Вашингтона, отмечает, что в случае неблагоприятного развития событий у людей могут остаться работающие ноутбуки и смартфоны, а также доступ к частным электросетям и генераторам, но подключение к интернету наверняка будет нестабильным. Это означает, что получить данные из облачных хранилищ будет нельзя, но обмен информацией в локальных сетях окажется возможным.

«Есть много способов использовать привычные устройства в условиях отсутствия обширной инфраструктуры, но это будет выглядеть совсем по-другому», — говорит Джанг.

Устойчивые технологии для разрушенного мира

Многие из проектов этих ученых являются чисто умозрительными, и нет никакого способа узнать, насколько верны их прогнозы об использовании технологий во время и после глобальных катастроф. Но есть весомая причина изучать эту тему — чтобы подготовиться к таким стихийным бедствиям, как пожары, наводнения и землетрясения. Например, ураган «Мария», обрушившийся на Пуэрто-Рико в 2017 году, оборвал телефонные, электрические и интернет-кабели, и многие местные жители могли получать сообщения только по радио.

По словам Мэтта Джонсона, еще одного магистранта из Университета Вашингтона, в случае продолжительного кризиса люди, вероятно, также начнут самостоятельно прокладывать кабели и общаться с помощью портативных радиостанций. Они уже используются в ситуациях, когда другие виды связи отказывают. Некоторые устройства также смогут обмениваться данными через так называемые беспроводные ячеистые сети, которые передают сообщения между пользователями напрямую, а не полагаются на центрального интернет-провайдера. Эта технология пригодилась после ураганов «Дориан» и «Сэнди».

Но поддерживать оборудование в рабочем состоянии и передавать информацию в течение долгого времени будет затруднительно. Нестабильные источники энергии могут негативно повлиять на электронику, некорректная работа которой, в свою очередь, приведет к ошибкам при запуске приложений. Также не исключено быстрое распространение вредоносного ПО в условиях нехватки антивирусных программ. Облачные системы и хранящиеся в них данные могут быть утрачены навсегда.

В условиях глобального кризиса более ценной станет техника, которую легче ремонтировать. Но сейчас производители часто жертвуют модульностью и простой заменой сломанных частей, чтобы уменьшить цену устройств и сделать их более компактными.

«Потребительские технологии не созданы для катастроф», — говорит Джонсон. Хотя вполне возможно, что подготовка к возможным стихийным бедствиям приведет к тому, что компании начнут уделять больше внимания устойчивым технологиям.

Хотя некоторые компоненты, в том числе твердотельные накопители и солнечные панели, могут служить годами, исследователи отмечают, что другие детали, например, вентиляторы, аккумуляторы и обычные жесткие диски, выходят из строя и требуют замены куда быстрее, так как в обычных условиях предполагается, что детали и помощь специалиста всегда доступны.

«Для успешного ремонта техники важны не только запчасти, но еще и такие навыки, как пайка и использование мультиметра. Без специального обучения после катастрофы они могут быть утеряны для общества даже при нынешнем повсеместном распространении компьютеров», — указывается в исследовании.

Сборка устойчивой операционной системы

Проект с открытым исходным кодом под названием Collapse OS, возглавляемый программистом из Квебека Вирджилом Дупрасом, направлен на расширение спектра вычислительных устройств, которые можно было бы эффективно использовать после глобальной катастрофы. Это простая операционная система, которая способна работать на базовом оборудовании, включая старые системы видеоигр Sega, и выполнять простые задачи, такие как чтение и запись основных типов текстовых файлов и предоставление доступа к данным, хранящимся на различных носителях.

«Из-за нестабильных источников питания электронные компоненты будут испытывать большее напряжение и, вероятно, обладать более коротким сроком службы, чем в нынешних условиях. По этой причине у старой техники больше преимуществ, потому что у нее простая конструкция и ее легко ремонтировать»,  — отметил Дупрас.

Он утверждает, что Collapse OS также способна работать на еще более примитивных компьютерных микросхемах — так называемых микроконтроллерах. Они могут пригодиться для управления системами орошения, энергоснабжения, безопасности и очистки воды.

Окажется Collapse OS полезным или нет, зависит от того, с какими катастрофами столкнется человечество, указывает Дупрас.

«Этот проект будет актуален только в том случае, если кризис достигнет определенного масштаба. При достаточно слабом потрясении он будет бесполезен, при достаточно сильном — тоже (кому нужны микроконтроллеры, когда вы убегаете от людоедов)», — добавил он.

Но в любом случае (если не считать полного разрушения) при глобальной катастрофе устойчивая ОС поможет сохранить доступ к цифровым системам, на которые люди привыкли полагаться в обычных условиях.

Источник.

Опубликован «Открытый список» жертв политических репрессий в СССР

На данный момент сайт содержит почти 2,5 млн записей о репрессированных людях

Фото: Пермь-36, Gerald Praschl, Википедия.

28 апреля. ПРАВМИР. Благотворительный фонд «Протяни руку» запустил проект «Открытый список» — базу данных о жертвах политических репрессий с 1917 по 1991 год.

Авторы «Открытого списка» предложили идею собрать в общую базу данных информацию о жертвах политических репрессий в СССР. Данные на сайте можно пополнять и редактировать по принципу «Википедии».

За основу при составлении списка была взята база «Жертвы политического террора в СССР» общества «Мемориал». «Это открытая база данных и свободное пространство для публикации воспоминаний — каждый может зарегистрироваться и помочь нам дополнить и уточнить существующие данные, подгрузить новые материалы, рассказать свою семейную историю», — говорится в сообществе проекта.

На данный момент сайт содержит почти 2,5 млн записей о репрессированных людях. Каждому человеку из списка посвящена своя отдельная страница. Она состоит из двух частей: установочных данных с информацией о человеке, полученной  из уже опубликованных источников, и свободно редактируемого поля — для биографического текста.

Чтобы внести изменения в «Открытый список», требуется предоставить ссылки на источники информации. Это могут быть различные документы: архивная справка, исследовательская литература и любые другие верифицируемые данные.

Благотворительный фонд помощи лицам, находящимся в трудных жизненных обстоятельствах, «Протяни Руку» учрежден юристом Светланой Бахминой и предпринимателем Валерием Баликоевым в 2014 году, прежде всего, для оказания помощи людям, оказавшимся в местах лишения свободы, и членам их семей.

Интернет-зависимость | Психология Вики

Оценка | Биопсихология | Сравнительный | Познавательный | Развивающий | Язык | Индивидуальные различия | Личность | Философия | Социальные |
Методы | Статистика | Клиническая | Образовательная | Промышленное | Профессиональные товары | Мировая психология |

Другие области психологии: AI · Компьютер · Консультации · Потребитель · Инженерное дело · Относящийся к окружающей среде · Судебная медицина · Военный · Спорт · Трансперсональный · Индекс


Интернет-зависимость — это зависимость, связанная с чрезмерным и патологическим уровнем использования Интернета.Он также упоминается как расстройство интернет-зависимости ( IAD ) или синдром интернет-зависимости ( IAS ).

Интернет-зависимость [править | править источник]

Интернет-зависимость — это теоретическое расстройство, первоначально созданное как сатирическая мистификация [1] Айваном Голдбергом, доктором медицины, в 1995 году. Он взял патологическую пристрастие к азартным играм, диагностированную DSM-IV, в качестве модели для поддельного описания.

Хотя IAD задумывался как розыгрыш, некоторые сторонники продвигают его как реальное условие.Сторонники часто делят IAD на подтипы по видам деятельности, такие как порнография, [2] подавляющие и неумеренные игры, [3] неуместное участие в социальных сетях в Интернете или ведение блогов [4] и зависимость от покупок в Интернете. [5]

Действия, которые, если бы они были выполнены лично, обычно считались бы неприятными, такие как компульсивные азартные игры или покупки, называются чистыми принуждениями . [6] Другие, например чтение или компьютерные игры, беспокоят только в той степени, в которой эти занятия мешают нормальной жизни.

Во многих случаях, но не во всех, проблема устраняется сама собой. «Это профессор Кислер назвал интернет-зависимость модной болезнью. По ее мнению, телевизионная зависимость — еще хуже. Она добавила, что завершает исследование активных пользователей Интернета, которое показало, что большинство из них резко сократили время, проводимое за компьютером. в течение года, что указывает на то, что даже проблемное использование помогло саморегулироваться «. [7] Несмотря на противодействие со стороны многих сторон, исследователь Кимберли Янг, Psy.Д. лоббирует включение IAD в DSM-V, следующую редакцию DSM. Некоторые сторонники полагают, что его включение откроет двери для частных страховых компаний, чтобы оплачивать консультации по интернет-зависимости. Однако многие другие утверждают, что IAD не является ни истинной зависимостью, ни специфическим расстройством и не должно классифицироваться как психическое расстройство в DSM-V. Более того, нет никаких доказательств того, что людям, нуждающимся в лечении, отказывают в нем; вместо этого их ситуации закодированы под другими ярлыками, такими как СДВ или депрессия, в зависимости от основной ситуации.

В июне 2007 года Американская медицинская ассоциация отказалась рекомендовать Американской психиатрической ассоциации включить IAD в качестве официального диагноза в издание DSM 2012 года. [8] Вместо этого их сдержанный ответ рекомендовал дальнейшее исследование «чрезмерного использования видеоигр». [9] Члены Американского общества наркологической медицины выступили против того, чтобы называть чрезмерное использование Интернета и видеоигры настоящей зависимостью. [10] Среди необходимых исследований — способ определения «чрезмерного употребления» и способ отличить «интернет-зависимость» от навязчивой идеи, самолечения депрессии или других расстройств и принуждения.

По словам Марессы Хехт Орзак, директора Центра изучения компьютерной зависимости при больнице Маклина Гарвардского университета, от пяти до десяти процентов пользователей Интернета страдают той или иной формой веб-зависимости. [11]

Другой сторонник, Дэвид Гринфилд, доктор философии. из Центра интернет-поведения в 1999 г. провел исследование совместно с ABC News.com и является автором книги Virtual Addiction. Он считает, что некоторые услуги, доступные через Интернет, обладают уникальными психологическими свойствами, которые вызывают диссоциацию, искажение времени и мгновенное удовлетворение, причем около 6% людей испытывают какое-либо значительное влияние на свою жизнь.Однако он говорит, что это лучше всего рассматривать не как зависимость, а как принуждение. Гринфилд утверждает, что секс, игры, азартные игры и покупки в Интернете могут иметь эффект изменения настроения.

По данным Центра интернет-зависимости, «интернет-наркоманы страдают от эмоциональных проблем, таких как депрессия и тревожные расстройства, и часто используют фантастический мир Интернета, чтобы психологически избежать неприятных ощущений или стрессовых ситуаций». [12] Более 60% людей, обращающихся за лечением от ДВР, заявляют о причастности к сексуальным действиям в Интернете, которые они считают неуместными, например, чрезмерное внимание к порнографии или участие в откровенных сексуальных разговорах в Интернете. [13] Более половины из них также употребляют алкоголь, наркотики, табак или секс. [14]

«Несколько консультантов и других экспертов заявили, что время, проведенное за компьютером, не имело значения для диагностики зависимости от Интернета. Вопрос, по их словам, заключается в том, вызывает ли использование Интернета серьезные проблемы, включая потерю работа, семейные трудности, депрессия, изоляция и беспокойство, и все же пользователь не может остановиться. «Граница проводится с интернет-зависимостью, — сказал г-н Зер из Proctor Hospital, — когда я больше не контролирую свое использование Интернета.Он контролирует меня ». Доктор Кэш и другие терапевты говорят, что они рассматривают растущее число подростков и молодых людей как пациентов, которые в детстве часами проводят за компьютером, играют в игры и отправляют мгновенные сообщения. У этих пациентов, по-видимому, есть серьезные проблемы с развитием. , включая синдром дефицита внимания и отсутствие социальных навыков ». [15]

IAD в первую очередь страдает от вводящего в заблуждение названия. Психиатр д-р Голдберг признает, что Интернет-зависимость не является настоящей зависимостью и на самом деле может быть не более чем симптомом других существующих расстройств. [16] Избыточное описание зависимости оставляет открытой возможность объявить любое компенсирующее поведение зависимостью. Например, человека, который ведет длительные телефонные разговоры с другом, чтобы избежать неприятной ситуации, можно объявить «зависимым от телефона» с таким же правом, как и человека, который общается в Интернете с той же основной целью.

Многие другие, в том числе Кэрол Потера и Джонатан Бишоп, согласны с тем, что Интернет-зависимость названа неуместно.Поскольку Интернет является социальной средой, а не объектом, люди не могут быть зависимыми от него. Аналогия проводится с окружающей средой: человек не может по-настоящему пристраститься к жизни в любимом городе (независимо от того, насколько мучительной может быть смена дома), а золотая рыбка не может пристраститься к жизни в пруду.

Во-вторых, широко признано, даже его сторонниками, что большинство, если не все «интернет-наркоманы» уже подпадают под существующие, законные диагностические ярлыки. [17] Для многих пациентов чрезмерное или ненадлежащее использование Интернета является просто проявлением их депрессии, беспокойства, нарушений контроля над импульсами или патологического пристрастия к азартным играм. [18] В этой критике IAD сравнивается с пищевой зависимостью, при которой пациенты переедают как форму самолечения от депрессии, тревоги и т. Д., Не будучи на самом деле зависимыми от еды.

Возможно, что у человека могут быть патологические отношения с определенными аспектами Интернета, такими как участие в торгах на онлайн-аукционах, просмотр порнографии, онлайн-игры или онлайн-азартные игры (которые включены в существующую патологическую азартную игру), но это не вызывает привыкания к Интернету.Вот типичные проблемы, которые неправильно объединены под меткой IAD: [19]

  • Патологический игрок — патологический игрок, независимо от того, играет ли он на компьютере или при личной встрече.
  • Человек с плохим контролем над импульсами может потерять сон из-за тревожного романа или любимого телешоу так же легко, как он или она может потерять сон из-за захватывающей компьютерной игры или из-за соблазна щелкнуть по другой веб-ссылке.
  • Человек, страдающий сексуальной одержимостью, остается человеком, страдающим сексуальной одержимостью, независимо от того, просматривается ли порнография на экране или на бумаге.
  • Человек, который одержимо делает покупки (в том числе во время маниакальной фазы), страдает навязчивой проблемой покупок, независимо от того, совершаются ли покупки лично, по почте, по телефону или в Интернете.
  • Проблемный дневной трейдер, у которого есть форма патологической азартной игры, по-прежнему остается проблемным дневным трейдером, независимо от того, осуществляется ли торговля акциями с помощью компьютера, по телефону или лицом к лицу.

Кроме того, существуют существенные и важные различия между обычными действиями в Интернете (электронная почта, общение в чате, веб-серфинг) и патологическими азартными играми, которые в понятии IAD во многом совпадают.Интернет в значительной степени является просоциальным, интерактивным и информационным средством, в то время как азартные игры рассматриваются как единичное антисоциальное поведение, имеющее очень небольшую социальную ценность. Так называемые интернет-наркоманы не страдают от такого же ущерба здоровью и взаимоотношениям, который характерен для устоявшихся зависимостей. [20]

  • Бишоп, Дж. (2005). «Существует ли интернет-зависимость?» доступно онлайн
  • Карузо Д. (1998). Критики выделяют исследование «Интернет и депрессия». доступно онлайн.
  • Хансен, С. (2002). «Чрезмерное использование Интернета или« Интернет-зависимость »? Значение диагностических категорий для студентов-пользователей». Журнал компьютерного обучения 18 (2) pp.232-236.
  • Potera, C. (1998). «Застрял в сети?» Психология сегодня , март / апрель 98, 31 (2) с.66-70.
  • Surratt, Карла Г. (1999). Нетахолики? : создание патологии Commack, NY: Nova Science Publishers.
  • Янг, Кимберли С. (2001). В сети: как распознать признаки интернет-зависимости и выигрышная стратегия выздоровления
  • Янг, К. С. (2004). Интернет-зависимость: новый клинический феномен и его последствия. Американский ученый-бихевиорист , 48 (4), 402-415.

Интернет-зависимость — признаки, симптомы и методы лечения

Что такое интернет-зависимость?

Вы часто играете в видеоигры в Интернете? Вы навязчиво делаете покупки в Интернете? Не можете физически перестать проверять Facebook? Мешает ли чрезмерное использование компьютера вашей повседневной жизни — отношениям, работе, учебе? Если вы ответили утвердительно на любой из этих вопросов, возможно, вы страдаете от расстройства связи в Интернете, которое также обычно называют принудительным использованием Интернета (CIU), проблемным использованием Интернета (PIU) или iDisorder.Первоначально обсуждаемая как «реальная вещь», это было сатирически рассмотрено как расстройство в 1995 году доктором Иваном Голдбергом, доктором медицины, который сравнил ее первоначальную модель с патологической игрой. После такого рода обмана заболевание быстро получило распространение и привлекло серьезное внимание многих исследователей, консультантов по психическому здоровью и врачей как действительно изнурительное расстройство. Хотя это заболевание официально не признано расстройством в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств (DSM-IV), его распространенность в американской и европейской культурах ошеломляет — затрагивает до 8 человек.2% от общей численности населения. Тем не менее, по некоторым данным, от него страдают до 38% населения в целом. Широко варьирующаяся разница в уровнях распространенности может быть связана с тем фактом, что не было выбрано никаких истинных и стандартизированных критериев для расстройства интернет-зависимости. Ученые и специалисты в области психического здоровья исследуют его по-разному. И это исследуется по-разному в разных этнических культурах.

Продолжение статьи ниже

Беспокоитесь, что вы страдаете от интернет-зависимости?

Пройдите нашу БЕСПЛАТНУЮ викторину о зависимости от Интернета, чтобы узнать, могут ли вы получить пользу от дальнейшей диагностики и лечения.

Пройдите тест на интернет-зависимость

На прогресс в изучении расстройства интернет-зависимости негативно повлияло отсутствие стандартизации в этой области. Однако среди исследователей было общепринятым мнение, что интернет-зависимость — это лишь часть технологической зависимости в целом. Как следует из названия, он концентрируется на принуждении к Интернету, поскольку другие области медиа-зависимости можно увидеть в телевизионной, радиозависимой и других типах медиа-зависимости.Из-за бурного роста цифровой эпохи Интернет-зависимость взяла верх, поскольку в последнее время главной причиной является технологическая зависимость. В этом расстройстве беспокоит то, что если вы страдаете от него, вы бесконечно окружены технологиями. В эпоху цифровых технологий Интернет взял верх. Большую часть того, что мы делаем, как население в целом, можно делать в Интернете. Не можете найти нужную рубашку в магазине? Не беспокойтесь — это есть в Интернете! Нужно сделать заказ на пиццу? Зачем звонить? Оформите онлайн-заказ! Не можете позвонить другу поиграть в видеоигру в 3 часа ночи, когда страдаете бессонницей и не можете снова заснуть? Бьюсь об заклад, есть кто-то по всему миру, который проснулся и готов к игре! По сути, именно поэтому это расстройство может вызывать такую ​​тревогу — даже с точки зрения лечения.В наши дни трудно жить, избавившись от Интернета. Он всегда окружает нас, и большинство из нас использует его ежедневно.

Тот факт, что вы много пользуетесь Интернетом — смотрите много видео на YouTube, часто совершаете покупки в Интернете или просматриваете социальные сети, не означает, что вы страдаете от интернет-зависимости. Проблема возникает, когда эти занятия начинают мешать вашей повседневной жизни. В целом, Интернет-зависимость подразделяется на различные категории. Наиболее часто определяемые категории интернет-зависимости включают игры, социальные сети, электронную почту, ведение блогов, покупки в Интернете и ненадлежащее использование порнографии в Интернете.Другие исследователи предполагают, что особые проблемы вызывает не время, проведенное в Интернете, а скорее то, как Интернет используется. То есть риск использования Интернета может быть столь же важным, как и количество потраченного времени. Есть ли у вас подросток, который пользуется сайтами знакомств для подростков, на которых могут скрываться растлители малолетних? Это рискованно — и это один из многомерных аспектов расстройства интернет-зависимости. Другие выявленные многомерные факторы риска Интернет-зависимости включают физические нарушения, социальные и функциональные нарушения, эмоциональные нарушения, импульсивное использование Интернета и зависимость от Интернета.

Что вызывает это?

Как и большинство других расстройств, вряд ли можно точно определить причину интернет-зависимости. Для этого расстройства характерно наличие нескольких факторов. Некоторые данные свидетельствуют о том, что если вы страдаете от интернет-зависимости, ваш мозг похож на тех, кто страдает химической зависимостью, такой как наркотики или алкоголь. Интересно, что некоторые исследования связывают Интернет-зависимость с физическим изменением структуры мозга, в частности, влияющим на количество серого и белого вещества в областях префронтального мозга.Эта область мозга связана с запоминанием деталей, вниманием, планированием и расстановкой приоритетов. Предполагается, что одна из причин интернет-зависимости — структурные изменения в префронтальной области мозга, которые пагубно сказываются на вашей способности расставлять приоритеты в своей жизни, делая вас неспособными расставлять приоритеты в своей жизни, т. Е. Интернет имеет приоритет над необходимой жизнью. задачи.

Интернет-зависимость, в дополнение к другим расстройствам зависимости, похоже, влияет на центр удовольствия в мозгу.Привыкание вызывает высвобождение дофамина, чтобы вызвать приятные ощущения, активируя высвобождение этого химического вещества. Со временем требуется все больше и больше активности, чтобы вызвать такую ​​же приятную реакцию, создавая зависимость. То есть, если вы находите онлайн-игры или покупки в Интернете приятным занятием и страдаете от интернет-зависимости, вам нужно будет все больше и больше вести себя так, чтобы вызвать такое же приятное чувство, предшествующее вашей зависимости.

Другой причиной такого поведения являются различные подкрепляющие эффекты интернет-зависимости.Согласно теории переменного соотношения подкреплений (VRRS), причина, по которой вы можете быть настолько зависимыми от интернет-активности (например, игр, азартных игр, покупок, порнографии и т. Д.), Заключается в том, что она обеспечивает несколько уровней вознаграждения. То есть постоянный серфинг в Интернете приводит к множеству непредсказуемых наград. Возможно, ваша зависимость от Facebook обеспечивает множественный и непредсказуемый уровень вознаграждений в том смысле, что каждый раз, когда вы входите в систему, чтобы прочитать свои обновления, вы получаете повторяющиеся и неожиданные хорошие новости.Может быть, вы узнали, что один из ваших лучших друзей только что обручился. В следующий раз, когда вы войдете в систему, вы узнаете, что у другого друга только что родился ребенок! Или, возможно, мужчина, который вам действительно интересен, только что опубликовал сообщение о том, что он и его давняя девушка только что расстались. Каждый вход в систему дает вам непредсказуемые результаты, которые заставляют вас развлекаться и возвращаться снова и снова. Некоторые игры, такие как MMROPG (массовые многопользовательские ролевые онлайн-игры), включая World of Warcraft и Everquest, могут привести к интернет-зависимости, потому что, по сути, они никогда не заканчиваются.

Биологическая предрасположенность к расстройству интернет-зависимости также может быть фактором, способствующим развитию расстройства. Если вы страдаете этим заболеванием, у вас может быть недостаточный уровень дофамина и серотонина по сравнению с населением в целом. Этот химический дефицит может потребовать от вас более активного поведения, чтобы получить такую ​​же приятную реакцию по сравнению с людьми, не страдающими зависимостью от поведения в Интернете. Чтобы достичь этого удовольствия, люди могут больше вести себя по отношению к широкой публике, увеличивая свои шансы на зависимость.

Предрасположенность к интернет-зависимости также связана с тревогой и депрессией. Часто, если вы уже страдаете от беспокойства или депрессии, вы можете обратиться к Интернету, чтобы облегчить свои страдания от этих состояний. Точно так же застенчивые люди и люди с социальной неловкостью могут также подвергаться более высокому риску страдать от интернет-зависимости. Если вы страдаете от беспокойства и депрессии, вы можете обратиться к Интернету, чтобы заполнить пустоту. Если вы застенчивы или неловки в обществе, вы можете обратиться к Интернету, потому что он не требует межличностного взаимодействия и приносит эмоциональное вознаграждение.

Каковы симптомы?

Признаки и симптомы Интернет-зависимости могут проявляться как в физических, так и в эмоциональных проявлениях. Некоторые из эмоциональных симптомов Интернет-зависимости могут включать:

  • Депрессия
  • Нечестность
  • Чувство вины
  • Беспокойство
  • Чувство эйфории при использовании компьютера
  • Неспособность установить приоритеты или сохранить расписания
  • Изоляция
  • Нет чувства времени
  • Оборона
  • Избегание работы
  • Агитация
  • Перепады настроения
  • Страх
  • Одиночество
  • Скука с рутинными задачами
  • Промедление

Физические симптомы интернет-зависимости могут включать:

  • Боль в спине
  • Синдром запястного канала
  • Головные боли
  • Бессонница
  • Плохое питание (отказ от еды или переедание, чтобы не находиться вдали от компьютера)
  • Плохая личная гигиена (e.г., не купаясь, чтобы оставаться онлайн)
  • Боль в шее
  • Сухие глаза и другие проблемы со зрением
  • Увеличение или уменьшение веса

Каковы последствия Интернет-зависимости? Если вы страдаете этим расстройством, возможно, оно влияет на ваши личные отношения, работу, финансы или школьную жизнь. Люди, страдающие этим заболеванием, могут изолировать себя от других, проводить долгое время в социальной изоляции и негативно влиять на свои личные отношения.Проблемы недоверия и нечестности могут также возникнуть из-за того, что интернет-наркоманы пытаются скрыть или отрицать количество времени, которое они проводят в сети. Кроме того, эти люди могут создавать в сети альтернативных персонажей, пытаясь замаскировать свое поведение в сети. Серьезные финансовые проблемы могут также возникнуть в результате уклонения от работы, банкротства из-за продолжающихся покупок в Интернете, онлайн-игр или онлайн-азартных игр. Интернет-наркоманы также могут иметь проблемы с установлением новых отношений и социальной замкнутостью, поскольку они чувствуют себя более комфортно в онлайн-среде, чем в физической.

Как диагностируется?

Хотя он набирает обороты в области психического здоровья и недавно был добавлен в Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам как расстройство, требующее дополнительных исследований, стандартизированный диагноз интернет-зависимости не был обнаружен. Это также является значительным фактором, влияющим на общую вариабельность расстройства в целом и широкий диапазон распространенности среди населения от 0,3% до колоссальных 38%.

Одна из наиболее распространенных диагностических оценок расстройства интернет-зависимости была предложена в статье KW Beard в 2005 году в CyberPsychology and Behavior.Бирд предлагает пять диагностических критериев для выявления расстройства интернет-зависимости среди населения в целом:

  • Увлечен Интернетом (постоянно думает об использовании в прошлом или будущем)
  • Требуется использовать Интернет с увеличенным количеством времени, чтобы получить удовлетворение
  • Предпринял безуспешные попытки контролировать, сократить или прекратить использование Интернета
  • Беспокойный, угрюмый, подавленный или раздражительный, когда пытается контролировать использование Интернета.
  • Прошел в сети дольше, чем предполагалось

Кроме того, Beard (2005) предполагает, что при диагнозе интернет-зависимости также должен присутствовать хотя бы один из следующего:

  • Поставил под угрозу или рисковал потерять важные отношения, работу, образование или карьерную возможность из-за Интернета
  • Обманывал членов семьи, терапевтов или других лиц, чтобы скрыть свою причастность к Интернету
  • Использует Интернет как способ уйти от проблем или облегчить дисфорическое настроение (напр.г., вина, беспокойство, депрессия, беспомощность)

Если вы обращались за помощью с расстройством интернет-зависимости, вам, вероятно, давали психологический тест или какой-то вопросник, чтобы оценить вашу зависимость от Интернета. Наиболее распространенные инструменты оценки, используемые для постановки диагноза расстройства интернет-зависимости, включают:

  • Тест Янга на интернет-зависимость
  • Анкета для проблемного использования Интернета (PIUQ)
  • Шкала обязательного использования Интернета (CIUS)

Какие варианты лечения?

Первым шагом в лечении является признание того, что проблема существует.Если вы не считаете, что у вас есть проблема, вы вряд ли обратитесь за лечением. Одна из основных проблем Интернета заключается в том, что часто нет подотчетности и ограничений. Вы спрятаны за экраном — и некоторые вещи, которые вы можете сказать или сделать в сети, вы никогда бы не сделали лично.

В литературе ведутся споры о том, необходимо ли вообще лечение. Некоторые считают, что Интернет-зависимость — это «модная болезнь», и предполагают, что обычно она проходит сама по себе.Исследования показывают, что самокорректирующее поведение может быть достигнуто и успешно. Корректирующее поведение включает программное обеспечение, которое контролирует использование Интернета и типы сайтов, которые можно посещать — при этом большинство профессионалов согласны с тем, что полное воздержание от компьютера не является эффективным методом исправления.

Некоторые профессионалы утверждают, что лекарства эффективны при лечении интернет-зависимости, потому что, если вы страдаете этим заболеванием, вполне вероятно, что вы также страдаете от основного состояния беспокойства и депрессии.Обычно считается, что если вы лечите тревогу или депрессию, интернет-зависимость может исчезнуть вместе с этим подходом к лечению. Исследования показали, что успокаивающие и антидепрессанты сильно повлияли на количество времени, проводимого в Интернете, в некоторых случаях снизившись с 35+ часов в неделю до 16 часов в неделю. Физическая активность также показала свою эффективность в повышении уровня серотонина и уменьшении зависимости от Интернета.

Некоторые из наиболее распространенных психологических методов лечения расстройства интернет-зависимости включают:

  • Индивидуальная, групповая или семейная терапия
  • Модификация поведения
  • Диалектическая поведенческая терапия (DBT)
  • Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ)
  • Терапия для лошадей
  • Арт-терапия
  • Рекреационная терапия
  • Терапия реальности

Из-за того, что заболевание широко распространено среди населения, лечебные центры и программы начали появляться в США и по всему миру.В некоторых случаях электрошоковая терапия использовалась для отлучения людей от Интернета — с тех пор этот метод был запрещен. В 2009 году в Сиэтле, штат Вашингтон, было запущено стационарное лечебное учреждение ReSTART для использования в патологических компьютерах. В 2013 году была создана клавиатура с USB-подключением, обеспечивающая очень низкое напряжение для пользователей, посещающих определенные веб-сайты. В других местах по всей стране и за рубежом были открыты центры по избавлению от наркозависимости для оказания помощи людям, страдающим от интернет-зависимости.

Во многих случаях для лечения интернет-зависимости использовались мультимодальные методы лечения. При этом методе лечения, если вы страдаете этим заболеванием, вам могут быть прописаны как лекарства, так и психотерапия для лечения вашей зависимости от Интернета.

Продолжение или сомнительное существование?

Хотя изначально было диагностировано как «обманное» расстройство, возросшая цифровая эра подтолкнула нас к эпохе Интернета, и зависимость от Интернета стала действительно настоящей «вещью».Однако многие исследователи не уверены в том, является ли Интернет-зависимость расстройством само по себе или, скорее, симптомом других основных состояний.

Еще более проблематичное взаимодействие создает тот факт, что в настоящее время все в сети. Трудно провести различие между миром онлайн и офлайн. Все в Интернете. От заказа еды, общения с друзьями, игр и даже просмотра телевизора. Дополнительный слой путаницы и различий заключается в том, что другие цифровые технологии также захватывают мир, делая доступ к компьютерам еще проще.Теперь нам не нужно физически сидеть перед компьютером — мы можем делать что угодно из любого места с помощью только наших телефонов, планшетов или других электронных устройств.

Тем не менее, другие исследователи задаются вопросом, является ли чрезмерное использование Интернета зависимостью, обсессивно-компульсивным расстройством или нарушением контроля над импульсами. Действительно, Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам правильно признает, что для изучения этого расстройства необходимо гораздо больше исследований.

Последнее обновление: 6 мая 2021 г.

Интернет-зависимость? Шокирует | Computerworld

Как часто вы говорите своим детям, что они не знают, как им повезло? Вы говорите что-то вроде: «Когда я был молод, у нас не было чертовых Intertubes и онлайн-игр»? а потом заставить их выйти на улицу и что-то сделать? Может быть, ваши дети страдают интернет-зависимостью?

Нет, я не шучу.На самом деле существует нечто под названием «Интернет-зависимость». Согласно Википедии, «ДИАП был первоначально предложен в качестве расстройства в сатирической мистификации Иваном Голдбергом, доктором медицины, в 1995 году. Он использовал патологическое пристрастие к азартным играм, диагностированное в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств (DSM-IV), как модель описание IAD. Однако IAD освещается в прессе, и его классификация как психологического расстройства обсуждается и исследуется «.

Другими словами, ДИА начался как шутка и стал признанным, но спорным синдромом.Аргументом в пользу его включения в следующую редакцию DSM (которая должна выйти в 2012 г.) является то, что это позволит медицинскому страхованию оплачивать консультации. Контраргумент состоит в том, что «нет никаких доказательств того, что в необходимом лечении отказывают, поскольку лечение закодировано под существующими ярлыками в соответствии с основными симптомами».

Каким бы ни был здесь статус IAD, в Китае это считается эпидемией. В прошлом году Китай подсчитал, что из 40 миллионов несовершеннолетних пользователей Интернета в стране около 10% были «зависимы» от Интернета.Опросы показали, что около 42% этих детей заявили, что чувствовали себя «зависимыми», в то время как только 18% детей в США чувствовали себя так же. Другими словами, похоже, что что-то в китайской культуре заставляет детей «пристраститься» к Интернету.

В прошлом году министерство здравоохранения Китая определило интернет-зависимость как проводимое в сети не менее шести часов в день и проявление хотя бы одного из ряда симптомов, включая «стремление вернуться в Интернет, страх социальных контактов и трудности с концентрацией внимания или сном.«Разве это не похоже на большинство людей в ИТ?

Что удивительно в Китае, так это то, что с 2005 года более 3000 интернет-наркоманов зарегистрировались в Главном военном госпитале Пекина, и, как сообщается, около 80%» вылечился «после трех-шести месяцев лечения.

В то время как Главный военный госпиталь мог прибегать к традиционным методам лечения, один доктор Ян Юнсинь из психиатрической больницы города Линьи в провинции Шаньдун стал немного более серьезным в своем лечении: до недавнего запрета со стороны Министерство здравоохранения Ян — и я клянусь, что я не выдумываю — использовал электросудорожную терапию!

Beijing News сообщили, что Ян описал свою терапию как «синнао» («пробуждение мозга») и признал, что шок может вызвать боль но утверждал, что это очень безопасно и никоим образом не причинит вреда детям.Ты шутишь, что ли!? Это «лечение» похоже на избавление от сусликов с помощью динамита; если вам повезет, суслики будут уничтожены, но ваша трава серьезно пострадает.

Судя по всему, китайские родители добровольно отправляют своих детей в психиатрический учебный лагерь Яна примерно за 500 долларов в месяц (что по китайским стандартам чрезвычайно дорого), и похоже, что сотни других клиник по всему Китаю использовали аналогичные методы.

Итак, в следующий раз, когда вы будете беспокоиться о том, что ваши дети могут быть слишком привязаны к своим онлайн-играм, своей странице MySpace и обмену мгновенными сообщениями, вы можете предупредить их, что родители делают в Китае.Конечно, они не будут бояться, что вы сделаете то же самое, но, по крайней мере, они могут почувствовать себя удачливыми.

Гиббс находит это шокирующим в Вентуре, Калифорния. Напишите свои чувства на [email protected]

Этот рассказ «Интернет-зависимость? Шокирует» был первоначально опубликован Сетевой мир.

Copyright © 2009 IDG Communications, Inc.

Файл: Интернет-зависимость.jpg — Викиучебники, открытые книги для открытого мира

Сводка

ОписаниеInternet addiction.jpg

Italiano: Immagine simbolo. Dipendenza da internet e pc

Slovenščina: Simbolna slika: Odvisnost od interneta

Дата
Источник мы роимся
Автор Сэм Вольф из Феникса, США,

Лицензирование

Этот файл находится под лицензией Creative Commons Attribution-Share Alike 2.0 Общая лицензия.
Вы свободны:
  • поделиться — копировать, распространять и передавать работу
  • для ремикса — для адаптации работы
При следующих условиях:
  • авторство — Вы должны указать соответствующий источник, предоставить ссылку на лицензию и указать, были ли внесены изменения. Вы можете сделать это любым разумным способом, но не любым способом, который предполагает, что лицензиар одобряет вас или ваше использование.
  • одинаковый общий ресурс — Если вы ремикшируете, трансформируете или основываете материал, вы должны распространять свои материалы по той же или совместимой лицензии, что и оригинал.

https://creativecommons.org/licenses/by-sa/2.0 CC BY-SA 2.0 Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 2.0 правда правда

Это изображение было первоначально размещено на Flickr Сэмом Вольфом по адресу https: // www.flickr.com/photos/[email protected]/6796462470. Он был рассмотрен FlickreviewR , и было подтверждено, что на него распространяется лицензия в соответствии с условиями cc-by-sa-2.0.

Английский

Добавьте однострочное объяснение того, что представляет собой этот файл

История файла

Щелкните дату / время, чтобы просмотреть файл в том виде, в каком он был в тот момент.

Дата / время Миниатюра Размеры Пользователь Комментарий
текущий 01:25, 31 августа 2013 г. 2,464 × 1,632 (891 КБДер. {Информация | Описание = {{it | 1 = Представьте себе символы.Dipendenza da internet e pc}} | Источник = [http://www.flickr.com/photos/swolff13/6796462470/ мы роимся] | Автор = [http://www.flickr.com/people/[email protected] Сэм Вольф] из Феникса, США …

Использование файла

Нет страниц, использующих этот файл.

Глобальное использование файлов

Этот файл используют следующие другие вики:

  • Использование на en.wikipedia.org
  • Использование на fr.wikipedia.org
  • Использование на ит. Википедии.орг
  • Использование на ja.wikipedia.org
  • Использование на lv.wikipedia.org
  • Использование на ms.wikipedia.org
  • Использование на ru.wikipedia.org
  • Использование на sl.wikibooks.org
  • Использование на zh-yue.wikipedia.org
  • Использование на zh.wikipedia.org

Этот файл содержит дополнительную информацию, вероятно, добавленную с цифровой камеры или сканера, которые использовались для ее создания или оцифровки.

Если файл был изменен по сравнению с исходным состоянием, некоторые детали могут не полностью отражать измененный файл.

Файл: Internet addiction.jpg — Wikimedia Commons

Этот файл содержит дополнительную информацию, такую ​​как метаданные Exif, которые могли быть добавлены цифровой камерой, сканером или программным обеспечением, используемым для их создания или оцифровки. Если файл был изменен по сравнению с исходным состоянием, некоторые детали, такие как временная метка, могут не полностью отражать данные исходного файла. Отметка времени точна ровно настолько, насколько точны часы в камере, и она может быть совершенно неправильной.

9 Режим измерения

5 Нормальный процесс Камера Диапазон расстояния до объекта

Производитель камеры NIKON CORPORATION
Модель камеры NIKON D7000
Время выдержки 1/50 сек (0.02)
F-число f / 2.5
Рейтинг скорости ISO 800
Дата и время создания данных 05:31, 29 февраля 2012 г.
Фокусное расстояние объектива 50 мм
Ориентация Нормальная
Горизонтальное разрешение 300 dpi
Вертикальное разрешение 300 dpi
Используемое программное обеспечение Adobe Photoshop CS дата и время 18:39, 29 февраля 2012 г.
Программа экспонирования Руководство
Exif версия 2.3
Дата и время оцифровки 05:31, 29 февраля 2012 г.
Значение каждого компонента
  1. не существует
  2. не существует
  3. не существует
  4. Y
Режим сжатия изображения 4
Смещение экспозиции APEX 0
Максимальная апертура площадки 1,6 APEX (f / 1,74)
Источник света Неизвестно
Вспышка Вспышка не сработала, принудительное подавление вспышки
Подсекунды DateTime 50
DateTimeOriginal subconds 70D
Поддерживаемая версия Flashpix 1
Цветовое пространство Некалиброванное
Метод измерения Однокристальный датчик области цвета
Пользовательский режим обработки изображения Ручная экспозиция
Баланс белого Автоматический баланс белого
Коэффициент цифрового масштабирования 1
Фокусное расстояние 35-мм пленки 75 мм
Тип захвата сцены
9035 Стандарт Управление сценой Низкое усиление вверх
Контраст Нормальный
Насыщенность Нормальный
Резкость Нормальный
3138356
Используемый объектив AF Nikkor 50mm f / 1.8D
Поддерживаемая версия Flashpix 1
Ширина изображения 2,464 пикс.
Высота изображения 1,632 пикс. 11:39, 29 февраля 2012 г.
Версия IIM 2

Оценка интернет-зависимости (IAA)

1.Я обнаружил, что использую свой смартфон или компьютер дольше, чем планировал. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

2. Я предпочитаю сидеть на своем смартфоне или компьютере, чем общаться со своим партнером. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

3. Я предпочитаю проводить время в Интернете, чем заниматься домашними делами. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

4. Моя успеваемость в школе или на работе страдает из-за того, что я провожу много времени в Интернете.Никогда Редко Иногда Часто Всегда

5. Близких мне людей беспокоит количество времени, которое я провожу за смартфоном или компьютером. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

6. На вопрос, чем я занимаюсь в Интернете, я предпочитаю не отвечать. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

7. Моя продуктивность и внимательность страдают из-за того, что я провожу в сети много времени. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

8.Проснувшись, я первым делом проверяю свои социальные сети, текстовые сообщения или электронную почту. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

9. Меня беспокоит, когда меня прерывают, когда я использую свой компьютер или смартфон. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

10. Я чувствую беспокойство, когда у меня нет с собой смартфона. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

11. Я использую Интернет, чтобы убежать от моей реальной жизни. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

12.Без доступа к Интернету я был бы менее интересен и счастлив. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

13. Я откладываю дела, которые мне нужно делать, используя компьютер или смартфон. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

14. Когда я не могу использовать свой смартфон, я скучаю по нему или думаю о том, чем бы я мог заниматься в Интернете. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

15. Я не ложусь спать позже, чем планировал, из-за того, что делаю что-то в сети.Никогда Редко Иногда Часто Всегда

16. Я предпочитаю оставаться дома и пользоваться Интернетом, чем гулять с друзьями. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

17. Я безуспешно пытался сократить использование смартфона или Интернета. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

18. Я беспокоюсь о том, что могу упустить что-то онлайн, когда не проверю свой смартфон. Никогда Редко Иногда Часто Всегда

Бихевиоризм в Интернете и Интернет-зависимость.Сколько это слишком много ?: Стандарты

Стандарты

Первое, что я хотел бы коснуться, это бихевиоризм (ы). Бихевиоризм был движением в психологии и философии, которое подчеркивало внешние поведенческие аспекты мыслей и отбрасывало самые сокровенные наблюдаемые, а иногда и внутренние практические аспекты. Поведение — это комбинация генетических факторов и окружающей среды через ассоциации и / или подкрепление. В основном, если ваше окружение и ваш основной инструмент общения — это Интернет, вы в конечном итоге пристраститесь к Интернету и попытаетесь назначать свидания через службы онлайн-знакомств.В моей жизни была одна девушка, мы были лучшими друзьями 5 лет и встречались 6 месяцев. Мы разговаривали хотя бы раз в день за эти 5 лет, и каждый день я узнаю о ней что-то новое. Встреча с кем-то через службу знакомств — это не здорово, это отчаяние. Вы не можете по-настоящему узнать кого-то, даже человека, с которым вы дружите через Интернет. Но знаем ли мы кого-нибудь полностью? Мы отложим это на другой день. К сожалению, поведение Интернета осталось практически без каких-либо формальных исследований.Анализ Чиной «Динамика информации о маршрутизации в Интернете» — действительно единственное исследование, в котором анализируется поведение маршрутизации на предмет патологических состояний, стабильность маршрутизации и симметрия маршрутизации.

Следующий веб-сайт является частью моего исследования и поможет вам лучше понять бихевиоризм, просмотрев их

http://www.iep.utm.edu/b/behavior.htm

http://portal.acm.org/citation.cfm?coll=GUIDE&dl=GUIDE&id=248160

http: //en.wikipedia.org / wiki / Бихевиоризм

Интернет-зависимость (IAD) была изобретена доктором медицины Иваном Голдбергом в 1997 году. Его сравнивают с расстройствами, связанными с азартными играми, согласно диагностике DSM-IV. Доктор Голдберг вместе с Кимберли Янг, Psy.D. в настоящее время лоббируют включение IAD в DSM-V, следующее издание DSM, которое откроет двери для страховых компаний, чтобы оплачивать консультации по интернет-зависимости. Однако многие другие утверждают, что IAD не является фактическим расстройством и не должно классифицироваться как психическое расстройство в DSM-V.

Я твердо уверен, что IAD — это настоящее заболевание, которое очень нездорово. Я лично знаю как минимум 10 человек, которые, если у них нет интернета, они потеряны. Я признаю, что без мобильного телефона я потерялся, моя жизнь в этом. Но сидеть перед компьютером весь день, ожидая, когда девушка выйдет в сеть, и нервничать из-за того, что кто-то не ответит вам в сети, НЕ, я повторяю, НЕ здорово и не нормально. Исследования показали, что у людей возникло беспокойство из-за того, что они стали меньше пользоваться Интернетом. Как человек, страдающий паническими атаками, Интернет не должен быть причиной этого.

Веб-сайт, который поможет лучше понять IAD

http://en.wikipedia.org/wiki/Internet_adission

http://www.netaddiction.com/

.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *