Как изменилась жизнь: Как изменилась жизнь россиян за год после начала локдауна. Главное :: Экономика :: РБК

Содержание

Как изменилась жизнь на Севере в XX веке? • Arzamas

Расшифровка

Очень трудно ответить на вопрос, был ли приход на Север русских вообще и советской власти в частности благом для северных народов или несчастьем. Как часто бывает в истории, однознач­ного ответа здесь дать нельзя. Было и то и другое. Более или менее понятно, хорошо оно или плохо в области мате­риаль­ной. Скорее хорошо. Уже в XIX ве­ке русские власти помогали местному населению в голодные годы, и образ жизни, когда коренные жители голо­дали практически каждую весну, потому что припасов не хватало, постепенно забывался. К середине ХХ века голод окончательно ушел в прошлое — во всяком случае, до начала 90-х годов ХХ века.

Например, голод в 1931–1932 годах на Украине был искусственно создан, искусственно организован. А на Севере, наоборот, старались макси­мально людей подкормить, снабдить, привезти еду, помочь тем, кому нечего есть. И потом, сам факт введения более современных способов охоты, рыбалки и т.  п. оставил голод позади. Это длилось, наверное, весь ХХ век, за исклю­че­нием периода с 1991 по 1993 год, когда в некоторых районах Севера люди действительно голодали. Не так голодали, конечно, как в XIX веке, когда от голода вымирали, бывало, целые стойбища.

Продукты возили по Северному морскому пути, это называлось «северный завоз»: каждый раз, когда открывалась навигация, на Север приходили суда, разгружались в портах и завозили и еду, и всякие промыш­ленные товары. Все, что может потребоваться на год вперед. Эта система рухнула в 1990–1991 го­дах, но потом она восстановилась, сейчас там снова снабжение вполне нормаль­ное. Но на другом уже принципе: это в основном частная торговля.

Благом стала и современная медицина, современное представление о гигиене. Ушли в прошлое многие болезни, увеличилась продолжительность жизни, существенно сократилась детская смертность. Для многих людей благом стала и новая система образо­вания. По всему Северу открылись школы, многие языки получили письменность, некоторые — собствен­ную литературу (чаще всего поэзию).

Появились люди с высшим образова­нием. Это все, конечно, хорошо.

Когда я говорю о литературе народов Севера, нужно понимать, что эта литература началась очень поздно, потому что до введения письменности для народов Севера — а это произошло в 30-е годы ХХ века — у этих народов был очень развит фольклор, устная литература. А письменность была введена сначала для школы как некото­рая основа для школьного образования. И поэто­му первые книги, которые издавались по этой новой орфографии, этими буква­ми, были книги учебные. И потом постепенно началась переводная литература.

Переводили с русского на националь­ные языки (например, Пушкина), всякого рода политические речи; рассказы о Ленине, о Сталине тоже были переведены на все языки. В более позднее время эта литература начала развиваться уже как оригинальная литература. То есть сами эти народы Севера, получившие образование, стали писать. Некоторые, как Юрий Рытхэу, например, писали по-русски, а другие начали писать и на национальных языках.

Чаще всего это были поэти­ческие сборники.

Бурное развитие промышленности и транспорта на Севере начиная с 1950-х годов. Появление современных городов, промышленного производства, самолетов, вертолетов. Несколько позже — снегоходов, автомобилей и мобиль­ных телефонов, кое-где — интернета. Это все, конечно, благо. Но была у этих процессов и обратная сторона. Это новое вводилось довольно жесткими и часто жестокими методами, свойственными советской власти вообще. Я назову лишь некоторые, наиболее вопиющие истории. Первая — это борьба с шаманами.

Здесь можно сделать отступление относительно того, как относилась пришед­шая на Север русская (и не только русская) власть к местным религиям, к шаманизму. Начиная с XVIII века, но особенно в XIX — начале ХХ века были разнообразные попытки обращения коренного населения в православие — со стороны русских. Но, кроме некоторых эпизодов, в значительной степени священники относились к этому довольно формально. Они наезжали на какую-то территорию, чохом всех крестили, всем выдавали по крестику на шею, а в некоторых случаях в качестве бонуса — по ярко-красной рубашке. Ради этой рубашки, ради этого крестика, конечно, к ним стекались жители со всей окрестной тундры и всей окрестной тайги. А через несколько лет священники снова приезжали — и иногда те же самые люди являлись за сле­дующей рубашкой, за следующим крестиком. Это все описано в литературе не без юмора: в значительной степени это была формальность.

В советское время шаманы считались служителями культа и преследовались с самого начала советской власти наряду со священниками всех религий. Их арестовывали, сажали в лагеря и тюрьмы или просто расстреливали. С точки зрения советской власти, шаманы были обманщиками, дармоедами, которые не работали, а только дурили народ.

Но, как мы уже говорили, настоящий шаман ведь не может по своей воле перестать быть шаманом: это дар. Я в 70-е годы прошлого века знал на Чукотке одного человека, который в прошлом был шаманом, но затем заставил себя оставить это ремесло. Иногда он созывал односельчан и показывал им такие нехитрые фокусы: например, просил крепко связать его веревкой и потом погасить свет.

И через пару минут, когда свет зажигали, он сидел развязанный и иронически крутил эту веревку на пальце. Таким образом, он все-таки не до конца задавил в себе этот дар и одновре­менно избежал обвинений в шаманстве, избежал преследований.

Но ведь в традиционном обществе шаман играл огромную роль. Он и лекарь, и утешитель, и авторитетный лидер в трудных ситуациях. К нему шли за помо­щью, за советом. Когда шаманов не стало, сообщества коренного населения оказались без защиты, без поддержки. И очень часто — без лидеров.

Еще одна сторона деятельности советской власти — это насильственный перевод кочевого и полукочевого населения на оседлость и связанные с этим насильственные переселения. Как и все остальное, это делалось с самыми благими намерениями. Отдаленные поселки закрывали, жителей перевозили на новые, более удобные, с точки зрения новой власти, места. Например, поселок Уназик на Чукотке, где жили эскимосы, морские охотники, перевезли с проду­вае­мой всеми ветрами галечной косы в удобную тихую бухту, гораздо ближе к районному центру.

Построили там хорошие деревянные дома вместо традиционных эскимосских полузем­лянок. Ну, казалось бы, все хорошо? Да, но в эту бухту не заходили морские звери — моржи и тюлени. Охотникам нечего было там делать. А идти по льду много километров до старых охот­ничьих мест было тяжело и долго. То есть эскимосские мужчины, прирож­ден­ные морские охотники, потеряли возможность охотиться. А это значит, что они потеряли смысл жизни. То, что испокон веку считалось мужской работой, вдруг оказалось никому не нужно. Нетрудно вообразить себе социальные последствия этой перемены.

С переселением и укрупнением посел­ков связано введение школьной системы, а с середины 50-х годов прошлого века — системы интернатов. На Севере, как и по всей стране, была введена система обязательного среднего образо­вания. Но поскольку в каждом поселке открывать среднюю школу было бы слишком дорого, такие школы открывались только в крупных населен­ных пунктах, куда привозили детей из более мелких поселков и из тундры. Опять мы вынуж­дены сказать, что хорошее намерение — дать детям образование — разбивалось о то, как именно это делалось.

Советская власть понимала идею обяза­тельного образования не как обязан­ность государства предоставить всем детям возможность учиться, а как обязанность всех родителей отдать детей в школу. Это ведь очень большая разница — чья именно обязанность и в чем она состоит. Если родители не хотели отдавать детей в школу, детей отбирали у них силой. Мне прихо­дилось много раз слышать душеразди­рающие рассказы о том, как в стойбище прилетал военный вертолет, солдаты вылавливали детей по домам и силой забирали в школу. Кого-то прятали под шкурами, но не спрятали. Кого-то, наоборот, спрятали так, что его не нашли и он в тот год избежал насильствен­ного увоза в школу. Шок, рыдания, многомесячный стресс у детей, особенно маленьких. Можно себе представить, с каким настроением эти дети приходили в школу.

Справедливости ради нужно отметить, что вот это насилие, когда в светлое будущее тянут против воли, было в те годы характерно не только для Совет­ского Союза. Очень похожие истории приходилось читать и про Австралию, и про Аляску 1960-х годов, где правительства точно так же вели себя по отно­шению к коренному населению. Но только в Австралии это были грузовики, а не вертолеты, в которых насильственно увозили детей.

Как минимум два поколения — поколение людей, рожденных в 1920–30-х годах, и следующее, — на жизнь которых выпали эти перемены, могут с полным основанием считаться потерянными поколениями. Они первыми столкнулись со всеми социальными проблемами современ­ного общества, о которых их предки и не подозревали.

Как относились местные жители к этим новшествам? Поначалу многие охотно принимали идеи, принесенные новой властью, — по крайней мере, в начале и середине 1920-х годов было именно так. Публикации этого периода полны рассказов о том, с каким энтузиазмом жители Чукотки и Камчатки (да и всего Севера) встретили новую идеологию. Отчасти это объяснялось тем, что социа­листические и коммунистиче­ские идеи были, как минимум в теории, сходны с представлениями коренного населения о мире.

Традиционные для охотников, рыболовов и оленеводов идеи коллективного труда, взаимопо­мощи и отсут­ствие представлений о частной собственности на землю и на природные ресур­сы оказались созвучны тому, что проповедовала новая власть.

Вот две цитаты из дневника участника экспедиции на Камчатку 1936­–1937 го­дов: «Русские говорят, что все люди равны, не важно, коряки, камчадалы или корейцы. Именно так наши предки всегда и считали». Или другая цитата: «Новая русская власть правильно говорит! Они говорят то же, что всегда говорили наши люди. Что тундра, тайга, птицы, рыбы принадлежат всем».

Но сегодня мы знаем, конечно, что эти идеи всеобщего равенства навсегда остались на бумаге и в лозунгах. Что никакого равенства советской власти построить не удалось. Да и невозможно это — чтобы все были равны. Мы сего­дня знаем, что все это было со стороны власти в лучшем случае добро­вольным самообманом. Ну а в худшем — просто циническим обманом. Но коренное население Севера 1920-х годов, конечно, этого не знало и знать не могло.

Когда последствия нововведений стали более или менее ясны, по Северу нача­лись восстания против советской власти. Самое известное из них — Казымское, длившееся с 1931 по 1934 год. Это север Западной Сибири, бассейн реки Казым, места расселения хантов. Главной причиной Казымского восста­ния было изме­нение размеров и принципов налогообло­жения. На Обь-Иртыш­ском Севере в начале 1930-х годов были введены новые налоги. Их нужно было выплачи­вать рыбой, пушниной и оленями. Для тех, кто побогаче — прежде всего это были шаманы и «кулаки», — эти налоги были непомерно высокими. Они пре­вы­шали экономические и физические возможности хозяйств и были непонят­ны коренному населению. При этом сроки сдачи налогов были очень жест­кие. Невыплатившим налог или выпла­тившим его не в срок угрожали судом, конфискацией имущества и высылкой из мест исконного проживания. Сдав государству требуемых оленей, сами ханты оставались фактически без средств к существованию.

Другой причиной восстания явился принудительный сбор детей для обучения в школе-интернате. В начале 1930-х годов практически все население казым­ской территории вело кочевой образ жизни. Была построена школа-интернат, где дети могли бы жить в течение учебного года на государственном обеспе­чении, обучаясь грамоте. Предполагалось, что сначала будут привлекать детей-сирот и детей бедноты. Однако в том же году вышло постановление о всеоб­щем обязательном начальном обучении детей Севера. Администра­ция начала собирать детей, по всей тундре направлялись вербовщики. Местное население встретило их в штыки. Никто не соглашался отдавать детей в школу.

Отрыв ребенка от семьи воспринимался местным населением как взятие ре­бен­­­ка в заложники. При этом окружной отдел народного образования требо­вал сводок о выполнении постановления. Методы были простые. Например, по указанию председателя Казымского совета у двух жителей в качестве залога, что они отдадут детей в школу, отобрали ружья. Семьи в этом случае обрека­лись на голод. В результате у населения сформирова­лось отрицательное отношение и к школе, и к образованию. Постепен­но пассивное сопротивление перешло в вооруженное, длилось это четыре года и закончилось посылкой в район войск НКВД, с которыми местные охотники пытались сражаться, но слишком неравны были силы и вооружение.

Да, школьное образование — это, конечно, хорошо, но методы, которыми оно внедрялось, были довольно сомни­тельные. То же самое и в других областях. Появление современных предприятий (прежде всего нефте- и газодобываю­щих), строительство современных портов — тоже, с одной стороны, хорошо. А с другой — не всегда понятно, как могут ужиться традиционные формы деятельности народов Севера — рыбалка, охота, оленеводство — с современным произ­водством. На языке современной науки процесс, который шел на Севере в 1920-е и 1980-е годы, называется насиль­ствен­ной модернизацией. Аналогич­ные примеры есть по всему миру — и нигде эта насильственная модерниза­ция не приводила ни к чему хорошему.

Таким вот непростым был для Севера ХХ век. Но, впрочем, он был непростым не только для Севера, но и для всей нашей страны, да и для всего мира, пожалуй, тоже.

Теперь немного о современности. За последние 70 лет Сибирь, Север и Арктика получили мощный толчок к промышленному развитию. Сегодня из 15 россий­ских городов с населением более миллиона человек четыре нахо­дятся в Си­бири: Новосибирск, Екатеринбург, Омск и Красноярск. Из семи самых крупных городов, которые находятся за полярным кругом, только город Тромсё нахо­дится в Норвегии, а остальные шесть — в России. Это Мурманск, Норильск, Воркута, Апатиты, Североморск и Салехард. В Арктической зоне Российской Федерации производится продукция, которая обеспечивает примерно 11 % национального дохода и примерно 22 % объема российского экспорта, притом что доля людей, которые живут на этой территории, менее 2 %. В основном это, конечно, происходит за счет добычи нефти и газа.

Я говорил в первой лекции, что в Арктической зоне живет приблизи­тельно 2,5 миллиона человек. Из них коренных малочисленных народов — примерно 7 %. То есть подавляющее большинство населения Севера — это не коренное население, а какое-то другое.

Социальные науки изучают в Арктике именно людей, население Севера. Что это за люди? Ответ на этот вопрос за последние полсотни лет сильно изме­нился. Во второй половине XIX и почти весь ХХ век объектом северо­ведения были культуры коренных малочисленных народов Севера, Сиби­ри и Дальнего Востока, то есть это была более или менее чистая этнография. Задачей этнографов-североведов было описать эти народы и их культуры: как они живут, как пасут оленей, как охотятся и рыбачат, во что одеваются, что едят, во что верят, на каких языках разговаривают. Мы знаем о традицион­ных культурах народов Севера очень много.

Не много шансов найти сегодня в тайге или в тундре такие группы, которые бы по-прежнему одевались исключительно в шкуры, жили исключительно в чумах, питались только рыбой, которую сами выловили, и верили исключи­тельно в духов местности. За более чем сто лет ситуация изменилась карди­нальным образом — изменился, соответственно, и объект исследования североведов. Когда современный социальный антро­по­лог едет в северное поле, он едет не изучать жизнь коренного населения, как его научные предшест­венники, этнографы начала и середины ХХ века. Объектом североведения сегодня являются все люди, живущие на Севере. Их изучают в социальном, социально-экономическом, социально-полити­ческом, социокультур­ном плане. Важно, что люди ведь живут не в безвоздуш­ном пространстве: они что-то едят, что-то носят, что-то покупают в мага­зи­нах. Они перемещаются: пешком или на машинах, на самолетах или на вер­толетах. Они обогреваются, освещают свои жилища, звонят по теле­фону, заказывают товары по интернету. Они, иначе говоря, живут в тесном контакте с миром вещей. Они окруже­ны сетя­ми — электрическими, водопроводными, отопительными, транспортными, телефонными, социальными.

Эта паутина сетей и связей носит в социальной антропологии название инфраструктуры. Так что североведы сегодня изучают живущих на Севере людей в их постоянном и непрерывном взаимодействии с инфраструктурой.
Но даже если северовед соберется описывать современную жизнь сегодня­шней группы коренного населения, ему вряд ли удастся ее описать, если он не будет обращать внимание на тот контекст, на то окружение, в котором эта группа живет. А этим окружением для коренного населения как раз и является другое население, с которым оно живет бок о бок. Коренные и приезжие живут в одних и тех же поселках, вместе работают — а чаще, увы, вместе не имеют работы. Они женятся друг на друге, они вместе ходят на охоту. Как можно описать жизнь одной группы, если игнорировать тех, в окружении которых она живет?

Акцент при анализе различных аспектов жизни Севера делается на современ­ности, а не на прошлом. Ну тут тоже интересный вопрос: а с какого момента начинается современность? Точную дату, конечно, определить нельзя, она будет разной для разных наук и для разных вопросов. Можно выбрать более или менее удобную и полезную точку отсчета. Например, если речь идет о современ­ной истории Севера, наверное, удобно в качестве начала современ­ности взять 1920-е годы. Примерно сто лет. Если нас интересует экономика, наверное, лучше взять 1950-е или, может быть, даже 1980-е годы.

В любом случае, североведы не занима­ются тем, что называется музейной этнографией, или тем, что называют «этнографическое настоящее». Это очень интересный термин. Это когда мы пишем об объекте в настоящем времени — даже если этого объекта уже не существует. Например, мы пишем: «Чукчи живут в чумах, пасут оленей, носят меховую одежду и едят сырое мясо». Эта культура чукчей, описанная Богоразом  Этнограф Владимир Богораз первым де­таль­но описал в самом начале ХХ века куль­туру чукчей. в начале ХХ века, воспри­ни­мается как неизменная, застывшая. У такого подхода есть, конечно, плюсы. Ну, например, он не дает стареть этнографической классике и мы по-прежнему с интересом читаем описания жизни чукчей у Богораза. Или описания жизни юкагиров у Иохельсона  Владимир Иохельсон (1855–1937) — россий­ский этнограф, основоположник юкагиро­ведения.. Но этот подход теперь уже не в моде. Мы уже не пишем о чукчах как о людях столетней давности. Мы описываем их современ­ную жизнь. Для социальных антропологов и для североведов в частности нормаль­но рассматри­вать многочисленные изменения экономической, этнической, языковой, религиозной и так далее жизни в терминах трансформации. То есть в терминах изменений — а не в тер­минах упадка и разрушения. Что это значит?

Сегодня много говорят о разрушении, упадке, гибели культур и языков корен­ного населения. Но ведь это значит, что мы молчаливо предполагаем, что в прошлом эти культуры были чис­тыми, неразрушенными. А это значит, что мы неосознанно предполагаем, что не было контактов. Что культуры герме­тичны. Что они когда-то были изолированы одна от другой, а вот потом только начали смешиваться и портиться. Это, конечно, не так. Народы и культуры всегда общались между собой, всегда заимствовали что-то одна у другой и всегда менялись. То есть изменения культур, изменения языков на самом деле норма. Этот подход и принят в современной науке. Изменения рассматри­ва­ются как норма. Иначе говоря, пока культура меняется, она жива. А вот если она перестает меняться — это плохой знак.

Ну и наконец, для всех североведов их исследования прочно стоят на мате­риале, собранном в поле. Огромная Сибирь, огромная Арктика у нас буквально на заднем дворе. Было бы странно этим не воспользоваться.

Иногда приходится слышать, что этнография кончилась. Что на Севере больше не осталось того, что было бы интересно изучать. Это полная ерунда. Да, тра­ди­­ционных культур коренного населения, какими они были в XIX веке, боль­ше нет. Но зато появилось огром­ное количество новых тем. В Арктике, на Севере, в Сибири за последние сто лет возникли очень сложные человече­ские сообщества, сложные интересные связи, разбираться в которых — боль­шое удовольствие.

В качестве примера таких интересных человеческих отношений и связей, которые исследует современное североведение, можно привести, например, проект, который недавно был выполнен в Европейском университете вместе с Дальневосточ­ным федеральным университетом. Это проект, посвященный тому, как устрое­на неформальная экономика Сибири. На языке закона это называется браконьерством; то, что с точки зрения правил может преследова­ться по зако­ну, но с точки зрения жителей конкрет­ного поселка совершенно не является никаким нарушением, потому что они всегда этим занимались.

Все четыре поселка, в которых проводи­лось это исследование, не названы. Более того, они замаскированы так, чтобы их невозможно было определить. Потому что, как вы понимаете, резуль­таты этого исследования вполне могут быть использованы в качестве основа­ний для всякого рода карательных мер.

Речь касалась лесозаготовок, золото­промышленности, рыбной ловли и охоты на пушных зверей. Все четыре пункта достаточно острые и сложные. Но ре­зуль­таты, которые были полу­чены, очень интересные. Оказалось, что люди совсем не так, как закон, тракту­ют понятия разрешенного и запрещен­ного. По закону это нельзя, а с точки зрения того, что называется «обычное право», это можно и нужно делать. По закону это уголовно наказуемое деяние, а с точки зрения живущих там людей, это совершенно нормальное действие. Бывает и наоборот: с точки зрения людей, это запрещено, а закон это игнорирует и никак не отмечает.

Или еще могу привести один пример. Последние три года мы занимались исследованиями социальных аспектов Северного морского пути. Это условная линия, которая проведена примерно от Мурманска через весь Северный Ледовитый океан, через Берингов про­лив и на юг до Владивостока, по кото­рой в летнее время возят грузы. Естественно, мы не занимались самими этими грузоперевозками. Нас интересо­вало, как люди, живущие на побережье Север­ного Ледовитого океана, в город­ках и поселках, которые называются «опорные точки Северного морского пути», относятся к перспективам развития Север­ного морского пути, которое, может быть, произойдет в связи с глобаль­ным потеплением. Если льды Северного Ледови­того океана окажутся не такими матерыми и не такими многолетними, какими они были до сих пор, это может означать, что морские перевозки по Северному морскому пути могут осуще­ствляться круглый год без применения особо мощных ледоколов. А это значит, что дорога, например, из Европы в Азию окажется почти в два раза короче, чем эта дорога вокруг Азии и через Суэцкий канал.

Это выгодно, потому что транспорт идет быстрее. В связи с этим сейчас очень много говорят о развитии будущей инфраструктуры Северного морского пути. А нам было интересно, как люди относятся к перспективам этого развития. 

Москвичи рассказали, как изменилась их жизнь за год пандемии – Москва 24, 02.03.2021

Сегодня исполняется ровно год с момента выявления первого человека, зараженного коронавирусной инфекцией в Москве. Как за этот период изменилась жизнь, что положительного принесла пандемия и какие страхи появились у людей – рассказали сами москвичи.

Первый случай заражения

Фото: Москва 24/Антон Великжанин

О первом случае коронавирусной инфекции в Москве сообщил 2 марта 2020 года на своем сайте Сергей Собянин. СOVID-19 был выявлен у москвича, прилетевшего из Италии, где на тот момент уже вовсю бушевала пандемия. Сразу был выявлен полный круг контактов этого человека, госпитализированы 6 его родственников и 5 знакомых. Симптомов заболевания у них не было. Также с рейса, на котором летел заболевший пассажир, госпитализировали еще 13 человек с легкими недомоганиями, а 83 человека отправили на домашний карантин.

В Москве срочно были приняты меры с целью предотвратить распространение коронавируса. Фиксировались данные всех пассажиров, прибывающих в Россию из стран с неблагоприятной эпидемиологической обстановкой, им выдавались постановления об изоляции. На входах в общественные места начали проверять температуру, были подготовлены дополнительные стационары для больных, в городе были введены меры профилактики.

За этот год москвичи научились носить маски и перчатки, обрабатывать руки и поверхности санитайзерами, держать дистанцию в общественных местах и более внимательно относиться к своему здоровью. Сергей Собянин заявил, что даже если в столице будет новая вспышка коронавирусной инфекции, то Москва сможет ее пережить.

Если даже будет какой-то всплеск, то он не будет критичным. Мы его переживем и дальше будем выходить из пандемии, заниматься привычными делами, вести привычный образ жизни.

Сергей Собянин

мэр Москвы

Год пандемии глазами москвичей

Жители столицы рассказали Москве 24, каким этот год стал для них.

Алина, журналист, 23 года

Алина. Фото: предоставлено героиней материала

Год был, мягко говоря, жестким. Самым трудным было оказаться дома со всей своей семьей и никуда не выходить больше месяца. При этом было ощущение, будто сейчас происходит какой-то апокалипсис, а ты не можешь ничего сделать. И только ждешь трансляцию или эфир по телевизору, когда тебе вообще скажут, что дальше делать.

Мне кажется, такое ощущение было у всех. По работе я должна была брать интервью по телефону. И когда звонила, некоторые герои даже плакали в трубку от того, что им плохо, что им хочется банального общения. А тут услышали голос малознакомого человека – и как будто пришелец из космоса прилетел.

Зато на самоизоляции я поняла, что моя семья намного веселее, чем я думала. Папа даже читал мне какие-то статьи и книги, прям как в детстве.

Каждый выезд в магазин был чем-то вроде праздника. Помню, как вышла за пирожными. На улице был самый настоящий мрак: людей нет, магазины закрыты – ни души. И, увидев булочную, я подумала: «Все, даже пирожных не осталось». Света за окнами я не видела. Но как же удивилась, когда открыла дверь и услышала джаз, а на прилавках увидела кучу тортиков! Я даже смогла взять кофе с собой. Вот оно – счастье!

А еще появилось чувство дистанции. Если раньше обнималась и целовалась с людьми при встрече, то теперь всегда в ступоре, а надо ли? Никто не боится? Хотя многие уже переболели.

Андрей, владелец рекламного бюро, 40 лет

Фото: Москва 24/Антон Великжанин

Год был непростым. Многие компании в малом и среднем бизнесе рухнули, так случилось и в моем случае. Несколько клиентов, которые должны были нам выплатить деньги за работу, из-за пандемии этого не сделали. Пришлось платить сотрудникам из своего кармана. Я закрыл свой офис, мы перешли на дистанционный формат.

Первые полгода вообще не было заказов, все были в огромном шоке.

Из хорошего: удалось собраться с мыслями, больше уделить внимание себе и близким, выстроить систему дистанционной работы.

Хотя дистанционка для меня как минимум на 30% менее эффективна. Я привык работать в офисе и в плотном контакте с людьми. Зато за этот год мы сэкономили время на дороге и стали немного больше заниматься спортом, съездили в Крым.

Дмитрий Кондратюк, актер, 32 года

Дмитрий Кондратюк. Фото: Москва 24/Антон Великжанин

Это был чудесный, необычный год, потому что в моей жизни подобного не было. И я надеюсь, что пандемия уже идет на спад и все-таки будет только улучшение, и последующие поколения с этим не столкнутся.

Пандемия на меня повлияла положительно. Во-первых, это правильный распорядок дня, потому что клубы и вечеринки работали до определенного времени, а в какой-то период вообще не работали, можно было ложиться и просыпаться вовремя. Когда только настала пандемия, я начал заниматься фитнесом дома. И сейчас мне уже не хочется идти в спортзал, где толпы людей, а может быть, уже и не толпы.

Я начал ценить то время, которое провожу с друзьями и близкими вместе. В пандемию я был один, и, учитывая то, что выходить особо никуда нельзя было, моменты встреч сейчас стали более ценными и теплыми, чем были ранее. Я это переосмыслил и осознал.

Дмитрий Кондратюк

В нашей творческой сфере ограничения, которые были сделаны, повлияли очень сильно. Без работы было тяжеловато. Но мы искали какие-то выходы, пытались организовывать мероприятия онлайн, выступали на спектаклях, которые шли под запись и показывались по телевизору. Да, не та отдача. Да, это новый формат – неожиданно, непонятно, но надо подстраиваться и надо жить тем, что у тебя есть, это развивать. В целом это неплохой опыт. Было время многое переосмыслить и сделать накопившиеся дела дома, которые всегда откладывал на потом.

Кристина Одинцова, геолог, 28 лет

Кристина Одинцова. Фото: предоставлено героиней материала

Для меня 2020 год, как и для многих, прошел непросто. Коронавирус внес свои изменения во все планы: например, мне пришлось на год отложить поездку за рубеж к родным. Сначала, когда все только начиналось, я постоянно переносила отпуск на работе и меняла билеты с надеждой, что все устаканится в ближайшие месяцы, но ситуация только усложнялась. Поэтому вот уже год я жду открытия границ и возможности увидеть родных. Очень по ним соскучилась и надеюсь, что скоро все осуществится.

2020-й научил ценить здоровье и относиться к нему намного серьезнее. Мы с мужем переболели коронавирусом, к счастью, в легкой форме, но я очень боялась того, что болезнь коснется родных.

Кристина Одинцова

От последствий ковида у меня скончался дядя. Он перенес болезнь на ногах и до последнего не знал, что переболел, но ковид оставил свой след в организме. Конечно, это все очень больно и заставило нас еще раз задуматься, что следует беречь себя и всегда прислушиваться к своему организму.

Я стала тщательнее относиться к дезинфекции. Каждый раз по возвращении с улицы дезинфицирую телефоны. Кажется, эта привычка останется, даже когда ситуация с коронавирусом улучшится, но это и неплохо.

Кристина Одинцова

Появилось много страхов. Например, я не могу заставить себя вернуться к занятиям в спортзале, потому что боюсь снова заразиться от прикосновения к тренажерам, которыми пользуется столько людей.

Несмотря на все сложности, я благодарна 2020 году за возможность проводить больше времени с семьей. За время работы на удаленке мы с мужем стали намного ближе. У меня появилась возможность уделять родным и друзьям больше времени. Это очень важно.

Читайте также

Как изменилась жизнь европейцев из-за коронавируса — Российская газета

Часть 2

Иногда бывает, что люди, о которых ты писал или брал у них интервью, становятся затем твоими друзьями либо ты просто поддерживаешь с ним связь. У меня таких много по всему миру. Попросил рассказать, как изменилась их личная жизнь в связи с необходимостью соблюдать условия изоляции, какие новые возможности открыл перед каждым из них кризис, что помогает им в это нелегкое время. И вот какие ответы получил.

Коммуна Хурдал (Норвегия)

Татьяна Кванде, воспитатель детского сада:

— Принятые у нас меры, наверное, мало чем отличаются от тех, что в других странах Европы. Правда, рестораны и кафе работают, закрыты только бары. Продажа алкоголя запрещена, расстояние между столиками не меньше метра. Интересно, что народ скупает телевизоры и компьютеры. Люди разделились на две группы: те, кто относится к ситуации со скептицизмом, и те, кто разделяет тревогу и ведет себя более осторожно. Но в целом норвежцы законопослушны и стараются придерживаться тех правил, которые рекомендованы. Паники я не наблюдаю.

Лично у меня работы только прибавилось. Несмотря на то что детские сады закрыты, в них работают дежурные группы. Это специальная услуга для родителей, чьи профессии не позволяют им в этой ситуации оставаться дома с детьми. А работы прибавилось, потому что помимо основных обязанностей приходится заниматься дезинфекцией. Мы дезинфицируем все: столы, стулья, стены, дверные ручки, игрушки. Каждые три часа протираем все спиртовым раствором. Возможно, я до конца еще не прочувствовала всю трагичность ситуации, но мне кажется, что мы справимся и выйдем из нее без катастрофических последствий. И общество, и правительство делают все необходимое. Я, например, почти каждый день рассылаю родителям письма-подсказки о том, чем занять дома детей. А еще наш дом престарелых попросил меня помочь им с пошивом новой рабочей одежды для персонала. Сейчас ее приходится менять чаще из-за новых норм. Я согласилась. Может, это и небольшой, но все-таки вклад в общее дело.

Шатору (Франция)

Михаил Шемякин, русский художник:

— Моя жизнь никак не изменилась, работал и работаю в прежнем режиме — с утра до ночи. Заканчиваю книгу о своем шестилетнем опыте преподавания. Продолжаю трудиться над первым томом автобиографии. Занимаюсь мюзиклом под названием «Песочные часы», его должен ставить МХАТ им. Горького. Увлечен российско-американским проектом мультфильма под названием «Машенька и Щелкунчик». И это только малая часть того, чем я сейчас занят.

Михаил Шемякин: Работал и работаю в прежнем режиме — с утра до ночи

Знаю, что во Франции довольно строгий карантин. Слышал, что даже бесцельные прогулки по улицам и паркам запрещены. Поэтому многие берут напрокат собак у своих друзей и знакомых и только так «легально» выходят наружу. Но мы живем в лесу, это частная территория, здесь нет контролеров. Я согласен с теми, кто считает все происходящее подарком небес. Теперь, наконец, у людей появилась возможность остановиться, прервать эту безумную гонку за деньгами, за призрачным успехом, подумать — куда мы идем и к чему может привести столь бестолковая жизнь. Ведь ясно же было давно: такая жизнь рано или поздно кончится катастрофой. Пилили сук, на котором сидим. Человечество губит алчность его самых энергичных представителей. Обыкновенный, невидимый микроскопический вирус может изменить весь мир. Он, как выяснилось, сильнее самых страшных атомных бомб. Что касается новых возможностей? Я и старые до конца не реализовал. Столько книг еще не прочитано! Рядом со мной верная супруга Сара, она печатает мои воспоминания, занимается домашним хозяйством, а еще на ней вся наша живность — собаки, кошки. И друзья не забывают.

Продолжение следует

«Привыкли и расслабились». Как изменилась жизнь кубанцев за год пандемии | ОБЩЕСТВО

12 марта 2020 года в Краснодарском крае выявили первый случай COVID-19, а уже 31 марта в регионе ввели карантин. И сегодня коронавирусная инфекция продолжает распространяться, по официальным данным общее число заболевших на Кубани превысило 40 тысяч человек. Как прошёл пандемический год и что изменилось за это время — в обзоре «АиФ-Юг».

Без маски пока никуда

Уже год коронавирус можно считать полноправным хозяином в мире. Весь год он вносил свои коррективы во все сферы привычной жизни и переворачивал их с ног на голову. Вспомнить хотя бы  карантин и пустые улицы на Кубани. В воздухе будто витали неопределённость, испуг, отчаяние, недоверие и отрицание.

Социальная дистанция стала привычным явлением, а рукопожатие и поцелуи при встрече и вовсе стали  считаться дурным тоном. По данным Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), в 2020 году в полтора раза снизилась доля россиян, приветствующих друзей и родных поцелуем. Если до пандемии практически каждый второй отвечал, что таким образом выражает чувства к своим близким и знакомым, то теперь таких всего 27%. Также наши соотечественники стали реже при встрече обниматься и жать друг другу руки, в том числе и в деловой сфере.

Зато теперь обязательным атрибутом стали медицинская маска и антисептик.

«Выходя из дома, проверяю, не забыл ли ключи, телефон, деньги и маску, — рассказывает краснодарец Олег Кузнецов. — В магазинах и других общественных местах на автомате натягиваю её на лицо, а особенно если на входе натыкаюсь на надпись об обязательном ношении маски. Хотя большинство людей уже расслабились и не носят средства защиты».

«В памяти ещё жив тот страх, который я испытывала год назад, — говорит краснодарка Ольга Вострикова. — Квартиру мы поделили на «грязную» и «чистую» зоны. Приходя с улицы, оставляли одежду в коридоре, сумки, пакеты, кошельки, гаджеты обрабатывали антисептиком, даже упаковки продуктов мыла водой с мылом. Ролики в интернете и новости в СМИ добавляли нервозности. Из-за закрытия междугородного сообщения полгода не виделась с родителями. Морально это было самое сложное испытание. С детьми мы несколько недель просидели дома, только на балкон выходили подышать воздухом. За продуктами в магазин ходил муж после работы. К счастью, материальных трудностей наша семья не испытала из-за карантина».

Тренд года — «удалёнка»

Коронавирус нанёс сокрушительный удар по экономике. Закрылись рестораны, кинотеатры, спортклубы, торговые центры и другие заведения. Повсеместным нововведением стала «удалёнка».

«Удалённая работа — главный тренд 2020 года, — прокомментировали ситуацию в пресс-службе одного из ведущих рекрутинговых агентств. — На Кубани рост вакансий с дистанционным форматом занятости в прошлом году составил 50% по отношению к показателям 2019 года. Было опубликовано боле 7300 вакансий с предложениями о работе «на удалёнке». Чаще всего для дистанционной работы приглашают специалистов сферы продаж, информационных технологий, маркетинга и рекламы, образования, административный персонал. Среди «удалённых» работников оказались педагоги, финансисты, журналисты, дизайнеры, телемаркетологи, программисты, разработчики, продюсеры и многие другие. Продолжающийся рост доли вакансий, предлагающих удалённую занятость, свидетельствует, что этот формат стал популярен в российских компаниях и в дальнейшем может стать распространённым в тех сферах бизнеса».

Снова в театр

Мало какая сфера пострадала от пандемии так масштабно, как театрально-развлекательная. Двери кубанских театров и концертных залов закрыли в середине марта прошлого года. Сейчас культурная жизнь налаживается. С 31 декабря начали открываться кинотеатры, с середины января возобновили продажу билетов кассы театров.

«Артисты без выступлений — это как спортсмены без соревнований. Тренировки, репетиции, конечно, важны, но без выхода на сцену теряется физическая подготовка, — говорит солист Театра балета Юрия Григоровича, заслуженный артист Кубани Владимир Морозов. — Всё это время мы не переставали трудиться, но работали без энтузиазма, а теперь жизнь в театре снова закипела».

Простому человеку трудно представить, что испытывали творческие люди во время культурного локдауна.

«Безумно люблю свою работу. Для  меня театр — это жизнь. Могу обойтись без чего угодно, но только не без сцены, — признаётся солистка Краснодарского музыкального театра, заслуженная артистка России Анастасия Подкопаева. — Печально, что целый год — театральный — выпал из моей биографии. Когда артист долго не выступает, теряется какая-то частица. Нет, не мастерство, а душевная связь со зрителем. Она возникает всегда, даже когда выходишь с маленькой ролью. Потому что зрители смотрят спектакль с душой. Они могут реагировать отрицательно или положительно, но не остаются безразличными. Артист чувствует это тепло. Ни с чем не сравнимое ощущение! Разве что только с рождением ребёнка. Наши роли — словно дети. Онлайн компенсировать связь со зрителями не смог. Трудно без живых глаз, эмоций, аплодисментов. Но если бы не прямые эфиры, вообще не выжили бы. Связь со зрителями мы, конечно же, восстановим. Первый спектакль после изоляции для меня — это как второй день рождения».

Кино будет!

Понесла миллиардные убытки из-за пандемии и киноиндустрия.

«В настоящее время работаем на грани самоокупаемости. Учитывая тот факт, что кинотеатры простаивали девять месяцев, а сейчас функционируют с ограничениями, речи о прибыли, конечно, нет. Нам дали шанс открыться, мы им воспользовались, — говорит пресс-секретарь сети кинотеатров Андрей Попов. — Выполняем рекомендации Роспотребнадзора, действует масочный режим. Посетители это знают и относятся с пониманием. При покупке билета программа блокирует выкуп соседних кресел — по два кресла слева и справа и по одному снизу и сверху, чтобы соблюдалась социальная дистанция. С уменьшением количества заболевших  требования будут смягчаться. Что касается репертуара, то во время карантина были перенесены некоторые голливудские фильмы, но выходит большое российское, европейское и американское кино — до десяти новинок каждую неделю. На май заявлены крупные премьеры».

Чемоданное настроение

Первыми удар коронавируса получила сфера туризма. Ещё Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) не объявила пандемию, а страны стали закрываться, остановлены перелёты. Туристы лишились возможности путешествовать, а туроператоры, гостиницы, санатории — зарабатывать.

«С каждым месяцем ситуация в туризме радует. Люди перестали бояться бронировать, в том числе и потому, что туроператоры ещё с прошлого лета выставили лояльные условия оплаты туров по раннему бронированию, по бронированию даже закрытых на данный момент стран, — рассказывает руководитель туристического агентства Алёна Сокол. — В основном сейчас пользуются спросом те направления, куда летают чартеры, либо где есть регулярные рейсы с прямым перелётом. С пересадками в других странах цена на отдых не выгодна и времени на дорогу уходит много, туристы не хотят брать такие путёвки. Так, например, сейчас с Грузией. Люди берут туры выходного дня в Стамбул, пользуется спросом наше побережье. К лету ожидаем повышение цен, рассчитывать на «горящие туры» не приходится, ведь страны лишились доходов из-за пандемии. С 18 марта по 15 июня идёт третья волна кэшбэка по России. Это тоже плюс для путешественников. В любом случае мы настроены позитивно, вместе с туристами ждём открытия нашего международного аэропорта. Про карантин, его минусы и ограничения забываем, потому что стали отдыхать, планировать отпуск, собирать чемоданы. Туристов даже не пугает сдача анализов при вылете».

Под контролем

Пресс-секретарь краевого управления Роспотребнадзора Ирина Воронкова:

«Эпидемиологическая обстановка сегодня стабильная, находится под контролем. Число новых лабораторно подтверждённых случаев коронавируса постепенно снижается. Если в январе ежедневный прирост составлял в среднем по 195 человек, то сейчас — 126. В основном люди заражаются в семье. Поэтому призываем соблюдать профилактические требования и не снимать маски в общественных местах. При каких условиях могут снять режим повышенный готовности? Пока точного ответа нет. Ограничения будут снимать поэтапно, когда регистрация заболевших снизится до 50-60 случаев».

Как изменилась жизнь заповедника после блокады Северо-Крымского канала

5 тысяч птиц выводят потомство на Лебяжьих островах

Фото: Анна КИРИЕНКО

Их даже сложно назвать островами. Небольшие песчаные отмели в Каркинитском заливе Черного моря площадью в несколько гектаров ежегодно принимают десятки тысяч птиц. Какие-то останавливаются на линьку, какие-то — перевести дух и накопить силы для дальнейшего пути в Африку, а какие-то — вывести потомство и улететь до следующей весны.

ПОРТ ПТИЦ

Село Портовое на северо-западе Крыма находится вдалеке от основных туристических потоков. Местность здесь не такая живописная, как на других участках побережья Черного моря. Но мелководье и свободно гуляющие ветра привлекают любителей серфинга и свободных песчаных пляжей.

Когда-то в Портовом был рыбоколхоз, о чем еще свидетельствует знак на дорожном перекрестке. Были рисовые чеки, заливаемые в начале апреля днепровской водой через открытые заслонки Северо-Крымского канала. Теперь в селе есть туристы и три особо-охраняемые природные территории федерального значения в составле ФГБУ «Заповедный Крым»: заповедник «Лебяжьи острова», заповедник «Малое филлофорное поле» и заказник «Каркинитский». Два последних находятся в море и обеспечивают кормовой базой и йодом весь бассейн, а острова примыкают к берегу и выполняют функцию роддома и яслей для пернатых.

Заповедник занимает 54 га, из которых суши всего 45 га. Фото: ФНГБУ «Заповедный Крым»

«Лебяжий» архипелаг состоит из пяти островов, протянувшихся вдоль берега на 5 км. Их периодически размывает во время зимних штормов, дробя на более мелкие. Тогда островам придают буквенные обозначения: 5 «а», 3 «б», 4 «в». На каждом с марта по июль живет по несколько тысяч птичьих семей. Но лебедей среди них нет — белокрылые прилетают сюда в августе на линьку. Этот момент в XIX веке и застал зоолог Карл Кесслер, который решил, что лебеди здесь гнездятся, и с его легкой руки Сары-Булатские острова стали лебяжьими.

— На самом деле их стоило бы называть «чаичьи», — говорит старший научный сотрудник заповедника Наталья Тарина. — Больше всего здесь чайки гнездятся. В разные годы 19-23 вида пернатых высиживают здесь потомство. Но гостят, прилетают на линьку, проводят теплые зимы до 230 видов птиц. А в списке числятся 265. До 5 тысяч особей одномоментно пребывают.

ВСЕ КАК У ЛЮДЕЙ

В среднем на одну птичью семью приходится по 9 квадратных метров площади суши. Борьбы за место под солнцем или за «квартиру на первой линии у моря» здесь нет. Территория разграничена по видовому составу: голенастые цапли занимают камыши и высокую траву, кусты с видом на море — чайки, холмики из теплого песка и камки — бакланы. Они первые в самом начале весны обустраивают гнезда, собирая пирамидки из растений и сухих палочек. К ним присоединяются чайки, затем, цапли. На каждом острове колония своя, но правила неизменны: взрослые особи гнездятся первыми, выбирая самые подходящие участки. К ним под бочок селятся молодые пары, которые подглядывают у старших, как строить гнезда и ухаживать за потомством. Но все равно отстают в осознанном родительстве — у взрослых гнезда аккуратнее, яйца ухоженнее, птенцы сытые. Все, как у людей.

В каталоге заповедника больше 260 видов пернатых. Фото: ФНГБУ «Заповедный Крым»

— За чайками наблюдать вообще интересно,- делится Наталья Александровна, которая работает в заповеднике с 1983 года. — Дамочки сидят на гнездах, а мужики собираются на берегу, что-то обсуждают. В это время какой-нибудь молодой пытается обратить на себя внимание одной из дам. Ее партнер, когда замечает такую наглость, начинает демонстрировать силушку богатырскую — выдергивает траву с корнем, поднимает облака пыли. Всем своим видом показывает, что готов уничтожить противника. Хотя до настоящей драки дело не доходит.

Наблюдение за птицами — отдельная наука. Раньше на островах закапывали боксы, к которым ранним утром выдвигалась группа людей. Расчет такой, что минимум три человека должны выйти обратно за границы птичьего царства. Тогда пернатые не заподозрят, что двое уже в засаде и ведут наблюдение. Бывало так, что вывозить несколько групп к островам нет возможности. Тогда из фанеры вырезали человеческие силуэты, надевали на них одежду, и прогуливались на острова и обратно. Такой вариант имитации толпы людей птиц вполне успокаивал.

На заднем фоне предприятия «большой химии»

Фото: Анна КИРИЕНКО

ПЕРЕСОЛИЛИ

Теперь так не делают. Вылупившихся в заповеднике птенцов окольцовывают и дальше следят за их миграцией по международным картотекам. Свою для «Лебяжьих островов» сейчас создает фотограф из Кисловодска — уходит в засидку на каждом острове и оттуда ведет фотоохоту. Ученых интересует как изменился видовой состав птиц и их численность после блокады Северо-Крымского канала. Численность пресноводных птиц резко упала и приближается к той, что была до запуска днепровской воды. Стационарные наблюдения ведутся с 1956 года, и угодья получили заповедный статус международного значения намного раньше, когда стало понятно, что через небольшую часть суши на побережье Крыма проходит большой миграционный птичий поток из Сибири на Аравийский полуостров и в Африку.

— Понимаете, для птицы нет границы, — делится своими наблюдениями старший государственный инспектор заповедника Сергей Наливайко. — У нас они всю ночь отсиживаются, чистят перышки, а на рассвете стаями улетают на Украину кормиться на полях. Раньше рисовые чеки были, кулики там зернышки собирали. Теперь чеков нет и за зерном надо лететь на тот берег.

Санитарный режим в разных государствах отличается. Чтобы не допустить инфицирования птицы в хозяйствах, инспекторы отслеживают падеж пернатых в естественной среде. Этой весной пришлось отправлять на анализ трупы чаек — оказалось, не инфекция виной, а протравленные грызуны на полях. Но после атаки «птичьего гриппа» любая осторожность не лишняя.

Сергей Наливайко показывает дамбу из керпича от взрованной церкви

Фото: Анна КИРИЕНКО

МАГАЗИН ДЛЯ ХИЩНИКА

Перед гнездованием безопасность островов проверяет человек. Несколько групп с собаками обходят угодья в поисках нор енотовидной собаки, лисы и даже волка. Как говорит Сергей Николаевич, «здесь же как в магазине — все продукты рядом». Тем более, что с уходом пресной днепровской воды сельское хозяйство переориентировалось на выращивание овец.

— А что такое овца для волка? Он ее зарезал, на плечо и 30 км дал своим ходом. Попробуй его найди, — отмечает Наливайко. — Мы отлавливаем по весне, вывозим за пределы санитарной зоны. Скоро ее по суше проведем, федеральный статус обязывает. Зверей конечно же много. Раньше весь берег был полосах камышей по 50 метров шириной. С 2015 года берег чистый, и комаров меньше — вода соленая стала.

До блокады Северо-Крымского канала в Каркинидском заливе соленость составляла около 12 промилле, сейчас около 22. Когда сброс пресной воды шел с рисовых чеков, здесь водился карась, карп. Сейчас стало больше морской рыбы, и ее потребителей тоже. Фламинго, которые раньше в заповеднике считались редкозалетными птицами, теперь гостят каждую весну — их любимый рачок артемия салина заполонил воды Каркинидского залива. Какие еще изменения флоры и фауны произошли за последние 7 лет изучают сотрудники севастопольского ИнБюМа. Буквально недавно они закончили очередной этап исследований на филлофорном поле и скоро дадут ответ. Причем не только по влиянию соленой воды, но и предприятий «большой химии» в 15 км от заповедника — выбросы с «Титана» в 2018 году здесь тоже ощутили.

Чайки, утки и цапли главные обитатели «Лебяжьих островов». Фото: ФНГБУ «Заповедный Крым»

— Пока наша задача ограничивать влияние человека на птиц, — поясняет Наливайко. — Браконьеров у нас нет почти, но туристы заходят, интересуются. Мы не штрафуем, объясняем, что здесь птичье «царство» и провожаем с территории. А в море за ними пограничники следят, граница все-таки.

Говорят что в лихие 90-е сюда приезжали братки с автоматами пострелять уточек. С тех пор пеликаны, которые раньше селились колонией, опасаются выводить потомство на «Лебяжьих островах». Хотя причины могут быть разные.

Стали свидетелем происшествия или хотите сообщить об интересном событии? Пишите на WhatsApp, Viber, Telegram +7 978 907 52 50

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Как попасть и что посмотреть в Опукском и Казантипском заповедниках

Вход по разрешениям, оплата — онлайн (подробнее)

Заповедники Крыма станут платными для туристов

«Комсомолка» подготовила подробную инструкцию, как оформить пропуск (подробнее)

Год с начала пандемии коронавируса: как изменилась жизнь туляков за это время — Новости Тулы и области

Ровно год назад двери нового корпуса детской областной больницы были широко распахнуты, а из палат звучал смех. Но все это до тех пор, пока в апреле 2020 года учреждение не переоборудовали в инфекционный госпиталь. Детские палаты приспособили для взрослых, а рядом с койками установили аппараты ИВЛ и кислородную разводку. Звонкий смех сменился на ровный звук кардиомониторов. Так врачи вышли на борьбу с новым вирусом.

Вспышка новой инфекции в Китае в буквальном смысле разделила жизнь всего мира на до и после. С декабря, когда в Поднебесной выявили первого заразившегося, инфекция стала распространяться с необычайной скоростью. Уже к марту она проникла в большинство стран мира. ВОЗ официально заявила о пандемии. К этому времени в Тульской области уже успели принять ряд предупреждающих мер. Заработали посты и медицинские кабинеты на автовокзалах и железнодорожных станциях. Предприятия начли спешно менять оборудование и переключаться на выпуск средств защиты и дезинфекции. По поручению Алексея Дюмина в Тульской области начали проводить профилактические медосмотры иностранных студентов, ввели утренние фильтры в школах и на предприятиях, стали обрабатывать дезинфицирующими средствами общественные места и подъезды. Тульская область оказалось одной из первых в стране, где средствами защиты смогли обеспечить всех медиков. К закупке СИЗОВ и лекарств, подключились политические партии, спонсоры и волонтеры.  Власти начали вводить ограничительные меры: отменять массовые мероприятия, концерты и состязания. Ситуация с каждым днем только накалялась. Тем не менее, некоторым удалось обернуть ее в свою пользу и построить карьеру. Например,  Вадим  Беккер за время пандемии из рядового курьера вырос до начальника службы логистики.

Новая реальность заставила приспосабливаться к новым условиям специалистов разных отраслей. Так пандемия кардинально изменила взгляды на систему образования. Дистанционное обучение стало не исключением, а нормой. Маски и перчатки стали обязательными и даже превратились в модный элемент образа. Пересматривать тулякам пришлось не только гардероб, но и поведение. Мы отказались от тесных контактов и рукопожатий. Появились термины «социальная дистанция», «работа на удаленке» и «тренировки по зуму». Перестраиваться пришлось даже пловцам. Бассейн они сменили на ванну, но занятия продолжили.  

Сейчас пандемия в Тульской области идет на спад. В госпиталях освобождаются койки, в регион вернулась культурная жизнь. Вакцинация делает своё дело. И пусть меры предосторожности остаются, все ждут, когда из больницы выпишут последнего пациента, и все смогут вздохнуть полной грудью, без маски на лице.

«Год с коронавирусом»: как изменилась жизнь россиян и чего ждать в будущем

По данным опроса «Левада-центра» (признан иноагентом в РФ), больше половины россиян верят, что коронавирус был создан искусственно – якобы, это новая форма биологического оружия. Еще одна половина опрошенных заявила, что не хочет ставить себе прививку.

Такие результаты, судя по всему, лучшим образом показывают отношения к коронавирусу спустя год. Если же говорить о неоспоримых фактах, то заболеваемость в России постепенно снижается довольно продолжительное время.

«В Российской Федерации устойчивая динамика снижения заболеваемости новой коронавирусной инфекцией. На сегодняшний день заболеваемость на 100 тыс. населения составляет 7,5. Это один из самых низких показателей за последнее время. Если сравнивать показатели с декабрем 2020 г., когда мы фиксировали смертность от новой коронавирусной инфекции, то в январе, исходя из официальных данных Росстата, по сравнению с декабрем 2020 г. смертность снизилась на 9,5%», – отмечает вице-премьер Татьяна Голикова.

Несмотря на положительные прогнозы, в правительстве все равно ждут повторения осеннего сценария 20-го года. После теплого лета, когда люди пытаются не сидеть дома, осенью в России начнется новый пик заболеваемости, уверены власти. Однако в этот раз, по мнению премьера Мишустина, на помощь россиянам должна прийти вакцинация, которая началась в начале года.

«Надеюсь, что масштабирование в ближайшее время достигнет серьезного объема промышленного производства для того, чтобы мы закончили, скажем так, массовую вакцинацию до соответствующей волны, как это называют, неважно, когда это будет. Я уверен, что мы до осени должны будем абсолютно точно основной объем массовой вакцинации решить», – считает глава кабмина.

Вакцина – это вообще сейчас отдельная гордость для российской власти. «Спутник V» зарегистрировали еще до завершения третьей фазы клинических испытаний и мировые эксперты приняли это очень скептически. Однако в начале февраля об эффективности российской вакцины написали в самом престижном международном медицинском журнал «Ланцет».

Россия при этом пока остается в аутсайдерах по числу примененных вакцин – люди неохотно идут в больницы. По этому показателю страна находится на десятом месте в мире.

Мировым лидером по числу примененных доз в пересчете на численность населения стабильно остается Израиль. Там во всей стране живет 9 миллионов человек и вакцину получили половина из них.

Пара миллионов привитых на Россию с населением в 144 миллиона, по оценкам экспертов, выглядят несерьезно. При этом, вакцина – тоже не панацея и даже после нее стоит соблюдать все меры предосторожности.

«Мы должны понимать очень хорошо, это надо очень хорошо объяснять людям, что ты бессмертным не становишься ни от какой вакциной, ни от нашей, ни от «Спутника», ни от «Пфайзера», никак. То есть уровень объема вирусной атаки, которая на тебя будет оказываться, определит в результате справишься ты с ним или нет. Это принципиально важно, то есть сделав вакцинацию и забыть про маски и вести себя, скажем так, асоциально, как теперь говорят, совершенно не стоит», – подмечает профессор, директор Центра им. Чумакова Айдар Ишмухаметов.

Совсем по-другому ситуация развивается в Европе. Третья волна COVID-19 там оказалась страшнее предыдущих – Италия закрывает на карантин целые регионы, в Чехии закрыты все магазины кроме продуктовых, а больницы не справляются с потоком пациентов – в некоторых отменили все операции кроме срочных.

Лидером по жесткости мер остается Германия. Страна сейчас больше похожа на Россию весной прошлого года – закрыты все рестораны, гостинцы, кафе, бары, кинотеатры, школы и детские сады. При этом страна является лидером по вакцинации. На данный момент там привились чуть больше полутора миллиона человек, однако в основном это пенсионеры и работники домов для престарелых.

«Сейчас прививается первая категория людей – старше 85 лет и медицинские работники. Потом будут привита вторая группа – это люди от 70 лет, воспитатели, полицейские, учителя. Сюда же входят работники косметических кабинетов маникюра и педикюра. Мы попадем в 3-4 группы по оптимистическим прогнозам, это где-то летом, а пессимистическим в сентябре», – рассказывает жительница Германии Татьяна Кренер.

Всего Евросоюзе прививку от COVID-19, судя по открытым данным, получили 22 миллиона человек. В США тем временем число вакцинированных от COVID-19 превысило число заразившихся – там прививку получили почти 27 миллионов человек. Президент штатов Джо Байден заявил, что к концу июля в стране будет достаточно доз вакцины для каждого жителя страны.

Как жизнь изменилась за год до пандемии COVID-19

11 марта 2020 года Всемирная организация здравоохранения официально объявила вспышку COVID-19 пандемией. В то время подтвержденных случаев COVID-19 было 125000, а зарегистрированных смертей — менее 5000.

Сегодня подтверждено, что инфицировано 117 миллионов человек, и более 2,6 миллиона человек умерли. Только в Соединенных Штатах более 2

00 человек заразились COVID-19 и более 527000 умерли.Потеря ошеломляющая.

Спустя год после того, как COVID-19 стал глобальным, мы исследуем, как изменилась наша жизнь. Потому что для многих из нас пандемия изменила практически все.


11 марта 2020 года пандемия стала реальностью для многих из нас не только по названию. Италия приказала закрыть предприятия и магазины в попытке обуздать широко распространенное заболевание. НБА сделала беспрецедентный шаг, приостановив сезон. Том Хэнкс и его жена Рита Уилсон объявили, что у них положительный результат на COVID-19, и их поместили на карантин в Австралии, где он снимал фильм.

Этот день может ознаменовать момент, когда пандемия стала реальной для вашей семьи. И все же мы понятия не имели, что нас ждет впереди.

Потеря жизни

Трудно исследовать, как изменилась жизнь, не обращая внимания на потерянные жизни. Опять же, более полумиллиона американцев умерли из-за COVID-19 за один год. В начале января за один день погибло более 4000 человек. Один день.

После года страданий и невообразимых потерь в борьбе с COVID-19 возродилось чувство оптимизма.В Америке есть три вакцины, и страна наконец, хотя и с опозданием, добивается прогресса в развертывании вакцины.

Когда президент Байден вступил в должность в январе, он пообещал получить 100 миллионов доз в руки готовых американцев в первые 100 дней своего пребывания в должности. Хотя в то время обещание казалось возвышенным, Америка в настоящее время идет по пути к достижению этой цели.

Белый дом уже заявил, что у нас достаточно доз вакцины, чтобы вакцинировать каждого взрослого к концу мая.Сегодня президент объявит о планах обеспечить еще 100 миллионов доз новой вакцины Johnson & Johnson во второй половине года. План основан на надежде: он о накоплении доз для возможной вакцинации детей в конце этого года. Речь также идет о том, чтобы у нас было достаточно вакцин для использования в исследованиях по борьбе с появляющимися штаммами вируса.

Это далеко от того, где мы были всего год назад, когда у нас не было вакцины или мало медицинских ответов о том, как лечить пациентов с новым коронавирусом.

Психическое здоровье

Для многих из нас прошедший год был годом изоляции. Мы остались дома, социально дистанцировались и перешли к виртуальной работе и учебе. Мы адаптировали празднование праздников и дней рождения и держались подальше от родственников, опасаясь передачи вируса.

Пандемия обострила проблемы психического здоровья и употребления психоактивных веществ для многих людей. Доун Браун, директор службы горячей линии Национального альянса по психическим заболеваниям, сказала, что в разгар пандемии количество звонков увеличилось на 75 процентов.Она сказала RollCall , что звонки «о тревоге и депрессии заменили шизофрению и биполярное расстройство в качестве основных болезней горячей линии».

Пандемия также нанесла ущерб психическому здоровью детей. Недавняя предварительная публикация рецензируемой статьи в журнале Pediatrics обнаружила рост как суицидальных мыслей, так и попыток самоубийства у детей в возрасте 10-19 лет за последний год.

Дети и подростки понесли самые разные потери во время пандемии.Многие потеряли близких, но они также потеряли связь с друзьями и семьей, общением со сверстниками и личным обучением в школах и спортом. Многим не хватает духа товарищества, который когда-то создавал спорт и внеклассные занятия, и им не хватает традиционных вех — школьных танцев и выпускных, которых они когда-то ждали.

Доктор Джин Бересин, исполнительный директор Центра молодых здоровых людей штата Массачусетс, говорит, что есть несколько способов, с помощью которых родители могут лучше поддерживать детей прямо сейчас.Для начала он рекомендует контролировать собственное беспокойство по поводу COVID-19.

«Год спустя многие из нас по-прежнему обеспокоены нынешней ситуацией, и жить в условиях неопределенности непросто. Многие родители и другие лица, осуществляющие уход, также выдыхаются. Но тревога и стресс« заразны ». Ваши дети будут знать, что вы нервничаете или нервничаете, даже если вы попытаетесь это скрыть », — говорит он.

Он рекомендует находить наиболее достоверную и основанную на фактах информацию о вирусе и стараться избегать распространения дезинформации в социальных сетях.Это просто вызовет у вас еще больший стресс.

Он также рекомендует спрашивать своих детей, как они себя чувствуют в целом и о COVID-19. Не забывайте подтверждать их чувства и опасения и по возможности подбадривать их.

«Ваши дети могут беспокоиться о том, как вы справитесь с этим — как они снова найдут друзей в школе, как они поступят в колледж после« потраченного впустую года ». Напомните им о других ситуациях, в которых они чувствовали себя беспомощными и напуганными. Дети любят семейные истории, и эти рассказы имеют большой эмоциональный вес.Напомните им, что вы уже переживали трудные времена и раньше — в том числе весь прошлый год — и хотя все были в беде, все вместе работали и пережили это », — говорит он.

И не забывайте обращаться за профессиональной помощью. Достаточно просто попросить совета у педиатра вашего ребенка или получить направление к специалисту в области психического здоровья.

Образование

Образовательная среда значительно изменилась за последний год. В марте прошлого года американская система государственных школ практически перешла на виртуальное обучение. с ночевкой.

В течение прошлого года школьные округа по всей стране приняли различные правила, чтобы попытаться наилучшим образом обслужить своих учеников. Некоторые округа работали виртуально, многие вновь открылись с гибридным обучением, а некоторые вернулись к очному обучению.

Педагоги стараются сделать все, чтобы их дети были в безопасности. Парты расставлены настолько, насколько позволяют классные комнаты, в классных комнатах и ​​кафетериях установлены пластиковые перегородки, а окна остаются открытыми даже при низких температурах, чтобы снизить потенциальное распространение вируса.

Спорт и другие занятия приостановлены или переведены в режим виртуального обучения.

Учителя сделали все возможное из невозможного года. Но даже при всей любви и поддержке, которые могут предложить учителя, ученики по-прежнему страдают.

По оценкам, 3 миллиона студентов в Америке «пропали без вести» из школы. Они не ходят на занятия и не работают. Даже когда пандемия закончится, они могут никогда не вернуться.

Кто больше всего рискует потерять образование? Согласно этому исследованию, право на участие в Программе образования для мигрантов имеют учащиеся приемных семей, бездомные, изучающие английский язык, учащиеся с ограниченными возможностями и учащиеся.Также наблюдается большое совпадение со студентами из малообеспеченных семей.

Нет простого решения помочь этим ученикам вернуться в класс. Эксперты в области образования говорят, что нашим детям нужна ответственность школ, местных и федеральных властей. Необходимо больше руководства, финансирования и ресурсов для школ, социальных служб и детей.

Поскольку учителя по всей стране начинают получать прививки от COVID-19, а классы начинают всерьез открываться, мы должны позаботиться о том, чтобы наши самые уязвимые ученики не были забыты.

Потеря рабочих мест

Пандемия коронавируса также вызвала массовую потерю рабочих мест и экономическую неопределенность.

Спустя год после того, как пандемия впервые остановила нашу страну, примерно четыре из десяти американцев говорят, что они все еще ощущают финансовые последствия потери работы в своей семье.

Потерю работы больше всего ощутили женщины и цветные.

Сразу после того, как COVID-19 стал глобальным, больше женщин, чем мужчин, потеряли работу.С февраля по май 2020 года, когда страна заблокирована для сдерживания COVID-19, 11,5 миллиона женщин потеряли работу по сравнению с 9 миллионами мужчин.

Это неравенство сохранилось только в прошлом году.

С марта по декабрь 2020 года каждая пятая женщина в Америке была вытеснена с работы. Независимо от того, как анализируются данные — по расе, сектору или доходу — бремя пандемии больше всего легло на женщин.

В своем отчете «Бремя пандемии COVID-19 на женщин в сфере труда», Rep.Кэти Портер отмечает, что потери рабочих мест в США сосредоточены в отраслях с наибольшей долей женщин в составе рабочей силы, особенно с цветными женщинами.

«Девять из десяти отраслей, в которых было потеряно больше всего рабочих мест, относятся к сфере услуг, включая такие профессии, в которых преобладают женщины, такие как исполнительское искусство, экскурсии, отели и розничная торговля. В результате у матерей начальный рост безработицы был выше по сравнению с отцам «, — написала она.

В декабре все потери рабочих мест в Америке составили женщины.

В декабре экономика США потеряла 140 000 рабочих мест. В целом женщины потеряли 156 000 рабочих мест, а мужчины получили 16 000 рабочих мест. Это означает, что в декабре женщины потеряли 111% всех рабочих мест.

Кризис хуже для цветных женщин. Уровень безработицы среди чернокожих и латинских женщин в декабре составлял 8,4% и 9,1% соответственно. Общий уровень безработицы составил 6,7%. Для белых мужчин это было всего 5,8%.

Согласно опросу, проведенному Центром исследований по связям с общественностью Associated Press-NORC, 38% латиноамериканцев и 29% чернокожих американцев в какой-то момент в течение прошлого года испытали увольнение в своей семье, по сравнению с 21% белых американцев. .

Мы знаем, что для американских семей дела обстоят ужасно. Что может быть сделано?

Конгресс намерен завершить разработку пакета стимулов для администрации Байдена на сумму 1,9 триллиона долларов. Среди прочего, это помощь американским семьям и предприятиям, которые все еще не оправились от пандемии. Он также включает расширенный налоговый кредит на детей, который может вывести многие семьи из бедности с помощью ежемесячных выплат.

Год спустя

Итак, где мы находимся годом позже? Мы скучаем по нашим близким, как по тем, кого мы потеряли из-за COVID-19, так и по тем, кого мы просто не видели в прошлом году.

Мы полагаемся на друзей, близких и врачей, которые помогут нам преодолеть кризис психического здоровья.

Наша страна все еще думает, как заново открыть систему образования на справедливой основе. Наши учителя настойчивы и служат своим ученикам как можно лучше.

Мы все еще далеки от экономической безопасности. Были потеряны миллионы рабочих мест, сконцентрированные в отраслях, где работают женщины и цветные люди.

И все же есть надежда и благодарность. Внедрение вакцинации, наконец, набирает обороты, и количество зарегистрированных случаев COVID-19 во всем мире начинает замедляться.Фраза «когда все закончится» наконец начинает ощущаться как реальность, а не просто желание.

Мы все еще находимся в эпицентре смертельной пандемии. Но есть надежда и извлеченные уроки. Береги себя и свою семью. Наденьте маску и практикуйте социальное дистанцирование. Мы можем сделать это вместе.

Статьи с вашего сайта

Статьи по теме в Интернете

Как пандемия COVID-19 изменила личную жизнь американцев

За последний год эпидемия кардинально изменила жизнь и отношения американцев.Мы попросили людей рассказать нам о своем опыте — хорошем и плохом — переживая этот исторический момент.

Исследовательский центр Pew в течение последнего года задавал вопросы для опроса о взглядах и реакциях американцев на пандемию COVID-19. В августе мы дали общественности возможность рассказать нам своими словами, как пандемия повлияла на их личную жизнь. Мы хотели, чтобы они рассказали нам, как их жизнь стала труднее или труднее, а также спросили о любых неожиданно положительных событиях, которые могли произойти за это время.

Подавляющее большинство американцев (89%) отметили по крайней мере одно негативное изменение в своей жизни, в то время как меньшая часть (хотя все еще составляет 73%) отметила по крайней мере один неожиданный потенциал роста. Большинство из них испытали эти негативные воздействия и положительные эффекты одновременно: две трети (67%) американцев отметили по крайней мере одно негативное и по крайней мере одно позитивное изменение с начала пандемии.

Для этого анализа мы опросили 9220 взрослых жителей США в период с 31 августа по сентябрь.7, 2020. Каждый, кто заполнил опрос, является членом American Trends Panel (ATP) исследовательского центра Pew Research Center, онлайн-опроса, который набирается на основе национальной случайной выборки адресов проживания. Таким образом, шанс выбора есть почти у всех взрослых в США. Опрос является репрезентативным для взрослого населения США по полу, расе, этнической принадлежности, партийной принадлежности, образованию и другим категориям. Узнайте больше о методологии ATP.

респондентов опроса попросили описать своими словами, насколько их жизнь была сложной или сложной с начала вспышки коронавируса, а также описать любые положительные аспекты ситуации, с которой они лично столкнулись.В целом 84% респондентов ответили на один или оба вопроса. Затем Центр классифицировал случайную выборку из 4071 их ответов, используя комбинацию собственных кодировщиков, сервис Amazon Mechanical Turk и сопоставление с образцом на основе ключевых слов. Полную методологию и вопросы, использованные в этом анализе, можно найти здесь.

Во многих отношениях отрицательные стороны явно перевешивают положительные — неудивительная реакция на пандемию, унесшую жизни более 180 000 американцев на момент проведения опроса.По всем основным аспектам жизни, упомянутым в этих ответах, большая часть отметила негативное влияние, чем упомянула неожиданный потенциал роста. Американцы также более подробно описали негативные аспекты пандемии: в среднем отрицательные ответы были длиннее положительных (27 слов против 19). Но несмотря на все трудности и проблемы, связанные с пандемией, большинство американцев смогли придумать хотя бы одну серебряную подкладку.

И отрицательные, и положительные воздействия, описанные в этих ответах, охватывают многие аспекты жизни, ни один из которых не был упомянут большинством американцев.Вместо этого ответные меры показывают пандемию, которая повлияла на жизнь американцев разными способами, о которых нет «типичного» опыта. Действительно, похоже, что не все группы одинаково пережили пандемию. Например, более молодые и образованные американцы чаще упоминали серебряные накладки, в то время как женщины чаще, чем мужчины, упоминали проблемы или трудности.

Вот несколько прямых цитат, которые показывают, как американцы воспринимают новую реальность, которая перевернула жизнь по всей стране.

Вот как пандемия коронавируса изменила нашу жизнь — Cleveland Clinic

Сказать, что пандемия нового коронавируса (COVID-19) изменила мир, было бы преуменьшением. Менее чем через год с момента появления вируса — и чуть более чем через 6 месяцев с момента начала отслеживания в Соединенных Штатах — он изменил повседневную жизнь людей по всему миру.

Клиника Кливленда — некоммерческий академический медицинский центр. Реклама на нашем сайте помогает поддерживать нашу миссию.Мы не поддерживаем продукты или услуги, не принадлежащие Cleveland Clinic. Политика

Пандемия изменила то, как мы работаем, учимся и взаимодействуем, поскольку принципы социального дистанцирования привели к более виртуальному существованию, как в личном, так и в профессиональном плане.

Но новый опрос, проведенный по заказу журнала Parade и Кливлендской клиники, показывает, что пандемия также изменила отношение американцев к своему здоровью и уходу за здоровьем, как положительное, так и отрицательное.

Опрос, проведенный компанией Ipsos, был предоставлен репрезентативной на национальном уровне выборке из 1000 взрослых американцев в возрасте 18 лет и старше, проживающих в США.С.

Вот что показал опрос.

Проблемы психического здоровья

Неудивительно, что пандемия вызвала волну проблем с психическим здоровьем. Будь то контроль над зависимостью, депрессией, социальной изоляцией или просто общим стрессом, вызванным COVID-19, мы все это чувствуем.

Кажется, особенно это касается молодых людей. Из опрошенных 55% сообщили о проблемах с психическим здоровьем с начала пандемии, в том числе 74% респондентов в возрасте от 18 до 34 лет.

Из этих респондентов четыре наиболее распространенных проблемы:

  • Стресс (33% в целом; 42% в возрасте от 18 до 34 лет)
  • Тревога (30% в целом; 40% в возрасте от 18 до 34 лет)
  • Депрессия (24% в целом; 31% от 18 до 34 лет)
  • Одиночество или изоляция (24% в целом; 31% от 18 до 34 лет)

Многие также чувствуют себя подавленными постоянными, иногда переменчивыми и противоречивый поток информации о вирусе и пандемии.В целом 41% опрошенных заявили, что были настолько поражены новостями и информацией о COVID-19, что не обращали на них внимания.

Колебания, вызванные пандемией

Хотя большая часть мира временами останавливалась во время пандемии, потребность в медико-санитарной помощи осталась. Тем не менее, 38% респондентов заявили, что они пропускали или откладывали профилактические посещения врача из-за пандемии, даже несмотря на то, что поставщики медицинских услуг сделали все возможное, чтобы соблюдение этих назначений было безопасным для всех.

Женщины чаще пропускают эти встречи, чем мужчины, от 46% до 29%, и до 15% от общего числа респондентов избегали посещений из-за более серьезных проблем, таких как травма или даже боль в груди.

«В то время, когда мы должны иметь возможность сосредоточиться на том, чтобы оставаться настолько здоровыми, насколько это возможно, мы не должны пропускать профилактические визиты к нашим поставщикам медицинских услуг. Когда мы упускаем первые признаки болезни, мы позволяем ей перерасти в серьезную или даже опасную для жизни болезнь », — говорит специалист по инфекционным заболеваниям Кристин Инглунд, доктор медицины.

«Наши клиники и больницы принимают все возможные меры предосторожности, чтобы гарантировать безопасность пациентов от COVID-19 в наших стенах. Мы не можем позволить страху перед одной болезнью мешать нам делать то, что нам нужно, чтобы оставаться здоровыми », — продолжает она.

Это особенно верно для детей, которым необходимо продолжить плановую иммунизацию. Как отмечает педиатр Скайлер Калади, доктор медицины, «мы не можем упускать из виду другие болезни, которыми дети будут подвергаться высокому риску заражения, такие как корь и коклюш (коклюш), без этих регулярных прививок.”

Сохранение здоровья во время пандемии

А вот — это хорошие новости о здоровье респондентов. От изменения образа жизни до улучшения пищевых привычек — люди используют это время, чтобы стать более здоровыми во многих сферах.

С начала пандемии почти две трети участников опроса (62%) заявили, что они значительно изменили свой образ жизни, в том числе:

Еда и физические упражнения — новые области внимания многих респондентов. Треть участников (34%) говорят, что они едят больше здоровой пищи, и большинство (целых 87%) говорят, что сохранят эту привычку.

Между тем более четверти респондентов (28%) заявили, что они увеличили частоту тренировок во время пандемии, что, возможно, является признаком того, что все больше людей осознают преимущества тренировок дома, в то время как тренажерные залы остаются рискованным предприятием.

Повышение осведомленности о здоровье

Однако здоровый образ жизни — это не только упражнения и еда. 68% респондентов заявили, что пандемия заставляет их уделять больше внимания определенным факторам риска для других проблем со здоровьем.Это число еще выше (77%) для более молодых респондентов в возрасте от 18 до 34 лет. Некоторые из этих факторов риска включают:

  • Стресс, тревога, депрессия и психическое здоровье (37%).
  • Факторы риска хронических, аутоиммунных или других хронических заболеваний (36%).
  • Вес (32%).
  • Физическая подготовка (28%).
  • Здоровье легких (15%).

Кроме того, пандемия побуждает людей лучше заботиться о более серьезных проблемах: 41% респондентов, которые уже имеют хроническое заболевание, заявили, что теперь они с большей вероятностью будут соблюдать лечение.

Семья и пандемия

На протяжении всей пандемии мы видели как преимущества, так и недостатки длительной изоляции с семьей. И, безусловно, это дополнительный стресс для семей, которым приходилось сталкиваться с ситуациями дистанционного обучения детей школьного возраста.

Некоторые, однако, рассказали о положительном опыте общения со своими семьями в таком тесном контакте. В целом 34% ответивших заявили, что они чувствуют себя ближе к своей семье, а в семьях с детьми 52% сообщили, что у них возникли новые связи.Кроме того, 78% согласились с тем, что карантин заставил их дорожить своими отношениями.

Что касается стресса, связанного с детьми, 27% опрошенных, у которых есть дети в семье, говорят, что их дети получили возможность проводить больше времени с семьей.

Прививки

Поскольку приближается сезон гриппа и надвигается пандемия коронавируса, особенно важно, чтобы в этом году все сделали прививку от гриппа. Согласно опросу, 26% респондентов заявили, что теперь у них больше шансов получить прививку от гриппа.А среди взрослых в возрасте от 18 до 34 лет вероятность вакцинации от гриппа выше на 35%.

Что касается вакцины против COVID-19, 60% респондентов ответили, что да, они обязательно сделают эту вакцину, когда она будет доступна. Среди тех, кто ответил «нет» или что они не были уверены, получат ли они вакцину от COVID-19, основными причинами были опасения по поводу потенциальных побочных эффектов (61%) и опасения по поводу эффективности вакцины (53%).

Outlook

В краткосрочной перспективе участники опроса демонстрируют приверженность обеспечению безопасности и соблюдению рекомендаций в обозримом будущем.И здесь их опасения остаются.

Бдительность

Из опрошенных 78% заявили, что не будут проводить праздники, как обычно, и только 9% планируют посещать праздничные церковные службы и только 12% планируют посетить праздничные парады или празднование новогодних салютов.

респондентов также откладывают обычное личное общение: 78% заявили, что не будут пожимать руку людям до конца года, и только 13% заявили, что будут обнимать кого-то, не являющегося членом семьи.

Возможно, поэтому неудивительно, что возрождение COVID-19 вызывает большую озабоченность среди опрошенных. Более половины (59%) заявили, что обеспокоены новым всплеском случаев заболевания, в то время как 44% заявили, что обеспокоены новым раундом карантина.

Также неудивительно, что две трети (68%) респондентов в возрасте 55 лет и старше, группа с самым высоким риском серьезного заболевания или смерти от COVID-19, обеспокоены новым всплеском случаев заболевания.

Остаться позитивным

Несмотря на эти опасения и трудности, с которыми столкнулась пандемия, те, кто ответил на опрос, также показали, что им удалось найти положительные моменты в своем опыте.

В целом 78% опрошенных заявили, что, хотя карантин и социальное дистанцирование были трудными, они заставили их дорожить своими отношениями. Между тем, 65% заявили, что пандемия заставила их переоценить то, как они проводят свое время, а 58% заявили, что заставила их переоценить свои жизненные цели.

И хотя 58% говорят, что пандемия навсегда изменила их образ жизни, почти три четверти (72%) заявили, что у них все еще есть надежда на будущее.

Мы спросили, вы ответили: как ваша жизнь изменилась из-за коронавируса?

Прошло около шести месяцев с тех пор, как пандемия COVID-19 резко изменила нашу жизнь.

С самого начала мы просили вас поделиться с нами своим опытом, чтобы помочь нам в понимании и составлении отчетов.

По мере того, как семьи готовятся к новому учебному году, и все больше из нас возвращаются к работе, может показаться, что все нормализуется. Но мы все еще слышим от вас много неуверенности.

Щелкните здесь, чтобы рассказать нам о своем опыте во время пандемии .

Вот некоторые из того, что мы слышали в нашем опросе с августа.1:

«Я ветеринар и профессор UNH. Как профессор UNH все изменилось. Встречи с увеличением, а также некоторые классы. Обучение ветеринарным технологиям во время COVID означает, что мы носим одежду и перчатки большую часть дня».
— Сара Проктор из Дирфилда

«Я пыталась сосредоточиться на повышении моей уверенности в себе; В марте меня вытащили из колледжа, поэтому мне нужно научиться быть счастливым, не видя постоянно друзей. Сейчас я работаю независимым подрядчиком по доставке продуктов.
— Ник Питтман из Merrimack

«Я самозанятый ювелир со скромной мастерской в ​​деревне. Продажи не возвращаются в норму. Чтобы поддерживать безопасную среду для моего магазина, когда я работаю один, я назначаюсь только для обслуживания — отсутствие пробок означает отсутствие просмотра и импульсивных покупок. Двое моих сотрудников, занятых неполный рабочий день, увольняются до тех пор, пока я не выясню, какой предел ответственности имеет работники во время COVID-19 ».
— Тимоти Псаледакис из Норт-Конвей

«В апреле я сильно заболел коронавирусом, у меня сохранялись и повторялись симптомы.Мне пришлось закрыть свой бизнес по йоге, и я не был рядом с какими-либо группами людей. Я остался недалеко от дома и никуда не ухожу, мне не нужно. Я нервничаю из-за долгосрочных проблем со здоровьем или из-за того, что снова заболею. Я нашла новую работу, где все работают удаленно, кроме нас двоих. Трудно найти новую работу, когда здесь нет никого, кто мог бы помочь ».
— Мария Хэнли из Мейсона

«Я работаю воспитателем детского сада. Я начал преподавать удаленно в марте прошлого года и начну год удаленно.Я скучаю по своим ученикам, классам и коллегам. Мне очень повезло, что мои работодатели делают все возможное, чтобы защитить студентов и персонал ».
— Франческа Кеннеди из Баррингтона

«Я и мой муж заразились коронавирусом. Его случай был очень легким, у меня не было симптомов, но у нас обоих были проблемы с дыханием, когда мы напрягались ».
— Марта Дэвидсон из Дерри

«Мне приходилось работать полностью удаленно из дома.Я пропустил выпускной, потому что у UNH его не было. Я действительно не вижу своих друзей, и моя семья в основном живет в Массачусетсе, поэтому я не видел своих родителей, братьев и сестер уже 6 месяцев. Я не могу ходить в спортзал, и мое психическое здоровье страдает. Меня беспокоят мои студенческие ссуды. У следующего пакета стимулов, похоже, нет никаких вариантов для продления ».
— Кайла из Дувра

«Бабушка моего зятя умерла от вируса в доме престарелых.Это было очень сложно, так как никому не разрешалось, кроме как через Zoom. Кроме того, на похоронах или других церемониях не было горя ».
— Джоан Герстен из Хуксетта

«Я работаю учителем на полную ставку. Мне приходилось менять классные комнаты, сокращать классные игрушки, переставлять комнату для некоторого социального дистанцирования, готовиться к уборке гораздо чаще и т. Д. »
— Донна Карвацки из Манчестера

«С момента нашего возвращения из Флориды в начале марта мы почти все сидели дома.Мы укрылись на месте на три или четыре недели, покупая продукты с помощью Instacart, принимая доставку нового компьютера, купленного в местных магазинах Staples, с бордюрной доставки и заказывая другие необходимые или желаемые товары через Amazon и Walmart с доставкой. Хотя у нас есть стабильный пенсионный доход в течение почти 20 лет, мы обеспокоены его сохранением. Мы также беспокоимся о наших двух взрослых сыновьях и их семьях здесь, в Нью-Хэмпшир и в Вермонте ».
— Тед Леманн из Кин

«Я потерял работу.В настоящее время по безработице. Я ищу временную или неполную занятость, но в то же время втайне надеюсь, что ничего не найду, потому что там страшно. Мне не очень комфортно ходить в рестораны, отели и места отдыха. Единственное публичное мероприятие, на котором я был, было в прошлую субботу в Palace Theater в Манчестере, чтобы увидеть, как друг моей дочери играет в его группе. Palace проделал огромную работу по обеспечению безопасности всех. Но когда мы уезжали, моя дочь сказала: «Думаю, через 2 недели мы узнаем, заболел ли кто-нибудь от этого.»
— Пэт Линч из Henniker

29 чисел, показывающих, как пандемия COVID-19 изменила нашу жизнь

Год назад пандемия COVID-19 захватила контроль над нашей жизнью. В то время как основные работники продолжали работать, остальная часть Америки, ограниченная кварталом, пыталась смириться с жизнью на паузе. Работа, учеба и времяпрепровождение почти полностью из дома означали изменения в привычках, здоровье, отношениях и планах на будущее.Цифры, конечно, не передают всей картины, но следующая статистика очерчивает контуры нашей жизни.

—С сообщением Патрик Лукас Остин, Джуди Берман, Мелисса Чан, Джейми Дюшарм, Алехандро де ла Гарса, Тара Лоу, Белинда Ласкомб и Кэти Рейли

Краткое изложение коронавируса.Все, что вам нужно знать о глобальном распространении COVID-19

Спасибо!

В целях вашей безопасности мы отправили письмо с подтверждением на указанный вами адрес. Щелкните ссылку, чтобы подтвердить подписку и начать получать наши информационные бюллетени.Если вы не получите подтверждение в течение 10 минут, проверьте папку со спамом.

Напишите Lon Tweeten по адресу [email protected]

Covid-19 — как изменилась жизнь коллег за год пандемии

Прошлый год был тяжелым, когда мы все испытали трудности и изменения. Мы слышим от некоторых наших коллег о том, как это было с ними, и о том, как иногда удивительно изменилась жизнь.

Старший научный сотрудник Доктор Керрин Хаск , как и многие другие, обнаружил, что домашние и рабочие проблемы сочетаются по-новому: «Для меня главной трудностью было непреодолимое чувство, что делать все то, что мы должны были делать, плохо. Никто не ехал легко. Как и многие мои коллеги, я обнаружил, что исследования в области здравоохранения стали более напряженными и безумными, поскольку уход за детьми исчез, а личное общение переместилось на плоский экран. Было непросто держать трех- и шестилетнего ребенка занятым в течение длительного времени, хотя нам невероятно повезло, что мы живем где-нибудь в сельской местности с большим количеством открытого пространства на пороге.Моральные высказывания в адрес семей в центре города, пользующихся парками, раздражали; Я поступил бы так же. Было трудно не видеть коллег или сотрудников. Zoom превращает каждое взаимодействие в транзакцию, убирая все социальные сигналы и смысл. То, что мне действительно нравится в академических кругах — общение с людьми, работа с досками, обучение у людей, — на данный момент исчезли. Но пандемия сократила размер групп, с которыми мы взаимодействуем, — до семейных единиц, исследовательских проектных групп, рабочих групп — и это здорово, потому что мы узнали людей лучше.”

Для некоторых, таких как администратор PPI Таня Хинд , проблемы с ограничениями на изоляцию привели к новым связям с местным сообществом: «Через несколько дней после первого запрета у нас была группа поддержки деревенских волонтеров с графиком сбора средств из аптек. У нас была невероятная пара, которая каждую неделю готовила, доставляя еду самым уязвимым. В те ужасные первые несколько недель пасхальных каникул я проводил онлайн-мероприятие на тему «Кто стоит за маской» для местных учеников начальной школы.У нас были жонглеры, певцы, танцоры, фокусники; все виды! Сообщество сплотилось. Мы встретили соседей, с которыми, возможно, не разговаривали бы в «нормальных обстоятельствах». Дети были невероятными и просто «ладили», в то время как родители формировали группы поддержки, чтобы выразить разочарование от домашней работы. На моем опыте все это было той любовью и заботой, которую люди готовы проявлять во время кризиса. Это относится и к моей команде, которая меня очень поддерживает. Я так благодарен за их присутствие! »

Многие из нас будут испытывать беспокойство по поводу заражения или передачи Covid близким, беспокоясь об изолированных и уязвимых родственниках.Заместитель директора по производству Джо Смит обнаружила, что отвечает на вопросы о микрочипах и целесообразности тренировок в гольф на следующий день, когда вызвалась добровольцем в центр вакцинации под руководством терапевта в Плимстоке. Поскольку ее муж защищался, Джо пришлось преодолеть определенную степень беспокойства по поводу Ковида, чтобы помочь в качестве администратора: «Моя мама живет в сельской деревне в Корнуолле, и до пандемии она была очень активной; теперь она уже несколько месяцев не видела никого, кроме шофера из Сэйнсбери. Я думал, что если я помогу вакцинировать чью-то маму, то найдется доброволец, который поможет вакцинировать моей маме .Вначале я очень беспокоился о том, что в клинике меня окружает много людей, но, думаю, я сильнее, чем думаю. И команда была прекрасна; щедрый духом, терпеливый, стойкий и добродушный. Я был в восторге от старшей возрастной группы, которая была первой когортой, вакцинированной. Для них это было огромное путешествие в неизведанное, но их позитивный настрой и прагматичный подход были жизнеутверждающими. Еще нас завалили выпечкой! Джо пришлось зайти на портал NHS Vaccine: «Если бы вы сказали мне год назад, я бы не поверил, что смогу так быстро освоить новую систему, но когда вы видите пациента каждые три минуты, вы скоро станете мастером. ! Я не считаю волонтерство бескорыстным, мы все получаем от этого что-то; кофе, печенье, друзья.У каждого пациента своя история, и я встретил удивительных людей, с некоторыми из которых я буду поддерживать связь. Мне очень понравилось участвовать в этих усилиях. Здесь царит атмосфера позитива. Когда я прихожу домой, я чувствую, что занимаюсь чем-то действительно полезным. Я маленький винтик в огромном колесе, но чувствую себя полезным винтиком ».

И, как администратор PenARC Кэт Хопкинс , многие из нас узнали новые и неожиданные вещи о нашей домашней среде: «Я думаю, что за последний год я смог тратить больше времени, оценивая свой дом, чем с тех пор, как мы переехали сюда. 2007 г.Мы устраивали пикники на крыше вместо поездок по Дартмуру, практиковались в стрельбе из лука (осторожно) в подсобном помещении, и я ударил ногой по нескольким предметам мебели, когда пытался заниматься пилатесом. И ох, как я не пропустил ежедневную поездку в Эксетер! »

Координатор исследовательской группы CPCRG Лаура Гилл обнаружила, что помогает Санте в его кругосветном путешествии из своей гостиной: «Идея заключалась в том, чтобы доставить Санты Санты по всему миру, тренируясь и подсчитывая мили, пройденные командами, чтобы переместить его.Люди спонсировали нас, мы собирали призы и продавали товары, чтобы собрать 1400 фунтов стерлингов в помощь Детскому хоспису на Юго-Западе. Вместе мы проехали 59 732 мили — и я получил награду Санта-Босса за то, что наработал наибольшее количество миль! »

Но что самое удивительное для наших коллег? Доктор Керрин Хаск говорит: : «Я думаю, есть две вещи; что отдельные лица, сообщества, организации и учреждения так быстро и — по большей части — так хорошо перешли на новые способы взаимодействия и работы.Мы все шутим об инерции систем, но скорость, с которой все (вынужденно) изменилось, была поразительной. А во-вторых, насколько разные люди пережили пандемию. Это действительно выдвинуло на первый план, как мы по-разному справляемся с различными давлениями и напряжениями. Я думаю, что именно это давление и напряжение приводят к положительным результатам от пандемии. Теперь вполне допустимо, чтобы уход за детьми, психологическое давление, чрезмерная приверженность или миллион других вещей честно назывались причинами, чтобы что-то не делать.Я очень надеюсь, что мы сохраним эту честность ».

***

Как изменилась ваша жизнь с приходом COVID? Мы хотели бы получить известие от вас — Winchester Sun

Прошло больше года с тех пор, как большинство из нас видели, как по крайней мере некоторые аспекты нашей жизни перевернулись с появлением COVID-19.

На меня наибольшее влияние оказала неспособность проводить время с семьей и друзьями лично. В прошлом году мы не могли проводить время с моим отцом на День Благодарения или Рождество из-за опасений COVID из-за его серьезных проблем со здоровьем, возникших в результате пересадки сердца.Несмотря на то, что он чувствует себя хорошо, его иммунная система все еще находится под угрозой, поэтому мы стали проявлять особую осторожность.

То же самое и с друзьями. Многие из друзей, с которыми мы регулярно проводим время, боролись с COVID, по крайней мере, на незначительной основе, в то время как у других были серьезные случаи и они боролись в течение некоторого времени после болезни. Личное общение в последнее время было особенным, и мы ценили время еще больше, зная, каково это потерять его.

Для некоторых наша работа изменилась.Некоторые из тех, кто раньше работал в офисе, теперь работают из дома, а другие вообще потеряли работу. Для других нам запретили участвовать в наших хобби из-за изменений в работе некоторых предприятий; у нас не было возможности путешествовать, как когда-то, ходить на концерты, спортивные мероприятия и другие мероприятия.

Произошло много других изменений, в том числе и положительных. Не имея возможности проводить время с семьей и друзьями, я обнаружил, что провожу больше времени и больше времени с моими ближайшими родственниками.Приятно ценить те времена, которые мы, возможно, считали само собой разумеющимся в прошлом, например, наслаждаться домашней едой, разгуливать по телесериалам и просто быть рядом друг с другом. Временами в прошлом было легко быть занятым, бегать туда-сюда и упускать эти вещи, или даже если мы их делали, не ценив их.

По мере того, как мы начинаем надеяться на выход из пандемии COVID-19, будет интересно посмотреть, как изменится жизнь в будущем. Некоторые из вещей, которые мы узнали как «новую норму» во время пандемии, несомненно, отныне станут частью нашей повседневной жизни, в то время как другие могут не стать.Надеюсь, мы продолжим проводить это время с нашими семьями и друзьями, понимая, насколько это особенное и как мы можем забрать его в любой момент.

Как насчет вас? Вы заметили кардинальные изменения или решили внести их сами? Мы здесь, в газете, хотели бы услышать от вас в виде краткой заметки, письма редактору или даже гостевой колонки о том, как вы заметили изменения, которые сделают жизнь такой, какой вы ее знаете, с этого момента. , или, может быть, как вы подойдете к чему-то в своей жизни.Напишите мне по адресу [email protected], чтобы рассказать о том, как ваша жизнь изменилась или изменится, когда пандемия закончится.

.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *